То ли от того, что она не способна была сейчас сконцентрироваться на поисках Искр Жизни, и всему виной тысячи мыслей, так беспорядочно проносящихся в голове, то ли в самом деле Гектора и Олава не было поблизости, но в гостиницу Дариана вернулась без каких-либо новостей о местонахождении нареченных братьев. Зато она подробным образом передала Марису их беседу с Аланом, поделившись с молодым человеком всем, что узнала от книжника о колдунье, что держала ее в неволе. Однако про встречу с самой ведьмой она сказать не решилась, поскольку была абсолютно уверена, что брат не позволит ей отправиться сегодня ночью к Одинокой Горе, а если и отпустит, то только в личном сопровождении. Такой вариант не устраивал Дариану, ибо существовал риск, что колдунья раньше времени раскроет истинные мотивы девушки, и прошлое для нее вновь останется под плотной завесой.
Прежде чем спуститься к ужину, Дариана написала короткую записку господину Коулу с просьбой подготовить Верфиру к заходу солнца. Затем девушка торопливо покинула свою комнату и проследовала в общий зал. Увидев, что Марис еще не пришел, она нашла трактирщика Регана и попросила срочно передать через посыльного свернутый вдвое листок бумаги. Хозяин тотчас исполнил просьбу прекрасной гостьи и сам подал на стол.
Поужинав, Марис и Дариана договорились с самого утра отправиться на поиски братьев уже вместе и вскоре разошлись спать.
Времени у Дарианы было достаточно. Она неторопливо заплела длинные волосы в косу и, собрав в пучок, закрепила чуть ниже затылка кованым гребнем с кровавым рубином и выгравированными драконами. Потом накинула на плечи свой черный атласный плащ и вышла в коридор. Стараясь двигаться бесшумно, девушка спустилась на первый этаж, быстро выскользнула за дверь и устремилась к конюшне.
* * *
Иган прибыл к Одинокой Горе задолго до полуночи, чтобы, не торопясь, выбрать место, где он мог бы спрятаться, но в то же время видеть происходящее и слышать все, о чем будут говорить эти две колдуньи.
Он набросил на себя магические чары, скрывающие само его присутствие для всех без исключения, обладающих даром. Оставив Эола в осиновой роще с другой стороны дороги, Лорд Аттем приблизился к скале с глубокой расселиной и осмотрелся. Наконец, он увидел подходящее место для укрытия и тотчас ступил в непроглядные заросли кустарника.
Различить светящееся жемчугом пятно было проще простого, когда огромная серая кобыла показалась из-за леса. Игану не требовался дневной свет или близкое расстояние, чтобы узнать бесценное украшение своего табуна. Грация, стать, плавные, невесомые движения сухих ног, которые словно и не касались земли и вновь повисали в воздухе. Пышные грива и хвост легким шелком развевались по ветру от резвого галопа, переливаясь алмазной крошкой в лунном свете.
Лорд Аттем не понимал, какого чувства в его душе сейчас больше: радости, что любимая кобыла цела и невредима или изумления по поводу того, как она здесь оказалась. Тем временем Верфира перешла на рысь, а когда приблизилась к скале, и вовсе зашагала. Еще несколько минут потребовалось всаднику и лошади, чтобы подобраться вплотную к месту встречи. Хотя дорожный плащ надежно укрывал свою хозяйку с головы до пят, Иган тотчас узнал девушку, которую впервые увидел у шатра Ингрит. Он снова ощутил ее нежную, теплую, но невероятно опасную магию, что казалась ему такой знакомой и, вместе с тем, чужой и неприветливой.
Девушка спешилась у того самого кустарника, за которым прятался Иган. Она не могла ни увидеть его, ни почувствовать присутствие дара, но ему все же было не по себе сидеть в засаде, ожидая совершенно незнакомых людей неизвестно зачем. Только какая-то внутренняя убежденность и необъяснимое желание упорно вели его к Одинокой Горе.
Волшебница ослабила подпругу и скрутила повод, чтобы лошадь могла пощипать травы, пока хозяйка занята.
- Подожди меня здесь, Верфира, хорошо? – нежный голос девушки больно кольнул Игана в самое сердце. Она ласково огладила кобылу по шее и добавила: - Совсем скоро мы отправимся назад.
Лошадь слегка толкнула хозяйку в плечо своим розовым носом и принялась жадно жевать траву, а девушка медленно побрела к скале. В тот момент, когда кобыла подступила вплотную к кустарнику, чтобы сорвать пучок сочных одуванчиков, Иган едва слышно позвал ее по имени, отчего Верфира резко вскинула голову и стала прислушиваться к тишине. Молодой человек выбрался из своего тайника и нараспев произнес:
- Spiritus Libertas – Spiritus Vitae!
Лошадь тихонько заржала, узнав человека, с которым они связаны нерушимой магией. Иган поднес указательный палец к губам, призывая к спокойствию, а затем принялся искать сахар по карманам. Когда он вынимал несколько кусочков сладкого угощения из внутреннего кармана плаща, то не заметил, как обронил свернутый листок бумаги, ибо все его внимание было обращено на вторую всадницу, въезжающую на опушку перед скалой.
Ведьма устало сползла с лошади и привязала ее к толстой ветке дерева. С натянутой улыбкой она подошла к девушке, а та сию же секунду скинула капюшон с удивительно красивых жемчужного цвета волос, заплетенных у затылка в пучок переплетающихся кос и скрепленных кованым гребнем… Иган тотчас узнал таинственный предмет из своего сна. Молодой человек находился так близко к волшебнице, что, казалось, вот-вот разберет надпись, сделанную на поверхности гребня, и тогда окончательно убедится в абсолютном сходстве реального и видения. Однако он решил пока не делать попыток обнаружить себя, поэтому остался на месте, наблюдая за происходящим.
Девушка с жемчужными волосами сделала шаг навстречу толстой ведьме, а та, потирая руки от нетерпения, произнесла своим скрипучим голосом:
- Ну, что ж, юная госпожа, не передумали вы возвращать свои драгоценные воспоминания?
- Ни в коем случае, - чеканя каждое слово, властно сказала волшебница и отвела левую руку чуть в сторону от себя, над ладонью которой тотчас вспыхнул огненный шар.
Глаза собеседницы неестественно расширились, грозя вывалиться наружу от удивления. Но девушка уже вскинула перед собой правую руку, обращая ладонь к женщине, и через мгновенье та уже висела в полуметре от земли и сыпала проклятиями:
- Да как ты смеешь применять ко мне свою паршивую магию, грязная рабыня?! Да я тебя…
Она не успела договорить, как волшебница с огненным шаром силой мысли заставила ведьму замолчать.
- Ты будешь говорить, когда я разрешу. Настала твоя очередь выполнять распоряжения, - спокойно произнесла девушка. – Кто ты такая?
- Ты заплатишь за эту выходку, дрянная девчонка! Заплатишь собственной кровью! – выплюнула толстуха, но в тот же момент изогнулась в воздухе от невыносимой боли. – Циссия, одна из трех Посланниц Мрака!
- Зачем я тебе понадобилась? – леденящим тоном спросила девушка, от которого у Игана пошел мороз по коже.
Новое магическое воздействие болью, и Циссия ответила сквозь учащенное дыхание:
- Ты понадобилась не мне, а Гримму! Я лишь исполнитель.
- Кто такой этот Гримм? – снова бесчувственно бросила волшебница.
- Гримм – черный маг и правитель Кармагара. Он послал меня на твои поиски и наделил силой, при помощи которой я смогла подчинить твою волю.
- Для чего я ему нужна?
- А разве неясно? Ему страстно хочется обладать твоей магией. Он знает твой секрет, дорогуша…
- Это он отнял мою память? – игнорируя издевку, спросила девушка.
- Верно. С тех пор как он наложил сильнейшие чары на твой разум, ты не могла вспомнить свое прошлое. А вот потеря тобой памяти последних двух месяцев – это исключительно моя заслуга! – хохотнула ведьма. – Я несколько усилила заклинание, и тогда ты больше не могла запомнить ни минуты, находясь под властью темной энергии. До тех пор, пока эти полоумные кочевники не ворвались в маленькую деревеньку на юге Вастакии, где в тот момент мы и находились. Незримая магическая нить, что связывала мой дар с твоим разумом, была порвана. А потом отряд благородных спасителей подоспел, забрав с собой твое бездыханное тело. Я ничего не успела сделать.
Девушка холодно смотрела на мерзкую ухмылку тонких бесцветных губ колдуньи, пока та рассказывала, а когда она замолчала, спокойно спросила:
- Где я могу найти этого Гримма?
- А он сам скоро тебя найдет, можешь не сомневаться, дорогуша! Тогда-то ты заплатишь за свою дерзость сполна! – еще более ехидно бросила Циссия, но в этот самый момент вся краска отлила от ее лица, и она, обмякнув, безмолвно повисла в воздухе.
Из трех Посланниц Мрака теперь осталось только две.
Волшебница с жемчужными волосами направила шар магического огня к все еще висевшему над землей трупу, и пламя тотчас поглотило мертвую ведьму, озаряя всю площадь перед скалой ярким желтым светом. Когда же огонь расправился со следами пребывания Посланницы Мрака в мире живых, девушка погасила языки пламени, освободила лошадь, на которой приехала ведьма и в полной темноте побрела к серебристому свечению у густого кустарника.
Верфира радостно заржала, встречая хозяйку. Она перестала жевать и покорно стояла, пока девушка затягивала подпругу и расправляла поводья. Дариана наклонилась к ногам лошади, увидев белеющий в траве листок бумаги, подобрала его и быстро сунула в карман платья, а затем вспорхнула в седло.
- Скачи быстрее ветра, Верфира! – крикнула волшебница, и они устремились назад в ярмарочный городок, а спустя несколько минут и Иган с Эолом последовали за ними.
* * *
Утром Марис и Дариана, как и договаривались, отправились на поиски Гектора и Олава. И пока они брели между торговых палаток, девушка виноватым тоном поведала брату о своей встрече с Посланницей Мрака на ярмарке и полночном приключении у Одинокой Горы. Естественно, молодой человек пришел в бешенство от подобных признаний Дарианы.
- Сестра, в своем ли ты уме?! Разве не безрассудно было так поступать?! Ведь ты могла снова угодить в ее ловушку и стать пленницей до конца своих дней! О чем ты только думала?! – Марис не мог остановить поток эмоций и отчитывал волшебницу, словно непослушного ребенка.
- Честно? – Дариана состроила жалобный вид.
- Да уж, будь добра! – сердито взглянул старший брат исподлобья.
- Я решила, что вымолить прощения будет легче, чем добиться разрешения, - грустно ответила она, но, к ее величайшему удивлению, вместо того, чтобы обрушиться на девушку с новой воспитательной тирадой, Марис во все горло расхохотался. В силу своего веселого нрава, он не мог долго играть роль строгого старшего брата.
- Однажды ты сведешь меня с ума, Да… Ханна! – быстро поправился он, как раз в тот момент за их спинами раздался мужской голос.
- Над чем это ты так смеешься, друг мой? Твой молодецкий хохот разбудил всю долину, - обернувшись, волшебники увидели улыбающегося капитана Лейнгеля и горячо приветствовали его.
Все трое тотчас зашли в ближайшую таверну и устроились за отдельным столом. Посетителей здесь почти не было, вероятно, все они слонялись по торговым рядам и еще не успели проголодаться. Мужчины заказали легкого домашнего вина, а Дариана попросила принести ей мятный чай.
- Ты со своей службой и жизни не видишь, Осмар! Все печешься о государственной безопасности? – спросил Марис, отпивая из глиняного бокала.
- Описание дела всей моей жизни из твоих уст звучит, как нечто бесполезное и не стоящее внимания, - усмехнулся капитан, совсем не умеющий обижаться. – Мне, правда, всегда моя деятельность представлялась куда более благородным занятием. Но, в общем-то, ты прав! А как ваши дела, госпожа Дариана?
- Благодарю, капитан, со вчерашнего дня мои воспоминания начинают возвращаться, - радостно сообщила она.
- Значит ли это, что вы отыскали Алана? – в надежде спросил Осмар, на что Дариана утвердительно кивнула. – В таком случае, это чудесные новости!
- Ага, а еще наша госпожа-добытчица-воспоминаний-любой-ценой сегодня ночью сбежала к Одинокой Горе и испепелила Посланницу Мрака, - будничным тоном сообщил Марис.
Не раздумывая ни минуты, Осмар произнес:
- Однажды я вам уже говорил это, госпожа Дариана, но повторю еще раз: я необычайно рад, что мы с вами сражаемся на одной стороне! А как продвигаются поиски Гектора и Олава?
- Ну, здесь мы не так преуспели, как в уничтожении темных ведьм, капитан! – беспомощно вздохнул Марис и развел руки в стороны, так и не найдя поддержки Лейнгеля.
- А у меня на этот счет имеется неплохая идея. Вы могли бы поговорить с нашей королевой Бретой по этому поводу. Во-первых, это ее страна, и она может отправить на их поиски целые отряды или разослать гонцов с тайной миссией, а, во-вторых, и это куда важнее, она тоже владеет даром, пусть он не так велик, как ваши способности, однако она умело распоряжается и этим для защиты королевства, - предложил Осмар. – А еще, госпожа Дариана, ее величество лично сообщила мне, что мечтает с вами познакомиться.
- Со мной? – удивилась девушка.
- Именно, - довольно улыбаясь, подтвердил Лейнгель.
- Но откуда она знает о Дариане? – настороженно спросил волшебник.
- Да не изумляйтесь вы так. Она сказала, что слухи идут впереди вас, госпожа. Кто-то из королевских гонцов проезжал мимо того госпиталя в Вастакии, там-то ему и поведали о некой могущественной волшебнице, которая отправилась в Нифы в сопровождении Отряда Особого Назначения под моим руководством. В том поселении история о прекрасной спасительнице с уст не сходит. Когда королева прибыла в свою резиденцию на Великих Равнинах, она вызвала меня и обо всем расспросила. Разумеется, я не стал ничего говорить ни об Искрах Жизни, ни о каких-либо еще подробностях. Лишь подтвердил, что вы, госпожа, спасли тех людей от нападения сотни головорезов. Она очень вдохновенно отзывалась о вашем благородном и бесстрашном поступке.
- Дариана, возможно, Осмар прав, и нам нужно обратиться к королеве Ниф за помощью в наших поисках? В конце концов, знакомства подобного рода могут быть нам полезны, - рассуждал Марис, кажется, уже напрочь забыв о том, что минуту назад испытывал не самые доверительные чувства к этой идее.
- Вероятно, так оно и есть. Капитан, сообщите, пожалуйста, вашей королеве, что я навещу ее, как только ей будет это удобно, - сказала девушка, но в душе ее зародилось какое-то странное и необъяснимое чувство тревоги.
Еще некоторое время капитан пробыл с друзьями в таверне, а затем снова вернулся на службу и напоследок пообещал прислать одного из своих солдат с приглашением от королевы Бреты.
По такому поводу Марис предложил сестре выбрать новое платье, чтобы выглядеть подобающим образом на приеме у столь утонченной дамы, как Брета Ламийская. Они посетили магазинчик нарядов, и, вопреки уговорам брата, Дариана не стала отклоняться от цветовой гаммы своего скромного гардероба и вновь остановила выбор на благородном черном. Зато фасон и сама ткань теперь являли собой особое изящество и тонкий вкус той, которая его наденет, и, несомненно, будет привлекать к себе множество восхищенных взглядов.
- В этом платье ты прекраснее любой королевы! – восторгался Марис, когда они вернулись в гостиницу.
Прежде чем спуститься к ужину, Дариана написала короткую записку господину Коулу с просьбой подготовить Верфиру к заходу солнца. Затем девушка торопливо покинула свою комнату и проследовала в общий зал. Увидев, что Марис еще не пришел, она нашла трактирщика Регана и попросила срочно передать через посыльного свернутый вдвое листок бумаги. Хозяин тотчас исполнил просьбу прекрасной гостьи и сам подал на стол.
Поужинав, Марис и Дариана договорились с самого утра отправиться на поиски братьев уже вместе и вскоре разошлись спать.
Времени у Дарианы было достаточно. Она неторопливо заплела длинные волосы в косу и, собрав в пучок, закрепила чуть ниже затылка кованым гребнем с кровавым рубином и выгравированными драконами. Потом накинула на плечи свой черный атласный плащ и вышла в коридор. Стараясь двигаться бесшумно, девушка спустилась на первый этаж, быстро выскользнула за дверь и устремилась к конюшне.
* * *
Глава 6.
Иган прибыл к Одинокой Горе задолго до полуночи, чтобы, не торопясь, выбрать место, где он мог бы спрятаться, но в то же время видеть происходящее и слышать все, о чем будут говорить эти две колдуньи.
Он набросил на себя магические чары, скрывающие само его присутствие для всех без исключения, обладающих даром. Оставив Эола в осиновой роще с другой стороны дороги, Лорд Аттем приблизился к скале с глубокой расселиной и осмотрелся. Наконец, он увидел подходящее место для укрытия и тотчас ступил в непроглядные заросли кустарника.
Различить светящееся жемчугом пятно было проще простого, когда огромная серая кобыла показалась из-за леса. Игану не требовался дневной свет или близкое расстояние, чтобы узнать бесценное украшение своего табуна. Грация, стать, плавные, невесомые движения сухих ног, которые словно и не касались земли и вновь повисали в воздухе. Пышные грива и хвост легким шелком развевались по ветру от резвого галопа, переливаясь алмазной крошкой в лунном свете.
Лорд Аттем не понимал, какого чувства в его душе сейчас больше: радости, что любимая кобыла цела и невредима или изумления по поводу того, как она здесь оказалась. Тем временем Верфира перешла на рысь, а когда приблизилась к скале, и вовсе зашагала. Еще несколько минут потребовалось всаднику и лошади, чтобы подобраться вплотную к месту встречи. Хотя дорожный плащ надежно укрывал свою хозяйку с головы до пят, Иган тотчас узнал девушку, которую впервые увидел у шатра Ингрит. Он снова ощутил ее нежную, теплую, но невероятно опасную магию, что казалась ему такой знакомой и, вместе с тем, чужой и неприветливой.
Девушка спешилась у того самого кустарника, за которым прятался Иган. Она не могла ни увидеть его, ни почувствовать присутствие дара, но ему все же было не по себе сидеть в засаде, ожидая совершенно незнакомых людей неизвестно зачем. Только какая-то внутренняя убежденность и необъяснимое желание упорно вели его к Одинокой Горе.
Волшебница ослабила подпругу и скрутила повод, чтобы лошадь могла пощипать травы, пока хозяйка занята.
- Подожди меня здесь, Верфира, хорошо? – нежный голос девушки больно кольнул Игана в самое сердце. Она ласково огладила кобылу по шее и добавила: - Совсем скоро мы отправимся назад.
Лошадь слегка толкнула хозяйку в плечо своим розовым носом и принялась жадно жевать траву, а девушка медленно побрела к скале. В тот момент, когда кобыла подступила вплотную к кустарнику, чтобы сорвать пучок сочных одуванчиков, Иган едва слышно позвал ее по имени, отчего Верфира резко вскинула голову и стала прислушиваться к тишине. Молодой человек выбрался из своего тайника и нараспев произнес:
- Spiritus Libertas – Spiritus Vitae!
Лошадь тихонько заржала, узнав человека, с которым они связаны нерушимой магией. Иган поднес указательный палец к губам, призывая к спокойствию, а затем принялся искать сахар по карманам. Когда он вынимал несколько кусочков сладкого угощения из внутреннего кармана плаща, то не заметил, как обронил свернутый листок бумаги, ибо все его внимание было обращено на вторую всадницу, въезжающую на опушку перед скалой.
Ведьма устало сползла с лошади и привязала ее к толстой ветке дерева. С натянутой улыбкой она подошла к девушке, а та сию же секунду скинула капюшон с удивительно красивых жемчужного цвета волос, заплетенных у затылка в пучок переплетающихся кос и скрепленных кованым гребнем… Иган тотчас узнал таинственный предмет из своего сна. Молодой человек находился так близко к волшебнице, что, казалось, вот-вот разберет надпись, сделанную на поверхности гребня, и тогда окончательно убедится в абсолютном сходстве реального и видения. Однако он решил пока не делать попыток обнаружить себя, поэтому остался на месте, наблюдая за происходящим.
Девушка с жемчужными волосами сделала шаг навстречу толстой ведьме, а та, потирая руки от нетерпения, произнесла своим скрипучим голосом:
- Ну, что ж, юная госпожа, не передумали вы возвращать свои драгоценные воспоминания?
- Ни в коем случае, - чеканя каждое слово, властно сказала волшебница и отвела левую руку чуть в сторону от себя, над ладонью которой тотчас вспыхнул огненный шар.
Глаза собеседницы неестественно расширились, грозя вывалиться наружу от удивления. Но девушка уже вскинула перед собой правую руку, обращая ладонь к женщине, и через мгновенье та уже висела в полуметре от земли и сыпала проклятиями:
- Да как ты смеешь применять ко мне свою паршивую магию, грязная рабыня?! Да я тебя…
Она не успела договорить, как волшебница с огненным шаром силой мысли заставила ведьму замолчать.
- Ты будешь говорить, когда я разрешу. Настала твоя очередь выполнять распоряжения, - спокойно произнесла девушка. – Кто ты такая?
- Ты заплатишь за эту выходку, дрянная девчонка! Заплатишь собственной кровью! – выплюнула толстуха, но в тот же момент изогнулась в воздухе от невыносимой боли. – Циссия, одна из трех Посланниц Мрака!
- Зачем я тебе понадобилась? – леденящим тоном спросила девушка, от которого у Игана пошел мороз по коже.
Новое магическое воздействие болью, и Циссия ответила сквозь учащенное дыхание:
- Ты понадобилась не мне, а Гримму! Я лишь исполнитель.
- Кто такой этот Гримм? – снова бесчувственно бросила волшебница.
- Гримм – черный маг и правитель Кармагара. Он послал меня на твои поиски и наделил силой, при помощи которой я смогла подчинить твою волю.
- Для чего я ему нужна?
- А разве неясно? Ему страстно хочется обладать твоей магией. Он знает твой секрет, дорогуша…
- Это он отнял мою память? – игнорируя издевку, спросила девушка.
- Верно. С тех пор как он наложил сильнейшие чары на твой разум, ты не могла вспомнить свое прошлое. А вот потеря тобой памяти последних двух месяцев – это исключительно моя заслуга! – хохотнула ведьма. – Я несколько усилила заклинание, и тогда ты больше не могла запомнить ни минуты, находясь под властью темной энергии. До тех пор, пока эти полоумные кочевники не ворвались в маленькую деревеньку на юге Вастакии, где в тот момент мы и находились. Незримая магическая нить, что связывала мой дар с твоим разумом, была порвана. А потом отряд благородных спасителей подоспел, забрав с собой твое бездыханное тело. Я ничего не успела сделать.
Девушка холодно смотрела на мерзкую ухмылку тонких бесцветных губ колдуньи, пока та рассказывала, а когда она замолчала, спокойно спросила:
- Где я могу найти этого Гримма?
- А он сам скоро тебя найдет, можешь не сомневаться, дорогуша! Тогда-то ты заплатишь за свою дерзость сполна! – еще более ехидно бросила Циссия, но в этот самый момент вся краска отлила от ее лица, и она, обмякнув, безмолвно повисла в воздухе.
Из трех Посланниц Мрака теперь осталось только две.
Волшебница с жемчужными волосами направила шар магического огня к все еще висевшему над землей трупу, и пламя тотчас поглотило мертвую ведьму, озаряя всю площадь перед скалой ярким желтым светом. Когда же огонь расправился со следами пребывания Посланницы Мрака в мире живых, девушка погасила языки пламени, освободила лошадь, на которой приехала ведьма и в полной темноте побрела к серебристому свечению у густого кустарника.
Верфира радостно заржала, встречая хозяйку. Она перестала жевать и покорно стояла, пока девушка затягивала подпругу и расправляла поводья. Дариана наклонилась к ногам лошади, увидев белеющий в траве листок бумаги, подобрала его и быстро сунула в карман платья, а затем вспорхнула в седло.
- Скачи быстрее ветра, Верфира! – крикнула волшебница, и они устремились назад в ярмарочный городок, а спустя несколько минут и Иган с Эолом последовали за ними.
* * *
Утром Марис и Дариана, как и договаривались, отправились на поиски Гектора и Олава. И пока они брели между торговых палаток, девушка виноватым тоном поведала брату о своей встрече с Посланницей Мрака на ярмарке и полночном приключении у Одинокой Горы. Естественно, молодой человек пришел в бешенство от подобных признаний Дарианы.
- Сестра, в своем ли ты уме?! Разве не безрассудно было так поступать?! Ведь ты могла снова угодить в ее ловушку и стать пленницей до конца своих дней! О чем ты только думала?! – Марис не мог остановить поток эмоций и отчитывал волшебницу, словно непослушного ребенка.
- Честно? – Дариана состроила жалобный вид.
- Да уж, будь добра! – сердито взглянул старший брат исподлобья.
- Я решила, что вымолить прощения будет легче, чем добиться разрешения, - грустно ответила она, но, к ее величайшему удивлению, вместо того, чтобы обрушиться на девушку с новой воспитательной тирадой, Марис во все горло расхохотался. В силу своего веселого нрава, он не мог долго играть роль строгого старшего брата.
- Однажды ты сведешь меня с ума, Да… Ханна! – быстро поправился он, как раз в тот момент за их спинами раздался мужской голос.
- Над чем это ты так смеешься, друг мой? Твой молодецкий хохот разбудил всю долину, - обернувшись, волшебники увидели улыбающегося капитана Лейнгеля и горячо приветствовали его.
Все трое тотчас зашли в ближайшую таверну и устроились за отдельным столом. Посетителей здесь почти не было, вероятно, все они слонялись по торговым рядам и еще не успели проголодаться. Мужчины заказали легкого домашнего вина, а Дариана попросила принести ей мятный чай.
- Ты со своей службой и жизни не видишь, Осмар! Все печешься о государственной безопасности? – спросил Марис, отпивая из глиняного бокала.
- Описание дела всей моей жизни из твоих уст звучит, как нечто бесполезное и не стоящее внимания, - усмехнулся капитан, совсем не умеющий обижаться. – Мне, правда, всегда моя деятельность представлялась куда более благородным занятием. Но, в общем-то, ты прав! А как ваши дела, госпожа Дариана?
- Благодарю, капитан, со вчерашнего дня мои воспоминания начинают возвращаться, - радостно сообщила она.
- Значит ли это, что вы отыскали Алана? – в надежде спросил Осмар, на что Дариана утвердительно кивнула. – В таком случае, это чудесные новости!
- Ага, а еще наша госпожа-добытчица-воспоминаний-любой-ценой сегодня ночью сбежала к Одинокой Горе и испепелила Посланницу Мрака, - будничным тоном сообщил Марис.
Не раздумывая ни минуты, Осмар произнес:
- Однажды я вам уже говорил это, госпожа Дариана, но повторю еще раз: я необычайно рад, что мы с вами сражаемся на одной стороне! А как продвигаются поиски Гектора и Олава?
- Ну, здесь мы не так преуспели, как в уничтожении темных ведьм, капитан! – беспомощно вздохнул Марис и развел руки в стороны, так и не найдя поддержки Лейнгеля.
- А у меня на этот счет имеется неплохая идея. Вы могли бы поговорить с нашей королевой Бретой по этому поводу. Во-первых, это ее страна, и она может отправить на их поиски целые отряды или разослать гонцов с тайной миссией, а, во-вторых, и это куда важнее, она тоже владеет даром, пусть он не так велик, как ваши способности, однако она умело распоряжается и этим для защиты королевства, - предложил Осмар. – А еще, госпожа Дариана, ее величество лично сообщила мне, что мечтает с вами познакомиться.
- Со мной? – удивилась девушка.
- Именно, - довольно улыбаясь, подтвердил Лейнгель.
- Но откуда она знает о Дариане? – настороженно спросил волшебник.
- Да не изумляйтесь вы так. Она сказала, что слухи идут впереди вас, госпожа. Кто-то из королевских гонцов проезжал мимо того госпиталя в Вастакии, там-то ему и поведали о некой могущественной волшебнице, которая отправилась в Нифы в сопровождении Отряда Особого Назначения под моим руководством. В том поселении история о прекрасной спасительнице с уст не сходит. Когда королева прибыла в свою резиденцию на Великих Равнинах, она вызвала меня и обо всем расспросила. Разумеется, я не стал ничего говорить ни об Искрах Жизни, ни о каких-либо еще подробностях. Лишь подтвердил, что вы, госпожа, спасли тех людей от нападения сотни головорезов. Она очень вдохновенно отзывалась о вашем благородном и бесстрашном поступке.
- Дариана, возможно, Осмар прав, и нам нужно обратиться к королеве Ниф за помощью в наших поисках? В конце концов, знакомства подобного рода могут быть нам полезны, - рассуждал Марис, кажется, уже напрочь забыв о том, что минуту назад испытывал не самые доверительные чувства к этой идее.
- Вероятно, так оно и есть. Капитан, сообщите, пожалуйста, вашей королеве, что я навещу ее, как только ей будет это удобно, - сказала девушка, но в душе ее зародилось какое-то странное и необъяснимое чувство тревоги.
Еще некоторое время капитан пробыл с друзьями в таверне, а затем снова вернулся на службу и напоследок пообещал прислать одного из своих солдат с приглашением от королевы Бреты.
По такому поводу Марис предложил сестре выбрать новое платье, чтобы выглядеть подобающим образом на приеме у столь утонченной дамы, как Брета Ламийская. Они посетили магазинчик нарядов, и, вопреки уговорам брата, Дариана не стала отклоняться от цветовой гаммы своего скромного гардероба и вновь остановила выбор на благородном черном. Зато фасон и сама ткань теперь являли собой особое изящество и тонкий вкус той, которая его наденет, и, несомненно, будет привлекать к себе множество восхищенных взглядов.
- В этом платье ты прекраснее любой королевы! – восторгался Марис, когда они вернулись в гостиницу.
