- Да, я чувствую, что он там! Есть места, где аура другая, там энергия сильнее, и там легче услышать эхо другого мира.
Арик засмеялся, но в его смехе не было насмешки. Скорее, любопытство.
-Ты, Новосёл, загадочная стала после падения. Но должен признать, что это очаровывает. И раз уж ты ищешь этот портал, то я с тобой. Кто знает, вдруг я тоже окажусь в другом измерении?
Софья внимательно посмотрела на соседа, и в её сердце вспыхнула надежда, смешанная с тревогой. Она увидела в его глазах не скепсис, а готовность поверить, готовность принять её такой, какая она есть, пусть даже с её странными поисками.
- Ты действительно готов? – спросила она тихо.
Арик взял её руку в свою:
- Я готов на всё, что ты делаешь. Только расскажи мне, что на самом деле происходит, когда почувствуешь, что сможешь.
Софья прикрыла глаза, ощущая его тепло. Она сейчас не рассказала ему всей правды, но, может быть, однажды, когда будет уверена, когда найдет способ вернуться домой, чтобы вызволить Лидию, она всё ему объяснит.
А пока девушка могла просто надеяться, что его вера в неё не угаснет, когда он узнает правду о том, кто она на самом деле. И их дружба, а может, и нечто большее, что между ними зарождается, сможет выдержать испытание реальностями.
Подготовку к важному магическому ритуалу я начала сразу же, как только за Марией закрылась дверь.
Семейный артефакт – волшебную шкатулку - я поместила в зоне сияния Голубой звезды, приоткрыв портьеры на окне определенным образом, чтобы свет фокусировался на камнях, украшающих сей предмет.
На туалетном столике, как на импровизированном алтаре, разложила кулон Золотой звезды и фамильное колье рода Монарди, поменяв их местами относительно расположения в то злополучное утро.
Для пущей важности зажгла свечу, вспомнив слова бабы Зины, что очищающее свойство огня усиливает чудодейственное влияние во многих древних обрядах (будем считать, что я здесь тоже занимаюсь чародейством). Опять же, в целях пожарной безопасности приготовила сосуд с водой и водрузила его рядом со свечой.
Оставалось только успеть заснуть до того момента, когда часы пробьют полночь.
Проговорив вслух «заветное желание» трижды, как тысячи раз делала в детстве, я легла в постель, стараясь думать только о самом приятном, чтобы побыстрей погрузиться в сон.
С детства я очень любила плавать и стала вспоминать, как мы с родителями ходили купаться на речку жарким летним днём. Вода была такой прозрачной, что казалось, будто плывёшь в воздухе, а стайки серебристых рыбок проносились мимо, оставляя за собой сверкающие следы. Тепло обнимало со всех сторон, расслабляя каждую клеточку тела. Это была моя стихия, мой мир, где я чувствовала себя свободной и счастливой.
Но вдруг лазурь сменилась ледяной синевой. Речка исчезла, уступив место бездонному озеру, скованному вечным холодом. Вода обжигала, словно лед, не давая возможности согреться.
И тут, в самом центре ледяной пустыни я увидела водоворот. Он закручивался, набирая силу, с неумолимой скоростью поглощая всё вокруг. Страх сковал меня мертвой хваткой. Водоворот неумолимо тянул вниз, в пучину, где царил лишь мрак и ледяной ужас.
Я решила бороться. Со всех сил начала грести против течения, но всё было тщетно. Холод пронизывал насквозь, каждое движение давалось с трудом, а воздух в лёгких, казалось, превращался в острые иглы.
В памяти отчетливо всплыли слова речитатива Софьи, которые спасли нас уже один раз из вод Холодного озера:
- Магия древняя, явись передо мной, подчинись воле моей, служи лишь мне одной. Дай мне власть, дай мне знание. Дай возможность свершить то, что в сердце зреет уже давно…
Я начала лихорадочно их выкрикивать, надеясь, что это поможет мне выбраться из этой ледяной бездны, и точно, вода стала теплеть…
Всё ещё кружась в круговороте воронки, вдруг заметила, что я здесь не одна. Вместе со мной в этом омуте барахтается ещё одна особа, в которой я с изумлением узнала себя - Лидию Новосёлову с выпученными от страха и удивления глазами. Мы как по команде протянули друг другу руки, чтобы ухватиться, как за соломинку надежды, но вдруг я услышала мужской голос, полный отчаяния:
- Виллет! Постой! Не ускользай! Ты нужна мне!
Вот так приехали! Кто это кричит? От любопытства я начала крутить головой, но никого не увидела… «Виллет» меня называл лорд Салеван Грин, но голос был очень похож на Реймана де Бара!
Разумная моя составляющая из последних сил «призывала» меня схватить предложенную руку Лидии Новоселовой, чтобы покончить с этим нескончаемым водоворотом таинственных событий и вернуться, наконец, к своей привычной жизни в маленьком провинциальном городке, но житейская мудрость, видимо, в этот момент меня напрочь покинула.
Пытаясь определить, кому из двух мужчин, встретившихся мне в этом мире, вдруг стала нужна, я упустила момент, и Лидия Новосёлова исчезла из поля зрения.
Вода между тем стала сильно нагреваться, воздух стал удушающим и я, почувствовав сильный дискомфорт, резко открыла глаза.
Моему взору предстала ужасающая картина - туалетный столик занялся огнём от упавшего огарка свечи.
Сиюминутно воспользовавшись приготовленным заранее сосудом с водой, мне удалось потушить начавшийся было пожар.
- Зажгли огонь! Огонь угас! – на автопилоте продекламировала я строку из предсказания старинного гримуара, словно поставила точку в своих магических злоключениях.
Нэнси чувствовала невероятную радость от состояния полёта. Вернее, она понимала, что это скорее падение вниз, а не полёт, но она не боялась разбиться, потому что точно знала, что её подхватят и спасут. И этот спаситель унесет её на мощных крыльях за тридевять земель в свое воздушное королевство.
Сказки, которые рассказывала ей Лаура, всегда были со счастливым концом, с добрыми феями и прекрасными принцами, в том числе и с принцами-драконами – сильными, смелыми и благородными. Именно такой встретился самой рассказчице, и она иногда делилась с маленькой Нэнси, каким он может быть добрым и какие у него сильные крылья.
Но со смертью Лауры сказки в жизни Анны закончились. Конечно, она понимала, что глупо винить в этом Софью, но ничего не могла с собой поделать. К тому времени, когда она впервые увидела дочку Лауры, сердце её превратилось в ледышку, закрытую за семью секретными печатями.
Наверное, она должна была быть благодарна Розалинде, что та вызволила девчушку из приюта и одела в бархат и шелка, выдавая за свою родную дочь. Но Нэнси хорошо усвоила урок, как крепко надо держать язык за зубами, когда по малолетству чуть не «ляпнула» на великосветском приёме вместо слова «мама» фразу «тетя Розалинда»… Шрам от плетки графини так и остался на спине, «повзрослевший» вместе с ней.
Настоящих друзей у девушки не было, и Анна завела привычку доверять свои секреты розовой тетрадке, куда заносила всё невысказанное за день, свои наблюдения, переживания и девичьи тайны.
Единственным, кто был по-настоящему добр к ней, - это Рейман де Бар, с которым она познакомилась ещё в детстве. На замужество с ним девушка смотрела как на побег из своего многолетнего кошмара - жизни в доме графини Скорр.
Конечно, Рейман ей не мог не нравиться: умный, красивый, статный. И ультиматум, который предъявила Розалинда накануне рокового бала «Леди Голубой Звезды»: либо она «охмурит» виконта и выйдет замуж за сына герцога, либо будет отдана в наложницы толстому и слюнявому Эрику Эдинбургскому, - девушка приняла близко к сердцу.
Именно поэтому она возлагала на этот праздник большие надежды, но Рейман был откровенно холоден с ней. Она даже не могла предположить, что он увлечен Софьей. Вот уж действительно ирония судьбы!
Когда она бросилась к Холодному озеру, девушка даже не была осведомлена об аресте графини. Но участь стать наложницей титулованного старика была для неё действительно невыносима.
Затем, по невероятному стечению обстоятельств, дочка Лауры вытащила их из ледяного омута, и невзгоды Нэнси, казалось, остались позади.
А потом появилась Виллет! Это просто чудо какое-то! Анна вдруг почувствовала заботу о себе самим провидением…
С этого момента она точно знала, что ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО!
Софья мирно спала, всё так же укутанная пледом в кресле Арика. После их разговора она моментально погрузилась в безмятежный сон, словно отпустив какую-то невероятную тяжесть с души.
Ей снились картины осеннего леса, ель, под которой они прятались от дождя, безмятежная гладь голубого озера, отражающая плывущие облака…
Вдруг внимание девушки привлек странный предмет, оказавшийся в самом центре поверхности водоёма.
Лодка? Нет, для лодки мелковат. «Неужели человек? – пронеслось в голове у Софьи. – Но как он мог там оказаться? Еще минуту назад всё было спокойно!»
Она оглянулась, ища поддержки у Арика, но соседа нигде не было видно. Тревога заполнила разум девушки - это он барахтается в холодной воде!
- Арик! – крикнула она. – Держись! Я тебя спасу!
Не медля ни секунды, она ринулась в воду и поплыла. Стремительно приближаясь к месту происшествия, она с изумлением увидела водоворот, в котором, борясь с течением из последних сил, пыталась грести она сама, Софья Павловская.
Инстинктивно желая схватить себя за протянутую руку, она выбросила свою, со словами «Держись», но тут же почувствовала теплые объятия, увлекающие её из этого омута.
- Новосёл, ты вся горишь, - услышала она встревоженный шёпот Арика, - давай-ка пойдем в постель.
Подхватив её на руки, паренёк аккуратно перенес девушку на кровать и укрыл сверху теплым одеялом. Софья блаженно улыбнулась сквозь сон, почувствовав его мимолетный поцелуй на своей щеке…
Разглядывая «останки» туалетного столика, я пыталась собраться с мыслями.
Итак, несмотря на все манипуляции с магическими предметами, я осталась в теле Нэнси. Но ведь это мной и планировалось. В странном ночном видении я встретилась сама с собой, и моя интуиция подсказывала, что если бы я успела коснуться своей руки, то сейчас была бы уже в своем мире.
Скорее всего, это действие шкатулки, которая хочет всё расставить по своим местам и поменять нас с Софьей телами, как и было изначально. Ведь если Салеван Грин прав, а он прав, то Лия Монарди в настоящее время находится в теле Лидии Новосёловой.
Почему произошёл сбой? В самый ответственный момент, когда моя рука уже почти коснулась руки Софьи, я услышала мужской голос, который меня позвал, притянув все мои мысли к этому миру.
А если рассматривать события утра, когда была выпущена душа Лии, то был один инцидент – мой поцелуй с Рейманом де Баром. Если предположить, что именно в этот момент и был произведен переход, то вывод напрашивается следующий: мужское вмешательство может изменить последовательность перемещений.
Эврика! Это надо будет учесть в будущем!
Так, теперь попробуем разобраться с предсказанием гримуара…
Только я собралась напрячь мозги для логических умозаключений, как услышала за стенкой, в гостевой комнате, протяжный стон. Со всех ног бросившись туда, я застала следующую картину: бледная как моль Софья сидела на кровати и таращила на меня свои огромные глаза…
- Пить! – запросила девушка охрипшим голосом. – Очень хочу пить!
Я подала ей стакан и с любопытством наблюдала, как она осушила его одним махом.
- Ещё! – потребовала она.
Я повторила манипуляцию, и так раз пять… Видимо, организм за эти дни претерпел сильное обезвоживание.
- Как ты себя чувствуешь? – озабоченно спросила я.
- Терпимо, - прохрипела девушка.
У меня остался главный вопрос, который, наконец, я решилась задать:
- А ты кто?
Мне было очень важно понять, кто сейчас находится в теле Софьи: Лия или Нэнси…
Девушка внимательно поглядела на меня, наморщила лоб, осмотрелась по сторонам и выдала то, чего я меньше всего ожидала:
- Не знаю!
Разочарование накрыло меня с головой. Я надеялась на что угодно, но только не на это.
- Не знаешь? Совсем ничего не помнишь?
Девушка посмотрела прямо на меня, и я заметила в её глазах зарождающийся страх.
- А кто я? Меня ты помнишь? – сделала попытку натолкнуть её на подсказку.
Она неожиданно всхлипнула, откинулась на подушку, и из-под её ресниц показалась тонкая полоска слезы…
«Уже хорошо, – ободряюще сказала я себе, - что тело Софьи ожило, так что панике поддаваться пока рано. Со временем выясним, кто в него переместился!»
Только вот время поджимало…
Всё было готово к поездке в княжество Дальних земель. И я опять ненароком подумала о Темном лорде с его способностью считывать информацию. Может быть, он сразу определит, кто сейчас занимает тело Софьи? Только Салеван Грин опять исчез в неизвестном направлении…
С самого утра я послала за доктором Корнеем Мефодичем. Его стараниями Софья немного перекусила, и её физическая форма, как отчитался эскулап, была в пределах возрастной нормы.
Только девушка замкнулась в себе и совсем не желала общаться. Все мои попытки возобновить беседу потерпели полный крах - она либо отмалчивалась, либо начинала плакать.
Доктор завел разговор о возвращении Софьи домой, в особняк барона Павловского, предположив, что в родных пенатах к ней быстрее вернётся память. Только вот я до конца не была уверена, что это Софья, поэтому попросила дать нам как минимум сутки, чтобы девушка окончательно пришла в себя. Корней Мефодич со мной согласился и, сказав, что придёт проведать пациентку после обеда, отбыл по своим делам.
Я, толком не спавши уже вторую ночь, просто чертовски устала за это утро, и мне откровенно было не до гостей. Но когда дворецкий после завтрака объявил, что прибыл лорд Салеван Грин, я искренне была рада его приходу.
Его появление, как всегда, сопровождалось ощущением таинственности и некой гипнотической силы - высокий, стройный, с мрачной загадочной аурой, закутанный в свой черный плащ. Лицо лорда было почти совершенным, движения плавными и грациозными.
- Я польщён, что ты рада меня видеть! – с легкой усмешкой заметил Салеван Грин.
Я лишь махнула рукой на его замечание, не в силах сердиться на то, что он опять читает мои мысли.
Рассказав про все свои магические манипуляции предыдущей ночью, я честно призналась, что жду его помощи в решении дилеммы, кто сейчас занимает тело Софьи. Темный лорд проникся моей просьбой и, испросив разрешения пообщаться с девушкой наедине, зашел в гостевую комнату, где та в тот момент пребывала.
Нэнси находилась в состоянии, близком к истерике. Она никак не могла понять, что с ней происходит. В голове, будто отголоски чужого прошлого, начали возникать обрывки чужих воспоминаний.
Вот она маленькая девочка, которая сидит на своем любимом пони. Вот лошадка поскакала по знакомой аллее, но вдруг чего-то испугалась и встала на дыбы. Воспоминания пронзительной боли накрыли Нэнси. Она с ужасом вспомнила, как полетела вниз. А потом сцены долгого лечения и пожизненная хромота…
Вот она просыпается в слезах оттого, что любимый предал её и женился на другой. Это было невыносимо. Мир как будто рухнул, сердце остановилось, жизнь замерла. Вся гамма чувств захлестнула Нэнси, она проживала это снова и снова так ярко, даже не осознавая, было ли это с ней на самом деле.
Потом побег на Холодное озеро только от одной мысли о прикосновении к ней этого омерзительного толстяка, Эрика Эдинбургского. Девушку затошнило, она не могла допустить этого и видела только один единственный выход – покончить с этой жизнью навсегда.
Арик засмеялся, но в его смехе не было насмешки. Скорее, любопытство.
-Ты, Новосёл, загадочная стала после падения. Но должен признать, что это очаровывает. И раз уж ты ищешь этот портал, то я с тобой. Кто знает, вдруг я тоже окажусь в другом измерении?
Софья внимательно посмотрела на соседа, и в её сердце вспыхнула надежда, смешанная с тревогой. Она увидела в его глазах не скепсис, а готовность поверить, готовность принять её такой, какая она есть, пусть даже с её странными поисками.
- Ты действительно готов? – спросила она тихо.
Арик взял её руку в свою:
- Я готов на всё, что ты делаешь. Только расскажи мне, что на самом деле происходит, когда почувствуешь, что сможешь.
Софья прикрыла глаза, ощущая его тепло. Она сейчас не рассказала ему всей правды, но, может быть, однажды, когда будет уверена, когда найдет способ вернуться домой, чтобы вызволить Лидию, она всё ему объяснит.
А пока девушка могла просто надеяться, что его вера в неё не угаснет, когда он узнает правду о том, кто она на самом деле. И их дружба, а может, и нечто большее, что между ними зарождается, сможет выдержать испытание реальностями.
***
Подготовку к важному магическому ритуалу я начала сразу же, как только за Марией закрылась дверь.
Семейный артефакт – волшебную шкатулку - я поместила в зоне сияния Голубой звезды, приоткрыв портьеры на окне определенным образом, чтобы свет фокусировался на камнях, украшающих сей предмет.
На туалетном столике, как на импровизированном алтаре, разложила кулон Золотой звезды и фамильное колье рода Монарди, поменяв их местами относительно расположения в то злополучное утро.
Для пущей важности зажгла свечу, вспомнив слова бабы Зины, что очищающее свойство огня усиливает чудодейственное влияние во многих древних обрядах (будем считать, что я здесь тоже занимаюсь чародейством). Опять же, в целях пожарной безопасности приготовила сосуд с водой и водрузила его рядом со свечой.
Оставалось только успеть заснуть до того момента, когда часы пробьют полночь.
Проговорив вслух «заветное желание» трижды, как тысячи раз делала в детстве, я легла в постель, стараясь думать только о самом приятном, чтобы побыстрей погрузиться в сон.
С детства я очень любила плавать и стала вспоминать, как мы с родителями ходили купаться на речку жарким летним днём. Вода была такой прозрачной, что казалось, будто плывёшь в воздухе, а стайки серебристых рыбок проносились мимо, оставляя за собой сверкающие следы. Тепло обнимало со всех сторон, расслабляя каждую клеточку тела. Это была моя стихия, мой мир, где я чувствовала себя свободной и счастливой.
Но вдруг лазурь сменилась ледяной синевой. Речка исчезла, уступив место бездонному озеру, скованному вечным холодом. Вода обжигала, словно лед, не давая возможности согреться.
И тут, в самом центре ледяной пустыни я увидела водоворот. Он закручивался, набирая силу, с неумолимой скоростью поглощая всё вокруг. Страх сковал меня мертвой хваткой. Водоворот неумолимо тянул вниз, в пучину, где царил лишь мрак и ледяной ужас.
Я решила бороться. Со всех сил начала грести против течения, но всё было тщетно. Холод пронизывал насквозь, каждое движение давалось с трудом, а воздух в лёгких, казалось, превращался в острые иглы.
В памяти отчетливо всплыли слова речитатива Софьи, которые спасли нас уже один раз из вод Холодного озера:
- Магия древняя, явись передо мной, подчинись воле моей, служи лишь мне одной. Дай мне власть, дай мне знание. Дай возможность свершить то, что в сердце зреет уже давно…
Я начала лихорадочно их выкрикивать, надеясь, что это поможет мне выбраться из этой ледяной бездны, и точно, вода стала теплеть…
Всё ещё кружась в круговороте воронки, вдруг заметила, что я здесь не одна. Вместе со мной в этом омуте барахтается ещё одна особа, в которой я с изумлением узнала себя - Лидию Новосёлову с выпученными от страха и удивления глазами. Мы как по команде протянули друг другу руки, чтобы ухватиться, как за соломинку надежды, но вдруг я услышала мужской голос, полный отчаяния:
- Виллет! Постой! Не ускользай! Ты нужна мне!
Вот так приехали! Кто это кричит? От любопытства я начала крутить головой, но никого не увидела… «Виллет» меня называл лорд Салеван Грин, но голос был очень похож на Реймана де Бара!
Разумная моя составляющая из последних сил «призывала» меня схватить предложенную руку Лидии Новоселовой, чтобы покончить с этим нескончаемым водоворотом таинственных событий и вернуться, наконец, к своей привычной жизни в маленьком провинциальном городке, но житейская мудрость, видимо, в этот момент меня напрочь покинула.
Пытаясь определить, кому из двух мужчин, встретившихся мне в этом мире, вдруг стала нужна, я упустила момент, и Лидия Новосёлова исчезла из поля зрения.
Вода между тем стала сильно нагреваться, воздух стал удушающим и я, почувствовав сильный дискомфорт, резко открыла глаза.
Моему взору предстала ужасающая картина - туалетный столик занялся огнём от упавшего огарка свечи.
Сиюминутно воспользовавшись приготовленным заранее сосудом с водой, мне удалось потушить начавшийся было пожар.
- Зажгли огонь! Огонь угас! – на автопилоте продекламировала я строку из предсказания старинного гримуара, словно поставила точку в своих магических злоключениях.
Глава 29
Нэнси чувствовала невероятную радость от состояния полёта. Вернее, она понимала, что это скорее падение вниз, а не полёт, но она не боялась разбиться, потому что точно знала, что её подхватят и спасут. И этот спаситель унесет её на мощных крыльях за тридевять земель в свое воздушное королевство.
Сказки, которые рассказывала ей Лаура, всегда были со счастливым концом, с добрыми феями и прекрасными принцами, в том числе и с принцами-драконами – сильными, смелыми и благородными. Именно такой встретился самой рассказчице, и она иногда делилась с маленькой Нэнси, каким он может быть добрым и какие у него сильные крылья.
Но со смертью Лауры сказки в жизни Анны закончились. Конечно, она понимала, что глупо винить в этом Софью, но ничего не могла с собой поделать. К тому времени, когда она впервые увидела дочку Лауры, сердце её превратилось в ледышку, закрытую за семью секретными печатями.
Наверное, она должна была быть благодарна Розалинде, что та вызволила девчушку из приюта и одела в бархат и шелка, выдавая за свою родную дочь. Но Нэнси хорошо усвоила урок, как крепко надо держать язык за зубами, когда по малолетству чуть не «ляпнула» на великосветском приёме вместо слова «мама» фразу «тетя Розалинда»… Шрам от плетки графини так и остался на спине, «повзрослевший» вместе с ней.
Настоящих друзей у девушки не было, и Анна завела привычку доверять свои секреты розовой тетрадке, куда заносила всё невысказанное за день, свои наблюдения, переживания и девичьи тайны.
Единственным, кто был по-настоящему добр к ней, - это Рейман де Бар, с которым она познакомилась ещё в детстве. На замужество с ним девушка смотрела как на побег из своего многолетнего кошмара - жизни в доме графини Скорр.
Конечно, Рейман ей не мог не нравиться: умный, красивый, статный. И ультиматум, который предъявила Розалинда накануне рокового бала «Леди Голубой Звезды»: либо она «охмурит» виконта и выйдет замуж за сына герцога, либо будет отдана в наложницы толстому и слюнявому Эрику Эдинбургскому, - девушка приняла близко к сердцу.
Именно поэтому она возлагала на этот праздник большие надежды, но Рейман был откровенно холоден с ней. Она даже не могла предположить, что он увлечен Софьей. Вот уж действительно ирония судьбы!
Когда она бросилась к Холодному озеру, девушка даже не была осведомлена об аресте графини. Но участь стать наложницей титулованного старика была для неё действительно невыносима.
Затем, по невероятному стечению обстоятельств, дочка Лауры вытащила их из ледяного омута, и невзгоды Нэнси, казалось, остались позади.
А потом появилась Виллет! Это просто чудо какое-то! Анна вдруг почувствовала заботу о себе самим провидением…
С этого момента она точно знала, что ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО!
***
Софья мирно спала, всё так же укутанная пледом в кресле Арика. После их разговора она моментально погрузилась в безмятежный сон, словно отпустив какую-то невероятную тяжесть с души.
Ей снились картины осеннего леса, ель, под которой они прятались от дождя, безмятежная гладь голубого озера, отражающая плывущие облака…
Вдруг внимание девушки привлек странный предмет, оказавшийся в самом центре поверхности водоёма.
Лодка? Нет, для лодки мелковат. «Неужели человек? – пронеслось в голове у Софьи. – Но как он мог там оказаться? Еще минуту назад всё было спокойно!»
Она оглянулась, ища поддержки у Арика, но соседа нигде не было видно. Тревога заполнила разум девушки - это он барахтается в холодной воде!
- Арик! – крикнула она. – Держись! Я тебя спасу!
Не медля ни секунды, она ринулась в воду и поплыла. Стремительно приближаясь к месту происшествия, она с изумлением увидела водоворот, в котором, борясь с течением из последних сил, пыталась грести она сама, Софья Павловская.
Инстинктивно желая схватить себя за протянутую руку, она выбросила свою, со словами «Держись», но тут же почувствовала теплые объятия, увлекающие её из этого омута.
- Новосёл, ты вся горишь, - услышала она встревоженный шёпот Арика, - давай-ка пойдем в постель.
Подхватив её на руки, паренёк аккуратно перенес девушку на кровать и укрыл сверху теплым одеялом. Софья блаженно улыбнулась сквозь сон, почувствовав его мимолетный поцелуй на своей щеке…
***
Разглядывая «останки» туалетного столика, я пыталась собраться с мыслями.
Итак, несмотря на все манипуляции с магическими предметами, я осталась в теле Нэнси. Но ведь это мной и планировалось. В странном ночном видении я встретилась сама с собой, и моя интуиция подсказывала, что если бы я успела коснуться своей руки, то сейчас была бы уже в своем мире.
Скорее всего, это действие шкатулки, которая хочет всё расставить по своим местам и поменять нас с Софьей телами, как и было изначально. Ведь если Салеван Грин прав, а он прав, то Лия Монарди в настоящее время находится в теле Лидии Новосёловой.
Почему произошёл сбой? В самый ответственный момент, когда моя рука уже почти коснулась руки Софьи, я услышала мужской голос, который меня позвал, притянув все мои мысли к этому миру.
А если рассматривать события утра, когда была выпущена душа Лии, то был один инцидент – мой поцелуй с Рейманом де Баром. Если предположить, что именно в этот момент и был произведен переход, то вывод напрашивается следующий: мужское вмешательство может изменить последовательность перемещений.
Эврика! Это надо будет учесть в будущем!
Так, теперь попробуем разобраться с предсказанием гримуара…
Только я собралась напрячь мозги для логических умозаключений, как услышала за стенкой, в гостевой комнате, протяжный стон. Со всех ног бросившись туда, я застала следующую картину: бледная как моль Софья сидела на кровати и таращила на меня свои огромные глаза…
- Пить! – запросила девушка охрипшим голосом. – Очень хочу пить!
Я подала ей стакан и с любопытством наблюдала, как она осушила его одним махом.
- Ещё! – потребовала она.
Я повторила манипуляцию, и так раз пять… Видимо, организм за эти дни претерпел сильное обезвоживание.
- Как ты себя чувствуешь? – озабоченно спросила я.
- Терпимо, - прохрипела девушка.
У меня остался главный вопрос, который, наконец, я решилась задать:
- А ты кто?
Мне было очень важно понять, кто сейчас находится в теле Софьи: Лия или Нэнси…
Девушка внимательно поглядела на меня, наморщила лоб, осмотрелась по сторонам и выдала то, чего я меньше всего ожидала:
- Не знаю!
Глава 30
Разочарование накрыло меня с головой. Я надеялась на что угодно, но только не на это.
- Не знаешь? Совсем ничего не помнишь?
Девушка посмотрела прямо на меня, и я заметила в её глазах зарождающийся страх.
- А кто я? Меня ты помнишь? – сделала попытку натолкнуть её на подсказку.
Она неожиданно всхлипнула, откинулась на подушку, и из-под её ресниц показалась тонкая полоска слезы…
«Уже хорошо, – ободряюще сказала я себе, - что тело Софьи ожило, так что панике поддаваться пока рано. Со временем выясним, кто в него переместился!»
Только вот время поджимало…
Всё было готово к поездке в княжество Дальних земель. И я опять ненароком подумала о Темном лорде с его способностью считывать информацию. Может быть, он сразу определит, кто сейчас занимает тело Софьи? Только Салеван Грин опять исчез в неизвестном направлении…
С самого утра я послала за доктором Корнеем Мефодичем. Его стараниями Софья немного перекусила, и её физическая форма, как отчитался эскулап, была в пределах возрастной нормы.
Только девушка замкнулась в себе и совсем не желала общаться. Все мои попытки возобновить беседу потерпели полный крах - она либо отмалчивалась, либо начинала плакать.
Доктор завел разговор о возвращении Софьи домой, в особняк барона Павловского, предположив, что в родных пенатах к ней быстрее вернётся память. Только вот я до конца не была уверена, что это Софья, поэтому попросила дать нам как минимум сутки, чтобы девушка окончательно пришла в себя. Корней Мефодич со мной согласился и, сказав, что придёт проведать пациентку после обеда, отбыл по своим делам.
Я, толком не спавши уже вторую ночь, просто чертовски устала за это утро, и мне откровенно было не до гостей. Но когда дворецкий после завтрака объявил, что прибыл лорд Салеван Грин, я искренне была рада его приходу.
Его появление, как всегда, сопровождалось ощущением таинственности и некой гипнотической силы - высокий, стройный, с мрачной загадочной аурой, закутанный в свой черный плащ. Лицо лорда было почти совершенным, движения плавными и грациозными.
- Я польщён, что ты рада меня видеть! – с легкой усмешкой заметил Салеван Грин.
Я лишь махнула рукой на его замечание, не в силах сердиться на то, что он опять читает мои мысли.
Рассказав про все свои магические манипуляции предыдущей ночью, я честно призналась, что жду его помощи в решении дилеммы, кто сейчас занимает тело Софьи. Темный лорд проникся моей просьбой и, испросив разрешения пообщаться с девушкой наедине, зашел в гостевую комнату, где та в тот момент пребывала.
***
Нэнси находилась в состоянии, близком к истерике. Она никак не могла понять, что с ней происходит. В голове, будто отголоски чужого прошлого, начали возникать обрывки чужих воспоминаний.
Вот она маленькая девочка, которая сидит на своем любимом пони. Вот лошадка поскакала по знакомой аллее, но вдруг чего-то испугалась и встала на дыбы. Воспоминания пронзительной боли накрыли Нэнси. Она с ужасом вспомнила, как полетела вниз. А потом сцены долгого лечения и пожизненная хромота…
Вот она просыпается в слезах оттого, что любимый предал её и женился на другой. Это было невыносимо. Мир как будто рухнул, сердце остановилось, жизнь замерла. Вся гамма чувств захлестнула Нэнси, она проживала это снова и снова так ярко, даже не осознавая, было ли это с ней на самом деле.
Потом побег на Холодное озеро только от одной мысли о прикосновении к ней этого омерзительного толстяка, Эрика Эдинбургского. Девушку затошнило, она не могла допустить этого и видела только один единственный выход – покончить с этой жизнью навсегда.
