Они продолжали идти тем же шагом.
- Не туда, - Каарно выдохнул, -
Они стреляют, чтобы убить. А надо стрелять, чтобы остановить.
Первый рашшо слегка захромал.
Болт перебил бедро.
Вот это сработало.
Не боль.
Механика.
Нога начала хуже слушаться.
Но шаг не остановился. Он просто стал чуть короче.
Ширр не отменял анатомию. Он отменял сомнения.
И боль.
Сердце рашшо сейчас билось медленно. Кровь стала гуще. Сосуды кожи были закрыты.
Каждая клетка организма получила один-единственный приказ.
Двигаться.
Пока существует такая возможность.
Первый тэльвар, тот, что постоянно жевал, не выдержал и бросился вперёд.
Хороший боец.
Дорогой меч виирхской работы.
Двадцать лет наёмничества.
Он ударил красиво.
Сверху.
С полного маху.
Рашшо не стал отбивать.
Он просто шагнул вперёд. Внутрь удара.
Туда, где меч уже не был оружием.
Ладонь встретилась с грудью человека.
Звук оказался неожиданно тихим.
Будто кто-то захлопнул мокрую дверь.
Тэльвар оторвался от земли.
Пролетел несколько метров.
Упал.
Попытался вдохнуть.
Не смог.
Лёгкие были целы.
Но грудная клетка перестала быть клеткой.
Она стала одной большой вмятиной.
- По ногам! - крикнул Каарно.
Впервые за всю поездку, - ломайте колени!
Дорр обернулся.
Во взгляде мелькнуло презрение.
Торговец учит солдата.
Нелепость.
Следующий рашшо уже оказался рядом.
Времени спорить не было.
Следующий рашшо оказался рядом так быстро, что Дорр отскочил.
Он всё же был ветераном.
Ошибку понял мгновенно.
Арбалет полетел на камни.
Меч оказался в руке ещё до того, как ложе коснулось земли.
Хороший меч.
Виирхская сталь.
Гибкая.
Тонкая.
Способная разрубить железный шлем.
- Назад! Держать строй!
Остальные услышали.
Но не успели.
Строй существует, пока люди думают одинаково.
Страх думает быстрее любого командира.
Один из наёмников попятился.
Другой пришпорил ваарха.
Третий наоборот бросился вперёд, надеясь ударить первым.
Именно этого рашшо и ждали.
Они просто всегда били того, кто нарушал общий ритм.
Белая фигура едва заметно сместилась в сторону.
Не быстрее человека.
Экономнее.
Каждое движение выглядело так, словно тело заранее знало, где окажется противник через мгновение.
Тэльвар рубанул по шее.
Промахнулся на ширину пальца.
Рашшо оказался уже слева.
Локоть ударил человека под мышку.
Меч выпал. Рука повисла.
Тэльвар закричал.
Рашшо даже не посмотрел.
Следующий шаг.
Следующая цель.
Будто предыдущая уже перестала существовать.
- Они не добивают...
Нио сама не заметила, что произнесла это вслух.
- Нет, — спокойно ответил Каарно, - они выключают.
Его голос оставался удивительно ровным. Только пальцы сильнее сжимали сидение.
- Мёртвый и сломанный занимают одинаково мало места.
Нио кивнула.
Тэльвары дрались против врагов.
Рашшо освобождали пространство.
Молодой наёмник всё же сорвался.
Развернул ваарха.
Ударил пятками.
- Пошёл!
Ваарх остался стоять.
Широко расставил ноги.
Опустил голову.
Из его груди вырвался низкий, тяжёлый гул. Нио никогда раньше не слышала такого звука.
Наёмник в отчаянии спешился
Побежал.
- Не надо... - Кааргхо закрыл глаза.
Один рашшо отделился от остальных.
Не побежал.
Просто пошёл следом.
Размеренно.
Тэльвар мчался изо всех сил.
Поскользнулся на мелкой осыпи.
Удержался.
Снова побежал.
Дыхание сбилось. Ноги стали тяжёлыми.
Он оглянулся.
Рашшо не отставал.
Он шел тем же шагом
Неотвратимым.
- Почему он...
Нио уже знала ответ. Но всё равно спросила.
- Потому что рашшо умеют ждать усталость, - выдохнул Каарно, - человек проигрывает не тому, кто быстрее. А тому, кто не устаёт.
Через несколько секунд бег превратился в трусцу.
Потом в шаг.
Рашшо догнал.
Без рывка.
Без прыжка.
Положил тяжёлую ладонь между лопаток.
Толкнул.
Наёмник рухнул на камни.
Попытался подняться.
И не успел.
Один короткий удар когтей в основание черепа.
И рашшо уже шёл обратно.
Будто ничего особенного не произошло.
Дорр видел всё.
И наконец понял.
- В колени!! Ломайте им ноги...
Голос сорвался.
Но было поздно.
Теперь каждый человек сражался отдельно.
Каждый против своей смерти.
А рашшо по-прежнему двигались одним существом.
Одним ритмом.
Одной холодной мыслью.
Через несколько мгновений всё кончилось.
Так быстро, что ветер ещё не успел изменить направление.
На дороге опять стало тихо.
Только теперь эта тишина была другой. Не морской. Не дорожной.
Той, которая остаётся после обвала.
Шесть тел лежали среди камней.
Арбалет одного из наёмников медленно вращался на дороге, постепенно теряя скорость.
Деревянное ложе билось о камень.
Тук.
Пауза.
Тук.
И наконец замерло.
Один из таэлло-ваархов осторожно подошёл к своему хозяину.
Опустил голову.
Тронул плечо губами.
И остался стоять.
Ждать.
Так животные ждут того, кто больше уже не поднимется.
Двенадцать рашшо тоже стояли неподвижно. Ширр уходил
Нио почувствовало это раньше, чем заметила глазами.
Картина их тел начала меняться.
Сердца ускорялись.
Температура поднималась.
Организм возвращал себе способность чувствовать боль.
Рашшо смотрели. Без слов. Без жестов. На себя, на других.
Словно проверяли потери.
Одноглазый шагнул вперёд.
Из пустой глазницы тонкой струйкой стекала кровь. Голубая, как небо.
Он наклонился над Дором.
Поднял виирхский меч. Провёл по лезвию когтем.
Хорошая сталь.
Надёжная.
Убрал за пояс.
Снял с тела флягу. Встряхнул.
Остальное не тронул.
Ни кошелька.
Ни сапог.
- Теперь понимаешь, почему я говорил, что северная дорога дороже южной? - тихо спросил Каарно.
Нио ответила не сразу.
Она смотрела на рашшо.
На погибших тэльваров.
На молчаливых ваархов.
Как завороженная.
- Нет, - сказала она наконец, - теперь понимаю, почему ты говорил, что северная дорога честнее.
Кааргхо взглянул на Нио.
Она впервые за весь день выглядела уставшей.
Не испуганной.
Именно уставшей.
- На юге, - тихо продолжила Нио, - земля напоминает о мёртвых каждый шаг, - она кивнула в сторону скал, - здесь смерть хотя бы приходит сама.
Каарно ничего не ответил.
Иногда даже кальвэ понимали, что любая следующая фраза сделает разговор беднее.
И тогда лучше оставить право говорить ветру.
- Не туда, - Каарно выдохнул, -
Они стреляют, чтобы убить. А надо стрелять, чтобы остановить.
Первый рашшо слегка захромал.
Болт перебил бедро.
Вот это сработало.
Не боль.
Механика.
Нога начала хуже слушаться.
Но шаг не остановился. Он просто стал чуть короче.
Ширр не отменял анатомию. Он отменял сомнения.
И боль.
Сердце рашшо сейчас билось медленно. Кровь стала гуще. Сосуды кожи были закрыты.
Каждая клетка организма получила один-единственный приказ.
Двигаться.
Пока существует такая возможность.
Первый тэльвар, тот, что постоянно жевал, не выдержал и бросился вперёд.
Хороший боец.
Дорогой меч виирхской работы.
Двадцать лет наёмничества.
Он ударил красиво.
Сверху.
С полного маху.
Рашшо не стал отбивать.
Он просто шагнул вперёд. Внутрь удара.
Туда, где меч уже не был оружием.
Ладонь встретилась с грудью человека.
Звук оказался неожиданно тихим.
Будто кто-то захлопнул мокрую дверь.
Тэльвар оторвался от земли.
Пролетел несколько метров.
Упал.
Попытался вдохнуть.
Не смог.
Лёгкие были целы.
Но грудная клетка перестала быть клеткой.
Она стала одной большой вмятиной.
- По ногам! - крикнул Каарно.
Впервые за всю поездку, - ломайте колени!
Дорр обернулся.
Во взгляде мелькнуло презрение.
Торговец учит солдата.
Нелепость.
Следующий рашшо уже оказался рядом.
Времени спорить не было.
Следующий рашшо оказался рядом так быстро, что Дорр отскочил.
Он всё же был ветераном.
Ошибку понял мгновенно.
Арбалет полетел на камни.
Меч оказался в руке ещё до того, как ложе коснулось земли.
Хороший меч.
Виирхская сталь.
Гибкая.
Тонкая.
Способная разрубить железный шлем.
- Назад! Держать строй!
Остальные услышали.
Но не успели.
Строй существует, пока люди думают одинаково.
Страх думает быстрее любого командира.
Один из наёмников попятился.
Другой пришпорил ваарха.
Третий наоборот бросился вперёд, надеясь ударить первым.
Именно этого рашшо и ждали.
Они просто всегда били того, кто нарушал общий ритм.
Белая фигура едва заметно сместилась в сторону.
Не быстрее человека.
Экономнее.
Каждое движение выглядело так, словно тело заранее знало, где окажется противник через мгновение.
Тэльвар рубанул по шее.
Промахнулся на ширину пальца.
Рашшо оказался уже слева.
Локоть ударил человека под мышку.
Меч выпал. Рука повисла.
Тэльвар закричал.
Рашшо даже не посмотрел.
Следующий шаг.
Следующая цель.
Будто предыдущая уже перестала существовать.
- Они не добивают...
Нио сама не заметила, что произнесла это вслух.
- Нет, — спокойно ответил Каарно, - они выключают.
Его голос оставался удивительно ровным. Только пальцы сильнее сжимали сидение.
- Мёртвый и сломанный занимают одинаково мало места.
Нио кивнула.
Тэльвары дрались против врагов.
Рашшо освобождали пространство.
Молодой наёмник всё же сорвался.
Развернул ваарха.
Ударил пятками.
- Пошёл!
Ваарх остался стоять.
Широко расставил ноги.
Опустил голову.
Из его груди вырвался низкий, тяжёлый гул. Нио никогда раньше не слышала такого звука.
Наёмник в отчаянии спешился
Побежал.
- Не надо... - Кааргхо закрыл глаза.
Один рашшо отделился от остальных.
Не побежал.
Просто пошёл следом.
Размеренно.
Тэльвар мчался изо всех сил.
Поскользнулся на мелкой осыпи.
Удержался.
Снова побежал.
Дыхание сбилось. Ноги стали тяжёлыми.
Он оглянулся.
Рашшо не отставал.
Он шел тем же шагом
Неотвратимым.
- Почему он...
Нио уже знала ответ. Но всё равно спросила.
- Потому что рашшо умеют ждать усталость, - выдохнул Каарно, - человек проигрывает не тому, кто быстрее. А тому, кто не устаёт.
Через несколько секунд бег превратился в трусцу.
Потом в шаг.
Рашшо догнал.
Без рывка.
Без прыжка.
Положил тяжёлую ладонь между лопаток.
Толкнул.
Наёмник рухнул на камни.
Попытался подняться.
И не успел.
Один короткий удар когтей в основание черепа.
И рашшо уже шёл обратно.
Будто ничего особенного не произошло.
Дорр видел всё.
И наконец понял.
- В колени!! Ломайте им ноги...
Голос сорвался.
Но было поздно.
Теперь каждый человек сражался отдельно.
Каждый против своей смерти.
А рашшо по-прежнему двигались одним существом.
Одним ритмом.
Одной холодной мыслью.
Через несколько мгновений всё кончилось.
Так быстро, что ветер ещё не успел изменить направление.
На дороге опять стало тихо.
Только теперь эта тишина была другой. Не морской. Не дорожной.
Той, которая остаётся после обвала.
Шесть тел лежали среди камней.
Арбалет одного из наёмников медленно вращался на дороге, постепенно теряя скорость.
Деревянное ложе билось о камень.
Тук.
Пауза.
Тук.
И наконец замерло.
Один из таэлло-ваархов осторожно подошёл к своему хозяину.
Опустил голову.
Тронул плечо губами.
И остался стоять.
Ждать.
Так животные ждут того, кто больше уже не поднимется.
Двенадцать рашшо тоже стояли неподвижно. Ширр уходил
Нио почувствовало это раньше, чем заметила глазами.
Картина их тел начала меняться.
Сердца ускорялись.
Температура поднималась.
Организм возвращал себе способность чувствовать боль.
Рашшо смотрели. Без слов. Без жестов. На себя, на других.
Словно проверяли потери.
Одноглазый шагнул вперёд.
Из пустой глазницы тонкой струйкой стекала кровь. Голубая, как небо.
Он наклонился над Дором.
Поднял виирхский меч. Провёл по лезвию когтем.
Хорошая сталь.
Надёжная.
Убрал за пояс.
Снял с тела флягу. Встряхнул.
Остальное не тронул.
Ни кошелька.
Ни сапог.
- Теперь понимаешь, почему я говорил, что северная дорога дороже южной? - тихо спросил Каарно.
Нио ответила не сразу.
Она смотрела на рашшо.
На погибших тэльваров.
На молчаливых ваархов.
Как завороженная.
- Нет, - сказала она наконец, - теперь понимаю, почему ты говорил, что северная дорога честнее.
Кааргхо взглянул на Нио.
Она впервые за весь день выглядела уставшей.
Не испуганной.
Именно уставшей.
- На юге, - тихо продолжила Нио, - земля напоминает о мёртвых каждый шаг, - она кивнула в сторону скал, - здесь смерть хотя бы приходит сама.
Каарно ничего не ответил.
Иногда даже кальвэ понимали, что любая следующая фраза сделает разговор беднее.
И тогда лучше оставить право говорить ветру.
