Хотя это займет время. Если что, Себастьяна Кэндалла я уже искал, и кроме местных газет и нам уже известной информации в интернете нет ничего подходящего.
- И ничего, касающегося наших виноградников? - нахмурилась Фэй.
Сюй Цзимо покачал головой.
- В калифорнийскую прессу он не попал. Или попал, но сейчас эти газеты никому не интересны и пылятся где-то в архивах. Если что, я на сайтах посвященных Вудстоку и в публикациях искал, но там было полмиллиона человек, не меньше. Ни твой дед, ни Кэндалл никак не проявили себя, на сцену не лезли и за курением травки пойманы не были.
Вера поморщилась. Никогда ей не нравилось оказываться в ситуации, когда подробности какого-то разговора понятны всем, кроме нее. Историю Фэй она знала лишь в самых общих чертах, понятия не имела, при чем тут Вудсток, и потому вопрос ее прозвучал, должно быть, немного капризно.
- А нельзя ли объяснить людям посторонним, о чем идет речь?
Сюй Цзимо молча протянул ей стопку фотографий весьма причудливого содержания. Собирал их, казалось, человек совершенно безумный. Все тут смешалось в кучу, и снимки из личного дела, и фотографии с места преступления, и довольно милый снимок из Вудстока, на котором улыбался (как показалось Вере весьма паскудно) молодой и довольно симпатичный Босси Кэндалл. На фото в полицейском деле рожа у него была та еще, и сложно было представить, что же так привлекло дурочку Амаду. Ну, кроме сахара в его пиьсмах.
Предпоследняя фотография едва не выскользнула у нее из рук.
- Я... знаю это место.
Шо выхватил фотографию, изучил ее, нахмурясь, и выложил в центр стола.
- Уверена?
- Я знаю эту башню, - Вера ткнула в левую часть снимка, где среди зарослей видна была приметная каменная кладка.
- Уверена? Это башня, таких наверняка хватает.
Вера наградила Шо мрачным взглядом.
- Не под каждой из них я находила труп. Ну то есть, технически это был скелет, - поправилась она. - Но после такого я место в жизни не забуду. Эта старая водонапорная башня на территории виноградника моего отца. Это недалеко от Неаполя.
Шо быстро поднялся.
- Что ж, до Неаполя тут рукой подать. Пойду, скажу Ибрагиму о новом пункте назначения. Вас не затруднит, синьорина Блэк, связаться с отцом и назначить нам встречу.
Вера про себя выругалась.
Mi preciosa Аmada (исп.) - Моя драгоценная Амада. Tu fiel Jefe (исп.) - Твой верный Босс
Фэньсан! (кит.) здесь — Разойдитесь!
Mug Shot, устаревший «бертильоновский снимок» - фотография преступника в профиль и анфас, как правило на фоне шкалы, позволяющей определить рост, делающаяся сразу после ареста
Вера вытащила телефон, положила его на стол и так посмотрела, словно это был ядовитый скорпион, а не весьма изящная, последней модели вещица.
- Проблемы? - поинтересовался Цзимо.
Вера фыркнула.
- Никаких. Просто... отец сейчас на винограднике, до него все равно не дозвониться. Я это сделаю в обед.
- Как будет угодно, как будет угодно, - Цзимо повернулся к экрану, где как раз в этот момент появилась целая россыпь ссылок, требующих тщательного изучения. - Фэй, нужна твоя помощь.
Девушка подошла осторожно и присела на краешек стула, проявляя знакомую уже нелепую пугливость и застенчивость. Лицо она опять повернула так, чтобы не видно было шрамов на щеке, но больше по привычки. Кажется, сейчас они уже не так ее задевали. Вздохнув, Цзимо взял стул за спинку и ближе подвинул к себе, так что Фэй ойкнула и заозиралась почти в панике.
- Чего ты боишься, Баобэй? - поинтересовался Цзимо, стараясь, чтобы тон его звучал не слишком насмешливо.
- Я... - Фэй снова огляделась, но Веры Блэк к этому моменту в кают-компании уже не было. Они остались одни.
- Мы взрослые люди, - напомнил Цзимо и быстро поцеловал девушку в уголок рта. - Хотя, если тебе нравятся подобные ролевые игры...
Фэй насупилась.
- Я просто не привыкла еще.
- Ладно, ладно, Баобэй. Привыкай себе, - Цзимо снова поцеловал ее, теперь уже поцелуем долгим и обстоятельным, так что сам немного увлекся.
В Фэй не было на первый взгляд ничего особенного, но возникшее притяжение исчезать уже не желало. Ему нравилось держать девушку в своих объятьях, нравилось целовать ее и... Цзимо с удовольствием и превеликим зашел бы дальше, но вот только Фэй наверняка сбежала бы в панике, стоило ему только попытаться это сделать.
Пока можно ограничиться и поцелуями.
- Как ты меня назвал? - Фэй забавно свела брови на переносице.
- Баобэй. Сокровище, - перевел Цзимо и усмехнулся, глядя на то, как она покраснела. - Твоя половина ссылок, Баобэй.
Они сидели рядом, ощущая тепло друг друга, и то и дело рука Цзимо соскальзывала с мышки и касалась мелко дрожащих пальцев Фэй. Пожалуй, в той секретности, на которой она настаивала, что-то было. Занятная игра, придающая зарождающимся отношениям определенную пикантность.
Впрочем, вскоре обоих заняла задача. Снимков в сети было очень много, поисковик работал по одному ему понятным правилам, и иногда «похожее» означало лишь то, что на снимках будет изображен человек, не более. Сужение поиска до фото из школьных альбомов пятидесятых-шестидесятых годов ничего не дало. Оказалось, что движимые ностальгией, люди слили в сеть этих альбомов великое множество. Рассматривать лица давно ушедших молодых людей было довольно занятно — тем более, что они отличались от снимков, хранящихся в семейном архиве Сюй — но особой пользы не приносило.
- Кажется, я нашла... - Фэй дернула Цзимо за рукав, привлекая внимание.
Цзимо подвинулся еще ближе, обняв девушку за плечи, против чего она, занятая изображенным на экране, не возражала.
- Фотоальбомы старшей школы города Огаста. 1958 год...
- Это не выпускной, ежегодник, - Фэй указала на верхнюю строчку. - У нас тоже такие печатали. Классы, отличившиеся ученики, спортивные достижения и все такое. Вот, взгляни. Это мой дед, класс мисс Олив Робертсон. А это — Босси Кэндалл. Только зовут его...
- Роберт Шварц... - Цзимо приблизил фотографию. Несомненно та самая. Сохранилась лучше, нет следов изломов и потертостей, но снимок узнается без труда совершенно. - Класс миссис Терезы Камински. Какова вероятность, что в городе Огаста в конце пятидесятых годов проживали две Терезы Камински, обе работали в школе, и одну из них при этом жестоко убили?
- Нулевой? - предположила Фэй.
- Нулевых шансов не бывает. Оставим один процент на всякие невероятные совпадения, однако, что-то мне подсказывает, что это та самая Тереза Камински. Итак, что мы имеем?
Цзимо откинулся на спинку кресла.
- Твой дед учится в одной школе с неким Робертом Шварцом. В разных классах, но тем не менее. Учительницу этого Шварца, Терезу Камински, убивают. Твой дед и, вероятно, этот самый Шварц покидают Огасту и встречаются снова, на это у них есть целых десять лет. Причем, Шварца к этому моменту зовут уже совсем по-другому. Вместе они создают виноградник, начинают выпускать вино — инициалы обоих на этикетке — затем что-то происходит, виноградник полностью переходит к твоему деду, а Шварц-Кэндалл оказывается в Кадисе, где занимается откровенно преступной деятельностью, погибает и его хоронят на местном кладбище. Итак, у нас три вопроса.
Цзимо замолк, предоставляя Фэй самой их озвучить. Помявшись немного, она все же переборола глупую неуверенность и промямлила:
- Имеет ли Шварц отношение к убийству учительницы, почему он разорвал отношения с дедом и как оказался в Испании?
- Именно! - Цзимо поцеловал ее. - Фотографии начинают рассказывать историю, но самое интересное, что, похоже, у нас и у Артура истории будут разные. Ну или он убивается по преступнику, и тогда с ним точно что-то не так.
Фэй кивнула.
- У нас дома не часто рассказывали о дедушке, но всегда он был фигурой героической. Создал с ноля бизнес, вырастил виноградники. Вино даже в Белом доме подают на торжественные обеды. Все такое. Если он что-то сделал дурное, дядя в жищни об этом не говорил. Если, скажем, Артур внук этого Шварца-Кэндалла, то он может не знать о преступлениях.
- Только не начни его оправдывать, - Цзимо потрепал девушку по волосам. Та отстранилась.
- Нет уж. Он пытался меня убить. Не совсем уж я идиотка.
Цзимо обнял ее за талию, пересаживая к себе на колени, и Фэй посопротивлялась больше по привычке, потом расслабилась, устроила голову у него на плече и позволяла весма вольно поглаживать себя по плечу, по шее, по ноге, кажется, даже не замечая, что пальцы Цзимо то и дело проскальзывают под тонкое летнее платье. Или замечала, но находила это вполне уместным.
- Понять бы, в чем он все-таки нас обвиняет.
- Самая очевидная потеря — виноградник. Твой дед поменял название, а вино засунул, похоже, в самый дальний угол погреба.
- Никогда его не видела раньше, - согласилась Фэй. - Это действительно подозрительно. И что, Артрур нас обвиняет в том, что мой дед прогнал его деда?
- Стал бы он это делать без причины?
- Нет, - покачала головой Фэй. - Никогда. Я плохо помню и его, и родителей, и... Лаура пример того, что не все у нас в семье так уж хорошо, но без причины, просто из-за денег, скажем, дед бы точно от партнера избавляться не стал. К тому же... Виноделие — бизнес очень сложный, затратный и в плане денег, и в плане сил. Наверняка в одиночку ему справляться было куда труднее.
- Вот ровно такими же словами мой отец сделал предложение моей лучшей подруге.
Заслышав голос Веры Блэк, Фэй в панике дернулась и едва не свалилась на пол. Цзимо обнял ее, прижав к себе, и бросил на Веру укоризненный взгляд. Та пожала плечами.
- Я до него дозвонилась. Через четыре дня отец встретится с нами в Неаполе, он будет там по делам.
Судя по выражению лица Веры, ее предстоящая встреча с родителем не слишком воодушевляла.
Отплыли они тем же вечером, как только позволила погода, или отлив — Фэй не разбиралась в этом совершенно, и Шо с Цзимо, наверняка, тоже, но успешно делали вид, что кое-что смыслят в кораблях. За ужином Шо даже прочитал небольшую лекцию о мореходстве и новом маршруте, на который «при условии скорости узлов в 15» уйдет не больше трех дней.
Ибрагим ужинал вместе с ними в большой кают-компании — редкий случай — и кривовато ухмылялся, из чего Фэй заключила, что Шо несет полную чушь. Впрочем, она не слишком прислушивалась, немного отвлекала рука Цзимо, под столом поглаживающая ее запястье.
Что бы он не говорил и какой бы не делал вид, ему самому нравилось это скрытное ухаживание, хотя со стороны они наверняка выглядели как пара глупых школьников. Но за Фэй никогда прежде не ухаживали, отношения с Артуром не в счет, они с самого начала были дисфункциональными, и потому она черпала удовольствие полной ложкой.
- А про ваших друзей Андерсонов узнали что-нибудь новое? - сменила тему Вера. Фэй прислушалась, с недавних пор ее также интересовала судьба загадочной пары, столь тесно переплетенная с ее собственными загадками.
Шо, увы, покачал головой.
- Ничего нового. Закинул удочки, поспрашивал общих знакомых, но ничего полезного так и не узнал. Во всяком случае, о своем путешествии в Испанию или о каких-то новых приятелях они никому не рассказывали. С другой стороны, они всегда умели секретничать. Им это нравилось. Они даже могли влезть в неприятности, прекрасно сознавая, что это именно неприятности. Так или иначе, наша единственная зацепка сейчас — Нил Браун из Австралии, а она, эта Австралия, ну очень большая.
- И судьбу детей Кэндалла проследить не удается, - добавил Цзимо с немалой досадой в голосе. - В те годы сменить имя и потеряться было куда проще, чем сейчас.Мы не можем пойти дальше предположений, что Браун и Эммерсон — потомки Кэндалла. Учитывая, что мы точно знаем, что Артура Эммерсона зовут как-то по-другому, где гарантия, что Нил Браун из Австралии не какой-нибудь Джон Смит из Бирмингема?
Вера покачала головой.
- Зачем ему врать посторонним людям? С Эммерсоном все предельно ясно, он сочинил себе личность, чтобы обмануть семью Брикнелл и лично Фэй, Браун же отправился туда, где его никто не знает, и где фигурировать он может только как турист из Австралии. Если бы не паскудный характер, его бы и не запомнил никто. Поверьте моему опыту, врать следует как можно меньше, если вы хотите сохранить правдоподобие лжи. Чем больше вранья приходится запоминать, тем больше последствий. Я всегда использовала фамилию Блэк, лишь при крайней необходимости переводя ее с языка на язык, но вот знавала я одного парня, прожженного афериста, который для каждой новой работы сочинял себе новую личность и имя. Творчески подходил к процессу, и в итоге спалился, забыв очередное погоняло. Хотя... - Вера хмыкнула. - Я бы тоже спалилась, приди мне в голову назваться Амбруазом Готье.
Шо подавился смешком.
- Серьезно? А что-то попроще?
Вера покачала головой.
- Что-то попроще претило его артистической душе.
- А как его на самом деле звали? - поинтересовалась Фэй.
Вера пожала плечами.
- Понятия не имею, честно говоря. У него личностей было больше, чем слоев у лука. Я успела познакомиться с добрым десятком, и все были вот такие же: Амбруазы, Бенедикты, все в таком духе. Подозреваю, при рождении его назвали Джоном, Томом или Полом. Что-то простое, понятное и недостаточно шикарное. Но так или иначе, урок я усвоила. И потому полагаю, что нам следует поискать в Австралии следы этого Нила Брауна.
- Уже думал об этом, - кивнул Цзимо. - Полагаю, не ошибемся, если начнем с местной криминальной хроники. Если человек в за рубежом так легко натворил дел, едва ли он дома — паинька.
- А мы неплохо продвинулись вперед, - улыбнулся Шо, поднимая бокал. - За успех предприятия.
Розыски Нила Брауна Цзимо без малейших колебаний отложил на завтра, сославшись на позднее время, усталость и качку, которая одолевала его всякий раз, когда яхта отплывала из нового порта. В океане, как успела заметить Фэй, качка его ничуть не беспокоила. Да и на верхней палубе он чувствовал себя более чем комфортно.
Темнело. Поднявшийся ветер гнал от горизонта темные тучи. Порт и Кадис сверкали огнями, маня сойти на берег и окунуться в местные развлечения, но Фэй покидала это место без малейших сожалений. Она обнаружила, что на яхте чувствует себя куда увереннее, чем на суше, и в большей безопасности. Хотя, казалось бы, кругом вода, и под тобой вода, и до ближайшей земли ой, как далеко.
Теплые губы прижались к ее виску, а руки обняли за талию. Фэй в первую секунду напряглась, почти испугалась, потом расслабилась и откинулась Цзимо на грудь. Разница в росте у них была такая, что Фэй как-то забывала о том, что она страшная толстуха и начинала себя ощущать крошечной феей.
- Я так и не спросил, что ты будешь делать, если все же выяснишь всю правду?
Фэй неуверенно пожала плечами.
- Честно? Понятия не имею. Во-первых, что это вообще будет за правда? Будем мы, Брикнеллы, героями или злодеями в этой истории? Чего хочет добиться Артур? Многое от деталей зависит.
- Два момента, - хмыкнул Цзимо. - Босси Кэндалл на героя не тянет, как и Нил Браун, и твой дорогой женишок Артур. Один — бандит, второй напал минимум на одну девушку, третий тебя убить пытался. Героизм — так себе. Так что вопрос в том, что именно ты собираешься делать.
- Эм... Привлечь Артура к ответственности? - неуверенно предположила Фэй.
- И ничего, касающегося наших виноградников? - нахмурилась Фэй.
Сюй Цзимо покачал головой.
- В калифорнийскую прессу он не попал. Или попал, но сейчас эти газеты никому не интересны и пылятся где-то в архивах. Если что, я на сайтах посвященных Вудстоку и в публикациях искал, но там было полмиллиона человек, не меньше. Ни твой дед, ни Кэндалл никак не проявили себя, на сцену не лезли и за курением травки пойманы не были.
Вера поморщилась. Никогда ей не нравилось оказываться в ситуации, когда подробности какого-то разговора понятны всем, кроме нее. Историю Фэй она знала лишь в самых общих чертах, понятия не имела, при чем тут Вудсток, и потому вопрос ее прозвучал, должно быть, немного капризно.
- А нельзя ли объяснить людям посторонним, о чем идет речь?
Сюй Цзимо молча протянул ей стопку фотографий весьма причудливого содержания. Собирал их, казалось, человек совершенно безумный. Все тут смешалось в кучу, и снимки из личного дела, и фотографии с места преступления, и довольно милый снимок из Вудстока, на котором улыбался (как показалось Вере весьма паскудно) молодой и довольно симпатичный Босси Кэндалл. На фото в полицейском деле рожа у него была та еще, и сложно было представить, что же так привлекло дурочку Амаду. Ну, кроме сахара в его пиьсмах.
Предпоследняя фотография едва не выскользнула у нее из рук.
- Я... знаю это место.
Шо выхватил фотографию, изучил ее, нахмурясь, и выложил в центр стола.
- Уверена?
- Я знаю эту башню, - Вера ткнула в левую часть снимка, где среди зарослей видна была приметная каменная кладка.
- Уверена? Это башня, таких наверняка хватает.
Вера наградила Шо мрачным взглядом.
- Не под каждой из них я находила труп. Ну то есть, технически это был скелет, - поправилась она. - Но после такого я место в жизни не забуду. Эта старая водонапорная башня на территории виноградника моего отца. Это недалеко от Неаполя.
Шо быстро поднялся.
- Что ж, до Неаполя тут рукой подать. Пойду, скажу Ибрагиму о новом пункте назначения. Вас не затруднит, синьорина Блэк, связаться с отцом и назначить нам встречу.
Вера про себя выругалась.
Mi preciosa Аmada (исп.) - Моя драгоценная Амада. Tu fiel Jefe (исп.) - Твой верный Босс
Фэньсан! (кит.) здесь — Разойдитесь!
Mug Shot, устаревший «бертильоновский снимок» - фотография преступника в профиль и анфас, как правило на фоне шкалы, позволяющей определить рост, делающаяся сразу после ареста
ГЛАВА 78
Вера вытащила телефон, положила его на стол и так посмотрела, словно это был ядовитый скорпион, а не весьма изящная, последней модели вещица.
- Проблемы? - поинтересовался Цзимо.
Вера фыркнула.
- Никаких. Просто... отец сейчас на винограднике, до него все равно не дозвониться. Я это сделаю в обед.
- Как будет угодно, как будет угодно, - Цзимо повернулся к экрану, где как раз в этот момент появилась целая россыпь ссылок, требующих тщательного изучения. - Фэй, нужна твоя помощь.
Девушка подошла осторожно и присела на краешек стула, проявляя знакомую уже нелепую пугливость и застенчивость. Лицо она опять повернула так, чтобы не видно было шрамов на щеке, но больше по привычки. Кажется, сейчас они уже не так ее задевали. Вздохнув, Цзимо взял стул за спинку и ближе подвинул к себе, так что Фэй ойкнула и заозиралась почти в панике.
- Чего ты боишься, Баобэй? - поинтересовался Цзимо, стараясь, чтобы тон его звучал не слишком насмешливо.
- Я... - Фэй снова огляделась, но Веры Блэк к этому моменту в кают-компании уже не было. Они остались одни.
- Мы взрослые люди, - напомнил Цзимо и быстро поцеловал девушку в уголок рта. - Хотя, если тебе нравятся подобные ролевые игры...
Фэй насупилась.
- Я просто не привыкла еще.
- Ладно, ладно, Баобэй. Привыкай себе, - Цзимо снова поцеловал ее, теперь уже поцелуем долгим и обстоятельным, так что сам немного увлекся.
В Фэй не было на первый взгляд ничего особенного, но возникшее притяжение исчезать уже не желало. Ему нравилось держать девушку в своих объятьях, нравилось целовать ее и... Цзимо с удовольствием и превеликим зашел бы дальше, но вот только Фэй наверняка сбежала бы в панике, стоило ему только попытаться это сделать.
Пока можно ограничиться и поцелуями.
- Как ты меня назвал? - Фэй забавно свела брови на переносице.
- Баобэй. Сокровище, - перевел Цзимо и усмехнулся, глядя на то, как она покраснела. - Твоя половина ссылок, Баобэй.
Они сидели рядом, ощущая тепло друг друга, и то и дело рука Цзимо соскальзывала с мышки и касалась мелко дрожащих пальцев Фэй. Пожалуй, в той секретности, на которой она настаивала, что-то было. Занятная игра, придающая зарождающимся отношениям определенную пикантность.
Впрочем, вскоре обоих заняла задача. Снимков в сети было очень много, поисковик работал по одному ему понятным правилам, и иногда «похожее» означало лишь то, что на снимках будет изображен человек, не более. Сужение поиска до фото из школьных альбомов пятидесятых-шестидесятых годов ничего не дало. Оказалось, что движимые ностальгией, люди слили в сеть этих альбомов великое множество. Рассматривать лица давно ушедших молодых людей было довольно занятно — тем более, что они отличались от снимков, хранящихся в семейном архиве Сюй — но особой пользы не приносило.
- Кажется, я нашла... - Фэй дернула Цзимо за рукав, привлекая внимание.
Цзимо подвинулся еще ближе, обняв девушку за плечи, против чего она, занятая изображенным на экране, не возражала.
- Фотоальбомы старшей школы города Огаста. 1958 год...
- Это не выпускной, ежегодник, - Фэй указала на верхнюю строчку. - У нас тоже такие печатали. Классы, отличившиеся ученики, спортивные достижения и все такое. Вот, взгляни. Это мой дед, класс мисс Олив Робертсон. А это — Босси Кэндалл. Только зовут его...
- Роберт Шварц... - Цзимо приблизил фотографию. Несомненно та самая. Сохранилась лучше, нет следов изломов и потертостей, но снимок узнается без труда совершенно. - Класс миссис Терезы Камински. Какова вероятность, что в городе Огаста в конце пятидесятых годов проживали две Терезы Камински, обе работали в школе, и одну из них при этом жестоко убили?
- Нулевой? - предположила Фэй.
- Нулевых шансов не бывает. Оставим один процент на всякие невероятные совпадения, однако, что-то мне подсказывает, что это та самая Тереза Камински. Итак, что мы имеем?
Цзимо откинулся на спинку кресла.
- Твой дед учится в одной школе с неким Робертом Шварцом. В разных классах, но тем не менее. Учительницу этого Шварца, Терезу Камински, убивают. Твой дед и, вероятно, этот самый Шварц покидают Огасту и встречаются снова, на это у них есть целых десять лет. Причем, Шварца к этому моменту зовут уже совсем по-другому. Вместе они создают виноградник, начинают выпускать вино — инициалы обоих на этикетке — затем что-то происходит, виноградник полностью переходит к твоему деду, а Шварц-Кэндалл оказывается в Кадисе, где занимается откровенно преступной деятельностью, погибает и его хоронят на местном кладбище. Итак, у нас три вопроса.
Цзимо замолк, предоставляя Фэй самой их озвучить. Помявшись немного, она все же переборола глупую неуверенность и промямлила:
- Имеет ли Шварц отношение к убийству учительницы, почему он разорвал отношения с дедом и как оказался в Испании?
- Именно! - Цзимо поцеловал ее. - Фотографии начинают рассказывать историю, но самое интересное, что, похоже, у нас и у Артура истории будут разные. Ну или он убивается по преступнику, и тогда с ним точно что-то не так.
Фэй кивнула.
- У нас дома не часто рассказывали о дедушке, но всегда он был фигурой героической. Создал с ноля бизнес, вырастил виноградники. Вино даже в Белом доме подают на торжественные обеды. Все такое. Если он что-то сделал дурное, дядя в жищни об этом не говорил. Если, скажем, Артур внук этого Шварца-Кэндалла, то он может не знать о преступлениях.
- Только не начни его оправдывать, - Цзимо потрепал девушку по волосам. Та отстранилась.
- Нет уж. Он пытался меня убить. Не совсем уж я идиотка.
Цзимо обнял ее за талию, пересаживая к себе на колени, и Фэй посопротивлялась больше по привычке, потом расслабилась, устроила голову у него на плече и позволяла весма вольно поглаживать себя по плечу, по шее, по ноге, кажется, даже не замечая, что пальцы Цзимо то и дело проскальзывают под тонкое летнее платье. Или замечала, но находила это вполне уместным.
- Понять бы, в чем он все-таки нас обвиняет.
- Самая очевидная потеря — виноградник. Твой дед поменял название, а вино засунул, похоже, в самый дальний угол погреба.
- Никогда его не видела раньше, - согласилась Фэй. - Это действительно подозрительно. И что, Артрур нас обвиняет в том, что мой дед прогнал его деда?
- Стал бы он это делать без причины?
- Нет, - покачала головой Фэй. - Никогда. Я плохо помню и его, и родителей, и... Лаура пример того, что не все у нас в семье так уж хорошо, но без причины, просто из-за денег, скажем, дед бы точно от партнера избавляться не стал. К тому же... Виноделие — бизнес очень сложный, затратный и в плане денег, и в плане сил. Наверняка в одиночку ему справляться было куда труднее.
- Вот ровно такими же словами мой отец сделал предложение моей лучшей подруге.
Заслышав голос Веры Блэк, Фэй в панике дернулась и едва не свалилась на пол. Цзимо обнял ее, прижав к себе, и бросил на Веру укоризненный взгляд. Та пожала плечами.
- Я до него дозвонилась. Через четыре дня отец встретится с нами в Неаполе, он будет там по делам.
Судя по выражению лица Веры, ее предстоящая встреча с родителем не слишком воодушевляла.
ГЛАВА 79
Отплыли они тем же вечером, как только позволила погода, или отлив — Фэй не разбиралась в этом совершенно, и Шо с Цзимо, наверняка, тоже, но успешно делали вид, что кое-что смыслят в кораблях. За ужином Шо даже прочитал небольшую лекцию о мореходстве и новом маршруте, на который «при условии скорости узлов в 15» уйдет не больше трех дней.
Ибрагим ужинал вместе с ними в большой кают-компании — редкий случай — и кривовато ухмылялся, из чего Фэй заключила, что Шо несет полную чушь. Впрочем, она не слишком прислушивалась, немного отвлекала рука Цзимо, под столом поглаживающая ее запястье.
Что бы он не говорил и какой бы не делал вид, ему самому нравилось это скрытное ухаживание, хотя со стороны они наверняка выглядели как пара глупых школьников. Но за Фэй никогда прежде не ухаживали, отношения с Артуром не в счет, они с самого начала были дисфункциональными, и потому она черпала удовольствие полной ложкой.
- А про ваших друзей Андерсонов узнали что-нибудь новое? - сменила тему Вера. Фэй прислушалась, с недавних пор ее также интересовала судьба загадочной пары, столь тесно переплетенная с ее собственными загадками.
Шо, увы, покачал головой.
- Ничего нового. Закинул удочки, поспрашивал общих знакомых, но ничего полезного так и не узнал. Во всяком случае, о своем путешествии в Испанию или о каких-то новых приятелях они никому не рассказывали. С другой стороны, они всегда умели секретничать. Им это нравилось. Они даже могли влезть в неприятности, прекрасно сознавая, что это именно неприятности. Так или иначе, наша единственная зацепка сейчас — Нил Браун из Австралии, а она, эта Австралия, ну очень большая.
- И судьбу детей Кэндалла проследить не удается, - добавил Цзимо с немалой досадой в голосе. - В те годы сменить имя и потеряться было куда проще, чем сейчас.Мы не можем пойти дальше предположений, что Браун и Эммерсон — потомки Кэндалла. Учитывая, что мы точно знаем, что Артура Эммерсона зовут как-то по-другому, где гарантия, что Нил Браун из Австралии не какой-нибудь Джон Смит из Бирмингема?
Вера покачала головой.
- Зачем ему врать посторонним людям? С Эммерсоном все предельно ясно, он сочинил себе личность, чтобы обмануть семью Брикнелл и лично Фэй, Браун же отправился туда, где его никто не знает, и где фигурировать он может только как турист из Австралии. Если бы не паскудный характер, его бы и не запомнил никто. Поверьте моему опыту, врать следует как можно меньше, если вы хотите сохранить правдоподобие лжи. Чем больше вранья приходится запоминать, тем больше последствий. Я всегда использовала фамилию Блэк, лишь при крайней необходимости переводя ее с языка на язык, но вот знавала я одного парня, прожженного афериста, который для каждой новой работы сочинял себе новую личность и имя. Творчески подходил к процессу, и в итоге спалился, забыв очередное погоняло. Хотя... - Вера хмыкнула. - Я бы тоже спалилась, приди мне в голову назваться Амбруазом Готье.
Шо подавился смешком.
- Серьезно? А что-то попроще?
Вера покачала головой.
- Что-то попроще претило его артистической душе.
- А как его на самом деле звали? - поинтересовалась Фэй.
Вера пожала плечами.
- Понятия не имею, честно говоря. У него личностей было больше, чем слоев у лука. Я успела познакомиться с добрым десятком, и все были вот такие же: Амбруазы, Бенедикты, все в таком духе. Подозреваю, при рождении его назвали Джоном, Томом или Полом. Что-то простое, понятное и недостаточно шикарное. Но так или иначе, урок я усвоила. И потому полагаю, что нам следует поискать в Австралии следы этого Нила Брауна.
- Уже думал об этом, - кивнул Цзимо. - Полагаю, не ошибемся, если начнем с местной криминальной хроники. Если человек в за рубежом так легко натворил дел, едва ли он дома — паинька.
- А мы неплохо продвинулись вперед, - улыбнулся Шо, поднимая бокал. - За успех предприятия.
Розыски Нила Брауна Цзимо без малейших колебаний отложил на завтра, сославшись на позднее время, усталость и качку, которая одолевала его всякий раз, когда яхта отплывала из нового порта. В океане, как успела заметить Фэй, качка его ничуть не беспокоила. Да и на верхней палубе он чувствовал себя более чем комфортно.
Темнело. Поднявшийся ветер гнал от горизонта темные тучи. Порт и Кадис сверкали огнями, маня сойти на берег и окунуться в местные развлечения, но Фэй покидала это место без малейших сожалений. Она обнаружила, что на яхте чувствует себя куда увереннее, чем на суше, и в большей безопасности. Хотя, казалось бы, кругом вода, и под тобой вода, и до ближайшей земли ой, как далеко.
Теплые губы прижались к ее виску, а руки обняли за талию. Фэй в первую секунду напряглась, почти испугалась, потом расслабилась и откинулась Цзимо на грудь. Разница в росте у них была такая, что Фэй как-то забывала о том, что она страшная толстуха и начинала себя ощущать крошечной феей.
- Я так и не спросил, что ты будешь делать, если все же выяснишь всю правду?
Фэй неуверенно пожала плечами.
- Честно? Понятия не имею. Во-первых, что это вообще будет за правда? Будем мы, Брикнеллы, героями или злодеями в этой истории? Чего хочет добиться Артур? Многое от деталей зависит.
- Два момента, - хмыкнул Цзимо. - Босси Кэндалл на героя не тянет, как и Нил Браун, и твой дорогой женишок Артур. Один — бандит, второй напал минимум на одну девушку, третий тебя убить пытался. Героизм — так себе. Так что вопрос в том, что именно ты собираешься делать.
- Эм... Привлечь Артура к ответственности? - неуверенно предположила Фэй.
