Остановились перед зарослями крапивы.
- Ты глянь-ка, туда и не пробраться. Вон, видишь бугор?
- Вижу как будто.
- То землянка. Дойдёшь?
- Дойду.
Яка потоптался, спросил нехотя:
- А то, может, ход пробить? - кивнул на крапиву.
- Не. Не надо. К чему?
- И то верно. Ну, прощай, старая Нала.
- И ты прощай... Яка.
Бабка долго смотрела в спину последнему человеку, которого видела в жизни. Долго... Пока та не скрылась в зелени. Да и тогда не сразу отвернулась, всё ждала, может, мелькнёт ещё раз между деревьями. Не мелькнула.
Вздохнула. Повернулась к крапиве.
- Ишь, как ты тут расхозяйничалась! А ну, милая, подвинься чуток.
Стала пробираться в высокой траве, а крапива её жгла, жгла. Но Нала терпела. Не так много ей осталось терпеть.
Внезапно заросли закончились. Перед полуразвалившейся землянкой мурава была густая и невысокая.
- Ишь, как тут хорошо! - вновь подивилась Нала.
Разговаривать вслух ей понравилось, и она продолжила:
- А где же тут старая Коса? Сохранились ли её косточки? Или звери лютые унесли?
Внезапно поняла, что каждый следующий старик хоронит предыдущего. Если оставалось что хоронить.
Подошла ко входу. До полога дотрагиваться страшно - сгнил весь, того и гляди, рассыплется в прах. Но, может, на её век хватит, а вот следующему нечем будет закрываться от мира.
Зимой тяжко придётся.
Вступила в тёмную затхлую землянку, пропахшую пылью и сгнившим деревом. У стены неширокая лавка. А на ней... Нала сдержалась, не отвела взгляд. Постояла над Косой. Поговорила с ней:
- А помнишь...
Потом поискала какую-нибудь палку-копалку. Нашла. Каменная, крепкая. Знать, кто-то позаботился. К вечеру Косу похоронила.
Постояла, качаясь от усталости. Что дальше? Есть хочется. Подумала... Махнула бы рукой, если бы силы остались, - какое там есть! Умирать надо!
Вернулась в землянку, улеглась на место Косы и через короткое время... захрапела на всю округу.
Утром чуть свет вскочила по привычке, огляделась. Воспоминание тяжёлым грузом легло на душу. Не померла за ночь. И есть хочется страшно.
А потом словно пелена в голове спала:
- Да что это я? Наказали умирать, а я и согласилась. Как дура. Или у меня других забот нет? А внучка? Неужто не взгляну на Каму?
И словно камень свалился с души. И силы откуда-то взялись. Вскочила и не оглядываясь поспешила прочь. Даже не почуяла, как по крапиве проходила.
- Надо только смотреть по сторонам, - учила по дороге саму себя. - Может, ягоды какие попадутся, или ещё что. Есть страшно хочется. Сейчас бы рыбки!
И живот тут же откликнулся громким и продолжительным согласием.
- Бежу, бежу, бежу, - Иза бегала по песку, беспрерывно оглядываясь.
Шан с чуть заметной улыбкой наблюдал за девочкой. Ему понравилось слово. Смешное.
- Куда это ты бежишь? - поинтересовался он.
- Я не куда бежу, я убегаю от злого дядьки.
- Какого дядьки?
- Который украл Лу и побил Каму.
Шан нахмурился, не понимая.
- Я учусь бегать. Когда он за мной погонится, то не поймает, потому что я быстро научусь.
Иза побежала дальше.
- Бежу, бежу...
Шану стало не смешно. Желваки заиграли на скулах.
До чего же подлый Хаша. До чего же мерзкий. Волна гнева и презрения переполнила всё внутри. Так бы и раздавил, как червяка, потому что иначе его не остановить. Жадность и желание всё сгрести под себя не утихает. Длинными руками держит своих людей в страхе, а теперь ещё и здесь, в этом маленьком осиротевшем племени, переворошил, перековеркал всё. И ведь не успокоится. Шан всё больше склонялся к тому, чтобы ему самому, наконец, упокоить своего бывшего старейшину. Ну, или хотя бы попытаться.
Поглядел в сторону шалаша, там хлопотали женщины над раненой. Кама уже пришла в себя. Крепкий сон помог. Когда же утром Уша, почти на себе, притянула свою мать, на неё было страшно смотреть. Шану всегда было страшно смотреть на избитых женщин.
Лера, словно почуяв, что мысли Шана завертелись вокруг женской половины, медленно подошла, пытаясь плавной походкой навеять приятные воспоминания.
- Что же ты здесь один сидишь - скучаешь?
Но Шан нахмурился ещё больше - не принял лёгкий тон. С какой-то досадой взглянул на женщину. Хотел сказать. Но что сказать? Со вздохом отвернулся.
- Ты теперь, глядючи на меня, только вздыхать умеешь? Раньше как-то многое другое получалось.
- Неужели ты не видишь, что теперь - не раньше?
- А что изменилось?
Шан в изумлении уставился в большие и томные Лерины глаза. Действительно не понимает?
- Лера... Эти люди... Это необычные люди. Я таких мужественных женщин и детей не видел. Они пытаются выжить... Одно дело, когда каждый пытается выжить... сам за себя - это бывает. И сделать это не так уж и сложно... А... Да что тебе объяснять! Лежишь в прохладе целыми днями, как...
Шан махнул рукой. Зачем объяснять? Это или само собой понимается, или не поймётся никогда.
Сверху донёсся шум.
- На-аз! - завопила Иза и бросилась в объятия.
Наз вернулся! Радостно-тревожная весть вмиг собрала всё племя. Ничего удивительного - все были тут же. Этим утром на работу не пошли, обеспокоенные разбоем, которое учинили соседи в Ушиной семье. Занимались на берегу мелкими делами, которых тоже было немало.
Усадили парня в тень, принесли воды напиться, еды.
Наз попил, есть не стал:
- Потом. Сначала надо решить...
- Рассказывай.
Наз бросил взгляд на своих людей.
- Пеша? - только сейчас заметил.
- Да, туточки я пока, - скромно пояснил сын старейшины.
Наз не понял, но решил, что это может подождать. Задержался взглядом на Лере. Вот она какая. Тогда в темноте не разглядел.
- Уша? Ты тоже здесь?
- Да, Уша с матерью теперь с нами.
Старейшина указал на женщину с синим лицом.
Наз кивнул, неуверенно приветствуя.
- Где Аз?
Повисло молчание. Наконец старейшина неохотно пояснил:
- Ушли они от нас. Насовсем ушли. Зага не смогла тут жить. Вот и отправились новое место себе искать.
Наз не долго молчал - некогда. Стал спрашивать дальше:
- Рача и Лека где?
- К вам на выручку пошли.
- Не видел.
- Что там? Рассказывай.
- Сегодня ночью собираются приносить жертву.
Наз не сразу решился озвучить другое. Понимал, каково сейчас будет.
- Это чтобы Пешин папаня выздоровел? - уточнила бабка.
- Да. Так у них полагается. Будут задабривать своего бога.
Бабка уже хотела махнуть рукой, мол, пусть как хотят, но тяжёлое молчание смутило. Что-то не так. Почему все встревоженные?
- Где Ара? - Саха первая стала соображать. Глаза её страшно расширились, лицо стало белое, как песок под ногами.
- Ара цела. Она там...
- Лайя? - ахнула Кида.
- Да...
Лок и Гёра лежали на таких белых и мягких подстилках, что чувствовали неловкость - точно намарают. Поэтому старались особо не вертеться и занять поменьше места, чтобы побольше осталось нетронутого и чистого.
- Что думаешь? - начал Лок.
- Думаю, жаль, что у нас нет... как там Леса говорила? ...способностей.
- Ну да. Жаль... А откуда они берутся?
- И правда! - Гёра уловил мысль Лока, одновременно чуть додумывая за него. - Они же откуда-то берутся! Надо было спросить. Может, и у нас бы получилось.
- Ну да. Мы же от Лу ничем особо не отличаемся.
- Или это только девочки могут проходить?.. Туда... ну к тем...
- У кого дома до неба, - помог Лок.
- Леса сказала - цылизацыя, - Гёра попытался вспомнить.
- Ага, цылизацыя.
- Хотя... Лу наша и вправду не такая, как все.
Лок вздохнул, соглашаясь.
- Как она тогда говорила!
- Мне даже жутко стало.
- Она ведь почуяла заранее Криза и Бата.
- Ага. А мы - нет.
- А потом ничего не помнила.
- Но они, вроде, решили не брать Лу.
- Потому что мала ещё. Им нужен кто побольше.
- А то у Лесы время заканчивается. Они не могут ждать.
- Это как заканчивается? Помирать что ли собралась?
- Сам не понял. Вроде же не сильно старая.
- А у них ничего не поймёшь. Динызавры ненастоящие, только кажутся страшными. Может, и Леса уже старая, а кажется, что ещё нормальная.
- Похоже на то.
- Вот только найдут ли они... этих... способных? Чтобы ещё и большие были. Небось, на каждом шагу такие не встречаются.
- А мы как раз уже выросли.
- Только обыкновенные.
Вздохнул один, ответил вздохом другой и осторожно повернулись на белой подстилке. Уставились в потолок. Красиво. Тихий мягкий свет двигался петляющими дорожками, образовывая какую-то интересную картинку.
- Надо всё же попробовать попроситься. Вдруг возьмут?
- А как же наши?
На душе у ребят внезапно стало муторно. Что-то они в последнее время только и делают, что развлекаются. А как там племя?
Страшно захотелось взглянуть хоть одним глазком.
- Слушай, Лок, у меня прямо сердце наизнанку вывернулось, когда ты сказал про наших.
Лок промолчал, но у него тоже вывернулось. Захотелось плакать, как маленькому.
- Надо домой.
Гёра вскочил.
- Сейчас?
- А как сейчас?
- Лок, это же неспроста стало так тяжело на душе.
- Да... Как бы беда с нашими ни приключилась.
Сели на своём высоком ложе, свесили ноги, опустили головы.
- Знаешь? А я сегодня целый день хохотал...
- А я? Ещё хлеще.
- И мы забыли зачем сюда шли.
- Нам понравилось развлекаться.
- И жрать.
- Надо возвращаться.
Растеряно оглядели чужие красивые стены.
- Может, здесь какой-нибудь пэмэушник завалялся? Мы бы попросили Бата и Криза отвезти нас.
Сон вовсе исчез.
- Давай поищем.
Стали несмело обходить помещение, стараясь заглянуть туда, что открывалось, нажать на то, что нажималось.
Из стен, из каких-то выступов выскакивало непонятное. Внезапно послышалось птичье пение и журчание реки. Ребята вздрогнули и переглянулись.
Лок махнул рукой:
- Ненастоящее. Кнопки какие увидишь - нажимай.
- Понял.
Стали нажимать смелее. Вокруг в комнате завертелось, запорхало непонятное ещё быстрее. Ребята испугались.
- Как бы не испортить здесь всю красоту, - прокричал Лок.
К этому времени птичьи трели сменились другими звуками. Будто стадо туров мычало. Только красиво, а не как обычно.
- Глянь, - кивнул Гёра назад, - за нами кто-то убирается.
Всё, что ранее выскакивало, тихо возвращалось на свои места.
- Дон, наверное...
- Дон? Дон! - крикнул Гёра в пространство.
- Я - Дон. Чем могу помочь?
Голос, приятный и громкий прозвучал так, словно этот Дон ждал, когда к нему обратятся, не решаясь беспокоить сам.
Ребята изумлённо переглянулись. Во как надо было!
- Дон, нам бы домой, - первым Гёра решился нечеловеку рассказать о своей проблеме.
- Можно вас доставить в ту же точку, из которой забрали тридцать шесть часов назад.
- Не-е, туда не надо. Нам бы поближе к дому.
- Нужно знать координаты.
- Мы не знаем кардинаты, - почесал Лок затылок.
- Ну-у, там речка такая... И лес рядом, - попытался Гёра объяснить, но и сам понял, что такие кардинаты не годятся.
- Дон, - Лока осенило. - А вы Лу нашу забирали... Туда можешь нас доставить?
- Да, маршрут знаком. Могу. Через шесть часов будем на месте.
Ребята снова переглянулись. Ничего себе! Правда непонятно, то такое шесть часов, но судя по тону этого Дона, скоро.
- На стартовой площадке ожидает грантлёт.
- А... А мы не можем... Как там... Что делать...
- Вы получите чёткие инструкции и руководство.
- Чего? - тихо спросил Лок.
- Научит, говорит, - ещё тише ответил Гёра. Ему так показалось. Уточнять не хотелось. А то вдруг неправильно показалось.
- А как туда добраться? До этой площадки.
- У входа стоит грантход.
- Ага, поняли, - не поняли ребята, но пошли.
Полог доброжелательно открылся, как только ребята приблизились к выходу.
Вышли.
Ух, а тут ночь - не ночь. Повсюду низко висели звёздочки и освещали округу.
- Прошу, садитесь, - раздался голос Дона уже из какой-то красной штуковины.
Гёра первым забрался в неё. Уселся.
- Чего ты стоишь? Лезь, - позвал друга.
Лок послушно полез.
Штуковина чуть дёрнулась и... поползла. Плавно, как змея. Только не петляла, а прямо ползла.
- Ух ты!
- Офигеть!
- Тихо, не ругайся. А то прогонит.
Но Дон не прогнал. А доставил ребят прямо к переливающемуся огнями грантлёту.
- Добро пожаловать на борт.
- Идите, говорит… - дёрнул Гёра друга за синюю одежду.
Лок поспешно полез из одного гранта в другой. Прозрачная стена со знакомым шипением пропустила их.
- Желаете сами управлять? - голос Дона раздался уже в грантлёте.
- Желаем, - заявил Гёра.
Лок молча подивился такому нахальству, но спорить не стал.
- Прошу в кресла.
Гёра огляделся, пытаясь понять, куда их направили. Лок подтолкнул сзади:
- Туда, наверное, - указал на два сиденья у прозрачной стены.
Сели. Тут же почувствовали, как сиденья охватили их тела так, что не встать.
- Взлёт - синяя кнопка.
- Вот она, - указал Лок, не решаясь сам нажать.
Гёра решился. И тут же деревья поплыли куда-то вниз.
- Мы поднимаемся, - ахнул Лок, и Гёра понял, что это не деревья поплыли вниз, а они вверх.
- Маршрут построен, - объявил Дон. - Можно двигаться.
- Куда жать? - спросил Гёра.
- Достаточно устного распоряжения, - непонятно сказал Дон, и светлые звёздочки внизу скользнули в сторону.
- А теперь что делать? - Гёра был такой довольный, что Локу захотелось ткнуть его локтем в бок.
- В ближайшие шесть часов будет продолжаться полёт. Делать ничего не рекомендуется. Можете поспать.
Это было понятно. Сиденье шевельнулось и опустилось назад. Стало удобнее. Через прозрачную стену виднелась освещённая луной земля.
- Красиво. Никогда такого не видел.
«Мы с тобой эти слова за последний день повторили уже несколько раз», - хотел сказать Лок, но передумал.
- Да...
Глаза стали закрываться. Но спать ужасно не хотелось. Когда они ещё такое увидят?
- Шан, сколько в вашем племени мужчин?
Тон старейшины стал спокойным, но что-то было в нём неуловимое, заставившее всех враз замолчать, перестать ахать и внимательно слушать.
- Пять десятков. Но надо понимать, что... Пеша, сколько мужчин к Рыжим пошли?
- Без меня получается пять.
- Ещё трое погибли... - Шан мельком взглянул в Ушину сторону. - Мы с Пешей ушли. Остаётся десятка четыре.
- Шан, тебя с нами считать?
- Да.
- Пеша, тебя как считать?
- Дык... я... Я туточки останусь.
- Кто ещё останется?
- Дети останутся.
- Киду с детьми оставим.
- Деда с бабкой.
- Какой деда с бабкой? - Фена подхватилась, как ужаленная. - Дед, чего молчишь?
- Да я только хотел...
- Или вы думаете, что в хорошей драке только кулаки нужны? Да ежели рассудить...
- Дед с бабкой тоже идут, - перебил старейшина.
Фена никогда ещё не останавливала внутренний протест так внезапно. Чуть не задохнулась. Села.
- Ну почему же идут? - вставил своё слово Наз. - Есть мысль получше.
- Говори.
- Пусть тогда самые слабы... Пусть тогда кто-нибудь на лодке плывёт.
- Ты её закончил?
- Высохла. Лёгкая стала, вёрткая. А тут плыть как раз по течению.
- Так... Дед с бабкой в лодке. Кто ещё?
- А я?
Все так и раскрыли в недоумении рты. Лера!
- Что ты? - старейшина спокойно смотрел на женщину. Ждал, что скажет.
- Я, конечно, к дракам неприспособлена. Но иду с вами.
- С бабкой в лодке тогда, - старейшина принимал решения быстро и не колеблясь. Остальные не сразу отвели взгляды от Лериной красоты. Им-то казалось, что такие подвиги не в её характере.
Лера же ни на кого не смотрела и дальше почти не слушала. Хмуро уставилась в песок.
- Ты глянь-ка, туда и не пробраться. Вон, видишь бугор?
- Вижу как будто.
- То землянка. Дойдёшь?
- Дойду.
Яка потоптался, спросил нехотя:
- А то, может, ход пробить? - кивнул на крапиву.
- Не. Не надо. К чему?
- И то верно. Ну, прощай, старая Нала.
- И ты прощай... Яка.
Бабка долго смотрела в спину последнему человеку, которого видела в жизни. Долго... Пока та не скрылась в зелени. Да и тогда не сразу отвернулась, всё ждала, может, мелькнёт ещё раз между деревьями. Не мелькнула.
Вздохнула. Повернулась к крапиве.
- Ишь, как ты тут расхозяйничалась! А ну, милая, подвинься чуток.
Стала пробираться в высокой траве, а крапива её жгла, жгла. Но Нала терпела. Не так много ей осталось терпеть.
Внезапно заросли закончились. Перед полуразвалившейся землянкой мурава была густая и невысокая.
- Ишь, как тут хорошо! - вновь подивилась Нала.
Разговаривать вслух ей понравилось, и она продолжила:
- А где же тут старая Коса? Сохранились ли её косточки? Или звери лютые унесли?
Внезапно поняла, что каждый следующий старик хоронит предыдущего. Если оставалось что хоронить.
Подошла ко входу. До полога дотрагиваться страшно - сгнил весь, того и гляди, рассыплется в прах. Но, может, на её век хватит, а вот следующему нечем будет закрываться от мира.
Зимой тяжко придётся.
Вступила в тёмную затхлую землянку, пропахшую пылью и сгнившим деревом. У стены неширокая лавка. А на ней... Нала сдержалась, не отвела взгляд. Постояла над Косой. Поговорила с ней:
- А помнишь...
Потом поискала какую-нибудь палку-копалку. Нашла. Каменная, крепкая. Знать, кто-то позаботился. К вечеру Косу похоронила.
Постояла, качаясь от усталости. Что дальше? Есть хочется. Подумала... Махнула бы рукой, если бы силы остались, - какое там есть! Умирать надо!
Вернулась в землянку, улеглась на место Косы и через короткое время... захрапела на всю округу.
Утром чуть свет вскочила по привычке, огляделась. Воспоминание тяжёлым грузом легло на душу. Не померла за ночь. И есть хочется страшно.
А потом словно пелена в голове спала:
- Да что это я? Наказали умирать, а я и согласилась. Как дура. Или у меня других забот нет? А внучка? Неужто не взгляну на Каму?
И словно камень свалился с души. И силы откуда-то взялись. Вскочила и не оглядываясь поспешила прочь. Даже не почуяла, как по крапиве проходила.
- Надо только смотреть по сторонам, - учила по дороге саму себя. - Может, ягоды какие попадутся, или ещё что. Есть страшно хочется. Сейчас бы рыбки!
И живот тут же откликнулся громким и продолжительным согласием.
Глава 116
- Бежу, бежу, бежу, - Иза бегала по песку, беспрерывно оглядываясь.
Шан с чуть заметной улыбкой наблюдал за девочкой. Ему понравилось слово. Смешное.
- Куда это ты бежишь? - поинтересовался он.
- Я не куда бежу, я убегаю от злого дядьки.
- Какого дядьки?
- Который украл Лу и побил Каму.
Шан нахмурился, не понимая.
- Я учусь бегать. Когда он за мной погонится, то не поймает, потому что я быстро научусь.
Иза побежала дальше.
- Бежу, бежу...
Шану стало не смешно. Желваки заиграли на скулах.
До чего же подлый Хаша. До чего же мерзкий. Волна гнева и презрения переполнила всё внутри. Так бы и раздавил, как червяка, потому что иначе его не остановить. Жадность и желание всё сгрести под себя не утихает. Длинными руками держит своих людей в страхе, а теперь ещё и здесь, в этом маленьком осиротевшем племени, переворошил, перековеркал всё. И ведь не успокоится. Шан всё больше склонялся к тому, чтобы ему самому, наконец, упокоить своего бывшего старейшину. Ну, или хотя бы попытаться.
Поглядел в сторону шалаша, там хлопотали женщины над раненой. Кама уже пришла в себя. Крепкий сон помог. Когда же утром Уша, почти на себе, притянула свою мать, на неё было страшно смотреть. Шану всегда было страшно смотреть на избитых женщин.
Лера, словно почуяв, что мысли Шана завертелись вокруг женской половины, медленно подошла, пытаясь плавной походкой навеять приятные воспоминания.
- Что же ты здесь один сидишь - скучаешь?
Но Шан нахмурился ещё больше - не принял лёгкий тон. С какой-то досадой взглянул на женщину. Хотел сказать. Но что сказать? Со вздохом отвернулся.
- Ты теперь, глядючи на меня, только вздыхать умеешь? Раньше как-то многое другое получалось.
- Неужели ты не видишь, что теперь - не раньше?
- А что изменилось?
Шан в изумлении уставился в большие и томные Лерины глаза. Действительно не понимает?
- Лера... Эти люди... Это необычные люди. Я таких мужественных женщин и детей не видел. Они пытаются выжить... Одно дело, когда каждый пытается выжить... сам за себя - это бывает. И сделать это не так уж и сложно... А... Да что тебе объяснять! Лежишь в прохладе целыми днями, как...
Шан махнул рукой. Зачем объяснять? Это или само собой понимается, или не поймётся никогда.
Сверху донёсся шум.
- На-аз! - завопила Иза и бросилась в объятия.
Наз вернулся! Радостно-тревожная весть вмиг собрала всё племя. Ничего удивительного - все были тут же. Этим утром на работу не пошли, обеспокоенные разбоем, которое учинили соседи в Ушиной семье. Занимались на берегу мелкими делами, которых тоже было немало.
Усадили парня в тень, принесли воды напиться, еды.
Наз попил, есть не стал:
- Потом. Сначала надо решить...
- Рассказывай.
Наз бросил взгляд на своих людей.
- Пеша? - только сейчас заметил.
- Да, туточки я пока, - скромно пояснил сын старейшины.
Наз не понял, но решил, что это может подождать. Задержался взглядом на Лере. Вот она какая. Тогда в темноте не разглядел.
- Уша? Ты тоже здесь?
- Да, Уша с матерью теперь с нами.
Старейшина указал на женщину с синим лицом.
Наз кивнул, неуверенно приветствуя.
- Где Аз?
Повисло молчание. Наконец старейшина неохотно пояснил:
- Ушли они от нас. Насовсем ушли. Зага не смогла тут жить. Вот и отправились новое место себе искать.
Наз не долго молчал - некогда. Стал спрашивать дальше:
- Рача и Лека где?
- К вам на выручку пошли.
- Не видел.
- Что там? Рассказывай.
- Сегодня ночью собираются приносить жертву.
Наз не сразу решился озвучить другое. Понимал, каково сейчас будет.
- Это чтобы Пешин папаня выздоровел? - уточнила бабка.
- Да. Так у них полагается. Будут задабривать своего бога.
Бабка уже хотела махнуть рукой, мол, пусть как хотят, но тяжёлое молчание смутило. Что-то не так. Почему все встревоженные?
- Где Ара? - Саха первая стала соображать. Глаза её страшно расширились, лицо стало белое, как песок под ногами.
- Ара цела. Она там...
- Лайя? - ахнула Кида.
- Да...
Глава 117
Лок и Гёра лежали на таких белых и мягких подстилках, что чувствовали неловкость - точно намарают. Поэтому старались особо не вертеться и занять поменьше места, чтобы побольше осталось нетронутого и чистого.
- Что думаешь? - начал Лок.
- Думаю, жаль, что у нас нет... как там Леса говорила? ...способностей.
- Ну да. Жаль... А откуда они берутся?
- И правда! - Гёра уловил мысль Лока, одновременно чуть додумывая за него. - Они же откуда-то берутся! Надо было спросить. Может, и у нас бы получилось.
- Ну да. Мы же от Лу ничем особо не отличаемся.
- Или это только девочки могут проходить?.. Туда... ну к тем...
- У кого дома до неба, - помог Лок.
- Леса сказала - цылизацыя, - Гёра попытался вспомнить.
- Ага, цылизацыя.
- Хотя... Лу наша и вправду не такая, как все.
Лок вздохнул, соглашаясь.
- Как она тогда говорила!
- Мне даже жутко стало.
- Она ведь почуяла заранее Криза и Бата.
- Ага. А мы - нет.
- А потом ничего не помнила.
- Но они, вроде, решили не брать Лу.
- Потому что мала ещё. Им нужен кто побольше.
- А то у Лесы время заканчивается. Они не могут ждать.
- Это как заканчивается? Помирать что ли собралась?
- Сам не понял. Вроде же не сильно старая.
- А у них ничего не поймёшь. Динызавры ненастоящие, только кажутся страшными. Может, и Леса уже старая, а кажется, что ещё нормальная.
- Похоже на то.
- Вот только найдут ли они... этих... способных? Чтобы ещё и большие были. Небось, на каждом шагу такие не встречаются.
- А мы как раз уже выросли.
- Только обыкновенные.
Вздохнул один, ответил вздохом другой и осторожно повернулись на белой подстилке. Уставились в потолок. Красиво. Тихий мягкий свет двигался петляющими дорожками, образовывая какую-то интересную картинку.
- Надо всё же попробовать попроситься. Вдруг возьмут?
- А как же наши?
На душе у ребят внезапно стало муторно. Что-то они в последнее время только и делают, что развлекаются. А как там племя?
Страшно захотелось взглянуть хоть одним глазком.
- Слушай, Лок, у меня прямо сердце наизнанку вывернулось, когда ты сказал про наших.
Лок промолчал, но у него тоже вывернулось. Захотелось плакать, как маленькому.
- Надо домой.
Гёра вскочил.
- Сейчас?
- А как сейчас?
- Лок, это же неспроста стало так тяжело на душе.
- Да... Как бы беда с нашими ни приключилась.
Сели на своём высоком ложе, свесили ноги, опустили головы.
- Знаешь? А я сегодня целый день хохотал...
- А я? Ещё хлеще.
- И мы забыли зачем сюда шли.
- Нам понравилось развлекаться.
- И жрать.
- Надо возвращаться.
Растеряно оглядели чужие красивые стены.
- Может, здесь какой-нибудь пэмэушник завалялся? Мы бы попросили Бата и Криза отвезти нас.
Сон вовсе исчез.
- Давай поищем.
Стали несмело обходить помещение, стараясь заглянуть туда, что открывалось, нажать на то, что нажималось.
Из стен, из каких-то выступов выскакивало непонятное. Внезапно послышалось птичье пение и журчание реки. Ребята вздрогнули и переглянулись.
Лок махнул рукой:
- Ненастоящее. Кнопки какие увидишь - нажимай.
- Понял.
Стали нажимать смелее. Вокруг в комнате завертелось, запорхало непонятное ещё быстрее. Ребята испугались.
- Как бы не испортить здесь всю красоту, - прокричал Лок.
К этому времени птичьи трели сменились другими звуками. Будто стадо туров мычало. Только красиво, а не как обычно.
- Глянь, - кивнул Гёра назад, - за нами кто-то убирается.
Всё, что ранее выскакивало, тихо возвращалось на свои места.
- Дон, наверное...
- Дон? Дон! - крикнул Гёра в пространство.
- Я - Дон. Чем могу помочь?
Голос, приятный и громкий прозвучал так, словно этот Дон ждал, когда к нему обратятся, не решаясь беспокоить сам.
Ребята изумлённо переглянулись. Во как надо было!
- Дон, нам бы домой, - первым Гёра решился нечеловеку рассказать о своей проблеме.
- Можно вас доставить в ту же точку, из которой забрали тридцать шесть часов назад.
- Не-е, туда не надо. Нам бы поближе к дому.
- Нужно знать координаты.
- Мы не знаем кардинаты, - почесал Лок затылок.
- Ну-у, там речка такая... И лес рядом, - попытался Гёра объяснить, но и сам понял, что такие кардинаты не годятся.
- Дон, - Лока осенило. - А вы Лу нашу забирали... Туда можешь нас доставить?
- Да, маршрут знаком. Могу. Через шесть часов будем на месте.
Ребята снова переглянулись. Ничего себе! Правда непонятно, то такое шесть часов, но судя по тону этого Дона, скоро.
- На стартовой площадке ожидает грантлёт.
- А... А мы не можем... Как там... Что делать...
- Вы получите чёткие инструкции и руководство.
- Чего? - тихо спросил Лок.
- Научит, говорит, - ещё тише ответил Гёра. Ему так показалось. Уточнять не хотелось. А то вдруг неправильно показалось.
- А как туда добраться? До этой площадки.
- У входа стоит грантход.
- Ага, поняли, - не поняли ребята, но пошли.
Полог доброжелательно открылся, как только ребята приблизились к выходу.
Вышли.
Ух, а тут ночь - не ночь. Повсюду низко висели звёздочки и освещали округу.
- Прошу, садитесь, - раздался голос Дона уже из какой-то красной штуковины.
Гёра первым забрался в неё. Уселся.
- Чего ты стоишь? Лезь, - позвал друга.
Лок послушно полез.
Штуковина чуть дёрнулась и... поползла. Плавно, как змея. Только не петляла, а прямо ползла.
- Ух ты!
- Офигеть!
- Тихо, не ругайся. А то прогонит.
Но Дон не прогнал. А доставил ребят прямо к переливающемуся огнями грантлёту.
- Добро пожаловать на борт.
- Идите, говорит… - дёрнул Гёра друга за синюю одежду.
Лок поспешно полез из одного гранта в другой. Прозрачная стена со знакомым шипением пропустила их.
- Желаете сами управлять? - голос Дона раздался уже в грантлёте.
- Желаем, - заявил Гёра.
Лок молча подивился такому нахальству, но спорить не стал.
- Прошу в кресла.
Гёра огляделся, пытаясь понять, куда их направили. Лок подтолкнул сзади:
- Туда, наверное, - указал на два сиденья у прозрачной стены.
Сели. Тут же почувствовали, как сиденья охватили их тела так, что не встать.
- Взлёт - синяя кнопка.
- Вот она, - указал Лок, не решаясь сам нажать.
Гёра решился. И тут же деревья поплыли куда-то вниз.
- Мы поднимаемся, - ахнул Лок, и Гёра понял, что это не деревья поплыли вниз, а они вверх.
- Маршрут построен, - объявил Дон. - Можно двигаться.
- Куда жать? - спросил Гёра.
- Достаточно устного распоряжения, - непонятно сказал Дон, и светлые звёздочки внизу скользнули в сторону.
- А теперь что делать? - Гёра был такой довольный, что Локу захотелось ткнуть его локтем в бок.
- В ближайшие шесть часов будет продолжаться полёт. Делать ничего не рекомендуется. Можете поспать.
Это было понятно. Сиденье шевельнулось и опустилось назад. Стало удобнее. Через прозрачную стену виднелась освещённая луной земля.
- Красиво. Никогда такого не видел.
«Мы с тобой эти слова за последний день повторили уже несколько раз», - хотел сказать Лок, но передумал.
- Да...
Глаза стали закрываться. Но спать ужасно не хотелось. Когда они ещё такое увидят?
Глава 118
- Шан, сколько в вашем племени мужчин?
Тон старейшины стал спокойным, но что-то было в нём неуловимое, заставившее всех враз замолчать, перестать ахать и внимательно слушать.
- Пять десятков. Но надо понимать, что... Пеша, сколько мужчин к Рыжим пошли?
- Без меня получается пять.
- Ещё трое погибли... - Шан мельком взглянул в Ушину сторону. - Мы с Пешей ушли. Остаётся десятка четыре.
- Шан, тебя с нами считать?
- Да.
- Пеша, тебя как считать?
- Дык... я... Я туточки останусь.
- Кто ещё останется?
- Дети останутся.
- Киду с детьми оставим.
- Деда с бабкой.
- Какой деда с бабкой? - Фена подхватилась, как ужаленная. - Дед, чего молчишь?
- Да я только хотел...
- Или вы думаете, что в хорошей драке только кулаки нужны? Да ежели рассудить...
- Дед с бабкой тоже идут, - перебил старейшина.
Фена никогда ещё не останавливала внутренний протест так внезапно. Чуть не задохнулась. Села.
- Ну почему же идут? - вставил своё слово Наз. - Есть мысль получше.
- Говори.
- Пусть тогда самые слабы... Пусть тогда кто-нибудь на лодке плывёт.
- Ты её закончил?
- Высохла. Лёгкая стала, вёрткая. А тут плыть как раз по течению.
- Так... Дед с бабкой в лодке. Кто ещё?
- А я?
Все так и раскрыли в недоумении рты. Лера!
- Что ты? - старейшина спокойно смотрел на женщину. Ждал, что скажет.
- Я, конечно, к дракам неприспособлена. Но иду с вами.
- С бабкой в лодке тогда, - старейшина принимал решения быстро и не колеблясь. Остальные не сразу отвели взгляды от Лериной красоты. Им-то казалось, что такие подвиги не в её характере.
Лера же ни на кого не смотрела и дальше почти не слушала. Хмуро уставилась в песок.
