Дэннис поглядел на зловеще прищуренные фары и тяжёлый подбородок тонированного автомобиля цвета адского пламени и поднял брови. Фредерик подзывающе махнул в сторону машины:
— А третий… То есть второй подарок для тебя — Мисс Африка!
Пассажирская дверь открылась, и поверх машины показалась черноволосая голова девушки с кожей цвета жареного кофе. Невероятно раскосые глаза осмотрели мужчин, и пухлые губы раскрылись в экзотической улыбке. Девушка подошла к Фредерику и встала в позу, типичную для конкурсов красоты. Плиссировка яркой оранжевой юбки до колен при этом раскрылась, как крыло тропической птицы, а аквамариновые бисерные рукава блузки с декольте заструились по коже, напоминая океанскую воду.
— Её зовут Малеба как-то там, — шепнул Фредерик парню на ухо.
— Я мисс Ботсвана, — совершенно неразборчиво, но громко произнесла девушка.
— Съездите, отдохните от городской суеты. Тебе нужно набраться положительных эмоций перед важнейшим событием в наших жизнях!
— Да-да. То есть… Нет! — Дэннис отступил от старика. Краем глаза он заметил, как из особняка вышла Роуз. — Я хотел поспать и…
— И? — пытливо и строго посмотрел Фредерик.
— Почитать…
— Послушай, — он за шею притянул его к себе, чтобы шептать прямо в ухо, — эта мисс обошлась мне дороже автомобиля. Наверное, ты не осознаешь, каких усилий стоило экспортировать её к твоему носу!
Роуз с лукавым прищуром поддержала:
— Ты наверняка никогда не пробовал ботсванок. Не будь трусливым девственником!
Дэннис недовольно прикрыл глаза. Расправив плечи, он подхватил Малебу за талию и повлёк к Доджу. Открыв ей дверь, усадил на пассажирское, а сам пошёл за руль. Дверь с чёрным стеклом захлопнулась, и с минуту ничего не происходило. Потом стекло опустилось, и показалось лицо Дэнниса:
— Как она заводится?
— Машина или девушка? — подшутила Роуз.
— С кнопки, — разочаровано ответил Гамбер.
Додж зарычал и с выстрелом выхлопа сорвался с места, выбросив из-под себя клубы пыли. До ворот он тормозил и стартовал несколько раз, потом всё-таки выехал на дорогу, повернул налево и скрылся.
— Дьявол! Ещё разобьются! — вырвалось у Гамбера.
— Тогда я заберу их души, — ответила Роуз и зловеще улыбнулась старику.
— На мне купальник! — с модельной улыбкой сказала Малеба.
— Значит, поедем к морю! — ответил Дэннис, напряжённо держа руль и следя за дорогой, которая со скоростью 80 миль в час уходила под капот Доджа.
Он притормозил на перекрёстке и, не включив поворотник, завернул направо. На горизонте завиднелась искрящаяся на солнце голубая полоска. Мисс Африка радостно взвизгнула и схватила водителя за плечо. Он, забывшись, дёрнулся и отклонился. Мисс Африка испуганно уставилась на него. Дэннис хохотнул.
— Извини, просто… раньше я… Да не важно, что раньше!
Мисс Африка всё ещё таращилась на него округлившимися глазами, что выглядело странно из-за контраста склер и чёрной кожи.
— Ты хорошо знаешь английский? — решил уточнить Дэннис.
— Йес. Гуд.
Дальше она добавила что-то на своём.
— Как ты сюда попала?
Парень опустил козырёк от солнца, и он закрыл полосу моря.
— Лодка, автобус, самолёт, машина, — с акцентом ответила девушка. Она приставила ладонь ко лбу и, прищурившись, всмотрелась вдаль. — Море! Блестит! Ай лав ит! Гуд!
— Ты впервые в Штатах?
— Ноу.
Она даже отвечала странно — качалась и повышала голос, словно Дэннис был глухим.
— Гамбер заставил тебя приехать?
Малеба смутилась.
— Ноу. Я сама.
— Но он заплатил тебе?
— Йес, йес.
Дэннис угукнул и замолчал.
Море становилось всё ближе, а ответвлений от главной дороги — всё меньше. С обеих сторон мелькали цветные виллы — низкие и высокие, на обочинах под приземистыми и раскидистыми деревьями стояли припаркованными кабриолеты, минивены и скромные малолитражки ярких расцветок. "Чем ближе к морю — тем веселее жизнь" — подумал Дэннис и улыбнулся. Рука на руле расслабилась, гнать уже не хотелось. Козырёк он поднял и позволил морским блёсткам попадать в глаза.
Он проигнорировал правила и поехал почти по самому пляжу, то и дело вертя головой в сторону моря, чтобы следить, как оно движется вместе с ним. Отдыхающих почти не было, и ничто не портило чудесный жёлто-голубой пейзаж. Мисс Африка опустила стекло и высунулась в окно. Вместе с ветром в салон попал крик чаек и шуршание близких волн. Дэннис вздохнул полной грудью и зажмурился. Ему пришлось резко выкрутить руль, чтобы не врезаться в осветительный столб. Малеба чуть не вылетела в окно, а потом повалилась на парня, резко затормозившего. На песке машину занесло, и она встала передом прямо к морю. Обняв девушку, Дэннис рассмеялся. Она вырвалась, ударила его в грудь и тоже рассмеялась. Какое-то время, замерев, они смотрели на море. Потом Дэннис сказал:
— Я никогда не был на море… Только проезжал мимо, когда с Гамбером ехал на очередное дело…
— Теперь ты здесь. Наслаждайся!
Малеба открыла дверь, выставила ноги и сбросила босоножки. Чёрные пальцы с жёлтым педикюром закопались в горячий песок.
— Ты знаешь толк в отдыхе на море, — заметил Дэннис.
Он вышел из машины, снял ботинки, носки, положил на коврик. Подвернул брюки, снял пиджак, бросил на сиденье, расстегнул лилового цвета рубашку. Ветер сразу же тепло обнял.
— Вау! — воскликнул Дэннис и поднял руки.
Ему захотелось побежать и броситься в море, но он постеснялся. Вместо этого сел на песок у колеса, рядом с попутчицей. Мышцы вокруг глаз стали уставать от постоянного прищура. У Дэнниса никогда не было солнечных очков, потому что никогда солнце так настойчиво и ярко не светило ему в глаза. Пришлось их закрыть. От этого лучше стал слышен шум набегающих волн, далёкие визги людей и крики сумасшедших чаек.
— Ботсвана — очень сухая страна. Нет океана, моря, — печально рассказала девушка. — Я сама из бедной деревни. Мистер Гамбер очень помог ей.
— Кому? Деревне?
— Йес. Он перечислил много денег, я отдала их старейшине. Я приехала сюда тоже за деньги — он просил. Я удивлялась! Он показал мне город, море, я остановилась в отеле, роскошном!
Дэннис задрал голову на великолепную шоколадную мисс, которая чудом не таяла под палящим солнцем.
— Он пожертвовал средства твоей деревне?!
— Йес! Много денег! Доллары!
Лицо Дэнниса вытянулось. Малеба хихикнула, мило прикрыв рот ладонью.
— Ты мистеру Гамберу сын? — спросила она.
— Ага, — чтобы было проще, ответил Дэннис.
— Тогда вместо него я отблагодарю тебя.
Малеба обвила его шею и потянула к своим коленям.
— Эй-эй! — запротестовал он. — Подожди! Я пока настроен только на разговоры! Сколько тебе лет?
— Двадцать. Старая?
— Нет! Что ты! Слушай… Я не дурак, я всё понимаю. Не делай то, чего тебе не хочется. Как делал я. Гамбер любит управлять людьми, делать их своими марионетками с рукой в заднице. Но он не Бог! Он даже не всемогущ! Ему можно сказать "нет"!
— Я не понимаю! — Она снова увлекла парня к себе.
Дэннис оказался подбородком на её колене и почувствовал жар раскалённой кожи. Жар Африки шёл изнутри.
— Ты замечательная! — Он щенячьим взглядом посмотрел на Малебу. — Ты как солнце, песок, море и тропический лес вместе взятые… Ты как птица и лиана… Боги! Что за глупости я говорю! — Дэннис обнял её колени и поцеловал их. — Ты как свобода и радость жизни, которые я никогда не имел. Ты — всё то, что я никогда не испытывал.
— Я не понимаю! Не понимаю! — смеясь, продолжала повторять Малеба.
Она поднимала улыбку к небу, качала головой, закрыв глаза, потом смотрела на странного бледного человека у своих ног, обнимала его лицо, гладила по волосам, держала за плечи и смеялась, снова зажмурившись и запрокинув голову.
— Я и подумать не мог, что за последние дни моей жизни испытаю столько эмоций! Всё моё прошлое не стоит даже секунды настоящего! — Дэннис говорил и смотрел на неё широко раскрытыми глазами поровну печальными и счастливыми. — Я не знал совсем, что такое Жизнь. Теперь хочу уехать подальше отсюда, на край света! Жить с тобой в доме, где уютно, тепло и радостно, как здесь, на море! Ты родишь мне прекрасных детишек, наполовину бледных, наполовину шоколадно-кофейных. Ты будешь солнцем в моих руках, светом жизни, который я буду оберегать! Мы будем ходить в бакалейную лавку и покупать сдобные булочки, пахнущие детством… Чьим-то счастливым детством… Будем гулять с детьми в парке, они будут виснуть у нас на руках и смеяться. Вечерами, после ужина, мы вдвоём будем сидеть на веранде, на подвесных качелях, и смотреть на красное небо, как в Африке. Ты будешь рассказывать мне жаркие истории, я буду лежать у тебя на коленях и с закрытыми глазами слушать. Потом сын откроет скрипучую дверь с москитной сеткой и спросит, когда мы пойдём смотреть фильм и есть попкорн…
— Я не понимаю, — сказала Малеба.
— Я тоже не понимаю.
Дэннис вздохнул. Встал, посмотрел на песок под ногами, на яркие пальчики молодой ботсванки и, сорвавшись с места, изо всех сил побежал к морю. Скоро ступни стали вязнуть в мокром песке, потом тёплая вода обволокла щиколотки и разбрызгалась во все стороны, попав на брюки, голую грудь и даже лицо. Скоро колени стало сложно сгибать, и Дэннис замедлился. Он опустил ладонь в воду и почувствовал её осязаемость и дружелюбие. Вода поднималась всё выше и выше, была податливой и сопротивляющейся одновременно. Одежда облепила тело, став второй ненужной кожей. Дэннис смотрел только вперёд и видел край моря. Он шёл туда — там искрилось что-то манящее: дом, булочки, парк, кино и что-то ещё, очень важное, которое обязательно нужно узнать, чтобы жизнь не была прожита зря. Дэннис шёл, бултыхая руками, чувствуя каждое движение воды, внезапные холодные потоки; тело теряло важность и всё больше принадлежало морю. Граница воды поднималась всё выше, уже достигла подбородка. Дэннис задышал глубже, взволнованнее. Он смотрел вперёд, а горизонт становился всё выше. Наконец, он с глубоким вдохом окунул голову в воду. По ушным перепонкам ударил громкий непривычный звук, нос наполнился водой, волосы поднялись вверх и заколыхались. Дно стало ускользать, руки и ноги забултыхались, вроде бы чувствуя опору, но обманчивую и бесполезную. Лёгкие были полны воздуха, но он подступал к голове и готов был её разорвать. Дэннис решался выпустить воздух. Он открыл глаза — их застелила полупрозрачная голубизна, в которой не было ничего. Сознание начало ускользать, и Дэннис выдохнул. На секунду абсолютно всё стало таким пугающим, и разум запаниковал, захотел избавиться от тела. Страх накатил волной и приобрёл размеры Вселенной. Вода настойчиво залилась через ноздри и горло, попала в лёгкие и моментально заполнила их. Дэннис опирался руками об упругую воду, но опора исчезала. Пальцы на ногах вытянулись, ища дно, отчего ступни и икры свело судорогой. Дэннис ощущал себя беспомощным существом, которое поглощается великим и необоримым. Вода уже стала им и скоро растворит его в себе. Дэннис увидел танцующую в красном платье Роуз. Её держал серый высокий некто. Дэннис видел его лицо.
Он открыл глаза и тут же их зажмурил. Послышались крики чаек. Когда он открыл глаза второй раз, то увидел море по ту сторону лобового стекла. Ветер через открытые двери холодил облепленное мокрой одеждой тело. Дэннис повернулся и увидел полуобнажённую спину Малебы. Кажется, она напевала что-то, не обращая на него внимания. Дэннис наклонился и положил подбородок на руль.
— Хочешь искупаться? — спросил девушку.
— Ноу. В другой раз.
— Тогда поедем?
— Йес.
Малеба подцепила пальцами ног босоножки и втянула в салон, захлопнула дверь, и машина поехала.
Дэннис молча гнал в неизвестном ему направлении. Движение успокаивало и помогало мыслям выстроиться в линию.
Он остановил Додж на пустынном пятачке в конце дороги, города, штата, всего. Вокруг были только песок и колючие мёртвые кусты. Вышел, обошёл автомобиль, открыл дверь и пригласил девушку. Она непонимающе озиралась, встав напротив него.
— Не понимаешь, да? — усмехнулся Дэннис. — Если я подарю тебе эту машину, куда ты поедешь?
— Отель.
— Давай договоримся. В отель ты заедешь только за вещами и документами. Потом ты вернёшься в свою деревню или останешься жить в США, как хочешь. Только не встречайся с Гамбером. Ну, и со мной.
— Уай? — Малеба распахнула чёрно-белые глаза.
— Я тебя поцелую?
— Йес, — ответила она, совершенно не раздумывая, словно обязана была при любой просьбе произносить только это короткое слово.
— Нет, — улыбнулся Дэннис. — Ты ничего не поняла. Будь свободной, как ветер, как дождь и солнце. Не соглашайся, чтобы кто-то влиял на твои решения. Забудь эту поездку, оплаченную озабоченным стариком, считай её ошибкой и никогда больше не продавайся. Никогда. Ты поняла? — Он присогнулся, чтобы заглянуть девушке в лицо, которое она стыдливо опустила. — Ты меня поняла?
Она сжала большие губы и закивала. Дэннис взял её за виски, приподнял голову, посмотрел в мокрые глаза и с улыбкой сказал:
— Я тебя всё равно поцелую. Хочешь ты этого или нет!
— Окей, — заулыбалась Малеба, то и дело отводя взгляд и тут же возвращая его на парня.
Он приложился к её рту и стал высасывать энергию. Малеба поначалу просто стояла, потом вцепилась ему в руки, но не стала сопротивляться. Она обмякла и по кузову автомобиля сползла на песок. Дэннис не смог её удержать — он сжимал кулак и скалился. Вены на руках вспучились, кожа посерела, из глаз сочился демонический огонь. Дэннис присел, обнял себя за плечи и взревел. Тяжело дыша, посмотрел на девушку, припавшую спиной к колесу, и понял, что жаждет её души и плоти.
— Сдерживаться с каждым разом всё труднее, — натужно произнёс он, и жилы на шее натянулись до предела, на висках проступили вены.
— Она обычная негритянская шлюха! — заговорил внутри головы его демон. — Никто даже не узнает, что она умерла. А если ты раздавишь колесом её череп, сожжёшь тело — даже криминалисты её не опознают.
— Я ни за что не сделаю этого! — Дэннис отполз от Малебы. — Я не хочу её смерти! Мне нужна была только энергия — живая и мощная… чтобы… чтобы…
— Думаешь, ты справишься? — расхохотался демон и сжал в серый кулак рубашку на груди.
— Если придётся бороться ещё и с тобой, то нет. Поэтому, — он ринулся к Малебе, начал поднимать её, — скройся там, откуда появился и, — он уложил её на пассажирское сидение, принялся отряхивать смоляные волосы от жёлтого песка, — заткнись!
Когда Дэннис захлопнул дверь автомобиля, сознание прояснилось. Он оглядел себя. Застегнул рубашку, развернул брюки и пошёл по дороге из пыли и песка в обрамлении серых колючек, не позволяющих свернуть. Через несколько метров опомнившись, он вернулся к Доджу, забрал мобильный телефон и положил на приборную панель несколько мокрых купюр.
— На такси, если не умеешь водить… — Дэннис последний раз глянул на Малебу, лежащую с безмятежным лицом. — Красивая Африка…
Пока он шёл до ближайшего места, откуда можно вызвать такси, его одолевала растерянность. Он пытался понять, как относится к Серому. Тот вел себя иначе, чем в "Майском цветке", когда развлекался запугиванием. Теперь в нём была осознанность, хитрый разум, делающие его таким похожим на человека. Даже демоническая часть Дэнниса казалась более зловещей.
— Ублюдок хитрый! Притворяется! Повезло ему с телом — покорная девушка-экстрасенс…
Он вдруг понял, что ненавидит Серого именно за то, что тот использует Роуз в грязных унизительных делишках, отравляя её ценную личность, растворяя душу и по крупицам отправляя в небытие.
— А третий… То есть второй подарок для тебя — Мисс Африка!
Пассажирская дверь открылась, и поверх машины показалась черноволосая голова девушки с кожей цвета жареного кофе. Невероятно раскосые глаза осмотрели мужчин, и пухлые губы раскрылись в экзотической улыбке. Девушка подошла к Фредерику и встала в позу, типичную для конкурсов красоты. Плиссировка яркой оранжевой юбки до колен при этом раскрылась, как крыло тропической птицы, а аквамариновые бисерные рукава блузки с декольте заструились по коже, напоминая океанскую воду.
— Её зовут Малеба как-то там, — шепнул Фредерик парню на ухо.
— Я мисс Ботсвана, — совершенно неразборчиво, но громко произнесла девушка.
— Съездите, отдохните от городской суеты. Тебе нужно набраться положительных эмоций перед важнейшим событием в наших жизнях!
— Да-да. То есть… Нет! — Дэннис отступил от старика. Краем глаза он заметил, как из особняка вышла Роуз. — Я хотел поспать и…
— И? — пытливо и строго посмотрел Фредерик.
— Почитать…
— Послушай, — он за шею притянул его к себе, чтобы шептать прямо в ухо, — эта мисс обошлась мне дороже автомобиля. Наверное, ты не осознаешь, каких усилий стоило экспортировать её к твоему носу!
Роуз с лукавым прищуром поддержала:
— Ты наверняка никогда не пробовал ботсванок. Не будь трусливым девственником!
Дэннис недовольно прикрыл глаза. Расправив плечи, он подхватил Малебу за талию и повлёк к Доджу. Открыв ей дверь, усадил на пассажирское, а сам пошёл за руль. Дверь с чёрным стеклом захлопнулась, и с минуту ничего не происходило. Потом стекло опустилось, и показалось лицо Дэнниса:
— Как она заводится?
— Машина или девушка? — подшутила Роуз.
— С кнопки, — разочаровано ответил Гамбер.
Додж зарычал и с выстрелом выхлопа сорвался с места, выбросив из-под себя клубы пыли. До ворот он тормозил и стартовал несколько раз, потом всё-таки выехал на дорогу, повернул налево и скрылся.
— Дьявол! Ещё разобьются! — вырвалось у Гамбера.
— Тогда я заберу их души, — ответила Роуз и зловеще улыбнулась старику.
— На мне купальник! — с модельной улыбкой сказала Малеба.
— Значит, поедем к морю! — ответил Дэннис, напряжённо держа руль и следя за дорогой, которая со скоростью 80 миль в час уходила под капот Доджа.
Он притормозил на перекрёстке и, не включив поворотник, завернул направо. На горизонте завиднелась искрящаяся на солнце голубая полоска. Мисс Африка радостно взвизгнула и схватила водителя за плечо. Он, забывшись, дёрнулся и отклонился. Мисс Африка испуганно уставилась на него. Дэннис хохотнул.
— Извини, просто… раньше я… Да не важно, что раньше!
Мисс Африка всё ещё таращилась на него округлившимися глазами, что выглядело странно из-за контраста склер и чёрной кожи.
— Ты хорошо знаешь английский? — решил уточнить Дэннис.
— Йес. Гуд.
Дальше она добавила что-то на своём.
— Как ты сюда попала?
Парень опустил козырёк от солнца, и он закрыл полосу моря.
— Лодка, автобус, самолёт, машина, — с акцентом ответила девушка. Она приставила ладонь ко лбу и, прищурившись, всмотрелась вдаль. — Море! Блестит! Ай лав ит! Гуд!
— Ты впервые в Штатах?
— Ноу.
Она даже отвечала странно — качалась и повышала голос, словно Дэннис был глухим.
— Гамбер заставил тебя приехать?
Малеба смутилась.
— Ноу. Я сама.
— Но он заплатил тебе?
— Йес, йес.
Дэннис угукнул и замолчал.
Море становилось всё ближе, а ответвлений от главной дороги — всё меньше. С обеих сторон мелькали цветные виллы — низкие и высокие, на обочинах под приземистыми и раскидистыми деревьями стояли припаркованными кабриолеты, минивены и скромные малолитражки ярких расцветок. "Чем ближе к морю — тем веселее жизнь" — подумал Дэннис и улыбнулся. Рука на руле расслабилась, гнать уже не хотелось. Козырёк он поднял и позволил морским блёсткам попадать в глаза.
Он проигнорировал правила и поехал почти по самому пляжу, то и дело вертя головой в сторону моря, чтобы следить, как оно движется вместе с ним. Отдыхающих почти не было, и ничто не портило чудесный жёлто-голубой пейзаж. Мисс Африка опустила стекло и высунулась в окно. Вместе с ветром в салон попал крик чаек и шуршание близких волн. Дэннис вздохнул полной грудью и зажмурился. Ему пришлось резко выкрутить руль, чтобы не врезаться в осветительный столб. Малеба чуть не вылетела в окно, а потом повалилась на парня, резко затормозившего. На песке машину занесло, и она встала передом прямо к морю. Обняв девушку, Дэннис рассмеялся. Она вырвалась, ударила его в грудь и тоже рассмеялась. Какое-то время, замерев, они смотрели на море. Потом Дэннис сказал:
— Я никогда не был на море… Только проезжал мимо, когда с Гамбером ехал на очередное дело…
— Теперь ты здесь. Наслаждайся!
Малеба открыла дверь, выставила ноги и сбросила босоножки. Чёрные пальцы с жёлтым педикюром закопались в горячий песок.
— Ты знаешь толк в отдыхе на море, — заметил Дэннис.
Он вышел из машины, снял ботинки, носки, положил на коврик. Подвернул брюки, снял пиджак, бросил на сиденье, расстегнул лилового цвета рубашку. Ветер сразу же тепло обнял.
— Вау! — воскликнул Дэннис и поднял руки.
Ему захотелось побежать и броситься в море, но он постеснялся. Вместо этого сел на песок у колеса, рядом с попутчицей. Мышцы вокруг глаз стали уставать от постоянного прищура. У Дэнниса никогда не было солнечных очков, потому что никогда солнце так настойчиво и ярко не светило ему в глаза. Пришлось их закрыть. От этого лучше стал слышен шум набегающих волн, далёкие визги людей и крики сумасшедших чаек.
— Ботсвана — очень сухая страна. Нет океана, моря, — печально рассказала девушка. — Я сама из бедной деревни. Мистер Гамбер очень помог ей.
— Кому? Деревне?
— Йес. Он перечислил много денег, я отдала их старейшине. Я приехала сюда тоже за деньги — он просил. Я удивлялась! Он показал мне город, море, я остановилась в отеле, роскошном!
Дэннис задрал голову на великолепную шоколадную мисс, которая чудом не таяла под палящим солнцем.
— Он пожертвовал средства твоей деревне?!
— Йес! Много денег! Доллары!
Лицо Дэнниса вытянулось. Малеба хихикнула, мило прикрыв рот ладонью.
— Ты мистеру Гамберу сын? — спросила она.
— Ага, — чтобы было проще, ответил Дэннис.
— Тогда вместо него я отблагодарю тебя.
Малеба обвила его шею и потянула к своим коленям.
— Эй-эй! — запротестовал он. — Подожди! Я пока настроен только на разговоры! Сколько тебе лет?
— Двадцать. Старая?
— Нет! Что ты! Слушай… Я не дурак, я всё понимаю. Не делай то, чего тебе не хочется. Как делал я. Гамбер любит управлять людьми, делать их своими марионетками с рукой в заднице. Но он не Бог! Он даже не всемогущ! Ему можно сказать "нет"!
— Я не понимаю! — Она снова увлекла парня к себе.
Дэннис оказался подбородком на её колене и почувствовал жар раскалённой кожи. Жар Африки шёл изнутри.
— Ты замечательная! — Он щенячьим взглядом посмотрел на Малебу. — Ты как солнце, песок, море и тропический лес вместе взятые… Ты как птица и лиана… Боги! Что за глупости я говорю! — Дэннис обнял её колени и поцеловал их. — Ты как свобода и радость жизни, которые я никогда не имел. Ты — всё то, что я никогда не испытывал.
— Я не понимаю! Не понимаю! — смеясь, продолжала повторять Малеба.
Она поднимала улыбку к небу, качала головой, закрыв глаза, потом смотрела на странного бледного человека у своих ног, обнимала его лицо, гладила по волосам, держала за плечи и смеялась, снова зажмурившись и запрокинув голову.
— Я и подумать не мог, что за последние дни моей жизни испытаю столько эмоций! Всё моё прошлое не стоит даже секунды настоящего! — Дэннис говорил и смотрел на неё широко раскрытыми глазами поровну печальными и счастливыми. — Я не знал совсем, что такое Жизнь. Теперь хочу уехать подальше отсюда, на край света! Жить с тобой в доме, где уютно, тепло и радостно, как здесь, на море! Ты родишь мне прекрасных детишек, наполовину бледных, наполовину шоколадно-кофейных. Ты будешь солнцем в моих руках, светом жизни, который я буду оберегать! Мы будем ходить в бакалейную лавку и покупать сдобные булочки, пахнущие детством… Чьим-то счастливым детством… Будем гулять с детьми в парке, они будут виснуть у нас на руках и смеяться. Вечерами, после ужина, мы вдвоём будем сидеть на веранде, на подвесных качелях, и смотреть на красное небо, как в Африке. Ты будешь рассказывать мне жаркие истории, я буду лежать у тебя на коленях и с закрытыми глазами слушать. Потом сын откроет скрипучую дверь с москитной сеткой и спросит, когда мы пойдём смотреть фильм и есть попкорн…
— Я не понимаю, — сказала Малеба.
— Я тоже не понимаю.
Дэннис вздохнул. Встал, посмотрел на песок под ногами, на яркие пальчики молодой ботсванки и, сорвавшись с места, изо всех сил побежал к морю. Скоро ступни стали вязнуть в мокром песке, потом тёплая вода обволокла щиколотки и разбрызгалась во все стороны, попав на брюки, голую грудь и даже лицо. Скоро колени стало сложно сгибать, и Дэннис замедлился. Он опустил ладонь в воду и почувствовал её осязаемость и дружелюбие. Вода поднималась всё выше и выше, была податливой и сопротивляющейся одновременно. Одежда облепила тело, став второй ненужной кожей. Дэннис смотрел только вперёд и видел край моря. Он шёл туда — там искрилось что-то манящее: дом, булочки, парк, кино и что-то ещё, очень важное, которое обязательно нужно узнать, чтобы жизнь не была прожита зря. Дэннис шёл, бултыхая руками, чувствуя каждое движение воды, внезапные холодные потоки; тело теряло важность и всё больше принадлежало морю. Граница воды поднималась всё выше, уже достигла подбородка. Дэннис задышал глубже, взволнованнее. Он смотрел вперёд, а горизонт становился всё выше. Наконец, он с глубоким вдохом окунул голову в воду. По ушным перепонкам ударил громкий непривычный звук, нос наполнился водой, волосы поднялись вверх и заколыхались. Дно стало ускользать, руки и ноги забултыхались, вроде бы чувствуя опору, но обманчивую и бесполезную. Лёгкие были полны воздуха, но он подступал к голове и готов был её разорвать. Дэннис решался выпустить воздух. Он открыл глаза — их застелила полупрозрачная голубизна, в которой не было ничего. Сознание начало ускользать, и Дэннис выдохнул. На секунду абсолютно всё стало таким пугающим, и разум запаниковал, захотел избавиться от тела. Страх накатил волной и приобрёл размеры Вселенной. Вода настойчиво залилась через ноздри и горло, попала в лёгкие и моментально заполнила их. Дэннис опирался руками об упругую воду, но опора исчезала. Пальцы на ногах вытянулись, ища дно, отчего ступни и икры свело судорогой. Дэннис ощущал себя беспомощным существом, которое поглощается великим и необоримым. Вода уже стала им и скоро растворит его в себе. Дэннис увидел танцующую в красном платье Роуз. Её держал серый высокий некто. Дэннис видел его лицо.
Он открыл глаза и тут же их зажмурил. Послышались крики чаек. Когда он открыл глаза второй раз, то увидел море по ту сторону лобового стекла. Ветер через открытые двери холодил облепленное мокрой одеждой тело. Дэннис повернулся и увидел полуобнажённую спину Малебы. Кажется, она напевала что-то, не обращая на него внимания. Дэннис наклонился и положил подбородок на руль.
— Хочешь искупаться? — спросил девушку.
— Ноу. В другой раз.
— Тогда поедем?
— Йес.
Малеба подцепила пальцами ног босоножки и втянула в салон, захлопнула дверь, и машина поехала.
Дэннис молча гнал в неизвестном ему направлении. Движение успокаивало и помогало мыслям выстроиться в линию.
Он остановил Додж на пустынном пятачке в конце дороги, города, штата, всего. Вокруг были только песок и колючие мёртвые кусты. Вышел, обошёл автомобиль, открыл дверь и пригласил девушку. Она непонимающе озиралась, встав напротив него.
— Не понимаешь, да? — усмехнулся Дэннис. — Если я подарю тебе эту машину, куда ты поедешь?
— Отель.
— Давай договоримся. В отель ты заедешь только за вещами и документами. Потом ты вернёшься в свою деревню или останешься жить в США, как хочешь. Только не встречайся с Гамбером. Ну, и со мной.
— Уай? — Малеба распахнула чёрно-белые глаза.
— Я тебя поцелую?
— Йес, — ответила она, совершенно не раздумывая, словно обязана была при любой просьбе произносить только это короткое слово.
— Нет, — улыбнулся Дэннис. — Ты ничего не поняла. Будь свободной, как ветер, как дождь и солнце. Не соглашайся, чтобы кто-то влиял на твои решения. Забудь эту поездку, оплаченную озабоченным стариком, считай её ошибкой и никогда больше не продавайся. Никогда. Ты поняла? — Он присогнулся, чтобы заглянуть девушке в лицо, которое она стыдливо опустила. — Ты меня поняла?
Она сжала большие губы и закивала. Дэннис взял её за виски, приподнял голову, посмотрел в мокрые глаза и с улыбкой сказал:
— Я тебя всё равно поцелую. Хочешь ты этого или нет!
— Окей, — заулыбалась Малеба, то и дело отводя взгляд и тут же возвращая его на парня.
Он приложился к её рту и стал высасывать энергию. Малеба поначалу просто стояла, потом вцепилась ему в руки, но не стала сопротивляться. Она обмякла и по кузову автомобиля сползла на песок. Дэннис не смог её удержать — он сжимал кулак и скалился. Вены на руках вспучились, кожа посерела, из глаз сочился демонический огонь. Дэннис присел, обнял себя за плечи и взревел. Тяжело дыша, посмотрел на девушку, припавшую спиной к колесу, и понял, что жаждет её души и плоти.
— Сдерживаться с каждым разом всё труднее, — натужно произнёс он, и жилы на шее натянулись до предела, на висках проступили вены.
— Она обычная негритянская шлюха! — заговорил внутри головы его демон. — Никто даже не узнает, что она умерла. А если ты раздавишь колесом её череп, сожжёшь тело — даже криминалисты её не опознают.
— Я ни за что не сделаю этого! — Дэннис отполз от Малебы. — Я не хочу её смерти! Мне нужна была только энергия — живая и мощная… чтобы… чтобы…
— Думаешь, ты справишься? — расхохотался демон и сжал в серый кулак рубашку на груди.
— Если придётся бороться ещё и с тобой, то нет. Поэтому, — он ринулся к Малебе, начал поднимать её, — скройся там, откуда появился и, — он уложил её на пассажирское сидение, принялся отряхивать смоляные волосы от жёлтого песка, — заткнись!
Когда Дэннис захлопнул дверь автомобиля, сознание прояснилось. Он оглядел себя. Застегнул рубашку, развернул брюки и пошёл по дороге из пыли и песка в обрамлении серых колючек, не позволяющих свернуть. Через несколько метров опомнившись, он вернулся к Доджу, забрал мобильный телефон и положил на приборную панель несколько мокрых купюр.
— На такси, если не умеешь водить… — Дэннис последний раз глянул на Малебу, лежащую с безмятежным лицом. — Красивая Африка…
Пока он шёл до ближайшего места, откуда можно вызвать такси, его одолевала растерянность. Он пытался понять, как относится к Серому. Тот вел себя иначе, чем в "Майском цветке", когда развлекался запугиванием. Теперь в нём была осознанность, хитрый разум, делающие его таким похожим на человека. Даже демоническая часть Дэнниса казалась более зловещей.
— Ублюдок хитрый! Притворяется! Повезло ему с телом — покорная девушка-экстрасенс…
Он вдруг понял, что ненавидит Серого именно за то, что тот использует Роуз в грязных унизительных делишках, отравляя её ценную личность, растворяя душу и по крупицам отправляя в небытие.
