- Глаза – это последнее, что я помнила. Ваши глаза. Знаете, в их глубине мерцают серебряные звёзды, когда вы в веселом настроении или проявляете заботу, - спокойно пояснила. - Я заметила это не сразу, но вспомнить последние моменты «вечеринки» сумела.
- Да, ты действительно очень умная, как и твоя мать… - Последние слова он проговорил почти шепотом, но на слух я с некоторых пор не жалуюсь.
- Мать? Вы знаете, кто она? – встрепенулась я, невольно шагнув навстречу учителю. Внутри всё замерло, просто превратилось в ледяную глыбу.
Учитель лишь качнул головой, и я не сдержала разочарованного вздоха. Может, он знает, но не хочет говорить? Или действительно не знает? Как бы то ни было, ответа я не получила, а магистр, пробежавшись взглядом по листку в руке, решил сменить тему:
- Кто и что натворил?
Похоже, он догадался. Признаться или нет? Эх, ладно, была не была!
- Наследный принц Генри оттон Грой, увидел пряди и узнал о родстве с Ариесом, которое я держу в секрете, - ответила со вздохом. Я была не совсем уверена, что именно магистр Алонсо имел ввиду, поэтому в дальнейшие подробности вдаваться не стала. Да и голова другим забита...
Неужели я узнаю, кто моя мама? Или мои догадки подтвердятся?..
- Если в академии пока слухов нет, значит, он ещё не проговорился, - успокоил магистр.
- Ну да, это пока что, а потом пойдут угрозы, обещания и так далее... – отвернулась от учителя, делая вид, что мне интересны птицы за окном.
— Ты уверена, что всё пойдёт именно так? По такому пути?
— Да, — мой ответ был краток. И, не сдержав слёз, отвернулась от учителя. Я сильная, я всё смогу решить. И тогда никто не посмеет смеяться надо мной. Я способная…
Как назло ещё нахлынули не самые приятные воспоминания…
Я тогда была в третьем классе земной школы.
— Эй, а Лизок-то с красными глазами! Небось всю ночь проплакала… — по классу прокатились смешки.
— Подумаешь, — буркнула я, усаживаясь за парту. Но стула подо мной не оказалось, и я грохнулась на пол. Оказывается, раздолбай Лёша подкрался сзади. Терпеть не могла этого придурка.
— Ха-ха, — басовитым голосом выдал Лёша, и весь класс расхохотался.
А я… Я просто не могла сдержаться, слёзы сами катились по щекам. Этот инцидент стал просто последней каплей, — накануне вечером я узнала, что мама ушла. Возможно, навсегда. Возможно. Возможно… Так я успокаивала себя, но боль внутри всё равно не утихала. Ничто не приносило облегчения.
Но был тогда в моей жизни и светлый человечек — моя одноклассница Тоня. Она понимала мою боль, разделяла переживания и всегда успокаивала, как могла. Я безмерно ей благодарна за это даже спустя столько лет. И Тоня, похоже, единственная, кто не смеялся тогда. Она спокойно подошла и врезала кулаком в нос Лёшки. А тот пасовал перед Тоней — она самая старшая в классе. И Лёшка, поняв свою ошибку, разревелся и сквозь слёзы попытался извиниться, но Тоня, не слушая невнятное бормотание задиры, помогла мне подняться и проводила в туалет к раковинам — умыться. Через некоторое время я успокоилась, и мы вернулись в класс. Нас встретила гнетущая тишина, ведь хнычущий от боли Лёша пошёл в медпункт.
С того дня мы с Тоней стали лучшими подругами.
И вот сейчас, стоя в красном зале я вспомнила то, что почти забыла. События того времени опять начали терзать моё сердце до боли, но я, лишь мотнув головой и вытерев влажные дорожки от слёз, обернулась к учителю. У нас урок, а я сырость развела…
Повернулась и удивилась.
Шок!
В зале находился не только магистр Алонсо, который сидел на лавке и читал газету (не пойми откуда взявшуюся), но и загипнотизированный Генри! Как я поняла, что он загипнотизирован? Очень просто: он смотрел вперёд каким-то рассеянным взглядом, ничего не замечая.
— Генри? — неверяще спросила я, заглядывая в его глаза.
— Ну что, золушка, я покажу тебе, как работает это заклинание. И не пробуй его ни на ком другом! — строго приказал магистр, глянув на меня поверх газеты. От его голоса я вздрогнула. — Это очень древнее заклинание. Где ты его нашла? В архиве?
Я кивнула, всё ещё не понимая, что происходит.
— Умница, а теперь смотри.
Я в шоке наблюдаю, как магистр откладывает газету и встаёт перед Генри. Указательные пальцы ложатся на виски принца, и он закрывает глаза. Некоторое время ничего не происходило, а потом я почувствовала всей грудью давление тьмы. Она появилась из ниоткуда. Зал утонул во тьме, и я, ничего не видя, перешла на магическое зрение.
Тьма. Нет, не так. ТЬМА!!! Она была везде, как будто я попала в чёрную дыру, и самый чёрный источник силы был в ладонях магистра Алонсо. Я потрясённо наблюдала за тем, как тьма входит в разум Генри, да, именно входит, втекает, заполняя его разум. Я не знаю, как проще объяснить происходившее, потому что творилось нечто поистине сложное.
Если включить микроскопическое зрение, позволяющее рассмотреть даже малейшие частицы, то можно увидеть, как тьма пробирается в сосуды и нервные окончания. Я поражаюсь! Это же такая ювелирная работа, ведь если что-то сделать не так, то можно просто потерять человека, ну, или любого другого существа. Настолько завораживающее зрелище, что за работой мастера можно наблюдать бесконечно долго. И вот, когда тьма начала рассасываться, я всё ещё наблюдала за изменениями в теле Генри — как частички тьмы заблокировали те знания, которые он узнал обо мне. Это как блок, не пробьёшь, если не увидишь заново. В ближайшее время я не собираюсь рассказывать о Рыси и о моих новых родителях.
И вот мучения Генри закончились, и под гипнозом он ушёл в другую аудиторию. Я была восхищена, поражена, наконец, я испытывала настоящий ужас! Магистр Алонсо сделал то, что запрещено уставом магической школы.
— А теперь ты будешь учить заклинание огня. Его используют для испепеления больших участков, например, домов, — перешёл на новую тему мой учитель.
— А, хорошо, — всё ещё находясь в шоке, промямлила я.
Урок прошел, как и все остальные, я даже удивилась. Из красного зала я вышла в полной растерянности и направилась мимо аудиторий в общежитие. Вдруг меня подхватил шторм, торнадо и буря в лице Ариеса.
— Рысь! — взвизгнула я.
— Да-да, — пропел этот обормот, всё ещё обнимая меня за талию двумя руками.
— Отпусти меня, пожалуйста.
— Неужели мне нельзя родную сестру подержать на руках, обнять, поцеловать? — пошептал он на ухо и чмокнул меня в щёку.
— Можно, но пугать больше не надо, и так нервы ни к чёрту. — В ответ поцеловала его в лоб.
— Ладно, — покладисто согласился братишка, опуская меня на пол. — Что случилось? Почему от тебя грустные эмоции я улавливаю за версту?
— Что? Как это улавливаешь? — не поняла я.
— Очень просто. Сидел в аудитории на уроке истории, и тут от тебя непонятная приходит смесь эмоций: шок, радость, грусть, сомнение, разочарование в случае ошибки и по мелочи. Но это ещё ничего, это я могу понять, но, когда закончилась лекция, от тебя опять пришли эмоции. Кстати, а ты молодец, хорошо умеешь их скрывать! — похвалил Рысь.
— И что было после окончания твоей лекции? — Я опять впала в какое-то ошалелое состояние.
— В данный момент у тебя шок и непонимание, а после лекции я почуял рассеянность, — закончил он.
— М-да, ты знаешь почти всё обо мне, а я о тебе ничего… — пробормотала под нос я.
— Это ничего, у нас ещё будет время узнать друг друга получше.
— Угу.
— Куда направляешься? — перевёл тему братик.
— В общежитие, у меня окно, — сразу ответила.
— Хорошо, я провожу, но сначала мы зайдём в столовую.
— Ладно, — пай-девочкой согласилась я.
Зайдя в столовую, Ариес набрал поднос разных булочек и эклеров, плюс чай.
— Ешь, — приказал он мне.
— Не хочу.
— Ешь, у тебя резерв пуст. Немного, но ты должна перекусить. Ешь, кому говорю! — рыкнул на меня любимый братишка. Ну, а что мне оставалось? Естественно, я поела.
— Умница, — услышала его, когда доедала пятый по счёту эклер с шоколадной крошкой.
Я на него в ответ взглянула злой букой.
— И не надо так на меня смотреть, ещё не хватало моей любви лишиться, — поднял руки Ариес.
В столовой стало тихо. Очень тихо. Из-под капюшона видела удивлённые лица учеников Академии.
— Упс, — пробормотал в гробовой тишине Ариес.
— Класс! — сказала я и встала из-за стола и, ничего больше не сказав, ушла из столовой.
Почти добравшись до общежития, я услышала оклик.
— Лиз, ну Лиз, подожди! — Ариес нагнал меня.
— Рысь, ты хоть понимаешь, что натворил?! — Я была зла. Сильно.
— Ну-у-у, — протянул он, остановившись и почесав затылок.
— Ясно, значит, не понимаешь всю глобальность этого происшествия и последующей катастрофы, — сделала выводы я.
— Так объясни! И так все считают, что у нас с тобой любовь, но только некоторые знают, что она другая.
Я только фыркнула на его слова и пошла дальше по коридору.
Ну как нельзя просто догадаться? Что такого трудного в том, чтобы он не делал так! Вся Академия считает, что мы пара, да ещё этот приставучий Генри… чтоб ему пусто было! Как же всё надоело! Как же хочется простого отдыха. Ещё видения, непонятный и не идущий из головы разговор директрисы с её секретарём обо мне — всё это не даёт покоя. А ещё с книгой дела не ладятся! Замок-то мне открывается, но я не могу её прочитать, и что делать — не знаю. О древнем тёмном языке в библиотеке нет никаких упоминаний.
Я поморщилась. Очень плохо, когда у тебя есть возможность узнавать и открывать что-то новое и неизвестное, а вот знаний или хотя-бы упоминаний об этом — нет.
— Если все узнают, что мы породнились, то будет нашествие ко мне парней, вроде Генри. Оно мне надо?! Все захотят принцессу в постели. Что может быть лучше? Разве что королева, — пояснила растерявшемуся Ариесу.
— М-да, об этом я не подумал… — протянул братишка. Видно было, что он усердно о чём-то думает, пытаясь сформулировать возмущение или вопрос. Я не мешала, ведь сама иногда надолго задумываюсь.
— Слушай, — через некоторое время выдавил он, — что плохого в том, если ты получишь парня? Тебе же лучше будет! Не только пойдут ухаживания, но и помощь…
— Не нужно, Ариес, меня не волнует всё это, — отмахнулась я.
— А что волнует?
На этот вопрос очень не хотелось отвечать, но пришлось:
— Отношения ради одной ночи мне не нужны, запомни это раз и навсегда! Всё, что меня сейчас волнует, так это учёба. Знаешь, у меня не так много времени осталось… — Мой голос сорвался на шёпот.
Долгое молчание брата меня напрягло, и всё, что я смогла в данный момент сделать, так это только обнять саму себя. Братишка заметил это и, жалостливо усмехнувшись, раскрыл свои объятья и притянул меня к себе. Но уютно постоять в пустом коридоре нам не дали — прибежали ученики, кто уже закончил обедать. И мы с братом ушли ко мне. Быстро проскочив мимо грозной орчихи-вахтерши, пробежались до моей комнаты и просто влетели в неё.
— Чем займёмся? — Вопрос Ариеса поставил меня в тупик.
— Не знаю, сейчас Шарли придёт, и будем по ходу плясать… — улыбнулась я.
— А-а-а, ну тогда ладно, — пробормотал братик и улёгся на мою кровать, вытянувшись во весь рост.
— И чего ты развалился на моей кровати?
— А что? Шарли придет ещё не скоро, можно и отдохнуть, - ответил Ариес.
— Двинь тазом, - грубо сказала я. Ну а что? Брату можно.
— А где поцелуй и "пожалуйста"? - спросил артист и сложил губы трубочкой.
Я стала наклоняться и вдруг обломала весь кайф братику, просто сев на него. Послышались сдавленные возгласы. Едко усмехнувшись, немного попрыгала на брате, победно улыбаясь.
— Ну что, будешь двигаться, или я буду на тебе лежать? - спросила я уже стонущему Ариесу.
— Встань, пожалуйста! - прохрипела жертва моего тела.
Слезла. Когда подвинулся брат, легла рядом, тот лишь мягко улыбнулся и обнял меня.
"Ему можно" - мелькнула в голове мысль, и я улыбнулась.
- Рысь, что случилось с тобой? Как ты оказался на Земле? – неожиданно спросила я.
- Не отстанешь, да? – поморщился он, а я лишь покачала головой.
Ещё чего! Ведь нужно же узнать, что случилось в семье до моего прихода.
- Эх, ну, слушай.
* Дело было сорок лет назад. В одной из чащ леса встретились старые друзья. Оба они были с детства дружны, но иногда не ладили, как и все. У одного тёмно-короткие волосы с двумя сине-зелёными прядками на висках, и у другого длинные белые волосы с серебряным отливом блистали на солнце. Они как всегда встретились на одном из самых высоких деревьев, там их укромное место. О нём лишь знали лишь король и королева планетки. Которое несёт милое и очень красивое название «Олерла».
- Опять забыл булку взять!? – спросил Финсеальд енсельд Брактиренс, залезая на дерево, - а я говорил, что без булки обижусь.
- Ой, да ладно, разве ты обидишься если мы сейчас её возьмём? – спросил Ариес.
- Я обиделся, - капризно надул губы эльф.
- Ну и дуйся, - сказал принц, - а я пошёл булки тырить.
- Ладно, так и быть, прощаю я тебя, как всегда, - ворчливо проговорил Сель, - но только попробуй взять шоколадные, они мои! – спрыгивая с дерева крикнул он.
- Мы так не договаривались! – так же крикнул Ариес превращаясь в птичку, что называют в разных мирах по-разному и полетел за ним. *
- Мы поссорились, и друг на друга обиделись. Больше я его не видел, - продолжил он рассказ, - до последнего момента…
- Что произошло? – не сдалась я.
- Любовь…
* — Ариесик, ну взгляни на меня! — капризно протянула красивая эльфийка, с которой встречается Сель.
— Хватит, Элисандра! Я не поддамся. Если хочешь счастья — уезжай, далеко. И желательно на другую планету! — Ариес начинал сильно злиться.
Вот неугомонная, всё веселье испортила! Ну, её мотивы ясны — трон и королевство, плюс я король под каблуком. Якобы я должен принадлежать ей, чтобы исполнять любую её прихоть, любое желание. Ха! Нашла дурака! Хоть наследный принц и корчит из себя задорного раздолбая, но не глуп! И никогда не был. Хорошее воспитание, манеры, история страны, планеты и многое другое я знал назубок с детства. И всё это мне не нравилось. Хотел списать королевские обязанности на младшего брата, но он был куда глупее и ни в какую не хотел учиться, даже не видел сходства и различий бедных и богатых. М-да… И что же делать?..
— Ну Ариесик, поддайся! — Ничуть не унывала Элисандра, упрямо направляясь к своей цели.
— Всё! Достала! — выругался Ариес и, схватив её за волосы, потащил в тюрьму под одной из колонн замка.
