– Фамилия?
– Дорнтон, Амелия.
– Тебя нет в списках, – равнодушно пожала плечами секретарша, пролистав какие-то бумаги. – А значит, ты не приходила и не сдавала.
– Леди Айвери, – елейным голосом начала я, – мне кажется или вы присутствовали на том моменте, когда декан Сарентон сказал, что я прошла собеседование? Скажете, что у меня были галлюцинации?
Женщина впервые за все время нашего разговора посмотрела на меня, оглядела, будто я товар на рынке.
– А-а-а, эта… – протянула она и отвернулась.
– Леди Айвери! – начала заводиться я. – Может, поясните наконец, почему моя фамилия не попала в список?
– Формы жалоб там, – пилка указала в направлении подоконника.
Жалобы – это отлично, жалобы – это просто замечательно, но не в моем случае. Потому что по факту совершенно недоказуемо, что декан мне что-то обещал, если он это сам не подтвердит.
– Леди Айвери, мне вот интересно, это декан Сарентон слова не держит или это ваша личная инициатива?
Женщина внимательно оглядела меня, лениво так.
– Пошла. Вон. Отсюда. И чтобы на факультете я тебя больше не видела!
– Или что? – сузила глаза я, нащупывая в складках одежды кинжал, который сегодня не брала с собой. Демон!
И мне было из-за чего переполошиться, потому что секретарша закрутила вокруг себя тайфун воздуха. На этот раз ничего не взмыло вверх и не раскидало по кабинету, но только потому, что она просто предупреждала, а не атаковала в реальности.
– Леди Айвери! – взъярилась я и только собралась сказать все, что я об этом думаю (не поможет, так хоть душу отведу), как из дверей своего кабинета вышел декан собственной, так сказать, персоной.
– Что здесь происходит? – искренне удивился он и посмотрел на нас по очереди, хмурясь с каждой секундой. – Леди Дорнтон?
– Это я у вас хотела спросить, что происходит! – запальчиво сказала я, но потом снизила голос. – Я пришла выяснить, почему не попала в список претендентов, а леди Айвери на меня, кажется, собирается напасть.
Неконвенционная война – она такая, да. Я не ябеда, но кое-кто перегнул палку, причем совершенно на ровном месте.
– Леди Айвери? – спокойно повернулся мужчина к своей секретарше.
– Я ей сказала, где взять бланк жалобы, если ее что-то не устраивает.
– И что я там напишу? Что декан Сарантон в этой самой комнате при свидетеле сказал, что я прошла собеседование и если сдам экзамены, то смогу поступить на этот факультет? Только одна печаль, – посмотрела я в упор на декана, – почему-то все, кроме меня, об этом забыли. Наверное, у меня все же были галлюцинации.
– Так, стоп, – мужчина поднял руки вверх, – еще раз, только без эмоций, пожалуйста. На каком месте вы были по результатам спарринга?
– Семьдесят восьмом, а по экзаменам шестнадцатой. Смею надеяться, что вашу проверку на трусость и глупость я тоже прошла.
– Хм… Леди Айвери, будьте добры списки первокурсников.
Женщина протянула несколько листов.
– Так… так… Действительно. Но вас нет в списках прошедших собеседование?
– Но вы же… – я тяжело вздохнула, уже понимая, что вряд ли чего-то добьюсь. Но декан меня удивил.
– Я помню, что говорил, леди Дорнтон, и от своих слов не отказываюсь. Так вы не передумали насчет моего факультета? – спросил он и бросил какой-то непонятный взгляд на леди Айвери, от чего ту аж перекосило.
– Нет, я не передумала, – гордо ответила я.
– Хорошо, пройдемте в кабинет, поговорим.
Я пожала плечами, вошла в двери и села на предложенный стул, стоящий около массивного стола. Проследила, как декан опускается в свое монументальное кресло.
Мы помолчали несколько секунд, потом он заговорил:
– Вам придется приложить много усилий, чтобы выдержать темп учебы, леди Дорнтон. У нас многие девушки со старших курсов уже решили перевестись, даже молодые люди не все выдерживают.
– Мне это подходит, – покачала головой я. – К тому же я могу быть полезна Департаменту.
– Вы так же можете быть полезны и в качестве гражданского консультанта.
– Не так же, – опять не согласилась я. – Знания и умения, которые я получу тут, смогут сделать мою работу… полноценной, что ли?
– Ваш приемный отец, герцог Дорнтон…
– Просил меня не брать?
– Нет, просил за вами приглядеть, но спуску не давать, – усмехнулся декан. – И не перебивайте, когда с вами старшие говорят.
– Извините, – склонила я голову. Неприятно, пожурили как какого-то малолетнего ребенка.
– Герцог не в восторге от вашего выбора.
– Я знаю, но он не запрещал…
– Я не закончил, – декан нахмурился. – Он не в восторге, но просил передать, что он вами гордится.
– Спасибо! – искренне поблагодарила я, но тут же вспомнила о недавнем эпизоде: – То есть вы знали, что я поступила, и…
– Произошла всего лишь досадная ошибка, вам надо было просто подойти ко мне и все выяснить.
Угу, кажется, я даже знаю, как эту “досадную ошибку” зовут...
– Я и пришла выяснить, – чуть обиженно прошептала я.
– Понимаю ваши чувства, – кивнул мужчина, а я поняла, что нет, ничего он не понимает и понимать не хочет, а я перегнула с эмоциональностью.
– Что ж, я очень рада, что ситуация разрешилась. И рада, что вы держите свое слово.
Ух, какой взгляд! Ох, сколько возмущения и, я бы даже сказала, праведного гнева! Я бы впечатлилась, но меня одаривали и худшими, один только разочарованный взгляд герцогини чего стоит.
Я, наоборот, расправила плечи и выпрямилась.
– Кажется, я не давал повода считать, что мое слово ничего не стоит.
– Не давали, – я улыбнулась. – Но что я могла подумать? И я действительно рада, что ошиблась.
– Как вы собираетесь работать в Департаменте безопасности, вообще не имея пиетета перед старшими?
– Честно и добросовестно, – послушным болванчиком закивала я.
Ну а какого ответа он от меня хотел? Да, я себе на уме; да, я временами хамка; и да, мнение очень маленького количества людей для меня хоть что-то значит. Точнее, их всего трое: герцог, герцогиня и Эрик. Ну теперь к этому списку, наверное, можно добавить декана, от которого напрямую зависит, сколько я тут проучусь.
Мужчина тяжело вздохнул, побарабанил пальцами по столу.
– Рад за вас, но лучше поберегите свое веселье до начала занятий. Собственно, я вас пригласил в кабинет, чтобы обсудить еще кое-что.
– Внимательно вас слушаю, – тут же собралась я и с интересом посмотрела на декана.
– До меня дошли слухи, что вам корпус светлых объявил бойкот. Это правда?
– Более-менее, – пожала плечами.
– Могу я узнать подробности?
– Ну… – я задумалась, как бы это сформулировать. Ведь на самом деле ситуация настолько дурацкая, что даже комментировать сложно. – Многие считают, что мне здесь не место.
– И почему же?
– Вероятно, потому, что герцог и герцогиня Дорнтоны не мои настоящие родители, а приемные.
– Но ведь вы полностью вступили в права как приемная дочь, не так ли?
– Так, но я же не буду каждому это объяснять, – я опять пожала плечами. – Это, конечно, странно, что такой вопрос вообще вытащили на суд общественности, но я сделать с этим на данный момент ничего не могу, да и не считаю нужным, если честно.
– То есть вас не особенно волнует, что с вами не желает общаться большая половину корпуса и, возможно, вашего будущего факультета?
Хороший вопрос, да уж.
– Волнует ли меня будущее отношение моих одногруппников? – спросила я декана. – Да, волнует. Собираюсь ли я как-то оправдываться? Нет, потому что не чувствую за собой никакой вины. Если они не в состоянии принять решение герцогов Дорнтонов и ректората Академии, то я их не смогу переубедить.
– Вам было бы гораздо проще, если бы вы соответствовали, – покачал головой декан Сарантон.
– Соответствовала?
– Сила. Магия. Если бы вы владели значительной силой, вас бы не смели задирать.
– Но ведь с этим я тоже ничего не могу сделать… – А вот это было неприятно. Да, мое колдовство уникально, но с точки зрения любого мага – оно ни на что не способно, слабо.
– Уверены? – Я вопросительно приподняла брови. – Леди Амелия, леди Амелия, я ведь не вчера родился и очень долгое время работал у вашего приемного отца в Департаменте. Неужели вы думали, что я не замечу?
– Не заметите что? – абсолютно искренне удивилась я. – Вроде бы никаких запрещенных приемов я не применяла. Или вы о кинжалах? Все-таки нельзя было?
– Что? А, нет, с кинжалами на ускорение и усиление все нормально – это же ваши поделки. Я про то, что вы чувствуете натяжение поля. Вы ведь ни разу не попали под удар, всегда отскакивали, были быстрее.
– И что? Ну да, я чувствую натяжение.
– Только когда маги создают техники или когда ведьмы колдуют тоже?
– Ведьмы не используют поле, но… – Ой, как не хочется говорить, но ведь все равно узнает. – Но да, я заранее чувствую и направление колдовства тоже.
– Очень интересно. Да, очень, – задумчиво пробормотал декан. – Вы постарайтесь впредь это так отчетливо не демонстрировать. Вряд ли кто-то кроме меня это заметил, но вполне возможно, что ваше вроде бы интуитивное умение потом разовьется во что-то большее. Или не разовьется.
Глава 12
От декана Сорентона я вышла в некотором недоумении и даже растрепанных чувствах, если так можно выразиться.
Во-первых, я появлюсь в финальном списке зачисленных на факультет – это победа. Во-вторых, декан дал повод задуматься о многом, в том числе об этом даре, который я никогда и за дар-то не считала. Ну чувствую натяжение, и что? Да, во время атаки удобно, но и все на этом. Я, честно говоря, даже не помню, чтобы кому-то об этом говорила. Может, только если Эрику.
Но ведь декан сразу заметил и заинтересовался! С другой стороны, нельзя возлагать на это большие надежды. Да, я мечтаю об активном ведьмовстве, как у родного отца, но реальность ведь иная. И я не могу сейчас обрести надежду, а потом разочароваться – это будет… Больно будет. Так что слова Сорентона лучше забыть, и как можно скорее.
Правда, было и еще одно совершенно не порадовавшее меня обстоятельство.
Когда мы выходили из кабинета – декан меня провожал, – он бросил своей секретарше примерно следующее: “Леди Айвери, не забудьте на этот раз вписать студентку Дорнтон в финальный список”.
Каким взглядом на меня посмотрела женщина – это просто словами не передать. Придется смириться с тем, что я совершенно точно нажила себе врага, причем на ровном месте. Ну да, мы слегка поцапались, ей из-за меня прилетело от начальства, но ведь она же не случайно про меня забыла, а значит, уже имела ко мне какие-то претензии.
Или я себя накручиваю и все произошло именно что случайно? Ведь она вполне могла взять список тех, кто собеседовался, и просто переписать тех, кто получил высшие баллы, напрочь забыв про ссору в приемной и девчонку, ее прервавшую.
Хм… А я бы забыла, как кто-то явно более низкий по статусу видел мою истерику и ругань с непосредственным руководителем? Да ни в жизни! Нет, мстить я бы не стала, но вот удалить нежелательного человека как можно дальше попыталась бы. И ведь это мог быть и способ как раз такого удаления. Да, дурацкий, но ведь никто не говорил, что леди Айвери умная. Она, судя по всему, на секретарском месте раньше для других целей сидела.
Но слава богам и Некросу, что все разрешилось, а то пришлось бы идти к артефакторам. Не учиться же среди тех, кто со мной даже не разговаривает.
Теперь первоочередная задача – переделать свое расписание. Вот уж где твари Некроса не валялись!
– Привет! – как чертик из табакерки из-за угла столовой, к которой я подходила, выскочил Хармс.
– И тебе того же, – я слабо улыбнулась.
– Все в порядке? Я не видел тебя в списках.
– Поэтому решил подкараулить и лишить еды? – фыркнула я. – Ой, да не смотри на меня так. У меня час до начала следующего занятия, я поесть хочу успеть.
– Ну так пошли. И, между прочим, я тут не тебя караулю.
– А кого? – делано заинтересовалась я, пытаясь не засмеяться.
– Ну, в смысле тебя, то есть… В общем, я увидел, что ты идешь, вся такая задумчивая, загадочная, вот и решил немного растормошить.
– О, ты себе не представляешь, какая я растормошенная, когда голодная. И если ты не хочешь всего плохого магистру Дарайтону, то пошли лучше есть. А то занятие по теории поля может кто-то из нас и не пережить.
– Ух, какая грозная девушка! – ухмыльнулся парень, придерживая для меня дверь столовой.
– Да, я такая, – фыркнула я.
Мы взяли подносы с едой и сели в самый дальний угол зала. Время не самое ходовое, но даже сейчас свободных столиков было не так уж и много.
– Ну так что там с поступлением? Это я как староста спрашиваю, если что.
– Да все там нормально, просто забыли включить в список.
– Забыли? Забыли, значит… Ой и доинтригуется Айвери, допрыгается, – пробурчал себе под нос парень. – Иногда мне кажется, что она специально напрашивается на конфликт. Она во всех девушках видит соперниц, так что не обращай внимания.
– Да ну, делать мне больше нечего! – махнула рукой я. – Вряд ли она решится еще что-нибудь потерять или забыть на мой счет.
– Ну, испортить жизнь она все равно может...
Как именно она может мне подгадить, Лайонел сказать не успел, потому что к нашему столику подлетела толпа парней.
– Хармс, тебя где носит? Мы же договорились обсудить!.. – начал один подозрительно знакомый неприметный юноша. Один из той тройки, что отговаривала меня поступать. – О! Леди Дорнтон, – он церемонно поклонился, – не узнал вас сразу, прошу прощения.
Я мило улыбнулась и поздоровалась с новой компанией, хотя парни не торопились представляться.
– Так вот с кем пропал наш староста… – протянул высокий щуплый парень, на вид похожий скорее на артефактора, но судя по завихрениям магического поля – некромант. А колебания я почувствовала потому, что он довольно сильно злился. Атаковать не собирался – и на том спасибо, да и вряд ли его погладят по голове, если он приведет в столовую несколько трупов.
– Наша новая сокурсница, леди Амелия Дорнтон, – наконец-то меня представили, а то я уже думала – придется выкручиваться самой.
– Угу, значит, Хармс тут окучивает миледи-первокурсницу, в то время как его ждут друзья для одного очень важного дела. Поня-я-ятненько… – усмехнулся некромант.
Я откинулась на спинку стула и оскалилась. Точнее, я искренне хотела мило улыбнуться, как приличествует благородной деве, да только у меня такое редко получается. Тем более пара парней почла за благо сделать шаг назад.
– А это не та малышка, которая своими кинжалами чуть стихийника не достала? – спросил еще один парень, до этого молчавший. Потом мне подмигнул: – Это было круто. Никогда ничего подобного раньше не видел. Значит, все-таки взяли?
– А я не видел в списке фамилию Дорнтон, – задумчиво протянул неприметный парень.
– Леди Айвери что-то напутала, – ответила я, не давая высказаться Хармсу. Вообще, мне очень не нравится, когда меня за предмет мебели считают, когда говорят обо мне в третьем лице. Я за такое могу и ножичком ткнуть, но так-то я не агрессивная, да.
Хотя насчет ножичка – это перебор, конечно.
– О, эта может, – с сочувствием посмотрел на меня третий парень, а остальные покивали.
Любят тут деканскую секретаршу очень, судя по всему.
– Значит, что, у нас двое, выходит?
– Трое, – покачал головой Хармс и пояснил для меня: – В этом году испытания прошли только три девушки, так что учиться придется в основном в мужском коллективе.
– Дорнтон, Амелия.
– Тебя нет в списках, – равнодушно пожала плечами секретарша, пролистав какие-то бумаги. – А значит, ты не приходила и не сдавала.
– Леди Айвери, – елейным голосом начала я, – мне кажется или вы присутствовали на том моменте, когда декан Сарентон сказал, что я прошла собеседование? Скажете, что у меня были галлюцинации?
Женщина впервые за все время нашего разговора посмотрела на меня, оглядела, будто я товар на рынке.
– А-а-а, эта… – протянула она и отвернулась.
– Леди Айвери! – начала заводиться я. – Может, поясните наконец, почему моя фамилия не попала в список?
– Формы жалоб там, – пилка указала в направлении подоконника.
Жалобы – это отлично, жалобы – это просто замечательно, но не в моем случае. Потому что по факту совершенно недоказуемо, что декан мне что-то обещал, если он это сам не подтвердит.
– Леди Айвери, мне вот интересно, это декан Сарентон слова не держит или это ваша личная инициатива?
Женщина внимательно оглядела меня, лениво так.
– Пошла. Вон. Отсюда. И чтобы на факультете я тебя больше не видела!
– Или что? – сузила глаза я, нащупывая в складках одежды кинжал, который сегодня не брала с собой. Демон!
И мне было из-за чего переполошиться, потому что секретарша закрутила вокруг себя тайфун воздуха. На этот раз ничего не взмыло вверх и не раскидало по кабинету, но только потому, что она просто предупреждала, а не атаковала в реальности.
– Леди Айвери! – взъярилась я и только собралась сказать все, что я об этом думаю (не поможет, так хоть душу отведу), как из дверей своего кабинета вышел декан собственной, так сказать, персоной.
– Что здесь происходит? – искренне удивился он и посмотрел на нас по очереди, хмурясь с каждой секундой. – Леди Дорнтон?
– Это я у вас хотела спросить, что происходит! – запальчиво сказала я, но потом снизила голос. – Я пришла выяснить, почему не попала в список претендентов, а леди Айвери на меня, кажется, собирается напасть.
Неконвенционная война – она такая, да. Я не ябеда, но кое-кто перегнул палку, причем совершенно на ровном месте.
– Леди Айвери? – спокойно повернулся мужчина к своей секретарше.
– Я ей сказала, где взять бланк жалобы, если ее что-то не устраивает.
– И что я там напишу? Что декан Сарантон в этой самой комнате при свидетеле сказал, что я прошла собеседование и если сдам экзамены, то смогу поступить на этот факультет? Только одна печаль, – посмотрела я в упор на декана, – почему-то все, кроме меня, об этом забыли. Наверное, у меня все же были галлюцинации.
– Так, стоп, – мужчина поднял руки вверх, – еще раз, только без эмоций, пожалуйста. На каком месте вы были по результатам спарринга?
– Семьдесят восьмом, а по экзаменам шестнадцатой. Смею надеяться, что вашу проверку на трусость и глупость я тоже прошла.
– Хм… Леди Айвери, будьте добры списки первокурсников.
Женщина протянула несколько листов.
– Так… так… Действительно. Но вас нет в списках прошедших собеседование?
– Но вы же… – я тяжело вздохнула, уже понимая, что вряд ли чего-то добьюсь. Но декан меня удивил.
– Я помню, что говорил, леди Дорнтон, и от своих слов не отказываюсь. Так вы не передумали насчет моего факультета? – спросил он и бросил какой-то непонятный взгляд на леди Айвери, от чего ту аж перекосило.
– Нет, я не передумала, – гордо ответила я.
– Хорошо, пройдемте в кабинет, поговорим.
Я пожала плечами, вошла в двери и села на предложенный стул, стоящий около массивного стола. Проследила, как декан опускается в свое монументальное кресло.
Мы помолчали несколько секунд, потом он заговорил:
– Вам придется приложить много усилий, чтобы выдержать темп учебы, леди Дорнтон. У нас многие девушки со старших курсов уже решили перевестись, даже молодые люди не все выдерживают.
– Мне это подходит, – покачала головой я. – К тому же я могу быть полезна Департаменту.
– Вы так же можете быть полезны и в качестве гражданского консультанта.
– Не так же, – опять не согласилась я. – Знания и умения, которые я получу тут, смогут сделать мою работу… полноценной, что ли?
– Ваш приемный отец, герцог Дорнтон…
– Просил меня не брать?
– Нет, просил за вами приглядеть, но спуску не давать, – усмехнулся декан. – И не перебивайте, когда с вами старшие говорят.
– Извините, – склонила я голову. Неприятно, пожурили как какого-то малолетнего ребенка.
– Герцог не в восторге от вашего выбора.
– Я знаю, но он не запрещал…
– Я не закончил, – декан нахмурился. – Он не в восторге, но просил передать, что он вами гордится.
– Спасибо! – искренне поблагодарила я, но тут же вспомнила о недавнем эпизоде: – То есть вы знали, что я поступила, и…
– Произошла всего лишь досадная ошибка, вам надо было просто подойти ко мне и все выяснить.
Угу, кажется, я даже знаю, как эту “досадную ошибку” зовут...
– Я и пришла выяснить, – чуть обиженно прошептала я.
– Понимаю ваши чувства, – кивнул мужчина, а я поняла, что нет, ничего он не понимает и понимать не хочет, а я перегнула с эмоциональностью.
– Что ж, я очень рада, что ситуация разрешилась. И рада, что вы держите свое слово.
Ух, какой взгляд! Ох, сколько возмущения и, я бы даже сказала, праведного гнева! Я бы впечатлилась, но меня одаривали и худшими, один только разочарованный взгляд герцогини чего стоит.
Я, наоборот, расправила плечи и выпрямилась.
– Кажется, я не давал повода считать, что мое слово ничего не стоит.
– Не давали, – я улыбнулась. – Но что я могла подумать? И я действительно рада, что ошиблась.
– Как вы собираетесь работать в Департаменте безопасности, вообще не имея пиетета перед старшими?
– Честно и добросовестно, – послушным болванчиком закивала я.
Ну а какого ответа он от меня хотел? Да, я себе на уме; да, я временами хамка; и да, мнение очень маленького количества людей для меня хоть что-то значит. Точнее, их всего трое: герцог, герцогиня и Эрик. Ну теперь к этому списку, наверное, можно добавить декана, от которого напрямую зависит, сколько я тут проучусь.
Мужчина тяжело вздохнул, побарабанил пальцами по столу.
– Рад за вас, но лучше поберегите свое веселье до начала занятий. Собственно, я вас пригласил в кабинет, чтобы обсудить еще кое-что.
– Внимательно вас слушаю, – тут же собралась я и с интересом посмотрела на декана.
– До меня дошли слухи, что вам корпус светлых объявил бойкот. Это правда?
– Более-менее, – пожала плечами.
– Могу я узнать подробности?
– Ну… – я задумалась, как бы это сформулировать. Ведь на самом деле ситуация настолько дурацкая, что даже комментировать сложно. – Многие считают, что мне здесь не место.
– И почему же?
– Вероятно, потому, что герцог и герцогиня Дорнтоны не мои настоящие родители, а приемные.
– Но ведь вы полностью вступили в права как приемная дочь, не так ли?
– Так, но я же не буду каждому это объяснять, – я опять пожала плечами. – Это, конечно, странно, что такой вопрос вообще вытащили на суд общественности, но я сделать с этим на данный момент ничего не могу, да и не считаю нужным, если честно.
– То есть вас не особенно волнует, что с вами не желает общаться большая половину корпуса и, возможно, вашего будущего факультета?
Хороший вопрос, да уж.
– Волнует ли меня будущее отношение моих одногруппников? – спросила я декана. – Да, волнует. Собираюсь ли я как-то оправдываться? Нет, потому что не чувствую за собой никакой вины. Если они не в состоянии принять решение герцогов Дорнтонов и ректората Академии, то я их не смогу переубедить.
– Вам было бы гораздо проще, если бы вы соответствовали, – покачал головой декан Сарантон.
– Соответствовала?
– Сила. Магия. Если бы вы владели значительной силой, вас бы не смели задирать.
– Но ведь с этим я тоже ничего не могу сделать… – А вот это было неприятно. Да, мое колдовство уникально, но с точки зрения любого мага – оно ни на что не способно, слабо.
– Уверены? – Я вопросительно приподняла брови. – Леди Амелия, леди Амелия, я ведь не вчера родился и очень долгое время работал у вашего приемного отца в Департаменте. Неужели вы думали, что я не замечу?
– Не заметите что? – абсолютно искренне удивилась я. – Вроде бы никаких запрещенных приемов я не применяла. Или вы о кинжалах? Все-таки нельзя было?
– Что? А, нет, с кинжалами на ускорение и усиление все нормально – это же ваши поделки. Я про то, что вы чувствуете натяжение поля. Вы ведь ни разу не попали под удар, всегда отскакивали, были быстрее.
– И что? Ну да, я чувствую натяжение.
– Только когда маги создают техники или когда ведьмы колдуют тоже?
– Ведьмы не используют поле, но… – Ой, как не хочется говорить, но ведь все равно узнает. – Но да, я заранее чувствую и направление колдовства тоже.
– Очень интересно. Да, очень, – задумчиво пробормотал декан. – Вы постарайтесь впредь это так отчетливо не демонстрировать. Вряд ли кто-то кроме меня это заметил, но вполне возможно, что ваше вроде бы интуитивное умение потом разовьется во что-то большее. Или не разовьется.
Глава 12
От декана Сорентона я вышла в некотором недоумении и даже растрепанных чувствах, если так можно выразиться.
Во-первых, я появлюсь в финальном списке зачисленных на факультет – это победа. Во-вторых, декан дал повод задуматься о многом, в том числе об этом даре, который я никогда и за дар-то не считала. Ну чувствую натяжение, и что? Да, во время атаки удобно, но и все на этом. Я, честно говоря, даже не помню, чтобы кому-то об этом говорила. Может, только если Эрику.
Но ведь декан сразу заметил и заинтересовался! С другой стороны, нельзя возлагать на это большие надежды. Да, я мечтаю об активном ведьмовстве, как у родного отца, но реальность ведь иная. И я не могу сейчас обрести надежду, а потом разочароваться – это будет… Больно будет. Так что слова Сорентона лучше забыть, и как можно скорее.
Правда, было и еще одно совершенно не порадовавшее меня обстоятельство.
Когда мы выходили из кабинета – декан меня провожал, – он бросил своей секретарше примерно следующее: “Леди Айвери, не забудьте на этот раз вписать студентку Дорнтон в финальный список”.
Каким взглядом на меня посмотрела женщина – это просто словами не передать. Придется смириться с тем, что я совершенно точно нажила себе врага, причем на ровном месте. Ну да, мы слегка поцапались, ей из-за меня прилетело от начальства, но ведь она же не случайно про меня забыла, а значит, уже имела ко мне какие-то претензии.
Или я себя накручиваю и все произошло именно что случайно? Ведь она вполне могла взять список тех, кто собеседовался, и просто переписать тех, кто получил высшие баллы, напрочь забыв про ссору в приемной и девчонку, ее прервавшую.
Хм… А я бы забыла, как кто-то явно более низкий по статусу видел мою истерику и ругань с непосредственным руководителем? Да ни в жизни! Нет, мстить я бы не стала, но вот удалить нежелательного человека как можно дальше попыталась бы. И ведь это мог быть и способ как раз такого удаления. Да, дурацкий, но ведь никто не говорил, что леди Айвери умная. Она, судя по всему, на секретарском месте раньше для других целей сидела.
Но слава богам и Некросу, что все разрешилось, а то пришлось бы идти к артефакторам. Не учиться же среди тех, кто со мной даже не разговаривает.
Теперь первоочередная задача – переделать свое расписание. Вот уж где твари Некроса не валялись!
– Привет! – как чертик из табакерки из-за угла столовой, к которой я подходила, выскочил Хармс.
– И тебе того же, – я слабо улыбнулась.
– Все в порядке? Я не видел тебя в списках.
– Поэтому решил подкараулить и лишить еды? – фыркнула я. – Ой, да не смотри на меня так. У меня час до начала следующего занятия, я поесть хочу успеть.
– Ну так пошли. И, между прочим, я тут не тебя караулю.
– А кого? – делано заинтересовалась я, пытаясь не засмеяться.
– Ну, в смысле тебя, то есть… В общем, я увидел, что ты идешь, вся такая задумчивая, загадочная, вот и решил немного растормошить.
– О, ты себе не представляешь, какая я растормошенная, когда голодная. И если ты не хочешь всего плохого магистру Дарайтону, то пошли лучше есть. А то занятие по теории поля может кто-то из нас и не пережить.
– Ух, какая грозная девушка! – ухмыльнулся парень, придерживая для меня дверь столовой.
– Да, я такая, – фыркнула я.
Мы взяли подносы с едой и сели в самый дальний угол зала. Время не самое ходовое, но даже сейчас свободных столиков было не так уж и много.
– Ну так что там с поступлением? Это я как староста спрашиваю, если что.
– Да все там нормально, просто забыли включить в список.
– Забыли? Забыли, значит… Ой и доинтригуется Айвери, допрыгается, – пробурчал себе под нос парень. – Иногда мне кажется, что она специально напрашивается на конфликт. Она во всех девушках видит соперниц, так что не обращай внимания.
– Да ну, делать мне больше нечего! – махнула рукой я. – Вряд ли она решится еще что-нибудь потерять или забыть на мой счет.
– Ну, испортить жизнь она все равно может...
Как именно она может мне подгадить, Лайонел сказать не успел, потому что к нашему столику подлетела толпа парней.
– Хармс, тебя где носит? Мы же договорились обсудить!.. – начал один подозрительно знакомый неприметный юноша. Один из той тройки, что отговаривала меня поступать. – О! Леди Дорнтон, – он церемонно поклонился, – не узнал вас сразу, прошу прощения.
Я мило улыбнулась и поздоровалась с новой компанией, хотя парни не торопились представляться.
– Так вот с кем пропал наш староста… – протянул высокий щуплый парень, на вид похожий скорее на артефактора, но судя по завихрениям магического поля – некромант. А колебания я почувствовала потому, что он довольно сильно злился. Атаковать не собирался – и на том спасибо, да и вряд ли его погладят по голове, если он приведет в столовую несколько трупов.
– Наша новая сокурсница, леди Амелия Дорнтон, – наконец-то меня представили, а то я уже думала – придется выкручиваться самой.
– Угу, значит, Хармс тут окучивает миледи-первокурсницу, в то время как его ждут друзья для одного очень важного дела. Поня-я-ятненько… – усмехнулся некромант.
Я откинулась на спинку стула и оскалилась. Точнее, я искренне хотела мило улыбнуться, как приличествует благородной деве, да только у меня такое редко получается. Тем более пара парней почла за благо сделать шаг назад.
– А это не та малышка, которая своими кинжалами чуть стихийника не достала? – спросил еще один парень, до этого молчавший. Потом мне подмигнул: – Это было круто. Никогда ничего подобного раньше не видел. Значит, все-таки взяли?
– А я не видел в списке фамилию Дорнтон, – задумчиво протянул неприметный парень.
– Леди Айвери что-то напутала, – ответила я, не давая высказаться Хармсу. Вообще, мне очень не нравится, когда меня за предмет мебели считают, когда говорят обо мне в третьем лице. Я за такое могу и ножичком ткнуть, но так-то я не агрессивная, да.
Хотя насчет ножичка – это перебор, конечно.
– О, эта может, – с сочувствием посмотрел на меня третий парень, а остальные покивали.
Любят тут деканскую секретаршу очень, судя по всему.
– Значит, что, у нас двое, выходит?
– Трое, – покачал головой Хармс и пояснил для меня: – В этом году испытания прошли только три девушки, так что учиться придется в основном в мужском коллективе.
