– Да за что? Не нашли же ничего!..
Сорняков, с виду весь пылающий от гнева, подскочил к оперу и что-то сердито зашептал тому на ухо.
Глядя, как расширяются глаза оперативника, я понял, что правильно догадался, о чём сейчас говорил обэповец.
Меня заказали «закрыть» по беспределу. И я всё сильнее был уверен, что знал – кто.
– Сколько вам хоть заплатили? – спросил я. – Наверное, больше, чем вы рассчитывали здесь найти...
– Не говори о том, чего не знаешь, – ответил Сорняков, и по его жесту двое оперов подскочили ко мне и заломили мне руки за спинк. – Пакуйте его.
На моих запястьях защёлкнулись наручники.
– Взаимно, капитан, – пропыхтел я, пока меня тащили к выходу. – Ты тоже не знаешь, что я в курсе причин, по которым твоей иностранной «крыше» выгодно моё – пусть даже временное – задержание. Точнее, не знал, когда сюда ехал...
Жаль, что я не мог в те секунды видеть выражение лица Сорнякова. Но думаю, я его сильно огорошил. Больше я ему ничего не мог сейчас сделать.
На самом деле я знал точно лишь часть замысла «Бхаггара». Обэповский рейд был просто санкцией за невыполнение условий «террористов». Когда меня закроют в камеру, Штинк сможет вздохнуть спокойно: тот, кто в принципе мог бы прилететь в Республику и свергнуть его, окажется не у дел, не в силах без своих драконов противостоять «реальному» государству. А потом меня теоретически можно в камере и убить...
Под вопросом оставалось только то, что собирается делать «Бхаггар», когда я перестану маячить на горизонте. Если у них в самом деле есть Кристалл, то у драконников не будет практически никаких шансов выиграть эту войну. Как у меня – спастись и вернуть всё, как было раньше.
Меня вывели из дома и втолкнули внутрь одного из «уазиков». Один опер сел со мной на заднее сиденье, ещё один – на переднее рядом с водителем. Остальные вместе с Сорняковым расселись по другим двум машинам.
Взрыкнул мотор, до этого что-то монотонно бубнивший, и мы поехали.
Из одной неизвестности в другую. Что будет со мной завтра? Смогу ли я выбраться из всего этого трэша и наказать виновных? Что вообще произойдёт через пять минут? Неясно.
Я пристегнулся, откинулся на спинку сиденья и поехал вперёд, навстречу собственной судьбе, смирившись с происходящим и ни на что уже не надеясь.
4
В это же время, в другом часовом поясе.
Нед стоял на чердаке своего жёлтого двухэтажного дома и с пистолетом в руке смотрел в окно на пространство перед зданием, где примерно на десять соток раскинулась его ферма, за оградой окружённая асфальтом парковочных мест и подъездных дорожек.
Молодой, но уже закалённый опытом драконник ждал, когда прибудут те, кого «Бхаггар», или как эта гадость там называется, послал с ним разобраться. Он не считал себя вправе сбежать и бросить драконов на произвол врага, кто бы этим врагом ни был.
И они не заставили себя ждать дольше, чем полчаса после истечения суточного срока.
К «робопарку» подъехал белый минивэн с синей полосой по борту. Оттуда вышло с десяток человек, из которых один был в синей рубашке с галстуком, могущих обозначать принадлежность только к одной профессии, и все направились к дому, начиная расходиться в стороны, чтобы его окружить.
Нед задумчиво пожевал губами. Зачем это «Бхаггару» напрягать местную полицию? Его, драконника, хотят уничтожить как честного человека с помощью обвинений в криминале? Забавно. У него вроде есть разрешение на оружие (травматическое, естественно), да и налоги он исправно платит как зарегистрированный индивидуальный предприниматель... В чём же его хотят уличить?
Догадка заставила драконника стиснуть зубы от досады. Хакерство – вот возможная причина. Эх, не надо было даже начинать этим заниматься... как и слушать Данила с его заданиями.
«Но ведь не Данил натравил на меня ментов, – подумал Нед. – Это сделали «террористы». Вот кто главный враг. А со своим другом я найду что делать. Но позже. Когда разберусь со всем этим...»
Он спустился с чердака на второй этаж и, глядя на то, как часть блюстителей правопорядка заходит в дом, а остальные окружают строение, достал драконофон. Открыл на нём специальное приложение, выбрал из списка одного из своих драконов, нажал на экран и заговорил:
– Слинк, кинш афка топ-ду ен рох, ахц угля дзун ырн ы чет.
Так Нед на драконьем языке приказал своему дракону Света по имени Слинк, когда люди войдут в дом, подлететь к окну второго этажа и там подождать, зависнув в воздухе.
Нед убрал драконофон как раз в тот момент, когда единственный из прибывших, кто был в синей форме, поднявшись по лестнице, остановился напротив драконника. Ещё двое служителей закона стояли по бокам и чуть сзади, очевидно, от своего начальника.
– Нед Кристофер Хеглен? – небрежно сказал полицейский. – Вам придётся проехать с нами.
– Во-первых, Нед Кристофер Джеймс Мартин Хеглен-Хармс. Во-вторых, представьтесь и назовите цель своего визита на частную территорию. В-третьих, я не только гражданин России, но и подданный Великобритании, поэтому я требую присутствия консула...
– А это ты видел? – Мент показал вместо удостоверения средний палец. – Консула тебе подавай... Не заслужил! Держите его, а мы пока поищем что-нибудь нелегальное...
«Нет, всё-таки не хакерство, – подумал Нед, когда к нему направились двое спутников наглого полицейского. – А так, чистой воды беспредел... А значит, они ничего не докажут, все обвинения – фейк и я имею право спасаться».
Он подпустил оперативников поближе. За миг до того, как они схватили бы его, он вдруг рванулся к окну, распахнул створку и запрыгнул на Слинка, двухметрового ярко-жёлтого дракона с острым носом и большими крыльями, пригнувшись, чтобы начавшие стрелять Неду вслед менты случайно в него не попали.
Нед сразу направил Слинка вверх и вдаль, прочь от перестрелки, которая для него сейчас была ну никак не к месту и не ко времени. Те из полицейских, что стояли снаружи вокруг дома, тоже начали палить ему вслед, но расстояние было уже слишком велико.
Нед временно спасся. Но надо было спасти и драконов.
Поэтому, отлетев от фермы примерно на километр, он вновь активировал на драконофоне то приложение и заговорил, обращаясь ко всем своим подопечным, у которых в ошейники были встроены радиомаяки с функцией приёма:
– Внимание всем! – Это был тот же Великий диалект драконьего языка, на котором Нед и подозвал к окну Слинка. – Срочно все оттуда убирайтесь. Те, кто не умеет летать, пусть сядут на спину тем, кто умеет. Главное – быстро, чтобы вас не убили! Летим туда, куда я скажу. Есть одно место, куда эти уроды точно не доберутся...
5
Ульяна сидела на своём драконе Металла, обхватив его за шею, и смотрела на экран драконофона, где с разных ракурсов показывалось пространство на полсотни метров вокруг её фермы.
Сам дракон стоял на всех четырёх лапах прямо перед открытым люком «метро», а по сторонам столпились все остальные, которые должны были направиться следом во тьму туннеля.
Ульяна вчера, после того как услышала о грозящей опасности, не теряла времени зря. Она купила в городе несколько мини-видеокамер и утыкала ими укромные уголки на подступах к ферме, чтобы видеть приближение любого человека, дракона или машины. А утром она позвонила Стасу и непререкаемым тоном предупредила его, чтобы он сегодня – желательно на весь день – пошёл куда-нибудь, где его трудно будет найти. Пусть о её друге «Бхаггар», как она надеялась, не знает, но перестраховаться никогда не повредит.
Когда Ульяна уже отключила связь со Стасом, она увидела на дисплее, что ей звонит Данил. «Что ему нужно? Вроде вчера мы всё выяснили... А может, ему нужна помощь? Нет, он из тех, кто стремится со всем справиться сам. А у меня и свои задачи имеются», – подумала драконница, сбросила звонок и включила веб-трансляцию с камер.
И вот теперь она ждала, пока кто-нибудь не прибудет от «террористов» по её душу.
...Тёмную точку в одном из квадратов общей панорамы Ульяна заметила практически сразу, но решила подождать, когда та окажется ближе и будет видно, что это такое. Хотя определённые сомнения в дружественности этого объекта у неё возникли в тот же миг.
И верно. Точка превратилась в подъезжающий по грунтовке микроавтобус белого цвета с чем-то синим на борту. «Ага, понятно», – кивнула про себя Ульяна и ухнула на драконе в тёмный провал люка.
Её уж по беспределу захватить точно не удастся.
Подождав, пока на фанерный настил «станции» по очереди слетят или шмякнутся с высоты все её драконы, Ульяна подлетела к дыре и закрыла люк, прежде чем в пределах прямой видимости появятся незваные гости.
Ну всё, а теперь – время улепётывать со всех ног, крыльев и скорости конвейера.
Но... куда?
«Подальше от «Бхаггара», – подумала Ульяна. – Подальше от предателя Штинка и его наймитов. Куда-нибудь... на восток».
Она нажала нужную кнопку на стене туннеля и во главе своего драконьего отряда полетела быстрее ураганного ветра над движущейся с максимальной быстротой металлической лентой в том направлении, где было меньше ферм (строго говоря, всего одна) и где приближалась к нулю вероятность встретиться с врагами.
НЕ НУЖНО НЕДООЦЕНИВАТЬ...
1
К остановке подошёл автобус с нужным номером, и Даша, переждав небольшую волну выходящих оттуда людей, в одиночку поднялась в салон по высоким ступенькам. Нашла свободное место у окна, и тогда автобус тронулся, пыхнув бензиновыми парами.
Даша достала из кармана своих чёрных шорт, которые были на ней вместе с чёрной же футболкой, свой старый простой смартфон, откуда до сих пор не переставила в драконофон симку, и через приложение оплатила проезд. Повернулась к окну и стала задумчиво наблюдать за тем, как дома, отделённые от неё толстым стеклом, краем проезжей части, тротуарами и газонами, уносятся назад, а попутные машины, наоборот, обгоняют автобус.
«Вот так же и я, – подумала Даша, – совсем как этот автобус, проезжаю мимо одних и в то же время не могу угнаться за другими. Семья, учёба, планы на поступление... всё это было фоном моей жизни, мимо которого я проходила каждый день, но считала его тем главным, что должно потом остаться в памяти. Но на самом деле это не занимает меня; это обычная повседневная рутина, в которую я от скуки пыталась по незнанию втянуться. В ней я стою, как вон тот серый длинный дом, и не двигаюсь с места.
А двигаться хочется. Но я хочу выбрать собственную скорость, а не гнаться за драконниками, которые могут чётко, в мельчайших деталях мыслить минутами, часами, даже днями, но неспособны помесячно простроить свои перспективы на несколько лет. Данил и Ульяна так-то неплохие люди, но больно уж суетливы. И вот из-за этого мне как раз и перестали нравиться все эти их игры в войну и самостоятельность...
Однако что плохого в том, чтобы быть драконницей, так сказать, «на полставки»? Как раз получится совмещать скучную обычную жизнь с уходом за драконами по выходным и встречами с другими драконниками по праздникам... а также с помощью им в действительно трудных ситуациях. Как, например, вот в этой...»
Даша вспомнила, как проворочалась в постели полночи, думая о своих словах, сказанных Данилу, когда он только что её освободил. Жить своей жизнью... не влезать в разборки... возможно ли такое вообще, чтобы она имела право говорить это в глаза человеку, который её спас? «Наверное, возможно... но, увы, не сейчас, – подумала тогда Даша. – Данил был прав: меня уже использовали. А потом могут использовать и ещё раз, если я ничего не предприму. Нет, я должна вмешаться. В последний раз встрять в авантюру и спутать противникам все карты, – чтобы потом, наконец, начать жить согласно своим желаниям».
От ночных раздумий мысли Даши перескочили к событиям этого утра.
Когда её родители уехали по своим делам, она тоже вышла из квартиры, незаметно поставила на подоконнике на лестничной площадке веб-камеру, направленную на дверь её квартиры, замаскировала гаджет каким-то мусором и вышла из подъезда. Но не ушла, а просто завернула за угол и спряталась за фонарём, который практически полностью скрывал её обманчиво хрупкую фигурку. Настроила трансляцию и стала на смартфоне смотреть за входом в квартиру, регулярно поглядывая на подъезд и на тех, кто заходил в дом.
Какое-то время спустя она заметила двоих подозрительного вида мужчин, которые прикатили на чёрной машине и, провернув какой-то трюк с домофоном, прошли внутрь подъезда. Даша прильнула спиной к фонарному столбу и уткнулась взглядом в экран.
Она увидела, как в поле зрения камеры появились те двое – в майках, джинсовых шортах и тёмных очках, подошли к двери... один присел и начал ковыряться чем-то в замке. «Засаду хотят устроить», – поняла Даша, досмотрела видео взлома квартиры, вызвала на адрес полицию и пошла прочь от своего дома, где теперь больше не могла чувствовать себя, как раньше, защищённой.
«Пусть узнают, что бывает за проникновение в чужое жилище, – думала девушка. – Считали, что самые крутые и им ничего за это не будет? А вот и будет! Не нужно недооценивать таких, как я, подростков: мы ведь можем и ответить».
А по дороге на остановку она достала также взятый с собой драконофон и активировала установленную ещё весной нелицензионную программу.
Даша и до этого не собиралась навсегда бросать своих Сказочных драконов. Чтобы не заставлять своего любимца, Чёрного Махлилгла, постоянно летать вдали от родной пещеры, высматривая «хозяйку», она купила для него ошейник с радиобрелком, – как для собаки. Повесила дракону на шею и постепенно обучила того, когда брелок завибрирует, прилетать в определённое место.
Туда, куда Даша ехала сейчас.
В примыкающий к городу заповедник «Столбы».
2
Полицейские «уазики» мчались по шоссе в направлении города. Судя по тому, с какой быстротой проносились в окне деревья, ехали мы километров сто в час, а может, и больше. Менты держались у верхней границы разрешённой скорости, но я подумывал, что они способны и перейти этот предел... если машины выдержат.
Хотя бы не тормозили резко и окно из-за жары не закрывали, так что меня, к счастью, не укачивало. А какое было бы искушение залить содержимым желудка всю машину...
Я сидел на неудобном, обитом чем-то непонятным сиденье, периодически разминал запястья в наручниках и с горечью думал о том, что сам себя загнал в эту ловушку.
Ведь если Штинк решил бороться со мной с помощью официальных органов, то это значит, что меня он считает одним из самых опасных своих противников. А если я бы не мелькал в основных заварушках между драконниками и викингами в последние два года, то и нужды так меня «гасить» не было бы. Обошёлся бы чем-нибудь другим...
Думая об этом, я стиснул и тут же разжал зубы.
Нет, я бы так не смог. Не смог бы остаться в стороне, когда надо было вытаскивать из плена прапрадеда Ульяны, профессора Хеглена. Не смог бы утереться и промолчать, когда у нас украли Четвёртый Кристалл. Не принял бы как должное требование выложить в Интернет разоблачающий видеоролик в обмен на жизнь и свободу моих друзей и близких.
Если бы я поступал так, то вряд ли я бы нашёл у Ульяны поддержку в начале своего нового пути. Не смог бы сблизиться с теми, кто вчера косвенно помог мне освободить Дашу и нарыл сведения, которые стали отправной точкой наших рассуждений. По сути, я бы и драконником-то настоящим в таком случае не был.
Сорняков, с виду весь пылающий от гнева, подскочил к оперу и что-то сердито зашептал тому на ухо.
Глядя, как расширяются глаза оперативника, я понял, что правильно догадался, о чём сейчас говорил обэповец.
Меня заказали «закрыть» по беспределу. И я всё сильнее был уверен, что знал – кто.
– Сколько вам хоть заплатили? – спросил я. – Наверное, больше, чем вы рассчитывали здесь найти...
– Не говори о том, чего не знаешь, – ответил Сорняков, и по его жесту двое оперов подскочили ко мне и заломили мне руки за спинк. – Пакуйте его.
На моих запястьях защёлкнулись наручники.
– Взаимно, капитан, – пропыхтел я, пока меня тащили к выходу. – Ты тоже не знаешь, что я в курсе причин, по которым твоей иностранной «крыше» выгодно моё – пусть даже временное – задержание. Точнее, не знал, когда сюда ехал...
Жаль, что я не мог в те секунды видеть выражение лица Сорнякова. Но думаю, я его сильно огорошил. Больше я ему ничего не мог сейчас сделать.
На самом деле я знал точно лишь часть замысла «Бхаггара». Обэповский рейд был просто санкцией за невыполнение условий «террористов». Когда меня закроют в камеру, Штинк сможет вздохнуть спокойно: тот, кто в принципе мог бы прилететь в Республику и свергнуть его, окажется не у дел, не в силах без своих драконов противостоять «реальному» государству. А потом меня теоретически можно в камере и убить...
Под вопросом оставалось только то, что собирается делать «Бхаггар», когда я перестану маячить на горизонте. Если у них в самом деле есть Кристалл, то у драконников не будет практически никаких шансов выиграть эту войну. Как у меня – спастись и вернуть всё, как было раньше.
Меня вывели из дома и втолкнули внутрь одного из «уазиков». Один опер сел со мной на заднее сиденье, ещё один – на переднее рядом с водителем. Остальные вместе с Сорняковым расселись по другим двум машинам.
Взрыкнул мотор, до этого что-то монотонно бубнивший, и мы поехали.
Из одной неизвестности в другую. Что будет со мной завтра? Смогу ли я выбраться из всего этого трэша и наказать виновных? Что вообще произойдёт через пять минут? Неясно.
Я пристегнулся, откинулся на спинку сиденья и поехал вперёд, навстречу собственной судьбе, смирившись с происходящим и ни на что уже не надеясь.
4
В это же время, в другом часовом поясе.
Нед стоял на чердаке своего жёлтого двухэтажного дома и с пистолетом в руке смотрел в окно на пространство перед зданием, где примерно на десять соток раскинулась его ферма, за оградой окружённая асфальтом парковочных мест и подъездных дорожек.
Молодой, но уже закалённый опытом драконник ждал, когда прибудут те, кого «Бхаггар», или как эта гадость там называется, послал с ним разобраться. Он не считал себя вправе сбежать и бросить драконов на произвол врага, кто бы этим врагом ни был.
И они не заставили себя ждать дольше, чем полчаса после истечения суточного срока.
К «робопарку» подъехал белый минивэн с синей полосой по борту. Оттуда вышло с десяток человек, из которых один был в синей рубашке с галстуком, могущих обозначать принадлежность только к одной профессии, и все направились к дому, начиная расходиться в стороны, чтобы его окружить.
Нед задумчиво пожевал губами. Зачем это «Бхаггару» напрягать местную полицию? Его, драконника, хотят уничтожить как честного человека с помощью обвинений в криминале? Забавно. У него вроде есть разрешение на оружие (травматическое, естественно), да и налоги он исправно платит как зарегистрированный индивидуальный предприниматель... В чём же его хотят уличить?
Догадка заставила драконника стиснуть зубы от досады. Хакерство – вот возможная причина. Эх, не надо было даже начинать этим заниматься... как и слушать Данила с его заданиями.
«Но ведь не Данил натравил на меня ментов, – подумал Нед. – Это сделали «террористы». Вот кто главный враг. А со своим другом я найду что делать. Но позже. Когда разберусь со всем этим...»
Он спустился с чердака на второй этаж и, глядя на то, как часть блюстителей правопорядка заходит в дом, а остальные окружают строение, достал драконофон. Открыл на нём специальное приложение, выбрал из списка одного из своих драконов, нажал на экран и заговорил:
– Слинк, кинш афка топ-ду ен рох, ахц угля дзун ырн ы чет.
Так Нед на драконьем языке приказал своему дракону Света по имени Слинк, когда люди войдут в дом, подлететь к окну второго этажа и там подождать, зависнув в воздухе.
Нед убрал драконофон как раз в тот момент, когда единственный из прибывших, кто был в синей форме, поднявшись по лестнице, остановился напротив драконника. Ещё двое служителей закона стояли по бокам и чуть сзади, очевидно, от своего начальника.
– Нед Кристофер Хеглен? – небрежно сказал полицейский. – Вам придётся проехать с нами.
– Во-первых, Нед Кристофер Джеймс Мартин Хеглен-Хармс. Во-вторых, представьтесь и назовите цель своего визита на частную территорию. В-третьих, я не только гражданин России, но и подданный Великобритании, поэтому я требую присутствия консула...
– А это ты видел? – Мент показал вместо удостоверения средний палец. – Консула тебе подавай... Не заслужил! Держите его, а мы пока поищем что-нибудь нелегальное...
«Нет, всё-таки не хакерство, – подумал Нед, когда к нему направились двое спутников наглого полицейского. – А так, чистой воды беспредел... А значит, они ничего не докажут, все обвинения – фейк и я имею право спасаться».
Он подпустил оперативников поближе. За миг до того, как они схватили бы его, он вдруг рванулся к окну, распахнул створку и запрыгнул на Слинка, двухметрового ярко-жёлтого дракона с острым носом и большими крыльями, пригнувшись, чтобы начавшие стрелять Неду вслед менты случайно в него не попали.
Нед сразу направил Слинка вверх и вдаль, прочь от перестрелки, которая для него сейчас была ну никак не к месту и не ко времени. Те из полицейских, что стояли снаружи вокруг дома, тоже начали палить ему вслед, но расстояние было уже слишком велико.
Нед временно спасся. Но надо было спасти и драконов.
Поэтому, отлетев от фермы примерно на километр, он вновь активировал на драконофоне то приложение и заговорил, обращаясь ко всем своим подопечным, у которых в ошейники были встроены радиомаяки с функцией приёма:
– Внимание всем! – Это был тот же Великий диалект драконьего языка, на котором Нед и подозвал к окну Слинка. – Срочно все оттуда убирайтесь. Те, кто не умеет летать, пусть сядут на спину тем, кто умеет. Главное – быстро, чтобы вас не убили! Летим туда, куда я скажу. Есть одно место, куда эти уроды точно не доберутся...
5
Ульяна сидела на своём драконе Металла, обхватив его за шею, и смотрела на экран драконофона, где с разных ракурсов показывалось пространство на полсотни метров вокруг её фермы.
Сам дракон стоял на всех четырёх лапах прямо перед открытым люком «метро», а по сторонам столпились все остальные, которые должны были направиться следом во тьму туннеля.
Ульяна вчера, после того как услышала о грозящей опасности, не теряла времени зря. Она купила в городе несколько мини-видеокамер и утыкала ими укромные уголки на подступах к ферме, чтобы видеть приближение любого человека, дракона или машины. А утром она позвонила Стасу и непререкаемым тоном предупредила его, чтобы он сегодня – желательно на весь день – пошёл куда-нибудь, где его трудно будет найти. Пусть о её друге «Бхаггар», как она надеялась, не знает, но перестраховаться никогда не повредит.
Когда Ульяна уже отключила связь со Стасом, она увидела на дисплее, что ей звонит Данил. «Что ему нужно? Вроде вчера мы всё выяснили... А может, ему нужна помощь? Нет, он из тех, кто стремится со всем справиться сам. А у меня и свои задачи имеются», – подумала драконница, сбросила звонок и включила веб-трансляцию с камер.
И вот теперь она ждала, пока кто-нибудь не прибудет от «террористов» по её душу.
...Тёмную точку в одном из квадратов общей панорамы Ульяна заметила практически сразу, но решила подождать, когда та окажется ближе и будет видно, что это такое. Хотя определённые сомнения в дружественности этого объекта у неё возникли в тот же миг.
И верно. Точка превратилась в подъезжающий по грунтовке микроавтобус белого цвета с чем-то синим на борту. «Ага, понятно», – кивнула про себя Ульяна и ухнула на драконе в тёмный провал люка.
Её уж по беспределу захватить точно не удастся.
Подождав, пока на фанерный настил «станции» по очереди слетят или шмякнутся с высоты все её драконы, Ульяна подлетела к дыре и закрыла люк, прежде чем в пределах прямой видимости появятся незваные гости.
Ну всё, а теперь – время улепётывать со всех ног, крыльев и скорости конвейера.
Но... куда?
«Подальше от «Бхаггара», – подумала Ульяна. – Подальше от предателя Штинка и его наймитов. Куда-нибудь... на восток».
Она нажала нужную кнопку на стене туннеля и во главе своего драконьего отряда полетела быстрее ураганного ветра над движущейся с максимальной быстротой металлической лентой в том направлении, где было меньше ферм (строго говоря, всего одна) и где приближалась к нулю вероятность встретиться с врагами.
Глава 11
НЕ НУЖНО НЕДООЦЕНИВАТЬ...
1
К остановке подошёл автобус с нужным номером, и Даша, переждав небольшую волну выходящих оттуда людей, в одиночку поднялась в салон по высоким ступенькам. Нашла свободное место у окна, и тогда автобус тронулся, пыхнув бензиновыми парами.
Даша достала из кармана своих чёрных шорт, которые были на ней вместе с чёрной же футболкой, свой старый простой смартфон, откуда до сих пор не переставила в драконофон симку, и через приложение оплатила проезд. Повернулась к окну и стала задумчиво наблюдать за тем, как дома, отделённые от неё толстым стеклом, краем проезжей части, тротуарами и газонами, уносятся назад, а попутные машины, наоборот, обгоняют автобус.
«Вот так же и я, – подумала Даша, – совсем как этот автобус, проезжаю мимо одних и в то же время не могу угнаться за другими. Семья, учёба, планы на поступление... всё это было фоном моей жизни, мимо которого я проходила каждый день, но считала его тем главным, что должно потом остаться в памяти. Но на самом деле это не занимает меня; это обычная повседневная рутина, в которую я от скуки пыталась по незнанию втянуться. В ней я стою, как вон тот серый длинный дом, и не двигаюсь с места.
А двигаться хочется. Но я хочу выбрать собственную скорость, а не гнаться за драконниками, которые могут чётко, в мельчайших деталях мыслить минутами, часами, даже днями, но неспособны помесячно простроить свои перспективы на несколько лет. Данил и Ульяна так-то неплохие люди, но больно уж суетливы. И вот из-за этого мне как раз и перестали нравиться все эти их игры в войну и самостоятельность...
Однако что плохого в том, чтобы быть драконницей, так сказать, «на полставки»? Как раз получится совмещать скучную обычную жизнь с уходом за драконами по выходным и встречами с другими драконниками по праздникам... а также с помощью им в действительно трудных ситуациях. Как, например, вот в этой...»
Даша вспомнила, как проворочалась в постели полночи, думая о своих словах, сказанных Данилу, когда он только что её освободил. Жить своей жизнью... не влезать в разборки... возможно ли такое вообще, чтобы она имела право говорить это в глаза человеку, который её спас? «Наверное, возможно... но, увы, не сейчас, – подумала тогда Даша. – Данил был прав: меня уже использовали. А потом могут использовать и ещё раз, если я ничего не предприму. Нет, я должна вмешаться. В последний раз встрять в авантюру и спутать противникам все карты, – чтобы потом, наконец, начать жить согласно своим желаниям».
От ночных раздумий мысли Даши перескочили к событиям этого утра.
Когда её родители уехали по своим делам, она тоже вышла из квартиры, незаметно поставила на подоконнике на лестничной площадке веб-камеру, направленную на дверь её квартиры, замаскировала гаджет каким-то мусором и вышла из подъезда. Но не ушла, а просто завернула за угол и спряталась за фонарём, который практически полностью скрывал её обманчиво хрупкую фигурку. Настроила трансляцию и стала на смартфоне смотреть за входом в квартиру, регулярно поглядывая на подъезд и на тех, кто заходил в дом.
Какое-то время спустя она заметила двоих подозрительного вида мужчин, которые прикатили на чёрной машине и, провернув какой-то трюк с домофоном, прошли внутрь подъезда. Даша прильнула спиной к фонарному столбу и уткнулась взглядом в экран.
Она увидела, как в поле зрения камеры появились те двое – в майках, джинсовых шортах и тёмных очках, подошли к двери... один присел и начал ковыряться чем-то в замке. «Засаду хотят устроить», – поняла Даша, досмотрела видео взлома квартиры, вызвала на адрес полицию и пошла прочь от своего дома, где теперь больше не могла чувствовать себя, как раньше, защищённой.
«Пусть узнают, что бывает за проникновение в чужое жилище, – думала девушка. – Считали, что самые крутые и им ничего за это не будет? А вот и будет! Не нужно недооценивать таких, как я, подростков: мы ведь можем и ответить».
А по дороге на остановку она достала также взятый с собой драконофон и активировала установленную ещё весной нелицензионную программу.
Даша и до этого не собиралась навсегда бросать своих Сказочных драконов. Чтобы не заставлять своего любимца, Чёрного Махлилгла, постоянно летать вдали от родной пещеры, высматривая «хозяйку», она купила для него ошейник с радиобрелком, – как для собаки. Повесила дракону на шею и постепенно обучила того, когда брелок завибрирует, прилетать в определённое место.
Туда, куда Даша ехала сейчас.
В примыкающий к городу заповедник «Столбы».
2
Полицейские «уазики» мчались по шоссе в направлении города. Судя по тому, с какой быстротой проносились в окне деревья, ехали мы километров сто в час, а может, и больше. Менты держались у верхней границы разрешённой скорости, но я подумывал, что они способны и перейти этот предел... если машины выдержат.
Хотя бы не тормозили резко и окно из-за жары не закрывали, так что меня, к счастью, не укачивало. А какое было бы искушение залить содержимым желудка всю машину...
Я сидел на неудобном, обитом чем-то непонятным сиденье, периодически разминал запястья в наручниках и с горечью думал о том, что сам себя загнал в эту ловушку.
Ведь если Штинк решил бороться со мной с помощью официальных органов, то это значит, что меня он считает одним из самых опасных своих противников. А если я бы не мелькал в основных заварушках между драконниками и викингами в последние два года, то и нужды так меня «гасить» не было бы. Обошёлся бы чем-нибудь другим...
Думая об этом, я стиснул и тут же разжал зубы.
Нет, я бы так не смог. Не смог бы остаться в стороне, когда надо было вытаскивать из плена прапрадеда Ульяны, профессора Хеглена. Не смог бы утереться и промолчать, когда у нас украли Четвёртый Кристалл. Не принял бы как должное требование выложить в Интернет разоблачающий видеоролик в обмен на жизнь и свободу моих друзей и близких.
Если бы я поступал так, то вряд ли я бы нашёл у Ульяны поддержку в начале своего нового пути. Не смог бы сблизиться с теми, кто вчера косвенно помог мне освободить Дашу и нарыл сведения, которые стали отправной точкой наших рассуждений. По сути, я бы и драконником-то настоящим в таком случае не был.
