- Бедный парень! Честно, мне Шона жалко. – Ник налил и себе. - Тебе разбавить?
- Чистый.
Муж протянул ей стакан.
- Держи.
- Спасибо. Сам дурак!
- И о чем же ты говорила с Джерардом?
- Просила, чтобы он вбил парню в башку, чтобы тот вел себя тихо и не вздумал показать зубы, что в его же интересах.
- Так Шон и послушает. Нет, послушать он может, но один хер сделает по - своему.
- А знаешь, кого надо будет благодарить, если эта истеричка сорвется?
Ник иронично улыбнулся. Вроде обиды давно забылись и отношения наладились, но все же Джулия еще сопротивлялась и костерила несчастного зятя.
- Еще бы не знать. Что мы еще можем? Даже если мы попросим запереть ее в палате Эбигейл все равно найдет способ сбежать.
И здесь супруга была с ним согласна.
- Она никак не может понять, что хуже от этого будет только им.
- А может это будет исцелением?
- Не смеши. Я могу вспомнить не менее десяти эпизодов, когда именно из - за ее неповиновения и его дикой несдержанности они оказывались на грани. Они не умеют слушать даже друг друга.
Ник мягко защищал непокорную дочь.
- Она переживает за него, все же любимый муж может оказаться за решеткой.
- А наша дочь вообще в могиле! – Произнеся эту фразу она залпом допила почти полстакана чистого виски и на лице не дрогнул ни один мускул. – Иногда я его ненавижу.
- Не думаю, что Шон этого не понимает, тем более он был против, чтобы она знала о суде. Послушай, дадим им шанс. Очень не хочется думать, что Шона закроют.
- Вот это и страшно, Ник. Если Шону вынесут обвинительный приговор это будет конец жизни нашей дочери.
- Мы все должны верить, что все будет наоборот и завтра его выпустят.
- Дай Бог, Ник, иначе дочь мы потеряем. Но знаешь, что будет самым ужасным?
- Нет. Что?
- Если посадят парня на много лет, а он и правда будет не виновен.
- Да, это будет несправедливо, но… Ему итак жизнь уже сломали. Ничего хорошего Шона не ждет в любом случае.
- Впервые мне его жаль больше, чем Эбигейл.
Николас встал и протянул жене руку.
- Ну что, идем спать? Завтра нам понадобится очень много моральных сил.
***
Дэвид Бекхэм сидел погруженный в чтение спортивного журнала, когда Виктория бесцеремонно проходя мимо вырвала журнал у него из рук.
- Не понял? – Спросил он поднимая глаза.
- Не тем ты сейчас занят, милый.
Дэвид взглянул на часы.
- Еще даже нет полуночи. Верни.
Она ловко спрятала журнал за спину.
- Поговорим?
- О чем?
- А ты забыл? Завтра у Шона суд.
- Забудешь здесь! – проворчал парень. - И что? Меня это не касается.
- Правда? Ты идешь свидетелем, забыл что ли?
- У меня температура 45 градусов. – Без улыбки ответил муж.
- Не отмажешься.
- Что ты ко мне пристала с этим судом? Я дал показания в его пользу. Что еще надо? Мне там быть не обязательно, и я никуда не поеду.
Виктория мило улыбнулась, но темные глаза горели злостью.
- Еще как поедешь. Если нужно я силой тебя потащу. Можешь не сомневаться, я на это способна.
Дэвид вздохнул. Его жена бывала до тошноты правильной. Особенно там, где не надо.
- Что за блаж, Вики? Это не наше дело. Я выполнил все, что ты хотела, я был у следователя, я подтвердил слова Шона, я сказал всю правду, что еще? У них есть мои показания и по – моему вполне достаточно.
- Может им, да, но не мне, Дэв.
Вот это его и бесило. Жена вцепилась в Шона, а он теперь еще и виноват остался.
- Что, не дает покоя бывший любовничек? Чего ты так рьяно туда рвешься? Увидеть Бина в последний раз перед тем, как он исчезнет за решеткой лет на пять?
Виктория оказалась достаточно умной, чтобы не отвечать на провокации. Она ловко ушла от возможной ссоры.
- Я думала вы с Эбигейл друзья. Друзей, мой милый, нужно поддерживать в трудное для них время.
- Да, мы с ней хорошие друзья, и что с того? Она же не просит, я и не лезу. Мы не настолько близки, чтобы общаться настолько тесно.
- Вот она там как раз будет.
- А она здесь при чем? Он – ее муж, это ее долг - быть рядом.
- Милый, не пытайся съехать. Эту кашу заварил ты.
- Он сам согласился.- Парировал Дэвид.
- Скажи ты все сразу ничего бы сейчас могло не быть.
- Опять начинаешь? Я не отвечаю за твоего любимчика. Если у него мозгов своих нет, я не виноват.
- Дело в твоей ревности, или…
- Да не ревную я тебя к Бину! Это дело прошлое, тем более там Эби. Дело в том, что мне не нравится, что ты указываешь, что мне делать. Ты вечно все пытаешься решать за меня, вот что мне не нравится.
- Я не указываю и не решаю за тебя, дорогой, просто напоминаю, но если у тебя короткая память, то вот, держи.
Виктория взяла со столика позади него конверт.
- Это что? – Дэвид быстро вскрыл конверт и достал… Официальная повестка в суд на его имя. - Какого дьявола? Твои происки? Это ты их подговорила?
И здесь Виктория Бекхэм стала совершенно серьезной. Детские игры закончились.
- Это никакая не шутка, Дэвид. Я всего лишь за справедливость. Будь мужчиной – отвечай наравне. Вы были вместе и то, что у тебя не оказалось в кармане наркоты вовсе не означает, что ты вышел из воды сухим. Шон попал из – за тебя. Ты мог ему отказать, но ты…
- Да, идиот, согласен. Но я же не знал, что будет облава. – Попытался оправдаться Бекхэм.
- Короче, Дэв, это официальная бумага с гербовой печатью. Ты – единственный кто все знает от самого начала до самого конца, и если ты проигнорируешь повестку в суд, то боюсь…
Меньше всего ему хотелось продолжать с ней спорить, потому что переспорить эту миниатюрную красавицу никому не удавалось.
- Хорошо, Виктория, я тебя услышал. Ладно, раз все официально, тогда нет проблем. Завтра я поеду, и все повторю уже при судье. Так тебя устроит?
- Не ты, а мы. – Поправила она довольно ухмыльнувшись. – Да, вполне устроит.
А вот это парню уже не понравилось. Снова она задвигает его на задний план.
- А тебе там что делать?
- Как ты сам сказал, смотреть на Бина конечно. И не пытайся возражать. Я еду в суд вместе с тобой, Дэвид.
Дэвид сделал вид, что он просто счастлив, что жена составит ему компанию. Он понял только одно, она едет не для прессы, не для Шона, не для самого Дэвида. Она будет ястребом следить за каждым его словом и если ее что – то не устроит… Вот любительница правды!
- Просто отлично, тогда наверно будет правильным решение отправиться спать, ибо завтра нужно встать пораньше.
- Конечно, милый, ты абсолютно прав, только знаешь, я решила, что сегодня нам стоит спать в разных комнатах.
Ее очередной заскок!
- Не понял?
- Я не злюсь, правда, но это тебе наказание за твое поведение. Ты слишком много воли стал себе позволять, Дэвид.
Дэвид сглотнул слюну. Нет, он не станет на ночь глядя выяснять отношения, он уступит, он даже вида не подаст, что обижен ее поведением, но уже не первый раз у него закралась мысль, что Викторию Кэролайн Адамс пора бы поставить на место и указать, что глава их семьи он.
- Хорошо, Вики, как скажешь, а теперь верни мне мой журнал и иди себе спокойно спать.
На его тон она не обратила никакого внимания. Все ее мысли были заняты Шоном, хотя она вполне успешно все скрывала от супруга. Ну, или ей так казалось, ведь и Дэвид Роберт Джозеф Бекхэм был далеко не дураком, которого можно провести.
- Будильник можешь не заводить. Утром я сама лично тебя разбужу. Спокойной тебе ночи и хороших снов, милый.
- Взаимно, дорогая, буду с нетерпением ждать твоей побудки.
Прода от 04.12.2025, 00:50
Глава 124.
Tori Amos - Winter.
Братья Фрейзер уже не раз нарушали правила ради Шона, но обычно они либо получали приказ об этом непосредственно от начальства, либо их умолял сам Шон так, что они не могли ему отказать. Сейчас все было иначе. Бин довел Смита до состояния ярости и тот запретил даже проверять парня, вероятно желая, чтобы Шон нашел способ что – нибудь натворить и окончательно загнать себя в могилу. Понимая, что приятелю ой как непросто Джекс все же решился.
- Не могу я здесь сидеть, зная, что он там сейчас на стену лезет. Несправедливо это все.
Роб, который тоже все время думал о Шоне поддержал идею брата довольно благосклонно.
- Кто – то один должен остаться здесь. Ты иди, а я, если что попробую отвлечь Смита.
- Ты не будешь меня отговаривать? – Удивился Джекс.
- Я за него не меньше твоего переживаю. Мы должны хоть чем – то ему сейчас помочь и самое меньшее, что мы можем, это дать ему то, чего он желает.
- Впервые я хочу, чтобы нас поймали. И не просто поймали, а еще и уволили без права на такую работу в будущем.
Роб пожал плечами.
- Раньше нас все очень даже устраивало.
- Раньше здесь не оказывались наши друзья и не было такого произвола.
- Тоже верно, - не мог не согласиться с братом Роб, - ты Бину только не ляпни об этом, а то мало ли что ему может ударить в башку. Иди давай, пока Смит не решил нас проверить. Привет ему, и пусть там не сильно загоняется.
Джекс потоптался на месте.
- Слушай, Роб, дай мне свой мобильник, а то мои деньги Бин уже спустил.
Тот достал телефон ни о чем не спрашивая брата, но предупредил.
- Если кто узнает, что мы помогаем Шону Бину за это нас не погладят, братик.
- Я не желаю быть свидетелем его нервного срыва. Пусть лучше поговорит с ней сейчас, чем мы завтра будем вызывать наряд спецназа, чтобы остановить Бина.
Роб прикинул картину и ему она тоже не понравилась.
- Да, это будет действительно страшно. И все же пусть не сильно наглеет. Я не хочу вылететь отсюда до того, как нашего психа оправдают и выпустят на волю.
- Тогда будем молиться, чтобы это случилось уже завтра.
***
- Ты серьезно? Чем это я заслужил? – Спросил Шон глядя на сотовый, но не спеша его брать.
- Мы должны для тебя хоть что – то сделать. Это самое малое, что мы можем. Берешь?
Шон отошел от решетки. Он дико этого желал, но в то же время ему было страшно. Он боялся сорваться и наговорить ей лишнего.
- Спасибо, но я, пожалуй, откажусь.
- В смысле? Ты не хочешь позвонить жене? Ты уверен, что нормально себя чувствуешь? Может ты заболел?
Шон ухмыльнулся.
- Какой смысл душу себе рвать? Она уже все решила, а ругаться я с ней не намерен, но если позвоню мы обязательно поскандалим. Пусть уже все идет, как идет.
- Я больше не приду, Шона. – Предупредил друг.
- Звучит как угроза, Джекс.
- Даю тебе минуту на размышления. Это ни ловушка, ни подстава, это жест доброй воли.
Но Бин явно все для себя решил и решения своего менять не собирался.
- Увидимся утром, Джекс.
- Ну, как знаешь. Я, может, еще загляну к тебе.
- А если узнают о вашем с Робом саботаже? Смит вас грозил премии лишить, если вы будете ко мне бегать.
- Значит лишимся работы. Забей, это наши проблемы, ты ничего не потеряешь. Тебе сейчас это необходимо гораздо больше. Не хочешь телефон возьми хоть это. – Он протянул Бину пачку сигарет и несколько пакетиков кофе.
Шон впервые за долгое время улыбнулся.
- Спасибо, это как раз то, что мне просто нужно едва ли не больше телефона.
- Может все же еще раз подумаешь? – Джекс указал на сотовый. - Она будет рада.
- А кто меня откачивать будет в случае, если она меня доведет до сердечного приступа? Если бы ты знал, как я этого желаю и как же сильно боюсь услышать ее голос.
- Твоя жена - Ангел.
- Я живу с ней уже 6 лет и поверь, Джекс, Эбигейл Люси Круттенден совсем не Ангел.
Джекс Фрейзер не смог подавить смешок. Шон никогда не связывался с обычными девушками. Его со школы тянуло вляпаться в отношения и потом выбираться из них как из топи болота.
- Ты себе не изменяешь, приятель.
- Но я жизни без нее не представляю. Пусть она будет хоть Дьяволом, но она мой Дьявол, я выбрал ее, и я ни о чем не жалею.
- По глазам вижу, что тебя ломает. Бери. Насильно тебя никто звонить не заставляет, но ты же сорвешься первым. Держи, возможно это твой последний шанс попросить у нее прощения за все.
- Я ничего не сделал, за что должен просить прощения, Джекс.
- Прости, я не имел в виду… Короче, Бин, пусть мобила побудет у тебя. Нам так спокойнее.
Шон усмехнулся.
- Если кто – то надеется завтра утром обнаружить меня в петле или с перерезанными венами, то этой радости я никому здесь не доставлю, можешь всем так и передать.
- Ты с ума сошел, что ли? Ты меня не так понял, Шона, я вовсе…
- Меня упорно толкают к могиле. Никогда.
- Умница, Шон, я тебя понял, а теперь сделай одолжение, возьми этот чертов телефон.
И Шон неуверенно взял телефон. Потом он взглянул на приятеля.
- Спасибо, ребята, от души спасибо, если бы не вы я бы здесь точно долго не протянул.
Джекс улыбнулся.
- Удачи тебе, и скоро увидимся.
- Завтра меня закуют в наручники и вся эта мутотень наконец закончится. Господи, помоги мне пережить этот кошмар.
- На счет Господа я не уверен, но я и Роб сделаем для тебя все, что сможем в этих обстоятельствах. Удачи тебе с женой, Шона.
- Спасибо, Джекс.
***
Шон покрутил мобильный в руках. Что – то в нем сломалось после общения со Смитом. Ему почему – то стало совершенно все равно на то, что его ждет и он больше не собирался никого отговаривать его спасать, но он знал, стоит ему услышать ее голос и он пропадет. Он только ради нее нее должен сделать все, чтобы выйти на свободу, а если сейчас он позвонит, то все его мысли будут только о ней, он будет дергаться и нервничать и это будет плохо для него, но как же трудно не набрать знакомый номер, не услышать до боли знакомое « - Здравствуй, мой хороший «.
Меньше 12 часов его отделяет либо от решетки и колючей проволоки под напряжением и долгих лет уходящей молодости под постоянным контролем и жизни под указы других, под унижения, побои и многое другое, либо от свободы, от чувства полета, от любимых видов Лондона, да и вообще нормальной жизни в целом, а он так и не спал нормально.
Шон смотрел на сотовый не в силах решиться, или оставить все как есть. И вдруг темный дисплей ожил и он мгновенно узнал знакомые цифры. Это решило все разом. Кровь прилила к бледному лицу, сердце застучало на пределе. Значит так тому и быть. Прерывистое дыхание, он нажал кнопку « Ответ « и поднес трубку к уху, но он ничего не успел даже произнести.
И ей не пришлось даже спрашивать, она будто читала его на уровне подсознания, чувствовала его на расстоянии. Она будто чувствовала, что должна набрать Фрейзеров именно сейчас, она будто знала, кто ей ответит на другом конце провода. И этот кто – то будет ни Джекс и ни Роб.
- Здравствуй, мой хороший.
И Шон ответил ей тихим:
- Здравствуй, родная.
***
Они говорили обо всем и ни о чем, как будто в первый раз узнавая друг друга. И обоим казалось, что нет между ними пропасти и ни единого слова о том кошмаре, который они переживали вместе, но каждый по - своему. Наверно за все 6 лет совместной жизни они ни разу ни поцапались, не стали выяснять, кто из них прав, доказывать, кто и что делает неправильно и эти короткие минуты стали самым прекрасным временем для обоих в этом аду. И чем больше они говорили, тем больше Шон успокаивался и тем острее было его желание, чтобы весь этот кошмар остался позади. Но так же он понимал, что мозг отключается и ему все труднее сосредоточиться и не потерять нить, которая сейчас связывала их.
