«- И что с ними?»
«- Все выжили, повезло им»
Я понял, что они лгут мне, что они не хотят говорить мне правду, но я не стал зря тратить время с ними и разбираться, почему они мне лгут.
Я просидел три часа, ожидая каких-то результатов, но так ничего и не услышал. Отец не приехал и нам, с Сэмом, в густую ночь, пришлось идти домой пешком. Больница находилась в пятнадцати минутах езды на машине и сорок минут пешком. Начал идти дождь. Пришлось в каких-то моментах бежать, т.к. Сэм очень сильно недолюбливал это погодное явление. Я всё равно не понимал одну вещь: почему отец не приехал за нами, почему отец не приехал посмотреть на маму и убедиться, всё ли с ней хорошо? Из-за таких мыслей, я начал переживать ещё сильнее, думал, что уже с отцом что-то случилось. Дождь превращался в ливень, а нам, с моим лучшим другом, надо было бежать ещё быстрее, чтобы дойти до дома. Примерно, десять минут. Не хочется, чтобы кто-то ощутил такое на себе. Нам часто кажется, что наша жизнь самая отстойная, скучная, в общем, хуже некуда. Но если мы заглянем в чужой шкаф, то не захотим поменять свою жизнь на чужую. Так оно и работает. Как бы мне не хотелось испытать счастья, я не могу с точностью сказать, что я смогу почувствовать его.
Однако, вдалеке, я всё-таки смог разглядеть тусклый свет лампочки. Свет был заметен частично, из-за тумана, его можно было разглядеть только тем, у кого хорошее зрение. Мы стали бежать ещё быстрее, ибо нам было очень холодно. И как раз, когда мы добрались до крыльца, отец открыл дверь. Он стал смотреть на нас пустыми глазами.
«- Заходите» - сказал отец.
Мы аккуратно зашли. Я пошёл в свою комнату, а Сэм пошёл к своей будке. Сняв с себя мокрую одежду, я зашёл в ванную и начал купаться. Оттуда были слышны какие-то крики. Кто-то кричал, кричал, не останавливаясь. Потом, я услышал лай Сэма и снова эти крики. Это были крики отца. Что именно он говорил, я не смог понять. И после этого, я начал плакать. Выходя из ванной, я был напуган, не понимал, чего ожидать. Посмотрев вниз, я заметил, что отец спит на диване, а Сэм спит в своей будке. Я очень устал на тот момент, еле как мог ходить, решил не спускаться и сразу пойти спать.
Утром меня разбудил отец, сказав, что едем к маме. Сначала, я ничего не понимал, не понимал, о чём мне говорит отец.
«- Вставай сынок, едем к маме, у доктора какие-то новости» - сказал он.
Я вскочил с кровати, побежал вниз, разбудил Сэма и обратно побежал на второй этаж, чтобы по-быстрому переодеться. Так, мы сели в машину и поехали в больницу. В больнице, у входа, нас встречал главный врач, а рядом с ней стояла та самая медсестра. И главный врач сказал отцу:
«- Здравствуйте! Вы же муж Джулии?»
«- Здравствуйте! Да, я супруг Джулии, а что? С ней всё нормально?» - в ответ спросил отец.
«- Мне кажется, нам стоит поговорить лицом к лицу» - ответил главный врач, смотря на меня с Сэмом.
Отец обернулся, посмотрел на нас, потом повернулся лицом к врачу и согласился:
«- Да, конечно»
И вместе они пошли дальше по коридору, о чём-то разговаривая. Вместе с нами осталась медсестра.
«- Как ваши дела?» - спросила она.
«- Ничего нового» - ответил я.
«- Как вчерашний день прошёл?»
«- Плохо»
«- Здесь, я, пожалуй, с вами соглашусь» - сказала медсестра.
Я посмотрел на неё и увидел её грустное лицо, она, как будто, хотела плакать. Мы просидели около 20 минут, потом, медсестра ушла, и мы с Сэмом остались вместе. Минуты проходили, интерес переполнял, волнение было очень сильное, руки дрожали, ноги дрожали, на месте не сиделось. Сэм сидел спокойно, кажется, он ни о чём не думал, волновался здесь только я. И это было видно. Люди смотрели на меня, думали, что я больной. Мне хотелось как-то успокоиться, но я понятия не имел, как это сделать. Разными способами пытался я успокоиться, но не получалось. Даже Сэм иногда смотрел на меня и не понимал, что я вообще делаю.
Прошло неизвестное количество времени
Оказывается, я снова заснул. Меня разбудил Сэм, который очень громко лаял.
«- Что случилось Сэм?» - спросил я у него.
Он продолжал смотреть на улицу и лаять. Я оглянулся и увидел, как отец плачет. Насторожившись, в голове у меня пробежали плохие мысли. Отец сел в машину и начал её заводить. И я побежал на улицу, пытаясь остановить его. Но у меня не получилось…
В конце концов, отец уехал на машине куда-то, а я, вместе с псом, остался в больнице. Врачи успокоили нас, дали попить, поесть.
«- Почему он уехал?» - сквозь слёзы спрашивал я у врача.
По лицу было видно, что он не хотел говорить. Возможно, он и сам до конца не понимал, почему отец уехал.
«- Не знаю» - ответил он.
«- Вы лжёте! – начал кричать я. – Вы солгали про тех двух пациентов и вы лжёте мне сейчас!»
В ответ подключился Сэм, который очень громко лаял. У меня текли слёзы, а врачи пытались успокоить и меня, и пса. Знаете, успокоить моего друга удавалось не всем, он слушался маму и меня. В итоге, я успокоился, а вместе со мной и Сэм.
«- Мальчик, мы очень сожалеем» - сказал один из врачей сзади.
«- О чём вы сожалеете?»
Главный врач посмотрел на меня грустными глазами и сказал:
«- Твою маму не удалось вылечить…»
И вот тогда я понял, что это конец в моей жизни, что я не буду испытывать больше никаких эмоций. Всё как-то затихло, был звон в ушах. Я посмотрел на Сэма, а он посмотрел на меня и не понимал, как ему реагировать.
С тех пор, прошло два дня. И случилась ещё одна трагическая новость, которая полностью добила меня. Моего старшего брата убили. Всю историю я не смог узнать. Новость о том, что мой старший брат умер, рассказал мне его друг, попросив, не рассказывать отцу. Он сказал это потому, что был уже наслышан о нашей трагической утрате, и ему не хотелось этой новостью добивать отца. Сначала, он не хотел рассказывать эту новость и мне, но взял с меня обещание, что я буду спокоен. Единственное, что мне удалось узнать, так это то, что моего старшего брата сбили на машине, когда он переходил дорогу. Это был серый пикап с какой-то надписью на дверях, с бело-синими номерами и с салоном белого цвета. Честно говоря, я не знаю, почему он рассказал мне это. Каждый день я выходил на улицу, пытаясь отыскать этот пикап, но никак не находил. В один день, после поисков, я возвращался домой. Когда я открыл дверь, вокруг стояла тишина. Ничего не подозревая, я начал кричать: «Сэм? Папа? Где вы?». Дома их не было. Зато были грязные следы Сэма, которые ввели куда-то вдоль улицы. Я начал идти за этими следами и наткнулся на неизвестное мне озеро, с длинными зелеными камышами и с густой травой. Доносился какой-то разговор. Я сорвал несколько камышей, чтобы посмотреть, кто там и что этот человек делает. Это был отец и это был его голос. Он, вместе с Сэмом, сидел в лодке. У Сэма была радостная морда, он, высунув свой язык, смотрел на отца, но у отца было грустное лицо. Неожиданно, отец взял пса и выкинул в озеро, ударив его ногой. Моё лицо сразу же изменилось. Я, как будто, просто замер. Я мог шевелить головой, но не мог двигать телом. Мне хотелось прокричать: «Пап! Что же ты делаешь?». Отец скинул Сэма с лодки, но тот продолжал улыбаться. Сэм поплыл за ним, но отец ударил его веслом, потом второй раз, не удержался, и сам упал в воду. Я видел, как отец начал тонуть, видел, как Сэм был в крови, но он продолжал улыбаться, высунув свой длинный язык. Пёс доплыл до отца, весь в крови, схватил за руку и начал тащить на другой берег, пытаясь спасти его. Рот у меня не открывался, я не мог ничего сказать, я, просто, всё это видел…. Доплыв до берега, отец начал плакать и гладить Сэма. Сэм не был в обиде на отца, он был в крови, всё его тело было в крови, но он продолжал улыбаться и шевелить своим хвостиком. Отец встал на ноги, потянулся к заднему карману, взял пистолет и два раза стрельнул в Сэма. Пёс сразу же упал, начал издавать болезненные звуки. И я начал плакать. Моё тело не подчинялось мне, я не мог двинуться ни на один шаг, не мог открыть рот, не мог шевелить руками. Единственное, что я мог делать – это видеть всё происходящее. А потом, отец приставил пистолет к своей голове и сказал:
«- Мальчик мой, я убил пса из-за того, что он напоминал мне твою маму. Я не смогу простить это себе, и не уверен, что таким образом смогу защитить тебя и не причинить вред. Поэтому, хочу оставить тебя в покое, ты уже большой, сможешь справиться. Я уверен, ты сможешь добиться очень многого в жизни…»
Неожиданно, он повернулся ко мне лицом, улыбаясь, сказал своё последнее слово:
«- Удачи!»
И прозвучал звук выстрела.
Всё это время, я рассказывал эту историю миссис Джонсон, опустив голову, а когда посмотрел на неё, увидел, как она пытается не заплакать. Но у неё не получалось остановиться. Я не чувствовал ничего в тот момент, я лишь рассказал одну свою детскую историю. Вспоминая эту историю, я всегда, почему-то, улыбался.
- У вас очень страшное детство, оказывается, - сказала она.
Я поднял голову, снова посмотрел на неё и ответил:
- Ну, можно и так сказать.
- Вы рассказывали эту историю кому-то ещё?
- Нет.
- А почему?
- А зачем мне рассказывать свою детскую историю кому-то? Что они сделают? Вернут пса, маму и отца что ли? Каким-то заклинанием возродят их? Или же помолятся за меня?
Миссис Джонсон перестала плакать. Согласилась с моими высказываниями и попросила подойти ко второму отделу, а потом вернуться обратно. Так я и сделал. Я пошёл ко второму отделу и увидел через окно, как там сидит женщина, в белом халате, в белой шапке и с медицинской маской. В общем, обычный внешний вид врачей. Постучавшись, я заглянул туда:
- Здравствуйте! Это же второй отдел? – уточнил я.
Женщина посмотрела на меня и ответила:
- Да, второй, проходите.
Я прошёл, закрыл за собой дверь и сел на кровать.
- Вы по записи? – спросила эта женщина.
- Нет, не по записи. Я от миссис Джонсон.
- А, миссис Джонсон, вы тот самый псих?
Я удивился от такого вопроса. Сначала я думал, что мне послышалось.
- Да я шучу, - сказала эта женщина и начала громко смеяться.
- Вы этим и занимаетесь? – спросил я.
- Чем?
- Шутки здесь своим пациентам рассказываете?
- Что? – удивилась она.
Я улыбнулся в ответ, посмеялся и предложил приступить к делу. Эта женщина очень странным взглядом посмотрела на меня. Я сразу же понял, что больше она не захочет меня принимать. Честно говоря, я и сам больше не хотел к ней заходить. Взяв у меня кровь, я спросил:
- А когда результаты скажете?
- Результаты чего?
- Ну, мне изначально миссис Джонсон сказала, что это проверка здоровья, что она всегда такое проводит со своими пациентами.
- Вы сможете узнать результаты только тогда, когда они будут готовы.
- А когда они будут готовы?
- Через некоторое время.
- А если поточнее?
- Мужчина, я же сказала вам, через некоторое время. Вот приди завтра к миссис Джонсон, она и ответит на твой вопрос.
- Вы что, сами не знаете, когда они будут готовы? Или просто не хотите мне говорить, т.к. я обидел вас.
Она резко посмотрела на меня своим «устрашающим» взглядом и как бы хотела что-то сказать. Я в ответ улыбнулся, встал, попрощался и вышел. Вернулся к миссис Джонсон и спросил у неё:
- По каким параметрам вы берёте к себе на работу врачей?
- В смысле?
- Я имею в виду, что та женщина у вас странная какая-то.
- Какая та женщина? – удивилась она.
- Которая во втором отделе, с маской на лице.
- А что с ней не так?
- Слишком весёлая какая-то.
Миссис Джонсон начала смеяться, не могла успокоиться, а я не понимал, почему она смеётся, вроде я ничего такого смешного и не сказал.
- А что между вами произошло? – спросила она, пытаясь успокоиться.
- Ничего, я так, просто спросил.
- Этот вопрос вы должны задать директору этого заведения.
- Обязательно задам, - ответил я.
Стояла тишина. Никто ничего не говорил. Оглядевшись вокруг, я понял, что это уже случалось со мной. Я сидел на этом же стуле, сидел в этой же обстановке, напротив миссис Джонсон, которая улыбалась и сидела в такой же позе.
- Со мной уже происходило такое, - сказал я ей.
- Что происходило?
- Я помню этот момент, как будто, со мной это уже происходило.
- А, дежавю?
- Да, дежавю. У вас бывало такое?
- Конечно, у всех бывало. Например, со мной такое случалось много раз.
- И что вы чувствовали на тот момент?
- А что я могла почувствовать?
- Ну, не знаю, это необъяснимое чувство, странное очень.
- А вы слышали одну интересную теорию о дежавю? – спросила она.
- Нет, не слышал.
- Есть одна интересная теория о дежавю, она гласит, что дежавю – это не воспоминания о прошлой жизни, а всего лишь доля секунды, когда все ваши «я» из альтернативной вселенной переживают одно и то же одновременно. Временные линии просто пересекаются на секунду, и мы переживаем момент соединения. Интересная теория, не так ли?
Я задумался об этом и только потом ответил:
- А вы верите в это?
- Ну, это же просто теория. Очень интересная теория, причём.
- Но вы верите в это?
- Не знаю.
И снова, тишина. Я не знал, о чём больше говорить. На столе я заметил какие-то бумаги в файле, можно было предположить, что это были будущие темы для обсуждения. А возможно, что-нибудь серьёзнее, чем просто обсуждение.
- Спасибо вам за сегодняшнюю консультацию, тогда, наверное, я пойду, - сказал я, встав со своего места.
- Это вам спасибо, что поделились со мной вашей трагической историей. Завтра же будете?
- Конечно.
- Хорошо. Тогда, удачи вам!
- Спасибо и вам!
Я попрощался и ушёл. Честно говоря, я думал: «Зря я рассказал эту историю». Хотя, с другой стороны, это даже к лучшему, возможно, миссис Джонсон, теперь, будет находить новый подход к нашим консультациям. Я не знал, чем можно заняться. Работу потом сделаю, есть не хочу, надо чем-то интересным заняться. И вдруг, я подумал: «Может, пойти в самый известный бар в городе? Попробую познакомиться с новыми лицами, возможно, кого-то ещё интересного найду». Это была отличная мысль, притом, что я никогда не был в баре.
Дойдя до него, я заметил, что сам бар выглядел не так уж и хорошо. Имеется в виду – внешне. Музыка была на всю громкость, она была слышна в 20 метрах от входа. Я никогда не любил рок, никогда не был в баре, а тут – два в одном. Захожу я в бар и вижу огромное количество мужчин с длинной бородой, в своих традиционных красно-чёрных рубашках, в очках, здоровые такие ребята. Но присмотревшись, я увидел одного нормального взрослого человека у барной стойки, который просто сидел и пил что-то. «Наверное, с ним и можно подружиться» - подумал я. Подойдя к барной стойке, я заказал себе простую негазированную воду.
- Частенько здесь бываете? – спросил я у этого незнакомца.
Он удивлённым взглядом посмотрел на меня, промолчал несколько секунд и ответил:
- Мы знакомы?
«- Все выжили, повезло им»
Я понял, что они лгут мне, что они не хотят говорить мне правду, но я не стал зря тратить время с ними и разбираться, почему они мне лгут.
Я просидел три часа, ожидая каких-то результатов, но так ничего и не услышал. Отец не приехал и нам, с Сэмом, в густую ночь, пришлось идти домой пешком. Больница находилась в пятнадцати минутах езды на машине и сорок минут пешком. Начал идти дождь. Пришлось в каких-то моментах бежать, т.к. Сэм очень сильно недолюбливал это погодное явление. Я всё равно не понимал одну вещь: почему отец не приехал за нами, почему отец не приехал посмотреть на маму и убедиться, всё ли с ней хорошо? Из-за таких мыслей, я начал переживать ещё сильнее, думал, что уже с отцом что-то случилось. Дождь превращался в ливень, а нам, с моим лучшим другом, надо было бежать ещё быстрее, чтобы дойти до дома. Примерно, десять минут. Не хочется, чтобы кто-то ощутил такое на себе. Нам часто кажется, что наша жизнь самая отстойная, скучная, в общем, хуже некуда. Но если мы заглянем в чужой шкаф, то не захотим поменять свою жизнь на чужую. Так оно и работает. Как бы мне не хотелось испытать счастья, я не могу с точностью сказать, что я смогу почувствовать его.
Однако, вдалеке, я всё-таки смог разглядеть тусклый свет лампочки. Свет был заметен частично, из-за тумана, его можно было разглядеть только тем, у кого хорошее зрение. Мы стали бежать ещё быстрее, ибо нам было очень холодно. И как раз, когда мы добрались до крыльца, отец открыл дверь. Он стал смотреть на нас пустыми глазами.
«- Заходите» - сказал отец.
Мы аккуратно зашли. Я пошёл в свою комнату, а Сэм пошёл к своей будке. Сняв с себя мокрую одежду, я зашёл в ванную и начал купаться. Оттуда были слышны какие-то крики. Кто-то кричал, кричал, не останавливаясь. Потом, я услышал лай Сэма и снова эти крики. Это были крики отца. Что именно он говорил, я не смог понять. И после этого, я начал плакать. Выходя из ванной, я был напуган, не понимал, чего ожидать. Посмотрев вниз, я заметил, что отец спит на диване, а Сэм спит в своей будке. Я очень устал на тот момент, еле как мог ходить, решил не спускаться и сразу пойти спать.
Утром меня разбудил отец, сказав, что едем к маме. Сначала, я ничего не понимал, не понимал, о чём мне говорит отец.
«- Вставай сынок, едем к маме, у доктора какие-то новости» - сказал он.
Я вскочил с кровати, побежал вниз, разбудил Сэма и обратно побежал на второй этаж, чтобы по-быстрому переодеться. Так, мы сели в машину и поехали в больницу. В больнице, у входа, нас встречал главный врач, а рядом с ней стояла та самая медсестра. И главный врач сказал отцу:
«- Здравствуйте! Вы же муж Джулии?»
«- Здравствуйте! Да, я супруг Джулии, а что? С ней всё нормально?» - в ответ спросил отец.
«- Мне кажется, нам стоит поговорить лицом к лицу» - ответил главный врач, смотря на меня с Сэмом.
Отец обернулся, посмотрел на нас, потом повернулся лицом к врачу и согласился:
«- Да, конечно»
И вместе они пошли дальше по коридору, о чём-то разговаривая. Вместе с нами осталась медсестра.
«- Как ваши дела?» - спросила она.
«- Ничего нового» - ответил я.
«- Как вчерашний день прошёл?»
«- Плохо»
«- Здесь, я, пожалуй, с вами соглашусь» - сказала медсестра.
Я посмотрел на неё и увидел её грустное лицо, она, как будто, хотела плакать. Мы просидели около 20 минут, потом, медсестра ушла, и мы с Сэмом остались вместе. Минуты проходили, интерес переполнял, волнение было очень сильное, руки дрожали, ноги дрожали, на месте не сиделось. Сэм сидел спокойно, кажется, он ни о чём не думал, волновался здесь только я. И это было видно. Люди смотрели на меня, думали, что я больной. Мне хотелось как-то успокоиться, но я понятия не имел, как это сделать. Разными способами пытался я успокоиться, но не получалось. Даже Сэм иногда смотрел на меня и не понимал, что я вообще делаю.
Прошло неизвестное количество времени
Оказывается, я снова заснул. Меня разбудил Сэм, который очень громко лаял.
«- Что случилось Сэм?» - спросил я у него.
Он продолжал смотреть на улицу и лаять. Я оглянулся и увидел, как отец плачет. Насторожившись, в голове у меня пробежали плохие мысли. Отец сел в машину и начал её заводить. И я побежал на улицу, пытаясь остановить его. Но у меня не получилось…
В конце концов, отец уехал на машине куда-то, а я, вместе с псом, остался в больнице. Врачи успокоили нас, дали попить, поесть.
«- Почему он уехал?» - сквозь слёзы спрашивал я у врача.
По лицу было видно, что он не хотел говорить. Возможно, он и сам до конца не понимал, почему отец уехал.
«- Не знаю» - ответил он.
«- Вы лжёте! – начал кричать я. – Вы солгали про тех двух пациентов и вы лжёте мне сейчас!»
В ответ подключился Сэм, который очень громко лаял. У меня текли слёзы, а врачи пытались успокоить и меня, и пса. Знаете, успокоить моего друга удавалось не всем, он слушался маму и меня. В итоге, я успокоился, а вместе со мной и Сэм.
«- Мальчик, мы очень сожалеем» - сказал один из врачей сзади.
«- О чём вы сожалеете?»
Главный врач посмотрел на меня грустными глазами и сказал:
«- Твою маму не удалось вылечить…»
И вот тогда я понял, что это конец в моей жизни, что я не буду испытывать больше никаких эмоций. Всё как-то затихло, был звон в ушах. Я посмотрел на Сэма, а он посмотрел на меня и не понимал, как ему реагировать.
С тех пор, прошло два дня. И случилась ещё одна трагическая новость, которая полностью добила меня. Моего старшего брата убили. Всю историю я не смог узнать. Новость о том, что мой старший брат умер, рассказал мне его друг, попросив, не рассказывать отцу. Он сказал это потому, что был уже наслышан о нашей трагической утрате, и ему не хотелось этой новостью добивать отца. Сначала, он не хотел рассказывать эту новость и мне, но взял с меня обещание, что я буду спокоен. Единственное, что мне удалось узнать, так это то, что моего старшего брата сбили на машине, когда он переходил дорогу. Это был серый пикап с какой-то надписью на дверях, с бело-синими номерами и с салоном белого цвета. Честно говоря, я не знаю, почему он рассказал мне это. Каждый день я выходил на улицу, пытаясь отыскать этот пикап, но никак не находил. В один день, после поисков, я возвращался домой. Когда я открыл дверь, вокруг стояла тишина. Ничего не подозревая, я начал кричать: «Сэм? Папа? Где вы?». Дома их не было. Зато были грязные следы Сэма, которые ввели куда-то вдоль улицы. Я начал идти за этими следами и наткнулся на неизвестное мне озеро, с длинными зелеными камышами и с густой травой. Доносился какой-то разговор. Я сорвал несколько камышей, чтобы посмотреть, кто там и что этот человек делает. Это был отец и это был его голос. Он, вместе с Сэмом, сидел в лодке. У Сэма была радостная морда, он, высунув свой язык, смотрел на отца, но у отца было грустное лицо. Неожиданно, отец взял пса и выкинул в озеро, ударив его ногой. Моё лицо сразу же изменилось. Я, как будто, просто замер. Я мог шевелить головой, но не мог двигать телом. Мне хотелось прокричать: «Пап! Что же ты делаешь?». Отец скинул Сэма с лодки, но тот продолжал улыбаться. Сэм поплыл за ним, но отец ударил его веслом, потом второй раз, не удержался, и сам упал в воду. Я видел, как отец начал тонуть, видел, как Сэм был в крови, но он продолжал улыбаться, высунув свой длинный язык. Пёс доплыл до отца, весь в крови, схватил за руку и начал тащить на другой берег, пытаясь спасти его. Рот у меня не открывался, я не мог ничего сказать, я, просто, всё это видел…. Доплыв до берега, отец начал плакать и гладить Сэма. Сэм не был в обиде на отца, он был в крови, всё его тело было в крови, но он продолжал улыбаться и шевелить своим хвостиком. Отец встал на ноги, потянулся к заднему карману, взял пистолет и два раза стрельнул в Сэма. Пёс сразу же упал, начал издавать болезненные звуки. И я начал плакать. Моё тело не подчинялось мне, я не мог двинуться ни на один шаг, не мог открыть рот, не мог шевелить руками. Единственное, что я мог делать – это видеть всё происходящее. А потом, отец приставил пистолет к своей голове и сказал:
«- Мальчик мой, я убил пса из-за того, что он напоминал мне твою маму. Я не смогу простить это себе, и не уверен, что таким образом смогу защитить тебя и не причинить вред. Поэтому, хочу оставить тебя в покое, ты уже большой, сможешь справиться. Я уверен, ты сможешь добиться очень многого в жизни…»
Неожиданно, он повернулся ко мне лицом, улыбаясь, сказал своё последнее слово:
«- Удачи!»
И прозвучал звук выстрела.
Глава V
Всё это время, я рассказывал эту историю миссис Джонсон, опустив голову, а когда посмотрел на неё, увидел, как она пытается не заплакать. Но у неё не получалось остановиться. Я не чувствовал ничего в тот момент, я лишь рассказал одну свою детскую историю. Вспоминая эту историю, я всегда, почему-то, улыбался.
- У вас очень страшное детство, оказывается, - сказала она.
Я поднял голову, снова посмотрел на неё и ответил:
- Ну, можно и так сказать.
- Вы рассказывали эту историю кому-то ещё?
- Нет.
- А почему?
- А зачем мне рассказывать свою детскую историю кому-то? Что они сделают? Вернут пса, маму и отца что ли? Каким-то заклинанием возродят их? Или же помолятся за меня?
Миссис Джонсон перестала плакать. Согласилась с моими высказываниями и попросила подойти ко второму отделу, а потом вернуться обратно. Так я и сделал. Я пошёл ко второму отделу и увидел через окно, как там сидит женщина, в белом халате, в белой шапке и с медицинской маской. В общем, обычный внешний вид врачей. Постучавшись, я заглянул туда:
- Здравствуйте! Это же второй отдел? – уточнил я.
Женщина посмотрела на меня и ответила:
- Да, второй, проходите.
Я прошёл, закрыл за собой дверь и сел на кровать.
- Вы по записи? – спросила эта женщина.
- Нет, не по записи. Я от миссис Джонсон.
- А, миссис Джонсон, вы тот самый псих?
Я удивился от такого вопроса. Сначала я думал, что мне послышалось.
- Да я шучу, - сказала эта женщина и начала громко смеяться.
- Вы этим и занимаетесь? – спросил я.
- Чем?
- Шутки здесь своим пациентам рассказываете?
- Что? – удивилась она.
Я улыбнулся в ответ, посмеялся и предложил приступить к делу. Эта женщина очень странным взглядом посмотрела на меня. Я сразу же понял, что больше она не захочет меня принимать. Честно говоря, я и сам больше не хотел к ней заходить. Взяв у меня кровь, я спросил:
- А когда результаты скажете?
- Результаты чего?
- Ну, мне изначально миссис Джонсон сказала, что это проверка здоровья, что она всегда такое проводит со своими пациентами.
- Вы сможете узнать результаты только тогда, когда они будут готовы.
- А когда они будут готовы?
- Через некоторое время.
- А если поточнее?
- Мужчина, я же сказала вам, через некоторое время. Вот приди завтра к миссис Джонсон, она и ответит на твой вопрос.
- Вы что, сами не знаете, когда они будут готовы? Или просто не хотите мне говорить, т.к. я обидел вас.
Она резко посмотрела на меня своим «устрашающим» взглядом и как бы хотела что-то сказать. Я в ответ улыбнулся, встал, попрощался и вышел. Вернулся к миссис Джонсон и спросил у неё:
- По каким параметрам вы берёте к себе на работу врачей?
- В смысле?
- Я имею в виду, что та женщина у вас странная какая-то.
- Какая та женщина? – удивилась она.
- Которая во втором отделе, с маской на лице.
- А что с ней не так?
- Слишком весёлая какая-то.
Миссис Джонсон начала смеяться, не могла успокоиться, а я не понимал, почему она смеётся, вроде я ничего такого смешного и не сказал.
- А что между вами произошло? – спросила она, пытаясь успокоиться.
- Ничего, я так, просто спросил.
- Этот вопрос вы должны задать директору этого заведения.
- Обязательно задам, - ответил я.
Стояла тишина. Никто ничего не говорил. Оглядевшись вокруг, я понял, что это уже случалось со мной. Я сидел на этом же стуле, сидел в этой же обстановке, напротив миссис Джонсон, которая улыбалась и сидела в такой же позе.
- Со мной уже происходило такое, - сказал я ей.
- Что происходило?
- Я помню этот момент, как будто, со мной это уже происходило.
- А, дежавю?
- Да, дежавю. У вас бывало такое?
- Конечно, у всех бывало. Например, со мной такое случалось много раз.
- И что вы чувствовали на тот момент?
- А что я могла почувствовать?
- Ну, не знаю, это необъяснимое чувство, странное очень.
- А вы слышали одну интересную теорию о дежавю? – спросила она.
- Нет, не слышал.
- Есть одна интересная теория о дежавю, она гласит, что дежавю – это не воспоминания о прошлой жизни, а всего лишь доля секунды, когда все ваши «я» из альтернативной вселенной переживают одно и то же одновременно. Временные линии просто пересекаются на секунду, и мы переживаем момент соединения. Интересная теория, не так ли?
Я задумался об этом и только потом ответил:
- А вы верите в это?
- Ну, это же просто теория. Очень интересная теория, причём.
- Но вы верите в это?
- Не знаю.
И снова, тишина. Я не знал, о чём больше говорить. На столе я заметил какие-то бумаги в файле, можно было предположить, что это были будущие темы для обсуждения. А возможно, что-нибудь серьёзнее, чем просто обсуждение.
- Спасибо вам за сегодняшнюю консультацию, тогда, наверное, я пойду, - сказал я, встав со своего места.
- Это вам спасибо, что поделились со мной вашей трагической историей. Завтра же будете?
- Конечно.
- Хорошо. Тогда, удачи вам!
- Спасибо и вам!
Я попрощался и ушёл. Честно говоря, я думал: «Зря я рассказал эту историю». Хотя, с другой стороны, это даже к лучшему, возможно, миссис Джонсон, теперь, будет находить новый подход к нашим консультациям. Я не знал, чем можно заняться. Работу потом сделаю, есть не хочу, надо чем-то интересным заняться. И вдруг, я подумал: «Может, пойти в самый известный бар в городе? Попробую познакомиться с новыми лицами, возможно, кого-то ещё интересного найду». Это была отличная мысль, притом, что я никогда не был в баре.
Дойдя до него, я заметил, что сам бар выглядел не так уж и хорошо. Имеется в виду – внешне. Музыка была на всю громкость, она была слышна в 20 метрах от входа. Я никогда не любил рок, никогда не был в баре, а тут – два в одном. Захожу я в бар и вижу огромное количество мужчин с длинной бородой, в своих традиционных красно-чёрных рубашках, в очках, здоровые такие ребята. Но присмотревшись, я увидел одного нормального взрослого человека у барной стойки, который просто сидел и пил что-то. «Наверное, с ним и можно подружиться» - подумал я. Подойдя к барной стойке, я заказал себе простую негазированную воду.
- Частенько здесь бываете? – спросил я у этого незнакомца.
Он удивлённым взглядом посмотрел на меня, промолчал несколько секунд и ответил:
- Мы знакомы?
