Он встал и протянул мне руку. Не горя особым желанием снова делать так, как он хочет, я всё-таки приняла помощь. На этот раз он не стал дергать меня, как куклу, только помог подняться. Что-то в темноте щелкнуло, и в комнате загорелся торшер. Стало понятно, что тут и где находится.
В небольшой комнатке стояла кровать, кресло, между ними журнальный столик и торшер с бахромой. Посудный шкаф, занимающий всю стену напротив, был забит книгами. Ничего лишнего - картин, ковров, телевизора тут и в помине не было. Мебель раритетная, советского происхождения. Постель, на которую меня усадили, была жесткая и покрытая таким же на ощупь покрывалом. Я положила рюкзак на журнальный столик и поёрзала. Неуютно.
- Мы где? - спросила, не дожидаясь пока Кирилл, ставя кресло перед кроватью, чтобы сидеть лицом к лицу, начнёт рассказ.
- У меня в квартире, - вздохнул он и уселся.
- У тебя есть квартира? - удивилась и снова в тусклом свете осмотрела комнату. Ничего не говорило о том, что это именно жильё Кирилла.
- А ты думала, что я и в холода на даче живу? - Я пожала плечами. Честно говоря, да, но ему так не сказала, - пришлось обзавестись жильём, когда зиму жил здесь в восемьдесят седьмом.
- Так ты уже не первый раз в этом городе останавливаешься?
- Типа того, - Кирилл сжал губы, словно не желая о том времени поведать.
- Рассказывай, что за марафон у нас был, - прислонившись к стене, я скинула обувь и свернула ноги калачиком.
- Тётя Лена в больнице, - ошарашила меня первая новость, - у неё был гипертонический криз, но сейчас уже ничего страшного, пару дней понаблюдают и отпустят. Но... дело в том, что плохо ей стало плохо от известия, что дача сгорела.
- На которой ты жил? - никак не складывалось в голове. Сразу мои обиды и недовольства отошли на задний план.
Кирилл устало потёр глаза, а я ждала продолжения, возблагодарив Бога, что документы и все деньги на всякий случай взяла сегодня с собой. Одежду тоже жалко, но главное все целы.
- Тётя Лена была на работе, когда ей позвонили из пожарки. Денис сейчас у неё в больнице.
- Это был поджёг? - высказала страшную догадку.
- У пожарных версия, что проводку замкнуло. В прошлом году в соседнем селе был подобный случай. Но Денис учуял среди дыма еле уловимый запах чужого волка. Это предупреждение.
Я молчала, просто моргая и пытаясь осмыслить ситуацию. Кирилл с непроницаемым лицом смотрел на свои руки, сцепленные в замок на коленях.
- О чём предупреждают?
- Что знают, кто я. Чтобы не мешал.
Как представила, что чужаки ворвались в хилый домишко, когда я там утром спала... весь хребет холодом сковало.
- Я скоро буду, никому не открывай. Ночевать сегодня тут будем, - скороговоркой выдал мне указания Кирилл, затем приоткрыл балкон, и как ночной мотылёк проскользнул в дверь и был таков.
Я даже сообразить не успела. Первым порывом было броситься к окну и посмотреть, как полетел лунник. Затем сообразила, что лучше к окну не подходить. Мало ли чего...
Обняла свои коленки, замерла. В тишине казалось, что сердце стучит как старинные часы с маятником. Словно мается в грудной клетке, раскачивается, чтобы проломить ребра и вырваться наружу с ослепительным светом и трезвоном. Прошла минута, другая, десять, а оно так и не освободилось. Тише стало, моё сердечко.
Я осмелилась встать осмотреть квартиру. Небольшая однушка, безликая старая мебель. В ванной чистые стены с голубым советским кафелем. Один единственный кусок мыла, и то, такой засохший, что окаменел наверное.
На кухне электрическая плитка, раковина, стол-тумба и небольшой квадратный стол. Такие же как в комнате шторы. Всё голое и неприглядное.
Вернулась в комнату. Посмотрела, что в телефоне нового. Были смс от подружек, и, слава богу, ни одного от родителей. Отлично. Я посылала маме фотографии с подружками, чтобы полюбовалась, что я не только со своим парнем торчу. И так уже в последние дни сквозило недовольство.
Прошёл час, Кирилла всё не было. Обострившимся слухом я обнаружила, что справа и слева в квартирах никого, а внизу какой-то человек с глухим кашлем смотрел телевизор. Ещё ниже кто-то оживленно разговаривал по телефону и беспрестанно курил. И дальше в таком роде, ничего подозрительного.
Я села в кресло, свернулась калачиком и просто стала ждать. Каждый мускул одолела такая лень, что двигаться вообще не хотелось. Апатия сковала руки и ноги, и я кажется, знаю почему. Они отказывались дальше дружить со мной. Никакой спокойной жизни, одни приключения и опасности. Им стали надоедать эти игры в лунную ведьму, они хотели вернуться к нормальному порядку.
Кто-то укрыл меня жестким одеялом. Я сначала хотела улыбнуться сквозь дремоту, но потом вспомнила, где нахожусь, и резко выпрямилась, пытаясь разодрать глаза.
- Тише, тише... - придержал мои руки Кирилл, потому что я чуть не приняла попытку атаковать его. При этом из пальцев брызнули серебристые искры.
- Ну вот, когда не надо, из тебя идёт магия, - еле слышно пробормотал лунник, отпуская меня. Я сделала вид, что не расслышала.
- Ты вернулся?
- Только что, - подтвердил тот. По-хозяйски, точно зная что и где лежит, он стал доставать нужные вещи из верхних отделов шкафа. На кровать полетела ещё одна подушка, ватное одеяло, какая-то одежда, всё с запахом нафталина.
- Почему мы тут будем ночевать? - следя за действиями хозяина, спросила я.
- А где надо? - фыркнул через плечо Кирилл.
- У Дениса.
- Он в больнице с матерью, ему ничего не угрожает там. База рассекречена, там могут караулить.
- А, ну да, - от мысли о том, что дача сгорела, по телу прошёл лёгкий озноб. Я укуталась в одеяло и свесила ноги с постели.
- А что будет потом?
Не знаю почему, но мой вопрос заставил Кирилла застыть. Как стоял, спиной ко мне, что-то выискивая в глубине шкафа, так и остался. Озадаченная этой реакцией, я размышляла, что за ступор на него напал.
- Аня, то, что сейчас я скажу, может тебе не понравится, - через плечо сказал лунник, словно боясь развернуться и посмотреть мне в лицо. Он опустил руки вниз, в тусклом свете торшера я видела, как он сжал кулаки. Атмосфера в комнате сразу изменилась.
Что это ещё за дела? От такого начала событий я напряглась.
- Ты о чём? - осторожно уточнила. Кирилл развернулся, на его лице застыла хмурая решительность. Он словно что-то тяжелое и трудное задумал, такое, от чего может жизнь изменится.
Мамочки, мне стало не по себе от такого взгляда...
Тугая дверка шкафа хлопнула, когда Кирилл отошёл от неё. От этого звука в животе словно что-то оборвалось.
Лунник сел рядом, на самый краешек кровати.
- Никогда не думал, что этот разговор может состояться. С того самого момента, как я узнал о твоём существовании, всё делал, чтобы мы не встретились.
- Я не...
- Пожалуйста, не перебивай! - с такой горечью в голосе попросил лунник, что просить дважды не пришлось, - не уверен, что сил хватит всё объяснить.
Я рассказывал о своей невесте. О том, что она погибла во время свадебного ритуала. Так вот, несколько лет назад я учуял её. Будто как и раньше между нами возобновилась связь, когда мы могли считывать на расстоянии мысли и чувства.
Я хлопала глазами, с раскрытым ртом слушая каждое слово Кирилла. Когда он сказал про связь, меня немножечко замутило.
- Аня, я не знаю, как сказать. Узнавая о новом луннике или луннице я всегда пытался встретиться, помочь освоиться с силой, а тут словно страх сковал. Я решил, что схожу с ума, и поехал увидеть своими глазами её, мою Анюту. Решил, если это и правда она, то хорошо, а если нет, если почудилось мне, то пойду и... В общем, что тут говорить. На, смотри, - закончил свой невнятный рассказ Кирилл. В его руке был сложенный вдвое листочек, даже при таком освещении видно, какой он старый.
Я осторожно взяла бумажку и развернула. Это оказалась фотография. Показалось, что зрение обманывает, я встала, отталкивая сандалии, оставленные на полу в сторону, подошла к торшеру, чтобы лучше было видно, кто там изображён. Небольшой портрет формата десять на пятнадцать, черно-белый и порядком потёртый по краям и в месте сгиба. На нём девушка лет пятнадцати, старомодно одетая в тёмное платье с белым воротничком. Русые волосы уложены в мягкие волны и переброшены через одно плечо, серые глаза смотрят приветливо. Мои глаза. Моё лицо.
- Что это? - всё тщательнее всматривалась я в изображение, тщетно силясь найти хоть малейшие отличия, - это шутка какая-то?
Пребывая в шоке, не заметила, что Кирилл подошёл вплотную и со мной рассматривает фотографию.
- Это моя Анюта, - сквозь зубы выдавил из себя лунник. Я посмотрела на него, впервые увидев такие тёмные глаза. Словно синие тучи заволокли ясное небо.
- И что, ты решил, что я это она? Просто похожи очень. Как я могу быть ею? Я помню себя маленькой, как росла, в школу ходила, - пыталась добавить в тишину крупицу здравого смысла и разгадать загадку.
- Здесь всё сложнее, - Кирилл забрал у меня фото и положил на подлокотник кресла. Мы оказались стоять лицом друг к другу, - у меня есть одна теория, надо её проверить.
"А что, собственно, ты хочешь проверять?" - мелькнула в голове мысль. Вернее не так сказать - хотела только мелькнуть, но горячие сухие губы не дали сделать этого. Кирилл сгреб меня в охапку, перекрывая своим ртом все мысли. Оставляя только нежность своих прикосновений. Да, несмотря на порыв, поцелуй был нежный, не такой, как тогда ночью. И я не сопротивлялась.
Пока не увидела продолжение сна. А ведь я совсем об этом не думала в тот момент. Просто провалилась в темноту, а потом оказалась так же на мостике и целовалась с Кириллом. Поцелуй был целомудренный, губы соприкоснулись, нежно лаская друг друга, но сколько это вызывало эмоций...
Разомкнув уста, я прильнула к груди моего лунника. Сердце у того колотилось так быстро, что кажется стук его слился в единый гул.
- Ну что, Кирюш, теперь пришлёшь сватов? - не скрывая улыбки, спросила я. Всё внутри разрывалось от счастья.
- Завтра же! - пообещал любимый, крепче прижимая к себе. Лунные нити, досель незримо витавшие вокруг нас, стали закручиваться дивными узорами, вызывая восхищение своей красотой.
Видение разорвалось, потому что я резко оттолкнула от себя Кирилла, сама еле удержавшись на ногах.
- Аня, Анюта, - бросился он ко мне, не смотря на моё сопротивление. Из пальцев снова хлынули зашипевшие искры, коснулись кожи лунника, но тот их словно не чувствовал.
- Это ты, это правда ты! - задыхаясь, словно не веря своему счастью повторял Кирилл. Я старалась вырваться, напуганная видением и напором парня.
- Да отпусти же ты меня, Кирилл! - шипела я, чтобы не напугать соседей. Вдруг кто ещё полицию вызовет, если услышит крик.
Кирилл вытаращил глаза, словно резко отрезвел. Попытки обнять меня бросил, отвернулся, положив для равновесия руку на шкаф.
- Извини, - с привычной интонацией проговорил он. Его чувства выдавало только прерывистое дыхание, которое он силился унять.
- Что это было? - спросила я про видение, и про то, что было после.
- Скажи, ты это видела со стороны или ты сама была... ею? - вместо ответа мне вернули вопрос.
- Ею - это твоей невестой, да? Так это всё правда было, на самом деле? - забылась я, в голове крутилось столько вопросов, что чуть не пропустила мимо тот, что задали мне. - Да, я видела всё, словно была на её месте.
Рука, упирающаяся в шкаф сжалась в кулак.
- Я не был уверен, что это правда. С самого первого раза, как увидел тебя и до сей поры я то сомневался, то был уверен в своей догадке.
- Нет! - как ошпаренная возмутилась я, забыв, что минуту назад переживала о соседях, - только не говори, что я твоя погибшая невеста, или что-то вроде того!
- Аня, это единственное объяснение! - Кирилл развернулся, набросившись на меня с диким взором, я испугалась, что опять целоваться полезет, а он всего лишь схватил меня за руки. От его кожи веяло огнём, словно он в бреду, что объяснило бы многое, но что тогда со мной?
От видения мне стало так тоскливо, словно от какого глубокого и личного воспоминания, словно я что-то потеряла в прошлом, потеряла, но не забыла. Никак не могу понять, к чему отнести это чувство.
- Кирилл, ты не слышишь сам, как это звучит? - не в силах кричать и сопротивляться, попробовала я убедить лунника в своих словах. Или не его? - Я - твоя погибшая невеста. Ну как это возможно? Или в лунном мире реинкарнация нормально явление?
- Нет, впервые сталкиваюсь с этим, - наконец оторвал от меня немигающий проницательный взгляд Кирилл, - но я всё выясню... Только ответь мне ещё на один вопрос?
- На какой? - насторожилась я от его проникающего под кожу тона, боясь, что сейчас будет что-то личное.
- Скажи, ты что-то почувствовала?.. Ну, тогда... когда мы целовались, - последние слова были произнесены почти шепотом, словно у меня это спрашивал не столетний, чудом сохранившийся парень, а краснеющий школьник.
- А, вон ты о чём, - тянула я время не зная, что ответить. Соврать? Сказать, что абсолютно ничего не было? И самой потом теряться в догадках, что это было? Нет, я так не смогу. Сама себя съем от неизвестности. Кирилл умный, так сказать, умудренный опытом, так пусть объясняет, что к чему. - Да, я словно сама этот момент переживала. Не просто понимала, что она... Аня испытывает, а жила там, всё видела и чувствовала.
Кирилл облегченно выдохнул.
- Давай на ночлег располагаться, утро вечера мудренее, - вернулся он к инспекции шкафов, - вон та футболка голубая, можешь её надеть, чтобы спать.
- Эх, как же я теперь без вещей, надо домой ехать, - вдруг пришло осознание что у меня теперь даже трусов запасных нет с собой. И зарядки для телефона. После услышанного эта проблема казалась… смешной. Но резкая смена темы стала как глоток свежего воздуха.
- Будут тебе вещи, а домой нельзя, - расстилая на полу старое одеяло, огорошил Кирилл.
- Как нельзя? - встала в стойку, выставив руки в боки. Моих сбережений не хватит, чтобы возместить всю необходимую одежду, да и что теперь я родителям скажу?
- За выходами из города следят, понятно? - сам того не замечая, скопировал Кирилл мою позу, - нас сразу повяжут, и сделают это так, что не подкопаешься. Повесят на нас всех собак, потом тебя тихонько умыкнут, а меня прикопают в лесополосе. Тебе со мной рядом безопасно, пока не разрулим ситуацию, от меня ни на шаг, поняла?
- Я вижу как безопасно, синим пламенем всё сгорело, - пробурчала, словно сама с собой, но адресат услышал.
- Если бы ты не уехала к своим подружкам, ничего бы не было! - подскочил Кирилл ко мне, грозясь явить свой гнев миру, - сначала сбежала, а потом ещё недовольство выражает. Я привязку делал к тебе, а не к месту, и даже мысли не имел что ты так бесцеремонно смоешься!
- И где, интересно ты находился в тот момент, когда я дачу покидала? Чем занимался? - негодовала я.
- Тебя это не касается, - процедил Кирилл сквозь зубы.
- Всё с тобой понятно! - не знаю, правильно или нет угадала, но явно выбрала самую неудачную догадку, - зачем тебе Аня твоя, если и с Алисой неплохо живётся?
Это было явно лишнее. Все мосты, с таким трудом налаживаемые между нами за время, что я прожила на даче, вмиг рухнули. Непроницаемая маска упала на лицо Кирилла, отбросив все эмоции. Их словно невидимый ластик стёр. Даже злости не было, только в глубине синих глаз виделся затухающий огонь.
В небольшой комнатке стояла кровать, кресло, между ними журнальный столик и торшер с бахромой. Посудный шкаф, занимающий всю стену напротив, был забит книгами. Ничего лишнего - картин, ковров, телевизора тут и в помине не было. Мебель раритетная, советского происхождения. Постель, на которую меня усадили, была жесткая и покрытая таким же на ощупь покрывалом. Я положила рюкзак на журнальный столик и поёрзала. Неуютно.
- Мы где? - спросила, не дожидаясь пока Кирилл, ставя кресло перед кроватью, чтобы сидеть лицом к лицу, начнёт рассказ.
- У меня в квартире, - вздохнул он и уселся.
- У тебя есть квартира? - удивилась и снова в тусклом свете осмотрела комнату. Ничего не говорило о том, что это именно жильё Кирилла.
- А ты думала, что я и в холода на даче живу? - Я пожала плечами. Честно говоря, да, но ему так не сказала, - пришлось обзавестись жильём, когда зиму жил здесь в восемьдесят седьмом.
- Так ты уже не первый раз в этом городе останавливаешься?
- Типа того, - Кирилл сжал губы, словно не желая о том времени поведать.
- Рассказывай, что за марафон у нас был, - прислонившись к стене, я скинула обувь и свернула ноги калачиком.
- Тётя Лена в больнице, - ошарашила меня первая новость, - у неё был гипертонический криз, но сейчас уже ничего страшного, пару дней понаблюдают и отпустят. Но... дело в том, что плохо ей стало плохо от известия, что дача сгорела.
- На которой ты жил? - никак не складывалось в голове. Сразу мои обиды и недовольства отошли на задний план.
Кирилл устало потёр глаза, а я ждала продолжения, возблагодарив Бога, что документы и все деньги на всякий случай взяла сегодня с собой. Одежду тоже жалко, но главное все целы.
- Тётя Лена была на работе, когда ей позвонили из пожарки. Денис сейчас у неё в больнице.
- Это был поджёг? - высказала страшную догадку.
- У пожарных версия, что проводку замкнуло. В прошлом году в соседнем селе был подобный случай. Но Денис учуял среди дыма еле уловимый запах чужого волка. Это предупреждение.
Я молчала, просто моргая и пытаясь осмыслить ситуацию. Кирилл с непроницаемым лицом смотрел на свои руки, сцепленные в замок на коленях.
- О чём предупреждают?
- Что знают, кто я. Чтобы не мешал.
Как представила, что чужаки ворвались в хилый домишко, когда я там утром спала... весь хребет холодом сковало.
- Я скоро буду, никому не открывай. Ночевать сегодня тут будем, - скороговоркой выдал мне указания Кирилл, затем приоткрыл балкон, и как ночной мотылёк проскользнул в дверь и был таков.
Я даже сообразить не успела. Первым порывом было броситься к окну и посмотреть, как полетел лунник. Затем сообразила, что лучше к окну не подходить. Мало ли чего...
Обняла свои коленки, замерла. В тишине казалось, что сердце стучит как старинные часы с маятником. Словно мается в грудной клетке, раскачивается, чтобы проломить ребра и вырваться наружу с ослепительным светом и трезвоном. Прошла минута, другая, десять, а оно так и не освободилось. Тише стало, моё сердечко.
Я осмелилась встать осмотреть квартиру. Небольшая однушка, безликая старая мебель. В ванной чистые стены с голубым советским кафелем. Один единственный кусок мыла, и то, такой засохший, что окаменел наверное.
На кухне электрическая плитка, раковина, стол-тумба и небольшой квадратный стол. Такие же как в комнате шторы. Всё голое и неприглядное.
Вернулась в комнату. Посмотрела, что в телефоне нового. Были смс от подружек, и, слава богу, ни одного от родителей. Отлично. Я посылала маме фотографии с подружками, чтобы полюбовалась, что я не только со своим парнем торчу. И так уже в последние дни сквозило недовольство.
Прошёл час, Кирилла всё не было. Обострившимся слухом я обнаружила, что справа и слева в квартирах никого, а внизу какой-то человек с глухим кашлем смотрел телевизор. Ещё ниже кто-то оживленно разговаривал по телефону и беспрестанно курил. И дальше в таком роде, ничего подозрительного.
Я села в кресло, свернулась калачиком и просто стала ждать. Каждый мускул одолела такая лень, что двигаться вообще не хотелось. Апатия сковала руки и ноги, и я кажется, знаю почему. Они отказывались дальше дружить со мной. Никакой спокойной жизни, одни приключения и опасности. Им стали надоедать эти игры в лунную ведьму, они хотели вернуться к нормальному порядку.
Кто-то укрыл меня жестким одеялом. Я сначала хотела улыбнуться сквозь дремоту, но потом вспомнила, где нахожусь, и резко выпрямилась, пытаясь разодрать глаза.
- Тише, тише... - придержал мои руки Кирилл, потому что я чуть не приняла попытку атаковать его. При этом из пальцев брызнули серебристые искры.
- Ну вот, когда не надо, из тебя идёт магия, - еле слышно пробормотал лунник, отпуская меня. Я сделала вид, что не расслышала.
- Ты вернулся?
- Только что, - подтвердил тот. По-хозяйски, точно зная что и где лежит, он стал доставать нужные вещи из верхних отделов шкафа. На кровать полетела ещё одна подушка, ватное одеяло, какая-то одежда, всё с запахом нафталина.
- Почему мы тут будем ночевать? - следя за действиями хозяина, спросила я.
- А где надо? - фыркнул через плечо Кирилл.
- У Дениса.
- Он в больнице с матерью, ему ничего не угрожает там. База рассекречена, там могут караулить.
- А, ну да, - от мысли о том, что дача сгорела, по телу прошёл лёгкий озноб. Я укуталась в одеяло и свесила ноги с постели.
- А что будет потом?
Не знаю почему, но мой вопрос заставил Кирилла застыть. Как стоял, спиной ко мне, что-то выискивая в глубине шкафа, так и остался. Озадаченная этой реакцией, я размышляла, что за ступор на него напал.
- Аня, то, что сейчас я скажу, может тебе не понравится, - через плечо сказал лунник, словно боясь развернуться и посмотреть мне в лицо. Он опустил руки вниз, в тусклом свете торшера я видела, как он сжал кулаки. Атмосфера в комнате сразу изменилась.
Что это ещё за дела? От такого начала событий я напряглась.
- Ты о чём? - осторожно уточнила. Кирилл развернулся, на его лице застыла хмурая решительность. Он словно что-то тяжелое и трудное задумал, такое, от чего может жизнь изменится.
Мамочки, мне стало не по себе от такого взгляда...
Тугая дверка шкафа хлопнула, когда Кирилл отошёл от неё. От этого звука в животе словно что-то оборвалось.
Лунник сел рядом, на самый краешек кровати.
- Никогда не думал, что этот разговор может состояться. С того самого момента, как я узнал о твоём существовании, всё делал, чтобы мы не встретились.
- Я не...
- Пожалуйста, не перебивай! - с такой горечью в голосе попросил лунник, что просить дважды не пришлось, - не уверен, что сил хватит всё объяснить.
Я рассказывал о своей невесте. О том, что она погибла во время свадебного ритуала. Так вот, несколько лет назад я учуял её. Будто как и раньше между нами возобновилась связь, когда мы могли считывать на расстоянии мысли и чувства.
Я хлопала глазами, с раскрытым ртом слушая каждое слово Кирилла. Когда он сказал про связь, меня немножечко замутило.
- Аня, я не знаю, как сказать. Узнавая о новом луннике или луннице я всегда пытался встретиться, помочь освоиться с силой, а тут словно страх сковал. Я решил, что схожу с ума, и поехал увидеть своими глазами её, мою Анюту. Решил, если это и правда она, то хорошо, а если нет, если почудилось мне, то пойду и... В общем, что тут говорить. На, смотри, - закончил свой невнятный рассказ Кирилл. В его руке был сложенный вдвое листочек, даже при таком освещении видно, какой он старый.
Я осторожно взяла бумажку и развернула. Это оказалась фотография. Показалось, что зрение обманывает, я встала, отталкивая сандалии, оставленные на полу в сторону, подошла к торшеру, чтобы лучше было видно, кто там изображён. Небольшой портрет формата десять на пятнадцать, черно-белый и порядком потёртый по краям и в месте сгиба. На нём девушка лет пятнадцати, старомодно одетая в тёмное платье с белым воротничком. Русые волосы уложены в мягкие волны и переброшены через одно плечо, серые глаза смотрят приветливо. Мои глаза. Моё лицо.
- Что это? - всё тщательнее всматривалась я в изображение, тщетно силясь найти хоть малейшие отличия, - это шутка какая-то?
Пребывая в шоке, не заметила, что Кирилл подошёл вплотную и со мной рассматривает фотографию.
- Это моя Анюта, - сквозь зубы выдавил из себя лунник. Я посмотрела на него, впервые увидев такие тёмные глаза. Словно синие тучи заволокли ясное небо.
- И что, ты решил, что я это она? Просто похожи очень. Как я могу быть ею? Я помню себя маленькой, как росла, в школу ходила, - пыталась добавить в тишину крупицу здравого смысла и разгадать загадку.
- Здесь всё сложнее, - Кирилл забрал у меня фото и положил на подлокотник кресла. Мы оказались стоять лицом друг к другу, - у меня есть одна теория, надо её проверить.
"А что, собственно, ты хочешь проверять?" - мелькнула в голове мысль. Вернее не так сказать - хотела только мелькнуть, но горячие сухие губы не дали сделать этого. Кирилл сгреб меня в охапку, перекрывая своим ртом все мысли. Оставляя только нежность своих прикосновений. Да, несмотря на порыв, поцелуй был нежный, не такой, как тогда ночью. И я не сопротивлялась.
Пока не увидела продолжение сна. А ведь я совсем об этом не думала в тот момент. Просто провалилась в темноту, а потом оказалась так же на мостике и целовалась с Кириллом. Поцелуй был целомудренный, губы соприкоснулись, нежно лаская друг друга, но сколько это вызывало эмоций...
Разомкнув уста, я прильнула к груди моего лунника. Сердце у того колотилось так быстро, что кажется стук его слился в единый гул.
- Ну что, Кирюш, теперь пришлёшь сватов? - не скрывая улыбки, спросила я. Всё внутри разрывалось от счастья.
- Завтра же! - пообещал любимый, крепче прижимая к себе. Лунные нити, досель незримо витавшие вокруг нас, стали закручиваться дивными узорами, вызывая восхищение своей красотой.
Видение разорвалось, потому что я резко оттолкнула от себя Кирилла, сама еле удержавшись на ногах.
- Аня, Анюта, - бросился он ко мне, не смотря на моё сопротивление. Из пальцев снова хлынули зашипевшие искры, коснулись кожи лунника, но тот их словно не чувствовал.
- Это ты, это правда ты! - задыхаясь, словно не веря своему счастью повторял Кирилл. Я старалась вырваться, напуганная видением и напором парня.
- Да отпусти же ты меня, Кирилл! - шипела я, чтобы не напугать соседей. Вдруг кто ещё полицию вызовет, если услышит крик.
Кирилл вытаращил глаза, словно резко отрезвел. Попытки обнять меня бросил, отвернулся, положив для равновесия руку на шкаф.
- Извини, - с привычной интонацией проговорил он. Его чувства выдавало только прерывистое дыхание, которое он силился унять.
- Что это было? - спросила я про видение, и про то, что было после.
- Скажи, ты это видела со стороны или ты сама была... ею? - вместо ответа мне вернули вопрос.
- Ею - это твоей невестой, да? Так это всё правда было, на самом деле? - забылась я, в голове крутилось столько вопросов, что чуть не пропустила мимо тот, что задали мне. - Да, я видела всё, словно была на её месте.
Рука, упирающаяся в шкаф сжалась в кулак.
- Я не был уверен, что это правда. С самого первого раза, как увидел тебя и до сей поры я то сомневался, то был уверен в своей догадке.
- Нет! - как ошпаренная возмутилась я, забыв, что минуту назад переживала о соседях, - только не говори, что я твоя погибшая невеста, или что-то вроде того!
- Аня, это единственное объяснение! - Кирилл развернулся, набросившись на меня с диким взором, я испугалась, что опять целоваться полезет, а он всего лишь схватил меня за руки. От его кожи веяло огнём, словно он в бреду, что объяснило бы многое, но что тогда со мной?
От видения мне стало так тоскливо, словно от какого глубокого и личного воспоминания, словно я что-то потеряла в прошлом, потеряла, но не забыла. Никак не могу понять, к чему отнести это чувство.
- Кирилл, ты не слышишь сам, как это звучит? - не в силах кричать и сопротивляться, попробовала я убедить лунника в своих словах. Или не его? - Я - твоя погибшая невеста. Ну как это возможно? Или в лунном мире реинкарнация нормально явление?
- Нет, впервые сталкиваюсь с этим, - наконец оторвал от меня немигающий проницательный взгляд Кирилл, - но я всё выясню... Только ответь мне ещё на один вопрос?
- На какой? - насторожилась я от его проникающего под кожу тона, боясь, что сейчас будет что-то личное.
- Скажи, ты что-то почувствовала?.. Ну, тогда... когда мы целовались, - последние слова были произнесены почти шепотом, словно у меня это спрашивал не столетний, чудом сохранившийся парень, а краснеющий школьник.
- А, вон ты о чём, - тянула я время не зная, что ответить. Соврать? Сказать, что абсолютно ничего не было? И самой потом теряться в догадках, что это было? Нет, я так не смогу. Сама себя съем от неизвестности. Кирилл умный, так сказать, умудренный опытом, так пусть объясняет, что к чему. - Да, я словно сама этот момент переживала. Не просто понимала, что она... Аня испытывает, а жила там, всё видела и чувствовала.
Кирилл облегченно выдохнул.
- Давай на ночлег располагаться, утро вечера мудренее, - вернулся он к инспекции шкафов, - вон та футболка голубая, можешь её надеть, чтобы спать.
- Эх, как же я теперь без вещей, надо домой ехать, - вдруг пришло осознание что у меня теперь даже трусов запасных нет с собой. И зарядки для телефона. После услышанного эта проблема казалась… смешной. Но резкая смена темы стала как глоток свежего воздуха.
- Будут тебе вещи, а домой нельзя, - расстилая на полу старое одеяло, огорошил Кирилл.
- Как нельзя? - встала в стойку, выставив руки в боки. Моих сбережений не хватит, чтобы возместить всю необходимую одежду, да и что теперь я родителям скажу?
- За выходами из города следят, понятно? - сам того не замечая, скопировал Кирилл мою позу, - нас сразу повяжут, и сделают это так, что не подкопаешься. Повесят на нас всех собак, потом тебя тихонько умыкнут, а меня прикопают в лесополосе. Тебе со мной рядом безопасно, пока не разрулим ситуацию, от меня ни на шаг, поняла?
- Я вижу как безопасно, синим пламенем всё сгорело, - пробурчала, словно сама с собой, но адресат услышал.
- Если бы ты не уехала к своим подружкам, ничего бы не было! - подскочил Кирилл ко мне, грозясь явить свой гнев миру, - сначала сбежала, а потом ещё недовольство выражает. Я привязку делал к тебе, а не к месту, и даже мысли не имел что ты так бесцеремонно смоешься!
- И где, интересно ты находился в тот момент, когда я дачу покидала? Чем занимался? - негодовала я.
- Тебя это не касается, - процедил Кирилл сквозь зубы.
- Всё с тобой понятно! - не знаю, правильно или нет угадала, но явно выбрала самую неудачную догадку, - зачем тебе Аня твоя, если и с Алисой неплохо живётся?
Это было явно лишнее. Все мосты, с таким трудом налаживаемые между нами за время, что я прожила на даче, вмиг рухнули. Непроницаемая маска упала на лицо Кирилла, отбросив все эмоции. Их словно невидимый ластик стёр. Даже злости не было, только в глубине синих глаз виделся затухающий огонь.
