Когда же проснулась, за окном было ясное солнечное утро и все случившееся ночью виделось кошмарным сном. Полежав немного, она постаралась сложить воедино то, что произошло за эти дни, хотя мозг упорно отказывался принимать все случившееся как реальность.
Нужно было подниматься, умываться идти обходом по деревне, чтобы выявить новых заболевших, уже выздоровевших и умерших за ночь. Хоть страх отступил, Ли Мин, прежде чем выйти во двор, все же постояла у двери, прислушиваясь к звукам снаружи, а когда шагнула за порог, ноги ее подкосились.
Вокруг царил варварский кавардак: грядки вытоптаны, хозяйственный хлам валялся вперемешку с мусором, но, главное - расцарапанная, со следами засохшей слизи, дверь.
Слабенькая надежда, что это был всего лишь дурной сон, рухнула в один миг. Все, что так напугало ее и было объяснено кошмарным сном, случилось на самом деле…
Весь день Ли Мин ходила квелая, все валилось из рук. Деревенские заметили, что ученица лекаря не в себе и старались не подходить без надобности, советуя ей отдохнуть. Ли Мин лишь кивала, пропуская советы доброхотов мимо ушей. Переделав все необходимые дела, она вернулась в дом к Фан Юэ. Родители погибшей девушки лежали в деревенском лазарете, выздоравливая после болезни и Ли Мин долго возилась на дворе их дома, прибирая его. На этот раз она решила уйти ночевать к вдове Е. С ней будет не так страшно, а болтовня вдовушки отгонит ночные ужасы. Ли Мин не опасалась за подругу, ведь шелудивый псина-монах ясно дал понять, что у него счеты только к ней, которую нечисть приняла за демона Черной Луны, видимо с подачи достопочтенного Фэй Я.
К тому же зашуганная произошедшими страшилками Ли Мин, твердо уверила себя, что уже вдоволь пережила весь кошмар насланный лже-монахом и все мистические испытания позади.
К вдове Е возвращалась уже в потемках, хотя Ли Мин и старалась переделать все дела затемно, но закон подлости никто не отменял и случился новый больной, которого нужно было вовремя напоить лекарством.
И теперь торопясь к надежному жилищу, услышала впереди шорох в кустах. Ли Мин остановилась и замерла, настороженно прислушавшись. Раздался выдох с присвистом через зубы. Что-то вылезло из зарослей, преградив ей дорогу. Разглядеть, кто это в плотных сумерках практически было невозможно, если только подойти ближе. Но, что-то не очень-то хотелось приближаться к высокой сгорбленной тени... В темноте угадывалось неторопливое движение бесформенного силуэта. Нечто, крупное и массивное, неловко ковыляло к застывшей ученице лекаря. Ли Мин вмиг лишившись голоса, попятилась, когда это глухо рыкнув, опустившись на четвереньки и, став похоже на огромную неповоротливую собаку, ходко припустило в ее сторону. Не долго думая, Ли Мин стартанула с места, что есть мочи. Никогда в жизни она не бегала так, что ветер свистел в ушах. Сзади раздавалось нетерпеливое рычание, переходящее в захлебывающийся злорадный смех.
Эта тварь была в восторге от погони и неотвратимо нагоняла свою жертву. На спину Ли Мин тяжело прыгнули, и когда она упала, неслабо придавили к земле и прокусив одежду, впились клыками в плечо. Взвыв, Ли Мин, задергалась под неподъемной тяжестью. Боль в плече становилась сильнее от сдавливавших ее челюстей, тварь явно намеревалась оторвать от нее добрый кусок плоти. Обливаясь холодным потом, Ли Мин мигом вспомнила о ледяной соли, что висела у нее в мешочке на поясе. Но стоило ей пошевелиться, и острые зубы глубже вонзались в плечо.
Внезапно на тяжелое воняющее существо, яростно налетела Ленточка, сбросив с Ли Мин кусачую погань. Боль в плече отступила. Тварь пронзительно завизжала, когда Ленточка умудрилась вцепиться ей в горло и глухо исступленно рыча, неистово принялась рвать, а после ловко отскочила, когда тварь шипя, освободилась от собачьей хватки, сбросив ее с себя. Неведомое существо было сильнее и крупнее Ленточки. Но Ленточка глухо угрожающе рычала, не подпуская врага к Ли Мин. Шипение твари сменился на гортанный клекот. Сама девушка отползла от дерущихся, держась за прокушенное плечо, громко зовя на помощь. Ленточка кинулась на тварь, а та даже и не думала отступать - она, все так же клокоча и шипя, в свою очередь кинулась на яростно рычащую собаку.
Началась смертельная схватка. Ленточка вцепилась в ту дрянь, та визжала и булькала, потом опять стряхнула ее с себя и атаковала сама, прыгнув на собаку. Они покатились по земле, образовав ком из двух визжащих, рычащих, яростно рвущих друг дружку тел. Взяв камень, Ли Мин подобралась к месту поединка. Тут дерущиеся расцепились и девушка, улучив момент, запустил здоровой рукой камнем в мерзкую нечисть, попав, видимо, ей в морду. Тварь взвизгнула и скакнула в кусты. Но Ленточка нагнала ее и там и опять хорошенько потрепала. Когда Ли Мин, держась за плечо, вломилась в заросли следом за ними, Ленточка бегала кругами между кустами, потеряв скрывшегося противника.
Осторожно раздвигая густые перехлесты ветвей, Ли Мин огляделась, все время ожидая нападения, но никого и ничего не увидела, хотя прошло, по ее прикидкам, всего-то несколько мгновений и тварь просто не успела бы скрыться, даже если мчалась от них со скоростью «Формулы-1», да и отважная Ленточка её бы так просто не отпустила. Ли Мин позвала собаку и прежде чем обнять верного друга, ощупала ее судорожно вздымавшиеся бока, найдя рваную рану. Необходимо было заняться раной, но до вдовы Е идти дальше, чем до дома Фан Юэ, где она могла бы перевязать Ленточку.
- Сможешь идти? - спросила она своего отчаянного друга. - Тут совсем недалеко.
В ответ Ленточка с чувством лизнула ей лицо, завиляв хвостом. Она была рада, что отстояла хозяйку.
Шли тихо, не торопясь, потому что Ленточка заметно хромала и была измотана жестокой дракой. Да и Ли Мин не давала покоя боль в прокушенном плече. Наконец, открыв калитку, вошли во двор Фан Юэ и Ленточка остановилась.
Ли Мин недоуменно обернулась на нее и подозвала, но Ленточка стояла неподвижно, вздыбив шерсть на загривке и, не отрываясь, смотрела на темные окна дома. В полнейшей тишине Ли Мин услышала, что там кто-то скреб по окну. Словно проводили ногтем по затянутой пергаментом решетке оконного проема. У Ли Мин задрожали все внутренности, сердце перестало биться, а на голове зашевелились волосы. Судя по звуку, кто-то, находясь в доме, тихонько стучал в окно, призывая ее.
- Ленточка... - шепнула Ли Мин дрожащим голосом и, развернувшись, рванула со двора Фан Юэ, откуда только силы взялись.
Ленточка ринулась за ней. Так они домчались до вдовы Е и только ввалившись к ней в дом, чуть отдышались. Вот же... Ли Мин никогда еще так быстро и много не бегала. Почувствовав себя в относительной безопасности, она теперь могла спокойно обработать раны Ленточки. К счастью хозяйки дома не оказалось, потому что именно сейчас Ли Мин была не готова отвечать на град ее вопросов. Перевязанная собака, жадно вылакав миску воды, которую ей поставила Ли Мин, и мигом съев комковатую кашу, убрела во двор отдыхать. А Ли Мин занялась своими ранами, стараясь привести мысли в порядок, успокоить чувства, вздыбившиеся нервы и осмыслить то, что с ней произошло. А ведь Фэй Я предупреждал ее.
Но подумать, как и успокоиться не удавалось, зашкаливший уровень адреналина снизился и Ли Мин начало трясти. Следовало срочно чем-то заняться, чтобы не двинуться от страха. Ощупав плечо, она обнаружила на кофте здоровую прореху, а когда сняла ее, то поутихший ужас нахлынул с новой силой… На кофте, помимо дыр от прокуса на плече, наискосок, от правой лопатки по всей спине, красовались четыре длинных параллельных разреза, будто проведённых лезвиями бритвенной остроты. Но на коже не было и следа. Тварь промахнулась буквально на один цунь.
Ни о каком сне не могло быть и речи. Прежде избегавшая шумную вдову Е, Ли Мин теперь с нетерпением ждала ее прихода, а ту, как назло, неизвестно где носило в столь поздний час и жуткую темень. Скорее всего осталась ночевать в лазарете, ведь она не ждала Ли Мин на ночевку.
К полуночи, когда сон все же сморил измученную ученицу лекаря, снаружи послышался неясный звук. Ли Мин осторожно приподнялась, стараясь не тревожить больное плечо. Ленточка? Звук повторился снова. Девушка напряженно прислушалась, не делая попыток встать и впустить собаку. А вскоре до нее дошло, что кто-то, словно забавляясь, кидал камешки в дверь. Иногда стук камешков чередовался со злобными смешками. Истошно залаяли собаки в дальней части деревни, тогда как Ленточка молчала. Покинув теплую постель на кане, Ли Мин подкралась к двери, прильнув к ней.
По ту сторону как будто тоже прижимались к двери. Обостренным от напряжения слухом Ли Мин различала хриплые вздохи и тихий звук, скользящий по дверной поверхности, словно гладящий её.
- Ли Мин, - вдруг раздался за дверью просящий голос вдовы Е. - Открой мне, это же я …
Ли Мин собралась уже распахнуть дверь и впустить подругу, обрадованная, что не останется этой ночью одна, как ей пришло на ум: а что мешает той, войти самой в свой собственный дом? И вместо того, что бы открыть дверь, Ли Мин бесшумно опустила засов.
- Не спишь? - раздался свистящий шепот из-за двери. - Ты ведь здесь?! – теперь это был голос, которому трудно давалась человеческая речь.
Ли Мин сглотнула комок, вставший в горле, колени подгибались. Ведь она только что, чуть сама не впустила эту дрянь в дом. В дверь что-то смачно ударило, как будто плюхнули куском свежего мяса на разделочную доску.
- Повеселимся сегодня? Не прячься, по страху твоему найду! Это тебе мое угощение. Ты же не откажешься от собачатины? - злорадствовал голос и опять смачный удар в дверь. - Почему не выходишь. Я жду тебя...
И нетерпеливый скрежет по двери. Из каждого двора Снежных Листопадов протяжно завыли собаки. И тут... раздался жалобный плач.
- Открой... пожалуйста, тут собаки! Прошу тебя! – хныкал знакомый голос вдовы Е. - Открой же! Ты ведь знаешь, как я их боюсь! – забарабанили в дверь. - Я принес тебе твою собаку, - вдруг вкрадчиво сказал поменявшийся голос за дверью.
Ли Мин отпрянула от двери, и от страха за Ленточку ее затошнило.
- Пожалуйста-а-а! — завизжали голосом вдовы Е. - Ай-ай, помогите кто-нибудь, уберите собак!
Только вот собачьего лая уже не было слышно, но голос все надрывался, кричал, будто там и, правда, кого-то рвали псы. Дверь ходила ходуном от нешуточных ударов. После серии предсмертных хрипов все стихло.
- Неужто тебя здесь нет? Не верю... лишь бы учуять! – немного погодя забормотали озадаченно и злобно. - Выходи, что скажу. Выходи, не пожале-еш-шь! Я жду, - и снова смешок.
Эта скотина просто издевалась... Пора прекращать весь этот балаган. Экипировал же ее Фей Я всякими амулетами и заклинаниями. Еще есть ледяная соль! И Ли Мин решительно рванула дверь на себя. Она стояла на крыльце посреди ночи, с тяжелым сердцем, когда в голове не было мыслей, не было паники, осталось ощущение всепоглощающего ужаса и безнадежности. Она ждала. Не может быть, что бы эта гадина ушла. Что, так вот просто взяла и ушла? Послышался короткий утробный взрык, и из зарослей появилось уже знакомое нечто, отдаленно напоминавшее сгорбившегося, словно к чему-то принюхивающегося, неповоротливого то ли человека, то ли массивной собаки. Ли Мин поспешила опустить глаза, чтобы не лишиться присутствия духа и остатка самообладания.
Сделав неуклюжий, стремительный шаг, оно издало угрожающее низкое шипение, а потом Ли Мин услышала:
- Ну, наконец-то! Что я с тобой сейчас сделаю…
Тварь подошла вплотную и прошипела:
- Я пришел за тобой... демон...
- Ну, пришел… и дальше что? – с вызовом буркнула Ли Мин, шагнув назад, в дом.
Нечто ринулось на нее с превосходством своей силы и полным правом получить свою добычу, но наткнулось на невидимую преграду. Разглядев у своих ног светящиеся линии пентаграммы, оно поджало узловатые корявые пальцы, чтобы даже кончиком длинных когтей не касаться их. А девушка, чтобы не видеть монстра, не поддаваясь искушению рассмотреть его, с силой зажмурилась.
- Посмотри на меня, Ли Мин... - ласково попросил сиплый голос, учуяв ее слабость.
Еще чего! И так понятно, что оно страшилка, чтобы любоваться им. К тому же за его скользким жалобным требованием явно скрывался нехороший подвох, так что откликаться не было никакого желания. Тем временем оно все продолжало шепеляво нудить и канючить: «Ли Мин... Ли Мин... посмотри на меня... сюда... Ну же... Ли Мин... Ли Мин...».
Но ученица лекаря просто стояла запертая в круге, пока урод звал ее по имени, бегая вокруг, канюча: «Посмотри, посмотри, посмотри, посмотри сюда!», но девушку будто парализовало. Инстинкт самосохранения велел оставаться на месте и не двигаться. И, главное, не открывать глаз. Ни за что!
- ТЫ ЖЕ СЛЫШИШЬ МЕНЯ, Я ЗНАЮ!!! ПОСМОТРИ на меня, только одним глазком, глянь! Давай! – надрывалась нечисть.
Чтобы хоть как-то ослабить страшное давление на мозги и слух, Ли Мин начала читать первое, пришедшее на ум, стихотворение «К дубу» Шу Тин, поэтессы «туманной» поэзии.
Если я тебя полюблю,
То не стану, лиане подобно,
Обвивать высокие ветви,
Выставляя себя напоказ.
Если я тебя полюблю, я…
Тварь перешла на сиплый срывающийся крик так резко, что Ли Мин вздрогнула. Нечисть орала, тараторила ни на миг не останавливаясь, чтобы перевести дыхание, не позволяя Ли Мин собраться с мыслями:
ПОСМОТРИПОСМОТРИПОСМТОРИСЮДАЭЙНУЖЕПОСМОТРИПОООСМОООТРИИИИИИ!!!
…не буду, подобно птице,
Ослепшей от глупой любви,
Раз за разом петь скучную песню
В зелёной-зелёной листве.
И я точно не стану ключом,
Дарящим прохлады спасенье.
Голос перешел на визг, и вдруг… все стихло. В ушах звенело от только что зашкалившего пронзительного вопля, как и от резко наступившей тишины. Ни звука. Ни единого. Ли Мин выдохнула, но глаз так и не открыла. Ее сознание цеплялось за стихи чьи спасительные слова она медленно проговаривала .
И я точно не стану вершиной,
Что возвысит над миром тебя.
Я хочу быть лишь хлопковым древом,
Что корни с твоими сплетёт —
И никто этих слов не поймёт.
У тебя — ствол железный и ветви
Словно нож, словно меч, алебарда.
Стоило Ли Мин подумать, что все закончилось, как над ухом раздался голос… нет, это был даже не голос, это было какое-то сплетение голосов: мужского, одновременно женского, и какие-то фоновые визги, как зажеванная магнитофонная пленка.
- ПОСМОТРИ СЮДА! ПОСМОТРИ НА МЕНЯ! ПОСМОТРИ
У меня алым полны бутоны,
Тяжелы, словно вздохи мои.
И ярче, чем факелов цвет.
Мы разделим и бурю, и холод,
Насладимся туманами, дымкой,
Что окутает горы с утра,
И на радугу будем смотреть.
Кажется, целую вечность поток выкрываемых голосов продолжал литься на нее. Сквозь закрытые веки проступили слезы. Может, открыть глаза? Ну, увидит она что-то ужасное, ну убьет оно ее, зато эта пытка прекратится?
Будто поняв, о чем Ли Мин думает, голоса начали говорить с еще большим убеждением и настойчивостью. Ли Мин уже не могла все это выносить и готова была поддаться, как вдруг где-то на другом конце деревни коротко кукарекнул петух. Крики тут же стихли. Сквозь плотно сомкнутые веки девушка чувствовала слабый, едва намечающийся рассвет, но глаз открыть не смела. Просто не могла. Тявкнула Ленточка и Ли Мин рухнула на пол, потеряв сознание.
Нужно было подниматься, умываться идти обходом по деревне, чтобы выявить новых заболевших, уже выздоровевших и умерших за ночь. Хоть страх отступил, Ли Мин, прежде чем выйти во двор, все же постояла у двери, прислушиваясь к звукам снаружи, а когда шагнула за порог, ноги ее подкосились.
Вокруг царил варварский кавардак: грядки вытоптаны, хозяйственный хлам валялся вперемешку с мусором, но, главное - расцарапанная, со следами засохшей слизи, дверь.
Слабенькая надежда, что это был всего лишь дурной сон, рухнула в один миг. Все, что так напугало ее и было объяснено кошмарным сном, случилось на самом деле…
Весь день Ли Мин ходила квелая, все валилось из рук. Деревенские заметили, что ученица лекаря не в себе и старались не подходить без надобности, советуя ей отдохнуть. Ли Мин лишь кивала, пропуская советы доброхотов мимо ушей. Переделав все необходимые дела, она вернулась в дом к Фан Юэ. Родители погибшей девушки лежали в деревенском лазарете, выздоравливая после болезни и Ли Мин долго возилась на дворе их дома, прибирая его. На этот раз она решила уйти ночевать к вдове Е. С ней будет не так страшно, а болтовня вдовушки отгонит ночные ужасы. Ли Мин не опасалась за подругу, ведь шелудивый псина-монах ясно дал понять, что у него счеты только к ней, которую нечисть приняла за демона Черной Луны, видимо с подачи достопочтенного Фэй Я.
К тому же зашуганная произошедшими страшилками Ли Мин, твердо уверила себя, что уже вдоволь пережила весь кошмар насланный лже-монахом и все мистические испытания позади.
К вдове Е возвращалась уже в потемках, хотя Ли Мин и старалась переделать все дела затемно, но закон подлости никто не отменял и случился новый больной, которого нужно было вовремя напоить лекарством.
И теперь торопясь к надежному жилищу, услышала впереди шорох в кустах. Ли Мин остановилась и замерла, настороженно прислушавшись. Раздался выдох с присвистом через зубы. Что-то вылезло из зарослей, преградив ей дорогу. Разглядеть, кто это в плотных сумерках практически было невозможно, если только подойти ближе. Но, что-то не очень-то хотелось приближаться к высокой сгорбленной тени... В темноте угадывалось неторопливое движение бесформенного силуэта. Нечто, крупное и массивное, неловко ковыляло к застывшей ученице лекаря. Ли Мин вмиг лишившись голоса, попятилась, когда это глухо рыкнув, опустившись на четвереньки и, став похоже на огромную неповоротливую собаку, ходко припустило в ее сторону. Не долго думая, Ли Мин стартанула с места, что есть мочи. Никогда в жизни она не бегала так, что ветер свистел в ушах. Сзади раздавалось нетерпеливое рычание, переходящее в захлебывающийся злорадный смех.
Эта тварь была в восторге от погони и неотвратимо нагоняла свою жертву. На спину Ли Мин тяжело прыгнули, и когда она упала, неслабо придавили к земле и прокусив одежду, впились клыками в плечо. Взвыв, Ли Мин, задергалась под неподъемной тяжестью. Боль в плече становилась сильнее от сдавливавших ее челюстей, тварь явно намеревалась оторвать от нее добрый кусок плоти. Обливаясь холодным потом, Ли Мин мигом вспомнила о ледяной соли, что висела у нее в мешочке на поясе. Но стоило ей пошевелиться, и острые зубы глубже вонзались в плечо.
Внезапно на тяжелое воняющее существо, яростно налетела Ленточка, сбросив с Ли Мин кусачую погань. Боль в плече отступила. Тварь пронзительно завизжала, когда Ленточка умудрилась вцепиться ей в горло и глухо исступленно рыча, неистово принялась рвать, а после ловко отскочила, когда тварь шипя, освободилась от собачьей хватки, сбросив ее с себя. Неведомое существо было сильнее и крупнее Ленточки. Но Ленточка глухо угрожающе рычала, не подпуская врага к Ли Мин. Шипение твари сменился на гортанный клекот. Сама девушка отползла от дерущихся, держась за прокушенное плечо, громко зовя на помощь. Ленточка кинулась на тварь, а та даже и не думала отступать - она, все так же клокоча и шипя, в свою очередь кинулась на яростно рычащую собаку.
Началась смертельная схватка. Ленточка вцепилась в ту дрянь, та визжала и булькала, потом опять стряхнула ее с себя и атаковала сама, прыгнув на собаку. Они покатились по земле, образовав ком из двух визжащих, рычащих, яростно рвущих друг дружку тел. Взяв камень, Ли Мин подобралась к месту поединка. Тут дерущиеся расцепились и девушка, улучив момент, запустил здоровой рукой камнем в мерзкую нечисть, попав, видимо, ей в морду. Тварь взвизгнула и скакнула в кусты. Но Ленточка нагнала ее и там и опять хорошенько потрепала. Когда Ли Мин, держась за плечо, вломилась в заросли следом за ними, Ленточка бегала кругами между кустами, потеряв скрывшегося противника.
Осторожно раздвигая густые перехлесты ветвей, Ли Мин огляделась, все время ожидая нападения, но никого и ничего не увидела, хотя прошло, по ее прикидкам, всего-то несколько мгновений и тварь просто не успела бы скрыться, даже если мчалась от них со скоростью «Формулы-1», да и отважная Ленточка её бы так просто не отпустила. Ли Мин позвала собаку и прежде чем обнять верного друга, ощупала ее судорожно вздымавшиеся бока, найдя рваную рану. Необходимо было заняться раной, но до вдовы Е идти дальше, чем до дома Фан Юэ, где она могла бы перевязать Ленточку.
- Сможешь идти? - спросила она своего отчаянного друга. - Тут совсем недалеко.
В ответ Ленточка с чувством лизнула ей лицо, завиляв хвостом. Она была рада, что отстояла хозяйку.
Шли тихо, не торопясь, потому что Ленточка заметно хромала и была измотана жестокой дракой. Да и Ли Мин не давала покоя боль в прокушенном плече. Наконец, открыв калитку, вошли во двор Фан Юэ и Ленточка остановилась.
Ли Мин недоуменно обернулась на нее и подозвала, но Ленточка стояла неподвижно, вздыбив шерсть на загривке и, не отрываясь, смотрела на темные окна дома. В полнейшей тишине Ли Мин услышала, что там кто-то скреб по окну. Словно проводили ногтем по затянутой пергаментом решетке оконного проема. У Ли Мин задрожали все внутренности, сердце перестало биться, а на голове зашевелились волосы. Судя по звуку, кто-то, находясь в доме, тихонько стучал в окно, призывая ее.
- Ленточка... - шепнула Ли Мин дрожащим голосом и, развернувшись, рванула со двора Фан Юэ, откуда только силы взялись.
Ленточка ринулась за ней. Так они домчались до вдовы Е и только ввалившись к ней в дом, чуть отдышались. Вот же... Ли Мин никогда еще так быстро и много не бегала. Почувствовав себя в относительной безопасности, она теперь могла спокойно обработать раны Ленточки. К счастью хозяйки дома не оказалось, потому что именно сейчас Ли Мин была не готова отвечать на град ее вопросов. Перевязанная собака, жадно вылакав миску воды, которую ей поставила Ли Мин, и мигом съев комковатую кашу, убрела во двор отдыхать. А Ли Мин занялась своими ранами, стараясь привести мысли в порядок, успокоить чувства, вздыбившиеся нервы и осмыслить то, что с ней произошло. А ведь Фэй Я предупреждал ее.
Но подумать, как и успокоиться не удавалось, зашкаливший уровень адреналина снизился и Ли Мин начало трясти. Следовало срочно чем-то заняться, чтобы не двинуться от страха. Ощупав плечо, она обнаружила на кофте здоровую прореху, а когда сняла ее, то поутихший ужас нахлынул с новой силой… На кофте, помимо дыр от прокуса на плече, наискосок, от правой лопатки по всей спине, красовались четыре длинных параллельных разреза, будто проведённых лезвиями бритвенной остроты. Но на коже не было и следа. Тварь промахнулась буквально на один цунь.
Ни о каком сне не могло быть и речи. Прежде избегавшая шумную вдову Е, Ли Мин теперь с нетерпением ждала ее прихода, а ту, как назло, неизвестно где носило в столь поздний час и жуткую темень. Скорее всего осталась ночевать в лазарете, ведь она не ждала Ли Мин на ночевку.
К полуночи, когда сон все же сморил измученную ученицу лекаря, снаружи послышался неясный звук. Ли Мин осторожно приподнялась, стараясь не тревожить больное плечо. Ленточка? Звук повторился снова. Девушка напряженно прислушалась, не делая попыток встать и впустить собаку. А вскоре до нее дошло, что кто-то, словно забавляясь, кидал камешки в дверь. Иногда стук камешков чередовался со злобными смешками. Истошно залаяли собаки в дальней части деревни, тогда как Ленточка молчала. Покинув теплую постель на кане, Ли Мин подкралась к двери, прильнув к ней.
По ту сторону как будто тоже прижимались к двери. Обостренным от напряжения слухом Ли Мин различала хриплые вздохи и тихий звук, скользящий по дверной поверхности, словно гладящий её.
- Ли Мин, - вдруг раздался за дверью просящий голос вдовы Е. - Открой мне, это же я …
Ли Мин собралась уже распахнуть дверь и впустить подругу, обрадованная, что не останется этой ночью одна, как ей пришло на ум: а что мешает той, войти самой в свой собственный дом? И вместо того, что бы открыть дверь, Ли Мин бесшумно опустила засов.
- Не спишь? - раздался свистящий шепот из-за двери. - Ты ведь здесь?! – теперь это был голос, которому трудно давалась человеческая речь.
Ли Мин сглотнула комок, вставший в горле, колени подгибались. Ведь она только что, чуть сама не впустила эту дрянь в дом. В дверь что-то смачно ударило, как будто плюхнули куском свежего мяса на разделочную доску.
- Повеселимся сегодня? Не прячься, по страху твоему найду! Это тебе мое угощение. Ты же не откажешься от собачатины? - злорадствовал голос и опять смачный удар в дверь. - Почему не выходишь. Я жду тебя...
И нетерпеливый скрежет по двери. Из каждого двора Снежных Листопадов протяжно завыли собаки. И тут... раздался жалобный плач.
- Открой... пожалуйста, тут собаки! Прошу тебя! – хныкал знакомый голос вдовы Е. - Открой же! Ты ведь знаешь, как я их боюсь! – забарабанили в дверь. - Я принес тебе твою собаку, - вдруг вкрадчиво сказал поменявшийся голос за дверью.
Ли Мин отпрянула от двери, и от страха за Ленточку ее затошнило.
- Пожалуйста-а-а! — завизжали голосом вдовы Е. - Ай-ай, помогите кто-нибудь, уберите собак!
Только вот собачьего лая уже не было слышно, но голос все надрывался, кричал, будто там и, правда, кого-то рвали псы. Дверь ходила ходуном от нешуточных ударов. После серии предсмертных хрипов все стихло.
- Неужто тебя здесь нет? Не верю... лишь бы учуять! – немного погодя забормотали озадаченно и злобно. - Выходи, что скажу. Выходи, не пожале-еш-шь! Я жду, - и снова смешок.
Эта скотина просто издевалась... Пора прекращать весь этот балаган. Экипировал же ее Фей Я всякими амулетами и заклинаниями. Еще есть ледяная соль! И Ли Мин решительно рванула дверь на себя. Она стояла на крыльце посреди ночи, с тяжелым сердцем, когда в голове не было мыслей, не было паники, осталось ощущение всепоглощающего ужаса и безнадежности. Она ждала. Не может быть, что бы эта гадина ушла. Что, так вот просто взяла и ушла? Послышался короткий утробный взрык, и из зарослей появилось уже знакомое нечто, отдаленно напоминавшее сгорбившегося, словно к чему-то принюхивающегося, неповоротливого то ли человека, то ли массивной собаки. Ли Мин поспешила опустить глаза, чтобы не лишиться присутствия духа и остатка самообладания.
Сделав неуклюжий, стремительный шаг, оно издало угрожающее низкое шипение, а потом Ли Мин услышала:
- Ну, наконец-то! Что я с тобой сейчас сделаю…
Тварь подошла вплотную и прошипела:
- Я пришел за тобой... демон...
- Ну, пришел… и дальше что? – с вызовом буркнула Ли Мин, шагнув назад, в дом.
Нечто ринулось на нее с превосходством своей силы и полным правом получить свою добычу, но наткнулось на невидимую преграду. Разглядев у своих ног светящиеся линии пентаграммы, оно поджало узловатые корявые пальцы, чтобы даже кончиком длинных когтей не касаться их. А девушка, чтобы не видеть монстра, не поддаваясь искушению рассмотреть его, с силой зажмурилась.
- Посмотри на меня, Ли Мин... - ласково попросил сиплый голос, учуяв ее слабость.
Еще чего! И так понятно, что оно страшилка, чтобы любоваться им. К тому же за его скользким жалобным требованием явно скрывался нехороший подвох, так что откликаться не было никакого желания. Тем временем оно все продолжало шепеляво нудить и канючить: «Ли Мин... Ли Мин... посмотри на меня... сюда... Ну же... Ли Мин... Ли Мин...».
Но ученица лекаря просто стояла запертая в круге, пока урод звал ее по имени, бегая вокруг, канюча: «Посмотри, посмотри, посмотри, посмотри сюда!», но девушку будто парализовало. Инстинкт самосохранения велел оставаться на месте и не двигаться. И, главное, не открывать глаз. Ни за что!
- ТЫ ЖЕ СЛЫШИШЬ МЕНЯ, Я ЗНАЮ!!! ПОСМОТРИ на меня, только одним глазком, глянь! Давай! – надрывалась нечисть.
Чтобы хоть как-то ослабить страшное давление на мозги и слух, Ли Мин начала читать первое, пришедшее на ум, стихотворение «К дубу» Шу Тин, поэтессы «туманной» поэзии.
Если я тебя полюблю,
То не стану, лиане подобно,
Обвивать высокие ветви,
Выставляя себя напоказ.
Если я тебя полюблю, я…
Тварь перешла на сиплый срывающийся крик так резко, что Ли Мин вздрогнула. Нечисть орала, тараторила ни на миг не останавливаясь, чтобы перевести дыхание, не позволяя Ли Мин собраться с мыслями:
ПОСМОТРИПОСМОТРИПОСМТОРИСЮДАЭЙНУЖЕПОСМОТРИПОООСМОООТРИИИИИИ!!!
…не буду, подобно птице,
Ослепшей от глупой любви,
Раз за разом петь скучную песню
В зелёной-зелёной листве.
И я точно не стану ключом,
Дарящим прохлады спасенье.
Голос перешел на визг, и вдруг… все стихло. В ушах звенело от только что зашкалившего пронзительного вопля, как и от резко наступившей тишины. Ни звука. Ни единого. Ли Мин выдохнула, но глаз так и не открыла. Ее сознание цеплялось за стихи чьи спасительные слова она медленно проговаривала .
И я точно не стану вершиной,
Что возвысит над миром тебя.
Я хочу быть лишь хлопковым древом,
Что корни с твоими сплетёт —
И никто этих слов не поймёт.
У тебя — ствол железный и ветви
Словно нож, словно меч, алебарда.
Стоило Ли Мин подумать, что все закончилось, как над ухом раздался голос… нет, это был даже не голос, это было какое-то сплетение голосов: мужского, одновременно женского, и какие-то фоновые визги, как зажеванная магнитофонная пленка.
- ПОСМОТРИ СЮДА! ПОСМОТРИ НА МЕНЯ! ПОСМОТРИ
У меня алым полны бутоны,
Тяжелы, словно вздохи мои.
И ярче, чем факелов цвет.
Мы разделим и бурю, и холод,
Насладимся туманами, дымкой,
Что окутает горы с утра,
И на радугу будем смотреть.
Кажется, целую вечность поток выкрываемых голосов продолжал литься на нее. Сквозь закрытые веки проступили слезы. Может, открыть глаза? Ну, увидит она что-то ужасное, ну убьет оно ее, зато эта пытка прекратится?
Будто поняв, о чем Ли Мин думает, голоса начали говорить с еще большим убеждением и настойчивостью. Ли Мин уже не могла все это выносить и готова была поддаться, как вдруг где-то на другом конце деревни коротко кукарекнул петух. Крики тут же стихли. Сквозь плотно сомкнутые веки девушка чувствовала слабый, едва намечающийся рассвет, но глаз открыть не смела. Просто не могла. Тявкнула Ленточка и Ли Мин рухнула на пол, потеряв сознание.
