Мои мысли?
— Простите? Я не понимаю…
— О посторонних вещах не думают на уроке, особенно когда занимаются магическими тренировками! — осадил меня магистр ни за что ни про что.
— Я вообще ничего не понимаю, учитель, — сказала я уже уверенно. Пусть уж объяснит, в чём я провинилась-то.
— Разве ты сейчас не думала о поцелуе? Что, возможно, я его тебе подарю? — спросил он холодным тоном.
Ого! Вот уж удивил! А учитель-то оказался со странностями...
— Простите магистр, но вообще-то я думала не о поцелуе, а о шоколадном мороженом… — призналась я.
На лице магистра Алонсо тотчас отобразился целый букет эмоций от неверия до смятения и растерянности. Правда, он сразу взял себя в руки и уставился на меня расфокусированным взглядом. Ага, опять магическое зрение включил. А ведь я не соврала насчёт мороженого! И похоже, что учитель убедился в этом по моей ауре.
— Кхм, — наконец выдал он, пытаясь придать лицу невозмутимое выражение. — Продолжим урок.
— Хорошо, — покладисто согласилась я.
Ха! Кажется, догадываюсь, ЧЬИ мысли он увидел. Но решила, что разберусь с этим позже, и продолжила внимательно слушать магистра Алонсо. В конце-то концов, мне надо учиться владеть своими силами!
Первый урок мы посвятили строению и плетению Чёрного магического щита. Мне понравилось. Магистр Алонсо оказался чутким преподавателем и, когда необходимо, поправлял меня во время практики. В конечном итоге я вымоталась, но была очень довольна. Учитель провел контрольную проверку моего щита и, удостоверившись в его отработанности, отпустил меня на другие занятия.
К концу насыщенного дня я ощутила острую необходимость в отдыхе. Сегодня точно буду спать без задних ног, но прежде нужно сходить в душ, чтобы смыть это неприятное и липкое напряжение.
***
Прошло вот уже несколько недель, как я занималась с магистром Алонсо. И наконец удалось выяснить, чьи же это были мысли: просто маленький Черныш решил устроить мне личную жизнь. Класс! Меня как всегда никто не спросил, но упорно и против моей воли делают всё для моего блага… Три «ха-ха»! Хоть кому-то это помогло? Вот и я думаю, что только навредило — не условно, так, с синяками… Так что ходила обиженная на Черныша за его сводничество. Конечно, на четвёртый день, когда он приполз ко мне, заискивающе глядя в глаза в надежде искупить свой проступок, я сдалась. Вот и как на него сердиться?
Ведь он такой миленький!
Магистр Алонсо вёл себя очень сдержанно после того занятия. Объяснял новые темы и помогал мне с выполнением магических упражнений. С его уроков я выходила выжатая, как лимон — и физически, и в плане магии, — но они мне нравились. Дополнительную литературу я читала в библиотеке, хотя магистр Фидж мне уже грозил шваброй, мол, выгоню, надоела. Ну а я что? А я ничего! Хватала очередной томик о магии — брала упражнения, чтобы на следующем уроке хоть чуть-чуть утереть нос этому магистру Алонсо, — и уходила.
Время летело, дополнительные занятия стали привычными, жизнь вошла в свою колею, пока однажды... у меня не начались видения. Да непростые, а с участием магистра Алонсо и книги Азариуса. Это было похоже на маленькие видео, которые менялись каждый раз, когда я встречала своего учителя.
Первое «видео» я запомнила надолго! Особенно его последствия. А дело было так...
В очередной раз направляясь в библиотеку, я приостановилась и взглянула в окно. Было ещё светло, на улице шёл первый снег — уже зима как-никак. Я обернулась и увидела, как какие-то старшекурсники о чём-то весело переругивались, а потом все вместе начали смеяться. Умиротворение, красота и веселье в одном флаконе. В тот момент я просто расслабилась и хотела насладиться моментом, да кто даст! Коварное видение подкралось внезапно. Мне стало плохо: желудок скрутило так, что вот-вот сейчас стошнит, а потом я увидела картинки…
Картинка первая: я иду по знакомым коридорам Академии и заворачиваю в запретную секцию, оказываясь в помещении с книгой Азариуса. Но в этой комнате было что-то не так. Я поняла это, стоило увидеть магистра Алонсо, пытающегося открыть мою книгу...
Картинка вторая: Черныш, наевшись мяса, расслабленно валялся кверху брюхом и, высунув язычок, спал.
Картинка третья: я иду в библиотеку, что-то спрашиваю у магистра Фиджа, и тот, недовольно поворчав, отправил меня куда-то. Оказалось, за книгой. Она нашлась в секции 25/В, под номером 426. Вот я потянулась к огромному запылённому тому в матово-чёрном переплёте, и картинка исчезает…
Потом пришли пренеприятнейшие ощущения! Мой желудок не справился и решил избавиться от обеда. Едва успела добежать до ближайшего туалета, как меня стошнило. М-да… За магию нужно платить!
***
Вот так и летели учебные дни. С утра я просыпалась раньше Шарлотты и уходила в душ, потом быстро собирала вещи и собиралась сама, а затем терпеливо ждала соседку по комнате. Дальше по плану шли пары, пары и ещё раз пары. Потом я всегда уходила в библиотеку, чтобы почерпнуть хоть немного новых знаний в области магии и миров. С самого начала я задавалась вопросом: «Почему Академия Странников?». Оказывается, ответ лежал у меня перед самым носом, а я его упорно не замечала. Всё оказалось до смешного просто: ученики, магистры и остальные волшебники предпочитают «странствовать» по мирам через порталы, а не пользоваться услугами всяких повозок. Могла бы и догадаться…
Магистр первое время выгонял меня из библиотеки, но я была непреклонна и упряма. Так что библиотекарь через несколько недель сдался, но всё же частенько ворчал, а когда я подходила, крайне «вежливо» интересовался:
— Ну что, припёрлась? Что на этот раз? — И тогда я протягивала ему очередной список литературы.
С моим братиком мы виделись только за обедом и ужином, в столовой. Он всегда подсаживается за мой столик, стоит ему заметить меня, и приобнимает за талию. Из-за этого многие косятся на нас, думая, что у нас роман, — этот слушок расползся по Академии с невероятной скоростью. А после того, как этот слух дошёл и до Шарли, она подняла бунт, рёв и шторм обвинений в мой адрес, что это неправильно и нечестно и что принц должен достаться ей. На что я ответила ей:
— Шарли, хватит, принцев в этой Академии хоть пруд пруди! — Но она как будто не слышала, не хотела слышать. Тогда я добавила: — Вот взять хотя бы Генри…
Да, о том, что Генри оттон Грой тоже является наследным принцем других земель, я узнала от своего братишки. Ох, я надолго запомнила, как он не помог Чернышу… И за это я ему ещё отомщу.
Черныш жил у нас в комнате. Шарлотта, впервые увидев его, вернее — проявление его магии, — завизжала и бросилась вон из комнаты, а в этот самый момент я как раз намеревалась войти в нашу общую комнату. Шарли со всего размаху влетела в дверь, за что я, зашипев от боли, прокляла родословную двери и Шарлотту в придачу. Да от такого удара у меня теперь такой огромный синяк на лбу будет! Быстро затолкав верещащую Шарлотту обратно в комнату и закрыв дверь, заткнула ей рот и прошипела ей в лицо:
— Что ты вопишь? Совсем разум потеряла?
Я была зла, да и полученный синяк болел, благо я всегда теперь ходила в плаще с капюшоном на голове — никто не увидит.
— М-м-м! — промямлила она в мою ладонь, переходя на сдавленный визг, указывая глазами на край моей кровати. А там, заинтересованно наблюдая за моими мучительными попытками успокоить Шарли, сидел Черныш.
— Успокойся уже! Истеричка! — Мои слова подействовали, Шарли замолчала и стала дышать ровнее.
— Эй, что у вас там происходит? — донесся знакомый женский голос из коридора общежития.
— Всё в порядке! — уверила я.
А к нам в комнату тут же заглянула говорившая — Нелина:
— Лиз, ты в лазарет сходила бы, а то после такого удара синяк красочный будет или огромная шишка…
Нелина — наша соседка, хорошая девчонка. Будучи эльфийкой, она обладала длинными каштановыми волосами и зелёными глазами, которые ну никак не сочетались с её расовой принадлежностью.
— Хорошо, Нелина, схожу.
— Лиз, и ещё одно, — эльфийка замялась. — У тебя такое красивое личико, а ты вечно кутаешься в этот балахон. Может, хватит? Ведь ты единственная, кто скрывает лицо под капюшоном во всей академии…
— Я подумаю, — ответила я и выразительно посмотрела на Шарли, намекая, чтобы она молчала в тряпочку. О том, что меня могут застукать в душе и тогда станут расспрашивать про пряди в волосах, я не беспокоилась. Встаю я очень рано, когда все ещё спят.
Когда звуки удаляющихся шагов Нелины утихли, я прошептала Шарлотте на ухо:
— Больше так не верещи, сейчас всё объясню, ферштейн?
Шарли интенсивно закивала головой. Я убрала руку с её рта.
— Черныш, это Шарли. Шарлотта, это Черныш, мой питомец, — представила я их друг другу, взяв на руки последнего и ласково поглаживая чёрную шёрстку.
Конечно, после того знакомства Шарли и Черныш подружились, и моя соседка тоже стала таскать кусочки мяса со столовой. Сначала окружающие неодобрительно косились и возмущались на то, что мы носим еду из столовой к себе в комнату, а потом, наверное, переосмыслили наш поступок и поняли, что это очень удобно. И теперь девочки из соседних комнат предпочитали есть в своих покоях. Наша вахтёрша, орчиха по имени Вурила Горда, первое время тоже очень ругалась, а потом стала захаживать с пирожками на чай к Варваре Николаевне. М-да…
Как Рысь узнал, что это после меня все по ночам стали распивать чай? Да очень просто! Мой милый братик соизволил ввалиться в наше окно — а это, смею заметить, второй этаж! — и рассказать о какой-то находке. Конечно, при этом напугал меня и Шарли до ужаса, что моя соседка вцепилась мёртвой хваткой в совок для мусора на случай, если понадобится обороняться. Комично выглядело, ничего не скажешь… Так вот, залезает это чудо к нам в окно и громким шёпотом будит нас с подругой:
— Лизок, ты не поверишь, что я тебе расскажу!
Ужас! Я его за это чуть не придушила на месте. Брат не просто открыл окно заклинанием, но и повесил на него новое, чтобы кроме него никто не смог забраться в нашу комнату. Как он сказал — «сигналка»: если кто-то чужой попытается проникнуть внутрь, то раздастся звук, от которого сердце уходит куда-то в область селезёнки, а всё тело машинально принимает оборонную стойку.
— Рысь! Чёрт тебя подери! Зачем же так пугать?! — И дала своему братишке легкий подзатыльник. Шарли, более-менее пришедшая в себя, тоже уже была в гневе, и Ариесу достался от неё пинок под мягкое место. В ответ ночной визитёр заразительно расхохотался, и это нас окончательно расслабило и успокоило. Шарлотта аккуратно вернула совок на место, в угол комнаты, и стала доставать вкусняшки. Раз не спим, и гость пришёл, чего бы не попить чаю?
Черныш, спящий у меня в ногах, конечно же набросился бы на чужака, но Ариеса сразу узнал по запаху и кидаться на него не стал. Более того, он принялся ластиться к нему, как обычно ко мне. Подозреваю, что Черныш чувствует даже то, что теперь мы с Ариесом одной крови, чувствует её запах. Одна только мысль о таких необычных талантах любимого питомца заставила меня сильно удивиться. А то, что я узнала впоследствии, и вовсе повергло меня в глубокий шок. Оказывается, Черныш ещё способен говорить со своим хозяином! Конечно, мысленно, но сам факт! И мой милый пушистик знал, что я его люблю и не дам в обиду, поэтому, через некоторое время, он первый заговорил со мной, улавливая и закрепляя связь.
Об остальных тонкостях этой связи между хозяином и питомцем я, как всегда, узнала из библиотеки. Однажды Ариес подловил меня у входа и предложил помощь, а я и не отказалась. С тех самых пор мы стали просиживать свободное время за книгами вместе, каждый раз узнавая что-то новое и интересное.
С Ариесом процесс познания показался куда интереснее! Даже вечно недовольный магистр Фидж показался не таким уж и занудным. То ли посчитал, что без толку нас отчитывать, — да было бы за что! — то ли нам с братом просто было весело и легко в обществе друг друга, и мы больше ни на кого не обращали внимания. Правда, попали мы всё-таки в одну неловкую ситуацию…
Мы, как обычно, пришли после пар в библиотеку со списком нужных книг. Магистр решил не давать нам книги из вредности и деловито упер руки в бока. И тут в моём брате взыграл вечно неуёмный Рысь, и Ариес принялся «просвещать» магистра Фиджа, что можно, а что нельзя библиотекарю давать читателям. Это надо было видеть! Я сама чуть с ума не сошла. Ариес, зная почти все своды правил наизусть, начал цитировать пункты по разделу «библиотека». Я, если честно, не ожидала, что и без того седой магистр может поседеть ещё больше. А ведь ему очень много лет, его седина олицетворяет мудрость — так считали наши ученики. Так что можно сказать, что магистр Фидж стал ещё мудрее. Я аж позавидовала братишке — столько вмещается в его чудесную голову…
Книгу Азариуса я так и не открыла. Эх, хоть бы подсказка была! «Фиг вам» называется! Да и в библиотеке не нашлось ничего, что могло бы помочь. А ещё магистр Алонсо, будучи темным магом... Такое ощущение, что он тоже хочет открыть Книгу, но она доступна только мне. Плюс эти непонятные видения. И самое частое из них: я иду по коридорам в запретную секцию к книге Азариуса, и там стоит, жадно рассматривая обложку, мой учитель по темной магии.
Занятия по-прежнему проходили в Красном зале, два раза в неделю. Хотелось бы чаще, — учиться магии мне очень понравилось, — но магистр был непреклонен. Да, теперь можно смело сказать, что я помешана на магии. Я не пропускала ни одного урока, ни одной практики, будь это даже очередная отработка изученных навыков. И магистр Алонсо ничего так, симпатичный... Да что со мной?! Всех отшиваю, а на учителя запала? Сколько раз себя спрашивала: «Лизок, не заболела ли?» Ни фига! К лекарям ходила — абсолютно здорова. Что меня больше всего успокоило, так это то, что не я одна на него запала. Оказывается, женская половина Академии пускает на него слюни, томно вздыхая каждый раз, когда Алонсо оказывается в поле их зрения. Некоторые особы даже пытались завлечь его такими вырезами своих блузок... Оттуда грудь чуть ли не вываливалась. Но и этих дам можно было понять. Хорош! Ничего не скажешь. Загадочный, красивый... А на наших тренировочных занятиях, когда становится слишком жарко, он снимает рубашку, а там… прелесть! Кубики на животе, накаченная спина, рельефные бицепсы и трицепсы говорили о том, что магистр постоянно тренируется.
Я влюбилась, как последняя школьница. Всё время себя корила: «Лиза, не твой вариант! Не смей!». Толку — ноль. Влюблённость никуда не собиралась уходить. Да и как можно не втюриться в такого красавчика? Аж дух захватывает. И теперь каждый раз, когда я шла в Красный зал, мысленно умоляла: «Пусть сегодня он снимет рубашку!», предательски краснея и закусывая губу. И мои молитвы были услышаны.
