— Ага, — отмахнулась Лив, уходя наверх. Комнату она выбрала светлую и сразу полезла в шкаф.
Там и правда находилось всё, что нужно. Даже халат и какие-то ароматические масла.
Взяв полотенце и халат, Оливия сразу ушла в ванную, заперев дверь изнутри.
И вышла только через минут сорок, в халате, с мокрыми волосами, неся в руках одежду, в которой была.
Судя по запаху, за неимением ничего другого она использовала шампунь и гель для душа Стаса.
Мужчина же в это время работал в своём небольшом офисе, посуду за собой он вымыл, а всё лишнее убрал в холодильник.
А Оливия спустилась вниз, чтобы забрать скрипку и сумку и ушла в выбранную комнату.
Часов в десять к ней заглянул учитель, при этом не постучался, будто и не знал этих правил приличий.
Но свет в комнате уже был выключен и, судя по всему, Оливия лежала в кровати, если уже не спала.
Тихо зайдя и прикрыв дверь, он приблизился к кровати… проверить, видимо.
Слабый лунный свет из окна выбрал из темноты спину девушки, видимо, спавшей или тихо лежавшей на животе, обняв подушку, с двумя кружевными по краю полосками на плечах — наверное, ночнушка.
Сняв очки и повесив их на горловину свитера, он, обойдя кровать, тихонько закрыл шторы, приоткрыл окно и, аккуратно укрыв девушку одеялом до плеч, ушёл, вновь нацепив очки.
Нужно поработать ещё…
Утром, когда Стас встал, на кухне на плите стояла еще горячая яичница из трех яиц, но Лив не было, а дверь в ее комнату была закрыта (не заперта).
— Не понял… она-то чего вскочила? — сам себя спросил мужчина и вновь поднялся к комнате девушки, тихонько постучавшись.
— Кошмар… — простонали из-за двери, через несколько секунд выглядывая в белой ночнушке до середины бедра. На голое тело, судя по всему. — Только заснула… чего вам? Завтрак на кухне, а я сплю. Чего?
— Я думал, ты в школу собралась, — усмехнулся Стас. — Ладно, спи. Спасибо за завтрак, — тихо проговорил он, уже уходя.
— Пожалуйста… — зевнула Оливия, скрываясь в комнате.
Через час мужчина уже был в кабинете в спортзале.
— Алло. Жека, нужна твоя помощь…
К часу дня возле дома Оливии появился синий мотоцикл. Водитель, заглушив двигатель, слез со своего коня, подошёл к двери и нажал на кнопку звонка.
— Кто? — как обычно холодно спросила Любовь, приоткрывая дверь и смотря на незнакомца по ту сторону калитки.
Шатен снял шлем:
— Леди Мур?
— Вы кто? — опять повторила она, поджав тонкие губы.
— Я приехал за вещами Оливии, — в тон ей ответил молодой человек.
— Что, нашла уже себе хахаля с квартиркой, эта шалава малолетняя? — презрительно фыркнула женщина. — Ждите, я принесу.
И ушла в дом, захлопнув дверь.
А что ему оставалось делать? Ждал.
Через минут десять она вынесла старую сумку с учебниками и книгами, видимо, и мешок с одеждой.
И, передав все мужчине, ушла в дом.
Тот, больше ни слова не говоря, погрузил всё на байк и поехал к дому Стаса.
Услышав звонок, Лив немного насторожилась. У Станислава Валерьевича ключи есть, так кто это может быть?
Она тихо подошла к двери, смотря в глазок. Впрочем, вряд ли кто знакомый ей…
И опять этот шлем, как и все остальные.
— Открывай, свои.
Поколебавшись, Оливия все же открыла дверь.
— А Станислава Валерьевича сейчас нет… — неуверенно сообщила она, чуть на автомате не закусив губу с ссадиной.
— Я не к нему, а к тебе, — ответит тот, проходя в дом с сумками. — Где твоя комната? — и почему он шлем не снимает?
— А… эм… наверху, вторая слева, а вы… зачем? — уточнила она, посторонившись и прикрыв дверь, смотря на сумки и пока ничего не понимая.
— Стас попросил съездить за твоими вещами, — объяснил тот, быстро поднимаясь по лестнице.
— А… погодите, что?! Блин, я же ему говорила… — Лив тихо ругнулась сквозь зубы. — Извините, если что.
— Не надо было? — спросил он, заходя в комнату и оставляя вещи возле двери.
— Надо было, но завтра, когда матери дома не будет… — хмуро ответила Оливия. — Спасибо, в любом случае…, а вы шлем не снимете, да? — вдруг спросила она.
— А надо? — спросил байкер.
— Мм… да нет, просто… интересно, — неуверенно ответила Оливия, опустив взгляд и нервно облизнув губу. — Еще раз спасибо за вещи.
— Ты чего нервничаешь? — спросил тот, выходя и спускаясь.
— Трудно разговаривать с человеком, лица которого не видишь, — просто объяснила девушка, прикрыв дверь в комнату и спускаясь следом.
— Но зато можно представить такого красавца, — протянул он, но, спустившись, пошёл в кабинет хозяина и тут же, усевшись на стул, начал включать компьютер.
— Это намек, что на самом деле это не так? — хмыкнула Лив, замерев на пороге кабинета. На «чужую территорию» она лезть не хотела.
— Наоборот, — ответил он, начиная копаться в каких-то файлах. — Вот гад, а…
Не выдержав от любопытства, Лив подошла, заглядывая в экран.
— Так, покажитесь.
И Лив, улучив момент, ловко и быстро стянула с него шлем.
— И почему гад?
— Да девушка у него такая же, — буркнул он, поворачиваясь к ней лицом. Волосы слегка влажные от пота, а из-за того, что девушка неправильно сняла шлем, стоят торчком. — Не стыдно, Лив?
— Мне — немножко. Его девушке — не знаю, — протянула в ответ Оливия.
— Расчёску не одолжишь? А разве не ты его девушка? — вопросительно выгнул бровь он.
— Нет, — честно ответила Лив, выходя. Через полминуты она вернулась, протягивая ему расческу.
— Ну, значит, он на тебя глаз положил, — предупредил тот, начав делать зачёс на бок. — А Андж его, видимо, уже так достала…
— Да, я заметила, — пробормотала в ответ Лив на оба предложения. Только вот то, что он на нее «глаз положил» карается законом… — А кто эта Анджела вообще? И чем его так не устроила?
— Да они на съезде байкеров познакомились. Сначала её привлёк его байк, потом секс, а потом и его деньги. Чем не подарок, да и сама собой она не дурна, вот только кроме задницы ничего не имеет, — не стесняясь сказал он. — А Стас достоин большего. Спасибо, — сказал Жека, отдавая ей расчёску. — Могу показать… если он не удалил её фотку.
— Покажите, — подумав, кивнула Оливия, забирая расческу. Интересно же… наверное.
Копался он минут десять, и фотографии нашлись, точнее одна, и то… в корзине компьютера.
— Мордой вышла, — прокомментировала Лив, рассмотрев ее. — С характером беда? Или чем она его так достать-то смогла?
— Купи мне то, купи мне это… — фыркнул он как-то брезгливо. — Это не она вышла, это Стас хорошо фоткает — талант у парня. Ну ладно, я, наверное, пойду. Можно шлем? — улыбнулся он, вставая.
— Ага. А вы это, поесть не хотите? А то я, кажется, все-таки с количеством переборщила… — вдруг предложила она, вернув ему шлем. — Курица с картошкой жареной.
— Сама готовила? — спросил он, прищурившись и забирая шлем.
— А вы думаете, что в здешнем магазинчике можно купить приготовленную курицу и картошку? Сама, — с привычным сарказмом ответила Оливия, идя к двери.
— Вот у тебя ещё один плюс — ты готовить умеешь. Даже не представляю его реакцию, когда он это увидит, — улыбнулся Жека, проходя на кухню.
— Он прилип к духовке и смотрел на курицу так, как на явление Христа народу… теперь можете представить, — ответила Оливия довольно. — Так вы будете, да?
Тот громко заржал, согнувшись пополам.
— Ч-чего?.. — даже носом шмыгнул, продолжая смеяться.
— Ничего. Попыталась убедить, что это надо есть, а не смотреть… удивился как ребенок. Пришлось самой накладывать, — чуть усмехнулась Оливия, доставая сковородку, противень и тарелку.
— Боги… — протянул тот, садясь за стол. — Сама-то ела? — спросил мужчина, доставая телефон и что-то на нём смотря.
— Нет, не хочется… это на ужин вообще, я обед не готовила.
Через некоторое время она поставила перед ним тарелку с горячей едой и положила приборы.
— Приятного аппетита.
А сама села напротив, задумчиво ощупывая все такой же яркой ушиб на скуле, сжав губы. При касании тот болел, да и вообще проходить не спешил. Мда, красавицей ее теперь точно не назовешь… осталось фингал под глазом получить.
Не то что эта Анджела. Может и сука сукой, но красивая. А именно на это обычно и клюют…
— Ты не красишься? Не носишь украшений? — спросил мужчина, начав опустошать тарелку.
— Иногда, — неопределенно ответила Лив, оставив свое лицо в покое и наблюдая за его трапезой. — Чаю налить?
— Нет. Благодарю… Слушай, а что больше любишь? Браслеты, серьги, ожерелья?.. — спросил мужчина, принимаясь за курицу.
— Не знаю. А что? — подняла брови Лив.
— Да так, — улыбнулся он, вновь утыкаясь в телефон. — Оливия… — протянул он.
— Что? — отозвалась та, уже немного недоуменно хмурясь.
— Я хочу, чтобы Стас немного расслабился, устроив вечеринку… — начал он.
— И? — подбодрила девушка. — Могу к подруге на день свалить, если надо не мешать, — добавила она.
— Наоборот, ты здесь нужна, иначе он нервничать будет, — поморщился Жека.
— Это… обязательно? — настал черед неуверенно морщиться Оливии. — Я ни на каких вечеринках не была ни разу… тем более, что будет народу незнакомого полно, как я понимаю. И вообще, Станислав Валерьевич мой учитель, да еще и на одиннадцать лет меня старше, и люди будут примерно его возраста, — высказала свои сомнения касательно необходимости ее присутствия девушка. — Мне-то что там делать? Разве что тихонько в комнате сидеть…
— Поможешь и мне, и Стасу. Мне нужно, чтобы одна стерва от него отлипла. Я думаю, ты понимаешь о ком я, — улыбнулся он.
— Э, нет, без меня, пожалуйста. Пусть сам со своими недовольными бывшими разбирается, меня в это впутывать не надо, — отрезала Лив.
— Ну позязя, — взвыл Жека. — Сделаю, что хочешь.
— Не ввязывайте меня в это. Ни за что не поверю, что у вас нет знакомой девушки, которая согласится. А я — не буду. Нет и точка.
— Мне нужно, чтобы всё было естественно, и нельзя, чтобы ещё какая-нибудь на него глаз положила. Ну, Ливик… — начал опять.
— И вы туда же! Хватит коверкать мое имя и фамилию! — возмутилась Оливия, аж вскочив. — Нет, нет и еще раз нет. Не обсуждается. Хотите устроить вечеринку — устраивайте. Я посижу тихо и мешать не буду, если надо, чтобы не уходила. Но помогать в отшивании какой-то бабы — не буду. И вообще, пусть кладут на него свои глаза, вам что, жалко? Может, полюбит он кого наконец, и все довольны будут.
— Да он в тебя уже влюблён! — талдычил мужчина.
— Как влюбился, так и разлюбит, — отрезала Оливия, поджав губы. — И вообще — может, ему кажется? А симпатия вообще быстро пройдет.
— Ага, а твои фотографии в его телефоне? То, что он с тобой носится, заботится? Старается добиться твоей улыбки и благодарного слова? — перечислял тот.
— Фотографий больше нет, если он новых не наснимал. А если наснимал, то не будет… и его самого не будет, — буркнула Оливия. — И откуда мне знать, как у кого симпатия проявляется? И вообще, его посадят, если хоть кто-то о его отношении ко мне узнает. Ну, если этот кто-то ему зла желает. А эта ваша Анджела точно унижение терпеть не станет. Так что вы лучше о друге побеспокойтесь.
— Тебе сколько? — спросил он.
— Семнадцать, — спокойно ответила девушка.
— Так ты уже достигла возраста согласия, — нахмурился тот. Мол, в чём проблема?
— Да. Только не со школьным учителем. Такие отношения уголовно наказуемы, — закатила глаза Оливия.
— Ты скоро закончишь школу, и всё будет вполне законно, — вздохнул он.
— Вы собрались с вечеринкой ждать до конца моей учебы? Нет? Тогда что это меняет? — фыркнула Лив.
— Боже… ну кто об этом узнает? — скис Жека.
— Блин, кто из нас старше и адекватнее?! — не выдержала Оливия. — Нет. Закрыли тему.
— Ладно, я ушёл, — сдался он, вставая. — Благодарю за еду.
— Пожалуйста… — выдохнула Лив, провожая его, чтобы закрыть дверь. — Всего доброго. Еще раз спасибо за вещи.
Кивнув, он нацепил шлем и вскоре уехал.
А Оливия вымыла посуду, поиграла на скрипке и принялась слоняться по дому, готовая от безделья лезть на стенку.
Стас вернулся домой только к одиннадцати вечера.
На столе его ждала уже холодная тарелка с едой, а Оливии не было. Спит, наверное…
Съев всё холодным, вымыл посуду, поработал до полуночи и решил навестить свою сожительницу.
Как ни странно, в ее комнате горел свет, но девушка полулежа спала с раскрытой книжкой в руках. В той же ночнушке, что и прошлой ночью, укрытая одеялом по пояс.
Тихо вздохнув, мужчина выключил свет, убрал книгу и вновь накрыл её одеялом, проверил окно…
— Опять вы поздно… поужинали хоть? — сонно спросила Лив, переворачиваясь на бок, но не открывая глаз.
Да, милая, спасибо тебе, — улыбнулся он, закрывая шторы и, приблизившись к кровати, сел на её край, убирая прядь волос с лица девушки.
Та полусонно улыбнулась.
— Хорошо… спать идите, устали небось… — пробормотала она.
— Прогоняешь? — вздохнул мужчина.
— Забочусь. Вы на часы смотрели? Я нет, но, думаю, уже совсем поздно… — тише ответила Оливия.
— Ладно. Завтра в школу идёшь? — тихо спросил мужчина, снимая очки.
— Мм… да, наверное… вещи же мне привезли… я, кстати, с вами поругаться собиралась… — уже практически спя, сообщила ему девушка.
— На тему? — спросил мужчина, кладя очки на тумбочку и ложась на самый край кровати.
— Так вы меня не слушаете совсем… — просто ответила Лив. — Я же сказала, что за вещами в пятницу. А вы…
— Но мы же ничем не рисковали, — тихо шепнул он, беря руку девушки пальцами.
— Боюсь представить, что моя мама наговорила вашему бедному другу, — хмыкнула в ответ Лив, не протестуя против его действия.
— Вот поэтому я и послал его, — улыбнулся он, а про себя подумал, что чем быстрее, тем лучше. Кожи запястья девушки коснулся холод металла.
Оливия сонно разлепила глаза, опуская взгляд на руку.
— Ну и зачем? — вздохнула Лив. — Он бы лучше смотрелся на какой-нибудь фифе в украшениях. И дорогущий небось…, а на мне даже странно, — сказала девушка спокойно. Затем подняла взгляд и вдруг немного придвинулась, мягко целуя Стаса в щеку. — Но спасибо, — тихо сказала она, чуть отодвигаясь обратно и снова закрывая глаза.
— Повернись на другой бок, — тихо попросил он, не шевелясь.
Слишком сонная, чтобы спорить или о чем-то спрашивать, Оливия медленно перевернулась.
Беловолосый придвинулся ближе, забрался под одеяло и, обняв девушку за талию, нежно прижав к себе, замер, прикрыв глаза.
Его ладонь накрыли рукой, на которой был браслет, а через всего несколько секунд Оливия уже тихо сопела, заснув.
Когда девушка проснулась, она лежала лицом к Стасу, не обнимая его, но лежа вообще вплотную.
Там и правда находилось всё, что нужно. Даже халат и какие-то ароматические масла.
Взяв полотенце и халат, Оливия сразу ушла в ванную, заперев дверь изнутри.
И вышла только через минут сорок, в халате, с мокрыми волосами, неся в руках одежду, в которой была.
Судя по запаху, за неимением ничего другого она использовала шампунь и гель для душа Стаса.
Мужчина же в это время работал в своём небольшом офисе, посуду за собой он вымыл, а всё лишнее убрал в холодильник.
А Оливия спустилась вниз, чтобы забрать скрипку и сумку и ушла в выбранную комнату.
Часов в десять к ней заглянул учитель, при этом не постучался, будто и не знал этих правил приличий.
Но свет в комнате уже был выключен и, судя по всему, Оливия лежала в кровати, если уже не спала.
Тихо зайдя и прикрыв дверь, он приблизился к кровати… проверить, видимо.
Слабый лунный свет из окна выбрал из темноты спину девушки, видимо, спавшей или тихо лежавшей на животе, обняв подушку, с двумя кружевными по краю полосками на плечах — наверное, ночнушка.
Сняв очки и повесив их на горловину свитера, он, обойдя кровать, тихонько закрыл шторы, приоткрыл окно и, аккуратно укрыв девушку одеялом до плеч, ушёл, вновь нацепив очки.
Нужно поработать ещё…
Часть 16
Утром, когда Стас встал, на кухне на плите стояла еще горячая яичница из трех яиц, но Лив не было, а дверь в ее комнату была закрыта (не заперта).
— Не понял… она-то чего вскочила? — сам себя спросил мужчина и вновь поднялся к комнате девушки, тихонько постучавшись.
— Кошмар… — простонали из-за двери, через несколько секунд выглядывая в белой ночнушке до середины бедра. На голое тело, судя по всему. — Только заснула… чего вам? Завтрак на кухне, а я сплю. Чего?
— Я думал, ты в школу собралась, — усмехнулся Стас. — Ладно, спи. Спасибо за завтрак, — тихо проговорил он, уже уходя.
— Пожалуйста… — зевнула Оливия, скрываясь в комнате.
Через час мужчина уже был в кабинете в спортзале.
— Алло. Жека, нужна твоя помощь…
***
К часу дня возле дома Оливии появился синий мотоцикл. Водитель, заглушив двигатель, слез со своего коня, подошёл к двери и нажал на кнопку звонка.
— Кто? — как обычно холодно спросила Любовь, приоткрывая дверь и смотря на незнакомца по ту сторону калитки.
Шатен снял шлем:
— Леди Мур?
— Вы кто? — опять повторила она, поджав тонкие губы.
— Я приехал за вещами Оливии, — в тон ей ответил молодой человек.
— Что, нашла уже себе хахаля с квартиркой, эта шалава малолетняя? — презрительно фыркнула женщина. — Ждите, я принесу.
И ушла в дом, захлопнув дверь.
А что ему оставалось делать? Ждал.
Через минут десять она вынесла старую сумку с учебниками и книгами, видимо, и мешок с одеждой.
И, передав все мужчине, ушла в дом.
Тот, больше ни слова не говоря, погрузил всё на байк и поехал к дому Стаса.
***
Услышав звонок, Лив немного насторожилась. У Станислава Валерьевича ключи есть, так кто это может быть?
Она тихо подошла к двери, смотря в глазок. Впрочем, вряд ли кто знакомый ей…
И опять этот шлем, как и все остальные.
— Открывай, свои.
Поколебавшись, Оливия все же открыла дверь.
— А Станислава Валерьевича сейчас нет… — неуверенно сообщила она, чуть на автомате не закусив губу с ссадиной.
— Я не к нему, а к тебе, — ответит тот, проходя в дом с сумками. — Где твоя комната? — и почему он шлем не снимает?
— А… эм… наверху, вторая слева, а вы… зачем? — уточнила она, посторонившись и прикрыв дверь, смотря на сумки и пока ничего не понимая.
— Стас попросил съездить за твоими вещами, — объяснил тот, быстро поднимаясь по лестнице.
— А… погодите, что?! Блин, я же ему говорила… — Лив тихо ругнулась сквозь зубы. — Извините, если что.
— Не надо было? — спросил он, заходя в комнату и оставляя вещи возле двери.
— Надо было, но завтра, когда матери дома не будет… — хмуро ответила Оливия. — Спасибо, в любом случае…, а вы шлем не снимете, да? — вдруг спросила она.
— А надо? — спросил байкер.
— Мм… да нет, просто… интересно, — неуверенно ответила Оливия, опустив взгляд и нервно облизнув губу. — Еще раз спасибо за вещи.
— Ты чего нервничаешь? — спросил тот, выходя и спускаясь.
— Трудно разговаривать с человеком, лица которого не видишь, — просто объяснила девушка, прикрыв дверь в комнату и спускаясь следом.
— Но зато можно представить такого красавца, — протянул он, но, спустившись, пошёл в кабинет хозяина и тут же, усевшись на стул, начал включать компьютер.
— Это намек, что на самом деле это не так? — хмыкнула Лив, замерев на пороге кабинета. На «чужую территорию» она лезть не хотела.
— Наоборот, — ответил он, начиная копаться в каких-то файлах. — Вот гад, а…
Не выдержав от любопытства, Лив подошла, заглядывая в экран.
— Так, покажитесь.
И Лив, улучив момент, ловко и быстро стянула с него шлем.
— И почему гад?
— Да девушка у него такая же, — буркнул он, поворачиваясь к ней лицом. Волосы слегка влажные от пота, а из-за того, что девушка неправильно сняла шлем, стоят торчком. — Не стыдно, Лив?
— Мне — немножко. Его девушке — не знаю, — протянула в ответ Оливия.
— Расчёску не одолжишь? А разве не ты его девушка? — вопросительно выгнул бровь он.
— Нет, — честно ответила Лив, выходя. Через полминуты она вернулась, протягивая ему расческу.
— Ну, значит, он на тебя глаз положил, — предупредил тот, начав делать зачёс на бок. — А Андж его, видимо, уже так достала…
— Да, я заметила, — пробормотала в ответ Лив на оба предложения. Только вот то, что он на нее «глаз положил» карается законом… — А кто эта Анджела вообще? И чем его так не устроила?
— Да они на съезде байкеров познакомились. Сначала её привлёк его байк, потом секс, а потом и его деньги. Чем не подарок, да и сама собой она не дурна, вот только кроме задницы ничего не имеет, — не стесняясь сказал он. — А Стас достоин большего. Спасибо, — сказал Жека, отдавая ей расчёску. — Могу показать… если он не удалил её фотку.
— Покажите, — подумав, кивнула Оливия, забирая расческу. Интересно же… наверное.
Копался он минут десять, и фотографии нашлись, точнее одна, и то… в корзине компьютера.
— Мордой вышла, — прокомментировала Лив, рассмотрев ее. — С характером беда? Или чем она его так достать-то смогла?
— Купи мне то, купи мне это… — фыркнул он как-то брезгливо. — Это не она вышла, это Стас хорошо фоткает — талант у парня. Ну ладно, я, наверное, пойду. Можно шлем? — улыбнулся он, вставая.
— Ага. А вы это, поесть не хотите? А то я, кажется, все-таки с количеством переборщила… — вдруг предложила она, вернув ему шлем. — Курица с картошкой жареной.
— Сама готовила? — спросил он, прищурившись и забирая шлем.
— А вы думаете, что в здешнем магазинчике можно купить приготовленную курицу и картошку? Сама, — с привычным сарказмом ответила Оливия, идя к двери.
— Вот у тебя ещё один плюс — ты готовить умеешь. Даже не представляю его реакцию, когда он это увидит, — улыбнулся Жека, проходя на кухню.
— Он прилип к духовке и смотрел на курицу так, как на явление Христа народу… теперь можете представить, — ответила Оливия довольно. — Так вы будете, да?
Тот громко заржал, согнувшись пополам.
— Ч-чего?.. — даже носом шмыгнул, продолжая смеяться.
— Ничего. Попыталась убедить, что это надо есть, а не смотреть… удивился как ребенок. Пришлось самой накладывать, — чуть усмехнулась Оливия, доставая сковородку, противень и тарелку.
— Боги… — протянул тот, садясь за стол. — Сама-то ела? — спросил мужчина, доставая телефон и что-то на нём смотря.
— Нет, не хочется… это на ужин вообще, я обед не готовила.
Через некоторое время она поставила перед ним тарелку с горячей едой и положила приборы.
— Приятного аппетита.
А сама села напротив, задумчиво ощупывая все такой же яркой ушиб на скуле, сжав губы. При касании тот болел, да и вообще проходить не спешил. Мда, красавицей ее теперь точно не назовешь… осталось фингал под глазом получить.
Не то что эта Анджела. Может и сука сукой, но красивая. А именно на это обычно и клюют…
часть 17
— Ты не красишься? Не носишь украшений? — спросил мужчина, начав опустошать тарелку.
— Иногда, — неопределенно ответила Лив, оставив свое лицо в покое и наблюдая за его трапезой. — Чаю налить?
— Нет. Благодарю… Слушай, а что больше любишь? Браслеты, серьги, ожерелья?.. — спросил мужчина, принимаясь за курицу.
— Не знаю. А что? — подняла брови Лив.
— Да так, — улыбнулся он, вновь утыкаясь в телефон. — Оливия… — протянул он.
— Что? — отозвалась та, уже немного недоуменно хмурясь.
— Я хочу, чтобы Стас немного расслабился, устроив вечеринку… — начал он.
— И? — подбодрила девушка. — Могу к подруге на день свалить, если надо не мешать, — добавила она.
— Наоборот, ты здесь нужна, иначе он нервничать будет, — поморщился Жека.
— Это… обязательно? — настал черед неуверенно морщиться Оливии. — Я ни на каких вечеринках не была ни разу… тем более, что будет народу незнакомого полно, как я понимаю. И вообще, Станислав Валерьевич мой учитель, да еще и на одиннадцать лет меня старше, и люди будут примерно его возраста, — высказала свои сомнения касательно необходимости ее присутствия девушка. — Мне-то что там делать? Разве что тихонько в комнате сидеть…
— Поможешь и мне, и Стасу. Мне нужно, чтобы одна стерва от него отлипла. Я думаю, ты понимаешь о ком я, — улыбнулся он.
— Э, нет, без меня, пожалуйста. Пусть сам со своими недовольными бывшими разбирается, меня в это впутывать не надо, — отрезала Лив.
— Ну позязя, — взвыл Жека. — Сделаю, что хочешь.
— Не ввязывайте меня в это. Ни за что не поверю, что у вас нет знакомой девушки, которая согласится. А я — не буду. Нет и точка.
— Мне нужно, чтобы всё было естественно, и нельзя, чтобы ещё какая-нибудь на него глаз положила. Ну, Ливик… — начал опять.
— И вы туда же! Хватит коверкать мое имя и фамилию! — возмутилась Оливия, аж вскочив. — Нет, нет и еще раз нет. Не обсуждается. Хотите устроить вечеринку — устраивайте. Я посижу тихо и мешать не буду, если надо, чтобы не уходила. Но помогать в отшивании какой-то бабы — не буду. И вообще, пусть кладут на него свои глаза, вам что, жалко? Может, полюбит он кого наконец, и все довольны будут.
— Да он в тебя уже влюблён! — талдычил мужчина.
— Как влюбился, так и разлюбит, — отрезала Оливия, поджав губы. — И вообще — может, ему кажется? А симпатия вообще быстро пройдет.
— Ага, а твои фотографии в его телефоне? То, что он с тобой носится, заботится? Старается добиться твоей улыбки и благодарного слова? — перечислял тот.
— Фотографий больше нет, если он новых не наснимал. А если наснимал, то не будет… и его самого не будет, — буркнула Оливия. — И откуда мне знать, как у кого симпатия проявляется? И вообще, его посадят, если хоть кто-то о его отношении ко мне узнает. Ну, если этот кто-то ему зла желает. А эта ваша Анджела точно унижение терпеть не станет. Так что вы лучше о друге побеспокойтесь.
— Тебе сколько? — спросил он.
— Семнадцать, — спокойно ответила девушка.
— Так ты уже достигла возраста согласия, — нахмурился тот. Мол, в чём проблема?
— Да. Только не со школьным учителем. Такие отношения уголовно наказуемы, — закатила глаза Оливия.
— Ты скоро закончишь школу, и всё будет вполне законно, — вздохнул он.
— Вы собрались с вечеринкой ждать до конца моей учебы? Нет? Тогда что это меняет? — фыркнула Лив.
— Боже… ну кто об этом узнает? — скис Жека.
— Блин, кто из нас старше и адекватнее?! — не выдержала Оливия. — Нет. Закрыли тему.
— Ладно, я ушёл, — сдался он, вставая. — Благодарю за еду.
— Пожалуйста… — выдохнула Лив, провожая его, чтобы закрыть дверь. — Всего доброго. Еще раз спасибо за вещи.
Кивнув, он нацепил шлем и вскоре уехал.
А Оливия вымыла посуду, поиграла на скрипке и принялась слоняться по дому, готовая от безделья лезть на стенку.
Стас вернулся домой только к одиннадцати вечера.
На столе его ждала уже холодная тарелка с едой, а Оливии не было. Спит, наверное…
Съев всё холодным, вымыл посуду, поработал до полуночи и решил навестить свою сожительницу.
Как ни странно, в ее комнате горел свет, но девушка полулежа спала с раскрытой книжкой в руках. В той же ночнушке, что и прошлой ночью, укрытая одеялом по пояс.
Тихо вздохнув, мужчина выключил свет, убрал книгу и вновь накрыл её одеялом, проверил окно…
— Опять вы поздно… поужинали хоть? — сонно спросила Лив, переворачиваясь на бок, но не открывая глаз.
Да, милая, спасибо тебе, — улыбнулся он, закрывая шторы и, приблизившись к кровати, сел на её край, убирая прядь волос с лица девушки.
Та полусонно улыбнулась.
— Хорошо… спать идите, устали небось… — пробормотала она.
— Прогоняешь? — вздохнул мужчина.
— Забочусь. Вы на часы смотрели? Я нет, но, думаю, уже совсем поздно… — тише ответила Оливия.
— Ладно. Завтра в школу идёшь? — тихо спросил мужчина, снимая очки.
— Мм… да, наверное… вещи же мне привезли… я, кстати, с вами поругаться собиралась… — уже практически спя, сообщила ему девушка.
— На тему? — спросил мужчина, кладя очки на тумбочку и ложась на самый край кровати.
— Так вы меня не слушаете совсем… — просто ответила Лив. — Я же сказала, что за вещами в пятницу. А вы…
— Но мы же ничем не рисковали, — тихо шепнул он, беря руку девушки пальцами.
— Боюсь представить, что моя мама наговорила вашему бедному другу, — хмыкнула в ответ Лив, не протестуя против его действия.
— Вот поэтому я и послал его, — улыбнулся он, а про себя подумал, что чем быстрее, тем лучше. Кожи запястья девушки коснулся холод металла.
Оливия сонно разлепила глаза, опуская взгляд на руку.
— Ну и зачем? — вздохнула Лив. — Он бы лучше смотрелся на какой-нибудь фифе в украшениях. И дорогущий небось…, а на мне даже странно, — сказала девушка спокойно. Затем подняла взгляд и вдруг немного придвинулась, мягко целуя Стаса в щеку. — Но спасибо, — тихо сказала она, чуть отодвигаясь обратно и снова закрывая глаза.
— Повернись на другой бок, — тихо попросил он, не шевелясь.
Слишком сонная, чтобы спорить или о чем-то спрашивать, Оливия медленно перевернулась.
Беловолосый придвинулся ближе, забрался под одеяло и, обняв девушку за талию, нежно прижав к себе, замер, прикрыв глаза.
Его ладонь накрыли рукой, на которой был браслет, а через всего несколько секунд Оливия уже тихо сопела, заснув.
***
Когда девушка проснулась, она лежала лицом к Стасу, не обнимая его, но лежа вообще вплотную.
