- Отлично! – некромант хлопнул в ладоши, и тут же подошли двое высоких мужчин, рядом с которыми Наставник выглядел совершенным ребёнком. – Их проводят на место, выделят всё необходимое. Встречи – один раз в неделю, пока что в присутствии кого-то из тех, кому я доверяю. Без обид, хе-хе. Ты будешь жить в учебном общежитии, посмотрим, на что ты способен, некромант Нэсса.
2
Время, как и всегда, когда приходилось погружаться в учёбу, мчалось незаметно. По утрам Тиль в одиночестве бродил по Цитадели – так называли своё пристанище некроманты. Несколько раз он попадал во внутренний дворик, где был разбит сад. Его душа требовала привычных лесных просторов, но даже здесь, среди растений, эльфу было не по себе – ядовитые плющи, хищные росянки, коварные болотные травы, уживавшиеся на одном клочке земли, не приносили душе умиротворения. И как другие несколько эльфов тут выживали?
- Мы иногда бываем в родных мирах, - насмешливо признались они, когда юноша всё же решился задать свой вопрос, - но после побега одного нашего соплеменника тебе это не скоро ещё позволят. Лучше попросись на задание отправиться с кем-нибудь – глотнёшь воздуха.
О сбежавшем Тиль не спрашивал – и без того ему было ясно, что речь шла об отце, Ниуррасиле.
Раз в неделю, как и было обещано, эльф виделся с друзьями, но эти встречи, в присутствии так и оставшихся посторонними Оурона и Шан, тоже не сильно радовали. И если воин ещё как-то давал возможность побыть только втроём, то эльфийка каждое мгновение старалась не отходить от Эстаззийаиля ни на шаг.
- Она – сильный маг, умеющий управлять духами, - в редкие минуты без Шан сказал как-то Тайлодональ. – Сама призналась. Возможно, умеет и блок ставить на магию.
Тиль задумчиво кивал, делая себе мысленные зарубки: выходит, Шан к нему приставили, чтобы могла заблокировать в нём тёмную магию, если вдруг он станет действовать не по плану. Про такие блоки юноша только читал, с тонкими материями работать ему практически не удавалось. В любом случае эти заклинания если не разрушали, то очень сильно влияли на личность того, к кому их применяли. Что правители терции ему не доверяют, он знал, но осознание, насколько далеко они готовы зайти, лишь бы не отдать некромантам ещё одного мага, неприятно кольнуло.
- А Оурон? – всё же спросил Тиль.
- Нормальный парень, не маг, но точно под воздействием. Может, даже нашей шустрой девочки. Не зря она старается проводить с ним какое-то время каждый день, - Тайлодональ невозмутимо пожал плечами.
- Знал я, что мы тебе пригодимся, - Гатладорель дружески хлопнул нахмурившегося Тиля по плечу. – Не переживай, мы с ней по одному не остаёмся, а нас двоих и Третий Страж не перемагичит. Будем присматривать за этой парочкой, и ты сам уши не распускай.
Следуя совету друзей, Эстаззийиаль присматривался к жизни некромантов. И вдруг понял – она ничем не отличаются от тех привычных устоев, что окружали его всю жизнь. Несколько детей и молодых магов, и он в том числе, учились. Старшие выполняли какие-то поручения в цитадели и вне её. Те, кто послабее, вели хозяйство, более сильные занимались охраной, обучением, периодически исчезали, а потом возвращались. Но самое интересное было в том, что практически каждое бытовое заклинание, каждая магическая мелочь была напитана той самой тьмой, что он недавно начал в себе ощущать, создавая особую ауру Цитадели. И это не тяготило, как, например, тёмная аура Междумирья.
- Тьма бывает разная, - учил совсем старый некромант, один немногий из чистокровных. – Для каких-то рас она кажется одинаковой, но мы-то с вами знаем: наша магия, некромантия, доступна даже эльфам, - при этих словах обязательно поворачивались головы и десяток пар глаз внимательно начинал изучать Эстаззийаиля. – А есть просто магия иной направленности. Для кого-то это магия демонов, а для кого-то – драконов. Оттого в тех мирах, где нам удалось создать свой уголок, вне зависимости от ауры самого мира, нам бывает уютно.
Про другие миры Тиль потом рассказал, конечно, Тринадцатому, но мысль о том, что ему вовсе не обязательно всю жизнь просидеть в Силиралионе и своей терции вновь показалась привлекательной. Нужно просто научиться правильно использовать то, что даровали Создатели.
И Тиль старался изо всех сил. Как ученика его гоняли на занятиях в хвост и гриву, заставляли применять магию – вызывать существ из миров нечисти, отправлять их обратно, оживлять умершие создания и создавать из имеющегося материала новых, управлять ими и перехватывать управление чужой нежитью…
Что-то Тиль уже умел, от чего-то его просто с души воротило, но он, стиснув зубы, делал то, что требовалось. И вовсе не тёплые воспоминания о семье, угасший уже огонёк гордости за сложное задание или надежда, что иссингель в очередной раз похвалит, заставляли его стараться изо всех сил. Пусть и неосознанно, но в душе смутно теплилась надежда на то, что эльфийка с синими глазами, отражающими бездонные небеса его родного края, ещё не совсем забыла невоспитанного мальчишку. Возможно, когда он вернётся героем, ей не будет никакого дела до того, что кровь его запятнана тёмной магией.
Учителя были разными – эльф, какой-то полукровка с долей драконьей крови, та самая леди дроу – Хизара, а однажды на урок явился демон. Эльф тут же приготовился защищаться, но тот лишь усмехнулся, пряча свою сущность и превращаясь в обычного мужчину. Вспомнился Кай, поступавший так же. Может, Тринадцатый был прав – глупо разделять расы на хорошие и плохие?
- Инстинкты, эльф? – оскалился он. – Забудь, здесь мы все одинаковы. Неужели ещё не понял?
- Я понял, что здесь можно многое, что кажется запретным в моём мире, - извернулся юноша.
- Молодец, Нэсса, хорошо отбрехался! – демон хохотнул, уселся прямо на пол и приглашающе похлопал рядом с собой. – Хотел с тобой повоевать, но, как вижу, многое ещё нужно рассказать. Первые некроманты, конечно, не сразу создали Цитадель. Они скитались по мирам в поисках места, где их примут, а по пути находили всё новых последователей. Скажу про себя. Вот я – демон. Моя тьма не сильно отличается от привычной мне магии, но даже дома меня боятся, считая труповодом. Неприятно, верно? Поэтому здесь, несмотря ни на что, мне легче.
- Да, я знаю, некромантов боятся.
- И не зря! Озлобленные на все тридцать шесть миров, они творили поистине ужасающие вещи. То время прозвали Мёртвой войной. Но потом маги объединились и почти всех некромантов уничтожили. Сжалился лишь Десятый Страж – глава терции нечисти. Он-то и пустил нас на свои территории, так что мы ему подчиняемся. А когда война прекратилась, оказалось, что не каждому есть пара его расы. Впрочем, полукровки всегда появлялись на свет, но тут… Короче, нам стало грозить исчезновение. Но уже по другой причине, - демон усмехнулся, а Тиль смутился – эту причину он прекрасно понимал.
- Поэтому стали появляться пары из разных рас? – всё же спросил он.
- И поэтому, и ещё потому, что сердцу не прикажешь, а нас никто и не заставлял скрывать свои чувства, как привыкли это делать чистокровные жители миров. С одной только поправкой: простые полукровки получают внешность одного из родителей и особые способности другого, которые потом учатся пробуждать в нужный момент. Это происходит из-за заклинаний, которые творят над матерью или новорожденным. Мы этого не делаем, чтобы не помешать зародиться некромантии, а потому и внешность у многих из нас весьма… необычная.
- Разве некромантия не всегда передаётся по наследству?
- Нет, Нэсса, её, как и любую магию, можно убить в зародыше. Например, демон и эльфийка, - оба дружно фыркнули. – У меня есть некромантия, у неё – нет. Во время беременности эльфы провели обряд подчинения демонических способностей – и некромантия не получила достаточно энергии, чтобы развиться. Если же оба родителя некроманты, дар всё равно себя проявит, но без вмешательства он будет сильнее. А вот двум представителям одной расы проще – дар всегда переходит к ребёнку. Но запомни: как бы кто ни выглядел, здесь мы все равны. Упаси Создатели тебя кого-то обидеть своим презрением к его расе!
- Я тебя услышал. Так поэтому у меня всё время меняются учителя?
- И поэтому, и потому, что ты очень способен. Наставник на тебя не нарадуется, но мы достаточно потратили времени на разговоры. Я могу обучить тебя тратить на заклинания не собственную силу, а некромантию, даже если заклинания – стихийные. Готов?
- Ещё вопрос. Но разве не все демоны – некроманты?
- Ха-ха-ха! Да ты совсем малыш! Наверное, только-только из своей школы вышел? Нет, демоны не некроманты. Мы просто иные, не такие, как вы, и магия наша иная. Тебя раздражает моя аура, а меня – твоя, но когда мы оба используем силу некромантии, мы становимся одинаковыми. Этот дар – от тёмных, забытых Создателей, и достоин его не всякий. Представь, что было бы, если бы каждый был способен управлять мёртвыми или нечистью. Мир был бы уничтожен ещё на заре времён. А теперь – приступим…
Уроки этого мага запомнились Тилю надолго, потому что в чём-то они повторяли уроки Тринадцатого. Да и рассуждения у двух демонов оказались примерно одинаковыми. Зачем враждовать, если все мы творения одних Создателей – так звучала мысль, провозглашаемая этим демоном с невероятной стихийной силой.
- Мой дар – ветер. Я – стихийный демон, но все стихии действуют примерно одинаково, а потому смотри и запоминай, - всегда спокойно говорил он эльфу. А после занятий никогда не отказывался отвечать на вопросы любопытного юноши.
- Интересный ты парень, даже до этого докопался, - с усмешкой сказал он, когда Тиль всё же рискнул озвучить вопрос о причине того, что за эльфами пристально следят. – Да, есть причина. Помню одного эльфа. Интересный был парень, даже жаль, что он сбежал. Всегда был готов прийти на помощь, а уж в обучении новичков зелёных ему равных не было. Он, правда, был влюблён в драконицу Тхаррину, а её выбрал для себя наставник. Тхаррина заболела, и никто не смог ей помочь, а Арпи говорил, что Тхаррина забеременела от наставника и просто не в состоянии была выносить того уродца, которым он её наградил. Когда Тхаррина умерла, Арпи сбежал. Ты очень на него похож… Смотри, Нэсса, не задавай больше таких вопросов никому, даже мне. Наставник на многое смотрит сквозь пальцы, но есть и запретные темы.
Всю получаемую информацию Тиль через амулет передавал Тринадцатому Стражу, а потом – Третьему. Почему-то с демоном разговаривать было проще. Рассказал и о Тхаррине.
Кайссандиор долго размышлял над словами эльфа о погибшей драконице, а через несколько дней заявил:
- Мы подняли документы и нашли эту Тхаррину. Да, была такая драконица, обладавшая некромантией. Её, как и тебя, отправили в Цитадель, чтобы следить за магами. Спустя некоторое время связь с ней пропала, а потом её нашли мёртвой. На теле были обнаружены следы прерванной беременности, а плод отсутствовал. Эсти, будь осторожнее. Не лезь туда, где может быть опасность.
- Да, Кай, я постараюсь. А Третьему?..
- Про драконицу рассказал – всё же её искали. Но и ты старайся избегать пока опасных тем. Вот признают тебя за своего, станет полегче. А пока что не торопись, не высовывайся зря.
- Понял. Никому не будет пользы, если кто-то догадается, какая у меня цель.
- Верно. Как друзья?..
Разговор неизменно сворачивал на близнецов, чем-то приглянувшихся демону. А может, это просто была попытка развеять беспокойство и сомнения Эсти, каждый раз проявлявшиеся после таких бесед. С одной стороны эльф понимал, что делает важное дело – узнаёт о жизни предполагаемого врага, а однажды, может, и слабые места сумеет выискать. Но с другой – чувство собственной неправоты давило всё сильнее. Пока что жизнь некромантов не дала ни единого намёка на то, что они занимаются какими-то нехорошими делами. К тому же его с друзьями приняли, обеспечили питанием и крышей над головой, даже одеждой предложили поделиться. Казалось подлостью шпионить за теми, кто искренне был готов принять в семью, пусть и весьма своеобразную.
Эти мысли Эстаззийаиль держал при себе, опасаясь делиться даже с Заолленами. Как знать, может, им не понравятся подобные рассуждения. Да и привлекать внимание тех, кого откровенно считал соглядатаями, не хотелось.
Пока Эсти воевал с собственной совестью, четвёрка эльфов изнывала от безделья в хлипком домишке на самой окраине селения. Впрочем, и селением назвать эту кривую улицу было нельзя, и домик больше походил на покосившийся шалаш, удерживаемый в целостности только магией. Шан капризничала, Оурон тренировался, Лод и Лад доводили обоих до истерики.
Еженедельные визиты Тиля немного разбавляли напряжённое ожидание, но не приносили успокоения. Слыша постоянно одно и то же, даже близнецы начинали порой задумываться: а оно им нужно, это странное задание? Наставник держался от нового ученика на расстоянии, а все прочие, с кем общался Тиль, относились к нему снисходительно, как к обычному ученику. Конечно, ждать, что они раскроют какие-то секреты первому встречному, было глупо, но всё равно нет-нет да появлялась мысль: такое простое задание, а он никак справиться не может.
Эстаззийаиль раз за разом повторял свои доводы, но чувствовал – ещё немного, и даже Заоллены попросятся домой. Нервничая, эльф начинал проявлять настойчивость, задавать вопросы о заданиях опытных некромантов, его просто щёлкали по носу и говорили:
- Учись, малец, нежити и на твой век хватит.
Вообще же некроманты вполне терпимо относились к юноше, а многие были не прочь с ним познакомиться поближе. Вот только девушки держались вдалеке от красивого парня. Однажды в саду Тиль встретил лису-оборотня, в которой проснулся дар. Она всегда носила платок, закрывавший половину её лица. Эльф попытался завести с девушкой разговор, но та испуганно ответила:
- Ох, Нэсса, не мне бы об этом говорить, но знай – девушки достаются лишь тому, на кого укажет Наставник, а самых красивых он всегда оставляет себе. Вот сейчас с ним Хизара, а до неё была Айана, а до той – Тхаррина. Никто не знает, кого следующую приблизит к себе Наставник.
- Отчего так? – не понял маг. – Разве Наставник не хотел бы, чтобы становилось больше одарённых некромантов? Всем известно – дети-маги рождаются только от союза по любви.
Девушка вздохнула, огляделась и легко создала какое-то заклинание. Тиль начал было вглядываться в плетение, заинтересовавшись новым знанием, но пришлось отвлечься.
- Послушай и запомни, Нэсса, - строго проговорила лиса, - тут такие вопросы не задают. Лет триста или пятьсот назад всё так и было, как ты говоришь. Некроманты сами выбирали, кого любить. Здесь есть несколько настолько старых магов, что они ещё помнят те дни. Насчёт связи силы и любви – не скажу, это ваша эльфийская теория, а вот то, что детей вдруг стало меньше – согласна. Дело в том, что некроманты, находясь здесь в изоляции, очень редко получают прилитие сежей крови, а это сказывается на способностях юного поколения.
- Хочешь сказать, все, кто приходят к вам из миров, всё равно будут вынуждены… принять участие в…
- Да. Тебе, если докажешь, что достоин доверия, укажут на девушку, которую нужно любить. Мне подберут того, кого я должна буду назвать здесь мужем, - девушка покраснела, подбирая нужное слово. Конечно, никто обрядов здесь не проводил, а «муж» был просто названием для успокоения души.
2
Время, как и всегда, когда приходилось погружаться в учёбу, мчалось незаметно. По утрам Тиль в одиночестве бродил по Цитадели – так называли своё пристанище некроманты. Несколько раз он попадал во внутренний дворик, где был разбит сад. Его душа требовала привычных лесных просторов, но даже здесь, среди растений, эльфу было не по себе – ядовитые плющи, хищные росянки, коварные болотные травы, уживавшиеся на одном клочке земли, не приносили душе умиротворения. И как другие несколько эльфов тут выживали?
- Мы иногда бываем в родных мирах, - насмешливо признались они, когда юноша всё же решился задать свой вопрос, - но после побега одного нашего соплеменника тебе это не скоро ещё позволят. Лучше попросись на задание отправиться с кем-нибудь – глотнёшь воздуха.
О сбежавшем Тиль не спрашивал – и без того ему было ясно, что речь шла об отце, Ниуррасиле.
Раз в неделю, как и было обещано, эльф виделся с друзьями, но эти встречи, в присутствии так и оставшихся посторонними Оурона и Шан, тоже не сильно радовали. И если воин ещё как-то давал возможность побыть только втроём, то эльфийка каждое мгновение старалась не отходить от Эстаззийаиля ни на шаг.
- Она – сильный маг, умеющий управлять духами, - в редкие минуты без Шан сказал как-то Тайлодональ. – Сама призналась. Возможно, умеет и блок ставить на магию.
Тиль задумчиво кивал, делая себе мысленные зарубки: выходит, Шан к нему приставили, чтобы могла заблокировать в нём тёмную магию, если вдруг он станет действовать не по плану. Про такие блоки юноша только читал, с тонкими материями работать ему практически не удавалось. В любом случае эти заклинания если не разрушали, то очень сильно влияли на личность того, к кому их применяли. Что правители терции ему не доверяют, он знал, но осознание, насколько далеко они готовы зайти, лишь бы не отдать некромантам ещё одного мага, неприятно кольнуло.
- А Оурон? – всё же спросил Тиль.
- Нормальный парень, не маг, но точно под воздействием. Может, даже нашей шустрой девочки. Не зря она старается проводить с ним какое-то время каждый день, - Тайлодональ невозмутимо пожал плечами.
- Знал я, что мы тебе пригодимся, - Гатладорель дружески хлопнул нахмурившегося Тиля по плечу. – Не переживай, мы с ней по одному не остаёмся, а нас двоих и Третий Страж не перемагичит. Будем присматривать за этой парочкой, и ты сам уши не распускай.
Следуя совету друзей, Эстаззийиаль присматривался к жизни некромантов. И вдруг понял – она ничем не отличаются от тех привычных устоев, что окружали его всю жизнь. Несколько детей и молодых магов, и он в том числе, учились. Старшие выполняли какие-то поручения в цитадели и вне её. Те, кто послабее, вели хозяйство, более сильные занимались охраной, обучением, периодически исчезали, а потом возвращались. Но самое интересное было в том, что практически каждое бытовое заклинание, каждая магическая мелочь была напитана той самой тьмой, что он недавно начал в себе ощущать, создавая особую ауру Цитадели. И это не тяготило, как, например, тёмная аура Междумирья.
- Тьма бывает разная, - учил совсем старый некромант, один немногий из чистокровных. – Для каких-то рас она кажется одинаковой, но мы-то с вами знаем: наша магия, некромантия, доступна даже эльфам, - при этих словах обязательно поворачивались головы и десяток пар глаз внимательно начинал изучать Эстаззийаиля. – А есть просто магия иной направленности. Для кого-то это магия демонов, а для кого-то – драконов. Оттого в тех мирах, где нам удалось создать свой уголок, вне зависимости от ауры самого мира, нам бывает уютно.
Про другие миры Тиль потом рассказал, конечно, Тринадцатому, но мысль о том, что ему вовсе не обязательно всю жизнь просидеть в Силиралионе и своей терции вновь показалась привлекательной. Нужно просто научиться правильно использовать то, что даровали Создатели.
И Тиль старался изо всех сил. Как ученика его гоняли на занятиях в хвост и гриву, заставляли применять магию – вызывать существ из миров нечисти, отправлять их обратно, оживлять умершие создания и создавать из имеющегося материала новых, управлять ими и перехватывать управление чужой нежитью…
Что-то Тиль уже умел, от чего-то его просто с души воротило, но он, стиснув зубы, делал то, что требовалось. И вовсе не тёплые воспоминания о семье, угасший уже огонёк гордости за сложное задание или надежда, что иссингель в очередной раз похвалит, заставляли его стараться изо всех сил. Пусть и неосознанно, но в душе смутно теплилась надежда на то, что эльфийка с синими глазами, отражающими бездонные небеса его родного края, ещё не совсем забыла невоспитанного мальчишку. Возможно, когда он вернётся героем, ей не будет никакого дела до того, что кровь его запятнана тёмной магией.
Учителя были разными – эльф, какой-то полукровка с долей драконьей крови, та самая леди дроу – Хизара, а однажды на урок явился демон. Эльф тут же приготовился защищаться, но тот лишь усмехнулся, пряча свою сущность и превращаясь в обычного мужчину. Вспомнился Кай, поступавший так же. Может, Тринадцатый был прав – глупо разделять расы на хорошие и плохие?
- Инстинкты, эльф? – оскалился он. – Забудь, здесь мы все одинаковы. Неужели ещё не понял?
- Я понял, что здесь можно многое, что кажется запретным в моём мире, - извернулся юноша.
- Молодец, Нэсса, хорошо отбрехался! – демон хохотнул, уселся прямо на пол и приглашающе похлопал рядом с собой. – Хотел с тобой повоевать, но, как вижу, многое ещё нужно рассказать. Первые некроманты, конечно, не сразу создали Цитадель. Они скитались по мирам в поисках места, где их примут, а по пути находили всё новых последователей. Скажу про себя. Вот я – демон. Моя тьма не сильно отличается от привычной мне магии, но даже дома меня боятся, считая труповодом. Неприятно, верно? Поэтому здесь, несмотря ни на что, мне легче.
- Да, я знаю, некромантов боятся.
- И не зря! Озлобленные на все тридцать шесть миров, они творили поистине ужасающие вещи. То время прозвали Мёртвой войной. Но потом маги объединились и почти всех некромантов уничтожили. Сжалился лишь Десятый Страж – глава терции нечисти. Он-то и пустил нас на свои территории, так что мы ему подчиняемся. А когда война прекратилась, оказалось, что не каждому есть пара его расы. Впрочем, полукровки всегда появлялись на свет, но тут… Короче, нам стало грозить исчезновение. Но уже по другой причине, - демон усмехнулся, а Тиль смутился – эту причину он прекрасно понимал.
- Поэтому стали появляться пары из разных рас? – всё же спросил он.
- И поэтому, и ещё потому, что сердцу не прикажешь, а нас никто и не заставлял скрывать свои чувства, как привыкли это делать чистокровные жители миров. С одной только поправкой: простые полукровки получают внешность одного из родителей и особые способности другого, которые потом учатся пробуждать в нужный момент. Это происходит из-за заклинаний, которые творят над матерью или новорожденным. Мы этого не делаем, чтобы не помешать зародиться некромантии, а потому и внешность у многих из нас весьма… необычная.
- Разве некромантия не всегда передаётся по наследству?
- Нет, Нэсса, её, как и любую магию, можно убить в зародыше. Например, демон и эльфийка, - оба дружно фыркнули. – У меня есть некромантия, у неё – нет. Во время беременности эльфы провели обряд подчинения демонических способностей – и некромантия не получила достаточно энергии, чтобы развиться. Если же оба родителя некроманты, дар всё равно себя проявит, но без вмешательства он будет сильнее. А вот двум представителям одной расы проще – дар всегда переходит к ребёнку. Но запомни: как бы кто ни выглядел, здесь мы все равны. Упаси Создатели тебя кого-то обидеть своим презрением к его расе!
- Я тебя услышал. Так поэтому у меня всё время меняются учителя?
- И поэтому, и потому, что ты очень способен. Наставник на тебя не нарадуется, но мы достаточно потратили времени на разговоры. Я могу обучить тебя тратить на заклинания не собственную силу, а некромантию, даже если заклинания – стихийные. Готов?
- Ещё вопрос. Но разве не все демоны – некроманты?
- Ха-ха-ха! Да ты совсем малыш! Наверное, только-только из своей школы вышел? Нет, демоны не некроманты. Мы просто иные, не такие, как вы, и магия наша иная. Тебя раздражает моя аура, а меня – твоя, но когда мы оба используем силу некромантии, мы становимся одинаковыми. Этот дар – от тёмных, забытых Создателей, и достоин его не всякий. Представь, что было бы, если бы каждый был способен управлять мёртвыми или нечистью. Мир был бы уничтожен ещё на заре времён. А теперь – приступим…
Уроки этого мага запомнились Тилю надолго, потому что в чём-то они повторяли уроки Тринадцатого. Да и рассуждения у двух демонов оказались примерно одинаковыми. Зачем враждовать, если все мы творения одних Создателей – так звучала мысль, провозглашаемая этим демоном с невероятной стихийной силой.
- Мой дар – ветер. Я – стихийный демон, но все стихии действуют примерно одинаково, а потому смотри и запоминай, - всегда спокойно говорил он эльфу. А после занятий никогда не отказывался отвечать на вопросы любопытного юноши.
- Интересный ты парень, даже до этого докопался, - с усмешкой сказал он, когда Тиль всё же рискнул озвучить вопрос о причине того, что за эльфами пристально следят. – Да, есть причина. Помню одного эльфа. Интересный был парень, даже жаль, что он сбежал. Всегда был готов прийти на помощь, а уж в обучении новичков зелёных ему равных не было. Он, правда, был влюблён в драконицу Тхаррину, а её выбрал для себя наставник. Тхаррина заболела, и никто не смог ей помочь, а Арпи говорил, что Тхаррина забеременела от наставника и просто не в состоянии была выносить того уродца, которым он её наградил. Когда Тхаррина умерла, Арпи сбежал. Ты очень на него похож… Смотри, Нэсса, не задавай больше таких вопросов никому, даже мне. Наставник на многое смотрит сквозь пальцы, но есть и запретные темы.
Всю получаемую информацию Тиль через амулет передавал Тринадцатому Стражу, а потом – Третьему. Почему-то с демоном разговаривать было проще. Рассказал и о Тхаррине.
Кайссандиор долго размышлял над словами эльфа о погибшей драконице, а через несколько дней заявил:
- Мы подняли документы и нашли эту Тхаррину. Да, была такая драконица, обладавшая некромантией. Её, как и тебя, отправили в Цитадель, чтобы следить за магами. Спустя некоторое время связь с ней пропала, а потом её нашли мёртвой. На теле были обнаружены следы прерванной беременности, а плод отсутствовал. Эсти, будь осторожнее. Не лезь туда, где может быть опасность.
- Да, Кай, я постараюсь. А Третьему?..
- Про драконицу рассказал – всё же её искали. Но и ты старайся избегать пока опасных тем. Вот признают тебя за своего, станет полегче. А пока что не торопись, не высовывайся зря.
- Понял. Никому не будет пользы, если кто-то догадается, какая у меня цель.
- Верно. Как друзья?..
Разговор неизменно сворачивал на близнецов, чем-то приглянувшихся демону. А может, это просто была попытка развеять беспокойство и сомнения Эсти, каждый раз проявлявшиеся после таких бесед. С одной стороны эльф понимал, что делает важное дело – узнаёт о жизни предполагаемого врага, а однажды, может, и слабые места сумеет выискать. Но с другой – чувство собственной неправоты давило всё сильнее. Пока что жизнь некромантов не дала ни единого намёка на то, что они занимаются какими-то нехорошими делами. К тому же его с друзьями приняли, обеспечили питанием и крышей над головой, даже одеждой предложили поделиться. Казалось подлостью шпионить за теми, кто искренне был готов принять в семью, пусть и весьма своеобразную.
Эти мысли Эстаззийаиль держал при себе, опасаясь делиться даже с Заолленами. Как знать, может, им не понравятся подобные рассуждения. Да и привлекать внимание тех, кого откровенно считал соглядатаями, не хотелось.
Пока Эсти воевал с собственной совестью, четвёрка эльфов изнывала от безделья в хлипком домишке на самой окраине селения. Впрочем, и селением назвать эту кривую улицу было нельзя, и домик больше походил на покосившийся шалаш, удерживаемый в целостности только магией. Шан капризничала, Оурон тренировался, Лод и Лад доводили обоих до истерики.
Еженедельные визиты Тиля немного разбавляли напряжённое ожидание, но не приносили успокоения. Слыша постоянно одно и то же, даже близнецы начинали порой задумываться: а оно им нужно, это странное задание? Наставник держался от нового ученика на расстоянии, а все прочие, с кем общался Тиль, относились к нему снисходительно, как к обычному ученику. Конечно, ждать, что они раскроют какие-то секреты первому встречному, было глупо, но всё равно нет-нет да появлялась мысль: такое простое задание, а он никак справиться не может.
Эстаззийаиль раз за разом повторял свои доводы, но чувствовал – ещё немного, и даже Заоллены попросятся домой. Нервничая, эльф начинал проявлять настойчивость, задавать вопросы о заданиях опытных некромантов, его просто щёлкали по носу и говорили:
- Учись, малец, нежити и на твой век хватит.
Вообще же некроманты вполне терпимо относились к юноше, а многие были не прочь с ним познакомиться поближе. Вот только девушки держались вдалеке от красивого парня. Однажды в саду Тиль встретил лису-оборотня, в которой проснулся дар. Она всегда носила платок, закрывавший половину её лица. Эльф попытался завести с девушкой разговор, но та испуганно ответила:
- Ох, Нэсса, не мне бы об этом говорить, но знай – девушки достаются лишь тому, на кого укажет Наставник, а самых красивых он всегда оставляет себе. Вот сейчас с ним Хизара, а до неё была Айана, а до той – Тхаррина. Никто не знает, кого следующую приблизит к себе Наставник.
- Отчего так? – не понял маг. – Разве Наставник не хотел бы, чтобы становилось больше одарённых некромантов? Всем известно – дети-маги рождаются только от союза по любви.
Девушка вздохнула, огляделась и легко создала какое-то заклинание. Тиль начал было вглядываться в плетение, заинтересовавшись новым знанием, но пришлось отвлечься.
- Послушай и запомни, Нэсса, - строго проговорила лиса, - тут такие вопросы не задают. Лет триста или пятьсот назад всё так и было, как ты говоришь. Некроманты сами выбирали, кого любить. Здесь есть несколько настолько старых магов, что они ещё помнят те дни. Насчёт связи силы и любви – не скажу, это ваша эльфийская теория, а вот то, что детей вдруг стало меньше – согласна. Дело в том, что некроманты, находясь здесь в изоляции, очень редко получают прилитие сежей крови, а это сказывается на способностях юного поколения.
- Хочешь сказать, все, кто приходят к вам из миров, всё равно будут вынуждены… принять участие в…
- Да. Тебе, если докажешь, что достоин доверия, укажут на девушку, которую нужно любить. Мне подберут того, кого я должна буду назвать здесь мужем, - девушка покраснела, подбирая нужное слово. Конечно, никто обрядов здесь не проводил, а «муж» был просто названием для успокоения души.
