Дозорные башни; обитые медью с установленными на них катапультами и баллистами; на случай появления драконов, блистали на солнце. Справа находилось море, слева, стены упирались в неприступные скалы; над которыми кружили боевые виверны.
– «Ну, туда я точно не пойду», – подумал Ран, – «придется пройтись вдоль по берегу моря, главное подальше от людей». – Юноша легким шагом направился к воде. В животе заурчало. Латы показались необыкновенно тяжелыми. Сейчас Ран уже проклинал тот час, когда решился одеть их.
– «Лучше б он продал всё за серебряный тал. – Сидел бы сейчас себе, где-нибудь в «Святой Деве», пил зелье из Тавереска; сваренное – Доброй Мартой, вместе с такими же бедолагами. Правильно говорил – Повешенный, из их гильдии: «Добычу надо сбывать, а не использовать». – Ран нарушил основное правило, за что теперь и расплачивается. – Юноша прикоснулся к губам, вспомнив поцелуй девушки. – В конце концов, его жизнь не так много стоит. Сможет ли он увидеть её, хоть одним глазком? – Рану стало грустно; жажда и голод ни прибавляли оптимизма. – «Рыбу поймать что ли?» – подумал юноша, с трудом доковыляв до воды. – Чёртовы шпоры, цеплялись за траву, мешали идти, однако вскоре, лужайки кончились.
– Ран вышел на пляж и уже хотел войти в воду; но вдруг уперся, в невидимую стену. – Каплпак, что за бред! – выругался юноша. Он попробовал снова пробиться, но ничего не вышло; его, как будто что-то отталкивало назад. – «Неужели защитный барьер! И пропускает, он видимо лишь магов», – догадался парень. – «Он не волшебник, значит, нечего и пытаться пройти здесь». – «Но может, стена, защищает лишь пространство вокруг города? Как бы там не было надо проверить». – Юноша пристроил меч за спиной; что б не путался под ногами, и пошёл вдоль берега; но вскоре вновь упёрся во что-то невидимое. – «Опять неудача», – однако парень не сдался, решив пойти вдоль магической стены, держа руки пред собой, словно слепой.
– И опять: песок, лужайки, дороги. Ноги уже подкашивались от усталости, когда юноша наконец добрался до скал; где, отыскав большой валун, присел на него вытянув ноги.
– Солнце пекло нещадно, но в доспехах было прохладно. Ран забрался в тень от скалы: решив отдохнуть. – Когда турнир кончится, защиту наверняка снимут, а пока он вынужден оставаться здесь. Но ему не спалось. Голод он ещё мог терпеть, – «но жажда просто невыносима».
– А светило уже в зените, тени, становясь, бледней, исчезали, и вскоре Ран вновь оказался, под горящими лучами Далусо. Юноша задумался, – «турнир может длиться неделю, так долго он не протянет».
– «Выбора нет, придётся идти к шатрам. У него неплохо получается играть рыцаря, может всё обойдется».
– и вот, обдумав все за и против, воришка встал с камня, и не торопясь, пошёл навстречу своей судьбе...
– Стук молотков всё громче. Рабочие едва различимые в знойном зареве, убирали леса, с гордостью, оглядывая – созданные ими трибуны. Скамьи располагались на естественных возвышениях холмов, а там, где природа подкачала, строители насыпали гравия, и навезли песку.
– Трибуны располагались, таким образом, чтобы образовался ровный круг с ристалищем посредине. Вся арена была посыпана песчаником, чтоб всадник при падении не ушибся. Деревянные стены имели прослойку из соломы, и были обиты красным бархатом.
Северней; на самом высоком холме – находился тент; украшенный королевскими стягами; чуть пониже были скамьи – для знатных лордов и леди; остальные зрители располагались в зависимости от размеров своего кошелька. Ближе к арене места стоили всего тал, выше намного дороже. Благородные участники состязаний находились восточней, ближе к шатрам. В трибунах для них был сделан небольшой проход. Западней тоже были ворота, но их охраняла стража; пускавшая лишь по билетам. Маги, жрецы, кудесники – располагались южней, ближе к морю. Они стояли на маленьких деревянных башенках, и следили за погодой. Чуть дальше ближе к рощице, виднелись: многочисленные палатки, передвижные фургоны-гостиницы.
– В долине находилось не менее четырех тысяч человек, и все со своими запросами и потребностями. Разумеется, тенистые деревья манили, не только благородных лордов и леди, но также простолюдинов. Ран добрел до соснового бора, но дальше не пошёл, – так будет проще затеряться в толпе…
– Юноша подошел к торговцу, продававшему воду. Толстяк с черпаком, завидев Рана, тут же достал книгу, типа той, что пользовалась Амилия. Точно так же, поступали все торговцы, мимо которых он проходил. К парню приблизился монах в темной робе, с коробочкой для пожертвований на груди, и квадратной кожаной сумкой на спине.
– Подайте на храм Вулу сир, – залепетал старик, склонивши голову, и дернув себя за длинную седую бороду. – Хотя б один тал, – продолжил он. – К нему присоединился ещё один попрошайка, выглядевший почти так же, как первый. – Одарите храм Валу, – старческим фальцетом пропел он, – и да снизойдет на вас милость его, – продолжил дервиш, тоже дернув себя за бороду; но видно не рассчитал сил, потому завопил от боли, крутясь на месте. – О, великий Валу, какие муки терплю, ради тебя, – торжественно пропел монах, потрясая клочком седых волос.
– «Нищие! Вряд ли благородный рыцарь обратил бы на них внимание», – решил юноша, ища, где бы стянуть воду. Но когда появился третий монах, нервы Рана не выдержали, и он резко остановился, положив руку на рукоять меча.
– Простите почтенные старцы, – едва сдерживая себя, проговорил он, – но у меня нет с собой денег. – Монахи переглянулись, тяжело вздохнув. – Конечно, господин – молвил первый монах, снимая с плеч квадратную сумку. – Соблаговолите назвать ваше достойное имя и сумму, которые вы хотите передать. – Произнес он, роясь в котомке, чтоб достать талмуд; похожий на тот, что был у всех торговцев. Его товарищи поступили так же.
– Юноша уже хотел назваться, что б они отстали, но вспомнил, что исчерпал свой кредит; подарив золото юной отаю. – «Но если не отпугнуть попрошаек, они последуют за ним, как прилипалы за акулой, и тогда уж точно ничего украсть не получится», – подумал юноша, решив припугнуть нищих.
– Валу, что это за бог такой, никогда о нем не слышал. Точнее боги, как там: Валу, Вулу, а твоего как зовут? – обратился Ран к третьему старцу. – Вилу господин, – выдохнул он. – Это новые боги, они пришли взамен: Далусо, Асаю и Гертеи, – пояснил старец, многозначительно погрозив небу ...
– Интересно, – раздался молодой звонкий голос. – Хотите сказать моя Богиня, вне этого мира!
– Воздух засветился серебреным светом. Старцы дружно взвыли пустившись наутёк; подхлестываемые ветром. Юноша обернулся. Напротив него стоял жрец Асаю, в легком золотом одеянии; представлявшим собой тунику, с одетым поверх плаща капюшоном.
– Авель, – представился мужчина, протянув загорелую руку; в левой он держал посох.
– А.… я ... Аран, – наконец выдохнул юноша, смолкнув. – О-о! – произнес жрец, и тоже замолчал.
– Юноша смутился, с волшебниками так близко, он ещё ни разу не разговаривал. – «Точней они ещё ни разу не говорили с ним», – поправил он себя.
– Вы не проводите меня к шатрам, – неожиданно спросил Ран, чтоб нарушить молчание.
– Конечно сир, – ответил Авель, пристально глядя на юношу. – Следуйте за мной, – указал рукой на тропу жрец, и пошел вперёд; далее не оглядываясь. Ран следовал за ним. Всю дорогу до шатров они молчали. Возле лагеря рыцарей, жрец остановился.
– Мы пришли, – коротко, пояснил он.
– А теперь прошу извинить, у меня дела, – откланялся Авель.
– Ран в растерянности, пробормотал слова благодарности, но жрец его уже не слышал...
– Юноша уже порядком устал. Лагерь рыцарей находился на невысоком холме и продувался легким ветерком так, что жарко ему не было, однако, пить всё равно хотелось, и сейчас за глоток воды, он был готов убить. Парень прошёл мимо палаток, даже не взглянув на них. – «Вот ведь странно, все книги у торговцев, монахов, похожи; очевидно, здесь тоже замешана магия. – «Пользоваться исчерпанным кредитом – привлечь к себе внимание, но как быть без воды...».
– Юноша брёл среди шатров и палаток. Вокруг сновали оруженосцы; некоторые несли кувшины, и блюда. – Заметив на себе голодный взгляд – «Лорда», мальчики пугались и стремглав уносились прочь.
– Ран уже долго бродил по опушке, но рыцарей нигде не видел. Наконец он обнаружил место, где они собирались. Громадные столы сделанные, из моренного дуба, ломились от яств, вокруг них сидела либо стояла знать: занимаясь чревоугодием. Многие уже успели изрядно выпить и теперь рассказывали байки, либо пели песни. Но были и те, кто сидел с брусками в руках; оттачивая фаску; пробуя время от времени, остроту лезвия...
– Под ноги парню подкатился шут; зазвенев бубенцами.
– Привет, тебе славный рыцарь, – пропел он петухом, и закудахтав, умчался дальше веселить других. Юноша сел на скамью, положив руки на стол. Рядом с ним стоял серебреный бокал и кувшин с водой. Ран не знал – ведётся ли учет поглощённой провизии, но больше терпеть не мог. Он осторожно подвинулся по скамье, так чтобы вода оказалась в зоне досягаемости, после чего умыкнул кувшин. Внутри плескалась вода. Юноша, как смотрел в глубь большого колодца. – «Там было темно и прохладно». – Ран пил, вода стекала по его доспехам, затекала под них, но он никак не мог остановиться. Вскоре кувшин опустел; жажда исчезла, зато голод стал ещё сильней.
– Парень вновь передвинулся по скамье, очутившись возле блюда, с жареным поросенком; украшенным сельдереем и морковью. На вкус мясо было сочным, и настолько вкусным, что Ран даже не заметил, как съел его. После сытой трапезы, парня потянуло в сон. Он, уже приготовился заснуть прямо здесь за столом, когда неожиданный удар по спине, вывел его из мира грез.
– Приветствую тебя друг, – прогрохотал громкий бас над правым ухом Рана; и тут же на скамью рядом с юношей; грохоча доспехами, приземлился грузный человек; с косматой бородой; с вплетёнными в неё бронзовыми божками. Черные до плеч волосы рыцаря, заплетенные в косы, свисали маслянистыми прядями. Глаза были посажены так глубоко, что скрывались в тени сросшихся на переносице лохматых бровей. – Я Варик! – прогремел великан, подсаживаясь ближе к юноше и обнимая его за плечи. – Аран, – уже привычно ответил Ран.
– О, так ты не из простых, но раз так давай выпьем, – сказал рыцарь, подтягивая к себе бочонок с вином, стоявший на столе. – Ты ведь принц – судя по имени, – произнес великан, сжимая юношу так, что затрещали доспехи. Ран молча подвинул кубок. Всё происходящее его настолько достало, что ему хотелось просто: напиться, уснуть, и ни о чём не думать.
– Вот я Варик, – рассуждал тем временем великан. – Второй сын лорда Беттона потому и не Арик, как мой брат ха-ха. – Но вот скажи принц, если брата убьют, – язык рыцаря заплетался, — стану ли я Ариком, или останусь Вариком. – Нет, не стану, – сам себе отвечал рыцарь. – А знаешь почему. Потому, что у меня есть милая племянница, истинная принцесса, эх. Кстати, хочешь с ней познакомлю, – спросил бородач, хлопнув по спине парня.
– юноша промолчал, он вспомнил Амилию. А великан продолжал говорить, время от времени ударяя бочонком по столу.
... – Что, не хочешь. Дочь Арика не хочешь. А может, ты хочешь мою дочь! – угрожающе проревел Варик так громко, что соседние рыцари обернулись. – Ран обеспокоено огляделся, он не знал, как успокоить рыцаря, потому начал издалека.
– Сир, – сказал он, – ваша племянница и ваша дочь, без сомнения прекрасные девушки, но у меня уже есть та, кто мне нравится. И зовут её Амилия, точней Амилия Ита, – уточнил он. Ран произнес полное имя дочери торговца, поскольку так, пропасть между ними – казалась меньше. – «Если б она была просто – Ита, он бы ещё мог на что-то надеяться, а так...».
– О как, – прервал его размышления Варик. – У тебя хороший вкус принц. Придётся, моим девочкам, поискать в другом месте, – пробормотал бородач; упав лицом в пудинг ...
– Ран глянул на собутыльника и решил, было уже последовать его примеру, но здесь горн глашатая возвестил о начале турнира. Варик поднялся, опрокинул в себя кувшин вина, и на нетвёрдых ногах направился к арене. Ран последовал за ним. Стражники, оглядели обоих рыцарей с легкой усмешкой, но пропустили без вопросов.
– Вся арена была залита солнцем; лишь там, где стена, была выше всего, было немного тени. Варик указал на возвышение, где стояло два трона. – Видишь принц, там наши хозяйки, тока ты на них не смотри, другого полета птицы. Пошли, встанем к тем ребятам у коновязи, оттуда лучше видно, – сказал рыцарь и, подхватив Рана за пояс, потащил его к группе людей, в бедняцкой одежде...
– Добравшись до большого камня, великан остановился; прочитав вслух – лист пергамента; прикрепленный к столбу: – Десять лоренов, за вводный тур, неплохо, – отметил он.
– Однако: стрельба из лука, метание дротиков, бросание бревен, это ведь всё не твои забавы принц, – прогрохотал рыцарь. Но зато, отсюда уже можно смотреть на тент, – указал он на возвышение. Видишь там под балдахином – принцесса Антария, правда, красотка. Но лучше не смотри, – погрозил пальцем Варик, – это жена самого Алана, а с ним шутки плохи, – предупредил великан...
– Да не повезло, – сам себе сказал рыцарь, перетягивание каната отложено. Там я всегда выигрываю, ведь после трапезы, – похлопал себя по животу бородач, – меня трудно сдвинуть.
– Остаётся метанье бревен, однако, тут есть ребята, что могут кинуть дальше меня, что нуждается в исправлении, – злобно ухмыльнулся Варик. – Сейчас лучники рассосутся, и я тебе кое-что покажу, – произнес он, доверительно подмигнув глазом.
– Ран молча выслушал монолог, его голова слегка кружилась от выпитого вина, от еды хотелось спать. На жену Алана он глянул лишь мельком, но вот вторая принцесса больше привлекла его внимание. Великан заметил на кого он смотрит, и переменился в лице. – Чур, чур тебя, я же сказал не смотреть на сестёр, – прошипел Варик, чертя в воздухе, отворотный знак. – Почему, – поинтересовался Ран, она же красивая, – добавил он, рассматривая девушку. – О так ты не знаешь! Это, же Алисия, – со страхом прошептал бородач, – говорят она ведьма, – пояснил рыцарь, осматриваясь по сторонам. – Ходят слухи, принцесса забирает узников, умерщвляет, а потом те ходят! – С ужасом в голосе поведал Варик. – А ещё говорят, несмотря на то что она младше сестры, намного могущественней её ...
– Юноша мысленно сравнил три имени уже известных ему. Итак, Алан: Первая «А», вторая «Л», третья «А». Алисия: Первая «А» вторая «Л» третья «И». И Амилия. – Неожиданно Ран понял, что, если смотреть по имени – его возлюбленная, почти равна по знатности Алисии, и даже превосходит будущую королеву. – Сердце юноши радостно забилось. – «Получается, его девушка, по рангу, на уровне принцесс крови, а значит его подарок, у неё – никто не отнимет; даже когда всё вскроется».
– Ран смотрел на Алисию, мысленно сравнивая её с Амилией....
– Хо, вводный тур лучников, ты только глянь, сколько сброда хотят выиграть приз, – произнес бородач, хлопнув юношу по плечу. – Ран глянул, куда указывал великан. Сборище действительно было весьма разнообразным. В стороне от всех стояли три разбойника; скорей всего для конспирации носивших: курчавые маслянистые бороды; и чьих глаз было не различить под густой копной, давно не стрижиных, спутанных волос.
– «Ну, туда я точно не пойду», – подумал Ран, – «придется пройтись вдоль по берегу моря, главное подальше от людей». – Юноша легким шагом направился к воде. В животе заурчало. Латы показались необыкновенно тяжелыми. Сейчас Ран уже проклинал тот час, когда решился одеть их.
– «Лучше б он продал всё за серебряный тал. – Сидел бы сейчас себе, где-нибудь в «Святой Деве», пил зелье из Тавереска; сваренное – Доброй Мартой, вместе с такими же бедолагами. Правильно говорил – Повешенный, из их гильдии: «Добычу надо сбывать, а не использовать». – Ран нарушил основное правило, за что теперь и расплачивается. – Юноша прикоснулся к губам, вспомнив поцелуй девушки. – В конце концов, его жизнь не так много стоит. Сможет ли он увидеть её, хоть одним глазком? – Рану стало грустно; жажда и голод ни прибавляли оптимизма. – «Рыбу поймать что ли?» – подумал юноша, с трудом доковыляв до воды. – Чёртовы шпоры, цеплялись за траву, мешали идти, однако вскоре, лужайки кончились.
***
– Ран вышел на пляж и уже хотел войти в воду; но вдруг уперся, в невидимую стену. – Каплпак, что за бред! – выругался юноша. Он попробовал снова пробиться, но ничего не вышло; его, как будто что-то отталкивало назад. – «Неужели защитный барьер! И пропускает, он видимо лишь магов», – догадался парень. – «Он не волшебник, значит, нечего и пытаться пройти здесь». – «Но может, стена, защищает лишь пространство вокруг города? Как бы там не было надо проверить». – Юноша пристроил меч за спиной; что б не путался под ногами, и пошёл вдоль берега; но вскоре вновь упёрся во что-то невидимое. – «Опять неудача», – однако парень не сдался, решив пойти вдоль магической стены, держа руки пред собой, словно слепой.
– И опять: песок, лужайки, дороги. Ноги уже подкашивались от усталости, когда юноша наконец добрался до скал; где, отыскав большой валун, присел на него вытянув ноги.
– Солнце пекло нещадно, но в доспехах было прохладно. Ран забрался в тень от скалы: решив отдохнуть. – Когда турнир кончится, защиту наверняка снимут, а пока он вынужден оставаться здесь. Но ему не спалось. Голод он ещё мог терпеть, – «но жажда просто невыносима».
– А светило уже в зените, тени, становясь, бледней, исчезали, и вскоре Ран вновь оказался, под горящими лучами Далусо. Юноша задумался, – «турнир может длиться неделю, так долго он не протянет».
– «Выбора нет, придётся идти к шатрам. У него неплохо получается играть рыцаря, может всё обойдется».
– и вот, обдумав все за и против, воришка встал с камня, и не торопясь, пошёл навстречу своей судьбе...
***
– Стук молотков всё громче. Рабочие едва различимые в знойном зареве, убирали леса, с гордостью, оглядывая – созданные ими трибуны. Скамьи располагались на естественных возвышениях холмов, а там, где природа подкачала, строители насыпали гравия, и навезли песку.
– Трибуны располагались, таким образом, чтобы образовался ровный круг с ристалищем посредине. Вся арена была посыпана песчаником, чтоб всадник при падении не ушибся. Деревянные стены имели прослойку из соломы, и были обиты красным бархатом.
Северней; на самом высоком холме – находился тент; украшенный королевскими стягами; чуть пониже были скамьи – для знатных лордов и леди; остальные зрители располагались в зависимости от размеров своего кошелька. Ближе к арене места стоили всего тал, выше намного дороже. Благородные участники состязаний находились восточней, ближе к шатрам. В трибунах для них был сделан небольшой проход. Западней тоже были ворота, но их охраняла стража; пускавшая лишь по билетам. Маги, жрецы, кудесники – располагались южней, ближе к морю. Они стояли на маленьких деревянных башенках, и следили за погодой. Чуть дальше ближе к рощице, виднелись: многочисленные палатки, передвижные фургоны-гостиницы.
– В долине находилось не менее четырех тысяч человек, и все со своими запросами и потребностями. Разумеется, тенистые деревья манили, не только благородных лордов и леди, но также простолюдинов. Ран добрел до соснового бора, но дальше не пошёл, – так будет проще затеряться в толпе…
***
– Юноша подошел к торговцу, продававшему воду. Толстяк с черпаком, завидев Рана, тут же достал книгу, типа той, что пользовалась Амилия. Точно так же, поступали все торговцы, мимо которых он проходил. К парню приблизился монах в темной робе, с коробочкой для пожертвований на груди, и квадратной кожаной сумкой на спине.
– Подайте на храм Вулу сир, – залепетал старик, склонивши голову, и дернув себя за длинную седую бороду. – Хотя б один тал, – продолжил он. – К нему присоединился ещё один попрошайка, выглядевший почти так же, как первый. – Одарите храм Валу, – старческим фальцетом пропел он, – и да снизойдет на вас милость его, – продолжил дервиш, тоже дернув себя за бороду; но видно не рассчитал сил, потому завопил от боли, крутясь на месте. – О, великий Валу, какие муки терплю, ради тебя, – торжественно пропел монах, потрясая клочком седых волос.
– «Нищие! Вряд ли благородный рыцарь обратил бы на них внимание», – решил юноша, ища, где бы стянуть воду. Но когда появился третий монах, нервы Рана не выдержали, и он резко остановился, положив руку на рукоять меча.
– Простите почтенные старцы, – едва сдерживая себя, проговорил он, – но у меня нет с собой денег. – Монахи переглянулись, тяжело вздохнув. – Конечно, господин – молвил первый монах, снимая с плеч квадратную сумку. – Соблаговолите назвать ваше достойное имя и сумму, которые вы хотите передать. – Произнес он, роясь в котомке, чтоб достать талмуд; похожий на тот, что был у всех торговцев. Его товарищи поступили так же.
– Юноша уже хотел назваться, что б они отстали, но вспомнил, что исчерпал свой кредит; подарив золото юной отаю. – «Но если не отпугнуть попрошаек, они последуют за ним, как прилипалы за акулой, и тогда уж точно ничего украсть не получится», – подумал юноша, решив припугнуть нищих.
– Валу, что это за бог такой, никогда о нем не слышал. Точнее боги, как там: Валу, Вулу, а твоего как зовут? – обратился Ран к третьему старцу. – Вилу господин, – выдохнул он. – Это новые боги, они пришли взамен: Далусо, Асаю и Гертеи, – пояснил старец, многозначительно погрозив небу ...
– Интересно, – раздался молодой звонкий голос. – Хотите сказать моя Богиня, вне этого мира!
– Воздух засветился серебреным светом. Старцы дружно взвыли пустившись наутёк; подхлестываемые ветром. Юноша обернулся. Напротив него стоял жрец Асаю, в легком золотом одеянии; представлявшим собой тунику, с одетым поверх плаща капюшоном.
– Авель, – представился мужчина, протянув загорелую руку; в левой он держал посох.
– А.… я ... Аран, – наконец выдохнул юноша, смолкнув. – О-о! – произнес жрец, и тоже замолчал.
– Юноша смутился, с волшебниками так близко, он ещё ни разу не разговаривал. – «Точней они ещё ни разу не говорили с ним», – поправил он себя.
– Вы не проводите меня к шатрам, – неожиданно спросил Ран, чтоб нарушить молчание.
– Конечно сир, – ответил Авель, пристально глядя на юношу. – Следуйте за мной, – указал рукой на тропу жрец, и пошел вперёд; далее не оглядываясь. Ран следовал за ним. Всю дорогу до шатров они молчали. Возле лагеря рыцарей, жрец остановился.
– Мы пришли, – коротко, пояснил он.
– А теперь прошу извинить, у меня дела, – откланялся Авель.
– Ран в растерянности, пробормотал слова благодарности, но жрец его уже не слышал...
***
– Юноша уже порядком устал. Лагерь рыцарей находился на невысоком холме и продувался легким ветерком так, что жарко ему не было, однако, пить всё равно хотелось, и сейчас за глоток воды, он был готов убить. Парень прошёл мимо палаток, даже не взглянув на них. – «Вот ведь странно, все книги у торговцев, монахов, похожи; очевидно, здесь тоже замешана магия. – «Пользоваться исчерпанным кредитом – привлечь к себе внимание, но как быть без воды...».
– Юноша брёл среди шатров и палаток. Вокруг сновали оруженосцы; некоторые несли кувшины, и блюда. – Заметив на себе голодный взгляд – «Лорда», мальчики пугались и стремглав уносились прочь.
– Ран уже долго бродил по опушке, но рыцарей нигде не видел. Наконец он обнаружил место, где они собирались. Громадные столы сделанные, из моренного дуба, ломились от яств, вокруг них сидела либо стояла знать: занимаясь чревоугодием. Многие уже успели изрядно выпить и теперь рассказывали байки, либо пели песни. Но были и те, кто сидел с брусками в руках; оттачивая фаску; пробуя время от времени, остроту лезвия...
***
– Под ноги парню подкатился шут; зазвенев бубенцами.
– Привет, тебе славный рыцарь, – пропел он петухом, и закудахтав, умчался дальше веселить других. Юноша сел на скамью, положив руки на стол. Рядом с ним стоял серебреный бокал и кувшин с водой. Ран не знал – ведётся ли учет поглощённой провизии, но больше терпеть не мог. Он осторожно подвинулся по скамье, так чтобы вода оказалась в зоне досягаемости, после чего умыкнул кувшин. Внутри плескалась вода. Юноша, как смотрел в глубь большого колодца. – «Там было темно и прохладно». – Ран пил, вода стекала по его доспехам, затекала под них, но он никак не мог остановиться. Вскоре кувшин опустел; жажда исчезла, зато голод стал ещё сильней.
– Парень вновь передвинулся по скамье, очутившись возле блюда, с жареным поросенком; украшенным сельдереем и морковью. На вкус мясо было сочным, и настолько вкусным, что Ран даже не заметил, как съел его. После сытой трапезы, парня потянуло в сон. Он, уже приготовился заснуть прямо здесь за столом, когда неожиданный удар по спине, вывел его из мира грез.
***
– Приветствую тебя друг, – прогрохотал громкий бас над правым ухом Рана; и тут же на скамью рядом с юношей; грохоча доспехами, приземлился грузный человек; с косматой бородой; с вплетёнными в неё бронзовыми божками. Черные до плеч волосы рыцаря, заплетенные в косы, свисали маслянистыми прядями. Глаза были посажены так глубоко, что скрывались в тени сросшихся на переносице лохматых бровей. – Я Варик! – прогремел великан, подсаживаясь ближе к юноше и обнимая его за плечи. – Аран, – уже привычно ответил Ран.
– О, так ты не из простых, но раз так давай выпьем, – сказал рыцарь, подтягивая к себе бочонок с вином, стоявший на столе. – Ты ведь принц – судя по имени, – произнес великан, сжимая юношу так, что затрещали доспехи. Ран молча подвинул кубок. Всё происходящее его настолько достало, что ему хотелось просто: напиться, уснуть, и ни о чём не думать.
– Вот я Варик, – рассуждал тем временем великан. – Второй сын лорда Беттона потому и не Арик, как мой брат ха-ха. – Но вот скажи принц, если брата убьют, – язык рыцаря заплетался, — стану ли я Ариком, или останусь Вариком. – Нет, не стану, – сам себе отвечал рыцарь. – А знаешь почему. Потому, что у меня есть милая племянница, истинная принцесса, эх. Кстати, хочешь с ней познакомлю, – спросил бородач, хлопнув по спине парня.
– юноша промолчал, он вспомнил Амилию. А великан продолжал говорить, время от времени ударяя бочонком по столу.
... – Что, не хочешь. Дочь Арика не хочешь. А может, ты хочешь мою дочь! – угрожающе проревел Варик так громко, что соседние рыцари обернулись. – Ран обеспокоено огляделся, он не знал, как успокоить рыцаря, потому начал издалека.
– Сир, – сказал он, – ваша племянница и ваша дочь, без сомнения прекрасные девушки, но у меня уже есть та, кто мне нравится. И зовут её Амилия, точней Амилия Ита, – уточнил он. Ран произнес полное имя дочери торговца, поскольку так, пропасть между ними – казалась меньше. – «Если б она была просто – Ита, он бы ещё мог на что-то надеяться, а так...».
– О как, – прервал его размышления Варик. – У тебя хороший вкус принц. Придётся, моим девочкам, поискать в другом месте, – пробормотал бородач; упав лицом в пудинг ...
***
– Ран глянул на собутыльника и решил, было уже последовать его примеру, но здесь горн глашатая возвестил о начале турнира. Варик поднялся, опрокинул в себя кувшин вина, и на нетвёрдых ногах направился к арене. Ран последовал за ним. Стражники, оглядели обоих рыцарей с легкой усмешкой, но пропустили без вопросов.
– Вся арена была залита солнцем; лишь там, где стена, была выше всего, было немного тени. Варик указал на возвышение, где стояло два трона. – Видишь принц, там наши хозяйки, тока ты на них не смотри, другого полета птицы. Пошли, встанем к тем ребятам у коновязи, оттуда лучше видно, – сказал рыцарь и, подхватив Рана за пояс, потащил его к группе людей, в бедняцкой одежде...
– Добравшись до большого камня, великан остановился; прочитав вслух – лист пергамента; прикрепленный к столбу: – Десять лоренов, за вводный тур, неплохо, – отметил он.
– Однако: стрельба из лука, метание дротиков, бросание бревен, это ведь всё не твои забавы принц, – прогрохотал рыцарь. Но зато, отсюда уже можно смотреть на тент, – указал он на возвышение. Видишь там под балдахином – принцесса Антария, правда, красотка. Но лучше не смотри, – погрозил пальцем Варик, – это жена самого Алана, а с ним шутки плохи, – предупредил великан...
***
– Да не повезло, – сам себе сказал рыцарь, перетягивание каната отложено. Там я всегда выигрываю, ведь после трапезы, – похлопал себя по животу бородач, – меня трудно сдвинуть.
– Остаётся метанье бревен, однако, тут есть ребята, что могут кинуть дальше меня, что нуждается в исправлении, – злобно ухмыльнулся Варик. – Сейчас лучники рассосутся, и я тебе кое-что покажу, – произнес он, доверительно подмигнув глазом.
– Ран молча выслушал монолог, его голова слегка кружилась от выпитого вина, от еды хотелось спать. На жену Алана он глянул лишь мельком, но вот вторая принцесса больше привлекла его внимание. Великан заметил на кого он смотрит, и переменился в лице. – Чур, чур тебя, я же сказал не смотреть на сестёр, – прошипел Варик, чертя в воздухе, отворотный знак. – Почему, – поинтересовался Ран, она же красивая, – добавил он, рассматривая девушку. – О так ты не знаешь! Это, же Алисия, – со страхом прошептал бородач, – говорят она ведьма, – пояснил рыцарь, осматриваясь по сторонам. – Ходят слухи, принцесса забирает узников, умерщвляет, а потом те ходят! – С ужасом в голосе поведал Варик. – А ещё говорят, несмотря на то что она младше сестры, намного могущественней её ...
– Юноша мысленно сравнил три имени уже известных ему. Итак, Алан: Первая «А», вторая «Л», третья «А». Алисия: Первая «А» вторая «Л» третья «И». И Амилия. – Неожиданно Ран понял, что, если смотреть по имени – его возлюбленная, почти равна по знатности Алисии, и даже превосходит будущую королеву. – Сердце юноши радостно забилось. – «Получается, его девушка, по рангу, на уровне принцесс крови, а значит его подарок, у неё – никто не отнимет; даже когда всё вскроется».
***
– Ран смотрел на Алисию, мысленно сравнивая её с Амилией....
– Хо, вводный тур лучников, ты только глянь, сколько сброда хотят выиграть приз, – произнес бородач, хлопнув юношу по плечу. – Ран глянул, куда указывал великан. Сборище действительно было весьма разнообразным. В стороне от всех стояли три разбойника; скорей всего для конспирации носивших: курчавые маслянистые бороды; и чьих глаз было не различить под густой копной, давно не стрижиных, спутанных волос.
