Родной дядя этого товарища в свое время тоже допился до чертиков, впал в полный неадекват и чуть не потерял бизнес. После этого партнер смягчился и согласился взять паузу на полгода, пока нормальные люди не вступят в наследство. Мне, конечно, пришлось уступить в свою очередь: цены будут выше, плюсом пойдут дополнительные работы, но в целом переговорами доволен.
- Тоже допился до чертиков… - выхватила Галина цитату из монолога Аллигатора. – Ты про Валентина Игоревича? Олег, скажи честно…
Она развернулась и требовательно посмотрела в глаза:
- Председатель – твой отец?
- Нет, конечно! – мягко улыбнулся Аллигатор. – Я Александрович, а не Валентинович, если забыла.
- Это еще не доказательство. Лера у нас тоже Викторовна, при этом – Алексей Павлович – ее родной папа.
- У меня все проще, без навязчивых реприз мексиканских сериалов, - подавил смешок Аллигатор. - У Валентина Игоревича дочь, единственная. И я его, если честно, на дух не переношу. Но вынужден терпеть – родственник, никуда не денешься.
«Понятно, - отметила про себя Галина. – Он его племянник. А дочка председателя – та самая инопланетянка».
- А насчет допился… - продолжил Аллигатор. – Нет, он не пьет. Но, наверное, лучше бы пил – там хоть понятнее, чего от человека ожидать. То, что с ним – хуже.
- Наркотики? – под впечатлением от просмотренного фильма предположила Галина.
- Нет. Еще хуже. Он попал в секту.
- Религиозную?
- Даже не религиозную - магическую. Связался с каким-то индусом, называющим себя великим магом и верховным жрецом. Индус обещал чудодейственный ритуал в храме змей, якобы возвращающий человеку молодость и здоровье. А Валентин Игоревич в последний год сдал сильно – и со спиной серьезные проблемы, и с желудком.
- Ужас… - выдохнула Галина. – Это он деньги на ритуал собирает! Предприятие разорит и глазом не моргнет. Еще и Палыч так не вовремя заболел…
- Не волнуйся, - Аллигатор коснулся ее руки. – Я не сдаюсь. И план по спасению ситуации уже разработал. Продержимся полгода, а потом, как покажем, кто в доме хозяин!
- Олег, у тебя всего семнадцать процентов в уставном капитале! – печально вздохнула Галина. – Этого мало.
- Ты неплохо осведомлена, - загадочно улыбнулся Аллигатор. – Но твоя информация устарела - у меня тридцать четыре процента. Сегодня разговаривал с матерью малолетнего внука – она его официальный представитель. Можешь поздравить - доверенность на управление этой долей практически у меня в кармане.
- Ловко! – не смогла не восхититься Галина. – Но и тридцать четыре процента недостаточно, чтобы переизбрать председателя.
- А я и не останавливаюсь! Веду переговоры по третьей доле. Но там очень сложно общаться. Никогда не думал, что в наше время можно быть настолько наивным и не знать жизни. А этот человек еще и очень привязан к Валентину Игоревичу и безоговорочно ему верит.
«Это дочь председателя – инопланетянка, - догадалась Галина. – Именно она не от мира сего и, само собой, верит собственному отцу».
- Но у меня есть железобетонные аргументы, - весело закончил Олег. – Так что контроль над третьей долей – вопрос времени.
Неожиданно машина остановилась. Аллигатор выключил зажигание, откинулся на спинку сидения, заложил руки за голову и потянулся.
Галина растерянно оглянулась вокруг. На родной двор и даже на окрестности ее района это место не было похоже ни капли. Вокруг стояли однотипные двухэтажные домики с одинаковыми заборами, горели фонари, освещая хорошо заасфальтированную улицу, аккуратно стриженые кусты вдоль заборов и великолепный сосновый бор вдалеке.
«Коттеджный поселок» - пришло на ум нужное определение.
- Олег… - изумленно пробормотала она. – Где мы? Ты куда меня привез?!
- На дачу, - весело признался тот. – Отличное место для откровенных разговоров и заключения долгосрочных контрактов.
Его рука скользнула по спинке сидения, обнимая Галину за плечи:
- У меня к тебе роскошное предложение, принцесса Элина. От которого ты не сможешь отказаться.
И он потянулся к ее губам.
- Олег! Прекрати! – Галина уперлась ему в грудь ладонями, отталкивая. – С ума сошел?! Ты же обещал исключительно дружескую вечеринку, без излишеств!
- Само собой, - хмыкнул Олег. – Я и предлагаю исключительно дружбу и сотрудничество. Близкую дружбу и близкое сотрудничество. Что здесь такого?
И все-таки коснулся губами ее губ, сначала осторожно, будто пробуя их на вкус, а потом более уверенно и откровенно. Поцелуй был умелым и почти идеально выверенным: в меру глубоким, в меру влажным, в меру…
«Никогда не гонялась за эталоном из палаты мер и весов!» - подумала Галина и вывернулась. Она забилась в самый угол, почти прижимаясь к двери:
- Не надо, я не хочу.
- Ох, знала бы ты, как утомляет эта обязательная программа – «не хочу, не буду», - почти нежно рассмеялся Аллигатор. – Я ведь нравлюсь тебе. Давно нравлюсь, еще со времен онлайн общения. Признайся, представляла наше более близкое знакомство? Хотела этого? Скажи «нет», глядя в глаза, и я отстану. Давай, скажи!
Галина выдохнула и опустила взгляд.
«Он прав. Было. И даже хуже – прямо сегодня собиралась увлечься им, чтобы отвлечься от Васи. Клин клином. Как говорится – бойтесь ваших желаний».
Аллигатор верно истолковал ее поведение и улыбнулся:
- Видишь – я прав! Мы - взрослые люди, какой смысл что-то из себя изображать? Мое предложение действительно серьезное, ты получишь все: карьеру, деньги, в перспективе – долю в бизнесе. Или помогу открыть собственное дело, поддержу финансово и клиентов подгоню, знаешь, какие у меня связи?
Галина кивнула:
«Глупо отрицать, что в обществе богатых и влиятельных Аллигатор чувствует себя, как рыба в воде. И договариваться тоже умеет».
- Но мне нужны гарантии лояльности, - его голос был мягким, но в нем чувствовалась стальная сила. – А с женщинами это решается одним способом – тем самым. Хотя в нашем с тобой случае постель будет приятным дополнением. Ведь мы оба этого хотим.
Галина смотрела на Аллигатора и думала. Нет, не над своим ответом, естественно, – он был однозначным. Над его формой. Страха она не испытывала:
«Это только в эротических романах красавец-начальник заманивает наивную подчиненную за город, где жестоко домогается с подробным описанием всех деталей процесса. В жизни подобное, к сожалению, тоже случается. Но не с такими, как Олег. По этому человеку за километр видно, что ни в поклонницах, ни в любовницах у него недостатка нет. А мне просто предлагает сделку. Причем, открытым текстом».
Аллигатор по-своему понял молчание Галины, взял ее руку и поднес к губам:
- Не волнуйся, я хорошо отношусь к женщинам. А к своим женщинам – тем более. Соглашайся, Лина. Это полностью в твоих интересах. Или хочешь обсудить детали подробнее?
Галина с трудом сдержала тяжелый вздох:
«Извечный женский квест – как отказать и не испортить отношения? Аллигатор не случайный знакомый, с ним еще работать вместе. И какие аргументы подействуют на человека, для которого моральные принципы – пустой звук?»
- Да, - вслух произнесла она. - Давай поговорим.
И, вспомнив недавний рассказ Аллигатора, продолжила чисто интуитивно:
- По понятиям.
- По понятиям?! – в его глазах мелькнуло изумление. И Галине вдруг показалось, что за ним кроется и другая эмоция – более сильная и глубокая.
Но Олег уже пришел в себя и беспечно рассмеялся:
– Как с гопниками в подворотне? Ой, мама! С женщинами по понятиям точно никогда не разговаривал! Кстати, знаешь, откуда произошло слово «гопник»?
- Нет.
- В Санкт-Петербурге в конце девятнадцатого века было «Городское общество призора», сокращенно — ГОП. Туда свозили беспризорников, малолетних хулиганов и бандитов. Этот контингент и стал называться гопниками.
- Интересно, - улыбнулась Галина. – Откуда такие познания?
- Я жил в Питере. Почти шесть лет. Лина, ты знаешь блатной жаргон? Сейчас спросишь, чего я такой борзый, да? А потом скажешь: «Пацанчик, дай телефончик позвонить!» И больше я его не увижу.
Галина невольно бросила взгляд на стоящую в держателе-присоске последнюю модель айфона и рассмеялась:
- Нет, телефон у тебя пока отжимать не буду. Но руки чешутся, так и знай!
- Не вопрос! - хмыкнул Аллигатор. – Завтра получишь такой же. При условии достижения нами полной договоренности.
Но поймал ее взгляд и смягчился:
- Ладно, понял. Давай свой разговор по понятиям.
— Это другие понятия, Олег. Не блатные. Просто – жизненные. Но они самые важные.
- Я догадался.
Галина набрала в грудь воздуха и мысленно скрестила пальцы наудачу:
- Олег, ты когда-нибудь любил?
- Тьфу ты! – с явным облегчением выдохнул он и положил ладонь ей на колено. – Стандартный женский вопрос! А я чуть было не подумал… Конечно, любил! Долго, умело и со вкусом! Скоро узнаешь, как.
- Я не об этом, - Галина улыбнулась в ответ, но решительно сбросила его руку.
- Ты про конфеты, букеты и лирические куплеты? Извини, но я не то, чтобы старый, скорее, слишком рациональный для этого. Если что – предпочитаю полезные подарки. Про телефон, например, серьезно. Подумай.
«Значит – ромашки точно не от него! – яркая, неудержимая волна счастья залила с головы до ног. – И не от Виталия! Они от… Ох, как это глупо и бесперспективно! Но так нужно мне. Особенно сейчас».
- Спасибо, Олег! – задорно отозвалась она вслух. – Но «полезные подарки» - слишком скучно. Я же экстремалка, забыл? Голосую за гоп стоп и подворотню!
И подождав, пока он отсмеется, продолжила серьезно:
- Ты первый раз подумал правильно. Это я, наверное, не совсем корректно спросила, слишком по-женски. Если перефразировать… Ты всегда действуешь только ради выгоды? И на этом пути тебя ничто не остановит?
- Утвердительно ответит только полный идиот! – снисходительно улыбнулся Аллигатор. – Конечно, остановит. Грубая физическая сила, например - прямое воздействие или реальная угроза жизни и здоровью. Лина, если в подворотне ты будешь с тремя подельниками уголовного вида, а я - один и без оружия, то телефон отдам без разговоров, на рожон переть не стану.
— Это разумно, - согласилась она. – Но меня интересует другое. Есть ли то, ради чего ты это сделаешь добровольно? И делал ли когда-нибудь?
Аллигатор отодвинулся от Галины и щелкнул кнопкой бардачка:
- Занятная ты, Лина-Элина. И вопросы задаешь… в тему. Знаешь что-то?
Он требовательно вгляделся в глаза и мотнул головой:
- Нет, нереально. Совпадение? Пресловутая женская интуиция? – И, не дожидаясь ответа, вытащил початую пачку сигарет: - Не против, если закурю?
- Ты же не куришь? – изумилась Галина. – Сам говорил, что как мама застукала…
- После применения грубой физической силы в виде березового веника, я действительно больше не курил, - мягко перебил он. – Сколько лет получается? Пятнадцать? Нет, больше… Больше двадцати. Это – гостевые сигареты, так сказать. Но сейчас отчего-то потянуло.
- Кури, конечно.
- Будешь? – Аллигатор протянул пачку.
- Нет, не по этим делам.
- И не по этим, и не по тем… - он клацнул зажигалкой и с наслаждением затянулся.
Затем открыл окно и несколько минут курил молча, стряхивая пепел на дорогу.
- Ты умеешь вызвать на откровенность, - наконец проговорил он. – Да, есть то, ради чего я готов на многое, если не на все. Это – моя семья.
- Семья? – растерялась Галина. – У тебя есть жена, дети?
- Пока нет. Семья в моем случае более широкое понятие: мать, дядя, тетка, двоюродные брат и сестра. Троюродные тоже, но только те, с кем общался еще пацаном. И трое… двое друзей из юности, которые стали практически братьями.
Аллигатор погасил сигарету и засунул окурок в пепельницу:
- Я их всех не идеализирую. Наоборот, часто не понимаю поступков этих людей. Но стараюсь помогать по мере возможности. Получается, увы, не всегда. И не со всеми.
— Это достойно уважения, Олег! - признала Галина, рассеянно следя за пробегающими по забору тенями от машин. – А когда-нибудь было такое же, но…
- С женщиной? Нет, не было. Влюблялся – да, само собой, особенно по юности. Даже глупые поступки совершал. Но чтобы включить человека в семейный круг – это слишком.
- Ты просто еще не нашел ту самую, - понимающе улыбнулась она.
- А я и не искал. У меня серьезные жизненные цели и жесткая стратегическая линия поведения на будущее. А кого тащить на себе и так хватает. Лишний балласт не нужен.
Аллигатор бросил взгляд на часы и обернулся к Галине:
- Если ждешь от меня этого, извини – взять на себя ответственность за твою судьбу не готов. Но близкая дружба – это ведь тоже неплохо? Без подстав, со взаимным уважением и даже – с удовольствиями.
- На дружбу согласна, - улыбнулась Галина. – Только на обычную дружбу, как в третьем классе: ты мне дал списать математику, а я тебе – русский. Ты дотащил мне до дома портфель, а я тебе вынесла из дома попить и бутерброд с колбасой. А спроси твоя мама, где ее сын был целый день, я бы с честным видом ответила, что два часа объяснял мне сложную задачу, а потом помогал нести из магазина сетку с картошкой. При том, что точно знала бы, что ты в это время был с друзьями на речке.
- Звучит заманчиво! – рассмеялся Аллигатор и опять положил руку ей на плечо. – Особенно про бутерброд с колбасой, что-то я проголодался от базаров по понятиям. Жаль, в детстве никогда не дружил с девчонками – был им неинтересен. Слушай, но в принципе, я предлагаю тоже самое! С поправкой, что мы все-таки не в третьем классе. Пойдем, а? На даче в холодильнике всегда запас продуктов имеется – колбаса точно должна быть. Заодно и поедим. А если еще и сыр отыщем…
Он мечтательно прикрыл глаза.
Галина невольно вспомнила Толю и сервелат:
«Юное дарование наверняка уже палку колбасы прикончило, за ним не заржавеет. Позвонить что ли?»
Она посмотрела на фитнес-браслет:
«Половина двенадцатого. Загулялась одна «понятийная». Брат давно спит. Да и мне не мешало бы…»
Глаза в ответ сразу же начали слипаться, голова налилась чугуном, рот растянулся в зевке.
«Пора заканчивать душеспасительные беседы! – честно признала Галина. – А то засну прямо здесь».
- Никуда я не пойду, Олег! – твердо произнесла она. – Откровенность за откровенность – ты мне действительно всегда нравился. И иногда даже казалось, что больше, чем просто по-дружески. Но – нет. Теперь точно знаю, что нет.
- Отчего так? – усмехнулся он. – Чем-то разочаровал?
- Нет, наоборот. Причина не в тебе, а во мне. Дело в том, что я…
Галина запнулась, но все-таки выговорила это вслух:
- Я люблю другого. Не про постельные удовольствия, и не про конфеты-букеты. По-настоящему.
— Понятно… - Аллигатор опять потянулся за сигаретой. – Это многое объясняет.
Он сделал несколько затяжек, посмотрел на сигарету и с сожалением погасил в пепельнице:
- Хватит, что-то я пошел в разнос. С любовями не связываюсь. Ни в каких вариантах, принципиально. В поступках приветствую логику и рационализм, а от одержимых данной напастью разумного поведения не дождешься.
- Тоже допился до чертиков… - выхватила Галина цитату из монолога Аллигатора. – Ты про Валентина Игоревича? Олег, скажи честно…
Она развернулась и требовательно посмотрела в глаза:
- Председатель – твой отец?
- Нет, конечно! – мягко улыбнулся Аллигатор. – Я Александрович, а не Валентинович, если забыла.
- Это еще не доказательство. Лера у нас тоже Викторовна, при этом – Алексей Павлович – ее родной папа.
- У меня все проще, без навязчивых реприз мексиканских сериалов, - подавил смешок Аллигатор. - У Валентина Игоревича дочь, единственная. И я его, если честно, на дух не переношу. Но вынужден терпеть – родственник, никуда не денешься.
«Понятно, - отметила про себя Галина. – Он его племянник. А дочка председателя – та самая инопланетянка».
- А насчет допился… - продолжил Аллигатор. – Нет, он не пьет. Но, наверное, лучше бы пил – там хоть понятнее, чего от человека ожидать. То, что с ним – хуже.
- Наркотики? – под впечатлением от просмотренного фильма предположила Галина.
- Нет. Еще хуже. Он попал в секту.
- Религиозную?
- Даже не религиозную - магическую. Связался с каким-то индусом, называющим себя великим магом и верховным жрецом. Индус обещал чудодейственный ритуал в храме змей, якобы возвращающий человеку молодость и здоровье. А Валентин Игоревич в последний год сдал сильно – и со спиной серьезные проблемы, и с желудком.
- Ужас… - выдохнула Галина. – Это он деньги на ритуал собирает! Предприятие разорит и глазом не моргнет. Еще и Палыч так не вовремя заболел…
- Не волнуйся, - Аллигатор коснулся ее руки. – Я не сдаюсь. И план по спасению ситуации уже разработал. Продержимся полгода, а потом, как покажем, кто в доме хозяин!
- Олег, у тебя всего семнадцать процентов в уставном капитале! – печально вздохнула Галина. – Этого мало.
- Ты неплохо осведомлена, - загадочно улыбнулся Аллигатор. – Но твоя информация устарела - у меня тридцать четыре процента. Сегодня разговаривал с матерью малолетнего внука – она его официальный представитель. Можешь поздравить - доверенность на управление этой долей практически у меня в кармане.
- Ловко! – не смогла не восхититься Галина. – Но и тридцать четыре процента недостаточно, чтобы переизбрать председателя.
- А я и не останавливаюсь! Веду переговоры по третьей доле. Но там очень сложно общаться. Никогда не думал, что в наше время можно быть настолько наивным и не знать жизни. А этот человек еще и очень привязан к Валентину Игоревичу и безоговорочно ему верит.
«Это дочь председателя – инопланетянка, - догадалась Галина. – Именно она не от мира сего и, само собой, верит собственному отцу».
- Но у меня есть железобетонные аргументы, - весело закончил Олег. – Так что контроль над третьей долей – вопрос времени.
Неожиданно машина остановилась. Аллигатор выключил зажигание, откинулся на спинку сидения, заложил руки за голову и потянулся.
Галина растерянно оглянулась вокруг. На родной двор и даже на окрестности ее района это место не было похоже ни капли. Вокруг стояли однотипные двухэтажные домики с одинаковыми заборами, горели фонари, освещая хорошо заасфальтированную улицу, аккуратно стриженые кусты вдоль заборов и великолепный сосновый бор вдалеке.
«Коттеджный поселок» - пришло на ум нужное определение.
- Олег… - изумленно пробормотала она. – Где мы? Ты куда меня привез?!
- На дачу, - весело признался тот. – Отличное место для откровенных разговоров и заключения долгосрочных контрактов.
Его рука скользнула по спинке сидения, обнимая Галину за плечи:
- У меня к тебе роскошное предложение, принцесса Элина. От которого ты не сможешь отказаться.
И он потянулся к ее губам.
- Олег! Прекрати! – Галина уперлась ему в грудь ладонями, отталкивая. – С ума сошел?! Ты же обещал исключительно дружескую вечеринку, без излишеств!
- Само собой, - хмыкнул Олег. – Я и предлагаю исключительно дружбу и сотрудничество. Близкую дружбу и близкое сотрудничество. Что здесь такого?
И все-таки коснулся губами ее губ, сначала осторожно, будто пробуя их на вкус, а потом более уверенно и откровенно. Поцелуй был умелым и почти идеально выверенным: в меру глубоким, в меру влажным, в меру…
«Никогда не гонялась за эталоном из палаты мер и весов!» - подумала Галина и вывернулась. Она забилась в самый угол, почти прижимаясь к двери:
- Не надо, я не хочу.
- Ох, знала бы ты, как утомляет эта обязательная программа – «не хочу, не буду», - почти нежно рассмеялся Аллигатор. – Я ведь нравлюсь тебе. Давно нравлюсь, еще со времен онлайн общения. Признайся, представляла наше более близкое знакомство? Хотела этого? Скажи «нет», глядя в глаза, и я отстану. Давай, скажи!
Галина выдохнула и опустила взгляд.
«Он прав. Было. И даже хуже – прямо сегодня собиралась увлечься им, чтобы отвлечься от Васи. Клин клином. Как говорится – бойтесь ваших желаний».
Глава 29. По понятиям
Аллигатор верно истолковал ее поведение и улыбнулся:
- Видишь – я прав! Мы - взрослые люди, какой смысл что-то из себя изображать? Мое предложение действительно серьезное, ты получишь все: карьеру, деньги, в перспективе – долю в бизнесе. Или помогу открыть собственное дело, поддержу финансово и клиентов подгоню, знаешь, какие у меня связи?
Галина кивнула:
«Глупо отрицать, что в обществе богатых и влиятельных Аллигатор чувствует себя, как рыба в воде. И договариваться тоже умеет».
- Но мне нужны гарантии лояльности, - его голос был мягким, но в нем чувствовалась стальная сила. – А с женщинами это решается одним способом – тем самым. Хотя в нашем с тобой случае постель будет приятным дополнением. Ведь мы оба этого хотим.
Галина смотрела на Аллигатора и думала. Нет, не над своим ответом, естественно, – он был однозначным. Над его формой. Страха она не испытывала:
«Это только в эротических романах красавец-начальник заманивает наивную подчиненную за город, где жестоко домогается с подробным описанием всех деталей процесса. В жизни подобное, к сожалению, тоже случается. Но не с такими, как Олег. По этому человеку за километр видно, что ни в поклонницах, ни в любовницах у него недостатка нет. А мне просто предлагает сделку. Причем, открытым текстом».
Аллигатор по-своему понял молчание Галины, взял ее руку и поднес к губам:
- Не волнуйся, я хорошо отношусь к женщинам. А к своим женщинам – тем более. Соглашайся, Лина. Это полностью в твоих интересах. Или хочешь обсудить детали подробнее?
Галина с трудом сдержала тяжелый вздох:
«Извечный женский квест – как отказать и не испортить отношения? Аллигатор не случайный знакомый, с ним еще работать вместе. И какие аргументы подействуют на человека, для которого моральные принципы – пустой звук?»
- Да, - вслух произнесла она. - Давай поговорим.
И, вспомнив недавний рассказ Аллигатора, продолжила чисто интуитивно:
- По понятиям.
- По понятиям?! – в его глазах мелькнуло изумление. И Галине вдруг показалось, что за ним кроется и другая эмоция – более сильная и глубокая.
Но Олег уже пришел в себя и беспечно рассмеялся:
– Как с гопниками в подворотне? Ой, мама! С женщинами по понятиям точно никогда не разговаривал! Кстати, знаешь, откуда произошло слово «гопник»?
- Нет.
- В Санкт-Петербурге в конце девятнадцатого века было «Городское общество призора», сокращенно — ГОП. Туда свозили беспризорников, малолетних хулиганов и бандитов. Этот контингент и стал называться гопниками.
- Интересно, - улыбнулась Галина. – Откуда такие познания?
- Я жил в Питере. Почти шесть лет. Лина, ты знаешь блатной жаргон? Сейчас спросишь, чего я такой борзый, да? А потом скажешь: «Пацанчик, дай телефончик позвонить!» И больше я его не увижу.
Галина невольно бросила взгляд на стоящую в держателе-присоске последнюю модель айфона и рассмеялась:
- Нет, телефон у тебя пока отжимать не буду. Но руки чешутся, так и знай!
- Не вопрос! - хмыкнул Аллигатор. – Завтра получишь такой же. При условии достижения нами полной договоренности.
Но поймал ее взгляд и смягчился:
- Ладно, понял. Давай свой разговор по понятиям.
— Это другие понятия, Олег. Не блатные. Просто – жизненные. Но они самые важные.
- Я догадался.
Галина набрала в грудь воздуха и мысленно скрестила пальцы наудачу:
- Олег, ты когда-нибудь любил?
- Тьфу ты! – с явным облегчением выдохнул он и положил ладонь ей на колено. – Стандартный женский вопрос! А я чуть было не подумал… Конечно, любил! Долго, умело и со вкусом! Скоро узнаешь, как.
- Я не об этом, - Галина улыбнулась в ответ, но решительно сбросила его руку.
- Ты про конфеты, букеты и лирические куплеты? Извини, но я не то, чтобы старый, скорее, слишком рациональный для этого. Если что – предпочитаю полезные подарки. Про телефон, например, серьезно. Подумай.
«Значит – ромашки точно не от него! – яркая, неудержимая волна счастья залила с головы до ног. – И не от Виталия! Они от… Ох, как это глупо и бесперспективно! Но так нужно мне. Особенно сейчас».
- Спасибо, Олег! – задорно отозвалась она вслух. – Но «полезные подарки» - слишком скучно. Я же экстремалка, забыл? Голосую за гоп стоп и подворотню!
И подождав, пока он отсмеется, продолжила серьезно:
- Ты первый раз подумал правильно. Это я, наверное, не совсем корректно спросила, слишком по-женски. Если перефразировать… Ты всегда действуешь только ради выгоды? И на этом пути тебя ничто не остановит?
- Утвердительно ответит только полный идиот! – снисходительно улыбнулся Аллигатор. – Конечно, остановит. Грубая физическая сила, например - прямое воздействие или реальная угроза жизни и здоровью. Лина, если в подворотне ты будешь с тремя подельниками уголовного вида, а я - один и без оружия, то телефон отдам без разговоров, на рожон переть не стану.
— Это разумно, - согласилась она. – Но меня интересует другое. Есть ли то, ради чего ты это сделаешь добровольно? И делал ли когда-нибудь?
Аллигатор отодвинулся от Галины и щелкнул кнопкой бардачка:
- Занятная ты, Лина-Элина. И вопросы задаешь… в тему. Знаешь что-то?
Он требовательно вгляделся в глаза и мотнул головой:
- Нет, нереально. Совпадение? Пресловутая женская интуиция? – И, не дожидаясь ответа, вытащил початую пачку сигарет: - Не против, если закурю?
- Ты же не куришь? – изумилась Галина. – Сам говорил, что как мама застукала…
- После применения грубой физической силы в виде березового веника, я действительно больше не курил, - мягко перебил он. – Сколько лет получается? Пятнадцать? Нет, больше… Больше двадцати. Это – гостевые сигареты, так сказать. Но сейчас отчего-то потянуло.
- Кури, конечно.
- Будешь? – Аллигатор протянул пачку.
- Нет, не по этим делам.
- И не по этим, и не по тем… - он клацнул зажигалкой и с наслаждением затянулся.
Затем открыл окно и несколько минут курил молча, стряхивая пепел на дорогу.
- Ты умеешь вызвать на откровенность, - наконец проговорил он. – Да, есть то, ради чего я готов на многое, если не на все. Это – моя семья.
- Семья? – растерялась Галина. – У тебя есть жена, дети?
- Пока нет. Семья в моем случае более широкое понятие: мать, дядя, тетка, двоюродные брат и сестра. Троюродные тоже, но только те, с кем общался еще пацаном. И трое… двое друзей из юности, которые стали практически братьями.
Аллигатор погасил сигарету и засунул окурок в пепельницу:
- Я их всех не идеализирую. Наоборот, часто не понимаю поступков этих людей. Но стараюсь помогать по мере возможности. Получается, увы, не всегда. И не со всеми.
— Это достойно уважения, Олег! - признала Галина, рассеянно следя за пробегающими по забору тенями от машин. – А когда-нибудь было такое же, но…
- С женщиной? Нет, не было. Влюблялся – да, само собой, особенно по юности. Даже глупые поступки совершал. Но чтобы включить человека в семейный круг – это слишком.
- Ты просто еще не нашел ту самую, - понимающе улыбнулась она.
- А я и не искал. У меня серьезные жизненные цели и жесткая стратегическая линия поведения на будущее. А кого тащить на себе и так хватает. Лишний балласт не нужен.
Аллигатор бросил взгляд на часы и обернулся к Галине:
- Если ждешь от меня этого, извини – взять на себя ответственность за твою судьбу не готов. Но близкая дружба – это ведь тоже неплохо? Без подстав, со взаимным уважением и даже – с удовольствиями.
- На дружбу согласна, - улыбнулась Галина. – Только на обычную дружбу, как в третьем классе: ты мне дал списать математику, а я тебе – русский. Ты дотащил мне до дома портфель, а я тебе вынесла из дома попить и бутерброд с колбасой. А спроси твоя мама, где ее сын был целый день, я бы с честным видом ответила, что два часа объяснял мне сложную задачу, а потом помогал нести из магазина сетку с картошкой. При том, что точно знала бы, что ты в это время был с друзьями на речке.
- Звучит заманчиво! – рассмеялся Аллигатор и опять положил руку ей на плечо. – Особенно про бутерброд с колбасой, что-то я проголодался от базаров по понятиям. Жаль, в детстве никогда не дружил с девчонками – был им неинтересен. Слушай, но в принципе, я предлагаю тоже самое! С поправкой, что мы все-таки не в третьем классе. Пойдем, а? На даче в холодильнике всегда запас продуктов имеется – колбаса точно должна быть. Заодно и поедим. А если еще и сыр отыщем…
Он мечтательно прикрыл глаза.
Галина невольно вспомнила Толю и сервелат:
«Юное дарование наверняка уже палку колбасы прикончило, за ним не заржавеет. Позвонить что ли?»
Она посмотрела на фитнес-браслет:
«Половина двенадцатого. Загулялась одна «понятийная». Брат давно спит. Да и мне не мешало бы…»
Глаза в ответ сразу же начали слипаться, голова налилась чугуном, рот растянулся в зевке.
«Пора заканчивать душеспасительные беседы! – честно признала Галина. – А то засну прямо здесь».
- Никуда я не пойду, Олег! – твердо произнесла она. – Откровенность за откровенность – ты мне действительно всегда нравился. И иногда даже казалось, что больше, чем просто по-дружески. Но – нет. Теперь точно знаю, что нет.
- Отчего так? – усмехнулся он. – Чем-то разочаровал?
- Нет, наоборот. Причина не в тебе, а во мне. Дело в том, что я…
Галина запнулась, но все-таки выговорила это вслух:
- Я люблю другого. Не про постельные удовольствия, и не про конфеты-букеты. По-настоящему.
— Понятно… - Аллигатор опять потянулся за сигаретой. – Это многое объясняет.
Он сделал несколько затяжек, посмотрел на сигарету и с сожалением погасил в пепельнице:
- Хватит, что-то я пошел в разнос. С любовями не связываюсь. Ни в каких вариантах, принципиально. В поступках приветствую логику и рационализм, а от одержимых данной напастью разумного поведения не дождешься.
