Прежде чем пропустить её дальше, он осмотрел её и приказал грубым голосом: «Внутренний карман слева». Отогнув его, Лена показала небольшой конверт. По кивку охранника она открыла его, и прежде чем тот успел среагировать на обнаруженный там нож, произнесла таким любимым холодным голосом: «Сувенир для твоего шефа», — и пошла дальше, снова парализовав человека. Про себя Лена отметила, что теперь у неё парализация получается почти машинально.
Дальше она шла без каких-либо проблем, и в какой-то момент перед ней появился мужчина, который, следуя приказам босса, помог ей дойти до кабинета Кола. Для этого пришлось спуститься ещё на три этажа вниз, и в какой-то момент Лене даже вспомнились катакомбы под городом Мустой. Но вот она подошла вместе с сопровождающим к лакированной двери, и когда тот галантно открыл дверь, зашла внутрь уверенной походкой.
Кол изменился мало за последние два года, разве что бороду сбрил да одет стал гораздо приличнее. Он сидел за столом и со скучающим взглядом просматривал документы. Но когда она вошла в кабинет, Кол встал и, раскинув руки, направился к ней со словами:
— Моя дорогая кошечка, ты решила вернуться обратно ко мне.
Взгляд Лены мгновенно заледенел, и от неё в сторону Кола полетела такая волна удушливого страха, что любой другой на его месте упал бы с сердечным приступом прямо на месте. Но мужчина, несмотря на то что разменял уже четвертый десяток, лишь пошатнулся и остановился, после чего, опустив руки, сказал:
— Вижу, теперь ты можешь использовать свои способности и без необходимости в эмоциональной раскачке. Всё-таки последовала моему совету и решила развивать свои особенности? — Развернувшись, направился к шкафу.
Подойдя к нему, он достал так любимый им ром «Слезы феникса» и, взяв стакан, налил себя половину.
— Тебе не предлагаю. Знаю, что ты его не перевариваешь, — сказал он, выпивая жидкость залпом.
— Я удивлена, как ты ещё не сдох от этого напитка. Печень не пора менять?
— Кошка, когда мне понадобится новая печень, найдется множество людей, которые будут готовы пожертвовать мне свой орган. — Выпив ещё немного рома, спросил: — Ну, так зачем пришла?
Подойдя к креслу, которое стояло перед столом, Северская плюхнулась в него и произнесла:
— Мне нужны мой пистолет, моя доля и информация.
Кол лишь пожал плечами и спросил в ответ:
— И почему я должен тебе это дать?
Вытащив конверт из-за пазухи, Лена бросила его на стол и сказала:
— Ты мне должен, Кол. За Цанга, которого ты на меня натравил, и не пытайся мне рассказывать, что это было случайностью.
Подойдя к столу и достав нож из конверта, Кол повертел его, осматривая со всех сторон. После чего он выбросил лезвие и сделал несколько пробных взмахов, удовлетворившись, спрятал его за пазуху. Закончив играть с ножом своего несостоявшегося убийцы, он наклонился, достал из-под всё того же стола небольшой кейс и положил его на стол. Введя код и подняв крышку, он развернул его нутром в сторону девушки. Внутри лежал такой родной её сердцу восьмизарядный револьвер Таурус-627. Рядом лежали и патроны к нему. Взяв его немного дрожащими руками, она произвела быструю проверку оружия и убедилась, что револьвер находится в отличном состоянии.
— Вижу, следил за ним.
— Ну, я знал, что ты когда-нибудь за ним вернешься, — и, мерзко ухмыльнувшись, произнёс: — А за остальное надо платить, кошечка.
— И с какого перепуга? Я тебе же помогла и лишь прошу вернуть мне то, что принадлежит по договору.
— Принадлежит? Кажется, ты забываешься. — С лица опустившегося на стул напротив мужчины исчезла какая-либо доброжелательность. — Тебе ничего здесь не принадлежит, кошечка. Ты ушла и тем самым отказалась от любых активов нашей организации.
— Ты, кажется, забыл, где бы ты был без меня, — ответила Северская ледяным голосом, сдерживая ЭНРу внутри своих глаз.
— Там же, где и сейчас, — и прежде чем Лена успела возразить, продолжил: — Я не буду отрицать, что ты мне очень помогла. Цанг был большой занозой в заднице, и если бы не ты, неизвестно, сколько из моих людей отправилось бы на кладбище. Именно поэтому я не только позволили тебе покинуть нас, но и возвращаю тебе твой любимый револьвер. Однако ты ушла во время разгара войны, и всю её тяжесть я вытягивал в одиночку, поэтому, если ты хочешь денег, работай на меня. А если хочешь получить информацию, будь готова заплатить за неё.
Северской было нечего сказать. С одной стороны, Кол был прав, но, вспоминая, сколько раз она помогала ему, ей хотелось врезать в эту холодную и отстраненную морду когда-то её если не друга, то боевого товарища.
А Кол тем временем продолжил:
— Например, вот если разберёшься с ним, получишь две тысячи киртасов, что позволит тебе расплатиться за необходимую информацию, — и протянул ей флешку. Раньше бы она не взяла, но сейчас Лена просто решила понять, что от неё хочет этот человек.
А тот, будто добивая, произнёс:
— А если управишься в течение двух недель, я завершу твое обучение и покажу недостающие элементы твоей техники.
Лена никак не прокомментировала последние слова и уже собиралась покинуть кабинет, как вдруг Колу пришло сообщение, и он удивленно произнёс:
— Тебя что, полиция проверяет? — но, увидев удивленное лицо девушки, подозвал к компьютеру, куда вывели информацию с внешней камеры видеонаблюдения. Там, к удивлению Лены, она увидела Маркуса, что стоял в начале переулка, непринужденно опираясь на стену здания, и явно ожидал кого-то. И почему-то Северская была уверена, что ждет он именно её.
Кол, переведя взгляд на неё, спросил:
— Парень?
— Нет. Просто хороший знакомый.
— Ну, тогда иди к нему и кейс не забудь.
И когда она уже выходила из кабинета главы преступной группировки, Кол произнёс ей вслед:
— И откуда у тебя такие знакомые?
Оставив вопрос без ответа, Лена быстрым шагом покинула кабинет и не менее быстро покинула здание, преодолев все необходимые инстанции без задержек. Когда она вышла на улицу, Лена ожидала, что Маркус подойдет к ней, но тот остался стоять, дожидаясь её в начале переулка. Он так и продолжал стоять, пока она не прошла мимо него, и только после этого пристроился чуть позади неё. В молчании они прошагали почти пять минут, пока девушка наконец не выдержала и спросила:
— Осуждаешь?
— Нет.
— Тогда почему?
— Мы, конечно, в одной лодке, Лена, однако ты уже взрослый человек, который вполне может отвечать за свои поступки. Только, пожалуйста, будь осторожнее, эти люди не те, с кем можно шутить.
Северская ничего не сказала в ответ, и они молча продолжили свой путь.
До дома она добралась в расстроенных чувствах и только когда уже собралась зайти в подъезд под взглядом сидевшей на скамейке Анастасии Ивановны, поняла, что Маркус, шедший с ней от самых окраин, никуда, собственно, не исчез и сейчас с большим интересом осматривался вокруг. Поняв это, Лена лишь усилием воли не позволила себе выругаться и, повернувшись к нему, спросила:
— И что ты тут делаешь? — Раздражением в её голосе, казалось, можно было отравить не то что стоявшего с невозмутимым лицом парня, но и ещё десяток человек.
Но тот никак не отреагировал на раздражение девушки и спокойным голосом ответил:
— А у тебя миленький двор. Вижу, здесь достаточно ответственных людей, которые готовы ухаживать за территорией, — И вежливо склонил голову перед сидящей пожилой женщиной, которая, как знала Лена, действительно много сил вложила в облагораживание участка сада перед их домом, причем как физических, так и моральных, иногда буквально насилуя мозги жителей дома по поводу заботы о растениях в их дворе.
Вспомнив о старушке и повернувшись к ней, Северская была готова выслушать нотации, но внезапно обнаружила, что она смущенно улыбается, разглядывая на парня, а поняв, что и Лена на неё смотрит, произнесла:
— Какой приятный молодой человек. Где вы познакомились?
Это настолько не вязалось с её обычным поведением, что девушка, не задумавшись, ответила:
— В п... п... парке.
В ответ обычно склочная старуха лишь кивнула и, встав, направилась обратно в подъезд, ничего не сказав на такой невнятный ответ. Дождавшись, когда она зайдет в здание, Лена повернулась в сторону парня, который присел перед небольшим кустиком с синими цветами и, приподняв колоколообразный бутон, вдыхал приятный и немного наркотический аромат ирикасов. Она потрясла головой и тихо произнесла:
— Заболела, что ли, старуха? — и уже громче: — Я повторяю вопрос: что ты тут делаешь?
— Наслаждаюсь ароматом цветов, — бросил через плечо Маркус, но, обернувшись и увидев лицо девушки, всё-таки ответил на вопрос: — Ну, так как искать твой дом тайком было бы больше похоже на преследование, поэтому я решил воспользоваться случаем и узнать твой домашний адрес.
— А просто спросить? — возмущенно спросила Северская.
— А ты бы сказала? — со смешком произнёс Маркус. — Мы знакомы всего неделю! А ситуация сейчас такая, что знать адреса просто необходимо. Вот, кстати, мой, — и протянул небольшую бумажку, на которой было написано: «Улица Перикова, 27. Первый подъезд, 6 этаж, 24 квартира».
— Если что случится, можешь прийти, — и, уже развернувшись и сделав несколько шагов, хлопнул себя по лбу и, достав из того же кармана связку ключей, бросил её Лене, которую та едва успела поймать.
— А это на тот случай, если меня дома не будет. Аптечка в шкафу около двери, — после чего помахал рукой и быстрым шагом пошёл прочь.
Лена же, продолжая стоять на месте и держа в руке пойманные ключи, подумала: «Блин, да ещё месяц назад моя жизнь была понятной и размеренной. Дух Луны, может, вернешь всё как было, а?» — и подняла взгляд к небу. Но, так и не дождавшись ответа от уже ставшего видимым полумесяца, перекинула ключи в другую руку, зажав их между ладонью и ручкой кейса, после чего, доставая уже свой комплект, направилась к подъезду.
В квартиру она зашла в расстроенных чувствах, и, проверив свой сервант с алкоголем, Северская подумала о том, что стала слишком много пить в последнее время. Поэтому вместо бутылки вина, которую она положила обратно, девушка взяла телефон и упала на кровать. Найдя в телефонной книжке номер матери, Лена нажала на кнопку вызова. Спустя семь гудков мать Лены Ребекка ответила:
— Да, дорогая.
— Привет, мам. Можешь говорить?
— Конечно, дочка. Что у тебя случилось?
— Ну, мам. Почему сразу что-то случилось? Я что, не могу позвонить просто так?
— Конечно, можешь. Но, зная твой характер, чаще всего ты звонишь, когда у тебя что-то произошло и нужна даже не материальная, а моральная поддержка с нашей стороны. Так что случилось?
— Да ничего, просто последние несколько недель выдались какие-то суматошными. Много дел навалилось одновременно.
— Понимаю. На работе завал? А то в институте ты, похоже, стала нерегулярно появляться.
— А ты откуда знаешь?
— Да из деканата звонили, когда ты болела. И потом пару раз, когда ты с подачей документов задерживалась.
Лена же в этот момент, включив громкую связь, открыла кейс и достала из него револьвер. Вытащив из того кейса набор для ухода за оружием, она ответила:
— Да вот я помогаю с организацией банкета. Будет крупное мероприятие на следующей неделе.
— И кто его заказал?
— Да новая компания ООО «Вергандия». Пару лет назад появились на рынке и…
— А я знаю про неё!»
— Да ты что? И откуда?
— Ты помнишь, нас ограбили год назад? Хотя о чём я, конечно, помнишь. Так вот, твой отец тогда собирались установить систему охраны, и мы решили выбрать эту компанию. Знаешь, и ни разу не пожалели с тех пор.
— Хм… Интересно. Ну, вот для них и устраиваем мероприятие.
— А как ты вообще? Друзей не забываешь?
— Нет, конечно. Вот Марию недавно навещала, да и с Салматией часто видимся. — Про Маркуса она решила умолчать, понимая, что для матери, пару лет пытавшейся найти ей парня, информация, что она смогла обнаружить человека, который от неё не шарахается, будет шоком.
— Ну, вот и хорошо. Может, приедешь к нам на выходные? А то мы так редко видимся. Мы сейчас в загородном доме.
— Не наотдыхались за время отпуска?
— Просто дышим свежим воздухом. Твой отец загорелся идеей облагородить участок, да и Укропчику там будет повеселее.
— А как же работа?
— Ну, я и так почти всё время работаю на дому, а твоему отцу врачи советуют больше времени проводить на свежем воздухе.
Лена тяжело вздохнула. Отец в молодости баловался наркотиками, и хотя это увлечение продлилось совсем недолго и дедушка — светлая ему память — вовремя это заметил, после чего заставил сына пройти курс лечения, последствия успели проявиться. Вещества в тех смесях успели повредить легкие, и теперь отец Лены Алексей был вынужден беречь себя. К ещё большему сожалению жены и дочери, повреждения со временем лишь усилились, и теперь ему требовался особой режим и лекарства. Для человека, который часто по работе вынужден бывать на стройках, это было дополнительной проблемой. Внезапно Лена застыла. Она вспомнила о капсуле на подземной базе и поставила себе заметку спросить Салматию, возможно ли помочь её отцу. В чувство её привел голос матери:
— Лена, Лена, девочка моя, ау-у-у-у.
— Да, мама, я порядке, просто задумалась.
— Ладно, дорогая, мне пора. И знай: ты можешь обратиться к нам в любой момент по любому вопросу.
— Спасибо, мам. Пока, люблю тебя. Передавай привет папе.
— Я тебя тоже, — после чего повесила трубку.
Сама Лена продолжила чистку оружия, и это помогло ей окончательно успокоиться. Закончив же с этим, она подошла к шкафу и провернула ручку в нижнем ящике, после чего там открылся потайная нища, куда она и положила пистолет и патроны к нему. Сам кейс был поставлен внутрь всё того же шкафа, но уже наверх вместе с чемоданами.
«Как в старые и не очень добрые времена», — подумала Лена, вспоминая, что последний раз вот так пистолет она носила, когда Кол ввалился в её квартиру в три часа ночи с дырой в своем теле. Дернулась от неприятных воспоминаний о том, как она почти в полевых условиях вытаскивала из мужчины пулю. С тех пор она поняла, что никогда не сможет стать врачом. После этих мыслей голову внезапно пронзила боль, и Лена осела на пол, снова погружаясь в неприятную до тошноты черноту.
* * *
Военный полевой госпиталь, столица ЛЗК Астра. До линии фронта 1,3 километра
— Госпожа, новые раненые!!
Грязно и неподобающе выразившись на родном языке, девушка прокричала:
— Тащите их в третий корпус! Только там сейчас есть свободные койки! — после чего, отвернувшись от входа, снова склонилась над лежащим перед ней телом, в отчаянии пытаясь спасти ещё одного человека. Однако спустя несколько минут бросила инструменты в очищающий куб.
— Зафиксируйте время смерти. И несите следующего.
Отойдя от операционного стола, она буквально рухнула в кресло. Осмотрелась вокруг, в очередной раз изучая своё место работы. Множество печатей вперемешку с техникой заполняли пространство полевого госпиталя, работая в данный момент на износ, не позволяя инфекциям и грязи распространиться по забитому ранеными бойцами пространству.
Между лежачими пациентами передвигались врачи и медсестры в серо-белой форме. Лица у всех них были изможденные, а некоторых буквально шатало от усталости. Правда, таких быстро отлавливали свои же и в добровольно-принудительном порядке отправляли на отдых, хотя бы на пару часов.
Дальше она шла без каких-либо проблем, и в какой-то момент перед ней появился мужчина, который, следуя приказам босса, помог ей дойти до кабинета Кола. Для этого пришлось спуститься ещё на три этажа вниз, и в какой-то момент Лене даже вспомнились катакомбы под городом Мустой. Но вот она подошла вместе с сопровождающим к лакированной двери, и когда тот галантно открыл дверь, зашла внутрь уверенной походкой.
Кол изменился мало за последние два года, разве что бороду сбрил да одет стал гораздо приличнее. Он сидел за столом и со скучающим взглядом просматривал документы. Но когда она вошла в кабинет, Кол встал и, раскинув руки, направился к ней со словами:
— Моя дорогая кошечка, ты решила вернуться обратно ко мне.
Взгляд Лены мгновенно заледенел, и от неё в сторону Кола полетела такая волна удушливого страха, что любой другой на его месте упал бы с сердечным приступом прямо на месте. Но мужчина, несмотря на то что разменял уже четвертый десяток, лишь пошатнулся и остановился, после чего, опустив руки, сказал:
— Вижу, теперь ты можешь использовать свои способности и без необходимости в эмоциональной раскачке. Всё-таки последовала моему совету и решила развивать свои особенности? — Развернувшись, направился к шкафу.
Подойдя к нему, он достал так любимый им ром «Слезы феникса» и, взяв стакан, налил себя половину.
— Тебе не предлагаю. Знаю, что ты его не перевариваешь, — сказал он, выпивая жидкость залпом.
— Я удивлена, как ты ещё не сдох от этого напитка. Печень не пора менять?
— Кошка, когда мне понадобится новая печень, найдется множество людей, которые будут готовы пожертвовать мне свой орган. — Выпив ещё немного рома, спросил: — Ну, так зачем пришла?
Подойдя к креслу, которое стояло перед столом, Северская плюхнулась в него и произнесла:
— Мне нужны мой пистолет, моя доля и информация.
Кол лишь пожал плечами и спросил в ответ:
— И почему я должен тебе это дать?
Вытащив конверт из-за пазухи, Лена бросила его на стол и сказала:
— Ты мне должен, Кол. За Цанга, которого ты на меня натравил, и не пытайся мне рассказывать, что это было случайностью.
Подойдя к столу и достав нож из конверта, Кол повертел его, осматривая со всех сторон. После чего он выбросил лезвие и сделал несколько пробных взмахов, удовлетворившись, спрятал его за пазуху. Закончив играть с ножом своего несостоявшегося убийцы, он наклонился, достал из-под всё того же стола небольшой кейс и положил его на стол. Введя код и подняв крышку, он развернул его нутром в сторону девушки. Внутри лежал такой родной её сердцу восьмизарядный револьвер Таурус-627. Рядом лежали и патроны к нему. Взяв его немного дрожащими руками, она произвела быструю проверку оружия и убедилась, что револьвер находится в отличном состоянии.
— Вижу, следил за ним.
— Ну, я знал, что ты когда-нибудь за ним вернешься, — и, мерзко ухмыльнувшись, произнёс: — А за остальное надо платить, кошечка.
— И с какого перепуга? Я тебе же помогла и лишь прошу вернуть мне то, что принадлежит по договору.
— Принадлежит? Кажется, ты забываешься. — С лица опустившегося на стул напротив мужчины исчезла какая-либо доброжелательность. — Тебе ничего здесь не принадлежит, кошечка. Ты ушла и тем самым отказалась от любых активов нашей организации.
— Ты, кажется, забыл, где бы ты был без меня, — ответила Северская ледяным голосом, сдерживая ЭНРу внутри своих глаз.
— Там же, где и сейчас, — и прежде чем Лена успела возразить, продолжил: — Я не буду отрицать, что ты мне очень помогла. Цанг был большой занозой в заднице, и если бы не ты, неизвестно, сколько из моих людей отправилось бы на кладбище. Именно поэтому я не только позволили тебе покинуть нас, но и возвращаю тебе твой любимый револьвер. Однако ты ушла во время разгара войны, и всю её тяжесть я вытягивал в одиночку, поэтому, если ты хочешь денег, работай на меня. А если хочешь получить информацию, будь готова заплатить за неё.
Северской было нечего сказать. С одной стороны, Кол был прав, но, вспоминая, сколько раз она помогала ему, ей хотелось врезать в эту холодную и отстраненную морду когда-то её если не друга, то боевого товарища.
А Кол тем временем продолжил:
— Например, вот если разберёшься с ним, получишь две тысячи киртасов, что позволит тебе расплатиться за необходимую информацию, — и протянул ей флешку. Раньше бы она не взяла, но сейчас Лена просто решила понять, что от неё хочет этот человек.
А тот, будто добивая, произнёс:
— А если управишься в течение двух недель, я завершу твое обучение и покажу недостающие элементы твоей техники.
Лена никак не прокомментировала последние слова и уже собиралась покинуть кабинет, как вдруг Колу пришло сообщение, и он удивленно произнёс:
— Тебя что, полиция проверяет? — но, увидев удивленное лицо девушки, подозвал к компьютеру, куда вывели информацию с внешней камеры видеонаблюдения. Там, к удивлению Лены, она увидела Маркуса, что стоял в начале переулка, непринужденно опираясь на стену здания, и явно ожидал кого-то. И почему-то Северская была уверена, что ждет он именно её.
Кол, переведя взгляд на неё, спросил:
— Парень?
— Нет. Просто хороший знакомый.
— Ну, тогда иди к нему и кейс не забудь.
И когда она уже выходила из кабинета главы преступной группировки, Кол произнёс ей вслед:
— И откуда у тебя такие знакомые?
Оставив вопрос без ответа, Лена быстрым шагом покинула кабинет и не менее быстро покинула здание, преодолев все необходимые инстанции без задержек. Когда она вышла на улицу, Лена ожидала, что Маркус подойдет к ней, но тот остался стоять, дожидаясь её в начале переулка. Он так и продолжал стоять, пока она не прошла мимо него, и только после этого пристроился чуть позади неё. В молчании они прошагали почти пять минут, пока девушка наконец не выдержала и спросила:
— Осуждаешь?
— Нет.
— Тогда почему?
— Мы, конечно, в одной лодке, Лена, однако ты уже взрослый человек, который вполне может отвечать за свои поступки. Только, пожалуйста, будь осторожнее, эти люди не те, с кем можно шутить.
Северская ничего не сказала в ответ, и они молча продолжили свой путь.
Глава тринадцатая. Банкет
До дома она добралась в расстроенных чувствах и только когда уже собралась зайти в подъезд под взглядом сидевшей на скамейке Анастасии Ивановны, поняла, что Маркус, шедший с ней от самых окраин, никуда, собственно, не исчез и сейчас с большим интересом осматривался вокруг. Поняв это, Лена лишь усилием воли не позволила себе выругаться и, повернувшись к нему, спросила:
— И что ты тут делаешь? — Раздражением в её голосе, казалось, можно было отравить не то что стоявшего с невозмутимым лицом парня, но и ещё десяток человек.
Но тот никак не отреагировал на раздражение девушки и спокойным голосом ответил:
— А у тебя миленький двор. Вижу, здесь достаточно ответственных людей, которые готовы ухаживать за территорией, — И вежливо склонил голову перед сидящей пожилой женщиной, которая, как знала Лена, действительно много сил вложила в облагораживание участка сада перед их домом, причем как физических, так и моральных, иногда буквально насилуя мозги жителей дома по поводу заботы о растениях в их дворе.
Вспомнив о старушке и повернувшись к ней, Северская была готова выслушать нотации, но внезапно обнаружила, что она смущенно улыбается, разглядывая на парня, а поняв, что и Лена на неё смотрит, произнесла:
— Какой приятный молодой человек. Где вы познакомились?
Это настолько не вязалось с её обычным поведением, что девушка, не задумавшись, ответила:
— В п... п... парке.
В ответ обычно склочная старуха лишь кивнула и, встав, направилась обратно в подъезд, ничего не сказав на такой невнятный ответ. Дождавшись, когда она зайдет в здание, Лена повернулась в сторону парня, который присел перед небольшим кустиком с синими цветами и, приподняв колоколообразный бутон, вдыхал приятный и немного наркотический аромат ирикасов. Она потрясла головой и тихо произнесла:
— Заболела, что ли, старуха? — и уже громче: — Я повторяю вопрос: что ты тут делаешь?
— Наслаждаюсь ароматом цветов, — бросил через плечо Маркус, но, обернувшись и увидев лицо девушки, всё-таки ответил на вопрос: — Ну, так как искать твой дом тайком было бы больше похоже на преследование, поэтому я решил воспользоваться случаем и узнать твой домашний адрес.
— А просто спросить? — возмущенно спросила Северская.
— А ты бы сказала? — со смешком произнёс Маркус. — Мы знакомы всего неделю! А ситуация сейчас такая, что знать адреса просто необходимо. Вот, кстати, мой, — и протянул небольшую бумажку, на которой было написано: «Улица Перикова, 27. Первый подъезд, 6 этаж, 24 квартира».
— Если что случится, можешь прийти, — и, уже развернувшись и сделав несколько шагов, хлопнул себя по лбу и, достав из того же кармана связку ключей, бросил её Лене, которую та едва успела поймать.
— А это на тот случай, если меня дома не будет. Аптечка в шкафу около двери, — после чего помахал рукой и быстрым шагом пошёл прочь.
Лена же, продолжая стоять на месте и держа в руке пойманные ключи, подумала: «Блин, да ещё месяц назад моя жизнь была понятной и размеренной. Дух Луны, может, вернешь всё как было, а?» — и подняла взгляд к небу. Но, так и не дождавшись ответа от уже ставшего видимым полумесяца, перекинула ключи в другую руку, зажав их между ладонью и ручкой кейса, после чего, доставая уже свой комплект, направилась к подъезду.
В квартиру она зашла в расстроенных чувствах, и, проверив свой сервант с алкоголем, Северская подумала о том, что стала слишком много пить в последнее время. Поэтому вместо бутылки вина, которую она положила обратно, девушка взяла телефон и упала на кровать. Найдя в телефонной книжке номер матери, Лена нажала на кнопку вызова. Спустя семь гудков мать Лены Ребекка ответила:
— Да, дорогая.
— Привет, мам. Можешь говорить?
— Конечно, дочка. Что у тебя случилось?
— Ну, мам. Почему сразу что-то случилось? Я что, не могу позвонить просто так?
— Конечно, можешь. Но, зная твой характер, чаще всего ты звонишь, когда у тебя что-то произошло и нужна даже не материальная, а моральная поддержка с нашей стороны. Так что случилось?
— Да ничего, просто последние несколько недель выдались какие-то суматошными. Много дел навалилось одновременно.
— Понимаю. На работе завал? А то в институте ты, похоже, стала нерегулярно появляться.
— А ты откуда знаешь?
— Да из деканата звонили, когда ты болела. И потом пару раз, когда ты с подачей документов задерживалась.
Лена же в этот момент, включив громкую связь, открыла кейс и достала из него револьвер. Вытащив из того кейса набор для ухода за оружием, она ответила:
— Да вот я помогаю с организацией банкета. Будет крупное мероприятие на следующей неделе.
— И кто его заказал?
— Да новая компания ООО «Вергандия». Пару лет назад появились на рынке и…
— А я знаю про неё!»
— Да ты что? И откуда?
— Ты помнишь, нас ограбили год назад? Хотя о чём я, конечно, помнишь. Так вот, твой отец тогда собирались установить систему охраны, и мы решили выбрать эту компанию. Знаешь, и ни разу не пожалели с тех пор.
— Хм… Интересно. Ну, вот для них и устраиваем мероприятие.
— А как ты вообще? Друзей не забываешь?
— Нет, конечно. Вот Марию недавно навещала, да и с Салматией часто видимся. — Про Маркуса она решила умолчать, понимая, что для матери, пару лет пытавшейся найти ей парня, информация, что она смогла обнаружить человека, который от неё не шарахается, будет шоком.
— Ну, вот и хорошо. Может, приедешь к нам на выходные? А то мы так редко видимся. Мы сейчас в загородном доме.
— Не наотдыхались за время отпуска?
— Просто дышим свежим воздухом. Твой отец загорелся идеей облагородить участок, да и Укропчику там будет повеселее.
— А как же работа?
— Ну, я и так почти всё время работаю на дому, а твоему отцу врачи советуют больше времени проводить на свежем воздухе.
Лена тяжело вздохнула. Отец в молодости баловался наркотиками, и хотя это увлечение продлилось совсем недолго и дедушка — светлая ему память — вовремя это заметил, после чего заставил сына пройти курс лечения, последствия успели проявиться. Вещества в тех смесях успели повредить легкие, и теперь отец Лены Алексей был вынужден беречь себя. К ещё большему сожалению жены и дочери, повреждения со временем лишь усилились, и теперь ему требовался особой режим и лекарства. Для человека, который часто по работе вынужден бывать на стройках, это было дополнительной проблемой. Внезапно Лена застыла. Она вспомнила о капсуле на подземной базе и поставила себе заметку спросить Салматию, возможно ли помочь её отцу. В чувство её привел голос матери:
— Лена, Лена, девочка моя, ау-у-у-у.
— Да, мама, я порядке, просто задумалась.
— Ладно, дорогая, мне пора. И знай: ты можешь обратиться к нам в любой момент по любому вопросу.
— Спасибо, мам. Пока, люблю тебя. Передавай привет папе.
— Я тебя тоже, — после чего повесила трубку.
Сама Лена продолжила чистку оружия, и это помогло ей окончательно успокоиться. Закончив же с этим, она подошла к шкафу и провернула ручку в нижнем ящике, после чего там открылся потайная нища, куда она и положила пистолет и патроны к нему. Сам кейс был поставлен внутрь всё того же шкафа, но уже наверх вместе с чемоданами.
«Как в старые и не очень добрые времена», — подумала Лена, вспоминая, что последний раз вот так пистолет она носила, когда Кол ввалился в её квартиру в три часа ночи с дырой в своем теле. Дернулась от неприятных воспоминаний о том, как она почти в полевых условиях вытаскивала из мужчины пулю. С тех пор она поняла, что никогда не сможет стать врачом. После этих мыслей голову внезапно пронзила боль, и Лена осела на пол, снова погружаясь в неприятную до тошноты черноту.
* * *
Военный полевой госпиталь, столица ЛЗК Астра. До линии фронта 1,3 километра
— Госпожа, новые раненые!!
Грязно и неподобающе выразившись на родном языке, девушка прокричала:
— Тащите их в третий корпус! Только там сейчас есть свободные койки! — после чего, отвернувшись от входа, снова склонилась над лежащим перед ней телом, в отчаянии пытаясь спасти ещё одного человека. Однако спустя несколько минут бросила инструменты в очищающий куб.
— Зафиксируйте время смерти. И несите следующего.
Отойдя от операционного стола, она буквально рухнула в кресло. Осмотрелась вокруг, в очередной раз изучая своё место работы. Множество печатей вперемешку с техникой заполняли пространство полевого госпиталя, работая в данный момент на износ, не позволяя инфекциям и грязи распространиться по забитому ранеными бойцами пространству.
Между лежачими пациентами передвигались врачи и медсестры в серо-белой форме. Лица у всех них были изможденные, а некоторых буквально шатало от усталости. Правда, таких быстро отлавливали свои же и в добровольно-принудительном порядке отправляли на отдых, хотя бы на пару часов.
