Ищейка вернулся (не иначе с целью дописать на своем клочке чего-нибудь позаковыристее), когда я, допивая уже остывший кофе, гипнотизировала нежданное приглашение и судорожно соображала: вроде бы иринейскую принцессу характеризовали как «умную девочку», не станет же она закатывать мне сцены ревности на основании досужих сплетен? Или как раз потому-то и станет – в составе комплекса превентивных мер, дабы ее будущего мужа не заставали в столь двусмысленных ситуациях?
- А ты в курсе, что фрейлины объявили тебе бойкот? – жизнерадостно поинтересовался ищейка, отвлекая меня от невеселых мыслей. Здороваться и стучаться он по-прежнему считал ниже своего достоинства, и я с удовольствием отвечала ему той же бесцеремонностью.
- Нет, - удивленно созналась я, отставив пустую чашечку. – А в чем это выражается?
- Отныне они с тобой не разговаривают и всячески демонстрируют, что общение с тобой – ниже достоинства дворянина, - охотно пояснил капитан. – Но некоторые молодые и неопытные девицы по совершенно незаметному наущению старших могут опуститься до намеков, что тебе здесь не место.
- То есть ничего не изменилось? – флегматично уточнила я и, дождавшись утвердительного кивка и широкой улыбки, продемонстрировала ему приглашение. – Тогда лучше просвети меня, с чего такая честь?
- Не знаю, - посерьезнел Рино. – Джиллиан ничего мне не говорила.
- Прекрасно, - протянула я и тяжело вздохнула. – Проводишь меня?
- А портниха? – напомнил ищейка, выразительно покосившись на злополучную блузку, с которой я по-прежнему не спешила расставаться.
- Тебе что, простыней для меня жалко?! – притворно возмутилась я, обиженно захлопав глазами.
Ему, похоже, было уже не смешно, но, поскольку мы оба отлично понимали, что заставлять принцессу ждать не стоит, капитан обреченно махнул рукой и честно повел меня в «обжитую» часть, где располагались покои высокопоставленных гостей.
Здание дворца вырастало из скалы, хищно выстреливая в небо двумя квадратными башнями с острыми шпилями громоотводов. Между ними, в выложенном декоративной плиткой широком желобе, ровной гладью стекал ручей, обрушивающийся грандиозным водопадом в каменное русло реки в Облачном районе. Правую башню, как выяснилось, полностью выделили иринейской делегации – как единственный жилой блок, где вообще были окна. Я только неопределенно хмыкнула, оценив ход и сразу приписав его Безымянному принцу: разместить высоких гостей, с одной стороны, в привычных для них условиях – в больших комнатах с естественным светом и проветриванием, - а с другой – по сути, в наиболее уязвимом и шумном месте во всем дворце.
Покои леди Джиллиан, впрочем, выходили окнами на скалу, а не на город, и рокот водопада здесь звучал приглушенно, как самый обычный фоновый шум, не вынуждая повышать голос, но ее гостя все равно было слышно еще в коридоре. Я затормозила сразу за поворотом, вынудив остановиться и Рино, и прислушалась. Низкий мужской голос, почти мурча, отвешивал хозяйке покоев и ее компаньонкам витиеватые комплименты, рассказывал какие-то милые глупости и, по всей видимости, вообще тянул время как мог.
Ищейка, узнав обладателя голоса, сделался похож на воинственно распушившегося кота – хоть в коллекцию забирай.
- Этому-то что у нее понадобилось? – раздраженно пробурчал он на одной ноте, еще больше усиливая сходство.
- Угадай, - предложила я и, застегнув верхнюю пуговицу блузки, направилась к торчащим у дверей гостиной мужчинам в темно-серых мундирах: хоть и предполагалось, что за безопасность высокородной леди отвечает принимающая сторона, принцесса предпочла притащить с собой своих стражников – но выпячивать их занятие, позволяя таскать доспехи и оружие, многомудро не стала. Двое обманчиво невысоких и худых телохранителей и впрямь походили на обычных лакеев – и, если б у одного из них не было титановой вставки вместо выбитого позвонка, а у другого – десятка фарфоровых зубов, я бы ни на мгновение не усомнилась в их мирной профессии.
По крайней мере, до тех пор, пока доблестные вояки не обернулись ко мне, вперившись одинаково холодными, расчетливыми взглядами, в которых навскидку читались восемнадцать способов скрутить незнакомую девицу, не издав ни звука, и около ста сорока – издав, притом разнообразнейшие.
Я поспешила предъявить приглашение.
- Почтенная сестра, - оба чуть склонили головы. – Проходите, Ее Высочество примет вас.
Пропускать ищейку они явно не собирались, и тот, хмыкнув, покорно остался в коридоре.
Я же вошла в просторную – не чета моей – гостиную и сразу же убедилась, что не ошиблась с выводами: на диванчике у камина действительно восседал сладко улыбающийся граф Темер ри Кавини собственной подозреваемой персоной, окруженный пестрой стайкой компаньонок Ее Высочества. Сама принцесса предпочла держаться поодаль, заняв кресло с резной скамеечкой для ног.
- Почтенная сестра! – граф заулыбался еще шире и даже соизволил отодрать свою сиятельную задницу от дивана: видимо, присутствие высокородных гостей не позволяло пренебрегать манерами как тогда, в парке.
Не могу сказать, что меня это порадовало.
- Сестра Мира, - доброжелательно кивнула Джиллиан. Вставать она и не думала, но у меня и так камень с души свалился: Ее Высочество пребывала в хорошем расположении духа и скандалить явно не собиралась. – Я рада, что вы смогли прийти так быстро. Капитан говорил, что у вас были планы на это утро.
- Были, - честно призналась я. – Но их вполне можно отложить.
Двоим дамам из свиты внезапно стало жарко, и они поспешили раскрыть веера на уровне собственных лиц, из чего я заключила, что история с двумя пострадавшими простынями все-таки прогремела по дворцу, невзирая на запертую спальню. Леди Джиллиан ограничилась сдержанной улыбкой – но было очевидно, что ее эта сплетня тоже не обошла стороной.
- Вина? – предложила Ее Высочество, и граф, не дожидаясь моего согласия, потянулся к бутылке.
Если бы здесь не было ри Кавини, я бы не удержалась – когда ж еще удастся попробовать вино из королевских погребов? – но Темер так неприкрыто обрадовался возможности меня напоить, что я предпочла вежливо отказаться, ограничившись занятым креслом.
- Вы всегда так сосредоточены на деле, сестра Мира, - старательно скрывая недовольство, заметил граф. – Неужели вы никогда не позволяете себе немного расслабиться?
«Не с утра пораньше же!» - едва не брякнула я, но сдержалась.
- Позволяю, - созналась я вместо этого и демонстративно одернула блузку.
Веера внезапно понадобились еще троим леди, включая принцессу. Граф же вперился в одернутое так, что жарко едва не стало мне – но уже в совершенно ином смысле.
- В таком случае, - не отводя взгляда, заговорил ри Кавини, - не согласитесь ли вы составить мне компанию на дегустации сегодня вечером? Виконтесса ри Гридайн привезла несколько бочек с собственных виноградников. Ее Высочество уже изъявила желание присутствовать.
Леди Джиллиан чуть склонила голову, подтверждая его слова. Я оценила напряженную позу и маслянистый взгляд графа, прикинула единственно возможный вариант развития событий в случае моего согласия и поняла: попробовать, конечно, хочется, но лучше бы получить приглашение от самой Гридайн – и то безопаснее будет.
- Пожалуй, только истинный ценитель может в такой чудесный день сидеть в четырех стенах и дегустировать вино, - заявила я. – Увы, я в нем ничего не смыслю.
- Вот как, - ри Кавини мазнул взглядом по моему лицу, прикидывая, нельзя ли считать ляпнутое завуалированным оскорблением, и пришел к выводу, что провинциальная жрица просто не так ловка со словами, как ей хотелось бы. – Предпочитаете прогулки, сестра Мира?
Провинциальная жрица, сказать по совести, собиралась оскорбить графа, причислив Ее Высочество к ценителям, но внезапно подумала: а какого вулкана, вообще говоря?
- Предпочитаю, - созналась я и призывно улыбнулась. – Я как раз собиралась сегодня вечером пойти выбирать подарки сестрам. Нужно же что-то привезти на память, верно?
- Позволите составить вам компанию? – мгновенно купился граф, ничуть не постеснявшись присутствующих.
- Если дело Ее Высочества, по которому она меня пригласила, не вынудит меня поменять планы, - скромно согласилась провинциальная жрица, предвкушающая набег на часовую лавочку в Облачном районе.
Не оставит же этот ловелас доморощенный девушку без подарка?
- О деле я предпочла бы поговорить с вами наедине, сестра Мира, - не дожидаясь наводящих вопросов, сказала Ее Высочество.
Ее свита понятливо вымелась из гостиной, цокая каблучками и шурша юбками; ри Кавини чуть задержался, адресуя влюбленный взгляд области под вышитой пентаграммой, но в итоге все-таки тоже попрощался, выразив надежду на скорую встречу, и вышел. Мы с принцессой остались вдвоем.
- Слушаю вас, Ваше Высочество, - сообщила я. – И, вероятно, не я одна.
За дверью зашербуршало и зацокало повторно. Леди Джиллиан усмехнулась, но прикрываться веером на этот раз не стала: кокетство – это тоже для равных.
- Вы знаете, о предыдущей ночи во дворце ходят невероятные слухи, - осторожно проговорила она, и я невольно напряглась, ожидая продолжения. – Я не слишком склонна в них верить, но, тем не менее, не могу отрицать, что из ваших покоев действительно вынесли сломанный столик, а Его Высочество после этой ночи кардинально поменял свои взгляды.
Я прикинула, как могли глубоко незамужние фрейлины Ее Величества объяснить подобное совпадение, и помрачнела: Верховная за такие слухи о посланницах Равновесия точно по головке не погладит.
Джиллиан медлила, насмешливо приподняв бровь, но верить в сплетни, тем не менее, не начала – к счастью.
- Его Высочество привел ряд труднооспоримых фактов и убедил меня, что наш брак будет крайне выгоден обеим сторонам, - сообщила принцесса – и все-таки нахмурилась, позволив настоящим чувствам отразиться на лице. – Он действительно прав, но…
Я с некоторым удивлением понаблюдала, как эта здравомыслящая и, в общем-то, вполне умная девушка мнется и не может сформулировать пустяковую просьбу.
- Вы хотите, чтобы я провела ритуал Внутреннего Равновесия и для вас?
Леди Джиллиан с облегчением кивнула.
- Я далеко не лучшая в этом деле, - честно предупредила я. – Мне нужно будет знать, что именно мешает вам… э-э… - я замялась, потому как и без того отлично представляла, что же ей мешает, но не решалась об этом заговорить. Потом собрала свою бестактность в кулак и все-таки спросила прямо: - Как давно вы расстались с капитаном Рино?
Ее Высочество покраснела и потупилась, как девчонка, и я обреченно подумала, что ухитрилась застрять и тут – и хорошо еще, если не так надолго, как в Расселине.
Я вернулась в свои покои уже ближе к вечеру, безнадежно опоздав и на обед, и на разбор полетов с недописанной речью. Леди Джиллиан, конечно, уверяла, что Его Высочество предупредят, чем и с кем я занята, - вообще, как выяснилось, неожиданной просьбой принцессы я была обязана как раз-таки Третьему, рассказавшему, что именно произошло ночью, - но чувствовала я себя все равно неловко. Меня же только ради этой речи сюда и позвали – нашла что откладывать на потом!
Но сил на конструктивную деятельность все равно не оставалось, и я поплелась в спальню, надеясь немного вздремнуть перед прогулкой с графом, - и замерла на пороге.
Замок был открыт – но я точно помнила, что утром запирала дверь!
Сонливость как рукой сняло. Я нахмурилась и осторожно переступила через порог, напрягая все чувства и уже нарисовав в воображении еще одну жуткую коробку от дражайших фрейлин, - но ничего не почуяла.
Я сделала еще несколько шагов и опасливо заглянула под балдахин – да так там и осталась, медленно сползая на пол от дикого хохота.
На кровати лежала аккуратно сложенная стопка простыней, увенчанная несколькими листами с рукописным текстом – видимо, отредактированным черновиком речи – и уже подвядшим букетиком ромашек.
Как будто этого было недостаточно, чтобы ни на минуту не сомневаться, кто автор сей композиции, в ромашках торчал перепачканный травяным соком клочок бумаги, где рядом с плящущим: «Засоня!» - красовалось еще и язвительное: «Не жалко!», написанное той же рукой.
Если Рино надеялся, что его издевательский подарочек заставит-таки мою совесть проснуться, то глубоко разочаровался. Я сочла, что шутки шутками, а к прогулке со столь специфической личностью, как граф Темер ри Кавини, нужно как следует подготовиться, и предоставленные простыни пришлись как нельзя кстати.
Я учла свои ошибки, и на сей раз пентаграмма расположилась на изнанке левого рукава. После некоторых размышлений решила приделать к ней еще и потайной кармашек – аккурат к той части, куда следовало бы складывать материал для замены. Прикинула, что такого можно в него сложить, чтобы иметь возможность в случае чего качественно и надолго отвлечь Его Сиятельство от моей скромной персоны, и горько пожалела об отсутствии слабительного. Хищно покружила возле ромашек, но пришла к выводу, что ничего пакостного из них не выйдет, и оставила их мирно стоять в роскошной вазе, обнаруженной в спальне. Ваза несла скорее декоративные функции, над ней явно не один час протрудился весьма талантливый художник, вооруженный позолотой и бурной фантазией, и еле оклемавшийся полевой букетик в ней смотрелся совершенно неуместно, но другой не нашлось.
Я уселась на кровать, сдвинув дорожную пентаграмму, и вдумчиво уставилась на эту дисгармонирующую композицию. Вместо здравых мыслей об обеспечении собственной безопасности в голову упорно лезли жизнерадостные ромашки, нахально выпячивающие ярко-желтые сердцевинки над круговым веером белых лепестков.
Где ищейка их только добыл? Так высоко в горах они не растут, а до уровня королевской оранжереи, мягко говоря, не дотягивают. На аптеку какую набег совершил, что ли?
И, главное, откуда он знает, что я обожаю ромашки?..
В итоге на условленное место встречи я пришла, как истинная женщина, с нехилым опозданием, да еще и ни до чего не додумавшись толком. В потайной карман положила обычный маленький камешек, найденный в дворцовом парке: если что и способно отвлечь любого, даже самого пылкого, мужчину от избранной им дамы, так это какая-нибудь мерзкая мелочь в ботинке!
Ничего не подозревающий о моем коварстве граф честно дожидался меня под фонарем, чинно восседая на памятной скамейке на любимой аллее ищейки. Больше всего я опасалась, что Его Сиятельство тоже притащит какой-нибудь букет, и мне придется всю прогулку волочь подаренный веник, а потом пытаться воскресить увядшие без воды цветы, - но то ли ри Кавини и сам о том же подумал, то ли просто не собирался тратить столько усилий на какую-то жрицу, но все обошлось. Единственное, что мне досталось при встрече, - так это масляный взгляд и весьма двусмысленный витиеватый комплимент новой блузке.
Спустя несколько минут я осознала, как же сильно мне повезло с прежним компаньоном по незапланированным прогулкам. Рино моя обычная немногословность ничуть не напрягала, ищейка и сам с удовольствием травил байки, обнаружив практически неиссякаемые запасы оных, или просто рассказывал о городе, неизменно припоминая по ходу дела еще какую-нибудь забавную историю.
- А ты в курсе, что фрейлины объявили тебе бойкот? – жизнерадостно поинтересовался ищейка, отвлекая меня от невеселых мыслей. Здороваться и стучаться он по-прежнему считал ниже своего достоинства, и я с удовольствием отвечала ему той же бесцеремонностью.
- Нет, - удивленно созналась я, отставив пустую чашечку. – А в чем это выражается?
- Отныне они с тобой не разговаривают и всячески демонстрируют, что общение с тобой – ниже достоинства дворянина, - охотно пояснил капитан. – Но некоторые молодые и неопытные девицы по совершенно незаметному наущению старших могут опуститься до намеков, что тебе здесь не место.
- То есть ничего не изменилось? – флегматично уточнила я и, дождавшись утвердительного кивка и широкой улыбки, продемонстрировала ему приглашение. – Тогда лучше просвети меня, с чего такая честь?
- Не знаю, - посерьезнел Рино. – Джиллиан ничего мне не говорила.
- Прекрасно, - протянула я и тяжело вздохнула. – Проводишь меня?
- А портниха? – напомнил ищейка, выразительно покосившись на злополучную блузку, с которой я по-прежнему не спешила расставаться.
- Тебе что, простыней для меня жалко?! – притворно возмутилась я, обиженно захлопав глазами.
Ему, похоже, было уже не смешно, но, поскольку мы оба отлично понимали, что заставлять принцессу ждать не стоит, капитан обреченно махнул рукой и честно повел меня в «обжитую» часть, где располагались покои высокопоставленных гостей.
Здание дворца вырастало из скалы, хищно выстреливая в небо двумя квадратными башнями с острыми шпилями громоотводов. Между ними, в выложенном декоративной плиткой широком желобе, ровной гладью стекал ручей, обрушивающийся грандиозным водопадом в каменное русло реки в Облачном районе. Правую башню, как выяснилось, полностью выделили иринейской делегации – как единственный жилой блок, где вообще были окна. Я только неопределенно хмыкнула, оценив ход и сразу приписав его Безымянному принцу: разместить высоких гостей, с одной стороны, в привычных для них условиях – в больших комнатах с естественным светом и проветриванием, - а с другой – по сути, в наиболее уязвимом и шумном месте во всем дворце.
Покои леди Джиллиан, впрочем, выходили окнами на скалу, а не на город, и рокот водопада здесь звучал приглушенно, как самый обычный фоновый шум, не вынуждая повышать голос, но ее гостя все равно было слышно еще в коридоре. Я затормозила сразу за поворотом, вынудив остановиться и Рино, и прислушалась. Низкий мужской голос, почти мурча, отвешивал хозяйке покоев и ее компаньонкам витиеватые комплименты, рассказывал какие-то милые глупости и, по всей видимости, вообще тянул время как мог.
Ищейка, узнав обладателя голоса, сделался похож на воинственно распушившегося кота – хоть в коллекцию забирай.
- Этому-то что у нее понадобилось? – раздраженно пробурчал он на одной ноте, еще больше усиливая сходство.
- Угадай, - предложила я и, застегнув верхнюю пуговицу блузки, направилась к торчащим у дверей гостиной мужчинам в темно-серых мундирах: хоть и предполагалось, что за безопасность высокородной леди отвечает принимающая сторона, принцесса предпочла притащить с собой своих стражников – но выпячивать их занятие, позволяя таскать доспехи и оружие, многомудро не стала. Двое обманчиво невысоких и худых телохранителей и впрямь походили на обычных лакеев – и, если б у одного из них не было титановой вставки вместо выбитого позвонка, а у другого – десятка фарфоровых зубов, я бы ни на мгновение не усомнилась в их мирной профессии.
По крайней мере, до тех пор, пока доблестные вояки не обернулись ко мне, вперившись одинаково холодными, расчетливыми взглядами, в которых навскидку читались восемнадцать способов скрутить незнакомую девицу, не издав ни звука, и около ста сорока – издав, притом разнообразнейшие.
Я поспешила предъявить приглашение.
- Почтенная сестра, - оба чуть склонили головы. – Проходите, Ее Высочество примет вас.
Пропускать ищейку они явно не собирались, и тот, хмыкнув, покорно остался в коридоре.
Я же вошла в просторную – не чета моей – гостиную и сразу же убедилась, что не ошиблась с выводами: на диванчике у камина действительно восседал сладко улыбающийся граф Темер ри Кавини собственной подозреваемой персоной, окруженный пестрой стайкой компаньонок Ее Высочества. Сама принцесса предпочла держаться поодаль, заняв кресло с резной скамеечкой для ног.
- Почтенная сестра! – граф заулыбался еще шире и даже соизволил отодрать свою сиятельную задницу от дивана: видимо, присутствие высокородных гостей не позволяло пренебрегать манерами как тогда, в парке.
Не могу сказать, что меня это порадовало.
- Сестра Мира, - доброжелательно кивнула Джиллиан. Вставать она и не думала, но у меня и так камень с души свалился: Ее Высочество пребывала в хорошем расположении духа и скандалить явно не собиралась. – Я рада, что вы смогли прийти так быстро. Капитан говорил, что у вас были планы на это утро.
- Были, - честно призналась я. – Но их вполне можно отложить.
Двоим дамам из свиты внезапно стало жарко, и они поспешили раскрыть веера на уровне собственных лиц, из чего я заключила, что история с двумя пострадавшими простынями все-таки прогремела по дворцу, невзирая на запертую спальню. Леди Джиллиан ограничилась сдержанной улыбкой – но было очевидно, что ее эта сплетня тоже не обошла стороной.
- Вина? – предложила Ее Высочество, и граф, не дожидаясь моего согласия, потянулся к бутылке.
Если бы здесь не было ри Кавини, я бы не удержалась – когда ж еще удастся попробовать вино из королевских погребов? – но Темер так неприкрыто обрадовался возможности меня напоить, что я предпочла вежливо отказаться, ограничившись занятым креслом.
- Вы всегда так сосредоточены на деле, сестра Мира, - старательно скрывая недовольство, заметил граф. – Неужели вы никогда не позволяете себе немного расслабиться?
«Не с утра пораньше же!» - едва не брякнула я, но сдержалась.
- Позволяю, - созналась я вместо этого и демонстративно одернула блузку.
Веера внезапно понадобились еще троим леди, включая принцессу. Граф же вперился в одернутое так, что жарко едва не стало мне – но уже в совершенно ином смысле.
- В таком случае, - не отводя взгляда, заговорил ри Кавини, - не согласитесь ли вы составить мне компанию на дегустации сегодня вечером? Виконтесса ри Гридайн привезла несколько бочек с собственных виноградников. Ее Высочество уже изъявила желание присутствовать.
Леди Джиллиан чуть склонила голову, подтверждая его слова. Я оценила напряженную позу и маслянистый взгляд графа, прикинула единственно возможный вариант развития событий в случае моего согласия и поняла: попробовать, конечно, хочется, но лучше бы получить приглашение от самой Гридайн – и то безопаснее будет.
- Пожалуй, только истинный ценитель может в такой чудесный день сидеть в четырех стенах и дегустировать вино, - заявила я. – Увы, я в нем ничего не смыслю.
- Вот как, - ри Кавини мазнул взглядом по моему лицу, прикидывая, нельзя ли считать ляпнутое завуалированным оскорблением, и пришел к выводу, что провинциальная жрица просто не так ловка со словами, как ей хотелось бы. – Предпочитаете прогулки, сестра Мира?
Провинциальная жрица, сказать по совести, собиралась оскорбить графа, причислив Ее Высочество к ценителям, но внезапно подумала: а какого вулкана, вообще говоря?
- Предпочитаю, - созналась я и призывно улыбнулась. – Я как раз собиралась сегодня вечером пойти выбирать подарки сестрам. Нужно же что-то привезти на память, верно?
- Позволите составить вам компанию? – мгновенно купился граф, ничуть не постеснявшись присутствующих.
- Если дело Ее Высочества, по которому она меня пригласила, не вынудит меня поменять планы, - скромно согласилась провинциальная жрица, предвкушающая набег на часовую лавочку в Облачном районе.
Не оставит же этот ловелас доморощенный девушку без подарка?
- О деле я предпочла бы поговорить с вами наедине, сестра Мира, - не дожидаясь наводящих вопросов, сказала Ее Высочество.
Ее свита понятливо вымелась из гостиной, цокая каблучками и шурша юбками; ри Кавини чуть задержался, адресуя влюбленный взгляд области под вышитой пентаграммой, но в итоге все-таки тоже попрощался, выразив надежду на скорую встречу, и вышел. Мы с принцессой остались вдвоем.
- Слушаю вас, Ваше Высочество, - сообщила я. – И, вероятно, не я одна.
За дверью зашербуршало и зацокало повторно. Леди Джиллиан усмехнулась, но прикрываться веером на этот раз не стала: кокетство – это тоже для равных.
- Вы знаете, о предыдущей ночи во дворце ходят невероятные слухи, - осторожно проговорила она, и я невольно напряглась, ожидая продолжения. – Я не слишком склонна в них верить, но, тем не менее, не могу отрицать, что из ваших покоев действительно вынесли сломанный столик, а Его Высочество после этой ночи кардинально поменял свои взгляды.
Я прикинула, как могли глубоко незамужние фрейлины Ее Величества объяснить подобное совпадение, и помрачнела: Верховная за такие слухи о посланницах Равновесия точно по головке не погладит.
Джиллиан медлила, насмешливо приподняв бровь, но верить в сплетни, тем не менее, не начала – к счастью.
- Его Высочество привел ряд труднооспоримых фактов и убедил меня, что наш брак будет крайне выгоден обеим сторонам, - сообщила принцесса – и все-таки нахмурилась, позволив настоящим чувствам отразиться на лице. – Он действительно прав, но…
Я с некоторым удивлением понаблюдала, как эта здравомыслящая и, в общем-то, вполне умная девушка мнется и не может сформулировать пустяковую просьбу.
- Вы хотите, чтобы я провела ритуал Внутреннего Равновесия и для вас?
Леди Джиллиан с облегчением кивнула.
- Я далеко не лучшая в этом деле, - честно предупредила я. – Мне нужно будет знать, что именно мешает вам… э-э… - я замялась, потому как и без того отлично представляла, что же ей мешает, но не решалась об этом заговорить. Потом собрала свою бестактность в кулак и все-таки спросила прямо: - Как давно вы расстались с капитаном Рино?
Ее Высочество покраснела и потупилась, как девчонка, и я обреченно подумала, что ухитрилась застрять и тут – и хорошо еще, если не так надолго, как в Расселине.
Я вернулась в свои покои уже ближе к вечеру, безнадежно опоздав и на обед, и на разбор полетов с недописанной речью. Леди Джиллиан, конечно, уверяла, что Его Высочество предупредят, чем и с кем я занята, - вообще, как выяснилось, неожиданной просьбой принцессы я была обязана как раз-таки Третьему, рассказавшему, что именно произошло ночью, - но чувствовала я себя все равно неловко. Меня же только ради этой речи сюда и позвали – нашла что откладывать на потом!
Но сил на конструктивную деятельность все равно не оставалось, и я поплелась в спальню, надеясь немного вздремнуть перед прогулкой с графом, - и замерла на пороге.
Замок был открыт – но я точно помнила, что утром запирала дверь!
Сонливость как рукой сняло. Я нахмурилась и осторожно переступила через порог, напрягая все чувства и уже нарисовав в воображении еще одну жуткую коробку от дражайших фрейлин, - но ничего не почуяла.
Я сделала еще несколько шагов и опасливо заглянула под балдахин – да так там и осталась, медленно сползая на пол от дикого хохота.
На кровати лежала аккуратно сложенная стопка простыней, увенчанная несколькими листами с рукописным текстом – видимо, отредактированным черновиком речи – и уже подвядшим букетиком ромашек.
Как будто этого было недостаточно, чтобы ни на минуту не сомневаться, кто автор сей композиции, в ромашках торчал перепачканный травяным соком клочок бумаги, где рядом с плящущим: «Засоня!» - красовалось еще и язвительное: «Не жалко!», написанное той же рукой.
Глава 34. Как поймать хелльца на горячем
Если Рино надеялся, что его издевательский подарочек заставит-таки мою совесть проснуться, то глубоко разочаровался. Я сочла, что шутки шутками, а к прогулке со столь специфической личностью, как граф Темер ри Кавини, нужно как следует подготовиться, и предоставленные простыни пришлись как нельзя кстати.
Я учла свои ошибки, и на сей раз пентаграмма расположилась на изнанке левого рукава. После некоторых размышлений решила приделать к ней еще и потайной кармашек – аккурат к той части, куда следовало бы складывать материал для замены. Прикинула, что такого можно в него сложить, чтобы иметь возможность в случае чего качественно и надолго отвлечь Его Сиятельство от моей скромной персоны, и горько пожалела об отсутствии слабительного. Хищно покружила возле ромашек, но пришла к выводу, что ничего пакостного из них не выйдет, и оставила их мирно стоять в роскошной вазе, обнаруженной в спальне. Ваза несла скорее декоративные функции, над ней явно не один час протрудился весьма талантливый художник, вооруженный позолотой и бурной фантазией, и еле оклемавшийся полевой букетик в ней смотрелся совершенно неуместно, но другой не нашлось.
Я уселась на кровать, сдвинув дорожную пентаграмму, и вдумчиво уставилась на эту дисгармонирующую композицию. Вместо здравых мыслей об обеспечении собственной безопасности в голову упорно лезли жизнерадостные ромашки, нахально выпячивающие ярко-желтые сердцевинки над круговым веером белых лепестков.
Где ищейка их только добыл? Так высоко в горах они не растут, а до уровня королевской оранжереи, мягко говоря, не дотягивают. На аптеку какую набег совершил, что ли?
И, главное, откуда он знает, что я обожаю ромашки?..
В итоге на условленное место встречи я пришла, как истинная женщина, с нехилым опозданием, да еще и ни до чего не додумавшись толком. В потайной карман положила обычный маленький камешек, найденный в дворцовом парке: если что и способно отвлечь любого, даже самого пылкого, мужчину от избранной им дамы, так это какая-нибудь мерзкая мелочь в ботинке!
Ничего не подозревающий о моем коварстве граф честно дожидался меня под фонарем, чинно восседая на памятной скамейке на любимой аллее ищейки. Больше всего я опасалась, что Его Сиятельство тоже притащит какой-нибудь букет, и мне придется всю прогулку волочь подаренный веник, а потом пытаться воскресить увядшие без воды цветы, - но то ли ри Кавини и сам о том же подумал, то ли просто не собирался тратить столько усилий на какую-то жрицу, но все обошлось. Единственное, что мне досталось при встрече, - так это масляный взгляд и весьма двусмысленный витиеватый комплимент новой блузке.
Спустя несколько минут я осознала, как же сильно мне повезло с прежним компаньоном по незапланированным прогулкам. Рино моя обычная немногословность ничуть не напрягала, ищейка и сам с удовольствием травил байки, обнаружив практически неиссякаемые запасы оных, или просто рассказывал о городе, неизменно припоминая по ходу дела еще какую-нибудь забавную историю.
