- Вы же сказали мне «Нет», - растерялся инквизитор.
- О, если чёрная леди говорит «Нет», это означает «Может быть». Я же не могу отдаться мужчине, с которым даже ни разу не потанцевала!
- Но хотя бы один поцелуй!
- После секса, - пообещала я. – Или даже во время секса. Но нам с юной леди Нелли действительно пора.
Он за нами не поехал, чем здорово меня обрадовал. В его отсутствие оживилась Снейк и принялась меня всячески поносить.
- Ты, дура долбанная, постоянно брешешь, но вот инквизитору обязательно надо было правду сказать в самом для него болезненном вопросе! Да, потом попыталась всё исправить, но он же не такой дурак, как ты! Он всё поймёт, пусть не сразу!
- Где я сбрехала? – возмутилась я.
- Танцы она обожает, ага
- Это мелочь и не считается, - отмахнулась я.
- И ни разу не трахалась с мужчиной, с которым не потанцевала?
- Невежливо упрекать скромную порядочную девушку в половой распущенности.
- А раз ты настолько конченная шлюха, почему ты ему не дала прямо здесь и сейчас?
- Такому только дай разок, и он потом с меня минимум неделю не слезет.
- Ну, и побаловала бы его недельку-другую.
- Я к таким подвигам не готова.
- Ты не хочешь избежать риска? – изумилась Снейк.
- Не такой ценой. Я не привыкла сексом решать вопросы безопасности. Даже если ты считаешь меня шлюхой. И ты, телепатка, знаешь, почему именно сейчас я не хочу развратничать.
- Что значит «я считаю»? Ты и есть самая настоящая шлюха!
- Ну, уговорила. Допустим, я и есть самая настоящая шлюха. И что?
Я снова закурила, бросив на змею злобный взгляд, обещающий жестокую кару за не те слова.
- Кури, я не против. Кто тебя за это упрекнёт, после общения с инквизитором? А знаешь, чем ты привлекла этого самца? Тем, что ездишь верхом в платье. Или не догадывалась, что это самцов возбуждает? Я-то знаю, много раз была фамильяром самцов.
- И хер с ним. Мой костюм для верховой езды мокрый, а женского седла у меня нет. Да и не люблю я ездить в женском седле.
- Оно тебе и не помогло бы. Ты и в нём выглядела бы, как шлюха.
- Ты белку сожрала, - напомнила я. – Тебе после этого полагается спать и переваривать добычу, а не обзывать меня, скромную приличную девушку, шлюхой.
Снейк свернулась в тугой узел, обвив мою шею, мгновенно уснула и как результат, наконец, заткнулась. Хорошо хоть, не захрапела, змеи не храпят, насколько я знаю. Собиралась покурить в тишине и спокойствии, но Судьба решила иначе, явив свою волю через Нелли.
- Леди Алла, почему Снейк называет вас шлюхой? – тут же заговорила она. – Вы же не…
- У неё спросишь, когда проснётся. Она тебе с удовольствием всё выложит.
- А почему не хотите развратничать с инквизитором?
- Нелли, если ты не в силах молчать, говори о чём-нибудь другом. Не обо мне.
- Ой, простите! Я не знала, что это вам так неприятно.
- Теперь знаешь.
- А о ритуале призыва демонов можно?
- Валяй.
- Когда мы их призовём?
- Не сейчас. Может, и никогда.
- Почему? – потрясённо воскликнула Нелли. – Вы же обещали!
- Слава Смерти, это не была магическая клятва. Мне вдруг стало понятно, что проводить ритуалы с жертвоприношениями ты пока не готова.
- Это из-за той белочки? Но я же извинилась!
- В жопу извинения! Они влияют только на отношения между людьми. Ну, фамильяров сюда же, наверно. И богинь, если Они взаправду существуют. А ты как была слишком доброй для ритуалов чёрной магии, так и осталась.
- Леди Алла, разве важно, буду ли я плакать, призывая демона? Не сомневайтесь, я справлюсь с жертвоприношением. Я даже могу это прямо сейчас доказать!
Я не очень понимала, почему девочке с белой аурой так хочется провести ритуал чёрной магии, пусть даже безобидный настолько, насколько это вообще возможно, если она так непросто переносит жертвоприношение. Для меня призыв мишки, совершенно бесполезного демона, был просто тренировкой почти без опасности для окружающих. Мне было лет семь, когда папа начал нас с Анькой обучать ритуалу призыва. Сестрица первым делом попыталась принести в жертву не кролика, а меня, я тоже вынашивала злобные замыслы в её адрес, и как-то получилось, что мы обе остались не только живы, но и почти целы.
Через месяц тренировок, перебив массу жертвенных животных с хозяйственного двора замка, я научилась и рисовать пентаграмму и нужные руны с завязанными глазами, и убивать жертвенную живность с одного удара, нисколько не теряя при этом душевного равновесия. Твёрдость руки при этом выработалась сама собой. Что от проведения этого ритуала надеялась получить Нелли, я понятия не имела, да и не интересовалась особо.
- Надеюсь, доказывать ты собираешься не массовой бойней зверушек у меня на глазах? – тяжко вздохнула я.
- Зачем массовой? – перепугалась девочка. – Разве одного зверька для этого не хватит?
- Дело не в количестве. Убийство жертвы – не самоцель, а один из начальных этапов ритуала. Задача мага, проводящего ритуал – не просто убить, а убив, сохранить полное душевное равновесие. Ведь потом магу нужно без малейших помарок вычертить пентаграмму и руны кровью жертвы. А в конце не сбиться, читая заклинание. Пентаграмму и руны я ещё смогу проверить на дефекты, а вот заклинание заранее не проконтролировать. Одним душевное спокойствие после убийства даётся легко, например, мне и твоей тёте, ведь она уже призывала мишек. А тебе, на мой взгляд, нет. Всё, вопрос закрыт. Тем более, вот и цирюльня.
В этой забытой богинями местности имелось всего две цирюльни. Ближайшая принадлежала некоему Ахмету, но он был белым магом и, судя по имени, уроженцем каких-то очень дальних мест, так что я не рискнула иметь с ним дело. Владелицей второй была некая Диана, чёрная магичка, о которой, по словам Нелли, ходили очень нехорошие слухи. Чем она прославилась, я не поняла, но в херовом профессиональном мастерстве её, похоже, не обвиняли. Да у меня и выбора-то не было, раз Ахмет отпал.
Диана оказалась красивой жгучей брюнеткой лет сорока, смуглой, с зелёными глазами и не очень густой чёрной аурой. Оделась она во всё белое – шортики, топик и открытые босоножки на таких огромных каблуках, какие я бы обуть побоялась, а если бы всё же рискнула, то запросто вывихнула бы лодыжку. Ногти она накрасила кроваво-красным лаком, именно такой я и собиралась заказать себе. Косметика на ней тоже присутствовала, но я косметикой не интересуюсь, так что особо не всматривалась.
- Чего желают леди? – усадив нас в удобные кресла, спросила она мурлычущим голосом.
Я почувствовала, как ментальные щиты, появившиеся у меня давно, ещё после прохождения одиннадцати храмовых ритуалов Смерти, отразили слабенькую попытку приворота.
- Алка, приворот, - прошипела проснувшаяся Снейк. – Эта лесби, долбанная падла…
Я и сама почувствовала, как из моего причинного места приятное тепло разливается по телу, но секс мне настолько надоел, что всё мгновенно прекратилось. На всякий случай я поставила ментальный блок на приворот, но в нём нужды уже не было.
- Леди желает, чтобы ей подстригли волосы на руках и сменили лак на красный, тот оттенок, что у тебя, мне отлично подойдёт, - ответила я Диане, делая вид, что не заметила её мерзких поползновений.
- Волосы на руках сбрить, выжечь или удалить воском?
- Подстричь, - бесстрастно распорядилась я и отмерила на одном из волосков его прежнюю длину. – Оставить вот столько.
- О, леди – воин? – снова замурлыкала Диана. – Я должна была догадаться, такой жуткий шрам на нежном девичьем плечике появился не просто так!
- Снова приворот, и на этот раз очень мощный! – возопила Снейк. – Держись, Алка! Убью эту лесби, и толстый хер на тот магический запрет!
Она спрыгнула с моей шеи и приняла боевую позу. Я погладила её по развёрнутому капюшону, пытаясь мысленно её успокоить. С передачей ей моих мыслей у нас получалось не очень, и мне пришлось обратиться к ней голосом.
- Успокойся, милая змейка, очень тебя прошу, - заговорила я. – Диана, тут что, кого-то привораживают?
- Нет, с чего вы взяли? – перепугано соврала женщина-цирюльник.
- Показалось. Любой приворот в присутствии моей кобры воспламеняет её чувства, а страсть свою она проявляет единственно доступным ей способом – орально, то есть укусом. Даже Тьма внутри жертвы её не останавливает – она же королевская. У тебя есть антидот от яда королевской кобры?
Диана побледнела. Наверно, антидота у неё не было. А Снейк сдула свой капюшон, взобралась ко мне на колени, свернулась в узел и сделала вид, что спит.
- Ты и сейчас хочешь услышать, где ты сбрехала? – ехидно поинтересовалась она, не открывая глаз.
- Сейчас моя змейка переваривает белочку, ей не до сексуальных страстей. Но приворотов больше не надо. Обычно они очень плохо кончаются.
Я зажгла очередную самокрутку, эти однополые привороты заметно отразились на моих несчастных нервах. Снейк хмыкнула, но мудро промолчала, а Диана мгновенно принесла мне пепельницу, которую поставила на подлокотник моего кресла. Она тоже закурила, и я заметила дрожь в её руках – Снейк, оказывается, производит сильное впечатление даже на чёрных магов, привычных к полудемонам. Что ж, спасибо ей за это.
Диана всё ещё дрожащими руками собралась делать мне стрижку на руках, но я потребовала, чтобы она начала с ногтей, и моя якобы спящая фамильярочка поддержала моё требование жутким шипением. Диана если и хотела поспорить, то мгновенно передумала, смочила корпию какой-то остро пахнущей жидкостью, сняла с меня сандалии и принялась тереть мои розовые ноготочки на руках и ногах. Через пару минут лак с ногтей исчез. По словам Дианы, магии на это не потребовалось, обошлось алхимией. После этого она нанесла на мои ногти красный лак, но не того оттенка, какой я хотела.
- Цвет немного изменится, когда лак высохнет, не беспокойтесь, леди. Станет, как у меня, - пообещала она, демонстрируя мне свои пальцы.
Что ж, пришлось поверить на слово. Тем более, после уродского розового цвета любой оттенок красного будет смотреться лучше.
- А можно и мне покурить? – неожиданно попросила Нелли, жутко смущаясь.
Я протянула ей открытый портсигар. Девочка неуверенно протянула руку за дармовым куревом, а Диана бросила на меня удивлённый взгляд.
- Совсем, дура, страх потеряла? – возопила Снейк, продолжая изображать спящую красавицу. – Тебе мало иметь во врагах того долбанного инквизитора из храма Смерти, тебе ещё позарез понадобилось сделать врагом Илону из храма Судьбы? А потом что? Отыщешь кого-нибудь из храма Тьмы и плюнешь ему или ей в рожу, собрав полную коллекцию? Или для её полноты тебе понадобится ещё разозлить жрецов так называемого истинного бога простолюдинов?
- Не мне попрекать юную белую леди этой скверной привычкой, - отмахнулась я.
Сама я впервые закурила в девять лет, через пару часов после того, как случайно увидела Аньку с самокруткой, и не желая ни в чём уступать сестре. Но выкладывать этим двоим детали своей биографии, особенно относящиеся к тяжёлому детству, совершенно незачем.
- Я хочу стать целительницей, - заявила Нелли. – Все целительницы курят, независимо от цвета ауры!
- Вообще-то, по-моему, сначала надо стать целительницей, а потом уже обзаводиться присущими им пороками, - неуверенно возразила я. – Но это не моё дело, тебе виднее. Есть только одно необременительное условие, Нелли – кури так, чтобы я этого не видела. В крайнем случае попроси меня отвернуться. Потом, если что, я честно скажу леди Илоне, что ничего такого не заметила.
- В моём заведении клиентам разрешено курить, - вмешалась в разговор Диана. – независимо от пола и возраста. Но юная леди Нелли пока не клиент. Какие услуги цирюльника ты бы хотела получить?
- Проколоть уши и сделать интимную стрижку?
- Это ещё что? – не поняла я.
- Причёска на лобке, - пояснила Диана. – Если, конечно, у юной леди там найдётся что стричь.
- У меня есть, есть! – обрадовалась Нелли. – Я же не дурочка какая-нибудь! Я давно об этом мечтала, и это было бы глупо, будь я «там» лысой?
Разве, мля, это мечта? Вот у меня в десять лет были мечты куда практичнее. Самая заветная, убить Аньку, так и не сбылась, потому что папа тайком защитил нас друг от друга. Увы, я не смогла, но и Анька меня – тоже.
Интересно, как я бы на месте папы поступила с двумя дочерьми-погодками, каждая из которых страстно желает прикончить сестру? Ведь очень высока вероятность их взаимного отбытия в Чертоги. Наверно, прикончила бы одну из них, чтобы не потерять обеих. А вот старшую отправить в Чертоги или младшую? Наверно, старшую, ведь я младшая, хотя это так себе причина. Лучше всего, конечно, не производить на свет двух дочерей одну за другой, но это решает Судьба. Мои родители тоже хотели второго сына, а родилась я.
Стоп, но раз у меня две дочери, должен быть и хоть какой-то муж. Я не из тех девиц, которые бездумно размножаются. Сделать самой себе аборт может любая женщина-маг. Ещё могу поверить, что меня внезапно подчинит себе инстинкт продолжения рода, но и тогда двух дочерей у меня никак не появится, этот долбанный инстинкт удовлетворится и одной. Значит, муж есть, так что пусть не я, а он выбирает смертницу, а потом сам и отправляет её в Чертоги.
Представила себе мужа с двумя маленькими дочерьми на руках, и совершенно напрасно – мой воображаемый супруг, красавец-брюнет с густой чёрной аурой, подошёл ко мне с явным намерением поцеловать, а я влепила ему увесистую оплеуху. Это же надо придумать такие дурацкие фантазии! Я быстро выбросила всё это говно из головы и вернула себе полное спокойствие и безразличие.
Лак на моих ногтях высох и приобрёл желанный цвет. Правда, Снейк заявила, что на вампира я всё равно не очень похожа, проводила массу времени под летним солнышком и стала слишком смуглая, но это я знала и без неё. Диана тем временем закончила возиться с ушами и лобком Нелли и занялась моими мохнатыми руками. Мне оставалось только восхититься её умением, после стрижки все волоски оказались одинаковой длины, и руки выглядели даже немного эротично, но я всё равно не хотела бы заиметь такую же растительность и на ногах.
Нелли, сняв штаны, сапоги и портянки, развалилась в кресле, раздвинув ноги, и аж светилась радостной улыбкой. Больше всего она сейчас походила на удачливую шлюху на отдыхе, но сходство, скорее всего, было случайным. Мне она с восторгом поведала, что её блондинистый пушок «там» не рассмотрел бы самый внимательный мужчина с самым заинтересованным взглядом, зато теперь, когда после окраски этот пушок стал ярко-рыжим, всё резко поменялось в лучшую сторону. Встав со своего кресла, я подошла к ней и увидела её интимную стрижку.
- Мля, писец злодолбучий, - еле вымолвила я.
- Полный и окончательный, - согласилась Снейк, успевшая вернуться ко мне на шею.
- Вам не нравится? – расстроилась Нелли. – Мне казалось, получилось очень красиво. Краска эта ещё и в темноте светится.
- Красиво, - согласилась я. – Твоя тётя будет в полном восторге, и, несомненно, изольёт свой восторг на мою бедную голову. Скажет, что эта пентаграмма, атрибут чёрной магии, на причинном месте юной леди с белой аурой выглядит прелестно. А тебя спросит, каких демонов ты намерена в неё призывать.
- Демонов по имени «Хер», - подсказала Снейк.
- Фу! Никого я не буду туда призывать, - пообещала Нелли. – Это же просто рисунок, без капли магии. Если он вам не нравится, я его сбрею. А тётя с дядей его вообще не увидят, я перед ними никогда не раздеваюсь.
- О, если чёрная леди говорит «Нет», это означает «Может быть». Я же не могу отдаться мужчине, с которым даже ни разу не потанцевала!
- Но хотя бы один поцелуй!
- После секса, - пообещала я. – Или даже во время секса. Но нам с юной леди Нелли действительно пора.
Он за нами не поехал, чем здорово меня обрадовал. В его отсутствие оживилась Снейк и принялась меня всячески поносить.
- Ты, дура долбанная, постоянно брешешь, но вот инквизитору обязательно надо было правду сказать в самом для него болезненном вопросе! Да, потом попыталась всё исправить, но он же не такой дурак, как ты! Он всё поймёт, пусть не сразу!
- Где я сбрехала? – возмутилась я.
- Танцы она обожает, ага
- Это мелочь и не считается, - отмахнулась я.
- И ни разу не трахалась с мужчиной, с которым не потанцевала?
- Невежливо упрекать скромную порядочную девушку в половой распущенности.
- А раз ты настолько конченная шлюха, почему ты ему не дала прямо здесь и сейчас?
- Такому только дай разок, и он потом с меня минимум неделю не слезет.
- Ну, и побаловала бы его недельку-другую.
- Я к таким подвигам не готова.
- Ты не хочешь избежать риска? – изумилась Снейк.
- Не такой ценой. Я не привыкла сексом решать вопросы безопасности. Даже если ты считаешь меня шлюхой. И ты, телепатка, знаешь, почему именно сейчас я не хочу развратничать.
- Что значит «я считаю»? Ты и есть самая настоящая шлюха!
- Ну, уговорила. Допустим, я и есть самая настоящая шлюха. И что?
Я снова закурила, бросив на змею злобный взгляд, обещающий жестокую кару за не те слова.
- Кури, я не против. Кто тебя за это упрекнёт, после общения с инквизитором? А знаешь, чем ты привлекла этого самца? Тем, что ездишь верхом в платье. Или не догадывалась, что это самцов возбуждает? Я-то знаю, много раз была фамильяром самцов.
- И хер с ним. Мой костюм для верховой езды мокрый, а женского седла у меня нет. Да и не люблю я ездить в женском седле.
- Оно тебе и не помогло бы. Ты и в нём выглядела бы, как шлюха.
- Ты белку сожрала, - напомнила я. – Тебе после этого полагается спать и переваривать добычу, а не обзывать меня, скромную приличную девушку, шлюхой.
Снейк свернулась в тугой узел, обвив мою шею, мгновенно уснула и как результат, наконец, заткнулась. Хорошо хоть, не захрапела, змеи не храпят, насколько я знаю. Собиралась покурить в тишине и спокойствии, но Судьба решила иначе, явив свою волю через Нелли.
- Леди Алла, почему Снейк называет вас шлюхой? – тут же заговорила она. – Вы же не…
- У неё спросишь, когда проснётся. Она тебе с удовольствием всё выложит.
- А почему не хотите развратничать с инквизитором?
- Нелли, если ты не в силах молчать, говори о чём-нибудь другом. Не обо мне.
- Ой, простите! Я не знала, что это вам так неприятно.
- Теперь знаешь.
- А о ритуале призыва демонов можно?
- Валяй.
- Когда мы их призовём?
- Не сейчас. Может, и никогда.
- Почему? – потрясённо воскликнула Нелли. – Вы же обещали!
- Слава Смерти, это не была магическая клятва. Мне вдруг стало понятно, что проводить ритуалы с жертвоприношениями ты пока не готова.
- Это из-за той белочки? Но я же извинилась!
- В жопу извинения! Они влияют только на отношения между людьми. Ну, фамильяров сюда же, наверно. И богинь, если Они взаправду существуют. А ты как была слишком доброй для ритуалов чёрной магии, так и осталась.
- Леди Алла, разве важно, буду ли я плакать, призывая демона? Не сомневайтесь, я справлюсь с жертвоприношением. Я даже могу это прямо сейчас доказать!
Я не очень понимала, почему девочке с белой аурой так хочется провести ритуал чёрной магии, пусть даже безобидный настолько, насколько это вообще возможно, если она так непросто переносит жертвоприношение. Для меня призыв мишки, совершенно бесполезного демона, был просто тренировкой почти без опасности для окружающих. Мне было лет семь, когда папа начал нас с Анькой обучать ритуалу призыва. Сестрица первым делом попыталась принести в жертву не кролика, а меня, я тоже вынашивала злобные замыслы в её адрес, и как-то получилось, что мы обе остались не только живы, но и почти целы.
Через месяц тренировок, перебив массу жертвенных животных с хозяйственного двора замка, я научилась и рисовать пентаграмму и нужные руны с завязанными глазами, и убивать жертвенную живность с одного удара, нисколько не теряя при этом душевного равновесия. Твёрдость руки при этом выработалась сама собой. Что от проведения этого ритуала надеялась получить Нелли, я понятия не имела, да и не интересовалась особо.
- Надеюсь, доказывать ты собираешься не массовой бойней зверушек у меня на глазах? – тяжко вздохнула я.
- Зачем массовой? – перепугалась девочка. – Разве одного зверька для этого не хватит?
- Дело не в количестве. Убийство жертвы – не самоцель, а один из начальных этапов ритуала. Задача мага, проводящего ритуал – не просто убить, а убив, сохранить полное душевное равновесие. Ведь потом магу нужно без малейших помарок вычертить пентаграмму и руны кровью жертвы. А в конце не сбиться, читая заклинание. Пентаграмму и руны я ещё смогу проверить на дефекты, а вот заклинание заранее не проконтролировать. Одним душевное спокойствие после убийства даётся легко, например, мне и твоей тёте, ведь она уже призывала мишек. А тебе, на мой взгляд, нет. Всё, вопрос закрыт. Тем более, вот и цирюльня.
***
В этой забытой богинями местности имелось всего две цирюльни. Ближайшая принадлежала некоему Ахмету, но он был белым магом и, судя по имени, уроженцем каких-то очень дальних мест, так что я не рискнула иметь с ним дело. Владелицей второй была некая Диана, чёрная магичка, о которой, по словам Нелли, ходили очень нехорошие слухи. Чем она прославилась, я не поняла, но в херовом профессиональном мастерстве её, похоже, не обвиняли. Да у меня и выбора-то не было, раз Ахмет отпал.
Диана оказалась красивой жгучей брюнеткой лет сорока, смуглой, с зелёными глазами и не очень густой чёрной аурой. Оделась она во всё белое – шортики, топик и открытые босоножки на таких огромных каблуках, какие я бы обуть побоялась, а если бы всё же рискнула, то запросто вывихнула бы лодыжку. Ногти она накрасила кроваво-красным лаком, именно такой я и собиралась заказать себе. Косметика на ней тоже присутствовала, но я косметикой не интересуюсь, так что особо не всматривалась.
- Чего желают леди? – усадив нас в удобные кресла, спросила она мурлычущим голосом.
Я почувствовала, как ментальные щиты, появившиеся у меня давно, ещё после прохождения одиннадцати храмовых ритуалов Смерти, отразили слабенькую попытку приворота.
- Алка, приворот, - прошипела проснувшаяся Снейк. – Эта лесби, долбанная падла…
Я и сама почувствовала, как из моего причинного места приятное тепло разливается по телу, но секс мне настолько надоел, что всё мгновенно прекратилось. На всякий случай я поставила ментальный блок на приворот, но в нём нужды уже не было.
- Леди желает, чтобы ей подстригли волосы на руках и сменили лак на красный, тот оттенок, что у тебя, мне отлично подойдёт, - ответила я Диане, делая вид, что не заметила её мерзких поползновений.
- Волосы на руках сбрить, выжечь или удалить воском?
- Подстричь, - бесстрастно распорядилась я и отмерила на одном из волосков его прежнюю длину. – Оставить вот столько.
- О, леди – воин? – снова замурлыкала Диана. – Я должна была догадаться, такой жуткий шрам на нежном девичьем плечике появился не просто так!
- Снова приворот, и на этот раз очень мощный! – возопила Снейк. – Держись, Алка! Убью эту лесби, и толстый хер на тот магический запрет!
Она спрыгнула с моей шеи и приняла боевую позу. Я погладила её по развёрнутому капюшону, пытаясь мысленно её успокоить. С передачей ей моих мыслей у нас получалось не очень, и мне пришлось обратиться к ней голосом.
- Успокойся, милая змейка, очень тебя прошу, - заговорила я. – Диана, тут что, кого-то привораживают?
- Нет, с чего вы взяли? – перепугано соврала женщина-цирюльник.
- Показалось. Любой приворот в присутствии моей кобры воспламеняет её чувства, а страсть свою она проявляет единственно доступным ей способом – орально, то есть укусом. Даже Тьма внутри жертвы её не останавливает – она же королевская. У тебя есть антидот от яда королевской кобры?
Диана побледнела. Наверно, антидота у неё не было. А Снейк сдула свой капюшон, взобралась ко мне на колени, свернулась в узел и сделала вид, что спит.
- Ты и сейчас хочешь услышать, где ты сбрехала? – ехидно поинтересовалась она, не открывая глаз.
- Сейчас моя змейка переваривает белочку, ей не до сексуальных страстей. Но приворотов больше не надо. Обычно они очень плохо кончаются.
Я зажгла очередную самокрутку, эти однополые привороты заметно отразились на моих несчастных нервах. Снейк хмыкнула, но мудро промолчала, а Диана мгновенно принесла мне пепельницу, которую поставила на подлокотник моего кресла. Она тоже закурила, и я заметила дрожь в её руках – Снейк, оказывается, производит сильное впечатление даже на чёрных магов, привычных к полудемонам. Что ж, спасибо ей за это.
Диана всё ещё дрожащими руками собралась делать мне стрижку на руках, но я потребовала, чтобы она начала с ногтей, и моя якобы спящая фамильярочка поддержала моё требование жутким шипением. Диана если и хотела поспорить, то мгновенно передумала, смочила корпию какой-то остро пахнущей жидкостью, сняла с меня сандалии и принялась тереть мои розовые ноготочки на руках и ногах. Через пару минут лак с ногтей исчез. По словам Дианы, магии на это не потребовалось, обошлось алхимией. После этого она нанесла на мои ногти красный лак, но не того оттенка, какой я хотела.
- Цвет немного изменится, когда лак высохнет, не беспокойтесь, леди. Станет, как у меня, - пообещала она, демонстрируя мне свои пальцы.
Что ж, пришлось поверить на слово. Тем более, после уродского розового цвета любой оттенок красного будет смотреться лучше.
- А можно и мне покурить? – неожиданно попросила Нелли, жутко смущаясь.
Я протянула ей открытый портсигар. Девочка неуверенно протянула руку за дармовым куревом, а Диана бросила на меня удивлённый взгляд.
- Совсем, дура, страх потеряла? – возопила Снейк, продолжая изображать спящую красавицу. – Тебе мало иметь во врагах того долбанного инквизитора из храма Смерти, тебе ещё позарез понадобилось сделать врагом Илону из храма Судьбы? А потом что? Отыщешь кого-нибудь из храма Тьмы и плюнешь ему или ей в рожу, собрав полную коллекцию? Или для её полноты тебе понадобится ещё разозлить жрецов так называемого истинного бога простолюдинов?
- Не мне попрекать юную белую леди этой скверной привычкой, - отмахнулась я.
Сама я впервые закурила в девять лет, через пару часов после того, как случайно увидела Аньку с самокруткой, и не желая ни в чём уступать сестре. Но выкладывать этим двоим детали своей биографии, особенно относящиеся к тяжёлому детству, совершенно незачем.
- Я хочу стать целительницей, - заявила Нелли. – Все целительницы курят, независимо от цвета ауры!
- Вообще-то, по-моему, сначала надо стать целительницей, а потом уже обзаводиться присущими им пороками, - неуверенно возразила я. – Но это не моё дело, тебе виднее. Есть только одно необременительное условие, Нелли – кури так, чтобы я этого не видела. В крайнем случае попроси меня отвернуться. Потом, если что, я честно скажу леди Илоне, что ничего такого не заметила.
- В моём заведении клиентам разрешено курить, - вмешалась в разговор Диана. – независимо от пола и возраста. Но юная леди Нелли пока не клиент. Какие услуги цирюльника ты бы хотела получить?
- Проколоть уши и сделать интимную стрижку?
- Это ещё что? – не поняла я.
- Причёска на лобке, - пояснила Диана. – Если, конечно, у юной леди там найдётся что стричь.
- У меня есть, есть! – обрадовалась Нелли. – Я же не дурочка какая-нибудь! Я давно об этом мечтала, и это было бы глупо, будь я «там» лысой?
Разве, мля, это мечта? Вот у меня в десять лет были мечты куда практичнее. Самая заветная, убить Аньку, так и не сбылась, потому что папа тайком защитил нас друг от друга. Увы, я не смогла, но и Анька меня – тоже.
Интересно, как я бы на месте папы поступила с двумя дочерьми-погодками, каждая из которых страстно желает прикончить сестру? Ведь очень высока вероятность их взаимного отбытия в Чертоги. Наверно, прикончила бы одну из них, чтобы не потерять обеих. А вот старшую отправить в Чертоги или младшую? Наверно, старшую, ведь я младшая, хотя это так себе причина. Лучше всего, конечно, не производить на свет двух дочерей одну за другой, но это решает Судьба. Мои родители тоже хотели второго сына, а родилась я.
Стоп, но раз у меня две дочери, должен быть и хоть какой-то муж. Я не из тех девиц, которые бездумно размножаются. Сделать самой себе аборт может любая женщина-маг. Ещё могу поверить, что меня внезапно подчинит себе инстинкт продолжения рода, но и тогда двух дочерей у меня никак не появится, этот долбанный инстинкт удовлетворится и одной. Значит, муж есть, так что пусть не я, а он выбирает смертницу, а потом сам и отправляет её в Чертоги.
Представила себе мужа с двумя маленькими дочерьми на руках, и совершенно напрасно – мой воображаемый супруг, красавец-брюнет с густой чёрной аурой, подошёл ко мне с явным намерением поцеловать, а я влепила ему увесистую оплеуху. Это же надо придумать такие дурацкие фантазии! Я быстро выбросила всё это говно из головы и вернула себе полное спокойствие и безразличие.
Лак на моих ногтях высох и приобрёл желанный цвет. Правда, Снейк заявила, что на вампира я всё равно не очень похожа, проводила массу времени под летним солнышком и стала слишком смуглая, но это я знала и без неё. Диана тем временем закончила возиться с ушами и лобком Нелли и занялась моими мохнатыми руками. Мне оставалось только восхититься её умением, после стрижки все волоски оказались одинаковой длины, и руки выглядели даже немного эротично, но я всё равно не хотела бы заиметь такую же растительность и на ногах.
Нелли, сняв штаны, сапоги и портянки, развалилась в кресле, раздвинув ноги, и аж светилась радостной улыбкой. Больше всего она сейчас походила на удачливую шлюху на отдыхе, но сходство, скорее всего, было случайным. Мне она с восторгом поведала, что её блондинистый пушок «там» не рассмотрел бы самый внимательный мужчина с самым заинтересованным взглядом, зато теперь, когда после окраски этот пушок стал ярко-рыжим, всё резко поменялось в лучшую сторону. Встав со своего кресла, я подошла к ней и увидела её интимную стрижку.
- Мля, писец злодолбучий, - еле вымолвила я.
- Полный и окончательный, - согласилась Снейк, успевшая вернуться ко мне на шею.
- Вам не нравится? – расстроилась Нелли. – Мне казалось, получилось очень красиво. Краска эта ещё и в темноте светится.
- Красиво, - согласилась я. – Твоя тётя будет в полном восторге, и, несомненно, изольёт свой восторг на мою бедную голову. Скажет, что эта пентаграмма, атрибут чёрной магии, на причинном месте юной леди с белой аурой выглядит прелестно. А тебя спросит, каких демонов ты намерена в неё призывать.
- Демонов по имени «Хер», - подсказала Снейк.
- Фу! Никого я не буду туда призывать, - пообещала Нелли. – Это же просто рисунок, без капли магии. Если он вам не нравится, я его сбрею. А тётя с дядей его вообще не увидят, я перед ними никогда не раздеваюсь.
