Дичи было много. Орк специально сходил на холмы за большим куском соли. Но в пещере, итак, уже было мяса – на маленькую деревню. А он был один. – «Ах, если б хоть одна из зеленокожих красавиц была рядом». «А так для кого всё это». – Охотник снова вздохнул, подкинув сучья в огонь. В пляшущих языках костра, ему виделись соплеменницы, в ночной тиши, слышался женский голос...
– «Стоп, а ведь и впрямь что-то есть», – решил охотник прислушавшись. Сначала он думал, ему мерещится. Но голос был: громкий, насыщенный. Это не был воинственный клич, или просьба о помощи. Скорей полное тоски и одиночества подвывание. Орнт, как и все его соплеменники обладал прекрасным слухом. И пусть в тембре певицы, слышались басовые нотки – «несомненно, это была женщина», – решил Орнт чувствуя, как буквально воспламеняется, его тело. Ещё некоторое время орк прислушивался к мелодии, но потом не выдержав вскочил, бросившись навстречу чарующим звукам...
… Он, несся не разбирая дороги, Колючие кусты Тавереска, царапали его тело, но орк этого даже не замечал.
А голос становился, всё ближе, и в нем было столько тоски, что Орнту, хотелось взвыть самому.
… Музыка водопада, журчанье ручья, и эта песня: то громче, то тише. Охотник буквально сходил с ума он, боялся снова, погрузится, во звуки ночного леса. Мысль о том, что голос исчезнет, была просто невыносима. Кусты Тавереска преграждали путь. Кустарник разросся бурно. Орк закрыл глаза руками и рванул вперед. Острые, как лезвия листы, исполосовали кожу. Юбка из шкуры тапира – перестала существовать. Боль была ужасающей. Но, Орнт несся вперед, лишь защищая глаза. Кровь хлестала, из многочисленных ран, но орка это не волновало. Его тянуло к просвету, он уже видел узкую полоску воды, и даже чей-то силуэт. Фигура явно была женской... Молодой охотник замер тяжело дыша, чувствуя, как слабеет тело. Девушка сидела на большом валуне в пол оборота. В лунном свете кожа чаровницы, казалась юноше светло-синего оттенка. Он видел её маленькие клыки, слегка приподнимавшие верхнюю губку в кокетливой улыбке. Видел слегка приплюснутый носик. Видел широкие плечи и узкую талию. Бедра были женственными и мускулистыми одновременно. – В правой руке прелестница держит гребень, в левой струящиеся волосы. Её большие глаза устремлены на лунную дорожку, ведущую к гроту...
… Вот девушка закончила петь, тяжело вздохнув, при этом её большая грудь слегка колыхнулась. Орнт не знал, что делает его соплеменница, так далеко от дома, да ещё ночью. – «Но столь ли это важно. Орочка была здесь перед ним. Сейчас темно, возможно, она не заметит его уродства, не оттолкнет». – Жар в нижней части живота стал просто невыносим. – «Пусть будет, что будет, но он дотронется до неё, даже если после его побьют». – Орк снова со сладострастием отметил мощные бедра, и сильные руки своей избранницы. – Как ему хочется прижаться к ней, ощутить под губами чуть влажную кожу, коснутся волос.
– «О боги, что это за звук. Откуда такая слабость». – Придя в себя парень с ужасом обнаружил, что всё его тело находится в западне. Цветы тавереска довольно хлюпали: очевидно, кровь юноши, им понравилась. Орнт рванулся изо всех сил, с корнем вырывая вцепившиеся в него ветки. Кусты недовольно зашипели, отбрасывая от себя строптивую добычу...
…Антая оглянувшись на звук, вскрикнула от неожиданности: когда темные кусты Тавереска, выбросили перед ней, обнажённого великана...
– «Опять мираж? Но запах крови такой яркий?» – Уже много раз, она представляла себя в мужских объятьях. – «И что стоило ей уступить одному из женихов?» – «Поддаться, ну нет. Отец бы сразу всё понял, да и мать бы не простила. Но теперь её изгнали, и пути назад нет». – Великанша вспомнила жизнь в деревне. Там приходилось готовить, убирать, а здесь, она себе хозяйка. – А что до мужчин, ну убила пару слабаков. Или они ждали, что гордая дочь титанов, ляжет под первого встречного! – «Эти старейшины, как посмели изгнать её, хуже всего что пришлось покинуть не только стойбище, но и охотничьи угодья, прилегающие к ним».
… Сначала она шла сквозь лес, затем через пустыню: здесь пролегала граница, меж землями титанов и прочим народом. В целом можно было остаться тут, но девушка, не могла жить без купания. В поисках реки, великанша уходила всё дальше от дома. Караваны и селенья, она предусмотрительно обходила стороной…
– Великаны были сильны, очень сильны, но у людей была магия. Даже драконы, кои пожрали немало её сородичей, гибли от рук мелких букашек. Больше всего девушка боялась попасть в рабство. В отрочестве, ей уже довелось побывать в плену. Однажды побежав за бабочкой, она заблудилась и уснула, а проснулась оттого, что кто-то укусил её за пятку. Девочка хотела почесать укушенное место, но не смогла сдвинуться, словно её что-то держало. Открыв глаза, она обнаружила себя в окружении каких-то оборванцев: один из которых длинным ножом колол ей ноги. Антая попыталась схватить наглеца, но её руки были привязаны к двум дубам толстыми веревками. Голоса доносились от земли. Титанша опустила глаза, чтоб разглядеть копошащихся возле ног букашек...
– Смотри-ка Финик, это чудо-юдо проснулось, – произнес худощавый парень в рваных тряпках, в коих угадывался костюм шута. – Ну и? – Спросил лысый мужчина, облачённый в потрёпанную мантию.
– Не торопись Тайлок, ждём Юсуфа, он скажет, что с ней делать, – почесал нос разбойник.
– А что тут думать, баба она и есть баба, – с иронизировал худощавый производя недвусмысленные движения, передней частью тела.
– Смотри не заблудись под ней, – сказал, судя по одежде бард, в роду которого, несомненно, были, и эльфы. – Жаль, что она такая большая и эти клыки. Интересно – такой, уродилась или под магию попала, – изнывал худощавый. – Успокойся Тайлок, скоро придет Юсуф, приведёт покупателя, – произнес лысый, потирая руки в предвкушении денег.
– Ты только о талах думаешь, а сам то не хочешь порезвиться? От неё не убудет, – предложил худощавый подойдя ближе к великанше, и проведя копьем по её коже от шеи, до ложбинки груди. Антея непроизвольно дернулась, чем вызвала смех разбойника. Она попыталась освободить руки, но они были крепко привязаны к стволам двух деревьев. Ноги удерживали прочные кандалы, прикованные к корням, стальной цепью. Антая попробовала ослабить веревки, но их затягивали с помощью рычага – догадалась она, увидев толстые палки со следами, оставленными канатом.
– И все-таки жалко, что девка – такая громадина, только посмотри на эти прелести, – произнес худощавый поддевая ремешок, стягивающий грудь Антаи, и перерезая его. Девушка покраснела и заплакала. А парень уставился на полушария размером с его голову. – Ух ты! – только и смог вымолвить он. – Ну, хватит, – сказал бард. – Тайлок отойди от неё, или Юсуф всё узнает, – пригрозил полукровка. – Сейчас, сейчас, Арк, только посмотрю, что у неё под юбкой..., – похотливо прошептал разбойник. Антая побледнела. – Ты смотри, зарделась, как наши деревенские, но даже среди них, таких красоток не попадалось, – пробормотал худощавый проведя остриём копья, вдоль бедра титанши, перерезая, кожаную шнуровку.
– Какое белое тело, – сказал шут с видом ценителя, откинув полоску ткани с живота жертвы. – Видно – Далусо редко целовал кожу в этом месте, – улыбнулся он, ткнув девушку в пах. Антея сжала колени, живот напрягся, её всю трясло. Обида, стыд, гнев – воспламеняли сердце. Но вот, в её глазах вместо отчаянья, появилась решимость. Титанша вытянула руки, как могла, крепко ухватив за канаты, охватывающие её запястья.
Земля слегка задрожала. Но худощавый, как будто ничего не замечал. – Высоковато, на землю бы положить. Какая тугая киска. Но если раздвинуть копьем, может, и получиться…, – начал было разбойник... но договорить не успел. Бард первым заметил опасность, когда из земли, где он стоял, полезли корни дерева. (Быстрый взгляд на пленницу). Канаты дрожат, как струны, на всем теле девушки, вздулись мускулы. «Значит не показалось», – отметил для себя полукровка.
– Тайлок, Финик бегите, – выкрикнул он, предупреждая товарищей.
– Да не бойся мы в лесу тут обвалов нет, – отвечал худощавый, пытаясь устоять на ногах...
– Ты глупец! – бард искал глазами оставленных лошадей, которые тихо ржали от страха. – Это не человек, а титанша. Просто ещё подросток, – посерев от страха, пояснил он.
– Ты че сказок начитался, ну да высокая, но мало ли на свете чудес. По мне обычная баба. Клыки убрать, рост уменьшить. Знавал я волшебника, мог всякие трансформации проворачивать. Не все правда, после такого выживали..., – ударился в воспоминания Тайлок.
– Ты зенки то, разуй пьянь. Или от пойла не отошёл. Будь это землетрясение всё бы уже ходуном ходило. А здесь в двадцати шагах и лист не шелохнётся! – Увещевал товарища бард.
– А ты прав, – наконец обратил внимание разбойник, на натянутые канаты.
– Эй красотка уймись, а то могу, и пощекотать, – пригрозил парень, приставив острое копье к груди девушки. Антая на миг затихла, но вдруг склонив голову, крепко ухватилась зубами за древко, чуть ниже острия – перекусив его. Дерево она прожевала, а гнутый метал, выплюнула под ноги шуту.
Тайлок недоуменно смотрел на обрубок, оставшийся от копья. Затем пару раз провел рукой над аккуратным срезом. – «Пусто, ничего нет, неужели откусила?» – Недоумевающе подумал он, сглотнув слюну.
– Беги канаты сейчас лопнут, а цепи её не удержат, – предостерег товарища бард, со всех ног улепётывая в лес, но тот его будто не слышал.
– Ты, что натворила тварь! – возмущался шут. – Да это копье дороже тебя стоит. Наконечник из гномьей стали, а ты его во, что превратила, – зашмыгал носом разбойник. – Да спасетесь уже, – отбежав метров на тридцать, выкрикнул полукровка. – Финик, обедом стать хочешь? Двигай. Что застрял, подымайся с земли, а нет так давай на карачках сподручней, – подбодрил товарища бард.
… – Гномья сталь, целых три тала! Юсуф убьёт, – причитал разбойник, пытаясь собрать куски металла...
Лысый, тихо скуля полз на четвереньках, тать пробовал встать, но земля так сильно тряслась, что он всё время падал...
– Канаты трещали, с них текло масло, которым они были пропитаны. Корни вздымались, но дубы были ещё молоды, и крепко держались за почву. С запястий Антеи потоком лилась кровь. – «Если б можно было подтянуть хоть одну руку ко рту, она бы зубами перегрызла веревки», – Подумала великанша, меняя тактику. Теперь она не просто тянула за верёвки, а подтягивала себя постепенно наматывая их, на руки. Более того она напрягла пресс и мышцы бедер, поджимая ноги. Деревья качнулись, но устояли. Бард наконец, добрался до лошадей, но подойти к ним не смог. Земля уже не просто тряслась, а ходила ходуном. Там, где корни деревьев срослись, стали появляться трещины. Арк смотрел, как изгибается тело девушки. Издалека великанша казалась обычного роста. – «Дурак Юсуф, все они дураки, ясное дело, таких людей не бывает!» – «Титаны потомки богов, вот и не верь после этого в сказки», – подумал бард, наконец добравшись до привязи на карачках.
– Вот, полукровка отвязал лошадей, но придержал одну, на которую вскочил, хлопнув по крупу. Вороная присела от очередного толчка, но всё же устояла.
– Скачи милая, скачи, прочь отсюда, – шептал бард на ухо лошади, понукая её.
– Эй конокрад жить надоело? Зачем отвязал? Грозно спросил толстый муж в серебристом хитоне.
– Да что ж такое вроде сюда шёл земля не тряслась, или меня от вина так... Погоди, это ты Арк? –Удивлено спросил волшебник. – А чё бледный такой, опять перебрал? – Хохотнул толстяк.
– Но забудь, давай я тебя представлю нашему клиенту, – развернулся было к кустам маг, но покупателя похоже уже, и след простыл.
– А, мессир Юсуф! – С усмешкой глянул на хозяина бард. – Извини тороплюсь. Матушка загрустила, весточку передала. И не говорю – прощай, вернусь, соберу останки. Если будет, что хоронить! – Добавил Арк, пришпорив коня. Юсуф пытался, что-то ответить, но земля уже ускользала у него из-под ног, а когда он упал, последнее, что смог разглядеть – то, как лопается звено, одной цепи, и летит прямо на него…
– «Как же больно ногам! А спина! Ещё немного и позвонки не выдержат». – Но вот натяженье ослабло. – «Порвала!» – От долгого крика пересохло в горле. Мышцы бедер, как налились свинцом». «Но, она свободна!» По крайней мере ноги. Осталось лишь раздавить насекомое копошащеюся внизу. А кстати, где шут, – подумала Антея осматриваясь. – А вот он, но нет далеко, не достать. Нужно что-то решить с верёвками. Может подтянуть ко рту, да зубами полоснуть?
– Худощавый хотел убежать, но не мог сдвинуться с места. Он смотрел на обнаженную девушку стоя на карачках. Сейчас, когда она почти освободилась, шут понимал, насколько у неё все большое и сильное. Как в забытье, он видел, как титанша напрягает пресс, поднимая ноги к правой руке. Как она подтягивается при помощи ступней. Как охватывает ими натянутую веревку, пытаясь, ослабить её своим весом...
… Дернув канаты ещё раз, Антея обернула их вокруг своих ног. – Ногти на ногах великанов столь же остры, как и когти дракона. И по прочности не уступают стали. – «А что насекомое?» – «Смотри ка никак в толк не возьмёт, зачем она проводит пальцами ног по канату». – «Что ж так даже лучше, когда поймет бежать будет поздно», – усмехнулась про себя девушка.
… Разбойник действительно не догадывался зачем она, что делает, пока не увидел, как прочные льняные волокна махрятся и отслаиваются. – «Дзинь» – лопнула одна связка веревки, – «хлоп» лопнула вторая. Земля больше не тряслась.
… Толстячок Юсуф, зажимая ладонью лоб, выбежал из-за деревьев, как раз в тот момент, когда великанша, разорвав веревку на руках перегрызла вторую. Как ни странно, следом за толстяком следовал мускулистый крепыш в богатой одежде работорговца, и два поджарых невольника с кнутами и цепью.
– Мессир Юсуф, мессир Юсуф куда вы, – причитал он. А как же задаток. Если передумали продавать верните деньги, – выкрикнул было, он, но вдруг осёкся...
– Великанша полностью освободилась и сейчас стояла, выпрямившись во весь рост. Её формы просто завораживали. Солнце светило со спины, создавая золотой ореол вокруг волос, и всего тела. Невольники, тоже не могли оторвать взгляд от прекрасной фигуры. Но работорговец был опытный, он сразу понял, кто перед ним. Высокий рост, матовая кожа, крохотные клыки. Несмотря на красоту это была титанша. Талий был изрядно начитан и знал, по силе великаны сравнимы с троллями, орками, драконами. Никого из вышеперечисленных в плену, обычно не держали, не продавали в рабство, и теперь, он понимал почему. Сила способная вырывать молодые деревья и рвать цепи. – Однако влип он. Юсуф при таком раскладе, денег не вернёт. Впрочем, если его прикончит его же товар, подчистить сумку толстяка будет несложно, – смекнул торговец, кивнув невольнику, который, бросил в мага, пузырек с синей жидкостью. Юсуф было оглянулся, но внезапно, осел на землю в то время, как его элементали прыснули во все стороны.
– «Так с этим разобрались. Начни маг буйствовать всем бы досталось, а так есть шанс остаться в живых и товар не потерять», – смекнул Талий, кланяясь Великанше.
– Милостивая госпожа, – прошепелявил он, – прошу прощения я не думал застать Вас так далеко от дома.
– «Стоп, а ведь и впрямь что-то есть», – решил охотник прислушавшись. Сначала он думал, ему мерещится. Но голос был: громкий, насыщенный. Это не был воинственный клич, или просьба о помощи. Скорей полное тоски и одиночества подвывание. Орнт, как и все его соплеменники обладал прекрасным слухом. И пусть в тембре певицы, слышались басовые нотки – «несомненно, это была женщина», – решил Орнт чувствуя, как буквально воспламеняется, его тело. Ещё некоторое время орк прислушивался к мелодии, но потом не выдержав вскочил, бросившись навстречу чарующим звукам...
… Он, несся не разбирая дороги, Колючие кусты Тавереска, царапали его тело, но орк этого даже не замечал.
А голос становился, всё ближе, и в нем было столько тоски, что Орнту, хотелось взвыть самому.
… Музыка водопада, журчанье ручья, и эта песня: то громче, то тише. Охотник буквально сходил с ума он, боялся снова, погрузится, во звуки ночного леса. Мысль о том, что голос исчезнет, была просто невыносима. Кусты Тавереска преграждали путь. Кустарник разросся бурно. Орк закрыл глаза руками и рванул вперед. Острые, как лезвия листы, исполосовали кожу. Юбка из шкуры тапира – перестала существовать. Боль была ужасающей. Но, Орнт несся вперед, лишь защищая глаза. Кровь хлестала, из многочисленных ран, но орка это не волновало. Его тянуло к просвету, он уже видел узкую полоску воды, и даже чей-то силуэт. Фигура явно была женской... Молодой охотник замер тяжело дыша, чувствуя, как слабеет тело. Девушка сидела на большом валуне в пол оборота. В лунном свете кожа чаровницы, казалась юноше светло-синего оттенка. Он видел её маленькие клыки, слегка приподнимавшие верхнюю губку в кокетливой улыбке. Видел слегка приплюснутый носик. Видел широкие плечи и узкую талию. Бедра были женственными и мускулистыми одновременно. – В правой руке прелестница держит гребень, в левой струящиеся волосы. Её большие глаза устремлены на лунную дорожку, ведущую к гроту...
… Вот девушка закончила петь, тяжело вздохнув, при этом её большая грудь слегка колыхнулась. Орнт не знал, что делает его соплеменница, так далеко от дома, да ещё ночью. – «Но столь ли это важно. Орочка была здесь перед ним. Сейчас темно, возможно, она не заметит его уродства, не оттолкнет». – Жар в нижней части живота стал просто невыносим. – «Пусть будет, что будет, но он дотронется до неё, даже если после его побьют». – Орк снова со сладострастием отметил мощные бедра, и сильные руки своей избранницы. – Как ему хочется прижаться к ней, ощутить под губами чуть влажную кожу, коснутся волос.
– «О боги, что это за звук. Откуда такая слабость». – Придя в себя парень с ужасом обнаружил, что всё его тело находится в западне. Цветы тавереска довольно хлюпали: очевидно, кровь юноши, им понравилась. Орнт рванулся изо всех сил, с корнем вырывая вцепившиеся в него ветки. Кусты недовольно зашипели, отбрасывая от себя строптивую добычу...
…Антая оглянувшись на звук, вскрикнула от неожиданности: когда темные кусты Тавереска, выбросили перед ней, обнажённого великана...
– «Опять мираж? Но запах крови такой яркий?» – Уже много раз, она представляла себя в мужских объятьях. – «И что стоило ей уступить одному из женихов?» – «Поддаться, ну нет. Отец бы сразу всё понял, да и мать бы не простила. Но теперь её изгнали, и пути назад нет». – Великанша вспомнила жизнь в деревне. Там приходилось готовить, убирать, а здесь, она себе хозяйка. – А что до мужчин, ну убила пару слабаков. Или они ждали, что гордая дочь титанов, ляжет под первого встречного! – «Эти старейшины, как посмели изгнать её, хуже всего что пришлось покинуть не только стойбище, но и охотничьи угодья, прилегающие к ним».
… Сначала она шла сквозь лес, затем через пустыню: здесь пролегала граница, меж землями титанов и прочим народом. В целом можно было остаться тут, но девушка, не могла жить без купания. В поисках реки, великанша уходила всё дальше от дома. Караваны и селенья, она предусмотрительно обходила стороной…
***
– Великаны были сильны, очень сильны, но у людей была магия. Даже драконы, кои пожрали немало её сородичей, гибли от рук мелких букашек. Больше всего девушка боялась попасть в рабство. В отрочестве, ей уже довелось побывать в плену. Однажды побежав за бабочкой, она заблудилась и уснула, а проснулась оттого, что кто-то укусил её за пятку. Девочка хотела почесать укушенное место, но не смогла сдвинуться, словно её что-то держало. Открыв глаза, она обнаружила себя в окружении каких-то оборванцев: один из которых длинным ножом колол ей ноги. Антая попыталась схватить наглеца, но её руки были привязаны к двум дубам толстыми веревками. Голоса доносились от земли. Титанша опустила глаза, чтоб разглядеть копошащихся возле ног букашек...
– Смотри-ка Финик, это чудо-юдо проснулось, – произнес худощавый парень в рваных тряпках, в коих угадывался костюм шута. – Ну и? – Спросил лысый мужчина, облачённый в потрёпанную мантию.
– Не торопись Тайлок, ждём Юсуфа, он скажет, что с ней делать, – почесал нос разбойник.
– А что тут думать, баба она и есть баба, – с иронизировал худощавый производя недвусмысленные движения, передней частью тела.
– Смотри не заблудись под ней, – сказал, судя по одежде бард, в роду которого, несомненно, были, и эльфы. – Жаль, что она такая большая и эти клыки. Интересно – такой, уродилась или под магию попала, – изнывал худощавый. – Успокойся Тайлок, скоро придет Юсуф, приведёт покупателя, – произнес лысый, потирая руки в предвкушении денег.
– Ты только о талах думаешь, а сам то не хочешь порезвиться? От неё не убудет, – предложил худощавый подойдя ближе к великанше, и проведя копьем по её коже от шеи, до ложбинки груди. Антея непроизвольно дернулась, чем вызвала смех разбойника. Она попыталась освободить руки, но они были крепко привязаны к стволам двух деревьев. Ноги удерживали прочные кандалы, прикованные к корням, стальной цепью. Антая попробовала ослабить веревки, но их затягивали с помощью рычага – догадалась она, увидев толстые палки со следами, оставленными канатом.
– И все-таки жалко, что девка – такая громадина, только посмотри на эти прелести, – произнес худощавый поддевая ремешок, стягивающий грудь Антаи, и перерезая его. Девушка покраснела и заплакала. А парень уставился на полушария размером с его голову. – Ух ты! – только и смог вымолвить он. – Ну, хватит, – сказал бард. – Тайлок отойди от неё, или Юсуф всё узнает, – пригрозил полукровка. – Сейчас, сейчас, Арк, только посмотрю, что у неё под юбкой..., – похотливо прошептал разбойник. Антая побледнела. – Ты смотри, зарделась, как наши деревенские, но даже среди них, таких красоток не попадалось, – пробормотал худощавый проведя остриём копья, вдоль бедра титанши, перерезая, кожаную шнуровку.
– Какое белое тело, – сказал шут с видом ценителя, откинув полоску ткани с живота жертвы. – Видно – Далусо редко целовал кожу в этом месте, – улыбнулся он, ткнув девушку в пах. Антея сжала колени, живот напрягся, её всю трясло. Обида, стыд, гнев – воспламеняли сердце. Но вот, в её глазах вместо отчаянья, появилась решимость. Титанша вытянула руки, как могла, крепко ухватив за канаты, охватывающие её запястья.
Земля слегка задрожала. Но худощавый, как будто ничего не замечал. – Высоковато, на землю бы положить. Какая тугая киска. Но если раздвинуть копьем, может, и получиться…, – начал было разбойник... но договорить не успел. Бард первым заметил опасность, когда из земли, где он стоял, полезли корни дерева. (Быстрый взгляд на пленницу). Канаты дрожат, как струны, на всем теле девушки, вздулись мускулы. «Значит не показалось», – отметил для себя полукровка.
– Тайлок, Финик бегите, – выкрикнул он, предупреждая товарищей.
– Да не бойся мы в лесу тут обвалов нет, – отвечал худощавый, пытаясь устоять на ногах...
– Ты глупец! – бард искал глазами оставленных лошадей, которые тихо ржали от страха. – Это не человек, а титанша. Просто ещё подросток, – посерев от страха, пояснил он.
– Ты че сказок начитался, ну да высокая, но мало ли на свете чудес. По мне обычная баба. Клыки убрать, рост уменьшить. Знавал я волшебника, мог всякие трансформации проворачивать. Не все правда, после такого выживали..., – ударился в воспоминания Тайлок.
– Ты зенки то, разуй пьянь. Или от пойла не отошёл. Будь это землетрясение всё бы уже ходуном ходило. А здесь в двадцати шагах и лист не шелохнётся! – Увещевал товарища бард.
– А ты прав, – наконец обратил внимание разбойник, на натянутые канаты.
– Эй красотка уймись, а то могу, и пощекотать, – пригрозил парень, приставив острое копье к груди девушки. Антая на миг затихла, но вдруг склонив голову, крепко ухватилась зубами за древко, чуть ниже острия – перекусив его. Дерево она прожевала, а гнутый метал, выплюнула под ноги шуту.
Тайлок недоуменно смотрел на обрубок, оставшийся от копья. Затем пару раз провел рукой над аккуратным срезом. – «Пусто, ничего нет, неужели откусила?» – Недоумевающе подумал он, сглотнув слюну.
– Беги канаты сейчас лопнут, а цепи её не удержат, – предостерег товарища бард, со всех ног улепётывая в лес, но тот его будто не слышал.
– Ты, что натворила тварь! – возмущался шут. – Да это копье дороже тебя стоит. Наконечник из гномьей стали, а ты его во, что превратила, – зашмыгал носом разбойник. – Да спасетесь уже, – отбежав метров на тридцать, выкрикнул полукровка. – Финик, обедом стать хочешь? Двигай. Что застрял, подымайся с земли, а нет так давай на карачках сподручней, – подбодрил товарища бард.
… – Гномья сталь, целых три тала! Юсуф убьёт, – причитал разбойник, пытаясь собрать куски металла...
Лысый, тихо скуля полз на четвереньках, тать пробовал встать, но земля так сильно тряслась, что он всё время падал...
– Канаты трещали, с них текло масло, которым они были пропитаны. Корни вздымались, но дубы были ещё молоды, и крепко держались за почву. С запястий Антеи потоком лилась кровь. – «Если б можно было подтянуть хоть одну руку ко рту, она бы зубами перегрызла веревки», – Подумала великанша, меняя тактику. Теперь она не просто тянула за верёвки, а подтягивала себя постепенно наматывая их, на руки. Более того она напрягла пресс и мышцы бедер, поджимая ноги. Деревья качнулись, но устояли. Бард наконец, добрался до лошадей, но подойти к ним не смог. Земля уже не просто тряслась, а ходила ходуном. Там, где корни деревьев срослись, стали появляться трещины. Арк смотрел, как изгибается тело девушки. Издалека великанша казалась обычного роста. – «Дурак Юсуф, все они дураки, ясное дело, таких людей не бывает!» – «Титаны потомки богов, вот и не верь после этого в сказки», – подумал бард, наконец добравшись до привязи на карачках.
– Вот, полукровка отвязал лошадей, но придержал одну, на которую вскочил, хлопнув по крупу. Вороная присела от очередного толчка, но всё же устояла.
– Скачи милая, скачи, прочь отсюда, – шептал бард на ухо лошади, понукая её.
– Эй конокрад жить надоело? Зачем отвязал? Грозно спросил толстый муж в серебристом хитоне.
– Да что ж такое вроде сюда шёл земля не тряслась, или меня от вина так... Погоди, это ты Арк? –Удивлено спросил волшебник. – А чё бледный такой, опять перебрал? – Хохотнул толстяк.
– Но забудь, давай я тебя представлю нашему клиенту, – развернулся было к кустам маг, но покупателя похоже уже, и след простыл.
– А, мессир Юсуф! – С усмешкой глянул на хозяина бард. – Извини тороплюсь. Матушка загрустила, весточку передала. И не говорю – прощай, вернусь, соберу останки. Если будет, что хоронить! – Добавил Арк, пришпорив коня. Юсуф пытался, что-то ответить, но земля уже ускользала у него из-под ног, а когда он упал, последнее, что смог разглядеть – то, как лопается звено, одной цепи, и летит прямо на него…
***
– «Как же больно ногам! А спина! Ещё немного и позвонки не выдержат». – Но вот натяженье ослабло. – «Порвала!» – От долгого крика пересохло в горле. Мышцы бедер, как налились свинцом». «Но, она свободна!» По крайней мере ноги. Осталось лишь раздавить насекомое копошащеюся внизу. А кстати, где шут, – подумала Антея осматриваясь. – А вот он, но нет далеко, не достать. Нужно что-то решить с верёвками. Может подтянуть ко рту, да зубами полоснуть?
– Худощавый хотел убежать, но не мог сдвинуться с места. Он смотрел на обнаженную девушку стоя на карачках. Сейчас, когда она почти освободилась, шут понимал, насколько у неё все большое и сильное. Как в забытье, он видел, как титанша напрягает пресс, поднимая ноги к правой руке. Как она подтягивается при помощи ступней. Как охватывает ими натянутую веревку, пытаясь, ослабить её своим весом...
… Дернув канаты ещё раз, Антея обернула их вокруг своих ног. – Ногти на ногах великанов столь же остры, как и когти дракона. И по прочности не уступают стали. – «А что насекомое?» – «Смотри ка никак в толк не возьмёт, зачем она проводит пальцами ног по канату». – «Что ж так даже лучше, когда поймет бежать будет поздно», – усмехнулась про себя девушка.
… Разбойник действительно не догадывался зачем она, что делает, пока не увидел, как прочные льняные волокна махрятся и отслаиваются. – «Дзинь» – лопнула одна связка веревки, – «хлоп» лопнула вторая. Земля больше не тряслась.
… Толстячок Юсуф, зажимая ладонью лоб, выбежал из-за деревьев, как раз в тот момент, когда великанша, разорвав веревку на руках перегрызла вторую. Как ни странно, следом за толстяком следовал мускулистый крепыш в богатой одежде работорговца, и два поджарых невольника с кнутами и цепью.
– Мессир Юсуф, мессир Юсуф куда вы, – причитал он. А как же задаток. Если передумали продавать верните деньги, – выкрикнул было, он, но вдруг осёкся...
– Великанша полностью освободилась и сейчас стояла, выпрямившись во весь рост. Её формы просто завораживали. Солнце светило со спины, создавая золотой ореол вокруг волос, и всего тела. Невольники, тоже не могли оторвать взгляд от прекрасной фигуры. Но работорговец был опытный, он сразу понял, кто перед ним. Высокий рост, матовая кожа, крохотные клыки. Несмотря на красоту это была титанша. Талий был изрядно начитан и знал, по силе великаны сравнимы с троллями, орками, драконами. Никого из вышеперечисленных в плену, обычно не держали, не продавали в рабство, и теперь, он понимал почему. Сила способная вырывать молодые деревья и рвать цепи. – Однако влип он. Юсуф при таком раскладе, денег не вернёт. Впрочем, если его прикончит его же товар, подчистить сумку толстяка будет несложно, – смекнул торговец, кивнув невольнику, который, бросил в мага, пузырек с синей жидкостью. Юсуф было оглянулся, но внезапно, осел на землю в то время, как его элементали прыснули во все стороны.
– «Так с этим разобрались. Начни маг буйствовать всем бы досталось, а так есть шанс остаться в живых и товар не потерять», – смекнул Талий, кланяясь Великанше.
– Милостивая госпожа, – прошепелявил он, – прошу прощения я не думал застать Вас так далеко от дома.
