Даже Завия испугалась, но не подала вида. А Дамар разозлился не на шутку. Сжав её запястья рукой, притиснул к стене и схватил другой рукой за горло, а после впился жёстким поцелуем в её губы. Он почувствовал, как она вздрогнула, и был готов праздновать победу, как губу пронзила сильная боль, а рот в то же мгновение наполнился металлическим вкусом.
- Стерва, - сплюнул он и вновь поцеловал. Жёстко, настойчиво.
Он знал, что она всегда получала удовольствие от его наглости и напора. Но в этот раз она долго сопротивлялась, но всё-таки сдалась на милость его губам и рукам.
Завия предполагала такой итог их разговора наедине, но надеялась, что в оранжерее он не посмеет её тронуть. Ошибалась.
Следующим утром Роланд и Дамар отправились на работу.
В кабинете Лавилияса было светло. Сам хозяин удивлял несвойственной ему с утра сосредоточенностью и ужаснейшим настроением. Поприветствовав Роланда коротким кивком, он махнул на кресло, приглашая сесть, и вновь углубился в какие-то бумаги. Пауза затягивалась.
Роланд не в первый раз заставал Донтара в плохом настроении. Сел на кресло, откинулся и прикрыл глаза. Знал, что Лавилияс сам начнёт разговор. Роланд окунулся в свои мысли, которые метались от причин плохого настроения Донтара к тихому вечеру с Софией. Её улыбка, чуть смущённый взгляд, робкие объятия и несмелые поцелуи – всё в ней было великолепно. Всё в ней радовало и было достойно восхищения. Когда на смену нерешительности и управлению эмоциями придёт уверенность, опыт и сдержанность, она станет самой потрясающей и сильной женщиной. Без сомнений, она сумеет справиться с такой огромной ответственностью, как площадки Ли яс лави. Хм, может быть, причиной плохого настроения Донтара стали те слухи, которые не сулили ему ничего хорошего? Впрочем, он и сам привлёк внимание Роланда.
- Я смотрю, ты сегодня в прекрасном настроении? - бросил он.
- Провёл вечер с прелестной девушкой, - выпрямившись, ответил Роланд.
- Боюсь, с сегодняшнего дня тебе придётся отложить встречи с прелестными девушками и прочие развлечения. Тебе придётся одному решать все вопросы по новой площадке. И, возможно, пару дней текущие дела по столичной.
- Что-то случилось? - маска обеспокоенности легла на лицо Роланда.
- Ничего такого, чтобы могло беспокоить тебя. Я могу на тебя положиться в управлении площадками? Ты единственный человек, который знаком со всеми внутренними проблемами.
- Ты уверен, что тебе не нужна моя помощь в том, что тебя беспокоит? - настаивал Роланд.
- Уверен. Не лезь туда, где тебе не место, понял, парень? - пронзительный взгляд чёрных глаз мог бы напугать кого угодно, но не Роланда, который уже несколько лет плотно работал с Донтаром.
- Я всё понял. Когда понадобится моя помощь здесь? На второй площадке проблем нет, по крайней мере, таких, которые бы нуждались в моём неусыпном контроле и личном присутствии.
- Я дам тебе знать. Мне пришло письмо, что не хватает каких-то бумаг для работы стихийников на территории стройки. Уладь этот вопрос.
Роланд кивнул и отправился выполнять поручение. Донтар же выудил из стопки бумаг небольшое письмо, в котором некто сообщал ему о том, что в городе появилась София Лавилияс, на чьей руке красуется родовое кольцо. Эта новость обеспокоила мужчину. Слухи о той, что выдавала себя за его племянницу, ещё несколько дней назад дошли до ушей бывшего графа, но поверить в это он не мог. Его племянница, как и вся остальная семья, уже давно покинули мир живых. Он был в этом уверен. Его люди обыскали все окрестности. Девчонки нигде не было. Но письмо о кольце всколыхнуло в нём страх. Страх потерять всё то, чем он дорожил, всё то, что досталось ему с таким трудом после всех унижений. Он не мог допустить даже крохотной вероятности, что девчонка выжила, но и оставить без внимания послание не мог. И первое, что он сделал – написал письмо своему давнему знакомому. Возможно, Донтару вновь понадобится его помощь.
Закончив со срочными делами и подготовив все бумаги для Роланда, Донтар откинулся в своём кресле и прикрыл глаза. В одно мгновение его привычный уклад жизни всколыхнулся, проблемы обрушились отовсюду. Ещё и снять напряжение не удавалось. И это появление «племянницы» оказалось так не вовремя, как раз тогда, когда конкуренты только и ждут какой-нибудь ошибки, городские власти требуют массу документов и разрешений, будто специально мешая расширению его площадок. Донтар понимал, что с каждым успешным ходом его влияние возрастает, и это не нравится очень многим, но ведь это и было самым прекрасным – знание, что успех настолько большой, что люди завидуют, настолько крепкий, что не могут ничего противопоставить. Им восхищаются, его обожают и ненавидят.
Самодовольная улыбка скользнула по лицу, но также быстро исчезла, когда перед мысленным взором возникли неровные строчки, которые сообщали не самые приятные вести. Кто эта самозванка? И что за кольцо красуется на её руке? Неужели тот самый давно потерянный артефакт, который Донтар все эти годы безуспешно искал? Эти вопросы жгли и требовали незамедлительных действий. Но он не мог ничего сделать без своего помощника, ведь действовать необходимо аккуратно, не привлекая внимания. Единственное, что пришло в его голову – необходимость найти старые портреты брата и его жены. Если девушка – настоящая София, то с примерным описанием её удастся найти гораздо быстрее.
Лания, его экономка, сообщила, что картины находятся на чердаке, а их бессменный страж – феникс Лойс не подпускает никого к себе уже очень давно. И вообще, велика вероятность, что при очередном приступе злости птица могла спалить столь ненавистные для бывшего графа портреты.
Ему пришлось самостоятельно подниматься на чердак. Он был осторожен. Медленно вошёл в пыльное помещение и встретился взглядом с птицей. Хохолок на голове феникса вздыбился и полыхнул синим пламенем. Донтар оглядел чердак. Стоило признать, толк от сбежавшей служанки был, она хотя бы навела порядок в этом кошмарном месте. И, к счастью, портреты в тяжелых рамках всё еще стояли у стены.
Донтар сделал шаг и услышал шипение Лойса.
- Ты мне не нужен, - сквозь зубы отчеканил Донтар, - придётся потерпеть моё общество несколько минут. Я заберу только то, что принадлежит мне.
Лойс расправил крылья и превратился в огромный факел, жар от которого чувствовался даже на расстоянии нескольких метров. Но Донтар был настроен решительно. Он прошёл вглубь чердака, не обращая внимания на птицу, выбрал из нескольких портретов нужные и вынес их.
Уже в своем кабинете он внимательно рассматривал лицо погибшего брата и его жены. Женщина была красива. Донтар даже удивился, он видел её лишь однажды, но не смог бы вспомнить ничего. Но сейчас, глядя в потускневшие от времени глаза, понял, что он бы, наверное, тоже женился на такой. Чуть резковатые черты лица и хищный взгляд смягчались пухлыми губами и обворожительной улыбкой. Лавилиясу стало даже жаль, что погибла такая необычная женщина. Это непривычное чувство – сожаление, быстро сошло на нет, когда он вспомнил, чем грозит ему появление её дочери.
К вечеру помощник сидел в его кабинете. Мужчина в дорогом костюме медленно попивал из пузатого бокала огненную жидкость и внимательно слушал Донтара.
- Да, - протянул давний знакомый Лавилияса, - слышал, слышал. Был удивлён. Кстати, подозреваю, что эти слухи не имеют под собой никаких оснований.
- Почему?
- Потому что слишком быстро они распространяются. Ещё неделю назад никто даже не слышал о Софии Лавилияс, но сегодня о внезапно возникшей наследнице говорят на каждом углу. Служанки смакуют и выдумывают разные детали, а псы многих глав только и ждут отмашку, чтобы либо вцепиться Вам в глотку, либо же привести девицу к Вам в надежде на щедрую оплату.
- Понимаю, - Донтар усмехнулся и опрокинул в себя янтарное содержание своего бокала. - Поэтому и просил о встрече. Мне нужна твоя помощь. Снова.
- Я отошёл от дел. Ещё тогда.
- Отойти от этих дел невозможно. Ты же понимаешь, что это лишь формально просьба, у тебя нет выбора.
- Ты же понимаешь, - мужчина в чёрном костюме со стуком поставил свой бокал и наклонился вперёд, - что со мной очень опасно вести дела в такой манере. Особенно тебе.
Донтар окатил ледяным взглядом собеседника и, ничуть не устрашившись, спокойно ответил:
- Ты же понимаешь, что не тебе меня пугать. Ты живешь такой жизнью только благодаря мне. Ты отошёл от дел только благодаря мне. И эта девчонка угрожает тебе точно так же, как и мне. Если я пойду на дно, то я потяну всех за собой. Так что, у тебя нет выбора, ты поможешь мне. И сделаешь это так, чтобы я был доволен.
- Не боишься, что я покончу с тобой охотнее, чем стану помогать, - мужчина прищурился.
- Ты не сможешь, возможно, ты забыл, но на тебе клятва. Ты не можешь причинить мне вреда ни напрямую, ни косвенно. А я могу.
Собеседник Донтара сжал кулаки. Донтар был прав, прошло больше десяти лет, данная клятва подёрнулась туманом, но никуда не исчезла. Его помощнику придётся вновь вернуться к тому, отчего много лет назад благодаря Донтару, ушёл.
Новый договор лёг между мужчинами. Новая сделка, цена которой могла бы впечатлить многих.
- Зави, с тобой всё в порядке?
София уже несколько дней наблюдала, как подруга не находит себе места, как бросает странные взгляды на Дамара и нервно кусает губы. Она явно нервничала, но София наивно думала, что дело в предстоящем рискованном деле.
- В порядке? - истерично воскликнула наёмница и всплеснула руками, - нет, Софи, со мной не всё в порядке. Я конченая идиотка. Я не могу так работать, - она рухнула в кресло и откинулась на спинку, а через секунду резко подалась вперёд и уткнулась лицом в ладони. - Не могу. Не могу и не хочу. Не могу с ним работать, - застонала в отчаянии и замолкла.
София в удивлении смотрела на подругу. Столько эмоций было в её глазах, словах и движениях, такими они были разными и яркими, что девушка растерялась. Завия всегда была скупа на эмоции, но не сегодня. Внезапная догадка заставила Софию поперхнуться воздухом и во все глаза уставиться на подругу.
- Не может быть, - потрясённо выдохнула и озвучила свои мысли, - ты с ним переспала!
Софию ждало новое потрясение – раскрасневшаяся от стыда и смущения подруга.
- Но как? Как это случилось?
- Тебе во всех красках и подробностях рассказать, как это бывает? - ядовито спросила Завия.
- Ой нет, избавь меня от таких откровений. Я не понимаю, как ты сдалась? Ты же его будто бы ненавидишь!
- Умом, - буркнула она, - умом ненавижу, а телом, как оказалось – нет.
- Тогда тебе никто не поможет, кроме тебя. Либо прекрати это раз и навсегда, либо не вини и не изводи себя. Смирись.
- И получай удовольствие, - продолжила Завия и скривилась.
Девушки молчали. София не могла придумать дельного совета для подруги, а Завия пыталась выкинуть из головы несносного Дамара. Но воспоминания о его поцелуях, колючей щетине, которая доставляла боль и удовольствие, соприкасаясь с нежной кожей, то и дело яркими вспышками обрушивались на неё.
Неловкое молчание нарушил стук, который София без труда узнала. Сердце встрепенулось, на губах появилась мечтательная улыбка, а в глазах зажглись искры радости.
- Как погляжу, ты недалеко от меня ушла, - фыркнула Завия, - едва из туфель не выпрыгиваешь от радости.
- Меня пока никто не соблазнил, - хмыкнула София.
- Ключевое слово «пока».
София не успела поприветствовать Роланда, как угодила в его объятия. Завия фыркнула, отсалютовала Роланду, ничуть не смутившемуся её присутствием, и собиралась оставить подругу с Роландом наедине. Но мужчина попросил её задержаться.
- Через четыре дня ты с Дамаром отправляешься в город. Завтра я перекину вас к артефактнику из соседнего города, он займётся поисковой сетью. Лия, милая, нам нужны твои перья, - громко обратился к птице, в ответ донеслось недовольное фырчанье. Чертёжник был в прекрасном расположении духа, - Софи, завтра у нас будет встреча с тем стражем, о котором я тебе говорил, он согласился помочь только в случае личного знакомства с тобой и проверке тебя на клятве. Профессия, - улыбнулся Роланд, - недоверчив и подозрителен. Но я ему доверяю, бояться тебе нечего. А вас двоих лучше ему не показывать, - обратился он к Завии. - И через четыре дня начнём то, к чему мы все тут готовились. Донтар нервничает, волнуется, чем меньше у него будет времени на подготовку, тем больше он допустит ошибок. Всё, леди, мне пора, пока Донтар пытается поймать одну из вас, мне приходится заниматься его работой.
Последние три дня Роланд практически не появлялся дома. Уходил ранним утром, возвращался после полуночи и без сил. София знала об этом, понимала необходимость, но безумно скучала по разговорам и чаепитиям в оранжереи.
- Спасибо за завтраки, - шепнул он, улыбнувшись, неуловимо коснулся её губ своими губами и оставил девушек вновь наедине.
София покраснела и улыбнулась в спину чертёжнику. Привычка подниматься ранним утром никуда не пропала, а чтобы занять своё утро и быть полезной, она помогала удивлённым служанкам на кухне и сама делала завтраки для Роланда. Хотела сделать ему приятно, хотела позаботиться и хотя бы так уделить ему крохотный кусочек своего внимания, поддержать и придать сил. И ей это удалось. Эти знаки внимания наполняли Роланда радостью, и даже проблемы на работе и рискованные действия с Донтаром не могли заставить его сдаться, опустить руки или подумать о чём-то плохом. Мужчина был счастлив. Но не знал, как отблагодарить Софию, пока не понял, что упускает самый очевидный вариант. Через пару часов после его ухода на стол в гостиной упал огромный букет цветов, а среди алых бутонов виднелась маленькая светлая карточка.
София несколько секунд не знала, что делать, откуда взялся этот букет, пока Завия не вытащила записку и не протянула ей. На белой плотной бумаге чёрными чернилами были выведены лишь несколько слов: «Я думаю о тебе. Роланд».
Дыхание перехватило. Три слова, которые вскружили голову и свели с ума. Три слова, которые лишили Софию покоя и подарили ей улыбку.
- Что там? - любопытство блеснуло в глазах Завии. - Ну же, я умру, если не узнаю. Ты так улыбаешься, что даже у меня скулы сводит. Роланд, да? Хороший он всё-таки мужик. Не упусти подруга, он сможет сделать тебя счастливой. Вы подходите друг другу.
Щёки Софии полыхнули румянцем, но в этом не было стыда или возмущения. Щемящие чувства радости и счастья, приправленные нотками смущения.
- Я словно во сне, - тихо призналась София, - и не хочу просыпаться. Знаешь, в моей жизни было столько бед и неприятностей, что я привыкла быть всегда настороже. Даже жизнь у матушки с дядюшкой лишь казалась спокойной. Каждый раз, когда в дом входили странные личности, казалось, что они пришли за мной. Что спокойная жизнь вот-вот оборвётся, что меня найдут, заберут, убьют… - встряхнула головой и широко улыбнулась, - а сейчас мы все ходим над бездной, аккуратно шагаем по тонкой безопасной линии и надеемся, что не упадем, но я никогда не чувствовала себя счастливее и спокойнее, чем сейчас, рядом с Роландом.
- У-у-у, дорогая, да ты влюбилась по самое не балуйся.
- Ну и пусть, - уткнулась носом в бутоны и втянула воздух носом, - по-моему, самое время для безрассудств и влюблённостей.
- Стерва, - сплюнул он и вновь поцеловал. Жёстко, настойчиво.
Он знал, что она всегда получала удовольствие от его наглости и напора. Но в этот раз она долго сопротивлялась, но всё-таки сдалась на милость его губам и рукам.
Завия предполагала такой итог их разговора наедине, но надеялась, что в оранжерее он не посмеет её тронуть. Ошибалась.
***
Следующим утром Роланд и Дамар отправились на работу.
В кабинете Лавилияса было светло. Сам хозяин удивлял несвойственной ему с утра сосредоточенностью и ужаснейшим настроением. Поприветствовав Роланда коротким кивком, он махнул на кресло, приглашая сесть, и вновь углубился в какие-то бумаги. Пауза затягивалась.
Роланд не в первый раз заставал Донтара в плохом настроении. Сел на кресло, откинулся и прикрыл глаза. Знал, что Лавилияс сам начнёт разговор. Роланд окунулся в свои мысли, которые метались от причин плохого настроения Донтара к тихому вечеру с Софией. Её улыбка, чуть смущённый взгляд, робкие объятия и несмелые поцелуи – всё в ней было великолепно. Всё в ней радовало и было достойно восхищения. Когда на смену нерешительности и управлению эмоциями придёт уверенность, опыт и сдержанность, она станет самой потрясающей и сильной женщиной. Без сомнений, она сумеет справиться с такой огромной ответственностью, как площадки Ли яс лави. Хм, может быть, причиной плохого настроения Донтара стали те слухи, которые не сулили ему ничего хорошего? Впрочем, он и сам привлёк внимание Роланда.
- Я смотрю, ты сегодня в прекрасном настроении? - бросил он.
- Провёл вечер с прелестной девушкой, - выпрямившись, ответил Роланд.
- Боюсь, с сегодняшнего дня тебе придётся отложить встречи с прелестными девушками и прочие развлечения. Тебе придётся одному решать все вопросы по новой площадке. И, возможно, пару дней текущие дела по столичной.
- Что-то случилось? - маска обеспокоенности легла на лицо Роланда.
- Ничего такого, чтобы могло беспокоить тебя. Я могу на тебя положиться в управлении площадками? Ты единственный человек, который знаком со всеми внутренними проблемами.
- Ты уверен, что тебе не нужна моя помощь в том, что тебя беспокоит? - настаивал Роланд.
- Уверен. Не лезь туда, где тебе не место, понял, парень? - пронзительный взгляд чёрных глаз мог бы напугать кого угодно, но не Роланда, который уже несколько лет плотно работал с Донтаром.
- Я всё понял. Когда понадобится моя помощь здесь? На второй площадке проблем нет, по крайней мере, таких, которые бы нуждались в моём неусыпном контроле и личном присутствии.
- Я дам тебе знать. Мне пришло письмо, что не хватает каких-то бумаг для работы стихийников на территории стройки. Уладь этот вопрос.
Роланд кивнул и отправился выполнять поручение. Донтар же выудил из стопки бумаг небольшое письмо, в котором некто сообщал ему о том, что в городе появилась София Лавилияс, на чьей руке красуется родовое кольцо. Эта новость обеспокоила мужчину. Слухи о той, что выдавала себя за его племянницу, ещё несколько дней назад дошли до ушей бывшего графа, но поверить в это он не мог. Его племянница, как и вся остальная семья, уже давно покинули мир живых. Он был в этом уверен. Его люди обыскали все окрестности. Девчонки нигде не было. Но письмо о кольце всколыхнуло в нём страх. Страх потерять всё то, чем он дорожил, всё то, что досталось ему с таким трудом после всех унижений. Он не мог допустить даже крохотной вероятности, что девчонка выжила, но и оставить без внимания послание не мог. И первое, что он сделал – написал письмо своему давнему знакомому. Возможно, Донтару вновь понадобится его помощь.
Закончив со срочными делами и подготовив все бумаги для Роланда, Донтар откинулся в своём кресле и прикрыл глаза. В одно мгновение его привычный уклад жизни всколыхнулся, проблемы обрушились отовсюду. Ещё и снять напряжение не удавалось. И это появление «племянницы» оказалось так не вовремя, как раз тогда, когда конкуренты только и ждут какой-нибудь ошибки, городские власти требуют массу документов и разрешений, будто специально мешая расширению его площадок. Донтар понимал, что с каждым успешным ходом его влияние возрастает, и это не нравится очень многим, но ведь это и было самым прекрасным – знание, что успех настолько большой, что люди завидуют, настолько крепкий, что не могут ничего противопоставить. Им восхищаются, его обожают и ненавидят.
Самодовольная улыбка скользнула по лицу, но также быстро исчезла, когда перед мысленным взором возникли неровные строчки, которые сообщали не самые приятные вести. Кто эта самозванка? И что за кольцо красуется на её руке? Неужели тот самый давно потерянный артефакт, который Донтар все эти годы безуспешно искал? Эти вопросы жгли и требовали незамедлительных действий. Но он не мог ничего сделать без своего помощника, ведь действовать необходимо аккуратно, не привлекая внимания. Единственное, что пришло в его голову – необходимость найти старые портреты брата и его жены. Если девушка – настоящая София, то с примерным описанием её удастся найти гораздо быстрее.
Лания, его экономка, сообщила, что картины находятся на чердаке, а их бессменный страж – феникс Лойс не подпускает никого к себе уже очень давно. И вообще, велика вероятность, что при очередном приступе злости птица могла спалить столь ненавистные для бывшего графа портреты.
Ему пришлось самостоятельно подниматься на чердак. Он был осторожен. Медленно вошёл в пыльное помещение и встретился взглядом с птицей. Хохолок на голове феникса вздыбился и полыхнул синим пламенем. Донтар оглядел чердак. Стоило признать, толк от сбежавшей служанки был, она хотя бы навела порядок в этом кошмарном месте. И, к счастью, портреты в тяжелых рамках всё еще стояли у стены.
Донтар сделал шаг и услышал шипение Лойса.
- Ты мне не нужен, - сквозь зубы отчеканил Донтар, - придётся потерпеть моё общество несколько минут. Я заберу только то, что принадлежит мне.
Лойс расправил крылья и превратился в огромный факел, жар от которого чувствовался даже на расстоянии нескольких метров. Но Донтар был настроен решительно. Он прошёл вглубь чердака, не обращая внимания на птицу, выбрал из нескольких портретов нужные и вынес их.
Уже в своем кабинете он внимательно рассматривал лицо погибшего брата и его жены. Женщина была красива. Донтар даже удивился, он видел её лишь однажды, но не смог бы вспомнить ничего. Но сейчас, глядя в потускневшие от времени глаза, понял, что он бы, наверное, тоже женился на такой. Чуть резковатые черты лица и хищный взгляд смягчались пухлыми губами и обворожительной улыбкой. Лавилиясу стало даже жаль, что погибла такая необычная женщина. Это непривычное чувство – сожаление, быстро сошло на нет, когда он вспомнил, чем грозит ему появление её дочери.
К вечеру помощник сидел в его кабинете. Мужчина в дорогом костюме медленно попивал из пузатого бокала огненную жидкость и внимательно слушал Донтара.
- Да, - протянул давний знакомый Лавилияса, - слышал, слышал. Был удивлён. Кстати, подозреваю, что эти слухи не имеют под собой никаких оснований.
- Почему?
- Потому что слишком быстро они распространяются. Ещё неделю назад никто даже не слышал о Софии Лавилияс, но сегодня о внезапно возникшей наследнице говорят на каждом углу. Служанки смакуют и выдумывают разные детали, а псы многих глав только и ждут отмашку, чтобы либо вцепиться Вам в глотку, либо же привести девицу к Вам в надежде на щедрую оплату.
- Понимаю, - Донтар усмехнулся и опрокинул в себя янтарное содержание своего бокала. - Поэтому и просил о встрече. Мне нужна твоя помощь. Снова.
- Я отошёл от дел. Ещё тогда.
- Отойти от этих дел невозможно. Ты же понимаешь, что это лишь формально просьба, у тебя нет выбора.
- Ты же понимаешь, - мужчина в чёрном костюме со стуком поставил свой бокал и наклонился вперёд, - что со мной очень опасно вести дела в такой манере. Особенно тебе.
Донтар окатил ледяным взглядом собеседника и, ничуть не устрашившись, спокойно ответил:
- Ты же понимаешь, что не тебе меня пугать. Ты живешь такой жизнью только благодаря мне. Ты отошёл от дел только благодаря мне. И эта девчонка угрожает тебе точно так же, как и мне. Если я пойду на дно, то я потяну всех за собой. Так что, у тебя нет выбора, ты поможешь мне. И сделаешь это так, чтобы я был доволен.
- Не боишься, что я покончу с тобой охотнее, чем стану помогать, - мужчина прищурился.
- Ты не сможешь, возможно, ты забыл, но на тебе клятва. Ты не можешь причинить мне вреда ни напрямую, ни косвенно. А я могу.
Собеседник Донтара сжал кулаки. Донтар был прав, прошло больше десяти лет, данная клятва подёрнулась туманом, но никуда не исчезла. Его помощнику придётся вновь вернуться к тому, отчего много лет назад благодаря Донтару, ушёл.
Новый договор лёг между мужчинами. Новая сделка, цена которой могла бы впечатлить многих.
Глава14. Последние приготовления
- Зави, с тобой всё в порядке?
София уже несколько дней наблюдала, как подруга не находит себе места, как бросает странные взгляды на Дамара и нервно кусает губы. Она явно нервничала, но София наивно думала, что дело в предстоящем рискованном деле.
- В порядке? - истерично воскликнула наёмница и всплеснула руками, - нет, Софи, со мной не всё в порядке. Я конченая идиотка. Я не могу так работать, - она рухнула в кресло и откинулась на спинку, а через секунду резко подалась вперёд и уткнулась лицом в ладони. - Не могу. Не могу и не хочу. Не могу с ним работать, - застонала в отчаянии и замолкла.
София в удивлении смотрела на подругу. Столько эмоций было в её глазах, словах и движениях, такими они были разными и яркими, что девушка растерялась. Завия всегда была скупа на эмоции, но не сегодня. Внезапная догадка заставила Софию поперхнуться воздухом и во все глаза уставиться на подругу.
- Не может быть, - потрясённо выдохнула и озвучила свои мысли, - ты с ним переспала!
Софию ждало новое потрясение – раскрасневшаяся от стыда и смущения подруга.
- Но как? Как это случилось?
- Тебе во всех красках и подробностях рассказать, как это бывает? - ядовито спросила Завия.
- Ой нет, избавь меня от таких откровений. Я не понимаю, как ты сдалась? Ты же его будто бы ненавидишь!
- Умом, - буркнула она, - умом ненавижу, а телом, как оказалось – нет.
- Тогда тебе никто не поможет, кроме тебя. Либо прекрати это раз и навсегда, либо не вини и не изводи себя. Смирись.
- И получай удовольствие, - продолжила Завия и скривилась.
Девушки молчали. София не могла придумать дельного совета для подруги, а Завия пыталась выкинуть из головы несносного Дамара. Но воспоминания о его поцелуях, колючей щетине, которая доставляла боль и удовольствие, соприкасаясь с нежной кожей, то и дело яркими вспышками обрушивались на неё.
Неловкое молчание нарушил стук, который София без труда узнала. Сердце встрепенулось, на губах появилась мечтательная улыбка, а в глазах зажглись искры радости.
- Как погляжу, ты недалеко от меня ушла, - фыркнула Завия, - едва из туфель не выпрыгиваешь от радости.
- Меня пока никто не соблазнил, - хмыкнула София.
- Ключевое слово «пока».
София не успела поприветствовать Роланда, как угодила в его объятия. Завия фыркнула, отсалютовала Роланду, ничуть не смутившемуся её присутствием, и собиралась оставить подругу с Роландом наедине. Но мужчина попросил её задержаться.
- Через четыре дня ты с Дамаром отправляешься в город. Завтра я перекину вас к артефактнику из соседнего города, он займётся поисковой сетью. Лия, милая, нам нужны твои перья, - громко обратился к птице, в ответ донеслось недовольное фырчанье. Чертёжник был в прекрасном расположении духа, - Софи, завтра у нас будет встреча с тем стражем, о котором я тебе говорил, он согласился помочь только в случае личного знакомства с тобой и проверке тебя на клятве. Профессия, - улыбнулся Роланд, - недоверчив и подозрителен. Но я ему доверяю, бояться тебе нечего. А вас двоих лучше ему не показывать, - обратился он к Завии. - И через четыре дня начнём то, к чему мы все тут готовились. Донтар нервничает, волнуется, чем меньше у него будет времени на подготовку, тем больше он допустит ошибок. Всё, леди, мне пора, пока Донтар пытается поймать одну из вас, мне приходится заниматься его работой.
Последние три дня Роланд практически не появлялся дома. Уходил ранним утром, возвращался после полуночи и без сил. София знала об этом, понимала необходимость, но безумно скучала по разговорам и чаепитиям в оранжереи.
- Спасибо за завтраки, - шепнул он, улыбнувшись, неуловимо коснулся её губ своими губами и оставил девушек вновь наедине.
София покраснела и улыбнулась в спину чертёжнику. Привычка подниматься ранним утром никуда не пропала, а чтобы занять своё утро и быть полезной, она помогала удивлённым служанкам на кухне и сама делала завтраки для Роланда. Хотела сделать ему приятно, хотела позаботиться и хотя бы так уделить ему крохотный кусочек своего внимания, поддержать и придать сил. И ей это удалось. Эти знаки внимания наполняли Роланда радостью, и даже проблемы на работе и рискованные действия с Донтаром не могли заставить его сдаться, опустить руки или подумать о чём-то плохом. Мужчина был счастлив. Но не знал, как отблагодарить Софию, пока не понял, что упускает самый очевидный вариант. Через пару часов после его ухода на стол в гостиной упал огромный букет цветов, а среди алых бутонов виднелась маленькая светлая карточка.
София несколько секунд не знала, что делать, откуда взялся этот букет, пока Завия не вытащила записку и не протянула ей. На белой плотной бумаге чёрными чернилами были выведены лишь несколько слов: «Я думаю о тебе. Роланд».
Дыхание перехватило. Три слова, которые вскружили голову и свели с ума. Три слова, которые лишили Софию покоя и подарили ей улыбку.
- Что там? - любопытство блеснуло в глазах Завии. - Ну же, я умру, если не узнаю. Ты так улыбаешься, что даже у меня скулы сводит. Роланд, да? Хороший он всё-таки мужик. Не упусти подруга, он сможет сделать тебя счастливой. Вы подходите друг другу.
Щёки Софии полыхнули румянцем, но в этом не было стыда или возмущения. Щемящие чувства радости и счастья, приправленные нотками смущения.
- Я словно во сне, - тихо призналась София, - и не хочу просыпаться. Знаешь, в моей жизни было столько бед и неприятностей, что я привыкла быть всегда настороже. Даже жизнь у матушки с дядюшкой лишь казалась спокойной. Каждый раз, когда в дом входили странные личности, казалось, что они пришли за мной. Что спокойная жизнь вот-вот оборвётся, что меня найдут, заберут, убьют… - встряхнула головой и широко улыбнулась, - а сейчас мы все ходим над бездной, аккуратно шагаем по тонкой безопасной линии и надеемся, что не упадем, но я никогда не чувствовала себя счастливее и спокойнее, чем сейчас, рядом с Роландом.
- У-у-у, дорогая, да ты влюбилась по самое не балуйся.
- Ну и пусть, - уткнулась носом в бутоны и втянула воздух носом, - по-моему, самое время для безрассудств и влюблённостей.
