Куда бы пойти? Если я сейчас в Выставочном Центре — возможно, стоит пойти в кафе, там сидят мои друзья — Пит и Джейн! Нужно оставить им сообщение! Передать по телепатии. Джейн точно услышит!
Когда я собираюсь пойти искать в этом сне моих друзей, продавец подходит ко мне почти вплотную. Пожилой мужчина, небольшого роста, то есть почти с меня. Голубые внимательные глаза глядят на меня из-под очков доброжелательно и одновременно требовательно. Посещает нелепая мысль — сейчас будет спрашивать: «Вам помочь, подсказать что-нибудь?». Или начнёт продавать навязчиво книгу, которая мне не интересна. Продавцы — они все такие.
Но вдруг продавец говорит, тем же хрипловатым голосом, каким говорил тогда, в реальности:
— Забытые тобой враги ищут пути атаковать. Только старые друзья могут прийти на помощь. Ты пока не знаешь, кто ты. Но будешь узнавать всё последовательно. Не бойся правды, бойся, напротив, лжи и обмана. Я ещё буду связываться с тобой. Опасайся девчонку-двойника. Найди человека в очках. Он знает о твоём следующем шаге.
Внезапно я поняла, что этот продавец — некий дух-помощник. Возможно, ангел или кто-то из моих предков, кого мне послали высшие силы. Джейн мне рассказывала, что через сны можно общаться с представителями других миров, которые знают ответы на многие вопросы, могут помочь. Поэтому я взяла себя в руки, чтобы не растеряться, попыталась запомнить дословно, что говорил продавец. И тут же спросила дядечку, который снова отошёл от меня и принялся копаться в своих книгах:
— Подождите! Вы можете сказать, что за медальон мне дала моя сестра Рози? Кто за мной гнался? И что за человек в очках? — из тысячи вопросов в моей напряжённой голове я выкрикивала те, что успевала.
— Ты скоро встретишь. Не пропусти, — отозвался продавец. Пока я его спрашивала, он подошёл к той полке, взял старую-престарую книгу, корешок которой я пыталась разглядеть.
Я перевела взгляд на книгу, которую он держал в руках. Он словно показывал мне обложку. Там изображены пираты. На корабле, в треуголках, с саблями, посреди бушующего моря. Я почувствовала одновременно большой страх, ужас — будто я была жертвой этих пиратов, и — невероятный интерес, желание там оказаться — будто я была их капитаном.
Сон быстро сменился кучей других, тревожных, вязких, которые я не запомнила вообще никак.
Продолжение боя двух титанов
Проснулась я от того, что кто-то тормошил меня за плечо.
— Как ты можешь спать на закате? — услышала я насмешливый и нарочито удивлённый голос.
— Прошу прощенья, но я не родилась вампиром, — напомнила я, потягиваясь и быстро вскакивая. Почувствовала, что голова уже не болит. Котелок варит — уже хорошо.
Роджер внимательно и совершенно по-доброму смотрел на меня. Он очевидно, зашёл проверить, как я здесь. Это очень любезно с его стороны. Я поинтересовалась:
— Онилия вернулась?
— Ещё нет.
— А где Йэн?
— Осматривает местность.
— Я не привыкла бездействовать! — заявила я. — Сейчас я хочу знать правду и только правду. Про медальон. И про то, что вы там с Йэном говорили, что я якобы анхом.
— У каждого свои капризы и желания, — ответил на это Роджер. — А ты анхом без какой-то там «якобы», между прочим!
— За мной охотятся какие-то придурки, на шею мне сестра надела тайный артефакт, я не знаю, где мои друзья, и известно ли им, что я в безопасности — и ты называешь это капризами? — спокойно спросила я.
— Мы затаились в ожидании. Есть такая тактика у хищника, готовящегося к прыжку, — вампир улыбнулся безмятежно. Вот шут, а! — Да и кому, как не тебе, суперагенту, это ни знать.
— Я бы предпочла, чтобы мы собрались вместе и поговорили. Если Онилии пока нет, как далеко ушёл Йэн? — спросила я.
В этот момент я увидела портрет, на который не обратила внимание. Он висел на другой стене рядом со шкафом. Там изображён полный улыбающийся мужчина с бородой чёрного как смоль цвета, густыми усами и в шляпе. Одет в камзол, какой носили в 17-18 веке. Это я вспомнила по учебнику истории моды, который показывала мне Рози. Улыбка человека на портрете очень уж кровожадна.
— Он в лес ушёл. Должен принести нам что-нибудь на ужин. Да, сегодня его очередь ходить на охоту. Надеюсь, в этот раз не кабан — надоело пить кровь кабана каждый день! А ты не хочешь выпить?
— Кровь кабана?.. — ахнула я.
— Ну хотя бы чаю для начала, — Роджер хохотнул.
— От чая не откажусь. А ты знаешь, это кто такой? — я указала на портрет.
— Конечно, знаю! Я был коком у него на корабле с 1699-го. Это Кровавый Джек, главный враг Одноглазого Уильяма или парня, который построил вот этот домик, — Роджер уточняюще похлопал по стене.
Я сильно удивилась:
— Никогда бы не подумала, если была на месте этого Уильяма, что повар моего врага будет жить в моём доме! Если ты был пиратом, то кем была Онилия?
— Как и сейчас, сущей ведьмой. Да, за ней охотилась инквизиция. Её сжигали сорок шесть раз! — шепнул Роджер, будто вокруг никто не должен об этом слышать. Я не поняла, шутит он или нет. Насчёт сжиганий и насчёт цифры сорок шесть — Но ей удалось постигнуть великие тайны, достойные истинно княгине, а не цыганке-шарлатанке или циркачке. Она и меня кое-чему научила. Если бы не Жажда Крови, ограничивающая нас во многом, мы бы с ней давно уже стали великими магами!
— Ты, наверное, много чего интересного знаешь! — я с восторгом посмотрела на Роджера. Но тут же одёрнула себя — даже если он и знает — мне он не скажет. Зачем ему что-то говорить мне, малявке?
Кажется, его следующее высказывание подтвердило мои мысли:
— Да. Всей твоей жизни не хватит, чтобы выслушать мою биографию. Может, скрасим томительное ожидание? — снова переводит тему.
— И чем же?
— Продолжением «боя двух титанов».
Мы выпили чаю и решили устроить бой. Это должен быть армреслинг. Я сама предложила такую разновидность поединка, из соображений, что мне надо проверить, насколько я в форме, да и потренироваться заодно. Никогда не думала, что буду бороться с племянником самого графа Дракона Сажающего-На-Кол! Он сам наверняка в своём склепе переворачивается от удивления, что какая-то салага дерзнула бросить вызов одному из представителей его великого рода! Однако, сам этот представитель был очень доволен, ему прямо не терпелось меня сделать! Он подзадоривал, намекал, что расправится со мной одной левой, но так уж и быть, будет играть правой, потому что он — левша. Но я не сомневалась, что правая рука у Роджера развита не хуже, чем левая — за пятьсот с чем-то лет грех не стать амбидекстриком!
Словом, Роджер меня успокоил относительно того, что не собирается мне поддаваться. Мы расположились в гостиной. Журнальный стол, гладко отполированный, но со скатертью, вполне подходил для наших целей. Мы сели друг напротив друга. Я решила бороться до последнего, хотя знала, что заранее обречена на проигрыш.
— И без всякого жульничества! — погрозил мой соперник пальцем.
— Вот-вот! — парировала я.
Мы взялись за правые руки друг друга. Я вспомнила, что последний раз упражнялась в армреслинге с Джейн. Мне удалось её победить, правда с трудом, и по причине весовой категории: я чуть выше ростом, чем Джейн. А Роджер выше меня. И не чуть. То есть по весовой категории меня должен победить он.
— Держаться за стол нельзя! — предупредил Роджер.
— Второй рукой давить тоже нельзя, — продемонстрировала я свою осведомленность о правилах.
Мы установили локти как надо. Вампир посмотрел мне в глаза. Спросил:
— Готова?
— Всегда готова! — ответила я.
И тут же напряглась и зажмурилась: Роджер уже вовсю валил мою руку!
— Вот это реакция! — удивился Роджер, чуть ослабив хватку. — Я почти всех так сражаю — быстро и недолго думая.
Ну и тактика! Хорошо — я успела собраться! Роджер мог повергнуть меня ещё до того, как я начала сопротивляться. Это было бы позорное поражение! Он ведь сразу налёг, рассчитывая, что я не буду готова. Моя рука сместилась в сторону поражения. Но я сдерживала натиск.
Мне тут же показалось, что Роджер, несмотря на то, что пугал меня, сейчас поддаётся. Играет вполсилы. И хотя мне еле-еле удавалось держать его руку, я поняла, что он очень меня щадит! Я хотела пожурить его за это, но стало не до того — зажмурилась от предельного напряжения… Если я доведу Роджера до состояния, когда он невольно ослабит хватку, у меня появится шанс… Вдруг… Я услышала совсем рядом голос Йэна:
— Я принёс кое-что интересненькое на ужин. Только на ужин не для желудка, а для мозгов. Блюдо в подземелье без сознания.
— Что ты там сказал? — Роджер ослабил невольно руку.
Моя напряжённая рука уже по инерции сразила его. Я открыла глаза и, переводя дух и встряхивая рукой, спросила:
— Какое такое блюдо?
— Идёмте со мной, — сказал вервольф. — Я покажу.
— Ты выиграла, — сообщил Роджер спокойно, при этом хитро улыбаясь.
— Нет. Это ты дал мне выиграть специально. И зря.
— Ты видишь, что я сильнее, и не отказалась сражаться! Я ценю твою храбрость, поэтому и дал тебе выиграть, — заявил он.
— И всё же, ты не должен был давать мне подачки.
— Это ты учишь меня, как мне учить тебя?! — притворно возмутился он.
— В следующий раз я тебе тоже дам подачку и посмотрю, как ты будешь кипятиться!
— Вау! Ты полагаешь, что в чём-то сильнее меня? — спросил он не без бахвальства и самодовольного апломба.
— Уж в чём-то точно сильнее. И твоё счастье, что я пока не знаю, в чём. А когда узнаю — берегись! — не осталась я в долгу.
— А вот тут мне впору призадуматься, — Роджер признал мою реплику и произнёс это уже не без уважения.
Так, весело препираясь, мы шли за Йэном. Он ушёл вперёд, я подумала, что мы себя с Роджером невежливо ведём себя и легкомысленно: вервольф пришёл к нам с серьёзным разговором. До моего сознания наконец дошло, что он, кажется, поймал в лесу не животное на ужин.
— Йэн, где ты был? — я догнала вервольфа.
— Пока вы тут валяли дурака и ломали друг другу последние руки, я обошёл лес вокруг усадьбы. Мне попалось несколько хмырей. Они нагло караулят выход, но к усадьбе подходить не решаются. Поскольку я был в Тени, мне удалось проскользнуть незамеченным. Клот, они ждут, скорее всего, тебя, но плохо представляют, что это за место. Я поймал одного из них и оглушил. Поговорить с ним не удалось. Он был ближе всех к воротам. Я заковал его и оставил в пещере.
Пленник в подземельях
Йэн вёл нас вниз по лестнице.
?А я призадумалась крепко. Выходит, те типы не отстали и поджидали меня.
— Неужели это из-за того медальона, который сейчас у Онилии? Говоришь, их много? Они могут напасть на усадьбу? — с опаской спросила я вервольфа.
— Поскольку усадьба заколдована, на её территорию они войти не могут. Вероятно, их послали, чтобы следить за теми, кто входит и выходит. Если учесть тот факт, что ты здесь, Клот, они руководствуются логикой, что раз ты зашла, значит, должна когда-нибудь выйти.
— Это очень глупо с их стороны, — признал Роджер и усмехнулся, посмотрев на меня нарочито хищно: — Клот, ты отсюда никогда не выйдешь!
Я проигнорировала шутку, потому что мне стало не до шуток:
— Хотела бы я знать, кто так глуп и самоуверен! Йэн, как они выглядели и сколько их было?
— Около десятка. Тот, кого я поймал, похож на шестёрку-наёмника. То есть вряд ли он их вожак, но ошивался почти что под забором. А выглядели они как готы. Подростки, твоего возраста и чуть старше, худющие, все в чёрном. Я же говорю — хмыри.
Мы с Роджером переглянулись. Я объяснила:
— Йэн, тут что-то странное. За мной гнались не подростки. За мной гнались какие-то гангстеры!
— Значит, за тобой или за медальоном охотится несколько группировок.
— Постой, ты сказал — как готы? Подростки? — меня осенило. — Неужели томберы?!
— Томберы? — Роджер приостановился. И вдруг схватил меня за плечо, останавливая. Мы уже почти дошли до конца лестницы. — Йэн, старина, а ты уверен, что хочешь показать его нам?
— На что ты намекаешь?
— На то, что сначала я хочу его один посмотреть. А ты бы сходил и проверил Стену Защиты вокруг усадьбы. — Роджер явно помрачнел.
— Я проверял, — отрезал вервольф авторитетно. — Всё в порядке. Было бы не в порядке — я бы ввёл осадное положение и мы бы с тобой сейчас выкашивали бы их подчистую.
— Это всё очень странно. Те, кто за мной побежал утром — не были похожи на томберов! — продолжала дивиться я. — Нет, Роджер, ты меня тут не задвигай, я тоже должна посмотреть, — зыркнула я на вампира решительно.
— Как хочешь. Я тебя прикрою.
— Итак, вы что решили? Я открываю дверь? — поглядел на нас мрачно исподлобья Йэн.
— Открывай.
Томберы. Впервые я узнала о существовании этого жуткого тайного общества — смеси секты, культа и преступной группировки — больше года назад. Как раз незадолго до того, как познакомилась с Роджером, Йэном и Онилией. Эта организация — большие враги Только Для Ваших Глаз. Тогда их предводители — шайка троих маньяков, использующих гипноз и оружие воздействия на психику — чуть не поработили Пита! Нам удалось разбить их гнездо, но в декабре прошлого года они объявились снова. У нас вышло противостояние, в ходе которого победа вроде была за нами. Но то была победа всего лишь в маленьком сражении — не в большой войне.
Их девиз — смерть есть начало. Их религия сводится приблизительно к следующему. В мире есть живые и мёртвые. Причём мир изначально принадлежит последним, а живые — рабы, «роботы», работающие на мёртвых и которыми легко манипулировать. Мёртвые, поняв, что они — мёртвые, собираются в специальные сходки, распевают гимны и прославляют свою расу. Обычно это происходит на кладбищах. Ещё они устраивают обряды, связанные с огнём. Их цель — основать на земле глобальную расу Восставших, затащить в свои ряды тех, кто, живя среди живых, не осознаёт, что он мёртвый. Они это делают с помощью гипноза. Их главари получают стадо фанатиков — огромную дешёвую силу, зомби, которым можно приказать даже убить себя во имя великой цели. Для них только две ипостаси, две расы: мёртвые — их покорные слуги и братья, и живые — те, кого надо ненавидеть и искоренять.
В декабре прошлого года я узнала, что они работают заодно с Русалками. Ещё я узнала, что Русалки гораздо опаснее, чем вампиры и вервольфы.
Когда я собираюсь пойти искать в этом сне моих друзей, продавец подходит ко мне почти вплотную. Пожилой мужчина, небольшого роста, то есть почти с меня. Голубые внимательные глаза глядят на меня из-под очков доброжелательно и одновременно требовательно. Посещает нелепая мысль — сейчас будет спрашивать: «Вам помочь, подсказать что-нибудь?». Или начнёт продавать навязчиво книгу, которая мне не интересна. Продавцы — они все такие.
Но вдруг продавец говорит, тем же хрипловатым голосом, каким говорил тогда, в реальности:
— Забытые тобой враги ищут пути атаковать. Только старые друзья могут прийти на помощь. Ты пока не знаешь, кто ты. Но будешь узнавать всё последовательно. Не бойся правды, бойся, напротив, лжи и обмана. Я ещё буду связываться с тобой. Опасайся девчонку-двойника. Найди человека в очках. Он знает о твоём следующем шаге.
Внезапно я поняла, что этот продавец — некий дух-помощник. Возможно, ангел или кто-то из моих предков, кого мне послали высшие силы. Джейн мне рассказывала, что через сны можно общаться с представителями других миров, которые знают ответы на многие вопросы, могут помочь. Поэтому я взяла себя в руки, чтобы не растеряться, попыталась запомнить дословно, что говорил продавец. И тут же спросила дядечку, который снова отошёл от меня и принялся копаться в своих книгах:
— Подождите! Вы можете сказать, что за медальон мне дала моя сестра Рози? Кто за мной гнался? И что за человек в очках? — из тысячи вопросов в моей напряжённой голове я выкрикивала те, что успевала.
— Ты скоро встретишь. Не пропусти, — отозвался продавец. Пока я его спрашивала, он подошёл к той полке, взял старую-престарую книгу, корешок которой я пыталась разглядеть.
Я перевела взгляд на книгу, которую он держал в руках. Он словно показывал мне обложку. Там изображены пираты. На корабле, в треуголках, с саблями, посреди бушующего моря. Я почувствовала одновременно большой страх, ужас — будто я была жертвой этих пиратов, и — невероятный интерес, желание там оказаться — будто я была их капитаном.
Сон быстро сменился кучей других, тревожных, вязких, которые я не запомнила вообще никак.
Продолжение боя двух титанов
Проснулась я от того, что кто-то тормошил меня за плечо.
— Как ты можешь спать на закате? — услышала я насмешливый и нарочито удивлённый голос.
— Прошу прощенья, но я не родилась вампиром, — напомнила я, потягиваясь и быстро вскакивая. Почувствовала, что голова уже не болит. Котелок варит — уже хорошо.
Роджер внимательно и совершенно по-доброму смотрел на меня. Он очевидно, зашёл проверить, как я здесь. Это очень любезно с его стороны. Я поинтересовалась:
— Онилия вернулась?
— Ещё нет.
— А где Йэн?
— Осматривает местность.
— Я не привыкла бездействовать! — заявила я. — Сейчас я хочу знать правду и только правду. Про медальон. И про то, что вы там с Йэном говорили, что я якобы анхом.
— У каждого свои капризы и желания, — ответил на это Роджер. — А ты анхом без какой-то там «якобы», между прочим!
— За мной охотятся какие-то придурки, на шею мне сестра надела тайный артефакт, я не знаю, где мои друзья, и известно ли им, что я в безопасности — и ты называешь это капризами? — спокойно спросила я.
— Мы затаились в ожидании. Есть такая тактика у хищника, готовящегося к прыжку, — вампир улыбнулся безмятежно. Вот шут, а! — Да и кому, как не тебе, суперагенту, это ни знать.
— Я бы предпочла, чтобы мы собрались вместе и поговорили. Если Онилии пока нет, как далеко ушёл Йэн? — спросила я.
В этот момент я увидела портрет, на который не обратила внимание. Он висел на другой стене рядом со шкафом. Там изображён полный улыбающийся мужчина с бородой чёрного как смоль цвета, густыми усами и в шляпе. Одет в камзол, какой носили в 17-18 веке. Это я вспомнила по учебнику истории моды, который показывала мне Рози. Улыбка человека на портрете очень уж кровожадна.
— Он в лес ушёл. Должен принести нам что-нибудь на ужин. Да, сегодня его очередь ходить на охоту. Надеюсь, в этот раз не кабан — надоело пить кровь кабана каждый день! А ты не хочешь выпить?
— Кровь кабана?.. — ахнула я.
— Ну хотя бы чаю для начала, — Роджер хохотнул.
— От чая не откажусь. А ты знаешь, это кто такой? — я указала на портрет.
— Конечно, знаю! Я был коком у него на корабле с 1699-го. Это Кровавый Джек, главный враг Одноглазого Уильяма или парня, который построил вот этот домик, — Роджер уточняюще похлопал по стене.
Я сильно удивилась:
— Никогда бы не подумала, если была на месте этого Уильяма, что повар моего врага будет жить в моём доме! Если ты был пиратом, то кем была Онилия?
— Как и сейчас, сущей ведьмой. Да, за ней охотилась инквизиция. Её сжигали сорок шесть раз! — шепнул Роджер, будто вокруг никто не должен об этом слышать. Я не поняла, шутит он или нет. Насчёт сжиганий и насчёт цифры сорок шесть — Но ей удалось постигнуть великие тайны, достойные истинно княгине, а не цыганке-шарлатанке или циркачке. Она и меня кое-чему научила. Если бы не Жажда Крови, ограничивающая нас во многом, мы бы с ней давно уже стали великими магами!
— Ты, наверное, много чего интересного знаешь! — я с восторгом посмотрела на Роджера. Но тут же одёрнула себя — даже если он и знает — мне он не скажет. Зачем ему что-то говорить мне, малявке?
Кажется, его следующее высказывание подтвердило мои мысли:
— Да. Всей твоей жизни не хватит, чтобы выслушать мою биографию. Может, скрасим томительное ожидание? — снова переводит тему.
— И чем же?
— Продолжением «боя двух титанов».
Мы выпили чаю и решили устроить бой. Это должен быть армреслинг. Я сама предложила такую разновидность поединка, из соображений, что мне надо проверить, насколько я в форме, да и потренироваться заодно. Никогда не думала, что буду бороться с племянником самого графа Дракона Сажающего-На-Кол! Он сам наверняка в своём склепе переворачивается от удивления, что какая-то салага дерзнула бросить вызов одному из представителей его великого рода! Однако, сам этот представитель был очень доволен, ему прямо не терпелось меня сделать! Он подзадоривал, намекал, что расправится со мной одной левой, но так уж и быть, будет играть правой, потому что он — левша. Но я не сомневалась, что правая рука у Роджера развита не хуже, чем левая — за пятьсот с чем-то лет грех не стать амбидекстриком!
Словом, Роджер меня успокоил относительно того, что не собирается мне поддаваться. Мы расположились в гостиной. Журнальный стол, гладко отполированный, но со скатертью, вполне подходил для наших целей. Мы сели друг напротив друга. Я решила бороться до последнего, хотя знала, что заранее обречена на проигрыш.
— И без всякого жульничества! — погрозил мой соперник пальцем.
— Вот-вот! — парировала я.
Мы взялись за правые руки друг друга. Я вспомнила, что последний раз упражнялась в армреслинге с Джейн. Мне удалось её победить, правда с трудом, и по причине весовой категории: я чуть выше ростом, чем Джейн. А Роджер выше меня. И не чуть. То есть по весовой категории меня должен победить он.
— Держаться за стол нельзя! — предупредил Роджер.
— Второй рукой давить тоже нельзя, — продемонстрировала я свою осведомленность о правилах.
Мы установили локти как надо. Вампир посмотрел мне в глаза. Спросил:
— Готова?
— Всегда готова! — ответила я.
И тут же напряглась и зажмурилась: Роджер уже вовсю валил мою руку!
— Вот это реакция! — удивился Роджер, чуть ослабив хватку. — Я почти всех так сражаю — быстро и недолго думая.
Ну и тактика! Хорошо — я успела собраться! Роджер мог повергнуть меня ещё до того, как я начала сопротивляться. Это было бы позорное поражение! Он ведь сразу налёг, рассчитывая, что я не буду готова. Моя рука сместилась в сторону поражения. Но я сдерживала натиск.
Мне тут же показалось, что Роджер, несмотря на то, что пугал меня, сейчас поддаётся. Играет вполсилы. И хотя мне еле-еле удавалось держать его руку, я поняла, что он очень меня щадит! Я хотела пожурить его за это, но стало не до того — зажмурилась от предельного напряжения… Если я доведу Роджера до состояния, когда он невольно ослабит хватку, у меня появится шанс… Вдруг… Я услышала совсем рядом голос Йэна:
— Я принёс кое-что интересненькое на ужин. Только на ужин не для желудка, а для мозгов. Блюдо в подземелье без сознания.
— Что ты там сказал? — Роджер ослабил невольно руку.
Моя напряжённая рука уже по инерции сразила его. Я открыла глаза и, переводя дух и встряхивая рукой, спросила:
— Какое такое блюдо?
— Идёмте со мной, — сказал вервольф. — Я покажу.
— Ты выиграла, — сообщил Роджер спокойно, при этом хитро улыбаясь.
— Нет. Это ты дал мне выиграть специально. И зря.
— Ты видишь, что я сильнее, и не отказалась сражаться! Я ценю твою храбрость, поэтому и дал тебе выиграть, — заявил он.
— И всё же, ты не должен был давать мне подачки.
— Это ты учишь меня, как мне учить тебя?! — притворно возмутился он.
— В следующий раз я тебе тоже дам подачку и посмотрю, как ты будешь кипятиться!
— Вау! Ты полагаешь, что в чём-то сильнее меня? — спросил он не без бахвальства и самодовольного апломба.
— Уж в чём-то точно сильнее. И твоё счастье, что я пока не знаю, в чём. А когда узнаю — берегись! — не осталась я в долгу.
— А вот тут мне впору призадуматься, — Роджер признал мою реплику и произнёс это уже не без уважения.
Так, весело препираясь, мы шли за Йэном. Он ушёл вперёд, я подумала, что мы себя с Роджером невежливо ведём себя и легкомысленно: вервольф пришёл к нам с серьёзным разговором. До моего сознания наконец дошло, что он, кажется, поймал в лесу не животное на ужин.
— Йэн, где ты был? — я догнала вервольфа.
— Пока вы тут валяли дурака и ломали друг другу последние руки, я обошёл лес вокруг усадьбы. Мне попалось несколько хмырей. Они нагло караулят выход, но к усадьбе подходить не решаются. Поскольку я был в Тени, мне удалось проскользнуть незамеченным. Клот, они ждут, скорее всего, тебя, но плохо представляют, что это за место. Я поймал одного из них и оглушил. Поговорить с ним не удалось. Он был ближе всех к воротам. Я заковал его и оставил в пещере.
Пленник в подземельях
Йэн вёл нас вниз по лестнице.
?А я призадумалась крепко. Выходит, те типы не отстали и поджидали меня.
— Неужели это из-за того медальона, который сейчас у Онилии? Говоришь, их много? Они могут напасть на усадьбу? — с опаской спросила я вервольфа.
— Поскольку усадьба заколдована, на её территорию они войти не могут. Вероятно, их послали, чтобы следить за теми, кто входит и выходит. Если учесть тот факт, что ты здесь, Клот, они руководствуются логикой, что раз ты зашла, значит, должна когда-нибудь выйти.
— Это очень глупо с их стороны, — признал Роджер и усмехнулся, посмотрев на меня нарочито хищно: — Клот, ты отсюда никогда не выйдешь!
Я проигнорировала шутку, потому что мне стало не до шуток:
— Хотела бы я знать, кто так глуп и самоуверен! Йэн, как они выглядели и сколько их было?
— Около десятка. Тот, кого я поймал, похож на шестёрку-наёмника. То есть вряд ли он их вожак, но ошивался почти что под забором. А выглядели они как готы. Подростки, твоего возраста и чуть старше, худющие, все в чёрном. Я же говорю — хмыри.
Мы с Роджером переглянулись. Я объяснила:
— Йэн, тут что-то странное. За мной гнались не подростки. За мной гнались какие-то гангстеры!
— Значит, за тобой или за медальоном охотится несколько группировок.
— Постой, ты сказал — как готы? Подростки? — меня осенило. — Неужели томберы?!
— Томберы? — Роджер приостановился. И вдруг схватил меня за плечо, останавливая. Мы уже почти дошли до конца лестницы. — Йэн, старина, а ты уверен, что хочешь показать его нам?
— На что ты намекаешь?
— На то, что сначала я хочу его один посмотреть. А ты бы сходил и проверил Стену Защиты вокруг усадьбы. — Роджер явно помрачнел.
— Я проверял, — отрезал вервольф авторитетно. — Всё в порядке. Было бы не в порядке — я бы ввёл осадное положение и мы бы с тобой сейчас выкашивали бы их подчистую.
— Это всё очень странно. Те, кто за мной побежал утром — не были похожи на томберов! — продолжала дивиться я. — Нет, Роджер, ты меня тут не задвигай, я тоже должна посмотреть, — зыркнула я на вампира решительно.
— Как хочешь. Я тебя прикрою.
— Итак, вы что решили? Я открываю дверь? — поглядел на нас мрачно исподлобья Йэн.
— Открывай.
Томберы. Впервые я узнала о существовании этого жуткого тайного общества — смеси секты, культа и преступной группировки — больше года назад. Как раз незадолго до того, как познакомилась с Роджером, Йэном и Онилией. Эта организация — большие враги Только Для Ваших Глаз. Тогда их предводители — шайка троих маньяков, использующих гипноз и оружие воздействия на психику — чуть не поработили Пита! Нам удалось разбить их гнездо, но в декабре прошлого года они объявились снова. У нас вышло противостояние, в ходе которого победа вроде была за нами. Но то была победа всего лишь в маленьком сражении — не в большой войне.
Их девиз — смерть есть начало. Их религия сводится приблизительно к следующему. В мире есть живые и мёртвые. Причём мир изначально принадлежит последним, а живые — рабы, «роботы», работающие на мёртвых и которыми легко манипулировать. Мёртвые, поняв, что они — мёртвые, собираются в специальные сходки, распевают гимны и прославляют свою расу. Обычно это происходит на кладбищах. Ещё они устраивают обряды, связанные с огнём. Их цель — основать на земле глобальную расу Восставших, затащить в свои ряды тех, кто, живя среди живых, не осознаёт, что он мёртвый. Они это делают с помощью гипноза. Их главари получают стадо фанатиков — огромную дешёвую силу, зомби, которым можно приказать даже убить себя во имя великой цели. Для них только две ипостаси, две расы: мёртвые — их покорные слуги и братья, и живые — те, кого надо ненавидеть и искоренять.
Главарей у томберов трое: ужасная женщина-гипнотезёр по кличке Химера Фобос, её брат — сумасшедший физик с врождённым уродством (слишком большие, ослиноподобные заострённые уши) — Профессор Зло, и их партнёр Масочник — безумный учёный, убийца и бизнесмен в одном флаконе. Они совершали много злодеяний, причиняли страдания и боль и упивались этим. Сейчас двое из них — Химера Фобос и Профессор Зло — сидят в тюрьме строгого режима, а Масочник сбежал и бродит где-то на свободе, скрываясь от ТДВГ. Одно из их злодеяний — они вербовали в свою секту подростков, проповедовали среди них культ смерти. Подростки совершали ритуалы на кладбищах, присягали на верность Главному Мертвяку — фетишу и божеству томберов, вербовали своих друзей. Многим из них отшибало мозги настолько, что они уходили из дома, из семей, становились машинами-убийцами на службе сил зла. У них целая градация и иерархия. Самые талантливые и подверженные психологическому воздействию, то есть самые сильные становились правыми руками Химеры, Масочника и Профессора Зло.
В декабре прошлого года я узнала, что они работают заодно с Русалками. Ещё я узнала, что Русалки гораздо опаснее, чем вампиры и вервольфы.
