- Как же они обходятся, неужто для них это делает кто-то другой? – якобы удивилась змея. – Ну, теперь они для этого непременно Алку наймут.
- Змеиные у вас шутки, - хихикнула неимоверно довольная собой девочка. – Но ничего, я это переживу, наверно.
Пока сохла краска на её лобковых волосах, Диана сумела мне всучить снадобье от синяков, похваставшись, что цирюльники и целители не так давно были одними и теми же людьми, так что она до сих пор торгует средствами для исцеления незначительных ран. Снадобье оказалось бесцветной жидкостью со слабым запахом лимона, Снейк заявила, что это явно не яд, и я позволила Диане смочить этим синяки на моих многострадальных ступнях. Синяки мгновенно исчезли, а ноги слегка онемели и перестали болеть. Боль была слабая, но всё равно без неё гораздо лучше.
Хотела купить пару флакончиков этого явно полезного снадобья, но увы – его срок годности составлял всего несколько минут, а если приобретать всё необходимое, чтобы изготавливать его самой, то для перевозки этого барахла потребуется небольшой обоз. Снейк удивилась, что я не знаю такого удобного средства от синяков, я тоже удивилась, что им никогда на моей памяти не пользовались в замке Блэкбоар, но промолчала.
Зато вместо меня затараторила Диана. Рассказала, что стопы у меня идеальной формы, синяков теперь нет, а пара ссадин… Да, останутся, средства для исцеления ссадин у неё нет, но они и сами быстро заживут. В порыве чувств эта лесби попробовала облобызать моя левую ступню, за что я пригрозила врезать ей как следует правой, она мне поверила и безропотно отлипла.
Краска на лобковой пентаграмме Нелли высохла, и она, одевшись, заявила, что за услуги Дианы заплатит сама, будто кто-то предлагал сделать это за неё, я тоже расплатилась по счёту. Едва мы покинули цирюльню, у меня возникло ощущение направленного на меня чьего-то недоброго взгляда, хотя вокруг я никого не увидела, как ни вглядывалась. Я знала, что на самом деле чужой взгляд на себе никто не чувствует, взгляд – штука нематериальная, но иногда такие подсказки даёт подсознание, оно же интуиция, видать, я заметила что-то подозрительное, но не поняла, что заметила что-то подозрительное.
- Снейк, на меня сейчас кто-то чужой смотрит? – спросила я.
- Ещё как. Через окно. Она в тебя влюбилась.
Вот как раз взгляда Дианы я не чувствовала. Но в любом случае торчать здесь, выжидая неизвестно чего, было глупо, тем более, Нелли уже отвязала свою кобылу и взобралась в седло. Змея расслаблено висела на моей шее.
- Снейк, вцепись покрепче, буду запрыгивать в седло, а то слетишь с меня, как налипшее говно, - предупредила я.
- Ну, и прыгай, только мозги мне не трахай, - откликнулась она.
Любое обезболивающее, стимулятор и всё такое, будь оно снадобьем или чистым заклинанием, прекратив своё действие, порождает откат – боль, намного превосходящую ту, с которую изначально подавляли. Это используют, когда боль нужно убрать именно сейчас. Я так до конца боя подавила дикую боль от стрелы в плече, и несколько часов потом мучилась, переживая откат. Но мучилась уже после боя, на трупах перебитых нами врагов. Мне потом стало легче, а вот им – нет.
И чем сильнее маг, тем сильнее откат. У простолюдинов откат слабый, у магов вроде меня – жуткий. Из-за этого мой организм не принимает алкоголь – если бы принял, откатом, который простолюдины называют похмельем, меня бы вынесло прямиком в Чертоги. А жаль. Я же вижу, сколько счастья им приносят недоступные мне пьянство и наркотики. Одна радость, что не вызывает отката табачный дым.
А средство от синяков явно изобрёл гений. Совсем без отката он обойтись не мог, законы магии нарушать никому не дано, но ему удалось свести откат к лёгкому покалыванию в тех местах, где были синяки, но это для меня, а маги послабее небось вообще ничего не почувствовали бы. Я запросто могла не обращать внимания на такой откат, так что коротко разбежалась, прыгнула и, развернувшись в воздухе, мягко приземлилась жопой на спину Ворону, свесив ноги на одну сторону. Кавалерист из меня слабенький, но основам верховой езды учат всех леди, а этот трюк я освоила на войне. Там, правда, лошади поменьше были. Даже мягкое приземление сбросило Снейк с моих плеч, и она полетела на землю. Не задумываясь, я поймала её рукой и вернула на шею.
- Дура, - прошипела она. – Змей нельзя хватать сверху! Я тебя за это ужалю!
- Нельзя, - возразила я, хихикая. – Если цапнешь, я стану ещё большей дурой, чем ты.
- Ладно, хватай меня, как тебе удобно, - Снейк тоже изобразила хихиканье. – Я же твой фамильяр, всё-таки. И ещё, Алка, спасибо, что спасла меня от падения с высоты коня.
Она раздула свой капюшон и ткнулась мне в губы, я тоже чмокнула её в морду. Казалось бы, можно ехать, но Нелли вдруг застонала, схватилась за живот и стала валиться с лошади. Еле успела одной рукой схватить брошенные поводья кобылы, а второй – удержать девчонку от падения. Выглядела она ступившей одной ногой в Чертоги. Если ступит и второй, обвинят меня. Придётся удирать в Ничейные земли, даже не заглянув к Илоне за своими вещами.
Когда кому-то херово, обычно зовут целителя. Конечно, если на пострадавшего всем насрать, никого не звали, и либо добивали несчастного, либо спокойно проходили мимо, вручив его участь Судьбе. Как поступить с внезапно захворавшей Нелли, я не знала. Оптимальным выглядел вариант «забыть, что девчонка мне нужна, и удирать со всех ног, положившись на скорость Ворона». Конечно, рискованно, но во всём остальном, что я смогла быстро придумать, риск был больше десятикратно.
Или всё же потащить девчонку к целителю? А тот определит, что виной всему пагубное влияние на юную белую леди чёрной магии в виде пентаграммы вокруг её причинного места, и вызовет стражу или Инквизицию для моего ареста. А те меня нечаянно убьют, зачем им возиться с сильным магом? Я стану мёртвой злодейкой, дело закрыто, и к тому же кто-то получит бонус – двух фамильяров. Ведь на мою защиту не встанет ни Род, ни какая-нибудь даже самая захудалая банда.
Бросить Нелли на произвол Судьбы и удрать? А она выживет и обвинит во всём меня, и этот вариант плавно перетекает в предыдущий. С той разницей, что арестовывать меня будут не здесь, а на границе. Если у них внутренняя стража едва не поголовно состоит из магов, то в пограничной наверняка то же самое. Скорее всего я магически сильнее любого из пограничников, но их много, я одна вряд ли с ними всеми справлюсь.
Ещё можно обратиться к здешнему лорду с обвинением Дианы в смерти девочки. Но лорд на Суде почти наверняка примет сторону Дианы – она лесби и открыто балуется приворотами, и где наказание извращенки? Она, похоже, обзавелась могущественными покровителями. В их число вполне могут входить лорд Говард или святой отец Бернар. Что-то и в этом случае ничего, кроме Чертогов, для меня не просматривается.
- Алка, радуйся, что в отличие от меня, девчонка не знает твоих кровожадных мыслей, - прошипела Снейк. – Разрабатывает планы, как тебя в Чертоги переправить. Нелли, не обижайся на неё, пожалуйста, почти все чёрные леди такие же, как она, а то и ещё хуже.
- Леди Алла, вы правда думаете о том, как меня убить? – испугалась девочка.
- Я обдумываю все варианты, пытаясь найти такой, при котором я останусь жива. Как по мне, несправедливо – порчу навела Диана, а на костёр или плаху за это взойду я.
- Никто на меня порчу не наводил, и Диана тут вообще ни при чём. Эта боль в животе началась у меня ещё вчера. Поболит немного, и сама собой проходит. А потом снова болит и снова проходит. Вот сейчас как раз проходит.
И действительно, чуть раньше она выглядела уже шагнувшей за порог Чертогов, а теперь – лишь наступившей на этот порог носком сапога. Выходит, приступ у неё миновал, это радует, но когда грянет следующий и не прикончит ли он её? Судя по тому, что я видела, до этого недалеко
- Снейк, а твоё поведение я напрочь не поняла, - продолжила я своё «дознание». – Ты теперь будешь постоянно сообщать всем желающим мои мысли, фамильярочка ты моя подколодная?
- Нет, Алка, успокойся. Это была разовая акция. Я хотела тебя остановить раньше, чем ты начнёшь действовать. И, заметь, остановила.
- Надеюсь, мля, на это. А с тобой нам, Нелли, всё равно придётся срочно посетить целителя. Ты выглядела стоящей на пороге Чертогов. Да и сейчас выглядишь ненамного лучше. Если уж мне придётся иметь дело с твоим трупом, я должна знать, что именно тебя умертвило.
- Я показывалась целителю, - заверила меня девочка. – Через шар. Это наш замковый целитель, очень хороший. Он сказал, что в моём недомогании нет ничего страшного, нужно просто немного потерпеть, все леди моего рода через это прошли. Была бы я простолюдинкой, он бы мне прописал обезболивающее, но…
- Я прекрасно знаю, что такое откат, - прервала её я. – В том числе по личному опыту. Так что эту часть можешь пропустить. Переходи сразу к тому месту, где он рассказывает о твоём недуге.
- Он мне сказал, что это вовсе никакой не недуг, а процесс перестройки моего организма, причём не магический, а чисто физиологический.
- И что означает этот набор до жути умных слов? – не поняла я.
- Что моё тело готовится к превращению.
- Во что?
- Этого он мне не сказал. Сказал только, что беспокоится не о чем, немного поболит и пройдёт. Вот я и жду, когда пройдёт, леди Алла.
- Ты можешь с ним связаться?
- Конечно.
- Вот и свяжись с ним, пожалуйста, пусть он эту херь мне повторит. А то в твоём изложении она звучит слишком уж фантастично.
- Алка, мы битый час стоим перед этой занюханой цирюльней, - напомнила о себе Снейк. – Лесби всё так же смотрит на нас, и скорее всего, дрочит, причём на тебя, а не на меня и даже не на девчонку. Может, поедем отсюда, раз уж Нелли стало легче? Если, конечно, ты от оргазмов Дианы, полученных с твоей помощью, сама не получаешь удовольствия.
- Насколько мне известно, Тьма не поощряет самоудовлетворения, - хмыкнула я. – Но я не знаю, блокирует ли она оргазм у онаниста. Или я должна называть его мастурбантом?
- Её, в данном случае. Ну, раз ты для этого занятия аж два названия знаешь, наверняка и сама этим раньше баловалась. Хоть Тьма и не поощряет.
- Названий я знаю значительно больше, чем два. Например, дрочь. Да и про уже упомянутое самоудовлетворение ты забыла. Ну, у тебя и темы для разговоров, Снейк. Фу, мерзость!
Я смачно сплюнула в пыль и отпустила Нелли, которую придерживала за плечо, а она перехватила у меня поводья своей лошади и тронула пятками её бока, приказав идти шагом. Ворон, не дожидаясь моих команд, двинулся рядом, подстраиваясь под её скорость. Девочка не очень уверенно достала из кармана шар и уставилась на него, я боялась, что она свой шар уронит, но этого не случилось, даже когда её детское личико вновь исказилось очередным спазмом боли.
В шаре возник образ улыбающегося старичка с удивительно добрым лицом. Примерно такие же лица у святых бога простолюдинов на картинках в их священных книгах. Да и старичок выглядел ровесником этого бога, который якобы создал всё Мироздание – был он толст, идеально лыс и весьма морщинист, а плотная белоснежная аура, столь же идеальная, как и лысина, тоже подошла бы любому святому. Лучезарная улыбка обнажала его деревянные зубы, держащиеся в его рту непонятно как. Возможно, они вообще были иллюзорными, ведь при взгляде сквозь шар магическое зрение не работает, так что иллюзия неотличима от реальности.
Из его разговора с Нелли я успела понять, что этот святой целитель откликается на кличку «магистр Савелий», как на мой вкус, совершенно дурацкую, но это неважно, лишь бы целителем хорошим был. Пока я слушала их ожесточённый спор, Снейк через декольте нагло залезла в левую чашечку лифа моего платья и спряталась там. Со стороны она там выглядела, как оторванный или отрезанный у великана хер. То, что она там изредка шевелилась, придавало этому украшению дополнительную непристойность.
- Ужалю за такие мысли! – пригрозила Снейк.
- Это за какие? – прервав болтовню с целителем, уточнила Нелли.
- Тебе такое ещё рано слышать.
- С кем ты там разговариваешь, юная леди Нелли? – поинтересовался целитель.
- Со мной, - ответила я за неё. – Или с моим фамильяром. Тут трудно понять, нужно догадываться, лорд магистр.
- Я могу увидеть твоего фамильяра?
- Ага. Нелли, покажи лорду магистру Ворона.
- Он и так должен видеть Ворона, - заявила девочка, и уточнила для Савелия: - Ворон – это конь леди Аллы.
- О, леди Алла, ты ездишь верхом на демоне, да ещё и в женском седле! – восхитился тот.
- Ага, - согласилась я, хоть и ехала без седла. – Я же женщина. Да и Ворон не демон, а всего лишь полудемон, и от этого он ничуть не хуже. Но ближе к делу. Магистр Савелий, вы расскажете мне, что за недомогание терзает юную леди Нелли, чтобы я знала, нужно ли мне опасаться за её жизнь?
- Вообще-то кодекс белого целительства запрещает мне сообщать посторонним о состоянии здоровья пациента. Но в данных обстоятельствах, пожалуй, могу слегка нарушить кодекс и со всей определённостью сообщить тебе: нет, беспокоиться не нужно. Жизни девочки это совершенно не угрожает.
- Хотелось бы услышать подробности.
- А вот поделиться с тобой подробностями, увы, не имею права. Но они тебе и не нужны, ведь Нелли передала тебе мои слова.
- Меня терзает подозрение, что она могла неправильно вас понять. Нелли довольно умна, но ведь ей всего десять лет! Да и я могла неправильно понять уже её.
- Обоснованное подозрение, - признал целитель. – Перескажи мне якобы мои выводы, и я определю и, возможно, скажу тебе, напутано в них что-то или нет. Только сначала я бы и сам хотел удовлетворить своё любопытство. Задать несколько невинных вопросов о твоей внешности. Ты на них ответишь?
- С моей внешностью что-то не так? – обеспокоилась я. – Что именно?
Было очевидно, что если я не отвечу на его вопросы, то и сама ни хера от него не узнаю. А мне нужно узнать. Савелий это тоже прекрасно понимал, и мою реплику проигнорировал.
- У тебя одна грудь намного больше другой, - заявил он. – И это не опухоль!
Снейк завозилась в моём лифе, явно намереваясь ответить ему какой-нибудь гадостью. Целитель, выпучив глаза, уставился на мою шевелящуюся левую грудь. Змею он видеть не мог, она из-под платья пока не показывалась, но и без того зрелище сотворила незабываемое.
- Алка, что ты перед ним расстилаешься, как шлюха в борделе перед аристократом? – возмущённо выкрикнула она, впрочем, слышали её только я и Нелли. – Меня от тебя тошнит! Я сейчас сблюю! Ты видела когда-нибудь блюющую кобру? Так сейчас увидишь, если не прекратишь! Вырыгаю полупереваренную белочку прямо на твои нежные соски! На хер тебе сдался этот старый ишак? Даже если вдруг, непонятно почему, тебя так беспокоит жизнь девчонки, её целитель тебе уже сказал, что для неё эта болячка не смертельна. Пошли его на хер, да и всё!
- У тебя там, под платьем, что-то есть, - разволновался Савелий.
- Ага, - согласилась я. – Там, куда вы смотрите, находится моя левая грудь. И хватит о ней.
- Ладно. Вопрос у меня такой. У всех леди, которых я когда-либо видел, были длинные волосы, а у тебя…
- А я поймала в свою роскошную гриву файербол, - соврала я. – Стыдно, но так уж оно вышло. Это всё, что осталось от роскошной гривы после обработки цирюльником.
- Змеиные у вас шутки, - хихикнула неимоверно довольная собой девочка. – Но ничего, я это переживу, наверно.
Пока сохла краска на её лобковых волосах, Диана сумела мне всучить снадобье от синяков, похваставшись, что цирюльники и целители не так давно были одними и теми же людьми, так что она до сих пор торгует средствами для исцеления незначительных ран. Снадобье оказалось бесцветной жидкостью со слабым запахом лимона, Снейк заявила, что это явно не яд, и я позволила Диане смочить этим синяки на моих многострадальных ступнях. Синяки мгновенно исчезли, а ноги слегка онемели и перестали болеть. Боль была слабая, но всё равно без неё гораздо лучше.
Хотела купить пару флакончиков этого явно полезного снадобья, но увы – его срок годности составлял всего несколько минут, а если приобретать всё необходимое, чтобы изготавливать его самой, то для перевозки этого барахла потребуется небольшой обоз. Снейк удивилась, что я не знаю такого удобного средства от синяков, я тоже удивилась, что им никогда на моей памяти не пользовались в замке Блэкбоар, но промолчала.
Зато вместо меня затараторила Диана. Рассказала, что стопы у меня идеальной формы, синяков теперь нет, а пара ссадин… Да, останутся, средства для исцеления ссадин у неё нет, но они и сами быстро заживут. В порыве чувств эта лесби попробовала облобызать моя левую ступню, за что я пригрозила врезать ей как следует правой, она мне поверила и безропотно отлипла.
Краска на лобковой пентаграмме Нелли высохла, и она, одевшись, заявила, что за услуги Дианы заплатит сама, будто кто-то предлагал сделать это за неё, я тоже расплатилась по счёту. Едва мы покинули цирюльню, у меня возникло ощущение направленного на меня чьего-то недоброго взгляда, хотя вокруг я никого не увидела, как ни вглядывалась. Я знала, что на самом деле чужой взгляд на себе никто не чувствует, взгляд – штука нематериальная, но иногда такие подсказки даёт подсознание, оно же интуиция, видать, я заметила что-то подозрительное, но не поняла, что заметила что-то подозрительное.
- Снейк, на меня сейчас кто-то чужой смотрит? – спросила я.
- Ещё как. Через окно. Она в тебя влюбилась.
Вот как раз взгляда Дианы я не чувствовала. Но в любом случае торчать здесь, выжидая неизвестно чего, было глупо, тем более, Нелли уже отвязала свою кобылу и взобралась в седло. Змея расслаблено висела на моей шее.
- Снейк, вцепись покрепче, буду запрыгивать в седло, а то слетишь с меня, как налипшее говно, - предупредила я.
- Ну, и прыгай, только мозги мне не трахай, - откликнулась она.
Любое обезболивающее, стимулятор и всё такое, будь оно снадобьем или чистым заклинанием, прекратив своё действие, порождает откат – боль, намного превосходящую ту, с которую изначально подавляли. Это используют, когда боль нужно убрать именно сейчас. Я так до конца боя подавила дикую боль от стрелы в плече, и несколько часов потом мучилась, переживая откат. Но мучилась уже после боя, на трупах перебитых нами врагов. Мне потом стало легче, а вот им – нет.
И чем сильнее маг, тем сильнее откат. У простолюдинов откат слабый, у магов вроде меня – жуткий. Из-за этого мой организм не принимает алкоголь – если бы принял, откатом, который простолюдины называют похмельем, меня бы вынесло прямиком в Чертоги. А жаль. Я же вижу, сколько счастья им приносят недоступные мне пьянство и наркотики. Одна радость, что не вызывает отката табачный дым.
А средство от синяков явно изобрёл гений. Совсем без отката он обойтись не мог, законы магии нарушать никому не дано, но ему удалось свести откат к лёгкому покалыванию в тех местах, где были синяки, но это для меня, а маги послабее небось вообще ничего не почувствовали бы. Я запросто могла не обращать внимания на такой откат, так что коротко разбежалась, прыгнула и, развернувшись в воздухе, мягко приземлилась жопой на спину Ворону, свесив ноги на одну сторону. Кавалерист из меня слабенький, но основам верховой езды учат всех леди, а этот трюк я освоила на войне. Там, правда, лошади поменьше были. Даже мягкое приземление сбросило Снейк с моих плеч, и она полетела на землю. Не задумываясь, я поймала её рукой и вернула на шею.
- Дура, - прошипела она. – Змей нельзя хватать сверху! Я тебя за это ужалю!
- Нельзя, - возразила я, хихикая. – Если цапнешь, я стану ещё большей дурой, чем ты.
- Ладно, хватай меня, как тебе удобно, - Снейк тоже изобразила хихиканье. – Я же твой фамильяр, всё-таки. И ещё, Алка, спасибо, что спасла меня от падения с высоты коня.
Она раздула свой капюшон и ткнулась мне в губы, я тоже чмокнула её в морду. Казалось бы, можно ехать, но Нелли вдруг застонала, схватилась за живот и стала валиться с лошади. Еле успела одной рукой схватить брошенные поводья кобылы, а второй – удержать девчонку от падения. Выглядела она ступившей одной ногой в Чертоги. Если ступит и второй, обвинят меня. Придётся удирать в Ничейные земли, даже не заглянув к Илоне за своими вещами.
***
Когда кому-то херово, обычно зовут целителя. Конечно, если на пострадавшего всем насрать, никого не звали, и либо добивали несчастного, либо спокойно проходили мимо, вручив его участь Судьбе. Как поступить с внезапно захворавшей Нелли, я не знала. Оптимальным выглядел вариант «забыть, что девчонка мне нужна, и удирать со всех ног, положившись на скорость Ворона». Конечно, рискованно, но во всём остальном, что я смогла быстро придумать, риск был больше десятикратно.
Или всё же потащить девчонку к целителю? А тот определит, что виной всему пагубное влияние на юную белую леди чёрной магии в виде пентаграммы вокруг её причинного места, и вызовет стражу или Инквизицию для моего ареста. А те меня нечаянно убьют, зачем им возиться с сильным магом? Я стану мёртвой злодейкой, дело закрыто, и к тому же кто-то получит бонус – двух фамильяров. Ведь на мою защиту не встанет ни Род, ни какая-нибудь даже самая захудалая банда.
Бросить Нелли на произвол Судьбы и удрать? А она выживет и обвинит во всём меня, и этот вариант плавно перетекает в предыдущий. С той разницей, что арестовывать меня будут не здесь, а на границе. Если у них внутренняя стража едва не поголовно состоит из магов, то в пограничной наверняка то же самое. Скорее всего я магически сильнее любого из пограничников, но их много, я одна вряд ли с ними всеми справлюсь.
Ещё можно обратиться к здешнему лорду с обвинением Дианы в смерти девочки. Но лорд на Суде почти наверняка примет сторону Дианы – она лесби и открыто балуется приворотами, и где наказание извращенки? Она, похоже, обзавелась могущественными покровителями. В их число вполне могут входить лорд Говард или святой отец Бернар. Что-то и в этом случае ничего, кроме Чертогов, для меня не просматривается.
- Алка, радуйся, что в отличие от меня, девчонка не знает твоих кровожадных мыслей, - прошипела Снейк. – Разрабатывает планы, как тебя в Чертоги переправить. Нелли, не обижайся на неё, пожалуйста, почти все чёрные леди такие же, как она, а то и ещё хуже.
- Леди Алла, вы правда думаете о том, как меня убить? – испугалась девочка.
- Я обдумываю все варианты, пытаясь найти такой, при котором я останусь жива. Как по мне, несправедливо – порчу навела Диана, а на костёр или плаху за это взойду я.
- Никто на меня порчу не наводил, и Диана тут вообще ни при чём. Эта боль в животе началась у меня ещё вчера. Поболит немного, и сама собой проходит. А потом снова болит и снова проходит. Вот сейчас как раз проходит.
И действительно, чуть раньше она выглядела уже шагнувшей за порог Чертогов, а теперь – лишь наступившей на этот порог носком сапога. Выходит, приступ у неё миновал, это радует, но когда грянет следующий и не прикончит ли он её? Судя по тому, что я видела, до этого недалеко
- Снейк, а твоё поведение я напрочь не поняла, - продолжила я своё «дознание». – Ты теперь будешь постоянно сообщать всем желающим мои мысли, фамильярочка ты моя подколодная?
- Нет, Алка, успокойся. Это была разовая акция. Я хотела тебя остановить раньше, чем ты начнёшь действовать. И, заметь, остановила.
- Надеюсь, мля, на это. А с тобой нам, Нелли, всё равно придётся срочно посетить целителя. Ты выглядела стоящей на пороге Чертогов. Да и сейчас выглядишь ненамного лучше. Если уж мне придётся иметь дело с твоим трупом, я должна знать, что именно тебя умертвило.
- Я показывалась целителю, - заверила меня девочка. – Через шар. Это наш замковый целитель, очень хороший. Он сказал, что в моём недомогании нет ничего страшного, нужно просто немного потерпеть, все леди моего рода через это прошли. Была бы я простолюдинкой, он бы мне прописал обезболивающее, но…
- Я прекрасно знаю, что такое откат, - прервала её я. – В том числе по личному опыту. Так что эту часть можешь пропустить. Переходи сразу к тому месту, где он рассказывает о твоём недуге.
- Он мне сказал, что это вовсе никакой не недуг, а процесс перестройки моего организма, причём не магический, а чисто физиологический.
- И что означает этот набор до жути умных слов? – не поняла я.
- Что моё тело готовится к превращению.
- Во что?
- Этого он мне не сказал. Сказал только, что беспокоится не о чем, немного поболит и пройдёт. Вот я и жду, когда пройдёт, леди Алла.
- Ты можешь с ним связаться?
- Конечно.
- Вот и свяжись с ним, пожалуйста, пусть он эту херь мне повторит. А то в твоём изложении она звучит слишком уж фантастично.
- Алка, мы битый час стоим перед этой занюханой цирюльней, - напомнила о себе Снейк. – Лесби всё так же смотрит на нас, и скорее всего, дрочит, причём на тебя, а не на меня и даже не на девчонку. Может, поедем отсюда, раз уж Нелли стало легче? Если, конечно, ты от оргазмов Дианы, полученных с твоей помощью, сама не получаешь удовольствия.
- Насколько мне известно, Тьма не поощряет самоудовлетворения, - хмыкнула я. – Но я не знаю, блокирует ли она оргазм у онаниста. Или я должна называть его мастурбантом?
- Её, в данном случае. Ну, раз ты для этого занятия аж два названия знаешь, наверняка и сама этим раньше баловалась. Хоть Тьма и не поощряет.
- Названий я знаю значительно больше, чем два. Например, дрочь. Да и про уже упомянутое самоудовлетворение ты забыла. Ну, у тебя и темы для разговоров, Снейк. Фу, мерзость!
Я смачно сплюнула в пыль и отпустила Нелли, которую придерживала за плечо, а она перехватила у меня поводья своей лошади и тронула пятками её бока, приказав идти шагом. Ворон, не дожидаясь моих команд, двинулся рядом, подстраиваясь под её скорость. Девочка не очень уверенно достала из кармана шар и уставилась на него, я боялась, что она свой шар уронит, но этого не случилось, даже когда её детское личико вновь исказилось очередным спазмом боли.
В шаре возник образ улыбающегося старичка с удивительно добрым лицом. Примерно такие же лица у святых бога простолюдинов на картинках в их священных книгах. Да и старичок выглядел ровесником этого бога, который якобы создал всё Мироздание – был он толст, идеально лыс и весьма морщинист, а плотная белоснежная аура, столь же идеальная, как и лысина, тоже подошла бы любому святому. Лучезарная улыбка обнажала его деревянные зубы, держащиеся в его рту непонятно как. Возможно, они вообще были иллюзорными, ведь при взгляде сквозь шар магическое зрение не работает, так что иллюзия неотличима от реальности.
Из его разговора с Нелли я успела понять, что этот святой целитель откликается на кличку «магистр Савелий», как на мой вкус, совершенно дурацкую, но это неважно, лишь бы целителем хорошим был. Пока я слушала их ожесточённый спор, Снейк через декольте нагло залезла в левую чашечку лифа моего платья и спряталась там. Со стороны она там выглядела, как оторванный или отрезанный у великана хер. То, что она там изредка шевелилась, придавало этому украшению дополнительную непристойность.
- Ужалю за такие мысли! – пригрозила Снейк.
- Это за какие? – прервав болтовню с целителем, уточнила Нелли.
- Тебе такое ещё рано слышать.
- С кем ты там разговариваешь, юная леди Нелли? – поинтересовался целитель.
- Со мной, - ответила я за неё. – Или с моим фамильяром. Тут трудно понять, нужно догадываться, лорд магистр.
- Я могу увидеть твоего фамильяра?
- Ага. Нелли, покажи лорду магистру Ворона.
- Он и так должен видеть Ворона, - заявила девочка, и уточнила для Савелия: - Ворон – это конь леди Аллы.
- О, леди Алла, ты ездишь верхом на демоне, да ещё и в женском седле! – восхитился тот.
- Ага, - согласилась я, хоть и ехала без седла. – Я же женщина. Да и Ворон не демон, а всего лишь полудемон, и от этого он ничуть не хуже. Но ближе к делу. Магистр Савелий, вы расскажете мне, что за недомогание терзает юную леди Нелли, чтобы я знала, нужно ли мне опасаться за её жизнь?
- Вообще-то кодекс белого целительства запрещает мне сообщать посторонним о состоянии здоровья пациента. Но в данных обстоятельствах, пожалуй, могу слегка нарушить кодекс и со всей определённостью сообщить тебе: нет, беспокоиться не нужно. Жизни девочки это совершенно не угрожает.
- Хотелось бы услышать подробности.
- А вот поделиться с тобой подробностями, увы, не имею права. Но они тебе и не нужны, ведь Нелли передала тебе мои слова.
- Меня терзает подозрение, что она могла неправильно вас понять. Нелли довольно умна, но ведь ей всего десять лет! Да и я могла неправильно понять уже её.
- Обоснованное подозрение, - признал целитель. – Перескажи мне якобы мои выводы, и я определю и, возможно, скажу тебе, напутано в них что-то или нет. Только сначала я бы и сам хотел удовлетворить своё любопытство. Задать несколько невинных вопросов о твоей внешности. Ты на них ответишь?
- С моей внешностью что-то не так? – обеспокоилась я. – Что именно?
Было очевидно, что если я не отвечу на его вопросы, то и сама ни хера от него не узнаю. А мне нужно узнать. Савелий это тоже прекрасно понимал, и мою реплику проигнорировал.
- У тебя одна грудь намного больше другой, - заявил он. – И это не опухоль!
Снейк завозилась в моём лифе, явно намереваясь ответить ему какой-нибудь гадостью. Целитель, выпучив глаза, уставился на мою шевелящуюся левую грудь. Змею он видеть не мог, она из-под платья пока не показывалась, но и без того зрелище сотворила незабываемое.
- Алка, что ты перед ним расстилаешься, как шлюха в борделе перед аристократом? – возмущённо выкрикнула она, впрочем, слышали её только я и Нелли. – Меня от тебя тошнит! Я сейчас сблюю! Ты видела когда-нибудь блюющую кобру? Так сейчас увидишь, если не прекратишь! Вырыгаю полупереваренную белочку прямо на твои нежные соски! На хер тебе сдался этот старый ишак? Даже если вдруг, непонятно почему, тебя так беспокоит жизнь девчонки, её целитель тебе уже сказал, что для неё эта болячка не смертельна. Пошли его на хер, да и всё!
- У тебя там, под платьем, что-то есть, - разволновался Савелий.
- Ага, - согласилась я. – Там, куда вы смотрите, находится моя левая грудь. И хватит о ней.
- Ладно. Вопрос у меня такой. У всех леди, которых я когда-либо видел, были длинные волосы, а у тебя…
- А я поймала в свою роскошную гриву файербол, - соврала я. – Стыдно, но так уж оно вышло. Это всё, что осталось от роскошной гривы после обработки цирюльником.
