- Пошли посмотрим, что там у неё.
Когда ворвались к бабке в шалаш, спала старая, как младенец, а чужой девки и след простыл. Побежали к подруге - у той никого. Обхитрили змеищи.
А в просторном и ярко освещённом шалаше старейшины не протолкнуться. Прибежали жёны, прибежали друзья его - верные псы, привели знахарку. До утра шептались, ждали.
Утром знахарка отошла от ложа больного.
- Что?
Та пожала плечами.
- Как судьба... Зовёт Пешу.
Трясущийся и бледный Пеша был неподалёку.
- Оставьте нас, - прохрипел старейшина.
Вышли все, кроме двоих, тех, с которыми он уходил накануне. Всё это время они были рядом.
Пеша кинулся к отцу на грудь, зарыдал.
- Не трясись ты. Не помер ещё - ворчливо прохрипел старейшина.
- И не помрёшь?
- Не знаю. Своим же гостинцем угостился.
- Как это?
- Как... Если хочешь обхитрить Шана, будь готов, что он тебя сам обдурит. Изворотливый гад. Но теперь уж всё...
- Что всё?
- Думаю, я его простил.
- Как это?
- Как это, как это... - недовольно передразнил старейшина сына. - Нет больше Шана.
Эта новость не обрадовала Пешу.
«Ну иди ко мне. Сейчас я тебя буду резать, жарить и жрать». Такой мужик был отчаянный. Жаль.
- Останешься пока за старшего в племени.
И жизнь тут же заиграла в груди любящего сына.
- Надолго?
- Пока на ноги не встану.
Пеша оценивающе поглядел на отца. Так-то он вроде ничего, только крепко жёлтый. Руки жёлтые, лицо жёлтое и даже глаза с желтизной. Или это кажется в свете множества лучин? Хотя раньше не казалось.
- Это - твои помощники, - чуть заметно кивнул на двоих за спиной.
Пеша едва не скривился. Знает он этих помощников. Они его не слушаются!
- Девку, про которую ты говорил...
- Про какую? - в груди у Пеши снова ёкнуло.
- Про Лу.
- А-а-а.
- Её надо к нам в племя. Думай, как сделать. Потом мне доложишь.
- Дак я уже придумал.
- Думай лучше. Иди. И готовься жениться. Срочно.
- На Оле?
- А на ком ещё?
- Это... море?
- Оно самое...
Ребята в восхищении переглянулись, а внизу под грантлётом раскинулась синяя сказочная пелена.
- Я думал, что про него люди выдумали.
- Кому рассказать - не поверят.
- А ведь Лу про океан тоже что-то говорила.
- С вашей девчонкой мы летели по этому же марш... пути. Она его видела.
- А зачем вы забирали Лу?
- Гм... - задумался толстый. Длинный, как всегда, предоставил ему всё объяснять. – Нам нужны особые люди, способные… Был сильный сигнал... Она могла бы продолжить наше дело, если бы была постарше…
- А кто вы? - впервые задал вопрос Лок.
- Мы... наверное, хранители.
- И что вы храните?
- Мы храним... знания... память... ценности, всё, что осталось от былой... жизни.
- Как это?
- Да начни сначала, - подсказал длинный.
- Когда-то наша земля выглядела по-другому, - начал толстый чуть нараспев, как это делала Кида, когда сочиняла сказки. - Но это было давным-давно. Вот сколько звёзд на небе?
- Много. Не сосчитать, - ответ Гёры прозвучал уверенно. Это каждый знает.
Лок молча слушал. Взгляд его скользил с лица толстяка на чудесную картину за прозрачной стеной и назад.
- И можно сказать, что столько же лет прошло с тех времён, когда земля выглядела по-другому.
- А как она выглядела?
- Ну земля-то была в основном такой же. А вот люди, которые тогда жили, придумали много интересных штук, понастроили много всяких чудесных… сооружений.
- Каких?
- Дома, например, высокие - до неба. Грантлёты вот такие, как этот. Они могли летать. Живые картинки.
- Как это?
- Ну, кое-что мы вам покажем. Пэмэушник... по пэмэушнику можно разговаривать... Ты, например, здесь, а твой Лок дома, а разговаривали бы, как будто рядом.
- Как это?
Толстяк закатил глаза:
- Лучше задай другой вопрос. Как это, тебе объяснить не смогу даже за десять лет.
- Тем более, он и сам не знает, - усмехнулся длинный.
И толстяк на этот раз не стал возмущаться:
- Тем более, мы сами толком не знаем.
- Так где же эти дома до неба? Что-то я ни одного не видел.
- Нет больше тех домов. И грантлётов всего парочка осталась.
- Ага, причём Леса ещё не знает, что от парочки ты половину угробил.
- Ну прямо-таки угробил, Дон починит.
- А куда это всё подевалось?
- Мы точно не знаем. Существует несколько версий. Возможно, те люди, которые жили на нашей земле, создали страшное оружие. И однажды уничтожили себя.
- Зачем? - испугался Гёра.
- Наверное, что-то пошло неправильно.
- Ага, Криз отлично знает, как это бывает.
- И сколько вас осталось?
- От той жизни никого не осталось. Лишь книги... гм, лишь какие-то вещи. Мы их просто храним. И нас трое. В этой части земли нас трое. Я, меня зовут Криз, Бат, - толстяк кивнул на длинного, - и Леса.
- Ты ещё сказал Дон.
- Ну, Дон - это не человек.
Гёра переглянулся с Локом. Во взглядах друг друга они ясно прочитали: «Ничего не понимаю!»
- Ребята, - наконец взялся за объяснение Бат. - Мы обычные люди, такие же, как и вы. И жили в племени до поры до времени. А потом, когда были в таком же возрасте, как вы сейчас, пришли за нами старые хранители, которых сейчас уже нет, они умерли. Вот они-то и научили нас всему, и поставили на свою смену.
- А нам пора задуматься, чтобы найти новых хранителей, молодых. Мы-то тоже умрём когда-нибудь. А кто хранить будет?
- А каждый может быть хранителем?
- Да нет. Тут сила нужна особая. Вот мы и почуяли такую силу в вашей девчушке. А она слишком мала оказалась. Всё-таки нам нужны люди постарше. Поищем ещё.
- Да как же вы её хотели забрать? - вдруг нахмурился Лок.
Криз и Бат молча уставились на него, не понимая о чём он.
- А её сестра Ара? А мы? На нас наплевать?
Хранители молча переглянулись.
- Когда нас забрали, на наших родных тем хранителям было наплевать, - признался Бат.
- Но также неправильно! - глаза Лока заблестели от злости. - Гёра, ты понял?
Лок редко так возмущался. Криз и Бат ему понравились, и поэтому он никак не мог уразуметь, почему они так подло хотели поступить с их племенем.
- Нас и так мало осталось. Только вырвались из зубов бешенных, а тут вы решили забрать у нас ещё и Лу.
Повисло неловкое молчание.
- Прилетели, - кивнул Криз в прозрачную стенку.
Ола была некрасива даже в тот день, когда стала женой, и когда Пеша ввёл её в свою просторную хижину. Но она была вовсе не глупа и всю ночь так ублажала мужа, а на следующий день готовила, кормила и ухаживала за ним, как за маленьким ребёнком, что Пеша впервые понял, что отец был прав. На что ему ещё та Ара? И без неё хорошо.
Но через день вдруг заскучал. Сколько можно жрать и спать? Душа затосковала. Пеша никак не мог угадать, чего ей надо, но тут его позвали к отцу.
Старейшина за эти дни изменился так, что казался дряхлым стариком. Жёлтая кожа обтягивала скулы, нос торчал не меньше, чем у Олы, хотя раньше особо не выделялся. Два его помощника по-прежнему были рядом.
- Придумал? - встретил сына вопросом.
- Что? - Пеша заморгал непонимающе, потом вспомнил, - а-а-а, не.
Жениться на Аре расхотелось. Так спокойнее. Жёны иногда враждуют между собой, а ему скандалы ни к чему.
- Тогда слушай меня, - старейшина помолчал, потом кивнул двоим, - гляньте, нет никого?
Те разом вскочили, вышли наружу. Старейшина молча ждал. Вернулись.
- Никого.
- Девку надо выкрасть.
- Лу?
- Ну а кого ещё? - у старейшины, казалось, заканчивалось терпение на сына, но на всякий случай уточнил, - конечно, Лу.
- И куда её?
- Не сюда. Здесь никто не должен об этом знать. Ни одна живая душа. Только мы втроём и твоя мать.
- Так нас же четверо, - Пеша ещё раз пересчитал. Точно, четверо.
- Пеша, - отец чуть смутился. - Ты только поможешь украсть, дальше без тебя управятся.
- А мать на что?
- Девка маленькая, за ней ухаживать надо, растить. Ты будешь ухаживать?
- Нет, не я, - испугался Пеша. Только этого ему не хватало.
- Ну тогда молчи и слушай. Сегодня же мать переберётся в дальнюю землянку.
- Куда это?
- Ты не знаешь. Никто не знает. Есть у нас тайное место. Там она будет жить вместе с девкой. Здесь скажет, что ушла собирать снадобье от моей болезни, никто ничего не заподозрит. В землянке она будет ждать Лу. Ребята её приведут. А ты вернёшься сюда.
- А как украсть?
- Девка тебя знает?
- Ну знает.
- Значит, пойдёт за тобой. Нужно подкараулить. Они помогут, - снова кивнул на двоих. - Всё, иди теперь к себе, а завтра с утра пойдёте.
- Дык... как... а?
- Да не бойся ты. Испугался! Их жалкая кучка. В случае чего... пикнуть не успеют. Потому как мы - сила.
- Так зачем же их...
- Правильно. Пусть живут, они не мешают. А вот девка их должна быть у нас. Маленькая она ещё, забудет своих через пару лет. А мать твоя за это время наставит её на истинный путь...
Назад Пеша возвращался невесёлый. Не успел жениться, как опять куда-то идти. Оно вот ему надо? А он, дурак, заскучать успел. Зато теперь будет веселиться. Как бы ещё по морде не получить в новом походе.
И зачем отцу эта девка? Стало досадно на себя - сам, дурак, про неё рассказал.
Печальные мысли настолько овладели Пешей, что он шёл, не разбирая дороги, а когда опомнился, увидел, что вышел за селение к яме. Волосы зашевелились на голове. Не к добру его ноги сюда привели. Всегда обходил это место стороной, никогда не интересовался наказанными. А теперь здесь Лера.
У ямы был караульщик, приятель Пеши.
- Гай, отойди на времечко, - попросил Пеша, удивляя самого себя.
- Никак не положено, Пеша.
- Положено, Гай, я нынче за старшего. А вот говорить об этом не нужно никому. Иди. Сбегай, хоть, до реки, водицей умойся и назад.
Гай потоптался нерешительно, потом побежал к реке.
Теперь Пеша стал точно также топтаться. Но время шло. Скоро уже умытый Гай вернётся. Решился. Лёг на зелёную мураву - кто не знает, не догадается, что это крышка, а под крышкой сруб.
- Лера, - позвал.
Нашёл отверстие, через которое подавали еду, заглянул. Темнота. Тяжёлый воздух обдал волной.
- Лера...
- Пеша? Выпусти меня. Спаси... Пропадаю. Уйду. Уйду навсегда. Ну кому я сделала злое?
Пеша даже чуть опешил:
- Как кому? А отцу?
Снизу раздался мучительный стон:
- Выпусти... Жить хочу!
Пеша не знал, как утешить пленницу, сказал, не подумав:
- И Шана... того... тоже нету теперя в живых.
Внизу горькие стоны сменились отчаянными рыданиями.
- Вот такая удивительная история со мной случилась.
Уша и Санк сидели на берегу. Девушка рассказала о своих приключениях. Санк встревожился.
- Это могло плохо закончиться.
- Могло, - согласилась девушка, - но, если бы я не рискнула, я бы не познакомилась со своей бабушкой. И не узнала бы, что отец жив. Мой родной отец.
- Ты сказала матери?
- Нет... пока нет. Она такая хрупкая. Мне страшно. А вдруг… Много дурных мыслей в моей голове. Думаю, сначала мне надо самой к нему сходить.
- Я тебя провожу.
- Что ты? А как я объясню бабушке про тебя? Она может насторожиться и отказать. Как я тогда узнаю к нему дорогу?
- Я буду следовать за вами тайно. Только ты будешь знать, что я рядом.
Уша заглянула в глаза своему сердечному другу и увидела там такую несокрушимую твёрдость, что только вздохнула, соглашаясь.
- Но только обещай ни во что не вмешиваться.
- Обещаю не вмешиваться, если тебе не будет ничего угрожать. Когда вы идёте?
- Через три дня встречаемся недалеко от капища.
- Капища?
- Ну, это место, куда они приносят своему богу подарки. Там неподалёку кусты, в них я и буду её ждать.
- Вместе будем ждать. Ты в своих кустах, я в своих.
Уша прыснула. Санк продолжил хмуриться.
- И тот разговор про Лу мне тоже не понравился.
- Ты думаешь, это про нашу... про вашу Лу?
- Не знаю. Пойдём к старейшине.
Санк вскочил на ноги и потянул вверх сидящую Ушу.
- Прямо сейчас?
- А ты опять боишься?
- Я? Нет... я просто...
- ...испугалась чуть-чуть, - закончил за девушку Санк. - Пошли. И поверь, что у нас тебе бояться некого.
- Про нашу, - сказал старейшина без тени сомнения. - Санк, зови всех мужчин.
- А женщин?
Старейшина заколебался:
- Нет, пока мужчин. Я буду ждать там, - кивнул за кудрявые ивы.
- А я? - робко спросила Уша.
- А ты пока никому ничего не говори.
- Хорошо, - и Уша пошла к женщинам.
Через короткое время за ивами собрались все.
Старейшина посмотрел на серьёзные лица своих друзей. Задержался взглядом на Шане. Тот всё ещё бледный и слабый, но уже понятно, что оклемался.
- Ты с нами? - спросил просто, но пристальный взгляд выдавал напряжение.
- С вами, - ответил Шан твёрдо.
И старейшина кивнул.
- Мы думали, что наши соседи приходили только к Шану, а оказалось, что у них были две цели.
Мужчины молчали, слушали.
- Вторая цель - Лу.
Брови в удивлении резко вскинулись вверх. Не ожидали.
- Девушка... Уша слышала их разговор. Они сказали, что хотят попрощаться с Шаном и ещё приглядеться к маленькой прорицательнице Лу. Мы уже поняли, как они прощались с Шаном. Сами с ним чуть навеки не простились. Повезло нам, что Наз привел в племя знахарку. Как это у Шимы выходит, нам не понять - тайна. Но вылечила она уже двоих.
- Троих. Киде тоже досталось.
- Да, троих. А вот теперь мы должны защитить Лу. Что скажете?
- Раз уж зашёл такой разговор, мы с Сахой давно за девочкой смотрим.
Все с удивлением глянули на Леку.
- Почему же вы стали смотреть?
- Вы слышали, что она рассказывала про то, как летала, про дядей и тётю, про большую собаку.
- Слышали, конечно, как не слышать?
- Мы с Сахой поверили.
В наступившей тишине каждый старался переосмыслить услышанное.
Поверили? Так это правда? И что она означает?
- Видать, в соседней племени тоже это слышали, а, может, и больше. Может, они знают что-то, чего не знаем мы.
- И как же нам теперь быть?
- Дозвольте мне сказать.
- Говори, Шан.
- Не знаю, ничего про Лу, знаю только, что тот старейшина сейчас тоже прощается с жизнью. Может, и выживет, может, и нет.
- Откуда знаешь?
- Я сам его ранил... его же ядом.
- Как так?
- Он старый лис, меня обхитрил. Когда уходил, хотел положить руку мне на плечо. Я дёрнулся, понял, что это не просто так, да только игла с ядом была в другой руке. Он меня и уколол, но я всё равно изловчился и его же рукой ткнул ему иглу в бок. Вот так. Не знаю много ли яда там оставалось. Наверное, немало. И думаю, ему теперь самому лихо.
- Ну вы даёте, - покачал головой старейшина. - Так что с Лу?
- За Лу надо следить.
- Нам?
- И нам, и женщинам. По очереди. Как за костром. Никогда не оставлять её одну.
- Но мы и так её одну не оставляем.
- Этого мало. Днём здесь почти никого - мы в лесу, женщины тоже уходят по своим делам. А Лу, получается, без защиты. Мало толку от одного караульщика.
Опять повисло молчание. Задумались.
- Но и дела забросить тоже нельзя.
- А если девочку спрятать? В укромном месте. Ара с ней пока поживёт, а мы выясним, что происходит. Может, того старейшины уже нет на этом свете? А?
- В любом случае, нам с ними придётся поближе познакомиться. Уж больно соседство непонятное.
Внезапно сзади раздался шум - зашуршали листья, затрещали ветки под чьими-то тяжёлыми ногами, почувствовалось быстрое движение, но Зага не успела обернуться и посмотреть, крепкие руки зажали рот, обхватили тело.
В панике девушка выворачивалась, как змея, но слишком много рук её держало. Огромным усилием она повернула чуть голову и скосила глаза - может быть, напрасное любопытство - узнать от кого такая немилость.
Когда ворвались к бабке в шалаш, спала старая, как младенец, а чужой девки и след простыл. Побежали к подруге - у той никого. Обхитрили змеищи.
А в просторном и ярко освещённом шалаше старейшины не протолкнуться. Прибежали жёны, прибежали друзья его - верные псы, привели знахарку. До утра шептались, ждали.
Утром знахарка отошла от ложа больного.
- Что?
Та пожала плечами.
- Как судьба... Зовёт Пешу.
Трясущийся и бледный Пеша был неподалёку.
- Оставьте нас, - прохрипел старейшина.
Вышли все, кроме двоих, тех, с которыми он уходил накануне. Всё это время они были рядом.
Пеша кинулся к отцу на грудь, зарыдал.
- Не трясись ты. Не помер ещё - ворчливо прохрипел старейшина.
- И не помрёшь?
- Не знаю. Своим же гостинцем угостился.
- Как это?
- Как... Если хочешь обхитрить Шана, будь готов, что он тебя сам обдурит. Изворотливый гад. Но теперь уж всё...
- Что всё?
- Думаю, я его простил.
- Как это?
- Как это, как это... - недовольно передразнил старейшина сына. - Нет больше Шана.
Эта новость не обрадовала Пешу.
«Ну иди ко мне. Сейчас я тебя буду резать, жарить и жрать». Такой мужик был отчаянный. Жаль.
- Останешься пока за старшего в племени.
И жизнь тут же заиграла в груди любящего сына.
- Надолго?
- Пока на ноги не встану.
Пеша оценивающе поглядел на отца. Так-то он вроде ничего, только крепко жёлтый. Руки жёлтые, лицо жёлтое и даже глаза с желтизной. Или это кажется в свете множества лучин? Хотя раньше не казалось.
- Это - твои помощники, - чуть заметно кивнул на двоих за спиной.
Пеша едва не скривился. Знает он этих помощников. Они его не слушаются!
- Девку, про которую ты говорил...
- Про какую? - в груди у Пеши снова ёкнуло.
- Про Лу.
- А-а-а.
- Её надо к нам в племя. Думай, как сделать. Потом мне доложишь.
- Дак я уже придумал.
- Думай лучше. Иди. И готовься жениться. Срочно.
- На Оле?
- А на ком ещё?
Глава 81
- Это... море?
- Оно самое...
Ребята в восхищении переглянулись, а внизу под грантлётом раскинулась синяя сказочная пелена.
- Я думал, что про него люди выдумали.
- Кому рассказать - не поверят.
- А ведь Лу про океан тоже что-то говорила.
- С вашей девчонкой мы летели по этому же марш... пути. Она его видела.
- А зачем вы забирали Лу?
- Гм... - задумался толстый. Длинный, как всегда, предоставил ему всё объяснять. – Нам нужны особые люди, способные… Был сильный сигнал... Она могла бы продолжить наше дело, если бы была постарше…
- А кто вы? - впервые задал вопрос Лок.
- Мы... наверное, хранители.
- И что вы храните?
- Мы храним... знания... память... ценности, всё, что осталось от былой... жизни.
- Как это?
- Да начни сначала, - подсказал длинный.
- Когда-то наша земля выглядела по-другому, - начал толстый чуть нараспев, как это делала Кида, когда сочиняла сказки. - Но это было давным-давно. Вот сколько звёзд на небе?
- Много. Не сосчитать, - ответ Гёры прозвучал уверенно. Это каждый знает.
Лок молча слушал. Взгляд его скользил с лица толстяка на чудесную картину за прозрачной стеной и назад.
- И можно сказать, что столько же лет прошло с тех времён, когда земля выглядела по-другому.
- А как она выглядела?
- Ну земля-то была в основном такой же. А вот люди, которые тогда жили, придумали много интересных штук, понастроили много всяких чудесных… сооружений.
- Каких?
- Дома, например, высокие - до неба. Грантлёты вот такие, как этот. Они могли летать. Живые картинки.
- Как это?
- Ну, кое-что мы вам покажем. Пэмэушник... по пэмэушнику можно разговаривать... Ты, например, здесь, а твой Лок дома, а разговаривали бы, как будто рядом.
- Как это?
Толстяк закатил глаза:
- Лучше задай другой вопрос. Как это, тебе объяснить не смогу даже за десять лет.
- Тем более, он и сам не знает, - усмехнулся длинный.
И толстяк на этот раз не стал возмущаться:
- Тем более, мы сами толком не знаем.
- Так где же эти дома до неба? Что-то я ни одного не видел.
- Нет больше тех домов. И грантлётов всего парочка осталась.
- Ага, причём Леса ещё не знает, что от парочки ты половину угробил.
- Ну прямо-таки угробил, Дон починит.
- А куда это всё подевалось?
- Мы точно не знаем. Существует несколько версий. Возможно, те люди, которые жили на нашей земле, создали страшное оружие. И однажды уничтожили себя.
- Зачем? - испугался Гёра.
- Наверное, что-то пошло неправильно.
- Ага, Криз отлично знает, как это бывает.
- И сколько вас осталось?
- От той жизни никого не осталось. Лишь книги... гм, лишь какие-то вещи. Мы их просто храним. И нас трое. В этой части земли нас трое. Я, меня зовут Криз, Бат, - толстяк кивнул на длинного, - и Леса.
- Ты ещё сказал Дон.
- Ну, Дон - это не человек.
Гёра переглянулся с Локом. Во взглядах друг друга они ясно прочитали: «Ничего не понимаю!»
- Ребята, - наконец взялся за объяснение Бат. - Мы обычные люди, такие же, как и вы. И жили в племени до поры до времени. А потом, когда были в таком же возрасте, как вы сейчас, пришли за нами старые хранители, которых сейчас уже нет, они умерли. Вот они-то и научили нас всему, и поставили на свою смену.
- А нам пора задуматься, чтобы найти новых хранителей, молодых. Мы-то тоже умрём когда-нибудь. А кто хранить будет?
- А каждый может быть хранителем?
- Да нет. Тут сила нужна особая. Вот мы и почуяли такую силу в вашей девчушке. А она слишком мала оказалась. Всё-таки нам нужны люди постарше. Поищем ещё.
- Да как же вы её хотели забрать? - вдруг нахмурился Лок.
Криз и Бат молча уставились на него, не понимая о чём он.
- А её сестра Ара? А мы? На нас наплевать?
Хранители молча переглянулись.
- Когда нас забрали, на наших родных тем хранителям было наплевать, - признался Бат.
- Но также неправильно! - глаза Лока заблестели от злости. - Гёра, ты понял?
Лок редко так возмущался. Криз и Бат ему понравились, и поэтому он никак не мог уразуметь, почему они так подло хотели поступить с их племенем.
- Нас и так мало осталось. Только вырвались из зубов бешенных, а тут вы решили забрать у нас ещё и Лу.
Повисло неловкое молчание.
- Прилетели, - кивнул Криз в прозрачную стенку.
Глава 82
Ола была некрасива даже в тот день, когда стала женой, и когда Пеша ввёл её в свою просторную хижину. Но она была вовсе не глупа и всю ночь так ублажала мужа, а на следующий день готовила, кормила и ухаживала за ним, как за маленьким ребёнком, что Пеша впервые понял, что отец был прав. На что ему ещё та Ара? И без неё хорошо.
Но через день вдруг заскучал. Сколько можно жрать и спать? Душа затосковала. Пеша никак не мог угадать, чего ей надо, но тут его позвали к отцу.
Старейшина за эти дни изменился так, что казался дряхлым стариком. Жёлтая кожа обтягивала скулы, нос торчал не меньше, чем у Олы, хотя раньше особо не выделялся. Два его помощника по-прежнему были рядом.
- Придумал? - встретил сына вопросом.
- Что? - Пеша заморгал непонимающе, потом вспомнил, - а-а-а, не.
Жениться на Аре расхотелось. Так спокойнее. Жёны иногда враждуют между собой, а ему скандалы ни к чему.
- Тогда слушай меня, - старейшина помолчал, потом кивнул двоим, - гляньте, нет никого?
Те разом вскочили, вышли наружу. Старейшина молча ждал. Вернулись.
- Никого.
- Девку надо выкрасть.
- Лу?
- Ну а кого ещё? - у старейшины, казалось, заканчивалось терпение на сына, но на всякий случай уточнил, - конечно, Лу.
- И куда её?
- Не сюда. Здесь никто не должен об этом знать. Ни одна живая душа. Только мы втроём и твоя мать.
- Так нас же четверо, - Пеша ещё раз пересчитал. Точно, четверо.
- Пеша, - отец чуть смутился. - Ты только поможешь украсть, дальше без тебя управятся.
- А мать на что?
- Девка маленькая, за ней ухаживать надо, растить. Ты будешь ухаживать?
- Нет, не я, - испугался Пеша. Только этого ему не хватало.
- Ну тогда молчи и слушай. Сегодня же мать переберётся в дальнюю землянку.
- Куда это?
- Ты не знаешь. Никто не знает. Есть у нас тайное место. Там она будет жить вместе с девкой. Здесь скажет, что ушла собирать снадобье от моей болезни, никто ничего не заподозрит. В землянке она будет ждать Лу. Ребята её приведут. А ты вернёшься сюда.
- А как украсть?
- Девка тебя знает?
- Ну знает.
- Значит, пойдёт за тобой. Нужно подкараулить. Они помогут, - снова кивнул на двоих. - Всё, иди теперь к себе, а завтра с утра пойдёте.
- Дык... как... а?
- Да не бойся ты. Испугался! Их жалкая кучка. В случае чего... пикнуть не успеют. Потому как мы - сила.
- Так зачем же их...
- Правильно. Пусть живут, они не мешают. А вот девка их должна быть у нас. Маленькая она ещё, забудет своих через пару лет. А мать твоя за это время наставит её на истинный путь...
Назад Пеша возвращался невесёлый. Не успел жениться, как опять куда-то идти. Оно вот ему надо? А он, дурак, заскучать успел. Зато теперь будет веселиться. Как бы ещё по морде не получить в новом походе.
И зачем отцу эта девка? Стало досадно на себя - сам, дурак, про неё рассказал.
Печальные мысли настолько овладели Пешей, что он шёл, не разбирая дороги, а когда опомнился, увидел, что вышел за селение к яме. Волосы зашевелились на голове. Не к добру его ноги сюда привели. Всегда обходил это место стороной, никогда не интересовался наказанными. А теперь здесь Лера.
У ямы был караульщик, приятель Пеши.
- Гай, отойди на времечко, - попросил Пеша, удивляя самого себя.
- Никак не положено, Пеша.
- Положено, Гай, я нынче за старшего. А вот говорить об этом не нужно никому. Иди. Сбегай, хоть, до реки, водицей умойся и назад.
Гай потоптался нерешительно, потом побежал к реке.
Теперь Пеша стал точно также топтаться. Но время шло. Скоро уже умытый Гай вернётся. Решился. Лёг на зелёную мураву - кто не знает, не догадается, что это крышка, а под крышкой сруб.
- Лера, - позвал.
Нашёл отверстие, через которое подавали еду, заглянул. Темнота. Тяжёлый воздух обдал волной.
- Лера...
- Пеша? Выпусти меня. Спаси... Пропадаю. Уйду. Уйду навсегда. Ну кому я сделала злое?
Пеша даже чуть опешил:
- Как кому? А отцу?
Снизу раздался мучительный стон:
- Выпусти... Жить хочу!
Пеша не знал, как утешить пленницу, сказал, не подумав:
- И Шана... того... тоже нету теперя в живых.
Внизу горькие стоны сменились отчаянными рыданиями.
Глава 83
- Вот такая удивительная история со мной случилась.
Уша и Санк сидели на берегу. Девушка рассказала о своих приключениях. Санк встревожился.
- Это могло плохо закончиться.
- Могло, - согласилась девушка, - но, если бы я не рискнула, я бы не познакомилась со своей бабушкой. И не узнала бы, что отец жив. Мой родной отец.
- Ты сказала матери?
- Нет... пока нет. Она такая хрупкая. Мне страшно. А вдруг… Много дурных мыслей в моей голове. Думаю, сначала мне надо самой к нему сходить.
- Я тебя провожу.
- Что ты? А как я объясню бабушке про тебя? Она может насторожиться и отказать. Как я тогда узнаю к нему дорогу?
- Я буду следовать за вами тайно. Только ты будешь знать, что я рядом.
Уша заглянула в глаза своему сердечному другу и увидела там такую несокрушимую твёрдость, что только вздохнула, соглашаясь.
- Но только обещай ни во что не вмешиваться.
- Обещаю не вмешиваться, если тебе не будет ничего угрожать. Когда вы идёте?
- Через три дня встречаемся недалеко от капища.
- Капища?
- Ну, это место, куда они приносят своему богу подарки. Там неподалёку кусты, в них я и буду её ждать.
- Вместе будем ждать. Ты в своих кустах, я в своих.
Уша прыснула. Санк продолжил хмуриться.
- И тот разговор про Лу мне тоже не понравился.
- Ты думаешь, это про нашу... про вашу Лу?
- Не знаю. Пойдём к старейшине.
Санк вскочил на ноги и потянул вверх сидящую Ушу.
- Прямо сейчас?
- А ты опять боишься?
- Я? Нет... я просто...
- ...испугалась чуть-чуть, - закончил за девушку Санк. - Пошли. И поверь, что у нас тебе бояться некого.
- Про нашу, - сказал старейшина без тени сомнения. - Санк, зови всех мужчин.
- А женщин?
Старейшина заколебался:
- Нет, пока мужчин. Я буду ждать там, - кивнул за кудрявые ивы.
- А я? - робко спросила Уша.
- А ты пока никому ничего не говори.
- Хорошо, - и Уша пошла к женщинам.
Через короткое время за ивами собрались все.
Старейшина посмотрел на серьёзные лица своих друзей. Задержался взглядом на Шане. Тот всё ещё бледный и слабый, но уже понятно, что оклемался.
- Ты с нами? - спросил просто, но пристальный взгляд выдавал напряжение.
- С вами, - ответил Шан твёрдо.
И старейшина кивнул.
- Мы думали, что наши соседи приходили только к Шану, а оказалось, что у них были две цели.
Мужчины молчали, слушали.
- Вторая цель - Лу.
Брови в удивлении резко вскинулись вверх. Не ожидали.
- Девушка... Уша слышала их разговор. Они сказали, что хотят попрощаться с Шаном и ещё приглядеться к маленькой прорицательнице Лу. Мы уже поняли, как они прощались с Шаном. Сами с ним чуть навеки не простились. Повезло нам, что Наз привел в племя знахарку. Как это у Шимы выходит, нам не понять - тайна. Но вылечила она уже двоих.
- Троих. Киде тоже досталось.
- Да, троих. А вот теперь мы должны защитить Лу. Что скажете?
- Раз уж зашёл такой разговор, мы с Сахой давно за девочкой смотрим.
Все с удивлением глянули на Леку.
- Почему же вы стали смотреть?
- Вы слышали, что она рассказывала про то, как летала, про дядей и тётю, про большую собаку.
- Слышали, конечно, как не слышать?
- Мы с Сахой поверили.
В наступившей тишине каждый старался переосмыслить услышанное.
Поверили? Так это правда? И что она означает?
- Видать, в соседней племени тоже это слышали, а, может, и больше. Может, они знают что-то, чего не знаем мы.
- И как же нам теперь быть?
- Дозвольте мне сказать.
- Говори, Шан.
- Не знаю, ничего про Лу, знаю только, что тот старейшина сейчас тоже прощается с жизнью. Может, и выживет, может, и нет.
- Откуда знаешь?
- Я сам его ранил... его же ядом.
- Как так?
- Он старый лис, меня обхитрил. Когда уходил, хотел положить руку мне на плечо. Я дёрнулся, понял, что это не просто так, да только игла с ядом была в другой руке. Он меня и уколол, но я всё равно изловчился и его же рукой ткнул ему иглу в бок. Вот так. Не знаю много ли яда там оставалось. Наверное, немало. И думаю, ему теперь самому лихо.
- Ну вы даёте, - покачал головой старейшина. - Так что с Лу?
- За Лу надо следить.
- Нам?
- И нам, и женщинам. По очереди. Как за костром. Никогда не оставлять её одну.
- Но мы и так её одну не оставляем.
- Этого мало. Днём здесь почти никого - мы в лесу, женщины тоже уходят по своим делам. А Лу, получается, без защиты. Мало толку от одного караульщика.
Опять повисло молчание. Задумались.
- Но и дела забросить тоже нельзя.
- А если девочку спрятать? В укромном месте. Ара с ней пока поживёт, а мы выясним, что происходит. Может, того старейшины уже нет на этом свете? А?
- В любом случае, нам с ними придётся поближе познакомиться. Уж больно соседство непонятное.
Глава 84
Внезапно сзади раздался шум - зашуршали листья, затрещали ветки под чьими-то тяжёлыми ногами, почувствовалось быстрое движение, но Зага не успела обернуться и посмотреть, крепкие руки зажали рот, обхватили тело.
В панике девушка выворачивалась, как змея, но слишком много рук её держало. Огромным усилием она повернула чуть голову и скосила глаза - может быть, напрасное любопытство - узнать от кого такая немилость.
