— Правильный ответ. Впрочем, хорошо зная тебя, можно было и не сомневаться, что ты полезешь.
— А что, я должна была просто стоять и смотреть на лестницу, как она там искрится током?
— Ну, нормальный человек или даже нормальный не-человек поостерёгся бы связываться с лестницей под напряжением, — Йэн снова усмехался.
— Это что же, ты намекаешь, что я — ненормальный не-человек? Анхомо ансапиенс — не-человек безумный?
— Разумеется, — кивнул Йэн.
Я рассмеялась от души.
— Итак, легче всего быстро овладеть магией можно на Теневой Стороне. Поэтому добро пожаловать на Теневую Сторону. Помнишь, как туда заходить?
Сердце моё бешено застучало. Теневая Сторона! Я заходила туда почти полтора года назад, во время Священной Битвы с демоном Пейлином. Всё это тогда казалось мне фантастическим сном. Теперь всё повторяется. И будет повторяться. Потому что я сделала шаг в сторону Тени, я выбрала себе наставника.
— Через свою тень, — проговорила я.
— Не просто через тень твоей плоти, а через тень твоей ауры, которую ты должна спроецировать на Тень Миров.
— Тень Миров?
— Ладно, не захламляй себе голову теорией. Давай попробуем проникнуть вместе на Теневую сторону. Ты всё помнишь?
— Да. Следует опасаться Бродячих Теневых Сущностей, и время там замедлено в семь раз, и ещё дверь на выход из Тени всегда позади тебя, — повторила я зазубренный некогда урок.
— Отлично, пойдём! — Йэн взял меня за руку.
Мы подошли к стене. Наши тени были на ней.
— Готова?
Я кивнула. Что сейчас будет? Страшно совсем не было — было просто интересно: смогу ли я сделать это снова? Я стала всматриваться в свою тень и концентрироваться на ней.
Вдруг я явственно увидела, как она расползается, чернеет, переливается серыми оттенками и словно заглатывает в себя! С тенью Йэна творилось то же самое, кажется, это он мне помог так быстро обнаружить тень ауры.
— Вперёд, — вервольф сделал шаг, и за ним я, инстинктивно закрыв глаза.
Когда меня обволокло что-то прохладное, я снова глаза открыла. Мы стояли в той же оружейной комнате. Но как сильно она преобразилась! Зеркало на стене оказалось большим чёрным пятном, оружейные полки и оружие — нелепыми силуэтными нагромождениями, пол — из чёрной ваты, в которой мои ноги медленно утопали — ведь в Тени все предметы реального мира делались неосязаемыми, а под полом была пустота второго этажа, таким образом, можно было пройти сквозь пол вниз.
Я взглянула на Йэна. И увидела вокруг него переливающееся радужное свечение. Я тоже вся ярко светилась на фоне этой серости. Мои ноги продолжали тонуть как в болоте. Но я вытащила их из ватного тумана без всяких проблем. Йэн сказал своим обычным голосом — звуки здесь не искажались:
— Не вздумай сейчас выйти — твои ноги впечатаются в пол намертво!
— Я не выйду, пока не выйдешь ты, — проговорила я сдавленным голосом.
— Прогуляемся? — невозмутимо предложил вервольф, я с готовностью кивнула.
Действительно, фантастический сон! Мы спокойно прошли сквозь стену, спустились по еле осязаемой лестнице. Все предметы и мебель — как в комнате в темноте. Всё серое, причудливое. Мы вошли в одну из комнат. В тенях я различила спящую Рози.
— Через Тень можно видеть ауры, если приглядеться.
Тело Рози выглядело такой же серой, неразличимой тенью. Я всмотрелась и увидела ауру. Это было небольшое свечение, еле заметное.
— Это аура простого смертного человека, — подсказал Йэн.
— А у анхомов ярче? — уточнила я.
— Да, потому что больше магии, и ответственности больше, — кивнул вервольф.
В этом свечении я с каждым моментом всматривания различала всё больше и больше элементов: так перед взором открывается картинка, которую ты до этого словно бы не замечал, а она была. Йэн пояснил:
— На Теневой Стороне у всех анхомов начинает просыпаться и разворачиваться астральное зрение. У тебя — тоже. Твои глаза не видят ауры сразу и привыкают к ним постепенно. Всё равно что если выключить свет внезапно, ты не сразу различишь то, что в комнате, а лишь после того, как твои глаза привыкнут.
В свечении Рози я различила немного довольно блеклых цветов, в основном жёлтое и зелёное, это были бледные и неясные оттенки. Вервольф продолжил урок магии:
— В аурах простых смертных мало цветов, и они не связаны друг с другом. Если она разовьёт себя, эти цвета соединяться, и она может стать анхомом. Если конечно захочет этого.
— То есть она станет экстрасенсом, ясновидящей?
— Хотя бы так.
— Она может нас видеть или слышать? — спросила я, испуганно понижая голос до шёпота — ведь мы стояли практически над спящей Рози и разговаривали во весь голос!
— Конечно же, нет! — улыбнулся вервольф. — Теперь давай посмотрим, как выглядит магический ток. Сначала ты можешь посмотреть его у меня.
Магический ток
Йэн протянул руку, я сразу догадалась, что надо смотреть не на руку, а как бы поверх неё или сбоку, там, где было радужное свечение. По мере того как я всматривалась, я видела, что свечение становилось синеватым, мерцающим. Совсем как на той лестнице.
— Ток! Я его вижу! — восхитилась я.
— И теперь ты можешь увидеть у себя, — Йэн взял мою руку и поднёс её мне перед глазами. Потом отпустил.
Я стала смотреть, с замиранием сердца. Вся моя прошлая жизнь оставалась где-то позади. Школа, друзья, родители, бытовые и повседневные проблемы. Я смотрела на свою ладонь, запястье. И видела, как вокруг моей руки то гаснут, то зажигаются синеватые сполохи. Которые озорными ручейками идут из плеча, искрятся, потом снова возвращаются назад. Я смотрела, смотрела, смотрела. Мне захотелось проверить, что же будет, если я выпущу их? И я выпустила.
Я выпростала руку вперёд, подняла ладонью вверх и представила, что у меня над ладонью поднимается шар из магического тока. Поднимается, клубится, собирается, концентрируется. Мои мысли материализовывались, это было невероятно! У меня над рукой собирался файерболл! Совсем как у этой чумовой Лейлы, которая на нас напала!
— У меня есть магия, я её чувствую!!! — я была готова завопить от восторга и одновременно от потрясения.
— Разумеется, у тебя есть магия, — кивнул Йэн удовлетворённо.
— А у тебя она ведь тоже есть? — поинтересовалась я. — Можешь показать?
Своему шарику я приказала снова вернуться ко мне в тело. Энергия снова вобралась обратно в руку — негоже пропадать добру. Мне же стало интересно, как будет выглядеть такой шарик у вервольфа. Но вервольф схитрил:
— Есть. Но лучше пойдём посмотрим у Роджера.
Мы спустились на кухню. Там колдовал над каким-то очередным кулинарным шедевром наш вампир. Я узнала его по тёмному двигающемуся силуэту. И невольно спросила:
— Эй, что ты здесь делаешь?
— Он тебя не слышит. Такая же тень, как стена, стол или стул. Смотри!
Мы подошли к нему вплотную, и Йэн просунул сквозь него руку. Роджеру ничего не сделалось, он ничего не заметил!
— Мы, считай, не в этом мире, мы на Теневой Стороне. Этот мир — всего лишь фон, неосязаемый фон с его призраками-обитателями, которые нас не видят.
Я пригляделась к ауре Роджера. По мере того, как я вглядывалась, она становилась для меня яркой и отчётливой. Здесь было много красных тонов: алых, оранжевых и багровых, все они плавно переходили друг в друга, были связаны. А над головой Роджера зияла «метка».
— Что это? — спросила я Йэна.
— Это отметина Природы Анхома. У меня тоже есть. И у тебя.
Я пригляделась к тому, что у Йэна было над головой — в месте, которую восточные йоги называют «седьмой чакрой». Сразу заметила отличие:
— У тебя другая! Что она означает?
— Знак вервольфов. У всех вервольфов — нечто похожее, что и у меня. У вампиров — так же, как у Роджера.
— А какая у меня? — спросила я. — Я могу свою посмотреть? — я задрала голову, но ничего над собой не увидела.
— Ты свою увидеть не сможешь. Зато я вижу. Метка Ученика, нераскрывшегося, но с хорошим потенциалом, — заметил Йэн.
Тем временем я снова изучала ауру Роджера — как она выглядит на Теневой Стороне:
— Что это такое струящееся? — я указала на узкие-узкие синие трубочки-ручейки, открывшиеся в ауре вампира и исходящие почти от «метки» над головой. Эти капилляры растекались по всей ауре. Йэн ответил:
— Это и есть магический ток. Вампирам не положено обладать магией, но Роджеру удалось развить в себе магию, как и Онилии. Как ты видишь сама, у него тока мало, и этот ток довольно блеклый.
— У тебя ярче. Это значит, что ты — маг сильнее, чем Роджер?
— Я не совсем маг, — покачал головой Йэн. — У меня ярче из-за моей вервольфской природы. Весь мой ток уходит в основном на то, чтобы поворачиваться, когда нужно и не поворачиваться, когда очень хочется, то есть на сдерживание в себе зверя. Вот что, вагант. На сегодня хватит. Если ты принимаешь то, что ты — анхом, приготовься к тому, что Тень станет твоим домом. Выходим.
Я хотела парировать Йэну — а есть ли у меня выбор — не принимать того, что я анхом? Но промолчала. Мы сделали шаг назад и очутились на кухне. Мир обрёл светлые яркие краски, и видения аур исчезли.
— Гром вас разрази, друзья! Заглянули на полуночный обед! — засмеялся Роджер, ничуть не удивляясь, что мы вышли из воздуха.
— Время? — спросил Йэн.
— Тринадцать часов ночи! — пошутил Роджер, имея в виду, что уже час ночи.
— Ты не охотишься?
— Онилия запретила покидать усадьбу нам обоим. И, конечно же, дамам.
— Она ничего не говорила о том, что Лейла может вернуться? — спросила я с опаской.
— Во-первых, Лейла пока ещё даже не в курсе, что медальон у неё ложный. Когда спохватится — мы надеемся, что всё уже будет расставлено на места. Мы должны пока установить точное время, куда придётся отправиться. Ну а во-вторых, заклинания наших приятелей-Неофантомов, Коллинза и Шрама, значительно укрепили вязь Стены Защиты.
— Понятно, — проговорила я.
На самом деле мне было мало что понятно. Ведь я знала, как возвести забор вокруг огорода. И ещё чтобы защитить свой дом от воров, надо поставить надёжную дверь, сигнализацию и решётки на окна. Но я ничего не знала о Стенах Защиты.
Я чувствовала гул в голове. Мои мысли и эмоции сплелись в клубок и странно притупились. Ещё я чувствовала слабость. Йэн предупреждал во время наших с них уроков по заходу на Теневую Сторону ещё полтора года назад, что Теневая Сторона забирает «плату за проход» в виде энергии. Слабость была, конечно, не такой, что я могла опять потерять сознание как кисейная барышня. Но я сочла благоразумным распрощаться с друзьями и пойти спать. Так и было — я заснула сразу, даже смутно помню, как я добралась до кровати.
Поймать вампира
— Я не могу так работать! — вопил Виктор Шнайдер, он же Масочник.
Блэки в очередной раз закатила глаза. Она и не подозревала, что главарь томберов, влиятельный человек, построивший целую империю зла, будет истерить как умалишённый.
С другой стороны, Масочника можно понять. Охотник Воды хорошенько ему наподдал. И — странное дело — не убил, не сдал полиции и никак не использовал свои полномочия агента ГБРиБа. Блэки подозревала, что со стороны Скорпиона та взбучка и выволочка, которую он устроил Масочнику, была намеренным оскорблением. Знаком того, что Белые злопамятны.
Блэки рассудила на этот счёт так: Охотник Воды намеренно избежал кровопролития, чтобы не потревожить и без того шаткий Баланс. Зато он хорошо побил людей Корима и самого Корима, едва не сделав их инвалидами. Он же и задержал Масочника и его людей, чтобы дать возможность врагам — «беляшам» — смыться.
И сейчас Блэки пригласила своего подшефного Масочника на разбор полётов. Трёхглазая делегировала Блэки связи с томберами несколько дней назад. У Морской Королевы были свои дела, и возня с томберами ей представлялась сейчас невыгодной. Между тем, томберы как союзники могли быть полезны.
Что Блэки больше всего озадачивало — так это поведение её подруги и сестры. Лексаэлла была послана, чтобы помогать Масочнику, прикрывать его. Почему же она бросила его на растерзание Скорпиону? Уж против Охотника Воды она явно могла бы выстоять.
Масочник продолжал жаловаться:
— За девчонкой пришло трое этих клоунов, и даже твоя охранница не смогла с ними справиться! Одна из них раскидала в итоге всех моих бравых мальчиков, как щепки, а потом другой содрал с меня мою маску! Это такое оскорбление! А потом туда прибыл этот... этот... проклятый водяной!!!
Блэки потребовала:
— Успокойся! Ещё раз опиши тех, кто вам помешал!
— В первую очередь — ваша ненаглядная Клот Итчи! Говорил же я, что надо было её уничтожить! Во вторую — этот… это существо, вампир… на него даже не подействовал хвалёный лёд вашей этой Тайрус! А она между прочим лишила меня одного из моих людей!
— Попал под шальную сосульку, ну что поделаешь, издержки производства. Этот второй, о котором ты говоришь, племянник Дракона Сажающего-На-Кол. Дальше: против кого не выстояла Лексаэлла?
Блэки не на шутку нервничала, и остальные русалки тоже: на стороне их противников появился высший анхом — мощный враг, доселе неизвестный их внимательным глазам и обладающий магией Удара Воздуха.
— Это девка, лет 25. Чёрная. Вся в чёрном.
— Темнокожая?
— Нет. Кожа бледная, как смерть. Дерётся как ниндзя. Чёрные волосы. А на вид — скромная тихая мышка!
Масочник невольно говорил о ней с уважением — ему не хватало таких наёмников!
— Я поняла, о ком ты говоришь. Это та неофантомка, которая убила Фон Репса. Но я ничего не знала о том, что она — воздушница, которую нам следует опасаться. Всё это очень странно. Неужели Лексаэлла ошиблась? Эта девица в чёрном — явно не та, за кого себя выдаёт. Хотела бы я выяснить, какова её роль? Недавно наша госпожа предупреждала о видении, которое показал Шар: нам будут угрожать двое тех, кто владеет сильнейшей смертоносной магией воздуха. Она говорила о появлении на горизонте нового Охотника Воздуха, от которого нам всем придётся несладко. Что касается Клот Итчи, Виктор, я поручаю тебе, как самому опытному и неподражаемому из наших слуг, поймать её. И привести нам. Мы верим в тебя! Соберись! Неужели твоего мастерства недостаточно, чтобы поймать безобидную школьницу?
Блэки решила дать Масочнику это задание спонтанно. Масочник ей надоел. Его надо было чем-то занять. Блэки в тот момент подумала о Зелёном Черве. Вот кто более толковый, невозмутимый и надёжный. Нужно его призвать.
— Но с ней теперь эти чёртовы вампиры!
— Они мало на что способны. Сестрица Дракона Сажающего-На-Кол даже не смогла отстоять Медальон перед Лейлой, тебе ли её бояться? Что касается этого клоуна, её племянника, это ходячее бревно, пусть ему ничего не бывает, но он и сам ни на что не годен в плане драки!
— А эта ваша красотка, Розалин Итчи?
— На худой конец можешь прихватить её. Но без Клот Итчи на наши глаза тебе лучше не показываться! Ещё для разнообразия можешь поймать одного из вампиров. Чтобы козырей было побольше.
Предок-авантюрист и вуншпунш
Только что я, Рози и Онилия выстроили точное генеалогическое древо. У Онилии даже нашлось что-то в её книгах: наш с Рози прапрапрапрадед упоминался как один из трёх помощников полусумасшедшего археолога Магнуса Делли. Впрочем, вся команда Магнуса Делли была полусумасшедшей: в погоне за старьем и диковинками они были готовы на всё.
— А что, я должна была просто стоять и смотреть на лестницу, как она там искрится током?
— Ну, нормальный человек или даже нормальный не-человек поостерёгся бы связываться с лестницей под напряжением, — Йэн снова усмехался.
— Это что же, ты намекаешь, что я — ненормальный не-человек? Анхомо ансапиенс — не-человек безумный?
— Разумеется, — кивнул Йэн.
Я рассмеялась от души.
— Итак, легче всего быстро овладеть магией можно на Теневой Стороне. Поэтому добро пожаловать на Теневую Сторону. Помнишь, как туда заходить?
Сердце моё бешено застучало. Теневая Сторона! Я заходила туда почти полтора года назад, во время Священной Битвы с демоном Пейлином. Всё это тогда казалось мне фантастическим сном. Теперь всё повторяется. И будет повторяться. Потому что я сделала шаг в сторону Тени, я выбрала себе наставника.
— Через свою тень, — проговорила я.
— Не просто через тень твоей плоти, а через тень твоей ауры, которую ты должна спроецировать на Тень Миров.
— Тень Миров?
— Ладно, не захламляй себе голову теорией. Давай попробуем проникнуть вместе на Теневую сторону. Ты всё помнишь?
— Да. Следует опасаться Бродячих Теневых Сущностей, и время там замедлено в семь раз, и ещё дверь на выход из Тени всегда позади тебя, — повторила я зазубренный некогда урок.
— Отлично, пойдём! — Йэн взял меня за руку.
Мы подошли к стене. Наши тени были на ней.
— Готова?
Я кивнула. Что сейчас будет? Страшно совсем не было — было просто интересно: смогу ли я сделать это снова? Я стала всматриваться в свою тень и концентрироваться на ней.
Вдруг я явственно увидела, как она расползается, чернеет, переливается серыми оттенками и словно заглатывает в себя! С тенью Йэна творилось то же самое, кажется, это он мне помог так быстро обнаружить тень ауры.
— Вперёд, — вервольф сделал шаг, и за ним я, инстинктивно закрыв глаза.
Когда меня обволокло что-то прохладное, я снова глаза открыла. Мы стояли в той же оружейной комнате. Но как сильно она преобразилась! Зеркало на стене оказалось большим чёрным пятном, оружейные полки и оружие — нелепыми силуэтными нагромождениями, пол — из чёрной ваты, в которой мои ноги медленно утопали — ведь в Тени все предметы реального мира делались неосязаемыми, а под полом была пустота второго этажа, таким образом, можно было пройти сквозь пол вниз.
Я взглянула на Йэна. И увидела вокруг него переливающееся радужное свечение. Я тоже вся ярко светилась на фоне этой серости. Мои ноги продолжали тонуть как в болоте. Но я вытащила их из ватного тумана без всяких проблем. Йэн сказал своим обычным голосом — звуки здесь не искажались:
— Не вздумай сейчас выйти — твои ноги впечатаются в пол намертво!
— Я не выйду, пока не выйдешь ты, — проговорила я сдавленным голосом.
— Прогуляемся? — невозмутимо предложил вервольф, я с готовностью кивнула.
Действительно, фантастический сон! Мы спокойно прошли сквозь стену, спустились по еле осязаемой лестнице. Все предметы и мебель — как в комнате в темноте. Всё серое, причудливое. Мы вошли в одну из комнат. В тенях я различила спящую Рози.
— Через Тень можно видеть ауры, если приглядеться.
Тело Рози выглядело такой же серой, неразличимой тенью. Я всмотрелась и увидела ауру. Это было небольшое свечение, еле заметное.
— Это аура простого смертного человека, — подсказал Йэн.
— А у анхомов ярче? — уточнила я.
— Да, потому что больше магии, и ответственности больше, — кивнул вервольф.
В этом свечении я с каждым моментом всматривания различала всё больше и больше элементов: так перед взором открывается картинка, которую ты до этого словно бы не замечал, а она была. Йэн пояснил:
— На Теневой Стороне у всех анхомов начинает просыпаться и разворачиваться астральное зрение. У тебя — тоже. Твои глаза не видят ауры сразу и привыкают к ним постепенно. Всё равно что если выключить свет внезапно, ты не сразу различишь то, что в комнате, а лишь после того, как твои глаза привыкнут.
В свечении Рози я различила немного довольно блеклых цветов, в основном жёлтое и зелёное, это были бледные и неясные оттенки. Вервольф продолжил урок магии:
— В аурах простых смертных мало цветов, и они не связаны друг с другом. Если она разовьёт себя, эти цвета соединяться, и она может стать анхомом. Если конечно захочет этого.
— То есть она станет экстрасенсом, ясновидящей?
— Хотя бы так.
— Она может нас видеть или слышать? — спросила я, испуганно понижая голос до шёпота — ведь мы стояли практически над спящей Рози и разговаривали во весь голос!
— Конечно же, нет! — улыбнулся вервольф. — Теперь давай посмотрим, как выглядит магический ток. Сначала ты можешь посмотреть его у меня.
Магический ток
Йэн протянул руку, я сразу догадалась, что надо смотреть не на руку, а как бы поверх неё или сбоку, там, где было радужное свечение. По мере того как я всматривалась, я видела, что свечение становилось синеватым, мерцающим. Совсем как на той лестнице.
— Ток! Я его вижу! — восхитилась я.
— И теперь ты можешь увидеть у себя, — Йэн взял мою руку и поднёс её мне перед глазами. Потом отпустил.
Я стала смотреть, с замиранием сердца. Вся моя прошлая жизнь оставалась где-то позади. Школа, друзья, родители, бытовые и повседневные проблемы. Я смотрела на свою ладонь, запястье. И видела, как вокруг моей руки то гаснут, то зажигаются синеватые сполохи. Которые озорными ручейками идут из плеча, искрятся, потом снова возвращаются назад. Я смотрела, смотрела, смотрела. Мне захотелось проверить, что же будет, если я выпущу их? И я выпустила.
Я выпростала руку вперёд, подняла ладонью вверх и представила, что у меня над ладонью поднимается шар из магического тока. Поднимается, клубится, собирается, концентрируется. Мои мысли материализовывались, это было невероятно! У меня над рукой собирался файерболл! Совсем как у этой чумовой Лейлы, которая на нас напала!
— У меня есть магия, я её чувствую!!! — я была готова завопить от восторга и одновременно от потрясения.
— Разумеется, у тебя есть магия, — кивнул Йэн удовлетворённо.
— А у тебя она ведь тоже есть? — поинтересовалась я. — Можешь показать?
Своему шарику я приказала снова вернуться ко мне в тело. Энергия снова вобралась обратно в руку — негоже пропадать добру. Мне же стало интересно, как будет выглядеть такой шарик у вервольфа. Но вервольф схитрил:
— Есть. Но лучше пойдём посмотрим у Роджера.
Мы спустились на кухню. Там колдовал над каким-то очередным кулинарным шедевром наш вампир. Я узнала его по тёмному двигающемуся силуэту. И невольно спросила:
— Эй, что ты здесь делаешь?
— Он тебя не слышит. Такая же тень, как стена, стол или стул. Смотри!
Мы подошли к нему вплотную, и Йэн просунул сквозь него руку. Роджеру ничего не сделалось, он ничего не заметил!
— Мы, считай, не в этом мире, мы на Теневой Стороне. Этот мир — всего лишь фон, неосязаемый фон с его призраками-обитателями, которые нас не видят.
Я пригляделась к ауре Роджера. По мере того, как я вглядывалась, она становилась для меня яркой и отчётливой. Здесь было много красных тонов: алых, оранжевых и багровых, все они плавно переходили друг в друга, были связаны. А над головой Роджера зияла «метка».
— Что это? — спросила я Йэна.
— Это отметина Природы Анхома. У меня тоже есть. И у тебя.
Я пригляделась к тому, что у Йэна было над головой — в месте, которую восточные йоги называют «седьмой чакрой». Сразу заметила отличие:
— У тебя другая! Что она означает?
— Знак вервольфов. У всех вервольфов — нечто похожее, что и у меня. У вампиров — так же, как у Роджера.
— А какая у меня? — спросила я. — Я могу свою посмотреть? — я задрала голову, но ничего над собой не увидела.
— Ты свою увидеть не сможешь. Зато я вижу. Метка Ученика, нераскрывшегося, но с хорошим потенциалом, — заметил Йэн.
Тем временем я снова изучала ауру Роджера — как она выглядит на Теневой Стороне:
— Что это такое струящееся? — я указала на узкие-узкие синие трубочки-ручейки, открывшиеся в ауре вампира и исходящие почти от «метки» над головой. Эти капилляры растекались по всей ауре. Йэн ответил:
— Это и есть магический ток. Вампирам не положено обладать магией, но Роджеру удалось развить в себе магию, как и Онилии. Как ты видишь сама, у него тока мало, и этот ток довольно блеклый.
— У тебя ярче. Это значит, что ты — маг сильнее, чем Роджер?
— Я не совсем маг, — покачал головой Йэн. — У меня ярче из-за моей вервольфской природы. Весь мой ток уходит в основном на то, чтобы поворачиваться, когда нужно и не поворачиваться, когда очень хочется, то есть на сдерживание в себе зверя. Вот что, вагант. На сегодня хватит. Если ты принимаешь то, что ты — анхом, приготовься к тому, что Тень станет твоим домом. Выходим.
Я хотела парировать Йэну — а есть ли у меня выбор — не принимать того, что я анхом? Но промолчала. Мы сделали шаг назад и очутились на кухне. Мир обрёл светлые яркие краски, и видения аур исчезли.
— Гром вас разрази, друзья! Заглянули на полуночный обед! — засмеялся Роджер, ничуть не удивляясь, что мы вышли из воздуха.
— Время? — спросил Йэн.
— Тринадцать часов ночи! — пошутил Роджер, имея в виду, что уже час ночи.
— Ты не охотишься?
— Онилия запретила покидать усадьбу нам обоим. И, конечно же, дамам.
— Она ничего не говорила о том, что Лейла может вернуться? — спросила я с опаской.
— Во-первых, Лейла пока ещё даже не в курсе, что медальон у неё ложный. Когда спохватится — мы надеемся, что всё уже будет расставлено на места. Мы должны пока установить точное время, куда придётся отправиться. Ну а во-вторых, заклинания наших приятелей-Неофантомов, Коллинза и Шрама, значительно укрепили вязь Стены Защиты.
— Понятно, — проговорила я.
На самом деле мне было мало что понятно. Ведь я знала, как возвести забор вокруг огорода. И ещё чтобы защитить свой дом от воров, надо поставить надёжную дверь, сигнализацию и решётки на окна. Но я ничего не знала о Стенах Защиты.
Я чувствовала гул в голове. Мои мысли и эмоции сплелись в клубок и странно притупились. Ещё я чувствовала слабость. Йэн предупреждал во время наших с них уроков по заходу на Теневую Сторону ещё полтора года назад, что Теневая Сторона забирает «плату за проход» в виде энергии. Слабость была, конечно, не такой, что я могла опять потерять сознание как кисейная барышня. Но я сочла благоразумным распрощаться с друзьями и пойти спать. Так и было — я заснула сразу, даже смутно помню, как я добралась до кровати.
Поймать вампира
— Я не могу так работать! — вопил Виктор Шнайдер, он же Масочник.
Блэки в очередной раз закатила глаза. Она и не подозревала, что главарь томберов, влиятельный человек, построивший целую империю зла, будет истерить как умалишённый.
С другой стороны, Масочника можно понять. Охотник Воды хорошенько ему наподдал. И — странное дело — не убил, не сдал полиции и никак не использовал свои полномочия агента ГБРиБа. Блэки подозревала, что со стороны Скорпиона та взбучка и выволочка, которую он устроил Масочнику, была намеренным оскорблением. Знаком того, что Белые злопамятны.
Блэки рассудила на этот счёт так: Охотник Воды намеренно избежал кровопролития, чтобы не потревожить и без того шаткий Баланс. Зато он хорошо побил людей Корима и самого Корима, едва не сделав их инвалидами. Он же и задержал Масочника и его людей, чтобы дать возможность врагам — «беляшам» — смыться.
И сейчас Блэки пригласила своего подшефного Масочника на разбор полётов. Трёхглазая делегировала Блэки связи с томберами несколько дней назад. У Морской Королевы были свои дела, и возня с томберами ей представлялась сейчас невыгодной. Между тем, томберы как союзники могли быть полезны.
Что Блэки больше всего озадачивало — так это поведение её подруги и сестры. Лексаэлла была послана, чтобы помогать Масочнику, прикрывать его. Почему же она бросила его на растерзание Скорпиону? Уж против Охотника Воды она явно могла бы выстоять.
Масочник продолжал жаловаться:
— За девчонкой пришло трое этих клоунов, и даже твоя охранница не смогла с ними справиться! Одна из них раскидала в итоге всех моих бравых мальчиков, как щепки, а потом другой содрал с меня мою маску! Это такое оскорбление! А потом туда прибыл этот... этот... проклятый водяной!!!
Блэки потребовала:
— Успокойся! Ещё раз опиши тех, кто вам помешал!
— В первую очередь — ваша ненаглядная Клот Итчи! Говорил же я, что надо было её уничтожить! Во вторую — этот… это существо, вампир… на него даже не подействовал хвалёный лёд вашей этой Тайрус! А она между прочим лишила меня одного из моих людей!
— Попал под шальную сосульку, ну что поделаешь, издержки производства. Этот второй, о котором ты говоришь, племянник Дракона Сажающего-На-Кол. Дальше: против кого не выстояла Лексаэлла?
Блэки не на шутку нервничала, и остальные русалки тоже: на стороне их противников появился высший анхом — мощный враг, доселе неизвестный их внимательным глазам и обладающий магией Удара Воздуха.
— Это девка, лет 25. Чёрная. Вся в чёрном.
— Темнокожая?
— Нет. Кожа бледная, как смерть. Дерётся как ниндзя. Чёрные волосы. А на вид — скромная тихая мышка!
Масочник невольно говорил о ней с уважением — ему не хватало таких наёмников!
— Я поняла, о ком ты говоришь. Это та неофантомка, которая убила Фон Репса. Но я ничего не знала о том, что она — воздушница, которую нам следует опасаться. Всё это очень странно. Неужели Лексаэлла ошиблась? Эта девица в чёрном — явно не та, за кого себя выдаёт. Хотела бы я выяснить, какова её роль? Недавно наша госпожа предупреждала о видении, которое показал Шар: нам будут угрожать двое тех, кто владеет сильнейшей смертоносной магией воздуха. Она говорила о появлении на горизонте нового Охотника Воздуха, от которого нам всем придётся несладко. Что касается Клот Итчи, Виктор, я поручаю тебе, как самому опытному и неподражаемому из наших слуг, поймать её. И привести нам. Мы верим в тебя! Соберись! Неужели твоего мастерства недостаточно, чтобы поймать безобидную школьницу?
Блэки решила дать Масочнику это задание спонтанно. Масочник ей надоел. Его надо было чем-то занять. Блэки в тот момент подумала о Зелёном Черве. Вот кто более толковый, невозмутимый и надёжный. Нужно его призвать.
— Но с ней теперь эти чёртовы вампиры!
— Они мало на что способны. Сестрица Дракона Сажающего-На-Кол даже не смогла отстоять Медальон перед Лейлой, тебе ли её бояться? Что касается этого клоуна, её племянника, это ходячее бревно, пусть ему ничего не бывает, но он и сам ни на что не годен в плане драки!
— А эта ваша красотка, Розалин Итчи?
— На худой конец можешь прихватить её. Но без Клот Итчи на наши глаза тебе лучше не показываться! Ещё для разнообразия можешь поймать одного из вампиров. Чтобы козырей было побольше.
Предок-авантюрист и вуншпунш
Только что я, Рози и Онилия выстроили точное генеалогическое древо. У Онилии даже нашлось что-то в её книгах: наш с Рози прапрапрапрадед упоминался как один из трёх помощников полусумасшедшего археолога Магнуса Делли. Впрочем, вся команда Магнуса Делли была полусумасшедшей: в погоне за старьем и диковинками они были готовы на всё.
