Впрочем, куда бы ни держал путь эльфийский колдун, уговаривать он себя не заставил. Он не стал прощаться со всеми, только кивнул и скупо пожелал удачи. Потом отозвал в сторону Данан и сказал:
- У меня есть дела в свободных городах, которые я не могу игнорировать или отложить.
Вопреки ситуации, в голове Данан вдруг прозвучал насмешливый голос:
«А по тебе и не скажешь». – И вроде голос собственный, но интонации – как у Стенна.
- Но, если мне удастся закончить их живым, я вернусь к вам. Думаю, телемант моего опыта будет вам к месту. – На памяти Данан он впервые улыбнулся – так, словно прежде ему улыбаться не приходилось, скомкано дернув углом рта.
- Да. – С этим было глупо спорить. – Только как ты нас найдешь?
Фирин сделал это снова – кособоко усмехнулся.
- Телеманты ведь неплохо чувствуют магию. Таким, как я, трудно потерять из виду таких, как ты. – Он взглядом указал на её руку в амниритовой перчатке, поверх которой по-прежнему сидела ордовирная колодка-браслет. – А уж собственные чары я везде распознаю, – добавил эльф и взял Данан за другую, свободную руку. – Я лечил тебя и, в некотором смысле, сдерживал. Если позволишь, я оставлю на тебе несколько долговременных печатей щитов и исцеления. Тебе пригодится в странствиях, а мне легче будет найти вас, если выпадет шанс. В конце концов, это общая ноша для всех нас – Пагуба. И, если бы я мог игнорировать то, что зовет меня в Кадфаэль, я бы остался.
- О, Борво бы очень расстроился, ведь это значило бы, что еда, которую нам выдали, закончится быстрее. – И все-таки компания гнома пробудила в ней повадки, которые когда-то были свойственны прежней Данан Таламрин, той самой, которая, отплевавшись от чародейского обучения Дома Кошмар, сошлась с Клейвом накоротке.
Фирин взял Данан за руку и, сосредоточившись, наложил несколько печатей вдоль женского предплечья. Данан мало смыслила в магии Дома Чар, но не предполагала, что можно накладывать щиты подобным образом. Прогревающие, целебные, восстанавливающие печати – да, потому что это заклинания долгого действия, и они работают, пока печать не истает. Но вот чтобы наложить в виде печати щит, который должен сработать когда-то потом, в нужный момент… Данан, в душе восхищаясь, качнула головой – этот Фирин, должно быть, выдающийся телемант. Почему она не слышала о нем прежде?
- Я думала, так могут только артефакторы, – протянула она, наблюдая, как серебристый узор, ложась, безболезненно впивается в кожу.
- И только с предметами, да? – усмехнулся эльф. – Магия гибче, чем ты можешь представить.
Данан не стала спорить: судя по всему, эльф живет давно, и опыта у него намного больше. Стоило поверить.
Фирин, закончив, молча задержал взгляд на лице чародейки – вдумчивый, почти мудрый. Данан стало не по себе. Она отчетливо поняла, что у мужчины напротив должна быть не моложавая внешность, а борода до живота и густые белые брови.
- Рыцари-чародеи когда-то сами были великим орденом, – сказал эльф. – Жаль, что сегодня вас практически не осталось, а тем, кто еще есть, постоянно достается слишком непростая судьба, чтобы они дожили до глубоких седин. До встречи, чародейка Данан.
- До встречи, Фирин… Недотрога.
Эльф прищурился, но и только.
Королева Хеледд сидела во главе тронного зала, в высоком кресле, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица. Ей не оставалось ничего большего в происходящем фарсе, учиненного отцом. По бокам, ниже королевского помоста, расселись представители Королевского Секвента, неизменно составлявшие совет государя. Несколько стратиев вернулись с Буйного Берега, и теперь один из них докладывал о событиях.
Новости были неутешительными.
Заслушав рапорт, королева степенно кивнула, сообщила, что передаст все сведения отцу (который, разумеется, будучи тоже стратием, ни при каких обстоятельствах не мог присутствовать на заседаниях королевского совета), и уже он соберет военный совет.
- Ваше величество! – военный взвился с места, размашисто зашагав в сторону королевского кресла. Встрепенувшаяся стража остудила его пыл ровно настолько, чтобы он замедлил шаг, но справедливый огонь в глазах вояки не угас.
- Мы не можем ждать, пока ваш отец соберет совет и предпримет хоть что-нибудь! Действовать нужно сейчас!
- Как действовать? Послать туда остатки наших войск в помощь тем, кто не захотел уйти, не взирая на приказ стратия Молдвинна, их законного лорда?
- Стратий Молдвинн, – явно сдерживаясь от ругательств, твердо проговорил еще один военный, прибывший вместе с докладчиками, – велел нам бросить свои дома на потребу парталанцам. Земли, скот, кров – все отдано врагу по милости вашего отца!
- Следи за языком, солдат, – осадила королева.
- При всем уважении, леди Хеледд, – заговорил август Диенар, возрастом без малого в сорок зим, с твердым, как базальт, нравом и такого же цвета глазами на вырубленном, пятиугольном лице, – он прав.
Внутренне подобравшись, Хеледд перевела глаза на Диенара. Дерзкий! Тело Драммонда едва остыло, когда именно Диенар первым назвал её «леди Хеледд». Больше никаких «моих королев» или «ваших величеств». Прочая знать еще держалась традиции, но Королевский Секвент безвозвратно осмелел.
- Вместо того, чтобы защищать вверенный ему надел, ваш отец отдал его на поругание врагу. А надел, миледи, – это не только земли и кров, это люди, которых он бросил.
Хеледд сощурилась: можно подумать, все августы – знатные святоши да праведники.
- Вы хотите в чем-то обвинить стратия Молдвинна?
- Я хочу сказать, что полагаться на него в военных вопросах сейчас очевидно нельзя.
- Стратий Молдвинн пожертвовал родным краем и собственным домом, чтобы бросить к столице все силы и укрепить наши позиции здесь, потому что знал: войска, стянутые у Буйного Берега, были недостаточны и слишком плохо защищены, чтобы отбить вторжение парталанцев. В столичной крепости у нас хотя бы есть шанс.
- Войск было недостаточно? – безотчетно шепнул стратий Хеулог, до глубины пораженный лицемерием выдуманной лжи. И прежде, чем он нашел хоть какое-то обличающее слово, взвился август Вектимар.
- Так их и не стало больше! В бою с захватчиками на берегу у нас была сила всего даэрдинского войска, и где оно теперь?!
Хеледд чуть подняла голову и выгнула бровь:
- Кажется, это у вас лучше спросить? Или у Смотрителей Пустоты?
- На вашем месте, леди Хеледд…
- Вы не на моем месте, лорд Диенар!
- … я бы поостерегся бросаться обвинениями в адрес священного ордена!
- Вы. Не. На. Моем. Месте. – пригвоздила королева.
- Но, возможно, моя госпожа, – обронил Ллейд Таламрин, который представительствовал отцу-августу в столице Даэрдина, – с вашего места суть вещей видно хуже.
- Наглец! – один из стражников королевы, отряженный лично Брайсом Молдвинном, схватился за меч. Это отрезвило Хеледд, которая с трудом не выкрикнула несколько бранных слов вперемешку с приказами о казни. Она жестом остановила телохранителя, покрепче вцепилась в подлокотник кресла и наклонилась вперед:
- Что ты сказал? – спросила тихо и настороженно.
- Я сказал, миледи, что моя сестра, сиятельная леди Тегана Таламрин, – Ллейд подчеркнул родовой титул Данан намеренно, – всегда оставалась верна короне.
Хеледд демонстративно хмыкнула, откидываясь назад, на спинку кресла. Вздернула в усмешке губы:
- Из глубокой верности, я полагаю, она не смогла составить партию моему покойному супругу, не так ли?
Ллейд сжал кулаки:
- Не люди выбирают родиться с талантами чародеев! С тех пор, как Тегана оказалась в Цитадели Тайн, ни рыцарь-коммандер, ни лорд-магистр не сказали о ней дурного слова, несмотря на опасную особость её сил. Она – не предатель! Ни рода, ни Саэнгринов! В конце концов, именно по приказу короны она оказалась в браке, который король Драммонд сам впоследствии осудил!
Ллейд мог бы продолжать долго, но его перебили.
- При всем уважении, Ллейд, – обратился Диенар, – мы собрались здесь не для того, чтобы обсуждать достоинства твоей сестры.
- Верно, – Ллейд не стал препираться. – Мы собрались решить, кто возглавит контратаку против парталанских захватчиков.
Хеледд отозвалась тут же:
- Мой отец справится с этим.
- Ваш отец, – пригвоздил Диенар, мрачнея на глазах, – всерьез злоупотребляет своей властью уже хотя бы в том, что поддерживает вас на троне.
«Ну вот и пришел, к чему вел», – подумала Хеледд, чуть поджав губы.
- А что вы предлагаете? Назначить на роль нашего короля вас? Думаете, у вас найдется так много сторонников? Думаете, назначение примут без вопросов? – усмехнулась королева с таким видом, словно Диенар заявил, что способен свалить Темного Архонта в одиночку. Тот, однако, и бровью не повел.
- Думаю, что вашему отцу уже давно пора показаться здесь, в этом зале, вместе с вами и назначить открытое голосование. Все семьи Королевского Секвента состоят в кровном родстве с Саэнгринами. В нынешнем поколении ближе других стоят Таламрин, Диенар и Лаудан. Таламрин впали в немилость короля Драммонда из-за скоропалительных решений Эйнсела, так что проще всего сейчас действительно выбирать между мной и Лауданом. И я клянусь, если победит Лаудан, – лорд заговорил еще тверже и горячее, будучи абсолютно убежденным в собственной честности, – я ничем и никак не подвергну сомнению решение августейшего собрания.
- Королева все еще здесь! – напомнил главный из стражников Хеледд. – Она еще здесь!!! А вы УЖЕ делите её кресло, примеряясь к нему задницами!
- Мы бы не примерялись, если бы наверняка знали, что Диармайд Саэнгрин, племянник короля Двирта, жив! – Вектимар ударил кулаком по подлокотнику резного кресла, которое занимал. – Но ведь, если верить вашим словам, он перешел в стан парталанцев, вместе с Редгаром Тысячи Битв. С чего бы вдруг, если они с Редгаром готовили переворот и захват власти, как утверждает ваш отец?
- Если бы да кабы… – Хеледд попыталась увести разговор в другое русло. – Мы собрались сейчас не для этого.
- Но ключевая причина того, почему мы вообще собрались, заключается именно в этом, – заметила Альфстанна. Хеледд, будучи с августиной почти одного возраста, презрительно поджала губы и покосилась надменно: терпеть её присутствие и сохранять вежливость с выскочкой стоило королеве большой выдержки. Все они, августы, её враги, но именно Альфстанна – особенно поперек горла, потому что само её существование бросает на имя Хеледд тень ничтожества. – Вы незаконно занимаете трон, госпожа, не имея на то оснований, и при этом страну терзают внешние враги.
Сучка, – не удержалась Хеледд в мыслях.
- И вы полагаете, возвращение Диармайда, мальчишки, который в жизни не знал большей ответственности, чем зарубить всех исчадий Пустоты, каких найдет, спасет Даэрдин?
- Возможно, если учесть, что, судя по докладу стратия Хеулога, в последнем бою даэрдинцев и парталанцев победили ни те и ни другие, а именно исчадия Пустоты.
- Исчадия! – бросила королева. – Много ли вы своими глазами видели исчадий, чтобы настаивать, что Пагуба началась, и смущать наш народ?!
- Много или нет… - начал Диенар.
- Много, – перебил его Хеулог. – Если бы вы были там, вы бы видели их тоже. Ни один здравомыслящий командор в жизни бы не изменил долгу смотрителя…
- Кажется, я слышала от отца, что Редгар как раз был не в своем уме. Разве скверна Пустоты не сводит их с ума всех смотрителей?
- Госпожа, – рыкнул Вектимар сквозь зубы, – пока мы разводим демагогию, придираясь к словам друг друга, черные волны исчадий, пожирающие наши земли и людей, – акцентируя, мужчина воздел палец к потолку, – с усердием саранчи раскатываются по всем южным землям!
- И даже если Архонт со своими выродками сделает то, что должны были мы сами – уничтожит парталанцев, – влез Хеулог, – что делать нам? Куда идти нашим людям?!
Диенар, все еще стоя, обвел глазами остальных. Он был высок, железно сложен и выглядел внушительно.
- Я думаю, что среди присутствующих здесь августов никто не поспорит со мной: Королевский Секвент во все времена ближе других стоял к королевскому роду Саэнгрин.
Хеледд скрипнула зубами на этой фразе: каждым словом этот проклятущий Диенар стремится напомнить ей, что она, Хеледд, никто. Приживалка, не имеющая права на регентство даже по праву материнства. Подстилка, оказавшаяся для правящей династии бесполезной. Он даже хуже этой сучки Альфстанны! Руки королевы невольно обвились вокруг её живота, словно душа чрево, оказавшееся бесплодным.
- А это значит, что сейчас именно мы должны сделать то, что обычно делает король. – Диенар посмотрел на стратия Хеулога и его воинов с Буйного Берега. – Мы дадим вам приют и убежище в наших землях. Любой клан Королевского Секвента протянет вам руку помощи.
- Без сомнения. – Первой отозвалась Альфстанна Стабальт. Следом, встав, решение Диенара подтвердил Вектимар. Потом включился Таламрин и последним идею Диенара поддержал август Лаудан.
- Что ж, Секвент проголосовал, леди Хеледд, – Диенар улыбнулся опасной улыбкой, не предвещающей для королевы ни капли света. – Когда мы закончим с помощью беженцам из Буйного Берега, мы выберем военного вождя. Того, кто поведет Даэрдин в борьбе с парталанцами и исчадиями. Нравится вам или нет.
Хеледд скрипнула зубами, поджав губы. Желваки выступили резче на вытянутом лице. Жестом она остановила очередной выпад отцовской охраны. Какой смысл спорить со знатью сейчас? – подумала она в душе. Этот раунд Молдвинны проиграли.
- Ты их слышал! – Хеледд ворвалась в кабинет отца, где собрались его вечные прихвостни: Девирн и эта дрянь, чародейка Валисса. Последняя хлопком сдавила между ладоней какой-то абрис. Она всегда ухитряется отправить какой-нибудь фантом, чтобы прослушать разговоры в тронном зале. Разумеется, в королевском дворце есть пара способов прослушать собрание и, само собой, как минимум трое августов о них знают, а, значит, пытаются контролировать, чтобы стратий Брайс Молдвинн не лез не в свое дело. Поэтому помощь заклинательницы душ, эксплуатирующей для слежки духи прежде убитых в замке слуг, стражников и даже крыс, оказалась снова необходимой.
- Прекрати орать, – осадил Брайс дочь.
- А ты прекрати прятаться! Я не могу убедить их делать, как нужно тебе! Потому что они правы, отец! Я не имею прав на трон Даэрдина!
Брайс рывком вскочил и зажал Хеледд рот рукой.
- Ты еще громче крикни об этом, чтобы сюда сию минуту ворвался какой-нибудь шпион Диенара и принял эти слова за публичное отречение!
Ударом тыльной стороной ладони Хеледд сбросила руку отца с губ и даже не дрогнула:
- Ты заварил эту кашу, не спрашивая меня! Вот и расхлебывай сам! Я не нанималась в усмирители августейшего собрания!
- А я – в няньки глупой девчонки! – рыкнул Молдвинн в ответ. – Я военный, а ты – политик! И порядок среди подданных – твоя забота!
- Думал ли ты об этом? – сардонически хмыкнула королева. – О том, что именно мне придется утихомиривать знать раз за разом, когда убивал моего мужа?!
Брайс без колебаний отвесил дочери пощечину.
- Осторожнее, Хеледд. Ты все еще сидишь на троне только потому, что я стою за твоей спиной со своими войсками.
- Я бы сидела на этом троне и без тебя, если бы в соседнем сидел Драммонд!
Брайс ударил снова. Валисса и Продий даже и не думали лезть в эту бурю и сидели молча.
- У меня есть дела в свободных городах, которые я не могу игнорировать или отложить.
Вопреки ситуации, в голове Данан вдруг прозвучал насмешливый голос:
«А по тебе и не скажешь». – И вроде голос собственный, но интонации – как у Стенна.
- Но, если мне удастся закончить их живым, я вернусь к вам. Думаю, телемант моего опыта будет вам к месту. – На памяти Данан он впервые улыбнулся – так, словно прежде ему улыбаться не приходилось, скомкано дернув углом рта.
- Да. – С этим было глупо спорить. – Только как ты нас найдешь?
Фирин сделал это снова – кособоко усмехнулся.
- Телеманты ведь неплохо чувствуют магию. Таким, как я, трудно потерять из виду таких, как ты. – Он взглядом указал на её руку в амниритовой перчатке, поверх которой по-прежнему сидела ордовирная колодка-браслет. – А уж собственные чары я везде распознаю, – добавил эльф и взял Данан за другую, свободную руку. – Я лечил тебя и, в некотором смысле, сдерживал. Если позволишь, я оставлю на тебе несколько долговременных печатей щитов и исцеления. Тебе пригодится в странствиях, а мне легче будет найти вас, если выпадет шанс. В конце концов, это общая ноша для всех нас – Пагуба. И, если бы я мог игнорировать то, что зовет меня в Кадфаэль, я бы остался.
- О, Борво бы очень расстроился, ведь это значило бы, что еда, которую нам выдали, закончится быстрее. – И все-таки компания гнома пробудила в ней повадки, которые когда-то были свойственны прежней Данан Таламрин, той самой, которая, отплевавшись от чародейского обучения Дома Кошмар, сошлась с Клейвом накоротке.
Фирин взял Данан за руку и, сосредоточившись, наложил несколько печатей вдоль женского предплечья. Данан мало смыслила в магии Дома Чар, но не предполагала, что можно накладывать щиты подобным образом. Прогревающие, целебные, восстанавливающие печати – да, потому что это заклинания долгого действия, и они работают, пока печать не истает. Но вот чтобы наложить в виде печати щит, который должен сработать когда-то потом, в нужный момент… Данан, в душе восхищаясь, качнула головой – этот Фирин, должно быть, выдающийся телемант. Почему она не слышала о нем прежде?
- Я думала, так могут только артефакторы, – протянула она, наблюдая, как серебристый узор, ложась, безболезненно впивается в кожу.
- И только с предметами, да? – усмехнулся эльф. – Магия гибче, чем ты можешь представить.
Данан не стала спорить: судя по всему, эльф живет давно, и опыта у него намного больше. Стоило поверить.
Фирин, закончив, молча задержал взгляд на лице чародейки – вдумчивый, почти мудрый. Данан стало не по себе. Она отчетливо поняла, что у мужчины напротив должна быть не моложавая внешность, а борода до живота и густые белые брови.
- Рыцари-чародеи когда-то сами были великим орденом, – сказал эльф. – Жаль, что сегодня вас практически не осталось, а тем, кто еще есть, постоянно достается слишком непростая судьба, чтобы они дожили до глубоких седин. До встречи, чародейка Данан.
- До встречи, Фирин… Недотрога.
Эльф прищурился, но и только.
***
Королева Хеледд сидела во главе тронного зала, в высоком кресле, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица. Ей не оставалось ничего большего в происходящем фарсе, учиненного отцом. По бокам, ниже королевского помоста, расселись представители Королевского Секвента, неизменно составлявшие совет государя. Несколько стратиев вернулись с Буйного Берега, и теперь один из них докладывал о событиях.
Новости были неутешительными.
Заслушав рапорт, королева степенно кивнула, сообщила, что передаст все сведения отцу (который, разумеется, будучи тоже стратием, ни при каких обстоятельствах не мог присутствовать на заседаниях королевского совета), и уже он соберет военный совет.
- Ваше величество! – военный взвился с места, размашисто зашагав в сторону королевского кресла. Встрепенувшаяся стража остудила его пыл ровно настолько, чтобы он замедлил шаг, но справедливый огонь в глазах вояки не угас.
- Мы не можем ждать, пока ваш отец соберет совет и предпримет хоть что-нибудь! Действовать нужно сейчас!
- Как действовать? Послать туда остатки наших войск в помощь тем, кто не захотел уйти, не взирая на приказ стратия Молдвинна, их законного лорда?
- Стратий Молдвинн, – явно сдерживаясь от ругательств, твердо проговорил еще один военный, прибывший вместе с докладчиками, – велел нам бросить свои дома на потребу парталанцам. Земли, скот, кров – все отдано врагу по милости вашего отца!
- Следи за языком, солдат, – осадила королева.
- При всем уважении, леди Хеледд, – заговорил август Диенар, возрастом без малого в сорок зим, с твердым, как базальт, нравом и такого же цвета глазами на вырубленном, пятиугольном лице, – он прав.
Внутренне подобравшись, Хеледд перевела глаза на Диенара. Дерзкий! Тело Драммонда едва остыло, когда именно Диенар первым назвал её «леди Хеледд». Больше никаких «моих королев» или «ваших величеств». Прочая знать еще держалась традиции, но Королевский Секвент безвозвратно осмелел.
- Вместо того, чтобы защищать вверенный ему надел, ваш отец отдал его на поругание врагу. А надел, миледи, – это не только земли и кров, это люди, которых он бросил.
Хеледд сощурилась: можно подумать, все августы – знатные святоши да праведники.
- Вы хотите в чем-то обвинить стратия Молдвинна?
- Я хочу сказать, что полагаться на него в военных вопросах сейчас очевидно нельзя.
- Стратий Молдвинн пожертвовал родным краем и собственным домом, чтобы бросить к столице все силы и укрепить наши позиции здесь, потому что знал: войска, стянутые у Буйного Берега, были недостаточны и слишком плохо защищены, чтобы отбить вторжение парталанцев. В столичной крепости у нас хотя бы есть шанс.
- Войск было недостаточно? – безотчетно шепнул стратий Хеулог, до глубины пораженный лицемерием выдуманной лжи. И прежде, чем он нашел хоть какое-то обличающее слово, взвился август Вектимар.
- Так их и не стало больше! В бою с захватчиками на берегу у нас была сила всего даэрдинского войска, и где оно теперь?!
Хеледд чуть подняла голову и выгнула бровь:
- Кажется, это у вас лучше спросить? Или у Смотрителей Пустоты?
- На вашем месте, леди Хеледд…
- Вы не на моем месте, лорд Диенар!
- … я бы поостерегся бросаться обвинениями в адрес священного ордена!
- Вы. Не. На. Моем. Месте. – пригвоздила королева.
- Но, возможно, моя госпожа, – обронил Ллейд Таламрин, который представительствовал отцу-августу в столице Даэрдина, – с вашего места суть вещей видно хуже.
- Наглец! – один из стражников королевы, отряженный лично Брайсом Молдвинном, схватился за меч. Это отрезвило Хеледд, которая с трудом не выкрикнула несколько бранных слов вперемешку с приказами о казни. Она жестом остановила телохранителя, покрепче вцепилась в подлокотник кресла и наклонилась вперед:
- Что ты сказал? – спросила тихо и настороженно.
- Я сказал, миледи, что моя сестра, сиятельная леди Тегана Таламрин, – Ллейд подчеркнул родовой титул Данан намеренно, – всегда оставалась верна короне.
Хеледд демонстративно хмыкнула, откидываясь назад, на спинку кресла. Вздернула в усмешке губы:
- Из глубокой верности, я полагаю, она не смогла составить партию моему покойному супругу, не так ли?
Ллейд сжал кулаки:
- Не люди выбирают родиться с талантами чародеев! С тех пор, как Тегана оказалась в Цитадели Тайн, ни рыцарь-коммандер, ни лорд-магистр не сказали о ней дурного слова, несмотря на опасную особость её сил. Она – не предатель! Ни рода, ни Саэнгринов! В конце концов, именно по приказу короны она оказалась в браке, который король Драммонд сам впоследствии осудил!
Ллейд мог бы продолжать долго, но его перебили.
- При всем уважении, Ллейд, – обратился Диенар, – мы собрались здесь не для того, чтобы обсуждать достоинства твоей сестры.
- Верно, – Ллейд не стал препираться. – Мы собрались решить, кто возглавит контратаку против парталанских захватчиков.
Хеледд отозвалась тут же:
- Мой отец справится с этим.
- Ваш отец, – пригвоздил Диенар, мрачнея на глазах, – всерьез злоупотребляет своей властью уже хотя бы в том, что поддерживает вас на троне.
«Ну вот и пришел, к чему вел», – подумала Хеледд, чуть поджав губы.
- А что вы предлагаете? Назначить на роль нашего короля вас? Думаете, у вас найдется так много сторонников? Думаете, назначение примут без вопросов? – усмехнулась королева с таким видом, словно Диенар заявил, что способен свалить Темного Архонта в одиночку. Тот, однако, и бровью не повел.
- Думаю, что вашему отцу уже давно пора показаться здесь, в этом зале, вместе с вами и назначить открытое голосование. Все семьи Королевского Секвента состоят в кровном родстве с Саэнгринами. В нынешнем поколении ближе других стоят Таламрин, Диенар и Лаудан. Таламрин впали в немилость короля Драммонда из-за скоропалительных решений Эйнсела, так что проще всего сейчас действительно выбирать между мной и Лауданом. И я клянусь, если победит Лаудан, – лорд заговорил еще тверже и горячее, будучи абсолютно убежденным в собственной честности, – я ничем и никак не подвергну сомнению решение августейшего собрания.
- Королева все еще здесь! – напомнил главный из стражников Хеледд. – Она еще здесь!!! А вы УЖЕ делите её кресло, примеряясь к нему задницами!
- Мы бы не примерялись, если бы наверняка знали, что Диармайд Саэнгрин, племянник короля Двирта, жив! – Вектимар ударил кулаком по подлокотнику резного кресла, которое занимал. – Но ведь, если верить вашим словам, он перешел в стан парталанцев, вместе с Редгаром Тысячи Битв. С чего бы вдруг, если они с Редгаром готовили переворот и захват власти, как утверждает ваш отец?
- Если бы да кабы… – Хеледд попыталась увести разговор в другое русло. – Мы собрались сейчас не для этого.
- Но ключевая причина того, почему мы вообще собрались, заключается именно в этом, – заметила Альфстанна. Хеледд, будучи с августиной почти одного возраста, презрительно поджала губы и покосилась надменно: терпеть её присутствие и сохранять вежливость с выскочкой стоило королеве большой выдержки. Все они, августы, её враги, но именно Альфстанна – особенно поперек горла, потому что само её существование бросает на имя Хеледд тень ничтожества. – Вы незаконно занимаете трон, госпожа, не имея на то оснований, и при этом страну терзают внешние враги.
Сучка, – не удержалась Хеледд в мыслях.
- И вы полагаете, возвращение Диармайда, мальчишки, который в жизни не знал большей ответственности, чем зарубить всех исчадий Пустоты, каких найдет, спасет Даэрдин?
- Возможно, если учесть, что, судя по докладу стратия Хеулога, в последнем бою даэрдинцев и парталанцев победили ни те и ни другие, а именно исчадия Пустоты.
- Исчадия! – бросила королева. – Много ли вы своими глазами видели исчадий, чтобы настаивать, что Пагуба началась, и смущать наш народ?!
- Много или нет… - начал Диенар.
- Много, – перебил его Хеулог. – Если бы вы были там, вы бы видели их тоже. Ни один здравомыслящий командор в жизни бы не изменил долгу смотрителя…
- Кажется, я слышала от отца, что Редгар как раз был не в своем уме. Разве скверна Пустоты не сводит их с ума всех смотрителей?
- Госпожа, – рыкнул Вектимар сквозь зубы, – пока мы разводим демагогию, придираясь к словам друг друга, черные волны исчадий, пожирающие наши земли и людей, – акцентируя, мужчина воздел палец к потолку, – с усердием саранчи раскатываются по всем южным землям!
- И даже если Архонт со своими выродками сделает то, что должны были мы сами – уничтожит парталанцев, – влез Хеулог, – что делать нам? Куда идти нашим людям?!
Диенар, все еще стоя, обвел глазами остальных. Он был высок, железно сложен и выглядел внушительно.
- Я думаю, что среди присутствующих здесь августов никто не поспорит со мной: Королевский Секвент во все времена ближе других стоял к королевскому роду Саэнгрин.
Хеледд скрипнула зубами на этой фразе: каждым словом этот проклятущий Диенар стремится напомнить ей, что она, Хеледд, никто. Приживалка, не имеющая права на регентство даже по праву материнства. Подстилка, оказавшаяся для правящей династии бесполезной. Он даже хуже этой сучки Альфстанны! Руки королевы невольно обвились вокруг её живота, словно душа чрево, оказавшееся бесплодным.
- А это значит, что сейчас именно мы должны сделать то, что обычно делает король. – Диенар посмотрел на стратия Хеулога и его воинов с Буйного Берега. – Мы дадим вам приют и убежище в наших землях. Любой клан Королевского Секвента протянет вам руку помощи.
- Без сомнения. – Первой отозвалась Альфстанна Стабальт. Следом, встав, решение Диенара подтвердил Вектимар. Потом включился Таламрин и последним идею Диенара поддержал август Лаудан.
- Что ж, Секвент проголосовал, леди Хеледд, – Диенар улыбнулся опасной улыбкой, не предвещающей для королевы ни капли света. – Когда мы закончим с помощью беженцам из Буйного Берега, мы выберем военного вождя. Того, кто поведет Даэрдин в борьбе с парталанцами и исчадиями. Нравится вам или нет.
Хеледд скрипнула зубами, поджав губы. Желваки выступили резче на вытянутом лице. Жестом она остановила очередной выпад отцовской охраны. Какой смысл спорить со знатью сейчас? – подумала она в душе. Этот раунд Молдвинны проиграли.
- Ты их слышал! – Хеледд ворвалась в кабинет отца, где собрались его вечные прихвостни: Девирн и эта дрянь, чародейка Валисса. Последняя хлопком сдавила между ладоней какой-то абрис. Она всегда ухитряется отправить какой-нибудь фантом, чтобы прослушать разговоры в тронном зале. Разумеется, в королевском дворце есть пара способов прослушать собрание и, само собой, как минимум трое августов о них знают, а, значит, пытаются контролировать, чтобы стратий Брайс Молдвинн не лез не в свое дело. Поэтому помощь заклинательницы душ, эксплуатирующей для слежки духи прежде убитых в замке слуг, стражников и даже крыс, оказалась снова необходимой.
- Прекрати орать, – осадил Брайс дочь.
- А ты прекрати прятаться! Я не могу убедить их делать, как нужно тебе! Потому что они правы, отец! Я не имею прав на трон Даэрдина!
Брайс рывком вскочил и зажал Хеледд рот рукой.
- Ты еще громче крикни об этом, чтобы сюда сию минуту ворвался какой-нибудь шпион Диенара и принял эти слова за публичное отречение!
Ударом тыльной стороной ладони Хеледд сбросила руку отца с губ и даже не дрогнула:
- Ты заварил эту кашу, не спрашивая меня! Вот и расхлебывай сам! Я не нанималась в усмирители августейшего собрания!
- А я – в няньки глупой девчонки! – рыкнул Молдвинн в ответ. – Я военный, а ты – политик! И порядок среди подданных – твоя забота!
- Думал ли ты об этом? – сардонически хмыкнула королева. – О том, что именно мне придется утихомиривать знать раз за разом, когда убивал моего мужа?!
Брайс без колебаний отвесил дочери пощечину.
- Осторожнее, Хеледд. Ты все еще сидишь на троне только потому, что я стою за твоей спиной со своими войсками.
- Я бы сидела на этом троне и без тебя, если бы в соседнем сидел Драммонд!
Брайс ударил снова. Валисса и Продий даже и не думали лезть в эту бурю и сидели молча.
