Двигалась девица завораживающе и совершенно зря, главнокомандующий смотрел на леди N. И та в ответ тихонечко бледнела.
- Мне поручено с особой внимательностью приглядывать за Лилли. Надеюсь, ее никто не обижал? – вдруг вкрадчиво спросил он.
- Не успели, - потеряно отвела баронесса сущую правду. Перевела взгляд с него на улыбающуюся меня и быстро взяла себя в руки. – Нет! Никто.
- Уверены?
- Да. – Во время заверяющего кивка матрона чуть не потеряла парик. - Но если она еще раз опоздает!..
- Вы наложите вето на ее участие? – невинно спросил Соро, вызывая во мне волну уважении и нервный тик у леди N. – А разве я не предупредил, что Лилли оказалась в числе отравленных и плохо чувствует себя после бала?
- Я… я… - попыталась леди оправдаться, но была остановлена непримиримым:
- Вы свободны.
Дама скрылась из виду. А я прикусила губу, заинтересованно посмотрела на главнокомандующего снизу вверх. И ведь может быть хорошим, даже лучшим, если о драконовских ящерах не вспоминать.
- Что? – с опасением спросил он и отодвинулся.
Из вредности решила быть исключительно честной.
- Кажется, еще немного и я влюблюсь.
- Если это произойдет, я застрелюсь, - без обиняков сообщил он и указал мне на лестницу. – Маленьким девочкам пора ложиться спать.
- Кто бы знал, что от вас так легко отделаться… - хмыкнула я.
На этом мне пожелали добрых снов, поцеловали в макушку и отпустили в комнату, чтобы через неполную минуту встретить меня в этой же комнате.
Я опешила, увидев главнокомандующего в кресле, с початой бутылкой и бокалом вина, внимательно высматривающего что-то за окном. Дворецкий и горничные в упор не замечали гостя. Первый принес чемодан и пообещал распорядиться насчет ужина, вторые две споро расстелили кровать и разложили мои вещи на полках. Ну, как сказать мои… у меня в гардеробе отродясь не было шелка и парчи, а тут вдруг заимелись.
- Эдей сшил их сегодня, – правильно понял мое замешательство Соро, дождался ухода слуг и с осуждением заявил: - После вашего поцелуя портной ни на минуту не отрывается от иголки. Даже в период моего… гнева не изъявил желания уйти из мастерской.
Точно. Рыжий феникс не прятался с нами в подвале, цветы не перебирал и не вздрагивал от грохота, долетавшего с поверхности.
- Он цел? – спросила я. В памяти все еще живо было видение беса, прилипшего к стене трофеев. Вот уж кому не повезло, так не повезло.
- Шьет бальное платье, - по-своему ответил главнокомандующий.
Значит, феникс цел, но, вполне возможно, один или два раза горел. Хорошо, что не по моей вине, очередной выговор я бы не вынесла. Соро налил себе еще вина в бокал и поспешил сменить тему.
– Завтра утром в Грен прибывают послы семи королевств. По этому случаю вас доставят во дворец. Будет небольшой пикник и знакомство с женихом.
- Так все герцогские дочери с ним знакомы, - не смогла не заметить я. – А если вспомнить слухи, некоторые знакомы близко, я бы даже сказала, тесно.
- Традиции, - ответил главнокомандующий. – И согласно традициям, вам уже подкололи булавку с порчей на обязательную завтра шляпку, обрызгали постельное белье магической кислиной и подмешали слезные капли в молоко.
- А если я не пью молоко на ночь.
- Они это предусмотрели…
И словно по заказу, в дверь постучались, и хорошенький лакей лет восемнадцати внес в спальню поднос с моим ужином. Легкий салат, кашу на молоке и булочки с изюмом к ароматно пахнущему какао. Подвинув вазочку с цветами, он водрузил поднос на чайный столик и с поклоном удалился. Едва дверь за парнишкой закрылась, все поверхности в комнате засияли тонкими золотыми плетениями, которые предусмотрительный Соро, оказывается, выпустил заранее. В следующий миг мой ужин самоуничтожился, постель задымилась, а в шкафу что-то ярко полыхнуло. Наверное, та самая булавка.
- Хорошо, что вы маг, - заметила я с благодарностью. – У меня на поиск «подарочков» ушла бы вся ночь. Или вся жизнь. Порчу не так-то просто снять.
- Не стоит...
Отчего-то главнокомандующий нахмурился, запустил по комнате поисковое плетение. И оно почти сразу же тревожно звякнуло.
- Хм, а это уже что-то новенькое.
Соро отложил бутылку и бокал и, перегнувшись через кресло, потянулся к вазе. По шевелению его пальцев от гладкого бока фарфорового изделия вверх взмыло несколько мелких плетений. Я успела различить руну шепота и скрипа, а главнокомандующий подметил что-то, весьма его насторожившее.
- Я вас здесь не оставлю.
- Вообще?
- Ночевать, - ответил он и поднялся. – Не надейтесь на быстрое освобождение, вы еще не выполнили своей задачи.
- Наконец-то мы подошли к вопросу: «Чего ради вы меня сюда приволокли?» - Я уперла руки в бока.
- Приволок потому, что один мудрый человек предложил барону Нигье приблизить ко двору специалистов, чтобы они могли на месте определить состав, которым пользуются шпионы, - повторил те же слова, что были озвучены при бывшем советнике Каволлада.
Растворив в воздухе бутылку и бокал, Соро потянул из букета одно из плетений, нащупал его главную нить, пассом руки уплотнил ее до состояния материальной и пошел искать, где у этой нити начало или конец. Подошел ко второму окну, затем к трюмо на изящных ножах, внимательно осмотрел ящики и отправился к противоположной стене.
Я следила за его передвижениями и искренне недоумевала:
- Но из запланированной вами агентской тройки я единственная оказалась тут и в рабочем состоянии. Словом, план не сработал. Почему бы меня не отпустить?
- Есть вероятность, что двое других с радостью вызовутся сами. Подержите… - Он протянул мне нить и опустился на корточки возле платяного шкафа, глухо добавил: - И мне не придется еще раз закладывать душу.
- А было что закладывать? – спросила с сомнением. В ответ получила прищур снизу вверх, полный неодобрения и даже угрозы. - Просто удивлена, что другой валютой с вас плату не взяли.
Неудачное оправдание. Маг скрипнул зубами, а я отчетливо поняла, что крылатый транспорт за мной закрепят на веки вечные. И чем дольше Соро молчал, тем понятливее я становилась.
- Не в прямом смысле слова. Мне пришлось поступиться собственными принципами, - буркнул он наконец, и отвлекся на нить.
От шкафа она уходила в пол, а затем взмывала под потолок, где прятала себя под люстрой. Соро, что-то просчитав, тихо хмыкнул. Вернулся к вазе, ухватил нить другого плетения и по ней в скором времени дошел до двери в ванную комнату, а затем и до чугунной ванны с королевским вензелем на медном боку. Подергав за нить, крепко вцепившуюся в кран, подающий воду, маг нахмурился. Ну, а когда он проверил третье и четвертое плетения, то с неудовольствием постановил, что комната наводнена ловушками, и все они сработают, если выключить свет. Правда, не сразу, придется подождать.
- А-а-а-а-а, то есть свет мы выключать не будем, - обрадовалась я.
- Будем, - последовал бодрый ответ от экстремала-проверяльщика. Сбросив сюртук, он закатал рукава и приказал: – Подойдите ближе, я вас прикрою…
- Нет! – Я не сдвинулась с места. – Я уже видела, как вы хваленым щитом от ядовитого дыма прикрываетесь, как пропускаете в дом корзины с прослушкой и чемоданы с взрывчаткой. – Главнокомандующий попытался сказать, что там не взрывчатка была, но я его перебила: - Как бы то ни было, не хочу на собственной шкуре проверять скорость вашей реакции. Мне еще хочется жить.
- Не доверяете? – вынес вердикт самый недоверчивый тип на свете, чуть не подсунувший мне договор Расша под видом стандартного.
Посмотрел на то, как я трясу головой, и скривился. Показательно стал обратно расправлять рукава, раздраженно при этом выговаривая, что неоднократно уже спасал меня и, в общем-то, в случае неудачи легко вернет в мир живых. Наверное, думал, что я устыжусь. Не устыдилась, еще сильнее затрясла головой и начала отступать к двери.
- Ладно, - снизошел он, когда я с дверью чуть ли не сроднилась. Выудил кристалл связи, провернул его на четыре грани и позвал одного из садовников: - Зорге, зайди.
Зомби во фривольной сорочке и чепце не вошел, он поднялся из пола, будто бы вниз из цветного ковра уходила винтовая лестница, а сам он ни больше ни меньше принцесса подземного Арена. Плечи по-королевски расправлены, голова чуть наклонена, одна рука порхает над невидимыми перилами, вторая придерживает полу халата, что как мантия волочится позади. На вечно угрюмом лице приветливая улыбка, в глазах блеск, на серо-зеленых щеках – здоровый румянец.
- Э-э-это что? – Взгляд против воли задержался на чепце, хотя помимо него на зомби было еще много чего интересного.
– Чтобы волосы не раздражали, - пояснил носитель трех волосин, поправил пышный бант на впалой груди и, шаркая мягкими тапочками, направился к кровати.
– Конспирация, – ответил Соро. – Сейчас я с вас на него перенесу иллюзию, и в случае надвигающейся опасности, как и ранее, получу сигнал.
Иными, словами он не просто так среди ночи с чемоданом явился, всех разогнал, а кое-кого напугал до нервного тика. Приятная забота. Жаль только, что меня ему в любовницы прописали окончательно и бесповоротно. Впрочем, я их понимаю. Глядя на то, как Зорге превращается в двадцатилетнюю меня, я сама собой залюбовалась. Чистая кожа, изящная фигурка, длинные волосы цвета спелой пшеницы, приятная глазу мордашка и улыбка во все тридцать два… Именно с ней зомби скрутил «мою» гриву в жгут, затолкал ее под чепец и, вытянувшись на кровати, сообщил:
- Я готов, гасите свет.
И как назло, в этот же миг подо мной загорелся салатовый круг, в доме взвыли охранные плетения, а главнокомандующий рвано выдохнул:
- Грысова глотка!
Не знаю как, но в следующий миг я и злющий Соро оказались под кроватью. В темноте, пыли и паутине, которые создавали едва ли не ковер под нашими телами. Я громко чихнула, и на раздавшееся рядом шипение тихо пожурила:
- Соро, вообще-то девушек стоит тащить на кровать, а не под нее.
- С вами можно только под, - буркнул он. Зажег мелкий пульсар и, сдув паутину, что клоком висела между нами, сердито поинтересовался: – Почему вы не сказали, что фоните, как недобитый зомби?
- И выглядите так же, - сообщил сердобольный садовник, свесившись с кровати и заглядывая к нам.
Конечно, после всех перипетий с омоложением, после бала, неудачного побега и очередного полета на ящерах красавицей я вряд ли была.
- Спасибо, - ответила ему и с упреком во взоре повернулась к главнокомандующему. - Как не говорила? Я же детально вам объяснила, что горожане в Заггри приняли меня за лича и устроили облаву! И Нигье говорил. Но вы так расстроились из-за почившего ворона, что пропустили все мимо ушей.
- Не напоминайте…
- Вот, что и требовалось доказать, - как смогла, развела я руками, попутно собрала клочья пыли и скривилась, стряхивая их. – Так, и что мы тут делаем? Инспектируем халатное отношение слуг к уборке?
- К охране. Они немедленно должны были определить источник тревоги и явиться сюда, - ответил маг и чихнул не в пример громче меня. Рассмотрел что-то на частично очистившемся полу и выругался. – Проклятье! Сменить придется и персонал, и дом. Зорге, мы ушли, - сообщил он садовнику в рюшах и моей личине и ухватил меня за руку.
Плавное перемещение в уже знакомую комнату, забота призрачных слуг, внимание одного все еще бледного беса, крепкий сон – что может быть лучше? Только весточка от сына, очередной удачно прижившийся куст в саду или рассказ зомби о том, как прошла эта восхитительная ночь.
8.
Чтобы послушать его, я прервала ранний завтрак, уговорила Даниэля пропустить меня в кабинет и стойко перенесла недовольный взгляд Соро. Впрочем, будь он против моего вторжения, лич-дворецкий не дал бы мне войти, пересечь кабинет и устроиться на кушетке возле Зорге, облаченного лишь в лоскуты некогда целой сорочки. Потеряв мою личину, чепец и тапочки, он приобрел три глубоких раны на груди и два десятка мелких порезов. От них ли или от воспоминаний садовник нервно комкал в руках остатки шелкового халата и севшим голосом рассказывал, почему сбежал с поста, не отсидев нужные семь часов.
- …когда люстра начала разбрызгивать шипы - я держался, когда кровать покрылась шипами, которые насквозь пробили матрас - я держался. Мне легко удалось переждать приступ паники из-за скрипа и шепотков, что раздавались в спальне ровно с двух часов ночи до трех. Я не испугался, когда из-под двери ванной комнаты в спальню просочился сиреневый дым с жалящими щупальцами. - Тут его голос стал совсем уж тих. – Но… но когда ко мне ввалился косматый мужик с твердыми намерениями, я не выдержал и позорно сбежал. Простите, но меня при жизни не домогались, чтобы я в посмертии терпел…
- Ясно, - выдал Соро. Побарабанил пальцами по крышке стола и глухо спросил: – Мужик цел?
- Не знаю.
- А жив?
- Не помню.
Вязкую тишину, наступившую после откровений зомби, нарушило учтивое покашливание лича.
- Разрешите заметить, Зорге вернулся домой с лопатой.
- Купил новую? – предположила я. - Все же некоторым свойственно снимать стресс импульсивными приобретениями.
- Нет, он свою любимую лопату ставил на место. Предварительно тщательно ее почистив.
- Яс-сно, - повторил Соро совсем уж мрачно. - Даниэль, найди мне этого героя. Ориентируйся на благоухающие цветы в непосредственной близи от осины, на глубине от трех метров до пяти. Когда Зорге расстроен, он копает очень быстро и тщательно заметает следы.
Лич исчез, Зорге вздохнул, а я сделала себе зарубку на память. Никогда, ни при каких обстоятельствах не расстраивать зомби и близко не подходить, если в его руках лопата.
Герой-любовник оказался цел и жив, или же быстро поднят из мертвых. В любом случае, он был очень благодарен за спасение, пока не понял – кто его выкопал и куда притащил. Увидев Соро, он остро пожалел, что не сгинул, и чуть не откинулся сам, когда посмотрел на меня. То есть закапывал его Зорге, а в кошмарах сниться буду я? С досады всплеснула руками. Только что спасенный испугался, что я ищу лопату, и попытался самостоятельно закопаться, или попросту разбить себе голову об пол.
- Тихо, тихо. - Лич-дворецкий остановил мужика на втором ударе и улыбнулся. – Тебе голова еще пригодится.
Ох, зря он это сделал, от вида клыков и огня, коим полыхнули глаза Даниэля, герой лишился чувств. А Соро терпения.
- И кто это? – потребовал он ответа.
- Мишель Туво. Сорокадвухлетний уроженец Грена. Моряк. В городе Давин получил увольнительную на двое суток. Провел их с толком, выиграв пару ставок на ипподроме, а под конец решил развлечься в одном из домов терпимости, что расположены в подвалах. Оплатил услугу, спустился на два этажа и, толкнув дверь, оказался в комнате Лилли.
Вот это подстава! Я восхитилась умником или умницей, просчитавшей подобный ход.
- То есть его не привели и ему не заплатили. Стихийный портал и чистой воды случайность, - подвел черту главнокомандующий. - Узнаю почерк леди N.
- Неужели Вальдемина?! Какая удача, давно я никого не травила в отместку!
Соро скептически покосился на меня. И хотя он молчал, легко было догадаться, на что он взглядом намекал.
– Да бросьте, ваш случай не считается. Вы сами напросились, когда явились с шантажом. А на балу я пыталась спасти людей, так что именно сейчас с ней…
- Я удалю леди N из кураторов слета, пусть ищет новые варианты защитить честь своего рода, - пресек мои мечты главнокомандующий. – А что до вас, Лилли, найдите другую жертву.
- Мне поручено с особой внимательностью приглядывать за Лилли. Надеюсь, ее никто не обижал? – вдруг вкрадчиво спросил он.
- Не успели, - потеряно отвела баронесса сущую правду. Перевела взгляд с него на улыбающуюся меня и быстро взяла себя в руки. – Нет! Никто.
- Уверены?
- Да. – Во время заверяющего кивка матрона чуть не потеряла парик. - Но если она еще раз опоздает!..
- Вы наложите вето на ее участие? – невинно спросил Соро, вызывая во мне волну уважении и нервный тик у леди N. – А разве я не предупредил, что Лилли оказалась в числе отравленных и плохо чувствует себя после бала?
- Я… я… - попыталась леди оправдаться, но была остановлена непримиримым:
- Вы свободны.
Дама скрылась из виду. А я прикусила губу, заинтересованно посмотрела на главнокомандующего снизу вверх. И ведь может быть хорошим, даже лучшим, если о драконовских ящерах не вспоминать.
- Что? – с опасением спросил он и отодвинулся.
Из вредности решила быть исключительно честной.
- Кажется, еще немного и я влюблюсь.
- Если это произойдет, я застрелюсь, - без обиняков сообщил он и указал мне на лестницу. – Маленьким девочкам пора ложиться спать.
- Кто бы знал, что от вас так легко отделаться… - хмыкнула я.
На этом мне пожелали добрых снов, поцеловали в макушку и отпустили в комнату, чтобы через неполную минуту встретить меня в этой же комнате.
Я опешила, увидев главнокомандующего в кресле, с початой бутылкой и бокалом вина, внимательно высматривающего что-то за окном. Дворецкий и горничные в упор не замечали гостя. Первый принес чемодан и пообещал распорядиться насчет ужина, вторые две споро расстелили кровать и разложили мои вещи на полках. Ну, как сказать мои… у меня в гардеробе отродясь не было шелка и парчи, а тут вдруг заимелись.
- Эдей сшил их сегодня, – правильно понял мое замешательство Соро, дождался ухода слуг и с осуждением заявил: - После вашего поцелуя портной ни на минуту не отрывается от иголки. Даже в период моего… гнева не изъявил желания уйти из мастерской.
Точно. Рыжий феникс не прятался с нами в подвале, цветы не перебирал и не вздрагивал от грохота, долетавшего с поверхности.
- Он цел? – спросила я. В памяти все еще живо было видение беса, прилипшего к стене трофеев. Вот уж кому не повезло, так не повезло.
- Шьет бальное платье, - по-своему ответил главнокомандующий.
Значит, феникс цел, но, вполне возможно, один или два раза горел. Хорошо, что не по моей вине, очередной выговор я бы не вынесла. Соро налил себе еще вина в бокал и поспешил сменить тему.
– Завтра утром в Грен прибывают послы семи королевств. По этому случаю вас доставят во дворец. Будет небольшой пикник и знакомство с женихом.
- Так все герцогские дочери с ним знакомы, - не смогла не заметить я. – А если вспомнить слухи, некоторые знакомы близко, я бы даже сказала, тесно.
- Традиции, - ответил главнокомандующий. – И согласно традициям, вам уже подкололи булавку с порчей на обязательную завтра шляпку, обрызгали постельное белье магической кислиной и подмешали слезные капли в молоко.
- А если я не пью молоко на ночь.
- Они это предусмотрели…
И словно по заказу, в дверь постучались, и хорошенький лакей лет восемнадцати внес в спальню поднос с моим ужином. Легкий салат, кашу на молоке и булочки с изюмом к ароматно пахнущему какао. Подвинув вазочку с цветами, он водрузил поднос на чайный столик и с поклоном удалился. Едва дверь за парнишкой закрылась, все поверхности в комнате засияли тонкими золотыми плетениями, которые предусмотрительный Соро, оказывается, выпустил заранее. В следующий миг мой ужин самоуничтожился, постель задымилась, а в шкафу что-то ярко полыхнуло. Наверное, та самая булавка.
- Хорошо, что вы маг, - заметила я с благодарностью. – У меня на поиск «подарочков» ушла бы вся ночь. Или вся жизнь. Порчу не так-то просто снять.
- Не стоит...
Отчего-то главнокомандующий нахмурился, запустил по комнате поисковое плетение. И оно почти сразу же тревожно звякнуло.
- Хм, а это уже что-то новенькое.
Соро отложил бутылку и бокал и, перегнувшись через кресло, потянулся к вазе. По шевелению его пальцев от гладкого бока фарфорового изделия вверх взмыло несколько мелких плетений. Я успела различить руну шепота и скрипа, а главнокомандующий подметил что-то, весьма его насторожившее.
- Я вас здесь не оставлю.
- Вообще?
- Ночевать, - ответил он и поднялся. – Не надейтесь на быстрое освобождение, вы еще не выполнили своей задачи.
- Наконец-то мы подошли к вопросу: «Чего ради вы меня сюда приволокли?» - Я уперла руки в бока.
- Приволок потому, что один мудрый человек предложил барону Нигье приблизить ко двору специалистов, чтобы они могли на месте определить состав, которым пользуются шпионы, - повторил те же слова, что были озвучены при бывшем советнике Каволлада.
Растворив в воздухе бутылку и бокал, Соро потянул из букета одно из плетений, нащупал его главную нить, пассом руки уплотнил ее до состояния материальной и пошел искать, где у этой нити начало или конец. Подошел ко второму окну, затем к трюмо на изящных ножах, внимательно осмотрел ящики и отправился к противоположной стене.
Я следила за его передвижениями и искренне недоумевала:
- Но из запланированной вами агентской тройки я единственная оказалась тут и в рабочем состоянии. Словом, план не сработал. Почему бы меня не отпустить?
- Есть вероятность, что двое других с радостью вызовутся сами. Подержите… - Он протянул мне нить и опустился на корточки возле платяного шкафа, глухо добавил: - И мне не придется еще раз закладывать душу.
- А было что закладывать? – спросила с сомнением. В ответ получила прищур снизу вверх, полный неодобрения и даже угрозы. - Просто удивлена, что другой валютой с вас плату не взяли.
Неудачное оправдание. Маг скрипнул зубами, а я отчетливо поняла, что крылатый транспорт за мной закрепят на веки вечные. И чем дольше Соро молчал, тем понятливее я становилась.
- Не в прямом смысле слова. Мне пришлось поступиться собственными принципами, - буркнул он наконец, и отвлекся на нить.
От шкафа она уходила в пол, а затем взмывала под потолок, где прятала себя под люстрой. Соро, что-то просчитав, тихо хмыкнул. Вернулся к вазе, ухватил нить другого плетения и по ней в скором времени дошел до двери в ванную комнату, а затем и до чугунной ванны с королевским вензелем на медном боку. Подергав за нить, крепко вцепившуюся в кран, подающий воду, маг нахмурился. Ну, а когда он проверил третье и четвертое плетения, то с неудовольствием постановил, что комната наводнена ловушками, и все они сработают, если выключить свет. Правда, не сразу, придется подождать.
- А-а-а-а-а, то есть свет мы выключать не будем, - обрадовалась я.
- Будем, - последовал бодрый ответ от экстремала-проверяльщика. Сбросив сюртук, он закатал рукава и приказал: – Подойдите ближе, я вас прикрою…
- Нет! – Я не сдвинулась с места. – Я уже видела, как вы хваленым щитом от ядовитого дыма прикрываетесь, как пропускаете в дом корзины с прослушкой и чемоданы с взрывчаткой. – Главнокомандующий попытался сказать, что там не взрывчатка была, но я его перебила: - Как бы то ни было, не хочу на собственной шкуре проверять скорость вашей реакции. Мне еще хочется жить.
- Не доверяете? – вынес вердикт самый недоверчивый тип на свете, чуть не подсунувший мне договор Расша под видом стандартного.
Посмотрел на то, как я трясу головой, и скривился. Показательно стал обратно расправлять рукава, раздраженно при этом выговаривая, что неоднократно уже спасал меня и, в общем-то, в случае неудачи легко вернет в мир живых. Наверное, думал, что я устыжусь. Не устыдилась, еще сильнее затрясла головой и начала отступать к двери.
- Ладно, - снизошел он, когда я с дверью чуть ли не сроднилась. Выудил кристалл связи, провернул его на четыре грани и позвал одного из садовников: - Зорге, зайди.
Зомби во фривольной сорочке и чепце не вошел, он поднялся из пола, будто бы вниз из цветного ковра уходила винтовая лестница, а сам он ни больше ни меньше принцесса подземного Арена. Плечи по-королевски расправлены, голова чуть наклонена, одна рука порхает над невидимыми перилами, вторая придерживает полу халата, что как мантия волочится позади. На вечно угрюмом лице приветливая улыбка, в глазах блеск, на серо-зеленых щеках – здоровый румянец.
- Э-э-это что? – Взгляд против воли задержался на чепце, хотя помимо него на зомби было еще много чего интересного.
– Чтобы волосы не раздражали, - пояснил носитель трех волосин, поправил пышный бант на впалой груди и, шаркая мягкими тапочками, направился к кровати.
– Конспирация, – ответил Соро. – Сейчас я с вас на него перенесу иллюзию, и в случае надвигающейся опасности, как и ранее, получу сигнал.
Иными, словами он не просто так среди ночи с чемоданом явился, всех разогнал, а кое-кого напугал до нервного тика. Приятная забота. Жаль только, что меня ему в любовницы прописали окончательно и бесповоротно. Впрочем, я их понимаю. Глядя на то, как Зорге превращается в двадцатилетнюю меня, я сама собой залюбовалась. Чистая кожа, изящная фигурка, длинные волосы цвета спелой пшеницы, приятная глазу мордашка и улыбка во все тридцать два… Именно с ней зомби скрутил «мою» гриву в жгут, затолкал ее под чепец и, вытянувшись на кровати, сообщил:
- Я готов, гасите свет.
И как назло, в этот же миг подо мной загорелся салатовый круг, в доме взвыли охранные плетения, а главнокомандующий рвано выдохнул:
- Грысова глотка!
Не знаю как, но в следующий миг я и злющий Соро оказались под кроватью. В темноте, пыли и паутине, которые создавали едва ли не ковер под нашими телами. Я громко чихнула, и на раздавшееся рядом шипение тихо пожурила:
- Соро, вообще-то девушек стоит тащить на кровать, а не под нее.
- С вами можно только под, - буркнул он. Зажег мелкий пульсар и, сдув паутину, что клоком висела между нами, сердито поинтересовался: – Почему вы не сказали, что фоните, как недобитый зомби?
- И выглядите так же, - сообщил сердобольный садовник, свесившись с кровати и заглядывая к нам.
Конечно, после всех перипетий с омоложением, после бала, неудачного побега и очередного полета на ящерах красавицей я вряд ли была.
- Спасибо, - ответила ему и с упреком во взоре повернулась к главнокомандующему. - Как не говорила? Я же детально вам объяснила, что горожане в Заггри приняли меня за лича и устроили облаву! И Нигье говорил. Но вы так расстроились из-за почившего ворона, что пропустили все мимо ушей.
- Не напоминайте…
- Вот, что и требовалось доказать, - как смогла, развела я руками, попутно собрала клочья пыли и скривилась, стряхивая их. – Так, и что мы тут делаем? Инспектируем халатное отношение слуг к уборке?
- К охране. Они немедленно должны были определить источник тревоги и явиться сюда, - ответил маг и чихнул не в пример громче меня. Рассмотрел что-то на частично очистившемся полу и выругался. – Проклятье! Сменить придется и персонал, и дом. Зорге, мы ушли, - сообщил он садовнику в рюшах и моей личине и ухватил меня за руку.
Плавное перемещение в уже знакомую комнату, забота призрачных слуг, внимание одного все еще бледного беса, крепкий сон – что может быть лучше? Только весточка от сына, очередной удачно прижившийся куст в саду или рассказ зомби о том, как прошла эта восхитительная ночь.
8.
Чтобы послушать его, я прервала ранний завтрак, уговорила Даниэля пропустить меня в кабинет и стойко перенесла недовольный взгляд Соро. Впрочем, будь он против моего вторжения, лич-дворецкий не дал бы мне войти, пересечь кабинет и устроиться на кушетке возле Зорге, облаченного лишь в лоскуты некогда целой сорочки. Потеряв мою личину, чепец и тапочки, он приобрел три глубоких раны на груди и два десятка мелких порезов. От них ли или от воспоминаний садовник нервно комкал в руках остатки шелкового халата и севшим голосом рассказывал, почему сбежал с поста, не отсидев нужные семь часов.
- …когда люстра начала разбрызгивать шипы - я держался, когда кровать покрылась шипами, которые насквозь пробили матрас - я держался. Мне легко удалось переждать приступ паники из-за скрипа и шепотков, что раздавались в спальне ровно с двух часов ночи до трех. Я не испугался, когда из-под двери ванной комнаты в спальню просочился сиреневый дым с жалящими щупальцами. - Тут его голос стал совсем уж тих. – Но… но когда ко мне ввалился косматый мужик с твердыми намерениями, я не выдержал и позорно сбежал. Простите, но меня при жизни не домогались, чтобы я в посмертии терпел…
- Ясно, - выдал Соро. Побарабанил пальцами по крышке стола и глухо спросил: – Мужик цел?
- Не знаю.
- А жив?
- Не помню.
Вязкую тишину, наступившую после откровений зомби, нарушило учтивое покашливание лича.
- Разрешите заметить, Зорге вернулся домой с лопатой.
- Купил новую? – предположила я. - Все же некоторым свойственно снимать стресс импульсивными приобретениями.
- Нет, он свою любимую лопату ставил на место. Предварительно тщательно ее почистив.
- Яс-сно, - повторил Соро совсем уж мрачно. - Даниэль, найди мне этого героя. Ориентируйся на благоухающие цветы в непосредственной близи от осины, на глубине от трех метров до пяти. Когда Зорге расстроен, он копает очень быстро и тщательно заметает следы.
Лич исчез, Зорге вздохнул, а я сделала себе зарубку на память. Никогда, ни при каких обстоятельствах не расстраивать зомби и близко не подходить, если в его руках лопата.
Герой-любовник оказался цел и жив, или же быстро поднят из мертвых. В любом случае, он был очень благодарен за спасение, пока не понял – кто его выкопал и куда притащил. Увидев Соро, он остро пожалел, что не сгинул, и чуть не откинулся сам, когда посмотрел на меня. То есть закапывал его Зорге, а в кошмарах сниться буду я? С досады всплеснула руками. Только что спасенный испугался, что я ищу лопату, и попытался самостоятельно закопаться, или попросту разбить себе голову об пол.
- Тихо, тихо. - Лич-дворецкий остановил мужика на втором ударе и улыбнулся. – Тебе голова еще пригодится.
Ох, зря он это сделал, от вида клыков и огня, коим полыхнули глаза Даниэля, герой лишился чувств. А Соро терпения.
- И кто это? – потребовал он ответа.
- Мишель Туво. Сорокадвухлетний уроженец Грена. Моряк. В городе Давин получил увольнительную на двое суток. Провел их с толком, выиграв пару ставок на ипподроме, а под конец решил развлечься в одном из домов терпимости, что расположены в подвалах. Оплатил услугу, спустился на два этажа и, толкнув дверь, оказался в комнате Лилли.
Вот это подстава! Я восхитилась умником или умницей, просчитавшей подобный ход.
- То есть его не привели и ему не заплатили. Стихийный портал и чистой воды случайность, - подвел черту главнокомандующий. - Узнаю почерк леди N.
- Неужели Вальдемина?! Какая удача, давно я никого не травила в отместку!
Соро скептически покосился на меня. И хотя он молчал, легко было догадаться, на что он взглядом намекал.
– Да бросьте, ваш случай не считается. Вы сами напросились, когда явились с шантажом. А на балу я пыталась спасти людей, так что именно сейчас с ней…
- Я удалю леди N из кураторов слета, пусть ищет новые варианты защитить честь своего рода, - пресек мои мечты главнокомандующий. – А что до вас, Лилли, найдите другую жертву.
