Прежде, чем Шон снова выдал гневную терраду о правилах приличия и поведения в общественных местах она закрыла ему рот ладонью и многозначительно посмотрела прямо в глаза.
- Бин – заткнись и получай удовольствие.
Шон даже не заметил, как был уложен на кушетку с уже расстегнутой рубашкой.
Это пошло вразрез всем изначальным планам. Кто тут еще умирает вопрос крайне спорный. Человек, которому три дня до серьезнейшей операции явно думает не о физической близости с партнером. Они точно что – то где – то пропустили, или все это просто сон. Самый прекрасный из возможных.
- Вот черт, а…
- Тссс… - Эбигейл дотронулась пальцами до обнаженной груди.
- О, Боже, только не…
- Я хочу тебя… - Тихо и томно произнесла супруга развязывая пояс больничного халата.
Разум Бина прежде чем покинуть пределы Земли попытался остановить своего хозяина робким вопросом, который мгновенно потерялся во времени и пространстве.
- Твою мать, что мы творим?! О Господи, как же я тебя безумно хочу, родная! Носки снять?
Это были его последние слова перед тем, как ее губы мягко коснулись его лица. И земля, вернее кушетка ушла из - под тела. Он не мог ей сопротивляться. Будь, что будет, если так суждено, то что не делай, произойдет то, что задумано Судьбой…
Эбигейл судорожно пыталась избавиться от неудобной больничной одежды, Шон наспех расстегивал ремень на джинсах и когда им одновременно это удалось, то последняя преграда к их близости почти превратилась в пыль, если бы не несколько крайне важных моментов, о которых они вдруг, в пылу страсти синхронно вспомнили…
Эбигейл повернула голову.
- Дверь! Дьявол! – она снова перевела взгляд на ошалевшего от всего происходящего мужа. – Никуда не уходи, я сейчас.
- Эбс, - окликнул Шон, - а резинки здесь есть? Без предохранения я на тебя не полезу.
- В ящике.
Пока она закрывала двери и опускала жалюзи Шон зубами разорвал пакетик с презервативом и непослушными пальцами пытался достать средство контрацепции. Наконец ему это удалось. Его трясло, то ли от предвкушения того, что сейчас будет происходить, то ли от ужаса, что он не в состоянии сопротивляться повелению тела.
И вот час Х для них настал… Время замедлило свой ход в тысячи раз, практически остановившись на этом моменте.
Кровь разом прилила к бледному лицу, когда она медленно стала подходить к своей безропотной жертве снимая с себя больничную одежду и открывая Шону новые горизонты…
У них еще был малюсенький шанс остановить это фееричное безумие.
- А может лучше… - Шон отчаянно пытался остановиться. – лучше не надо, а?
- К черту все. У нас полчаса пока не стали выносить запертую дверь.
Нежное прикосновение и Шон снова оказался в горизонтальном положении, но сейчас он был очень даже не против. Такого еще не было. Они много себе позволяли, иногда даже слишком много, эпизод в камере чего только стоил, но здесь, сейчас, прямо в больничной палате, в стерильном помещении, среди всего этого… Жарко, страстно, заводящее, без оглядки на возможные последствия и без чувства стыда…
Кровь тяжелым напором ударила прямо в сердце, когда их губы коснулись друг друга. Шон закрыл глаза спуская себя с невидимого поводка полностью отдаваясь умелым ласкам эрогенных зон…
Они таяли в жарких объятиях друг друга, как лед на солнце. Поцелуи лишали кислорода, их губы не отрывались ни на секунду друг от друга и все было плохое было забыто хотя бы на эти мгновения, где они снова могли любить друг друга дерзко, смело, где не было ни болезней, ни расставаний, где они все еще были счастливы по – настоящему и могли отдавать себя друг другу так же как в первую ночь… Ее ногти отчаянно царапали ему плечи, его шершавые ладони гладили ее обнаженную спину вызывая дикий спектр противоречивых эмоций… Они позволяли друг другу все, не думая больше о последствиях своих действий и плевать на порицание, осуждение, главное, что несмотря ни на что они все еще есть друг у друга… Да будет так всегда!
Прода от 04.06.2026, 04:46
Глава 156.
Они успели закончить прежде, чем вышло время, но кого эти двое пытались обмануть, кроме самих себя? Когда Нельсон увидел в палате Шона он не хотел верить, что этот дурак забыл все наставления и предостережения и нашел своим опасениям подтверждение в виде, двоих крайне взъерошенных супругов Бин хотя они определенно старательно замели следы своих недавних секс утех.
- Ты еще здесь? Шон, я дал тебе десять минут на расстоянии, какого черта ты торчишь здесь уже большее часа да еще рядом с ней без защиты?
Эбигейл едва смогла подавить смешок. У них была хорошая защита, правда явно не там, где нужно.
- Доктор, я только что собрался уходить. – Промямлил Бин нерешительно поднимаясь с кушетки и осторожно проверяя себя на детали крайне быстрого одевания. Рубашка в порядке, джинсы застегнуты, даже кроссовки надеты правильно, ведь первая попытка быстро одеться с треском провалилась на всех фронтах.
- Ты меня уже достал своими фокусами. Я запрещу охране пускать тебя.
- Не имеете права. – Тут же последовал быстрый ответ.
- Да неужели? А ты докажи, что ты отвечаешь за свои слова и тебе можно верить. Проваливай отсюда, и чем быстрее, тем лучше.
- Очень надо. – фыркнул Шон театрально изображая оскорбленное достоинство. - Приду завтра, родная.
- Люблю тебя, мой хороший.
Шон послал жене поцелуй и направился к двери. Ему не хватило двух шагов, как Нельсон Моррис остановил его схватив за рубашку.
- Ну – ка стоять! Это еще что такое?
- Что? В чем дело?
- А это мы сейчас выясним, в чем. Простите, господа, это то, о чем я думаю?
Эбигейл с Шоном синхронно посмотрели туда, куда указал Нельсон.
Лицо у Бина пошло красными пятнами. Круттенден распахнула глаза в ужасе. Самая главная улика их недавней любви красовалась прямо в шаге от Морриса.
- Итак, милые, ничего не хотите объяснить? Ну, придумали сказку?
Вот это они вляпались! Все подчистили кроме использованного презерватива. И свалить не на кого и придумать нечего. Кроме чистосердечного, но желательно без пикантных подробностей, чем они здесь занимались. Отмазаться красиво не получится, ибо здесь сразу все понятно, что это за штука и каково ее применение. Шон огляделся, но аппарата УЗИ поблизости не увидел
- Прошу прощения. Это мое.
- Вот так новость! И что же это здесь делает?
С милой улыбочкой Шон взял салфетку и избавился от позора дня. Забыть использованный гандон это надо еще постараться. И все же Шон был бы не Шоном, если бы не попытался вывернуться.
- Это не то о чем вы подумали, если что.
- Не расскажешь, о чем я подумал увидев использованный презерватив в палате онкобольной прямо на полу? Кстати, сразу видно, что им пользовались. Не поделитесь, для какой цели?
- А с чего вы взяли, что была цель прямого назначения?
С Шоном было бесполезно говорить, если он начинал косить под идиота. Нельсон взглянул на Эбигейл.
- Поддержишь его версию?
- Я вообще не знаю откуда это здесь.
- Шон, твоя супруга только что тебя сдала. Так это чье, определитесь вдвоем уже.
- Это… - Шон бесполезно пытался найти какое – нибудь оправдание, которое устроит врача. – Ну, знаете…
Моррис был человеком терпеливым, понимающим, с долей юмора, иногда черного, но он не приемлел, когда ему шли наперекор, а эта бесстыжая парочка делала это постоянно и зачинщиком всегда был Бин. В принципе он был на свободе, а не лежал в четырех стенах под капельницами.
- А ну садись! - Схватив Шона за шиворот Нельсон бесцеремонно толкнул его на кушетку рядом с Эбигейл.
Теперь эти двое сидели рядом взявшись за руки с видом провинившихся котят, правда, в силу своей натуры Шон, конечно, попытался протестовать за что был награжден затрещиной.
- Не имеете права! - Тут же последовала ожидаемая реакция.
- Если тебя родители не научили правильному поведению, я научу живо. Вы что, с ума сошли? Вы соображаете, что творите? Это больница, а не публичный дом и не ваша спальня! Вы же не инфантильные подростки, которым тестостерон бьет по мозгам! Вы – взрослые люди, нужно наконец понять, что вы не одни на свете и не все крутится вокруг вас!
- Мы ничего плохого не делали. – Бин продолжал стоять на своем.
- Да, плохого ничего, но такое поведение… Я на своем веку, работая здесь повидал, наверно, все, но такого… Это уже выходит за любые границы! Никакой нравственности, воспитания, совести!
- Вот только не надо о совести, доктор. Мне стыдно. От моего искреннего раскаяния сейчас что – то изменилось?
- Если вы оба решили, что вам все позволено, то спешу вас обоих сильно огорчить. В моей клинике этого не будет.
Не желая слушать очередную отповедь, и чувствуя свою вину Шон решил, что пора принимать удар на себя.
- Я прошу прощения, доктор. Этого больше не повториться. Обещаю. – Промямлил Бин краснея и опуская глаза в пол.
- Значит решил все же признаться, что это между вами было?
- Больше не повториться. Даю слово.
- Конечно, не повториться, ибо, ваши встречи теперь будут проходить под моим личным контролем!
Понимая, что мужу итак не сладко Эбигейл тоже вставила свое веское слово.
- Это моя вина, доктор Нельсон. Шон не при чем.
- Твой Шон всегда не при чем! Хватит его защищать, он сам должен научиться нести ответственность за свои поступки.
- Я не безответственный. – Пробурчал обиженно Шон продолжая упорно лицезреть ламинат.
- Я не буду разбираться, чья это была идея, ибо вы оба ненормальные и понесете заслуженное наказание оба.
- Ради Бога! Мы что, маленькие дети?
- Ведете себя именно так. Короче, еще одна такая выходка, и я напишу на тебя заявление в полицию. Я не шучу. Запомните, оба раз и навсегда, не все должно быть так, как желаете вы. Ясно? Голову иногда нужно включать. Это – больница, и существуют определенные законны, правила поведения и приличия в стенах этого заведения, что вам обоим явно неведомо!
- Мне еще сто раз извиниться?
- Тебе вообще лучше просто здесь не появляться.
Шон поднялся.
- Я думал вы более современных взглядов на современную молодежь, доктор.
- Не хами.
Эбигейл бросила на мужа умоляющий взгляд.
- Не хамлю, доктор Моррис. Достаточно уже о себе узнал, повторяться не нужно.
- Нет, уж будьте любезны, мистер Бин. За свои поступки нужно отвечать.
- Вы не понимаете, доктор.
- Тебе напомнить, о чем я говорил? Ты о ней вообще не думаешь, только о своем « Хочу «? Короче, если что – то случится виноват в этом будешь ты, сынок. Потом не плачь, что я тебя не предупреждал о возможных последствиях. Уйди с глаз моих, Шон. – Моррис перевел взгляд на Эбигейл. - А ты, моя дорогая, не вздумай его защищать, на этот раз виноват не только он. Не уверен, что твой ненормальный муженек настолько отмороженный в таком положении.
- Это я его заставила. И знаете, я не жалею. Это все, что нам сейчас осталось.
- Шон. – Окликнул врач.
В дверях Бин обернулся.
- Что?
- Ты даешь слово, что больше ей не уступишь?
- Я люблю ее, доктор, люблю больше жизни, потому больше никаких обещаний.
- Глупые дети! Ладно, ну вас обоих. – Нельсон махнул рукой. - Оставайся, но еще раз ты такое устроишь, и я лично спущу тебя с четвертого этажа через окно. Понял?
Шон за секунду оказался рядом с женой. Больше для них вокруг никого не было.
Понимая, что все слова эта пара ненормальных как обычно пропустила мимо ушей Моррис все же решил попытаться призвать их вести себя нормально и не забывать где они оба находятся.
- Я оставлю дверь открытой и скажу на посту охраны, чтобы направили камеру прямо на дверь. Если она будет закрыта я лично приду и закончу ваше веселье раз и навсегда. Вы поняли?
Даже не смотря на врача супруги согласно закивали.
Стоило Моррису сделать шаг за пределы палаты, как Эбигейл судорожно вцепилась в Шона.
- Не уходи, не бросай меня здесь одну! Я… я больше не хочу терять тебя снова!
- Эбс, Эбс, спокойно, все хорошо. Я здесь, и ты не одна.
- Мне страшно. – Она всхлипнула уткнувшись Шону в плечо.
- Скоро все закончится, потерпи совсем немного, солнышко.
- А… А Дилан согласен?
- У нас есть другой донор? Послушай, родная, не надо об этом сейчас.
- Три дня… Ты не понимаешь… Да, мне очень плохо, но кто знает, что будет после? А если…
Шон сразу понял к чему она подходит и не дал ей договорить закрыв рот ладонью.
- Не смей, Эбигейл. Даже думать не смей. Все будет хорошо, слышишь? Ты поправишься, ты обязательно поправишься, поняла меня? Никогда не произноси таких слов. Я поклялся вытащить тебя из этого ада и, клянусь, я тебя вытащу.
- Я люблю тебя.
- Все будет хорошо, скоро ты даже не вспомнишь об этом кошмаре. Мы все начнем сначала, все исправим, и у нас все будет отлично. Слово даю, родная.
- Только тебе удается так успокаивать.
- Верь мне, малышка, только верь, я тебя не подведу.
- Верю, мой хороший, верю.
- Отлично. Ну, я тогда пойду? Пока, чего доброго, повторения недавнего не случилось.
Эти слова были тем, чего как раз и не хватало и что здорово разрядило накаленную обстановку. Она наконец смогла расслабиться и улыбнуться и у Шона немного отлегло от сердца.
- Поцелуй от меня всех, особенно Сэла и Нанду. Они хоть вспоминают обо мне?
Шон решил не рассказывать что приходится придумывать, чтобы дети 24 часа в сутки не спрашивали о матери и не рвались к ней.
- Знаешь, мне срочно нужен крепчайший кофе без молока и сахара. Я завтра приду и мы…
- Иди, Шон, иди, со мной все будет в порядке.
Больше он не заставил себя упрашивать.
Закрыв за собой дверь с обратной стороны силы покинули Бина и он сполз на пол. Морально он сломался окончательно.
