— Ваше Высочество, — Алан, наконец, поднял на меня глаза. Они были… холодны. — Я слуга Домина, был и остаюсь им. Никто не с снимал с меня клятву преданности. Эар Тион в любой момент может отдать мне любой приказ, и я подчинюсь. Когда я сказал, что мне жаль, я имел в виду не нашу первую ночь. Я имел в виду наш брак.
Внутри у меня тоже как-то… приморозило. Обидно. Однако разговор начался с моих упреков. Словно я изголодавшаяся по мужской ласке перезрелая дама, которую поманили конфеткой и обманули. Так нельзя. Я себя тоже не на помойке нашла. Немного гордости не помешает.
— Вот как? Объяснитесь, — соревнуясь с эром Аланом в понижении градуса интонации, потребовала я.
— Я очень сожалею, — сухо сказал эр Алан. — Я поддался искушению. Счел себя достойным вас. Пошел на поводу у своих чувств, тогда как…
— Вас опять заколдовали пикси? — у меня вырвался горький смешок.
— Эр Капаида сумел убедить меня, что я… достоин. Но я должен был думать своей головой, теперь святой жрец тоже попал в немилость из-за того, что помогал мне. И не он один. А вам… вам не на кого было обратить благосклонный взгляд. Брак с Повелителем? Всю оставшуюся жизнь провести в Лесу? Эр Гийом? Он вас недостоин. Эар Тион? В вашем нынешнем статусе во дворце вас подстерегали бы опасности, к тому же роль второй жены – это не то, чего вы заслуживаете.
— Чего же я заслуживаю? — я повернулась к окну, чувствуя, как в глазах закипают слезы. Вот тебе и «душой и сердцем»!
— Вы сможете стать Доминой всех королевств Хребта. Первой. Единственной. Эар Тион направил прошение в Высший Храм. Он готов в открытую заявить, что эарра Оланна лишена достаточного количества магии, чтобы оставаться его супругой. Через год, если Высший Совет Жрецов сочтет данное основание достаточными, их брак с Оланной будет расплетен.
— Вас обманули, — резко сказала я. — Я доподлинно знаю, что брак Тиона и Оланны не может быть расплетен обычным обрядом. Даже Высшими магами.
По лицу Алана вновь промелькнула растерянность, кажется, вполне искренняя. Здесь что-то не так.
— Возможно, Домин не счел необходимым сообщать мне все обстоятельства, — упрямо проговорил мой… муж? — Однако мной было дано слово вернуть вас эару Тиону через год, в статусе… невесты.
— В целости и сохранности? — я подпустила в тон нотку язвительности. И спросила в лоб: — Хотите услышать мою версию? Вас ведь вынудили от меня отказаться. Да, да. Мой милый фэр, — я намеренно подчеркнула тоном это слово. — Какой подход нашел Тион? Я же знаю, что Домин уже угрожал вам, но в тот раз вы нашли в себе силы и вступили в отбор, несмотря на его гнев, — я наклонилась ближе к мужчине: — Что это было? На какой крючок вас поймали? Ваши дети?
Глаза Алана полыхнули пламенем. Браво, Оля! Ты угадала. Однако огонь немедленно превратился в лед.
— С моими детьми все в порядке, дорогая эрра. Я получил от них сообщение перед отъездом из замка. Вы с ними скоро познакомитесь. Повторюсь: я недостоин чести видеть вас своей… полноценной супругой. И через год, когда приличия будут соблюдены, наш брак будет признан расплетенным, вы уедете из поместья и станете Доминой, эарой Илэль. Однако сейчас я отдаю в ваши руки всю власть над моим домом и людьми в нем. Вы не обязаны трудиться и выполнять обязанности хозяйки, просто… живите. У нас мало удовольствий и развлечений, но я что-нибудь придумаю. К сожалению, обязанности требуют моего присутствия на границе, служба есть служба. Я отдам распоряжения, вам ни в чем не откажут. Нужно подобрать для вас хорошую служанку, — эр Алан нахмурился, с преувеличенной сосредоточенностью глядя в окно. — Ах да, по приезду нам следует явиться в местный храм, и чтобы жрецы не почувствовали, что обряд объединения магии не состоялся… и… боюсь, нам придется…
Эр Алан достал из ножен кинжал. Я со вздохом подставила руку. Несколько капель крови смешалось на наших ладонях. Я откинулась на вышитые подушки. Ты только что солгал мне, муженек. Не думай, что я все это так оставлю.
…На постоялом дворе, где мы сделали первую в пути остановку, открылись некоторые новые, интересные обстоятельства. Оказывается, в немилость к Домину попал и Гвельс, вероятно, из-за того, что постоянно был у меня на побегушках. Гвельса приставили помощником к эру Капаиде. Поначалу я расстроилась. Мальчишка очень талантлив. Пусть Герард, его новоявленный учитель, и скверный человечишка, но от замка Коэд до столицы и Школы Магических Искусств гораздо ближе, чем от того места, куда мы теперь направлялись. Однако эр Капаида и Гвельс, напротив, казались довольными и сумели убедить меня, что все к лучшему. Гвельс уплетал обед и жаловался на то, что в замке его постоянно недокармливали, а Герард ничему его не учил, и, вообще проявлял к нему… некоторый подозрительный интерес. Узнав подробности и ужаснувшись, я полностью успокоилась. Пристроила Гуту, пристрою и малыша. А у эра Капаиды наверняка можно научиться полезным вещам, хоть храмовое служение не совсем профиль Гвельса, мечтающего стать вольным магом.
Эр Алан снял для нас смежные комнаты и тут же ушел к себе. Служанка предложила принести ужин в комнату, но узнав, что эр Капаида и Гвельс будут есть внизу, я решила присоединиться к ним. Я сняла свой дорогой дорожный наряд и проинспектировала содержимое сумок. Их собирала Гута. Гута. Как же скучала по ней! С кем теперь я буду шушукаться перед сном? Кто спасет меня в случае опасности? Не может быть, чтобы она не позаботилась о моем удобстве в пути. И точно: на самом верху лежал скромный костюм для верховой езды, с брюками под расклешенной накидкой. Вместо тяжелой вышивки на ней имелся только легкий орнамент. Для девушки, привыкшей к джинсам, такой наряд был просто спасением.
Вместо душа тут были огромные тазы и кувшины с водой, подогретой магией. На дне сундука с одеждой поблескивал край свадебного платья. Я почувствовала разочарование и досаду. Но почему я так расстраиваюсь? Кто мне эр Алан? Одна из фигур на шахматном поле странной нынешней жизни. Лучше буду держаться поближе к эру Капаиде, вместе с Гвельсом. Мне нужно разобраться в том, как работает моя магия. Впереди мега-цель – мое спасение и возвращение домой. Раз я Переплетающая, значит, и свою судьбу переплести сумею… должна суметь. А все остальное – мелочи.
Привычно подведя нижние веки краской, я спустилась вниз. В большом зале было тесно и накурено. Не хватало телевизора на стене и пиликанья телефонов, а то было бы, как в моем любимом спорт-кафе. Столик недалеко от нас был затянут серыми «облаками». Явно контролируемые магией, клубящиеся, поднимающиеся под потолок, но загадочным образом не расползавшиеся по всему залу, они закрывали компанию, устроившуюся за столиком, от взглядов других посетителей. Дым создавала ватага… подростков? Под пеленой я видела короткие ножки, не достающие до нижней перекладины стульев.
— Цверги, — подсказал эр Капаида. — Жители гор. Шли в замок Коэд на финальный турнир, да не успели. Уж очень народ этот неспешный. Но не унывающий.
Из клубов дыма действительно доносились взрывы хохота и обрывки довольно скабрезных шуточек. Я засмотрелась и заслушалась. В какой-то момент облако над столиком разорвалось на несколько кусков и начало расползаться по сторонам. Люди за соседними столами закашлялись, у меня брызнули из глаз слезы.
— Эй, любезнейшие! — негромко позвал эр Капаида. — Плетеньеце ваше, кажись, гаснет. Не мешало бы поправить.
Голова одного из цвергов вынырнула из облака. «Подросток» был бородат и длинноволос. Гном, одним словом. Цверг кивнул и сказал, не выпуская трубку изо рта:
— Поправим, божий посредник. Нас тут семеро горных магов, как не поправить. Прощения просим. Эрре вашей водички, может, поднести.
— Спасибо, с удовольствием, — хрипло отозвалась я и деликатно покашляла в ладошку. Легкие, отвыкшие от пассивного курения, протестовали. Да и не мои это легкие.
Дым, немного приоткрывший веселую компанию, действительно начал вновь сползаться в плотную тучу. Оттуда высунулась рыжая волосатая рука, я приняла из нее неимоверной красоты бокал из молочно-белого камня с розовыми прожилками. Вода была свежей, сладкой, словно только что из горного ручья.
— А вы, эрра, — присмотревшись, я решила, что темноволосый цверг был довольно молод, глаза его лукаво поблескивали, — вижу, добрая девушка. Благородная, а угощением не погнушались. И не побоялись. И не упрекнули.
— Ваша магия, — я протянула бокал собеседнику, но тот не спешил его забирать, — зла не несет, а вода очень вкусная.
— Оставьте себе, эрра, — молодой цверг кивнул на стакан. — Мы семь братьев-мастеров. Коли какой помощи захотите, стукните по чашке чем-нибудь серебряным, мы вас и найдем.
— А в чем специализируетесь? — с важным видом поинтересовалась я, заинтересованный взгляд темноволосого меня смущал – маленький мужчина явно не имел ничего против высоких дам.
— А во всем, что земли-матушки касается и из нее происходит. Камень для строительства, песок, разный, магический тоже. Дома строим, заборы возводим, колодцы копаем.
— Буду знать, — кивнула я.
Гном окинул меня еще одним откровенным мужским взглядом и задвинулся в дым.
— Умеете же вы заводить знакомства, — задумчиво сказал Капаида. — Что-то я прежде ни разу не слышал, чтобы цверги кому нанять себя предлагали, это к ним на поклон идут с предложениями, работа их во всех королевствах Хребтов ценится. Работает горный народ неспешно, зато то, к чему руки их прикасаются, веками стоит. И что самое важное – постройки их защищены от всякой злой магии, лесной ли, горной или человеческой. Никто не знает, почему.
— Потому что душа в них, — тихо сказал голос из клубов дыма. — Будем нужны – используй серебро, Видящая.
Я посмотрела на моих спутников. Эр Капаида, жмурясь от удовольствия, намазывал сливочное масло из глиняной плошки на румяную, хрустящую булку. Гвельс уминал вареных раков. Кажется, только я услышала эти слова.
Почти всю оставшуюся дорогу до домена Алакан эр Алан провел в седле. И только дождь, зарядивший с того момента, как мы отъехали от последнего на нашем пути постоялого двора, вынудил его вернуться в карету. Молчание тяготило. Эр Алан принялся скупо рассказывать мне о своих землях.
— Вон там начинаются границы Освещенных лесов. Храмы находятся в запустении и не могут поддерживать нужную плотность магического Полотна. Да и мало их осталось. Лесной народ здесь недружелюбен, ши опасны.
— Хорошо, что с нами эр Капаида.
— Для нас – да, для него… это ссылка.
— Уж лучше ссылка, чем внимание Инквизиции.
Эр Алан помолчал, глядя в окно:
— Иногда мне действительно кажется, что ваше место занял кто-то другой.
— Вам это Вит сказала?
— Да, ваша сестра. Разумеется, я не верю. Бывает, человек становится одержимым лесным ши, но это лишает его разума. А вы… просто раньше вас это не интересовало. Вы казались…
— Отстраненной? Зацикленной на цветочках? Я просто выросла, — резко сказала я. — И мне жаль, что вы полюбили меня прежнюю, но отвергаете ту, какой я стала.
Глаза эра Алана вспыхнули. Он подался вперед, сжав руки в кулаки, но это был не гнев. Это было…
— Расскажите мне еще о своем домене, — быстро попросила я.
— Единственное, что в нем хорошо – это земля, — взгляд Воина Реки потух, он собрался с мыслями и продолжал: — Она плодородна, горы защищают нас от холодных северных ветров, но Лес… не позволяет собирать хороший урожай. Люди часто теряют все, что вырастили, и… голодают.
— И уходят?
— Да. Год назад я привез нескольких служителей Семи Богов в свой Храм, но они недолго продержались. Вы сами все увидите.
— А Повелитель Леса у вас есть?
— Люди говорят, что видели змея у края Освещенных Земель. Недалеко от поместья есть развалины старого замка альвов, а Холмы сидов видны из окон дома. В древние времена, каждый такой замок строился на месте силы и охранялся наг-ши, Повелителем, имеющим ипостась змея. Если бы я встретил Верховного альва ближайшего к нам Леса, постарался бы заключить с ним мирный договор, но увы, мы видим лишь мелкую погань: фо-а, сприганов, пикси и всех тех, кто не дает деревенским жителям спокойно жить.
Взгляд эра Алана потеплел:
— Замок Аркадун. Его башни.
Я раздвинула плотные кожаные шторы с моей стороны кареты. Аркадун впечатлял своим величием, хотя уступал по размеру крепости Коэд и выглядел не как неприступная крепость со рвом и подъемным мостом, а как уютное поместье. Некогда уютное, но ныне обветшалое.
—Мы живем в пристройке, — эр Алан быстро охладил мой восторг. — Замок невозможно протопить. И еще, говорят, в нем до сих пор встречаются магические ловушки сидов. И призраки. Я боюсь за дочерей и не разрешаю им входить в Аркадун: Орима увлечена глупыми романами… такими… о любви сидов к человеческим девам, ее также привлекает искусство жителей Холмов. Аретта любопытна и доверчива. Именно поэтому она…
Я навострила уши, но Алан резко поменял тему разговора. Я же сделала отметку в памяти.
Дожди превратили лужайку на подъезде к замку в болото. По нему бродили довольно упитанные свинки. Здесь лето уже сдавало свои позиции. Поместье напомнило мне мою любимую детскую книжку. Там на картинке был изображен пирог в виде замка. Много-много птичек запекли в пирог, семьдесят синичек, сорок семь сорок… Башни особняка напоминали творение из запеченного теста.
Я оперлась на руку эра Алана, готовясь шагнуть с подножки кареты в лужу, и… вскрикнула от неожиданности: мой муж подхватил меня на руки и понес к особняку. Откуда-то выскочило несколько ребятишек. Они радостно кричали и обсыпали нас лепестками цветов. Лепестки тонули в грязи. С каждым шагом эра Алана народу прибывало. Люди, очень бедно одетые, хмурые, тем не менее смотрели на меня с надеждой, а я пыталась изобразить ласковую улыбку.
Я посмотрела назад через плечо мужа. Эр Капаида с унылым видом ковылял по грязи, подняв полы рясы и чавкая сандалиями. Гвельс тоже не выказывал радости. Зато народ оживился. Какая-то высокая женщина, единственная в добротной накидке и вязаном чепце на высокой прическе, вручила жрецу корзинку, накрытую салфеткой. Эр Капаида принюхался к ее содержимому. Лицо его посветлело, он важно благословил женщину, повесив корзинку на руку и сплетя что-то в воздухе.
Эр Алан внес меня в невысокую двухэтажную пристройку, прилепившуюся к громаде особняка вместе с хозяйственными постройками. Алан остановился у узкой лестницы, не торопясь опускать меня на пол. Я вдыхала запах Алана: его кожи, терпковатого пота, дыма.
— Вы можете поставить меня на ноги, — тихо сказала я.
Эр Алан вздрогнул и осторожно выпустил меня из своих объятий. И вовремя: сверху донесся топот ног, по лестнице сбежала очаровательная девочка. Аретта была худенькой, но довольно высокой для своего возраста. Длинные темные волосы были подобраны широкой вышитой лентой, аккуратное, на вид очень дорогое платьице, кокетливо открывало ноги в вязаных чулках и изящных кожаных ботинках. Девочка замерла, раскрыв рот и восторженно глядя на меня карими глазами.
— Это ты жена папы? — выдохнула она. — Теперь ты будешь жить с нами?
— Да, — улыбнулась я. — А ты Аретта?
— Да, — девочка тоже заулыбалась во весь рот с просветами на месте выпавших молочных зубов и затараторила: — Ура! Я все тебе тут покажу! Конечно, когда закончится дождь! А ты привез мне куклу, пап?
Внутри у меня тоже как-то… приморозило. Обидно. Однако разговор начался с моих упреков. Словно я изголодавшаяся по мужской ласке перезрелая дама, которую поманили конфеткой и обманули. Так нельзя. Я себя тоже не на помойке нашла. Немного гордости не помешает.
— Вот как? Объяснитесь, — соревнуясь с эром Аланом в понижении градуса интонации, потребовала я.
— Я очень сожалею, — сухо сказал эр Алан. — Я поддался искушению. Счел себя достойным вас. Пошел на поводу у своих чувств, тогда как…
— Вас опять заколдовали пикси? — у меня вырвался горький смешок.
— Эр Капаида сумел убедить меня, что я… достоин. Но я должен был думать своей головой, теперь святой жрец тоже попал в немилость из-за того, что помогал мне. И не он один. А вам… вам не на кого было обратить благосклонный взгляд. Брак с Повелителем? Всю оставшуюся жизнь провести в Лесу? Эр Гийом? Он вас недостоин. Эар Тион? В вашем нынешнем статусе во дворце вас подстерегали бы опасности, к тому же роль второй жены – это не то, чего вы заслуживаете.
— Чего же я заслуживаю? — я повернулась к окну, чувствуя, как в глазах закипают слезы. Вот тебе и «душой и сердцем»!
— Вы сможете стать Доминой всех королевств Хребта. Первой. Единственной. Эар Тион направил прошение в Высший Храм. Он готов в открытую заявить, что эарра Оланна лишена достаточного количества магии, чтобы оставаться его супругой. Через год, если Высший Совет Жрецов сочтет данное основание достаточными, их брак с Оланной будет расплетен.
— Вас обманули, — резко сказала я. — Я доподлинно знаю, что брак Тиона и Оланны не может быть расплетен обычным обрядом. Даже Высшими магами.
По лицу Алана вновь промелькнула растерянность, кажется, вполне искренняя. Здесь что-то не так.
— Возможно, Домин не счел необходимым сообщать мне все обстоятельства, — упрямо проговорил мой… муж? — Однако мной было дано слово вернуть вас эару Тиону через год, в статусе… невесты.
— В целости и сохранности? — я подпустила в тон нотку язвительности. И спросила в лоб: — Хотите услышать мою версию? Вас ведь вынудили от меня отказаться. Да, да. Мой милый фэр, — я намеренно подчеркнула тоном это слово. — Какой подход нашел Тион? Я же знаю, что Домин уже угрожал вам, но в тот раз вы нашли в себе силы и вступили в отбор, несмотря на его гнев, — я наклонилась ближе к мужчине: — Что это было? На какой крючок вас поймали? Ваши дети?
Глаза Алана полыхнули пламенем. Браво, Оля! Ты угадала. Однако огонь немедленно превратился в лед.
— С моими детьми все в порядке, дорогая эрра. Я получил от них сообщение перед отъездом из замка. Вы с ними скоро познакомитесь. Повторюсь: я недостоин чести видеть вас своей… полноценной супругой. И через год, когда приличия будут соблюдены, наш брак будет признан расплетенным, вы уедете из поместья и станете Доминой, эарой Илэль. Однако сейчас я отдаю в ваши руки всю власть над моим домом и людьми в нем. Вы не обязаны трудиться и выполнять обязанности хозяйки, просто… живите. У нас мало удовольствий и развлечений, но я что-нибудь придумаю. К сожалению, обязанности требуют моего присутствия на границе, служба есть служба. Я отдам распоряжения, вам ни в чем не откажут. Нужно подобрать для вас хорошую служанку, — эр Алан нахмурился, с преувеличенной сосредоточенностью глядя в окно. — Ах да, по приезду нам следует явиться в местный храм, и чтобы жрецы не почувствовали, что обряд объединения магии не состоялся… и… боюсь, нам придется…
Эр Алан достал из ножен кинжал. Я со вздохом подставила руку. Несколько капель крови смешалось на наших ладонях. Я откинулась на вышитые подушки. Ты только что солгал мне, муженек. Не думай, что я все это так оставлю.
…На постоялом дворе, где мы сделали первую в пути остановку, открылись некоторые новые, интересные обстоятельства. Оказывается, в немилость к Домину попал и Гвельс, вероятно, из-за того, что постоянно был у меня на побегушках. Гвельса приставили помощником к эру Капаиде. Поначалу я расстроилась. Мальчишка очень талантлив. Пусть Герард, его новоявленный учитель, и скверный человечишка, но от замка Коэд до столицы и Школы Магических Искусств гораздо ближе, чем от того места, куда мы теперь направлялись. Однако эр Капаида и Гвельс, напротив, казались довольными и сумели убедить меня, что все к лучшему. Гвельс уплетал обед и жаловался на то, что в замке его постоянно недокармливали, а Герард ничему его не учил, и, вообще проявлял к нему… некоторый подозрительный интерес. Узнав подробности и ужаснувшись, я полностью успокоилась. Пристроила Гуту, пристрою и малыша. А у эра Капаиды наверняка можно научиться полезным вещам, хоть храмовое служение не совсем профиль Гвельса, мечтающего стать вольным магом.
Эр Алан снял для нас смежные комнаты и тут же ушел к себе. Служанка предложила принести ужин в комнату, но узнав, что эр Капаида и Гвельс будут есть внизу, я решила присоединиться к ним. Я сняла свой дорогой дорожный наряд и проинспектировала содержимое сумок. Их собирала Гута. Гута. Как же скучала по ней! С кем теперь я буду шушукаться перед сном? Кто спасет меня в случае опасности? Не может быть, чтобы она не позаботилась о моем удобстве в пути. И точно: на самом верху лежал скромный костюм для верховой езды, с брюками под расклешенной накидкой. Вместо тяжелой вышивки на ней имелся только легкий орнамент. Для девушки, привыкшей к джинсам, такой наряд был просто спасением.
Вместо душа тут были огромные тазы и кувшины с водой, подогретой магией. На дне сундука с одеждой поблескивал край свадебного платья. Я почувствовала разочарование и досаду. Но почему я так расстраиваюсь? Кто мне эр Алан? Одна из фигур на шахматном поле странной нынешней жизни. Лучше буду держаться поближе к эру Капаиде, вместе с Гвельсом. Мне нужно разобраться в том, как работает моя магия. Впереди мега-цель – мое спасение и возвращение домой. Раз я Переплетающая, значит, и свою судьбу переплести сумею… должна суметь. А все остальное – мелочи.
Привычно подведя нижние веки краской, я спустилась вниз. В большом зале было тесно и накурено. Не хватало телевизора на стене и пиликанья телефонов, а то было бы, как в моем любимом спорт-кафе. Столик недалеко от нас был затянут серыми «облаками». Явно контролируемые магией, клубящиеся, поднимающиеся под потолок, но загадочным образом не расползавшиеся по всему залу, они закрывали компанию, устроившуюся за столиком, от взглядов других посетителей. Дым создавала ватага… подростков? Под пеленой я видела короткие ножки, не достающие до нижней перекладины стульев.
— Цверги, — подсказал эр Капаида. — Жители гор. Шли в замок Коэд на финальный турнир, да не успели. Уж очень народ этот неспешный. Но не унывающий.
Из клубов дыма действительно доносились взрывы хохота и обрывки довольно скабрезных шуточек. Я засмотрелась и заслушалась. В какой-то момент облако над столиком разорвалось на несколько кусков и начало расползаться по сторонам. Люди за соседними столами закашлялись, у меня брызнули из глаз слезы.
— Эй, любезнейшие! — негромко позвал эр Капаида. — Плетеньеце ваше, кажись, гаснет. Не мешало бы поправить.
Голова одного из цвергов вынырнула из облака. «Подросток» был бородат и длинноволос. Гном, одним словом. Цверг кивнул и сказал, не выпуская трубку изо рта:
— Поправим, божий посредник. Нас тут семеро горных магов, как не поправить. Прощения просим. Эрре вашей водички, может, поднести.
— Спасибо, с удовольствием, — хрипло отозвалась я и деликатно покашляла в ладошку. Легкие, отвыкшие от пассивного курения, протестовали. Да и не мои это легкие.
Дым, немного приоткрывший веселую компанию, действительно начал вновь сползаться в плотную тучу. Оттуда высунулась рыжая волосатая рука, я приняла из нее неимоверной красоты бокал из молочно-белого камня с розовыми прожилками. Вода была свежей, сладкой, словно только что из горного ручья.
— А вы, эрра, — присмотревшись, я решила, что темноволосый цверг был довольно молод, глаза его лукаво поблескивали, — вижу, добрая девушка. Благородная, а угощением не погнушались. И не побоялись. И не упрекнули.
— Ваша магия, — я протянула бокал собеседнику, но тот не спешил его забирать, — зла не несет, а вода очень вкусная.
— Оставьте себе, эрра, — молодой цверг кивнул на стакан. — Мы семь братьев-мастеров. Коли какой помощи захотите, стукните по чашке чем-нибудь серебряным, мы вас и найдем.
— А в чем специализируетесь? — с важным видом поинтересовалась я, заинтересованный взгляд темноволосого меня смущал – маленький мужчина явно не имел ничего против высоких дам.
— А во всем, что земли-матушки касается и из нее происходит. Камень для строительства, песок, разный, магический тоже. Дома строим, заборы возводим, колодцы копаем.
— Буду знать, — кивнула я.
Гном окинул меня еще одним откровенным мужским взглядом и задвинулся в дым.
— Умеете же вы заводить знакомства, — задумчиво сказал Капаида. — Что-то я прежде ни разу не слышал, чтобы цверги кому нанять себя предлагали, это к ним на поклон идут с предложениями, работа их во всех королевствах Хребтов ценится. Работает горный народ неспешно, зато то, к чему руки их прикасаются, веками стоит. И что самое важное – постройки их защищены от всякой злой магии, лесной ли, горной или человеческой. Никто не знает, почему.
— Потому что душа в них, — тихо сказал голос из клубов дыма. — Будем нужны – используй серебро, Видящая.
Я посмотрела на моих спутников. Эр Капаида, жмурясь от удовольствия, намазывал сливочное масло из глиняной плошки на румяную, хрустящую булку. Гвельс уминал вареных раков. Кажется, только я услышала эти слова.
Глава 22
Почти всю оставшуюся дорогу до домена Алакан эр Алан провел в седле. И только дождь, зарядивший с того момента, как мы отъехали от последнего на нашем пути постоялого двора, вынудил его вернуться в карету. Молчание тяготило. Эр Алан принялся скупо рассказывать мне о своих землях.
— Вон там начинаются границы Освещенных лесов. Храмы находятся в запустении и не могут поддерживать нужную плотность магического Полотна. Да и мало их осталось. Лесной народ здесь недружелюбен, ши опасны.
— Хорошо, что с нами эр Капаида.
— Для нас – да, для него… это ссылка.
— Уж лучше ссылка, чем внимание Инквизиции.
Эр Алан помолчал, глядя в окно:
— Иногда мне действительно кажется, что ваше место занял кто-то другой.
— Вам это Вит сказала?
— Да, ваша сестра. Разумеется, я не верю. Бывает, человек становится одержимым лесным ши, но это лишает его разума. А вы… просто раньше вас это не интересовало. Вы казались…
— Отстраненной? Зацикленной на цветочках? Я просто выросла, — резко сказала я. — И мне жаль, что вы полюбили меня прежнюю, но отвергаете ту, какой я стала.
Глаза эра Алана вспыхнули. Он подался вперед, сжав руки в кулаки, но это был не гнев. Это было…
— Расскажите мне еще о своем домене, — быстро попросила я.
— Единственное, что в нем хорошо – это земля, — взгляд Воина Реки потух, он собрался с мыслями и продолжал: — Она плодородна, горы защищают нас от холодных северных ветров, но Лес… не позволяет собирать хороший урожай. Люди часто теряют все, что вырастили, и… голодают.
— И уходят?
— Да. Год назад я привез нескольких служителей Семи Богов в свой Храм, но они недолго продержались. Вы сами все увидите.
— А Повелитель Леса у вас есть?
— Люди говорят, что видели змея у края Освещенных Земель. Недалеко от поместья есть развалины старого замка альвов, а Холмы сидов видны из окон дома. В древние времена, каждый такой замок строился на месте силы и охранялся наг-ши, Повелителем, имеющим ипостась змея. Если бы я встретил Верховного альва ближайшего к нам Леса, постарался бы заключить с ним мирный договор, но увы, мы видим лишь мелкую погань: фо-а, сприганов, пикси и всех тех, кто не дает деревенским жителям спокойно жить.
Взгляд эра Алана потеплел:
— Замок Аркадун. Его башни.
Я раздвинула плотные кожаные шторы с моей стороны кареты. Аркадун впечатлял своим величием, хотя уступал по размеру крепости Коэд и выглядел не как неприступная крепость со рвом и подъемным мостом, а как уютное поместье. Некогда уютное, но ныне обветшалое.
—Мы живем в пристройке, — эр Алан быстро охладил мой восторг. — Замок невозможно протопить. И еще, говорят, в нем до сих пор встречаются магические ловушки сидов. И призраки. Я боюсь за дочерей и не разрешаю им входить в Аркадун: Орима увлечена глупыми романами… такими… о любви сидов к человеческим девам, ее также привлекает искусство жителей Холмов. Аретта любопытна и доверчива. Именно поэтому она…
Я навострила уши, но Алан резко поменял тему разговора. Я же сделала отметку в памяти.
Дожди превратили лужайку на подъезде к замку в болото. По нему бродили довольно упитанные свинки. Здесь лето уже сдавало свои позиции. Поместье напомнило мне мою любимую детскую книжку. Там на картинке был изображен пирог в виде замка. Много-много птичек запекли в пирог, семьдесят синичек, сорок семь сорок… Башни особняка напоминали творение из запеченного теста.
Я оперлась на руку эра Алана, готовясь шагнуть с подножки кареты в лужу, и… вскрикнула от неожиданности: мой муж подхватил меня на руки и понес к особняку. Откуда-то выскочило несколько ребятишек. Они радостно кричали и обсыпали нас лепестками цветов. Лепестки тонули в грязи. С каждым шагом эра Алана народу прибывало. Люди, очень бедно одетые, хмурые, тем не менее смотрели на меня с надеждой, а я пыталась изобразить ласковую улыбку.
Я посмотрела назад через плечо мужа. Эр Капаида с унылым видом ковылял по грязи, подняв полы рясы и чавкая сандалиями. Гвельс тоже не выказывал радости. Зато народ оживился. Какая-то высокая женщина, единственная в добротной накидке и вязаном чепце на высокой прическе, вручила жрецу корзинку, накрытую салфеткой. Эр Капаида принюхался к ее содержимому. Лицо его посветлело, он важно благословил женщину, повесив корзинку на руку и сплетя что-то в воздухе.
Эр Алан внес меня в невысокую двухэтажную пристройку, прилепившуюся к громаде особняка вместе с хозяйственными постройками. Алан остановился у узкой лестницы, не торопясь опускать меня на пол. Я вдыхала запах Алана: его кожи, терпковатого пота, дыма.
— Вы можете поставить меня на ноги, — тихо сказала я.
Эр Алан вздрогнул и осторожно выпустил меня из своих объятий. И вовремя: сверху донесся топот ног, по лестнице сбежала очаровательная девочка. Аретта была худенькой, но довольно высокой для своего возраста. Длинные темные волосы были подобраны широкой вышитой лентой, аккуратное, на вид очень дорогое платьице, кокетливо открывало ноги в вязаных чулках и изящных кожаных ботинках. Девочка замерла, раскрыв рот и восторженно глядя на меня карими глазами.
— Это ты жена папы? — выдохнула она. — Теперь ты будешь жить с нами?
— Да, — улыбнулась я. — А ты Аретта?
— Да, — девочка тоже заулыбалась во весь рот с просветами на месте выпавших молочных зубов и затараторила: — Ура! Я все тебе тут покажу! Конечно, когда закончится дождь! А ты привез мне куклу, пап?
