- Церковный суд города Кльечи постановил: признать обвиняемую, помчицу Этну Малко виновной в богопротивном колдовстве, убийстве Катрин Картуа, похищении девицы Хризштайн, преступлениях против собственных дочерей, Анны и Янки Малко. Посему, суд приговаривает обвиняемую к лишению титула и имени, отлучению от Святой Церкви и казни.
В зале сделалось очень тихо.
- Я рассмотрел просьбу защиты и учел пожелания обвинения. Я не могу позволить обвиняемой умереть от старости, потому что расходы по ее содержанию и охране лягут на городской совет, считаю это несправедливым. Также не могу допустить, чтобы обвиняемая оставила после себя страх в сердцах горожан. Поэтому приговариваю ее к мясной казни. - Судья обвел взглядом зал суда и сделал пояснения, поскольку мясная казнь была неизвестна многим горожанам.
- Обвиняемую запрут в тесную клетку и будут кормить одним постным отварным мясом. Чтобы она не смогла покончить с собой, она будет связана. Через месяц она умрет, отравленная собственным ядом.
С диким визгом колдунья перемахнула ограждение и вцепилась мне в горло.
- Суууука!
Я даже не успела среагировать, отчаянно хватая воздух и пытаясь отцепить ее руки. Инквизитор оказался проворней, словно ждал такой реакции. Он за волосы оттащил шипящую и плюющуюся колдунью обратно на место.
- Тишина в зале! - судья строго постучал молотком. - Также суд постановил взять под стражу профессора Андрия Кривожа и начать дознание по его участию в покупке запрещенных товаров из Мертвых земель и соучастию в деле колдовства. Девица Анна Малко будет направлена в церковную больницу при Академии, где...
- Нет! - сиплый возглас девушки привлек к ней внимание. - Я и так была слишком долго в неволе, теперь никому не позволю распоряжаться собственной жизнью. И смертью. - Она выпила пузырек прежде, чем кто-нибудь успел сообразить. - Я дождалась возмездия и теперь могу спокойно умереть!
- Лекаря! - крикнул красавчик, бросаясь к ней. Под шумок начавшейся суматохи я выскользнула из зала, следом за мной последовал Антон.
Снаружи уже смеркалось. Антон подал мне мешок, я резким движением оторвала подол платья, под которым были удобные штаны, набросила накидку с капюшоном, взяла маску, отмычку, воровской порошок и краску.
- Планы поменялись, - процедила я сквозь зубы, сжимая во рту шпильку и заправляя волосы в тугой хвост на макушке. Накинула капюшон и продолжила. - Заглянем вначале в дом профессора Кривожа. Демон, ну как же он не вовремя со своими просьбами!
Библиотека занимала почти три комнаты и внушала уважение. Похоже, что профессор действительно собирал ее всю жизнь. Как же ее вынести до прибытия стражников?
- Антон, сам займешься библиотекой. Беги на рынок, найди купца Этьена, скажи, что я прошу его об услуге. Пусть даст грузчиков и экипаж, погрузите все книги и перевезете на его склад. Потом разберу и решу, что передать Академии, а что оставить себе.
- А с ними что? - кивнул Антон на плетеную корзину, в которой сопели пять пушистых комочков. - Только не заставляй меня их топить! Давай заберем их себе?
- Делай с ними, что хочешь.
Я помчалась к резиденции кардинала Ветре. Летняя ночь укутала город, стирая силуэты и лица. Я не знала, где именно кардинал скрыл украденные улики из схрона, но намеревалась обыскать, если понадобится, весь дом и найти их. Натянула на лицо маску, обмотала руку тряпкой и выбила окно на втором этаже с негромким звоном. Резиденция не охранялась, словно факт того, что она принадлежит служителю Святой Церкви, мог оградить ее от непрошенных гостей.
В кабинете обнаружился большой кованый сундук, в котором вполне могли уместиться украденные зелья. Замок на нем был тяжелым, гарлегской работы, без ключа вскрыть будет невозможно. Проклятье, что же делать? Я с досадой стукнула рукой по металлу и, больно ударившись, зашипела от злости. Внизу послышались голоса. Метнулась за ширму, вытаскивая кинжал из сапога.
- Ваша святость! Срочно! Надо торопиться. Судья послал стражников обыскать все дома сановников, но приказ был начать именно с вашей резиденции, - мелкий церковный служка распахнул двери кабинета перед кардиналом.
Только стражников мне здесь не хватало! Никак господин инквизитор постарался. Я призраком выступила из-за ширмы, метнув кинжал в служку и попав ему в плечо. Служка захлебнулся от крови и медленно осел на пол. Кардинал Ветре от неожиданности охнул, но среагировал быстрее, успев обнажить клинок. От первого выпада я увернулась, но пространство кабинета едва ли позволило бы мне продолжить столь же успешно. Поэтому я поднырнула ему под ноги, сбила его на пол, второй раз уклонилась от клинка и ребром ладони нанесла сокрушительный обездвиживающий удар по шее. Кардинал рухнул рядом со мной на пол без сознания. Острый привкус опасности все еще будоражил разум, бешено билось сердце, и стучала кровь в висках. Я прислушалась, не поднялась ли тревога? Но все было тихо. Перевернула кардинала на спину и обшарила карманы. Ключи нашлись, и уже через минуту я смотрела на склянки с зельями. Документов не было. Хотя и неважно. Я достала из мешка глиняный кувшин с плотной крышкой и стала методично открывать пузырьки, выливая в него их содержимое. Когда кувшин был полностью заполнен, я вытащила все пузырьки, разбросала по полу и стала давить их каблуком. В воздухе сгустился сладковатый запах грибной гнили. Служка заворочался на полу, приходя в сознание, пришлось стукнуть его по затылку. Потом достала воровской порошок, рассыпала его на столе, на бумагах и на полках шкафов. Я взяла свечу и поднесла к темной дорожке порошка, но потом передумала. Зачерпнув немного грибной слизи с пола, принялась выводить надпись на стене. Уж коли стражники во главе с красавчиком скоро будут здесь, стоит немного повеселиться. Через минуту порошок взорвался, и кабинет заполнился дымом и огнем. Я слетела по лестнице, намереваясь покинуть поместье, но не успела. Навстречу мне открылась дверь, и в проеме появился красавчик во главе отряда стражников. Он на мгновение замер, потом выхватил клинок и крикнул:
- Стоять! Вы арестованы!
Я резко развернулась и помчалась обратно, вверх по лестнице. Красавчик выругался, кинул приказ стражникам окружить поместье и бросился за мной следом. Маска защищала от едкого дыма горло, но не глаза, которые начало разъедать. Поэтому я закрыла их, мысленно вспоминая планировку кабинета, и стала пробираться к окну. Рванув на себя оконную раму, я позволила себе наконец открыть глаза. Свежий ночной воздух ворвался в кабинет, рассеивая дым. Я перемахнула на крышу рядом стоящей хозяйской постройки и, как заяц, помчалась вперед, к ограде. Сзади услышала окрик инквизитора, потом руку в плече ожгло острой болью. Мерзавец метнул в меня кинжал и попал! Как прибить колдовское отродье, так ему дурно, а как метнуть кинжал в безоружного воришку, так рука не дрогнула! Слава Единому, кувшин в заплечном мешке был цел. Я перемахнула через ограду и скрылась в переулке.
Проклятье! Дерзкий вор был так близко и все равно успел удрать! Но, кажется, кинжал попал в него! Я стоял возле открытого окна и сжимал кулаки в бессильной ярости. Негромкий стон позади вернул меня к действительности. Кардинал Ветре лежал без чувств, а его служка судорожно скреб пальцами пол. Из его плеча торчал кинжал, на полу образовалась лужа крови. Огонь стремительно пожирал бумаги на столе, шкафы были объяты пламенем. Я стал вытаскивать служку и кардинала из кабинета, отдав приказ стражникам сбивать огонь. К удушающему едкому запаху дыма и гари примешивалась странно-знакомая сладковатая вонь, под ногами хрустело стекло. Наклонившись и подняв один из крупных осколков, я заметил обрывок наклейки с таким знакомым почерком. Страшная догадка пронзила разум! Бросившись собирать остальные осколки, я осознал, насколько это бесполезно. Все было разбито и раздавлено на мелкие части, а колдовское зелье разлито по полу, стремительно испаряясь от невыносимо жаркого пламени. Проклятье! Внизу послышались голоса, я узнал судью Валуа. Выпрямившись, я уже был готов признать поражение и стерпеть выговор, но тут заметил мерцающую надпись на стене, выведенную колдовским зельем.
"Я никогда не устраивал поджог, не крал улик и не похищал письмо. Но раз вы посмели обвинить меня в этом, пришлось наверстывать упущенное!" И стилизованное изображение крыла. Серый Ангел!
Я слышал недовольный голос отца Валуа в коридоре и с ужасом осознал, что сейчас он поймет, что письмо вовсе не было украдено Серым Ангелом. Я бросился к стене и попытался вытереть часть надписи, но проклятая слизь подсохла и не оттиралась. Отчаянно осмотревшись кругом, я наткнулся взглядом на лужу крови, зачерпнул рукой и затер часть надписи, потом добавил брызг еще на остальные слова, чтобы не получилось слишком подозрительно.
Успел как раз вовремя. Острый приступ кашля согнул меня в три погибели.
- Что здесь произошло, господин Тиффано? - отец Валуа прижимал ко рту платок, его суровый взгляд сверлил меня.
- Ваша честь, мы не успели. Все улики были уничтожены, теперь уже действительно Серым Ангелом, - я кивнул головой на надпись на стене.
Судья сузил глаза и впился взглядом в надпись. Его лицо побагровело, вены на шее вздулись.
- Мерзавец! Вы должны поймать этого наглеца! Как вы вообще могли допустить, что он опередил нас? Вы понимаете, что это значит?
- Да, ваша честь. - Я склонил голову, признавая свою вину. - Я ранил вора, поэтому уверен, что скоро мы поймаем его.
- Что-нибудь можно спасти? - судья кивнул головой на месиво на полу из стекла и слизи.
Я отрицательно покачал головой.
Я столкнулся с Лидией в дверях, она откуда-то возвращалась, странно бледная и задумчивая. Несмотря на позднее время, почти полдень, в пекарне было много людей, аромат сладкой сдобы кружил голову.
- Вы пожаловали раньше, мы ждали вас только к обеду, - Лидия как ни в чем не бывало улыбнулась мне и потащила в дом. – Я не уверена, что Мартен успел приготовить для вас яблочный пирог к обеду. У него теперь много заказов...
Я невежливо ответил:
- Я не голоден. Почему вы не дождались меня после суда? Где вы были?
- Вы не поверите, - она лукаво улыбнулась. - Мне пришлось взять на себя заботу о несчастных сиротках.
- Вот уж действительно не поверю!
- Пойдемте, покажу.
Она потащила меня на кухню, к большой плетеной корзине, устеленной старым пледом. Я с удивлением увидел четверых пушистых щенков, едва открывших глаза.
- От одного я уже избавилась. Осталось пристроить остальных. Кстати! Возьмете себе щенка, господин инквизитор? Будет не так скучно и одиноко коротать вечера...
- Нет, спасибо. Я просил вас дождаться меня! Вы всерьез думаете, что я поверю в вашу добродетельную заботу о щенках? Не смешите меня!
Лидия обиженно надулась.
- То есть, щенка вы не возьмете? Неужели придется их топить...
- Хватит.
- Давайте поднимемся ко мне в кабинет, здесь слишком шумно. Я велю Тени подать чай и что-нибудь съестное.
В кабинете царила полутень, но я заметил на стене, возле книжного шкафа замытый красный потек. Я вопросительно кивнул на него головой и спросил:
- Что случилось?
- Ах, это… Креманка малинового варенья неудачно попалась под руку, дурное настроение, знаете ли. Не обращайте внимание. Садитесь.
Я сел в мягкое удобное кресло, Лидия разместилась напротив, вольготно скрестив ноги и задумчиво меня рассматривая. У меня было много вопросов, и теперь я даже растерялся, не зная, с чего начать.
- Как вы нашли профессора Кривожа?
- Милый мой господин инквизитор, - томно протянула Лидия. – Я искала не его. Я искала первую жертву колдуньи. Один знакомый магистр как-то сказал, что для того, чтобы понять всю картину, надо обратиться к первоистокам. Он был ученым и думал, что важно понять и рассчитать движущую силу и траекторию летящего камня. А я вот всегда думала, что гораздо важнее понять, что двигало человеком, чья рука бросила этот камень. Именно поэтому я стала искать, когда, как и, главное, почему колдунья преступила черту. Поговорила с профессором Куциком, он упомянул, что была какая-то темная история в Академии, связанная с помчицей. Назвал имя профессора Кривожа. Мне понадобилось почти три дня, чтобы его найти, но у меня получилось. Вместе с ним я нашла Анну Малко. Господи Единый, ну неужели, когда вы допрашивали фальшивую дочь помчицы, неужели не поняли, что она просто не может быть дочерью помчицы? Ни малейшего сходства!
Я покачал головой:
- Она могла пойти в отца, а не в мать.
- Едва ли. Темные глаза помчицы, темные глаза у помчика. Ну вы же видели его портрет в поместье! У двух кареглазых родителей едва ли может быть ребенок с голубыми глазами.
Дверь открылась, зашла Тень с подносом. Две ароматные чашки чая и наспех приготовленное угощение: ломти черного свежего хлеба на хмелю, щедро покрытые маслом, креманка с вареньем. Я против воли сглотнул голодную слюну.
- Угощайтесь, господин инквизитор. – Тень поставила поднос на столик. – Скоро уже Мартен поспеет с обедом. Его яблочный пирог уже почти готов, подождите чуток.
- Спасибо, - мне было неловко огорчать бедную невольницу тем, что я не собираюсь оставаться на обед.
Лидия проводила Тень лукавым взглядом, поерзала в кресле и вздохнула.
- Она слишком привязалась к девчонке, теперь тоскует и бродит по дому в поисках, кому навязать свою заботу. Думаю, придется оставить себе одного из щенков...
Меня покоробил ее пренебрежительный тон.
- Куда вы дели девочку?
- Отдала, конечно. В семью портного Изхази, вместе с одним из щенков, в нагрузку, так сказать. Так что теперь ее зовут уже не Верочка, а Евочка.
- Дурацкая затея! Вы же сами должны понимать… - я осекся, осознавая, что спорить все равно бесполезно.
- Время покажет, господин инквизитор, кто из нас дурак, - Лидия подвинула мне чашку с чаем, слегка поморщившись. - Угощайтесь. Антон заварил чай по своему особому рецепту.
Я сделал глоток из вежливости, покосился на закуску.
- Кого из стражников вы подкупили, чтобы достать зелье для помчика Картуа?
- Неужели вы правда думаете, что я вам скажу? У меня есть свои маленькие секреты, господин инквизитор. Да пейте уже чай и не коситесь на закуску, ешьте.
Я вцепился в чашку со злостью.
- Это вы передали документы с деловыми соглашениями колдуньи воягу Хмельницкому?
Лидия пожала плечами и снова скривилась:
- Не помню, может я, а может и нет...
- Не юлите! – я резко поставил чашку, она негромко звякнула на блюдце. Какая духота в комнате! – Это могли быть только вы! Зачем вы превратили заседание суда в дешевое представление? Зачем воягу продвигать меня в городской совет, если только не с вашей подачи?
- Кто же знает этих воягов… - насмешливо протянула Лидия, подвигая ко мне закуску. – Может, вы его так впечатлили на заседании, что он не смог устоять?
- Вы постоянно лжете! Письмо от епископа, которое вы якобы сожгли, потом оно вдруг...
- А разве я лгала? – Лидия удивленно приподняла бровь. – Вы сами решили, что оно сгорело, я просто не стала вас разубеждать… Чай остынет, а хлеб обветрится. Ну не дуйтесь на меня. Все же получилось, верно?
Я сделал глоток чая и откусил кусочек хлеба. Вкус чая действительно был необычным, горьковато-сладким и ароматным. Меня бросило в жар, кровь прилила к голове.
В зале сделалось очень тихо.
- Я рассмотрел просьбу защиты и учел пожелания обвинения. Я не могу позволить обвиняемой умереть от старости, потому что расходы по ее содержанию и охране лягут на городской совет, считаю это несправедливым. Также не могу допустить, чтобы обвиняемая оставила после себя страх в сердцах горожан. Поэтому приговариваю ее к мясной казни. - Судья обвел взглядом зал суда и сделал пояснения, поскольку мясная казнь была неизвестна многим горожанам.
- Обвиняемую запрут в тесную клетку и будут кормить одним постным отварным мясом. Чтобы она не смогла покончить с собой, она будет связана. Через месяц она умрет, отравленная собственным ядом.
С диким визгом колдунья перемахнула ограждение и вцепилась мне в горло.
- Суууука!
Я даже не успела среагировать, отчаянно хватая воздух и пытаясь отцепить ее руки. Инквизитор оказался проворней, словно ждал такой реакции. Он за волосы оттащил шипящую и плюющуюся колдунью обратно на место.
- Тишина в зале! - судья строго постучал молотком. - Также суд постановил взять под стражу профессора Андрия Кривожа и начать дознание по его участию в покупке запрещенных товаров из Мертвых земель и соучастию в деле колдовства. Девица Анна Малко будет направлена в церковную больницу при Академии, где...
- Нет! - сиплый возглас девушки привлек к ней внимание. - Я и так была слишком долго в неволе, теперь никому не позволю распоряжаться собственной жизнью. И смертью. - Она выпила пузырек прежде, чем кто-нибудь успел сообразить. - Я дождалась возмездия и теперь могу спокойно умереть!
- Лекаря! - крикнул красавчик, бросаясь к ней. Под шумок начавшейся суматохи я выскользнула из зала, следом за мной последовал Антон.
Снаружи уже смеркалось. Антон подал мне мешок, я резким движением оторвала подол платья, под которым были удобные штаны, набросила накидку с капюшоном, взяла маску, отмычку, воровской порошок и краску.
- Планы поменялись, - процедила я сквозь зубы, сжимая во рту шпильку и заправляя волосы в тугой хвост на макушке. Накинула капюшон и продолжила. - Заглянем вначале в дом профессора Кривожа. Демон, ну как же он не вовремя со своими просьбами!
Библиотека занимала почти три комнаты и внушала уважение. Похоже, что профессор действительно собирал ее всю жизнь. Как же ее вынести до прибытия стражников?
- Антон, сам займешься библиотекой. Беги на рынок, найди купца Этьена, скажи, что я прошу его об услуге. Пусть даст грузчиков и экипаж, погрузите все книги и перевезете на его склад. Потом разберу и решу, что передать Академии, а что оставить себе.
- А с ними что? - кивнул Антон на плетеную корзину, в которой сопели пять пушистых комочков. - Только не заставляй меня их топить! Давай заберем их себе?
- Делай с ними, что хочешь.
Я помчалась к резиденции кардинала Ветре. Летняя ночь укутала город, стирая силуэты и лица. Я не знала, где именно кардинал скрыл украденные улики из схрона, но намеревалась обыскать, если понадобится, весь дом и найти их. Натянула на лицо маску, обмотала руку тряпкой и выбила окно на втором этаже с негромким звоном. Резиденция не охранялась, словно факт того, что она принадлежит служителю Святой Церкви, мог оградить ее от непрошенных гостей.
В кабинете обнаружился большой кованый сундук, в котором вполне могли уместиться украденные зелья. Замок на нем был тяжелым, гарлегской работы, без ключа вскрыть будет невозможно. Проклятье, что же делать? Я с досадой стукнула рукой по металлу и, больно ударившись, зашипела от злости. Внизу послышались голоса. Метнулась за ширму, вытаскивая кинжал из сапога.
- Ваша святость! Срочно! Надо торопиться. Судья послал стражников обыскать все дома сановников, но приказ был начать именно с вашей резиденции, - мелкий церковный служка распахнул двери кабинета перед кардиналом.
Только стражников мне здесь не хватало! Никак господин инквизитор постарался. Я призраком выступила из-за ширмы, метнув кинжал в служку и попав ему в плечо. Служка захлебнулся от крови и медленно осел на пол. Кардинал Ветре от неожиданности охнул, но среагировал быстрее, успев обнажить клинок. От первого выпада я увернулась, но пространство кабинета едва ли позволило бы мне продолжить столь же успешно. Поэтому я поднырнула ему под ноги, сбила его на пол, второй раз уклонилась от клинка и ребром ладони нанесла сокрушительный обездвиживающий удар по шее. Кардинал рухнул рядом со мной на пол без сознания. Острый привкус опасности все еще будоражил разум, бешено билось сердце, и стучала кровь в висках. Я прислушалась, не поднялась ли тревога? Но все было тихо. Перевернула кардинала на спину и обшарила карманы. Ключи нашлись, и уже через минуту я смотрела на склянки с зельями. Документов не было. Хотя и неважно. Я достала из мешка глиняный кувшин с плотной крышкой и стала методично открывать пузырьки, выливая в него их содержимое. Когда кувшин был полностью заполнен, я вытащила все пузырьки, разбросала по полу и стала давить их каблуком. В воздухе сгустился сладковатый запах грибной гнили. Служка заворочался на полу, приходя в сознание, пришлось стукнуть его по затылку. Потом достала воровской порошок, рассыпала его на столе, на бумагах и на полках шкафов. Я взяла свечу и поднесла к темной дорожке порошка, но потом передумала. Зачерпнув немного грибной слизи с пола, принялась выводить надпись на стене. Уж коли стражники во главе с красавчиком скоро будут здесь, стоит немного повеселиться. Через минуту порошок взорвался, и кабинет заполнился дымом и огнем. Я слетела по лестнице, намереваясь покинуть поместье, но не успела. Навстречу мне открылась дверь, и в проеме появился красавчик во главе отряда стражников. Он на мгновение замер, потом выхватил клинок и крикнул:
- Стоять! Вы арестованы!
Я резко развернулась и помчалась обратно, вверх по лестнице. Красавчик выругался, кинул приказ стражникам окружить поместье и бросился за мной следом. Маска защищала от едкого дыма горло, но не глаза, которые начало разъедать. Поэтому я закрыла их, мысленно вспоминая планировку кабинета, и стала пробираться к окну. Рванув на себя оконную раму, я позволила себе наконец открыть глаза. Свежий ночной воздух ворвался в кабинет, рассеивая дым. Я перемахнула на крышу рядом стоящей хозяйской постройки и, как заяц, помчалась вперед, к ограде. Сзади услышала окрик инквизитора, потом руку в плече ожгло острой болью. Мерзавец метнул в меня кинжал и попал! Как прибить колдовское отродье, так ему дурно, а как метнуть кинжал в безоружного воришку, так рука не дрогнула! Слава Единому, кувшин в заплечном мешке был цел. Я перемахнула через ограду и скрылась в переулке.
ГЛАВА 16. Инквизитор Тиффано
Проклятье! Дерзкий вор был так близко и все равно успел удрать! Но, кажется, кинжал попал в него! Я стоял возле открытого окна и сжимал кулаки в бессильной ярости. Негромкий стон позади вернул меня к действительности. Кардинал Ветре лежал без чувств, а его служка судорожно скреб пальцами пол. Из его плеча торчал кинжал, на полу образовалась лужа крови. Огонь стремительно пожирал бумаги на столе, шкафы были объяты пламенем. Я стал вытаскивать служку и кардинала из кабинета, отдав приказ стражникам сбивать огонь. К удушающему едкому запаху дыма и гари примешивалась странно-знакомая сладковатая вонь, под ногами хрустело стекло. Наклонившись и подняв один из крупных осколков, я заметил обрывок наклейки с таким знакомым почерком. Страшная догадка пронзила разум! Бросившись собирать остальные осколки, я осознал, насколько это бесполезно. Все было разбито и раздавлено на мелкие части, а колдовское зелье разлито по полу, стремительно испаряясь от невыносимо жаркого пламени. Проклятье! Внизу послышались голоса, я узнал судью Валуа. Выпрямившись, я уже был готов признать поражение и стерпеть выговор, но тут заметил мерцающую надпись на стене, выведенную колдовским зельем.
"Я никогда не устраивал поджог, не крал улик и не похищал письмо. Но раз вы посмели обвинить меня в этом, пришлось наверстывать упущенное!" И стилизованное изображение крыла. Серый Ангел!
Я слышал недовольный голос отца Валуа в коридоре и с ужасом осознал, что сейчас он поймет, что письмо вовсе не было украдено Серым Ангелом. Я бросился к стене и попытался вытереть часть надписи, но проклятая слизь подсохла и не оттиралась. Отчаянно осмотревшись кругом, я наткнулся взглядом на лужу крови, зачерпнул рукой и затер часть надписи, потом добавил брызг еще на остальные слова, чтобы не получилось слишком подозрительно.
Успел как раз вовремя. Острый приступ кашля согнул меня в три погибели.
- Что здесь произошло, господин Тиффано? - отец Валуа прижимал ко рту платок, его суровый взгляд сверлил меня.
- Ваша честь, мы не успели. Все улики были уничтожены, теперь уже действительно Серым Ангелом, - я кивнул головой на надпись на стене.
Судья сузил глаза и впился взглядом в надпись. Его лицо побагровело, вены на шее вздулись.
- Мерзавец! Вы должны поймать этого наглеца! Как вы вообще могли допустить, что он опередил нас? Вы понимаете, что это значит?
- Да, ваша честь. - Я склонил голову, признавая свою вину. - Я ранил вора, поэтому уверен, что скоро мы поймаем его.
- Что-нибудь можно спасти? - судья кивнул головой на месиво на полу из стекла и слизи.
Я отрицательно покачал головой.
Я столкнулся с Лидией в дверях, она откуда-то возвращалась, странно бледная и задумчивая. Несмотря на позднее время, почти полдень, в пекарне было много людей, аромат сладкой сдобы кружил голову.
- Вы пожаловали раньше, мы ждали вас только к обеду, - Лидия как ни в чем не бывало улыбнулась мне и потащила в дом. – Я не уверена, что Мартен успел приготовить для вас яблочный пирог к обеду. У него теперь много заказов...
Я невежливо ответил:
- Я не голоден. Почему вы не дождались меня после суда? Где вы были?
- Вы не поверите, - она лукаво улыбнулась. - Мне пришлось взять на себя заботу о несчастных сиротках.
- Вот уж действительно не поверю!
- Пойдемте, покажу.
Она потащила меня на кухню, к большой плетеной корзине, устеленной старым пледом. Я с удивлением увидел четверых пушистых щенков, едва открывших глаза.
- От одного я уже избавилась. Осталось пристроить остальных. Кстати! Возьмете себе щенка, господин инквизитор? Будет не так скучно и одиноко коротать вечера...
- Нет, спасибо. Я просил вас дождаться меня! Вы всерьез думаете, что я поверю в вашу добродетельную заботу о щенках? Не смешите меня!
Лидия обиженно надулась.
- То есть, щенка вы не возьмете? Неужели придется их топить...
- Хватит.
- Давайте поднимемся ко мне в кабинет, здесь слишком шумно. Я велю Тени подать чай и что-нибудь съестное.
В кабинете царила полутень, но я заметил на стене, возле книжного шкафа замытый красный потек. Я вопросительно кивнул на него головой и спросил:
- Что случилось?
- Ах, это… Креманка малинового варенья неудачно попалась под руку, дурное настроение, знаете ли. Не обращайте внимание. Садитесь.
Я сел в мягкое удобное кресло, Лидия разместилась напротив, вольготно скрестив ноги и задумчиво меня рассматривая. У меня было много вопросов, и теперь я даже растерялся, не зная, с чего начать.
- Как вы нашли профессора Кривожа?
- Милый мой господин инквизитор, - томно протянула Лидия. – Я искала не его. Я искала первую жертву колдуньи. Один знакомый магистр как-то сказал, что для того, чтобы понять всю картину, надо обратиться к первоистокам. Он был ученым и думал, что важно понять и рассчитать движущую силу и траекторию летящего камня. А я вот всегда думала, что гораздо важнее понять, что двигало человеком, чья рука бросила этот камень. Именно поэтому я стала искать, когда, как и, главное, почему колдунья преступила черту. Поговорила с профессором Куциком, он упомянул, что была какая-то темная история в Академии, связанная с помчицей. Назвал имя профессора Кривожа. Мне понадобилось почти три дня, чтобы его найти, но у меня получилось. Вместе с ним я нашла Анну Малко. Господи Единый, ну неужели, когда вы допрашивали фальшивую дочь помчицы, неужели не поняли, что она просто не может быть дочерью помчицы? Ни малейшего сходства!
Я покачал головой:
- Она могла пойти в отца, а не в мать.
- Едва ли. Темные глаза помчицы, темные глаза у помчика. Ну вы же видели его портрет в поместье! У двух кареглазых родителей едва ли может быть ребенок с голубыми глазами.
Дверь открылась, зашла Тень с подносом. Две ароматные чашки чая и наспех приготовленное угощение: ломти черного свежего хлеба на хмелю, щедро покрытые маслом, креманка с вареньем. Я против воли сглотнул голодную слюну.
- Угощайтесь, господин инквизитор. – Тень поставила поднос на столик. – Скоро уже Мартен поспеет с обедом. Его яблочный пирог уже почти готов, подождите чуток.
- Спасибо, - мне было неловко огорчать бедную невольницу тем, что я не собираюсь оставаться на обед.
Лидия проводила Тень лукавым взглядом, поерзала в кресле и вздохнула.
- Она слишком привязалась к девчонке, теперь тоскует и бродит по дому в поисках, кому навязать свою заботу. Думаю, придется оставить себе одного из щенков...
Меня покоробил ее пренебрежительный тон.
- Куда вы дели девочку?
- Отдала, конечно. В семью портного Изхази, вместе с одним из щенков, в нагрузку, так сказать. Так что теперь ее зовут уже не Верочка, а Евочка.
- Дурацкая затея! Вы же сами должны понимать… - я осекся, осознавая, что спорить все равно бесполезно.
- Время покажет, господин инквизитор, кто из нас дурак, - Лидия подвинула мне чашку с чаем, слегка поморщившись. - Угощайтесь. Антон заварил чай по своему особому рецепту.
Я сделал глоток из вежливости, покосился на закуску.
- Кого из стражников вы подкупили, чтобы достать зелье для помчика Картуа?
- Неужели вы правда думаете, что я вам скажу? У меня есть свои маленькие секреты, господин инквизитор. Да пейте уже чай и не коситесь на закуску, ешьте.
Я вцепился в чашку со злостью.
- Это вы передали документы с деловыми соглашениями колдуньи воягу Хмельницкому?
Лидия пожала плечами и снова скривилась:
- Не помню, может я, а может и нет...
- Не юлите! – я резко поставил чашку, она негромко звякнула на блюдце. Какая духота в комнате! – Это могли быть только вы! Зачем вы превратили заседание суда в дешевое представление? Зачем воягу продвигать меня в городской совет, если только не с вашей подачи?
- Кто же знает этих воягов… - насмешливо протянула Лидия, подвигая ко мне закуску. – Может, вы его так впечатлили на заседании, что он не смог устоять?
- Вы постоянно лжете! Письмо от епископа, которое вы якобы сожгли, потом оно вдруг...
- А разве я лгала? – Лидия удивленно приподняла бровь. – Вы сами решили, что оно сгорело, я просто не стала вас разубеждать… Чай остынет, а хлеб обветрится. Ну не дуйтесь на меня. Все же получилось, верно?
Я сделал глоток чая и откусил кусочек хлеба. Вкус чая действительно был необычным, горьковато-сладким и ароматным. Меня бросило в жар, кровь прилила к голове.
