Роуз отвернулась от света его фонаря, обняла себя. Мэттью после недолгого молчания продолжил:
— И да, если Дэннис станет опасен для тебя или меня — я выстрелю. Слушай, — он приблизился, — ни ты, ни я его даже не знаем. Но он больной, это видно. Думаю, тебе лучше держаться меня.
— Как самоуверенно, — брякнула Роуз.
— Ты ведь неглупая. Так вот думай рационально. Без этого в подвалах никак. Демон или призраки пытаются сбить нас с толку, такова их сущность. Нам нужно выйти из передряги победителями, с кругленькой суммой в кармане. Ну?
Он раскинул руки и улыбнулся идеальной улыбкой, которую Роуз пропустила. Но она развернулась к напарнику, не поднимая взгляда, согласная продолжить путь.
Головная боль мешала Дэннису сосредоточиться. Вдобавок, он плохо ориентировался. На карте было обозначено три коридора, начинающихся от развилки, где он стоял. Нужно было держаться востока, но стрелка не крутилась вместе с ним, и какой коридор куда вёл, Дэннис сообразить не мог.
— Вот, блин… — шепнул он.
— Вот, блин, — отозвалось эхом из глубины коридора.
— Хороший прикол, — нисколько не удивился Дэннис. — Начинается, да?
— Начинается, да… — отозвалось эхо.
Подключив интуицию, Дэннис отключил телефон и шагнул в средний проход. Фонарь мигнул, то ли соглашаясь, то ли противясь его выбору.
— Я уже предчувствую, — бормотал он, идя, — как весело тут будет… Особенно если учесть моё состояние. Такое ощущение, что Роуз неслучайно выпила моё лекарство… Это твоя проделка, да? Часть плана? — громче задал он вопросы в никуда. — Хочешь втянуть меня в свою игру? Так я уже в ней…
Коридор окутал холодом и настораживающей тишиной. В ней шуршали только осторожные шаги Дэнниса, старающегося не выдавать себя тяжёлым дыханием. Он знал, что за ним наблюдают, но обманываться, что пока не шумит — он в безопасности, было спокойнее. Он хотел найти выход из лабиринта, но было ещё одно чувство, в котором Дэннис пока не разобрался. Некая разновидность интереса. Он ощущал что-то знакомое тут, в подвале, какие-то знакомые вибрации и энергетические потоки. Если это то, о чём он подозревает, то не поздоровится всем.
— Главное, не терять себя. Не терять себя, — беззвучно пошевелил он губами.
Дэнниса беспокоило, что без лекарств он не может отличить реальность от галлюцинаций. Но, по сути, в одержимом демоном подвале два этих понятия размывались. И с галлюцинациями, и с паранормальными явлениями он умел справляться. С реальностью тоже, но чуть хуже.
Фонарь замигал, и Дэннис понял — сейчас что-то произойдёт. Он помедлил, прежде чем ступить в дверной проём, возникший на пути совершенно неожиданно. Из темноты донёсся шорох.
— Кто там? — спросил Дэннис, выискивая взглядом и фонарём хоть что-то определённое. Но свет словно утыкался в чёрное непроницаемое полотно.
— Я здесь, — прозвучал немощный голосок, кажется, женский.
— Роуз?
Парень подался вперёд, но всё ещё не ступил за порог.
— Я здесь…
Дэннис набрал воздуха в грудь и сделал шаг. Ничего ужасного не произошло. Он сделал ещё шаг, бесполезно скользя фонарём по сплошной черноте. Не видно было даже стен, но, судя по эху, помещение не могло быть настолько большим.
— Роуз? Студентка? — гадал Дэннис.
Шаг за шагом он продвигался глубже. Споткнувшись обо что-то, еле удержался, чтобы не упасть, но всё же выронил фонарь. Чертыхнувшись, наклонился его поднять, и вдруг увидел босые ноги. Не выпуская их из виду, медленно обхватил пальцами фонарик, медленно поднял его, постепенно осветив пыльные рваные штаны, заправленный в шлейки истёртый ремень. Когда в свет попала кровавая отчленённая от тела шея с торчащими белыми позвонками, Дэннис вздрогнул и охнул. Кто-то звонко рассмеялся. Это оказался маленький мальчик. Он с гордостью демонстрировал гостю отрезанную голову девушки, держа её перед собой за волосы. Дэннис бесстрашно осветил вытянутое в предсмертных муках лицо с выколотыми глазами и уже запёкшейся кровью на глазницах, разинутый рот с посиневшим языком внутри, уши, в которых блестели окровавленные маленькие серёжки. Его кольнул ужас. Он судорожно стал вспоминать Роуз: какие украшения были на ней?
— Чья это голова? — спросил Дэннис.
— А тебе какая разница? Главное — не твоя!
Мальчик рассмеялся. Он был очень бледен, с синими кругами под мутными глазами. Губы почти не выделялись, но язык и рот изнутри были красными, словно от крови. Пыль покрывала взъерошенные волосы, одежду, руки и ноги.
— Откуда у тебя голова? — спросил Дэннис строже, посветив фонарём мальчишке лицо.
Тот не сощурился, не отвернулся. Его зрачки побелели, и глаза стали похожи на рыбьи. Было очевидно — мальчик мёртвый.
— Теперь она твоя! — весело выкрикнул он и швырнул голову в Дэнниса.
Она угодила ему в колени. Оставив кроваво-грязный след на брюках, с глухим звуком бухнулась на пол и чуть откатилась, опутавшись собственными тёмными волосами. Дэннис облегчённо вздохнул. Голова принадлежала одной из студенток Вульф.
— Спасибо за подарок. А ты вообще кто?
— Я — Дэннис, — ответил мальчик.
Старший Дэннис смутился.
— А фамилия у тебя какая?
— Томпсон.
Дэннис смутился ещё сильнее.
— Как ты здесь оказался? — спросил, теряя ощущение реальности.
— Мы с мамой здесь просто оказались.
— Как зовут маму?
— Николетт Томпсон.
Старший Дэннис прикрыл глаза, понажимал на ноющую переносицу пальцами и, надув щёки, шумно выпустил из них воздух.
— Так… Зашибись. Ещё раз: как вы здесь оказались?
Мальчик пожал плечами.
— Мы просто появились тут.
— А зачем вы здесь?
Мальчик снова пожал плечами и без злобы, с любопытством посмотрел на высокого незнакомца. Взрослый Дэннис стал догадываться кое о чём.
— Почему вы не уходите из этого подвала?
— Не можем.
— Почему?!
Мальчик опустил голову. В его макушке с закрученными против часовой стрелки волосами Дэннис узнал свою. Потеряв самообладание, он закричал:
— Почему вы не покинете это жуткое место?!
— Нам не позволяют…
— Кто?
Дэнниса внезапно что-то сильно ударило в грудь, что ноги его оторвались от пола, и он полетел назад. Врезавшись спиной и затылком в стену, он потерял сознание.
Роуз рукой подтёрла кровь со лба, стараясь не задеть рану. Саднившие костяшки пососала по очереди, чтобы меньше щипали. Она так делала с ранами в детстве. Вспомнив это, постаралась не уходить глубже в воспоминания, ведь ничего хорошего они не принесут.
Далеко впереди замаячила узкая полоска света. Обрадовавшись, Роуз хлопнула Мэттью по плечу.
— Посмотри, там может быть выход!
— Не надейся. По карте там технологическое помещение.
— Всё равно. В нём хотя бы светло.
Мэттью с усмешкой покосился на неё из-за плеча.
— Веришь, что свет спасёт тебя от призраков?
Полоска света оказалась приоткрытой дверью. Парень осторожно толкнул её, выключил фонарь и заглянул внутрь.
— Ого! — произнёс, заходя.
— Ох, как воняет! — сморщилась Роуз, зайдя следом.
В большом помещении, освещённом настенными лампами, находилось производственное оборудование. В центре располагалось нечто похожее на большую электрическую мясорубку. Из-под неё выходила конвейерная лента и уходила в дыру в стене. Разного диаметра трубы соединяли мясорубку с открытыми резервуарами и закрытыми контейнерами. Всё это было из железа, проржавевшее или покрытое толстым почерневшим от времени налётом. Роуз подошла ближе и принялась разглядывать мясорубку. Сверху у неё было что-то похожее на загрузочный лоток: спаянные по краю листы железа, расширяющиеся кверху. На потолке Роуз обнаружила закрытый на шпингалет двустворчатый люк.
— Смотри, оттуда что-то сбрасывалось?
— Похоже на то. Может, падёж или биомусор. Типа ведьм.
Его брови шутливо подпрыгнули. Роуз пошла дальше осматриваться.
На плиточном полу в нескольких местах кучками лежало что-то непонятное, похожее на испортившиеся до неузнаваемости останки кого-то, может, птиц. От них смердело, как и от одного из резервуаров, покрытого потрескавшимся налётом тошнотворного жёлто-коричневого цвета.
— Жироотстойник, — голос Мэттью внезапно прозвучал прямо возле уха девушки. — Мою бывшую можно так назвать.
— Значит, плохой у тебя вкус, — недовольно ответила Роуз.
— У неё он тоже был не очень, — Мэттью рассмеялся.
Роуз подождала, пока он успокоится, и спросила:
— Что это всё такое?
— Похоже на небольшое производство мясокостной муки. В мясорубку забрасывались тушки курей или кого покрупнее после разделки, потом из перемолотого сырья отжимался жир, он стекал вот сюда. Потом сырьё остужалось, сушилось, и на выходе получалась мясокостная мука для производства кормов для животных, как вариант. — Парень ответил на немой вопрос напарницы: — Я умудрился закончить аграрный колледж. Думал, стану фермером.
— Может, было бы к лучшему, — ответила Роуз.
Они обошли мясорубку, всю в грязных потёках. Мэттью заметил сбоку пульт управления и с мальчишеским азартом нажал на красную кнопку запуска. Роуз про себя вскрикнула, испугавшись предстоящего шума. Но ничего не произошло, оборудование не запустилось.
— Ну-у-у-у! — расстроился Мэттью.
— Не надо ничего включать, пожалуйста.
— Я бы проветрил вонищу, — сказал парень, указывая фонарём в сторону небольшого помещения за решёткой, где находился промышленный вентилятор с несколькими большими крыльчатками. — Вот этой штукой.
Роуз стало не по себе. Её с детства пугали такие вентиляторы. Казалось, они могут засосать и нашинковать на мелкие кусочки.
— То-о-олько не вздумай! — пригрозила она, состроив самое строгое лицо, на которое была способна.
— Трусишка Роузи, — съязвил парень пискляво, — не бойся, тут ничего не работает.
Они молча пошагали дальше по периметру помещения в поисках какого-нибудь коридора, ведущего на выход. Мэттью вдруг вспомнил про камеры и прикрепил одну к трубе на стене.
— А вдруг единственный выход — вверху? — предположил он, обернувшись на люк над мясорубкой. Роуз молчала. — Куда-то же он ведёт. Вдруг на поверхность?
— Ты полезешь? — усмехнулась она.
— Думаешь, я не смогу? — Мэттью нахмурился. — Думаешь, я трус?
Роуз повела глазами, не ответив.
— А вот давай проверим! С помощью вот этого!
Он схватился за приставную лестницу возле стены. Лестница выглядела добротно и была достаточной высоты.
— Ну? — добивался реакции парень.
— Не знаю, Мэтт… Смогу тебя отговорить?
Парень не дослушал. Он потащил лестницу к мясорубке, прислонил понадёжнее и с лёгкостью поднялся до самого потолка.
— Мэтт, может, не стоит? — сильнее заволновалась Роуз.
Мэттью осмотрел люк. Его тяжёлые створки удерживал смехотворно маленький шпингалет. Он даже погнулся.
— Мне кажется, там сверху что-то навалено, — сообщил Мэттью Роуз, придерживающей лестницу.
— Давай не будем проверять…
— А вдруг это один из студентов Вульф? Мы не должны это так оставлять!
— Странно, что именно ты это говоришь… — пробормотала девушка.
— Я что-то вижу…
Он включил фонарь и порыскал светом в щели. Потом поднялся на самую верхнюю перекладину лестницы и потянулся к шпингалету. Роуз воскликнула:
— Не надо, Мэтт!
Но он щёлкнул задвижкой. Створки с грохотом распахнулись, Роуз зажмурилась, но успела увидеть, как из люка выпадает что-то крупное и голое. Прозвучал гулкий удар об железо, следом — хлюпнувший хлопок. Роуз почувствовала, как дрогнула лестница и тут же посмотрела на Мэттью вверху.
— Что это упало? — визгливо крикнула она.
Парень глянул внутрь мясорубки.
— Гнилая туша телёнка.
Роуз выдохнула. У неё чуть не случился удар.
— Пожалуйста! Слезай! — взмолилась она.
— Я вижу что-то ещё!
К ужасу девушки, Мэттью, зажав фонарик в зубах, подтянулся и залез в люк. Роуз отшагнула от опустевшей лестницы, потому что до неё, наконец, донёсся невыносимый трупный запах.
Свет мигнул, заставив её насторожиться.
— Мэтт, если свет отключится, у меня даже не будет, чем посветить.
— Фонарик мне самому нужен. Возьми-ка лучше это.
Из люка высунулась испачканная рука с пистолетом. Роуз, чуть подумав, подошла к лестнице и поймала выверено брошенное оружие. Пистолет оказался тяжелым. Она сразу взялась за рукоятку, примеряясь.
— Не верю, что это происходит со мной, — шепнула, отойдя от лестницы, от смердящей мясорубки, от люка, в котором гремел Мэттью.
Свет снова мигнул, и в тот же момент раздался едва слышный зов о помощи. Он шёл со стороны, где находилась дыра в стене. Роуз задрала голову и крикнула:
— Мэтт, я слышала голос из дыры… мужской!
Кажется, Мэттью что-то ответил, но металл превратил его слова в неразборчивый бубнёж. Роуз двинулась к стене. Дойдя до начала конвейера, она увидела тянущийся по всей его длине кровавый след. Кого-то волокли по резиновой ленте и, возможно, сбросили в дыру. Кровь была свежая, значит, всё произошло совсем недавно.
— Кто там? — позвала Роуз, сжимая холодными вспотевшими пальцами пистолет.
Ей пришлось облокотиться на ленту, чтобы заглянуть в дыру. Всё естество протестовало против этого, но она должна была попытаться узнать, кто звал на помощь.
— Я здесь, — эхо вынесло из темноты голос парня.
— Дэйв?
— Да, помоги мне!
Свет мигнул и погас. Роуз в испуге отскочила от дыры.
Дэннис даже не понял, очнулся или нет. Вокруг было так темно, словно он и не открывал глаза. На фоне окружающей тишины в ушах гудела кровь, с тяжестью молота билось сердце. Быстрее, чем полагалось. Вместо головы был большой сгусток боли, и когда он пульсировал — становилось совсем невыносимо. Из-за этого Дэннису пришлось несколько минут посидеть неподвижно на холодном мокром полу, прижавшись разгорячённой спиной к холодной колючей стене. В моменты без движения он в полной мере прочувствовал, что такое адская боль. Она обручем сжимала виски, давила на глаза и, смыкаясь, острыми концами вонзалась в затылок. Тошнота застряла где-то в грудине и не хотела подниматься, что облегчило бы состояние. Руки и ноги были словно набиты маленькими пружинами и не подчинялись воле, а ватная шея только чудом удерживала голову из раскалённого чугуна. Дэннис беспомощно простонал — пока это всё, что он мог. Он до конца осознал себя сидящим в подвале одержимого демоном дома, в одиночестве и растерянности. Где-то на задворках сознания звучал голос Роуз. Он добавлял боли и сильнее волновал.
Первая попытка подняться на ноги провалилась. В тёмном вакууме и с головокружением такое выполнить казалось невозможным. Второй раз Дэннис использовал стену, как опору. Правая рука соскользнула с камня, и он врезался в стену плечом.
— Господи Иисусе, Святая Дева Мария, Будда, Аллах! — воскликнул отчаянно. — Хоть кто-то, помогите мне… Нет… Только не ты, твоя помощь мне не нужна! — ответил кому-то, скрывающемуся в темноте.
Дэннис поднялся на ноги. Затылок пронзило стрелой боли. Он тут же бездумно схватился за него, сделав ещё хуже. Не удержав смачного ругательства, потёр пальцы и понял, что на них кровь.
— Доволен? Нравится кровь, да? — яростно выкрикнул в никуда, и это отняло последние силы. — Я ещё не сдался…
Его восприятие изменилось. Открылись способности, которые раньше контролировались сознанием и сильными медикаментами. Теперь Дэннис видел то, что видеть было невозможно: энергетические следы, коих было множество. Они выглядели как прозрачные полосы, парящие в воздухе. Самые старые и слабые, почти бесцветные, принадлежали духам. Энергии бесцельно переплетались между собой, образуя хаотичные рисунки. Дэннис видел собственную энергию — бледную, иссякающую. Он знал, что будет, когда совсем обессилит.
— И да, если Дэннис станет опасен для тебя или меня — я выстрелю. Слушай, — он приблизился, — ни ты, ни я его даже не знаем. Но он больной, это видно. Думаю, тебе лучше держаться меня.
— Как самоуверенно, — брякнула Роуз.
— Ты ведь неглупая. Так вот думай рационально. Без этого в подвалах никак. Демон или призраки пытаются сбить нас с толку, такова их сущность. Нам нужно выйти из передряги победителями, с кругленькой суммой в кармане. Ну?
Он раскинул руки и улыбнулся идеальной улыбкой, которую Роуз пропустила. Но она развернулась к напарнику, не поднимая взгляда, согласная продолжить путь.
***
Головная боль мешала Дэннису сосредоточиться. Вдобавок, он плохо ориентировался. На карте было обозначено три коридора, начинающихся от развилки, где он стоял. Нужно было держаться востока, но стрелка не крутилась вместе с ним, и какой коридор куда вёл, Дэннис сообразить не мог.
— Вот, блин… — шепнул он.
— Вот, блин, — отозвалось эхом из глубины коридора.
— Хороший прикол, — нисколько не удивился Дэннис. — Начинается, да?
— Начинается, да… — отозвалось эхо.
Подключив интуицию, Дэннис отключил телефон и шагнул в средний проход. Фонарь мигнул, то ли соглашаясь, то ли противясь его выбору.
— Я уже предчувствую, — бормотал он, идя, — как весело тут будет… Особенно если учесть моё состояние. Такое ощущение, что Роуз неслучайно выпила моё лекарство… Это твоя проделка, да? Часть плана? — громче задал он вопросы в никуда. — Хочешь втянуть меня в свою игру? Так я уже в ней…
Коридор окутал холодом и настораживающей тишиной. В ней шуршали только осторожные шаги Дэнниса, старающегося не выдавать себя тяжёлым дыханием. Он знал, что за ним наблюдают, но обманываться, что пока не шумит — он в безопасности, было спокойнее. Он хотел найти выход из лабиринта, но было ещё одно чувство, в котором Дэннис пока не разобрался. Некая разновидность интереса. Он ощущал что-то знакомое тут, в подвале, какие-то знакомые вибрации и энергетические потоки. Если это то, о чём он подозревает, то не поздоровится всем.
— Главное, не терять себя. Не терять себя, — беззвучно пошевелил он губами.
Дэнниса беспокоило, что без лекарств он не может отличить реальность от галлюцинаций. Но, по сути, в одержимом демоном подвале два этих понятия размывались. И с галлюцинациями, и с паранормальными явлениями он умел справляться. С реальностью тоже, но чуть хуже.
Фонарь замигал, и Дэннис понял — сейчас что-то произойдёт. Он помедлил, прежде чем ступить в дверной проём, возникший на пути совершенно неожиданно. Из темноты донёсся шорох.
— Кто там? — спросил Дэннис, выискивая взглядом и фонарём хоть что-то определённое. Но свет словно утыкался в чёрное непроницаемое полотно.
— Я здесь, — прозвучал немощный голосок, кажется, женский.
— Роуз?
Парень подался вперёд, но всё ещё не ступил за порог.
— Я здесь…
Дэннис набрал воздуха в грудь и сделал шаг. Ничего ужасного не произошло. Он сделал ещё шаг, бесполезно скользя фонарём по сплошной черноте. Не видно было даже стен, но, судя по эху, помещение не могло быть настолько большим.
— Роуз? Студентка? — гадал Дэннис.
Шаг за шагом он продвигался глубже. Споткнувшись обо что-то, еле удержался, чтобы не упасть, но всё же выронил фонарь. Чертыхнувшись, наклонился его поднять, и вдруг увидел босые ноги. Не выпуская их из виду, медленно обхватил пальцами фонарик, медленно поднял его, постепенно осветив пыльные рваные штаны, заправленный в шлейки истёртый ремень. Когда в свет попала кровавая отчленённая от тела шея с торчащими белыми позвонками, Дэннис вздрогнул и охнул. Кто-то звонко рассмеялся. Это оказался маленький мальчик. Он с гордостью демонстрировал гостю отрезанную голову девушки, держа её перед собой за волосы. Дэннис бесстрашно осветил вытянутое в предсмертных муках лицо с выколотыми глазами и уже запёкшейся кровью на глазницах, разинутый рот с посиневшим языком внутри, уши, в которых блестели окровавленные маленькие серёжки. Его кольнул ужас. Он судорожно стал вспоминать Роуз: какие украшения были на ней?
— Чья это голова? — спросил Дэннис.
— А тебе какая разница? Главное — не твоя!
Мальчик рассмеялся. Он был очень бледен, с синими кругами под мутными глазами. Губы почти не выделялись, но язык и рот изнутри были красными, словно от крови. Пыль покрывала взъерошенные волосы, одежду, руки и ноги.
— Откуда у тебя голова? — спросил Дэннис строже, посветив фонарём мальчишке лицо.
Тот не сощурился, не отвернулся. Его зрачки побелели, и глаза стали похожи на рыбьи. Было очевидно — мальчик мёртвый.
— Теперь она твоя! — весело выкрикнул он и швырнул голову в Дэнниса.
Она угодила ему в колени. Оставив кроваво-грязный след на брюках, с глухим звуком бухнулась на пол и чуть откатилась, опутавшись собственными тёмными волосами. Дэннис облегчённо вздохнул. Голова принадлежала одной из студенток Вульф.
— Спасибо за подарок. А ты вообще кто?
— Я — Дэннис, — ответил мальчик.
Старший Дэннис смутился.
— А фамилия у тебя какая?
— Томпсон.
Дэннис смутился ещё сильнее.
— Как ты здесь оказался? — спросил, теряя ощущение реальности.
— Мы с мамой здесь просто оказались.
— Как зовут маму?
— Николетт Томпсон.
Старший Дэннис прикрыл глаза, понажимал на ноющую переносицу пальцами и, надув щёки, шумно выпустил из них воздух.
— Так… Зашибись. Ещё раз: как вы здесь оказались?
Мальчик пожал плечами.
— Мы просто появились тут.
— А зачем вы здесь?
Мальчик снова пожал плечами и без злобы, с любопытством посмотрел на высокого незнакомца. Взрослый Дэннис стал догадываться кое о чём.
— Почему вы не уходите из этого подвала?
— Не можем.
— Почему?!
Мальчик опустил голову. В его макушке с закрученными против часовой стрелки волосами Дэннис узнал свою. Потеряв самообладание, он закричал:
— Почему вы не покинете это жуткое место?!
— Нам не позволяют…
— Кто?
Дэнниса внезапно что-то сильно ударило в грудь, что ноги его оторвались от пола, и он полетел назад. Врезавшись спиной и затылком в стену, он потерял сознание.
***
Роуз рукой подтёрла кровь со лба, стараясь не задеть рану. Саднившие костяшки пососала по очереди, чтобы меньше щипали. Она так делала с ранами в детстве. Вспомнив это, постаралась не уходить глубже в воспоминания, ведь ничего хорошего они не принесут.
Далеко впереди замаячила узкая полоска света. Обрадовавшись, Роуз хлопнула Мэттью по плечу.
— Посмотри, там может быть выход!
— Не надейся. По карте там технологическое помещение.
— Всё равно. В нём хотя бы светло.
Мэттью с усмешкой покосился на неё из-за плеча.
— Веришь, что свет спасёт тебя от призраков?
Полоска света оказалась приоткрытой дверью. Парень осторожно толкнул её, выключил фонарь и заглянул внутрь.
— Ого! — произнёс, заходя.
— Ох, как воняет! — сморщилась Роуз, зайдя следом.
В большом помещении, освещённом настенными лампами, находилось производственное оборудование. В центре располагалось нечто похожее на большую электрическую мясорубку. Из-под неё выходила конвейерная лента и уходила в дыру в стене. Разного диаметра трубы соединяли мясорубку с открытыми резервуарами и закрытыми контейнерами. Всё это было из железа, проржавевшее или покрытое толстым почерневшим от времени налётом. Роуз подошла ближе и принялась разглядывать мясорубку. Сверху у неё было что-то похожее на загрузочный лоток: спаянные по краю листы железа, расширяющиеся кверху. На потолке Роуз обнаружила закрытый на шпингалет двустворчатый люк.
— Смотри, оттуда что-то сбрасывалось?
— Похоже на то. Может, падёж или биомусор. Типа ведьм.
Его брови шутливо подпрыгнули. Роуз пошла дальше осматриваться.
На плиточном полу в нескольких местах кучками лежало что-то непонятное, похожее на испортившиеся до неузнаваемости останки кого-то, может, птиц. От них смердело, как и от одного из резервуаров, покрытого потрескавшимся налётом тошнотворного жёлто-коричневого цвета.
— Жироотстойник, — голос Мэттью внезапно прозвучал прямо возле уха девушки. — Мою бывшую можно так назвать.
— Значит, плохой у тебя вкус, — недовольно ответила Роуз.
— У неё он тоже был не очень, — Мэттью рассмеялся.
Роуз подождала, пока он успокоится, и спросила:
— Что это всё такое?
— Похоже на небольшое производство мясокостной муки. В мясорубку забрасывались тушки курей или кого покрупнее после разделки, потом из перемолотого сырья отжимался жир, он стекал вот сюда. Потом сырьё остужалось, сушилось, и на выходе получалась мясокостная мука для производства кормов для животных, как вариант. — Парень ответил на немой вопрос напарницы: — Я умудрился закончить аграрный колледж. Думал, стану фермером.
— Может, было бы к лучшему, — ответила Роуз.
Они обошли мясорубку, всю в грязных потёках. Мэттью заметил сбоку пульт управления и с мальчишеским азартом нажал на красную кнопку запуска. Роуз про себя вскрикнула, испугавшись предстоящего шума. Но ничего не произошло, оборудование не запустилось.
— Ну-у-у-у! — расстроился Мэттью.
— Не надо ничего включать, пожалуйста.
— Я бы проветрил вонищу, — сказал парень, указывая фонарём в сторону небольшого помещения за решёткой, где находился промышленный вентилятор с несколькими большими крыльчатками. — Вот этой штукой.
Роуз стало не по себе. Её с детства пугали такие вентиляторы. Казалось, они могут засосать и нашинковать на мелкие кусочки.
— То-о-олько не вздумай! — пригрозила она, состроив самое строгое лицо, на которое была способна.
— Трусишка Роузи, — съязвил парень пискляво, — не бойся, тут ничего не работает.
Они молча пошагали дальше по периметру помещения в поисках какого-нибудь коридора, ведущего на выход. Мэттью вдруг вспомнил про камеры и прикрепил одну к трубе на стене.
— А вдруг единственный выход — вверху? — предположил он, обернувшись на люк над мясорубкой. Роуз молчала. — Куда-то же он ведёт. Вдруг на поверхность?
— Ты полезешь? — усмехнулась она.
— Думаешь, я не смогу? — Мэттью нахмурился. — Думаешь, я трус?
Роуз повела глазами, не ответив.
— А вот давай проверим! С помощью вот этого!
Он схватился за приставную лестницу возле стены. Лестница выглядела добротно и была достаточной высоты.
— Ну? — добивался реакции парень.
— Не знаю, Мэтт… Смогу тебя отговорить?
Парень не дослушал. Он потащил лестницу к мясорубке, прислонил понадёжнее и с лёгкостью поднялся до самого потолка.
— Мэтт, может, не стоит? — сильнее заволновалась Роуз.
Мэттью осмотрел люк. Его тяжёлые створки удерживал смехотворно маленький шпингалет. Он даже погнулся.
— Мне кажется, там сверху что-то навалено, — сообщил Мэттью Роуз, придерживающей лестницу.
— Давай не будем проверять…
— А вдруг это один из студентов Вульф? Мы не должны это так оставлять!
— Странно, что именно ты это говоришь… — пробормотала девушка.
— Я что-то вижу…
Он включил фонарь и порыскал светом в щели. Потом поднялся на самую верхнюю перекладину лестницы и потянулся к шпингалету. Роуз воскликнула:
— Не надо, Мэтт!
Но он щёлкнул задвижкой. Створки с грохотом распахнулись, Роуз зажмурилась, но успела увидеть, как из люка выпадает что-то крупное и голое. Прозвучал гулкий удар об железо, следом — хлюпнувший хлопок. Роуз почувствовала, как дрогнула лестница и тут же посмотрела на Мэттью вверху.
— Что это упало? — визгливо крикнула она.
Парень глянул внутрь мясорубки.
— Гнилая туша телёнка.
Роуз выдохнула. У неё чуть не случился удар.
— Пожалуйста! Слезай! — взмолилась она.
— Я вижу что-то ещё!
К ужасу девушки, Мэттью, зажав фонарик в зубах, подтянулся и залез в люк. Роуз отшагнула от опустевшей лестницы, потому что до неё, наконец, донёсся невыносимый трупный запах.
Свет мигнул, заставив её насторожиться.
— Мэтт, если свет отключится, у меня даже не будет, чем посветить.
— Фонарик мне самому нужен. Возьми-ка лучше это.
Из люка высунулась испачканная рука с пистолетом. Роуз, чуть подумав, подошла к лестнице и поймала выверено брошенное оружие. Пистолет оказался тяжелым. Она сразу взялась за рукоятку, примеряясь.
— Не верю, что это происходит со мной, — шепнула, отойдя от лестницы, от смердящей мясорубки, от люка, в котором гремел Мэттью.
Свет снова мигнул, и в тот же момент раздался едва слышный зов о помощи. Он шёл со стороны, где находилась дыра в стене. Роуз задрала голову и крикнула:
— Мэтт, я слышала голос из дыры… мужской!
Кажется, Мэттью что-то ответил, но металл превратил его слова в неразборчивый бубнёж. Роуз двинулась к стене. Дойдя до начала конвейера, она увидела тянущийся по всей его длине кровавый след. Кого-то волокли по резиновой ленте и, возможно, сбросили в дыру. Кровь была свежая, значит, всё произошло совсем недавно.
— Кто там? — позвала Роуз, сжимая холодными вспотевшими пальцами пистолет.
Ей пришлось облокотиться на ленту, чтобы заглянуть в дыру. Всё естество протестовало против этого, но она должна была попытаться узнать, кто звал на помощь.
— Я здесь, — эхо вынесло из темноты голос парня.
— Дэйв?
— Да, помоги мне!
Свет мигнул и погас. Роуз в испуге отскочила от дыры.
***
Дэннис даже не понял, очнулся или нет. Вокруг было так темно, словно он и не открывал глаза. На фоне окружающей тишины в ушах гудела кровь, с тяжестью молота билось сердце. Быстрее, чем полагалось. Вместо головы был большой сгусток боли, и когда он пульсировал — становилось совсем невыносимо. Из-за этого Дэннису пришлось несколько минут посидеть неподвижно на холодном мокром полу, прижавшись разгорячённой спиной к холодной колючей стене. В моменты без движения он в полной мере прочувствовал, что такое адская боль. Она обручем сжимала виски, давила на глаза и, смыкаясь, острыми концами вонзалась в затылок. Тошнота застряла где-то в грудине и не хотела подниматься, что облегчило бы состояние. Руки и ноги были словно набиты маленькими пружинами и не подчинялись воле, а ватная шея только чудом удерживала голову из раскалённого чугуна. Дэннис беспомощно простонал — пока это всё, что он мог. Он до конца осознал себя сидящим в подвале одержимого демоном дома, в одиночестве и растерянности. Где-то на задворках сознания звучал голос Роуз. Он добавлял боли и сильнее волновал.
Первая попытка подняться на ноги провалилась. В тёмном вакууме и с головокружением такое выполнить казалось невозможным. Второй раз Дэннис использовал стену, как опору. Правая рука соскользнула с камня, и он врезался в стену плечом.
— Господи Иисусе, Святая Дева Мария, Будда, Аллах! — воскликнул отчаянно. — Хоть кто-то, помогите мне… Нет… Только не ты, твоя помощь мне не нужна! — ответил кому-то, скрывающемуся в темноте.
Дэннис поднялся на ноги. Затылок пронзило стрелой боли. Он тут же бездумно схватился за него, сделав ещё хуже. Не удержав смачного ругательства, потёр пальцы и понял, что на них кровь.
— Доволен? Нравится кровь, да? — яростно выкрикнул в никуда, и это отняло последние силы. — Я ещё не сдался…
Его восприятие изменилось. Открылись способности, которые раньше контролировались сознанием и сильными медикаментами. Теперь Дэннис видел то, что видеть было невозможно: энергетические следы, коих было множество. Они выглядели как прозрачные полосы, парящие в воздухе. Самые старые и слабые, почти бесцветные, принадлежали духам. Энергии бесцельно переплетались между собой, образуя хаотичные рисунки. Дэннис видел собственную энергию — бледную, иссякающую. Он знал, что будет, когда совсем обессилит.
