-Эванжелина, подойди же ко мне, -позвал тот же голос.
Я повернула голову и увидела Ника. Некромант улыбался так радостно, как будто происходило что-то невероятно хорошее, и здесь был праздник, а не умирала девушка. Хотя может, я просто недостаточно знаю Дейла, и для него это как раз-таки праздник? Я пригляделась и поняла, что белоснежная рубашка Ника забрызгана кровью, а в руке он держит ритуальный нож.
-Что Вы делаете? -прошептала я.
- То, что должен, -пожал плечами некромант, приближаясь ко мне. -Мы ведь оба этого хотим, не правда ли?
Я в ужасе отшатнулась, в этот момент девушка на столе протяжно застонала. Я посмотрела в ее сторону, и тут она повернулась ко мне лицом. Я увидела себя и все-таки закричала.
Проснулась я совершенно разбитая, с соленым привкусом во рту и поняла, что во сне прикусила щеку. Отчего-то противно ныла порезанная во время готовки рука, а ведь порезы, хоть поначалу и кровоточили, были совсем несерьёзными, скорее даже глубокими царапинами. Чтобы отвлечься от невероятно реалистичного кошмара, я даже растопила камин (хорошо, дрова уже были, оставалось лишь их разжечь), красиво сервировала стол, удивившись, что у некроманта довольно много красивых и дорогих вещей, которыми, судя по их состоянию и слою пыли, никто не пользуется. Чтобы избавиться от мерзкого кровавого запаха, преследующего меня и после пробуждения, я даже срезала с уже и так слегка надломанного куста розы, отнесла один букет в обеденную залу, второй в свою комнату. Бросив последний взгляд на стол, я подумала, что салфеток может быть недостаточно, и решила принести еще. Кто же знал, что за пять минут моего отсутствия нелегкая принесет сюда некроманта!
Виржини
Виржини Дейл рано поняла две вещи: красота проходит, а ее наличие вовсе не гарантирует счастливой семейной жизни. Благодаря природной наблюдательности, она быстро усвоила, что образ недалёкой легкомысленной красотки значительно облегчает жизнь - окружающие расслабляются и меньше следят за словами, порой делясь довольно интересной, хоть и совершенно не предназначенной для ее ушей информацией. Так, она знала об изменах старинного папенькиного друга (мама возмущалась, что тот не может держать себя в руках после свадьбы, будучи уверена, что Виржини поглощена новой книгой), о том, что известный в светских кругах маркиз регулярно бьет жену («я такая неуклюжая, дорогая! Снова споткнулась на лестнице...»), что не менее известный барон благополучно промотал все приданое жены («мы снова заложили мое колье… О, не берите в голову, милая, просто банк был закрыт, а срочно нужны были наличные»), и еще множество интересных, но увы, в большинстве своем печальных, деталей. С предательством близких она тоже была знакома не понаслышке - когда двоюродный брат матери вошел в долю с отцом в каком-то «невероятно выгодном» предприятии, а потом исчез с крупной суммой денег как его, так и других компаньонов, еще и долги оставил, сеья Виржини едва не разорилась. Неудачной была и ее первая любовь, подробностями которой она так ни с кем и не поделилась - шутка ли, едва не отдала невинность женатому офицеру. Брак с Ником счастья в ее жизнь тоже не принес: первое время ей было даже жаль некроманта, так искренне поверившему в любовь девушки. Но он оказался все же проницательнее, чем она рассчитывала, и, похоже, впоследствии возненавидел ее за свои разочарования.
Виржини себя виноватой не чувствовала – ни тогда, когда лгала о своих чувствах, ни когда пыталась возродить угасшую в крови их рода силу. Она всего лишь хотела перестать притворяться и начать значить что-то сама по себе, отдельно от имени, внешности, денег. Не вышло. Но упорства Виржини тоже было не занимать, и она вознамерилась стать-таки счастливой, свободной и богатой (по сути, у нее было лишь небольшое содержание, приданым мог распоряжаться только Ник -отец полагал, что дочь спустит состояние на глупости, так что попытки помочь Хэрольду стоили ей значительной части драгоценностей, о чем тот не знал). Хэрольда она отпускать не собиралась-избавившись от проклятия, он сможет признать недействительным свой отказ, да и заверивший его законник за определенную сумму может потерять документ, а если уж окажется слишком принципиальным-исчезнуть вместе с бумагами. Восстановленный в правах барон - прекрасная партия для благородной вдовы. Она сможет вернуться в общество и вновь жить так, как привыкла, а возможно и ещё лучше-вряд ли Рольд будет отказывать в чем-либо женщине, которая спасла ему жизнь. В любом случае, Виржини позаботится об этом в самом начале – настоит на общих банковских счетах и возможности распоряжаться ими на свое усмотрение без согласия супруга.
Осталось совсем немного подождать -Эванжелина как-то сама активировала процесс даже раньше дня, намеченного Виржини, так что очень скоро они окажутся заперты с Ником в доме, и тому все же придется выбирать, кому из них умереть.
Эванжелина
-Добрый вечер, -Ник отсалютовал мне бокалом вина, даже не подумав подняться. Конечно, зачем, ведь правила поведения здесь нужно соблюдать только мне!
-Добрый вечер, -я все же подошла к столу, чтобы поставить салфетницу. - Приятного аппетита. Как поживает мой амулет, кстати?
-Почти готов, думаю, закончить после того, как поем. Кстати, ужин потрясающе вкусный. Где Вы его взяли?
-Приготовила.
-Серьезно? -некромант поднял бровь. -Вы умеете готовить?
-У меня много талантов, -неприязненно буркнула я.
-Звучит интригующе. Продемонстрируете какие-нибудь еще?
-В другой раз.
-Эванжелина, -в голосе Ника послышались непривычные уху просительные нотки.-Составите мне компанию за ужином?
-Благодарю, но я не голодна, - я отчаянно хотела уйти из комнаты, где все напоминало о кошмарном сне.
- Моя компания недостаточна хороша для Вас? - зло усмехнулся Ник.
-Я так не сказала, - устало вздохнула я.- Я просто не хочу есть.
Ник встал, обошел стол и приглашающе отодвинул стул с моей стороны.
-Просто присядьте, Эванжелина, -голос некроманта стал бархатным, обволакивающим. – Выпейте вина, если не голодны. Вы, должно быть, устали за день. Я принесу Вам бокал.
А по чьей милости, интересно, я устала?
- Пить на голодный желудок не самая лучшая мысль, Вы сами это прекрасно понимаете.
-О, Вы вспомнили о благоразумии, Эванжелина? Поздновато, не находите?
- Что Вы имеете в виду?
- Вы находитесь в доме в отсутствие моей жены. Слухи о Вас продолжатся в любом случае, так стоит ли думать о том, что хорошо, а что плохо?
Продолжатся… Этот… некромант сказал «продолжатся»? И на что он вообще намекает?
-Что Вы себе позволяете?!
- А разве я сказал что-то неприятное или не соответствующее действительности?
Я отбросила несчастную салфетку, которую комкала в руках последние несколько минут.
- Я не намерена выслушивать Ваши оскорбления. Хорошего ужина, господин Дейл!
-С Вами он был бы приятнее. Боитесь присоединиться?
Я все ещё была зла, так что не удержалась от шпильки:
-Не беспокойтесь, не отравлено.
-Я и не беспокоюсь, -привычным холодным тоном ответил Ник.-Отравить некроманта не так просто, как обычного человека.
Я решила, что уже высказанное мной пожелание приятного аппетита в нашем случае вполне сойдёт и за пожелание доброй ночи, поэтому молча вышла из столовой.
Спала я плохо, то проваливаясь в какое-то подобие забытья, то снова просыпаясь. Поэтому и встала довольно рано -когда я отодвинула шторы, рассвет за окном только начинался. Я оделась, набросила поверх платья теплую шаль -по утрам всегда довольно свежо – и вышла в сад. На листьях кое-гда блестели на солнце капельки росы, воздух был наполнен едва уловимым запахом роз и свежескошенной травы. Я блаженно потянулась и подумала, что если получу чашку недавно вошедшего в моду кофейного напитка, то начало дня будет вполне терпимым и даже приятным.
Минуточку, а откуда здесь свежескошенная трава? Садово-огородные работы в саду, причем по ночам, хобби Ника, и таинственный Оним не имеет к ней никакого отношения? Тогда понятно, почему все так кривенько и странненько... Воображение живо нарисовало некроманта в резиновых сапогах и с косой, пробирающегося ночью через кусты к лужайке у забора, чтобы заняться любимым делом. Я не удержалась и хихикнула. Ладно, раз уж времени достаточно, стоит провести его с пользой. Ну и чуточку удовольствия не помешает.
Чайная госпожи Асвилл «Ванильное облако» открывалась ранним утром, чтобы чашечкой ароматного чая и свежей выпечкой жители могли насладиться уже перед началом рабочего дня, зато раз в неделю один день был полностью выходным. В воздухе витали ароматы ванили, корицы, свежевыпеченного хлеба. На застеленных пергаментом противнях уже были выложены популярные утром посыпанные солью поджаристые кренделя с запеченным внутри маслом, маленькие сладкие пирожки с вишней, малиновым вареньем, яблоками (их обычно сразу ели на завтрак), пироги побольше с яйцом и луком, творогом, капустой (эти покупали на дневной перекус). Ближе к обеду будут готовы еще сытные рыбные рассегаи, покрытые хрустящей корочкой и посыпанные зеленью курники, «челноки» с запеченным внутри сыром и яичным желтком, круглые шанежки с картофелем. Сейчас же в печи подрумянивались сладкие завитушки с маком, а в стороне остывали плюшки, покрытые шоколадной, карамельной глазурью и попросту посыпанные сахаром или корицей.
Стоимость всего представленного изобилия была чуть выше по сравнению с городской кондитерской и двумя другими чайными попроще, но те и открывались гораздо позднее, и ассортиментом госпожи Асвилл похвастаться не могли, так что посетители в «Ванильном облаке» были всегда.
Я, старающаяся экономить на маленьких жизненных радостях (ну и беречь фигуру, если честно), бывала в этой чайной редко, но сейчас душа требовала чего-то приятного. Ей активно поддакивал желудок, урчанием периодически напоминавший, что последний раз я ела вчера утром.
Я приветливо поздоровалась с Астрой -младшей дочерью владелицы чайной, стоящей по утрам за прилавком, заказала земляничный чай, плюшку с шоколадом и пирожок с яблоками, присела за маленький столик у окна, накрытый белоснежной скатертью с наложенным грязеотталкивающим заклятием. Помещение было оформлено в светло-коричневой и кремовой гамме, отчего казалось еще больше и просторнее, даже когда заняты были все места.
Астра принесла мой заказ и поинтересовалась, как я поживаю. Посетителей, кроме меня, пока не было, так что я кивнула девушке, с которой мы были приятельницами, на соседний стул – все же было приятно поговорить с кем-то, кроме Беллы, Ника и упрямых владельцев рестораций-общение со всеми вышеперечисленными личностями и разговором-то нормальным не назовешь.
Впрочем, как оказалось, у Астры был свой интерес.
-Слышала, ты подалась в любовницы к некроманту и теперь живешь у него.
Я подавилась свежей булочкой.
-Господин Салем рассказал вчера, - хихикнула наблюдавшая за моей реакцией девушка. -В красках. Мол, то ли ты,Эва, совсем стыд потеряла, при живой-то жене в открытую с мужиком распутствуешь, то ли Дейл, гад этакий, положил глаз на тебя, сиротинушку беззащитную, и своим некромантским колдовством приворожил. Так что жалеть тебя или осуждать сплетники до конца еще не определились.
-Отлично, -пробурчала я, дожевывая уже не казавшуюся такой вкусной выпечку. Салем был хозяином первой ресторации, в которой я просила приготовить мясо для Ника, и мне даже не приходило в голову, что такой солидный человек сразу же побежит по знакомым распускать слухи. -Вариант, что я просто у некроманта работаю, не рассматривается?
-Нет, - развеяла Астра мою последнюю надежду сохранить хотя бы жалкие остатки своей репутации, а затем с оптимизмом в голосе добавила:
-Зато есть вариант, что свою жену он уже убил, чтобы не мешала.
-И как это мне помогает? – не поняла я.
-Получается, ты живешь с ним уже после смерти жены, а значит, хоть и распутница, но не совсем бесстыжая.
Да, это в корне меняет дело.
-Я так понимаю, вариант с «беззащитной сиротинушкой» тоже не самый лучший для меня?
Подруга согласно кивнула:
-Если Дейл к тебе применил какие-то чары, значит, ты себя уже не контролируешь, находишься у него подчинении «и только высшим силам известно, что это богомерзкое порождение тьмы, сеющее смуту и порок в чистых сердцах дев, способно заставить ее сотворить!»,-мастерски передала интонации Астра.
- Вот как передам «порождению тьмы», что господин Салем о нем думает, так живо Салемова ресторация и закроется, -со вздохом сказала я, отставляя наполненную ароматным чаем чашку.
-Прошу прощения, что прерываю, и добрейшего утра столь прелестным созданиям, -прозвучал приятный мужской голос, и Астра обернулась на его источник, - но я хотел бы позавтракать. Я впервые в этом заведении, посоветуете что-нибудь?
-Да, конечно, -залившись румянцем, ответила Астра, направляясь к прилавку. -У нас лучшая выпечка в городе. Желаете сладкие булочки или что-то посытнее?
Мужчина что-то ей ответил, уже вполголоса, а я дальше не прислушивалась, погрузившись в мрачные размышления о том, что, во-первых, чертов некромант оказался прав, а во-вторых, у Виржини неплохо бы попросить еще прибавку за моральный ущерб -я прекрасно понимала, что он будет, но не таких же масштабов! От меня так скоро на улице шарахаться начнут, считая или одержимой, или гулящей, даже и не поймешь, что в данном случае хуже.
Выражение лица у меня при этих мыслях, подозреваю, было соответствующее, весьма далекое от желания завести новые знакомства. Тем больше было мое удивление, когда владелец приятного голоса подошел к моему столу и спросил:
-Вы позволите составить Вам компанию?
Я подняла голову и утонула в ярко-синих глазах незнакомца. Он смущенно и одновременно как-то задорно улыбнулся, мое сердце рухнуло куда-то вниз, а я обреченно подумала, что любовь с первого взгляда все-таки существует, и на этот раз я действительно по-крупному влипла.
Ник
- Управление тьмой -величайших дар из всех возможных, - сказал мастер Нигру.
- Пока что чаще тьма управляет мной, нежели я ею, -невесело усмехнулся Ник.
В помещении горело множество свечей, неприятных, алых, горящих кровавого цвета пламенем и отбрасывающих на всё зловещие багряные отблески, коптящих стены и потолок. В доме Нигру, стоящим на отшибе, за старым заброшенным храмом, Ник тогда был в первый и последний раз.
По достижении Ником четырнадцатилетнего возраста родители выделили ему ежемесячное денежное содержание и настоятельно рекомендовали переехать из поместья хотя бы в ближайший (а лучше, максимально дальний) город – подрастающий некромант причинял беспокойство как жителям замка Дейлинге, так и их соседям. Никаких по-настоящему жутких событий за все время обучения Ника ни разу не случалось, но это отчего-то пугало окружающих еще больше -они свято верили, что эти самые события все же происходили, просто Ник хорошо умел заметать следы («и прятать трупы», добавляли самые впечатлительные). Юный некромант пытался объяснить, что смерть хоть и составляет основу темного искусства, но для овладения знаниями убивать кого-либо вовсе необязательно, однако остался неуслышанным. Решающую роль сыграла и беременность леди Эмилии – рисковать жизнью нерожденного ребенка никто не хотел.
Я повернула голову и увидела Ника. Некромант улыбался так радостно, как будто происходило что-то невероятно хорошее, и здесь был праздник, а не умирала девушка. Хотя может, я просто недостаточно знаю Дейла, и для него это как раз-таки праздник? Я пригляделась и поняла, что белоснежная рубашка Ника забрызгана кровью, а в руке он держит ритуальный нож.
-Что Вы делаете? -прошептала я.
- То, что должен, -пожал плечами некромант, приближаясь ко мне. -Мы ведь оба этого хотим, не правда ли?
Я в ужасе отшатнулась, в этот момент девушка на столе протяжно застонала. Я посмотрела в ее сторону, и тут она повернулась ко мне лицом. Я увидела себя и все-таки закричала.
Проснулась я совершенно разбитая, с соленым привкусом во рту и поняла, что во сне прикусила щеку. Отчего-то противно ныла порезанная во время готовки рука, а ведь порезы, хоть поначалу и кровоточили, были совсем несерьёзными, скорее даже глубокими царапинами. Чтобы отвлечься от невероятно реалистичного кошмара, я даже растопила камин (хорошо, дрова уже были, оставалось лишь их разжечь), красиво сервировала стол, удивившись, что у некроманта довольно много красивых и дорогих вещей, которыми, судя по их состоянию и слою пыли, никто не пользуется. Чтобы избавиться от мерзкого кровавого запаха, преследующего меня и после пробуждения, я даже срезала с уже и так слегка надломанного куста розы, отнесла один букет в обеденную залу, второй в свою комнату. Бросив последний взгляд на стол, я подумала, что салфеток может быть недостаточно, и решила принести еще. Кто же знал, что за пять минут моего отсутствия нелегкая принесет сюда некроманта!
Виржини
Виржини Дейл рано поняла две вещи: красота проходит, а ее наличие вовсе не гарантирует счастливой семейной жизни. Благодаря природной наблюдательности, она быстро усвоила, что образ недалёкой легкомысленной красотки значительно облегчает жизнь - окружающие расслабляются и меньше следят за словами, порой делясь довольно интересной, хоть и совершенно не предназначенной для ее ушей информацией. Так, она знала об изменах старинного папенькиного друга (мама возмущалась, что тот не может держать себя в руках после свадьбы, будучи уверена, что Виржини поглощена новой книгой), о том, что известный в светских кругах маркиз регулярно бьет жену («я такая неуклюжая, дорогая! Снова споткнулась на лестнице...»), что не менее известный барон благополучно промотал все приданое жены («мы снова заложили мое колье… О, не берите в голову, милая, просто банк был закрыт, а срочно нужны были наличные»), и еще множество интересных, но увы, в большинстве своем печальных, деталей. С предательством близких она тоже была знакома не понаслышке - когда двоюродный брат матери вошел в долю с отцом в каком-то «невероятно выгодном» предприятии, а потом исчез с крупной суммой денег как его, так и других компаньонов, еще и долги оставил, сеья Виржини едва не разорилась. Неудачной была и ее первая любовь, подробностями которой она так ни с кем и не поделилась - шутка ли, едва не отдала невинность женатому офицеру. Брак с Ником счастья в ее жизнь тоже не принес: первое время ей было даже жаль некроманта, так искренне поверившему в любовь девушки. Но он оказался все же проницательнее, чем она рассчитывала, и, похоже, впоследствии возненавидел ее за свои разочарования.
Виржини себя виноватой не чувствовала – ни тогда, когда лгала о своих чувствах, ни когда пыталась возродить угасшую в крови их рода силу. Она всего лишь хотела перестать притворяться и начать значить что-то сама по себе, отдельно от имени, внешности, денег. Не вышло. Но упорства Виржини тоже было не занимать, и она вознамерилась стать-таки счастливой, свободной и богатой (по сути, у нее было лишь небольшое содержание, приданым мог распоряжаться только Ник -отец полагал, что дочь спустит состояние на глупости, так что попытки помочь Хэрольду стоили ей значительной части драгоценностей, о чем тот не знал). Хэрольда она отпускать не собиралась-избавившись от проклятия, он сможет признать недействительным свой отказ, да и заверивший его законник за определенную сумму может потерять документ, а если уж окажется слишком принципиальным-исчезнуть вместе с бумагами. Восстановленный в правах барон - прекрасная партия для благородной вдовы. Она сможет вернуться в общество и вновь жить так, как привыкла, а возможно и ещё лучше-вряд ли Рольд будет отказывать в чем-либо женщине, которая спасла ему жизнь. В любом случае, Виржини позаботится об этом в самом начале – настоит на общих банковских счетах и возможности распоряжаться ими на свое усмотрение без согласия супруга.
Осталось совсем немного подождать -Эванжелина как-то сама активировала процесс даже раньше дня, намеченного Виржини, так что очень скоро они окажутся заперты с Ником в доме, и тому все же придется выбирать, кому из них умереть.
ГЛАВА 6. О РАЗНОГО РОДА ПРОКЛЯТЬЯХ
Эванжелина
-Добрый вечер, -Ник отсалютовал мне бокалом вина, даже не подумав подняться. Конечно, зачем, ведь правила поведения здесь нужно соблюдать только мне!
-Добрый вечер, -я все же подошла к столу, чтобы поставить салфетницу. - Приятного аппетита. Как поживает мой амулет, кстати?
-Почти готов, думаю, закончить после того, как поем. Кстати, ужин потрясающе вкусный. Где Вы его взяли?
-Приготовила.
-Серьезно? -некромант поднял бровь. -Вы умеете готовить?
-У меня много талантов, -неприязненно буркнула я.
-Звучит интригующе. Продемонстрируете какие-нибудь еще?
-В другой раз.
-Эванжелина, -в голосе Ника послышались непривычные уху просительные нотки.-Составите мне компанию за ужином?
-Благодарю, но я не голодна, - я отчаянно хотела уйти из комнаты, где все напоминало о кошмарном сне.
- Моя компания недостаточна хороша для Вас? - зло усмехнулся Ник.
-Я так не сказала, - устало вздохнула я.- Я просто не хочу есть.
Ник встал, обошел стол и приглашающе отодвинул стул с моей стороны.
-Просто присядьте, Эванжелина, -голос некроманта стал бархатным, обволакивающим. – Выпейте вина, если не голодны. Вы, должно быть, устали за день. Я принесу Вам бокал.
А по чьей милости, интересно, я устала?
- Пить на голодный желудок не самая лучшая мысль, Вы сами это прекрасно понимаете.
-О, Вы вспомнили о благоразумии, Эванжелина? Поздновато, не находите?
- Что Вы имеете в виду?
- Вы находитесь в доме в отсутствие моей жены. Слухи о Вас продолжатся в любом случае, так стоит ли думать о том, что хорошо, а что плохо?
Продолжатся… Этот… некромант сказал «продолжатся»? И на что он вообще намекает?
-Что Вы себе позволяете?!
- А разве я сказал что-то неприятное или не соответствующее действительности?
Я отбросила несчастную салфетку, которую комкала в руках последние несколько минут.
- Я не намерена выслушивать Ваши оскорбления. Хорошего ужина, господин Дейл!
-С Вами он был бы приятнее. Боитесь присоединиться?
Я все ещё была зла, так что не удержалась от шпильки:
-Не беспокойтесь, не отравлено.
-Я и не беспокоюсь, -привычным холодным тоном ответил Ник.-Отравить некроманта не так просто, как обычного человека.
Я решила, что уже высказанное мной пожелание приятного аппетита в нашем случае вполне сойдёт и за пожелание доброй ночи, поэтому молча вышла из столовой.
Спала я плохо, то проваливаясь в какое-то подобие забытья, то снова просыпаясь. Поэтому и встала довольно рано -когда я отодвинула шторы, рассвет за окном только начинался. Я оделась, набросила поверх платья теплую шаль -по утрам всегда довольно свежо – и вышла в сад. На листьях кое-гда блестели на солнце капельки росы, воздух был наполнен едва уловимым запахом роз и свежескошенной травы. Я блаженно потянулась и подумала, что если получу чашку недавно вошедшего в моду кофейного напитка, то начало дня будет вполне терпимым и даже приятным.
Минуточку, а откуда здесь свежескошенная трава? Садово-огородные работы в саду, причем по ночам, хобби Ника, и таинственный Оним не имеет к ней никакого отношения? Тогда понятно, почему все так кривенько и странненько... Воображение живо нарисовало некроманта в резиновых сапогах и с косой, пробирающегося ночью через кусты к лужайке у забора, чтобы заняться любимым делом. Я не удержалась и хихикнула. Ладно, раз уж времени достаточно, стоит провести его с пользой. Ну и чуточку удовольствия не помешает.
Чайная госпожи Асвилл «Ванильное облако» открывалась ранним утром, чтобы чашечкой ароматного чая и свежей выпечкой жители могли насладиться уже перед началом рабочего дня, зато раз в неделю один день был полностью выходным. В воздухе витали ароматы ванили, корицы, свежевыпеченного хлеба. На застеленных пергаментом противнях уже были выложены популярные утром посыпанные солью поджаристые кренделя с запеченным внутри маслом, маленькие сладкие пирожки с вишней, малиновым вареньем, яблоками (их обычно сразу ели на завтрак), пироги побольше с яйцом и луком, творогом, капустой (эти покупали на дневной перекус). Ближе к обеду будут готовы еще сытные рыбные рассегаи, покрытые хрустящей корочкой и посыпанные зеленью курники, «челноки» с запеченным внутри сыром и яичным желтком, круглые шанежки с картофелем. Сейчас же в печи подрумянивались сладкие завитушки с маком, а в стороне остывали плюшки, покрытые шоколадной, карамельной глазурью и попросту посыпанные сахаром или корицей.
Стоимость всего представленного изобилия была чуть выше по сравнению с городской кондитерской и двумя другими чайными попроще, но те и открывались гораздо позднее, и ассортиментом госпожи Асвилл похвастаться не могли, так что посетители в «Ванильном облаке» были всегда.
Я, старающаяся экономить на маленьких жизненных радостях (ну и беречь фигуру, если честно), бывала в этой чайной редко, но сейчас душа требовала чего-то приятного. Ей активно поддакивал желудок, урчанием периодически напоминавший, что последний раз я ела вчера утром.
Я приветливо поздоровалась с Астрой -младшей дочерью владелицы чайной, стоящей по утрам за прилавком, заказала земляничный чай, плюшку с шоколадом и пирожок с яблоками, присела за маленький столик у окна, накрытый белоснежной скатертью с наложенным грязеотталкивающим заклятием. Помещение было оформлено в светло-коричневой и кремовой гамме, отчего казалось еще больше и просторнее, даже когда заняты были все места.
Астра принесла мой заказ и поинтересовалась, как я поживаю. Посетителей, кроме меня, пока не было, так что я кивнула девушке, с которой мы были приятельницами, на соседний стул – все же было приятно поговорить с кем-то, кроме Беллы, Ника и упрямых владельцев рестораций-общение со всеми вышеперечисленными личностями и разговором-то нормальным не назовешь.
Впрочем, как оказалось, у Астры был свой интерес.
-Слышала, ты подалась в любовницы к некроманту и теперь живешь у него.
Я подавилась свежей булочкой.
-Господин Салем рассказал вчера, - хихикнула наблюдавшая за моей реакцией девушка. -В красках. Мол, то ли ты,Эва, совсем стыд потеряла, при живой-то жене в открытую с мужиком распутствуешь, то ли Дейл, гад этакий, положил глаз на тебя, сиротинушку беззащитную, и своим некромантским колдовством приворожил. Так что жалеть тебя или осуждать сплетники до конца еще не определились.
-Отлично, -пробурчала я, дожевывая уже не казавшуюся такой вкусной выпечку. Салем был хозяином первой ресторации, в которой я просила приготовить мясо для Ника, и мне даже не приходило в голову, что такой солидный человек сразу же побежит по знакомым распускать слухи. -Вариант, что я просто у некроманта работаю, не рассматривается?
-Нет, - развеяла Астра мою последнюю надежду сохранить хотя бы жалкие остатки своей репутации, а затем с оптимизмом в голосе добавила:
-Зато есть вариант, что свою жену он уже убил, чтобы не мешала.
-И как это мне помогает? – не поняла я.
-Получается, ты живешь с ним уже после смерти жены, а значит, хоть и распутница, но не совсем бесстыжая.
Да, это в корне меняет дело.
-Я так понимаю, вариант с «беззащитной сиротинушкой» тоже не самый лучший для меня?
Подруга согласно кивнула:
-Если Дейл к тебе применил какие-то чары, значит, ты себя уже не контролируешь, находишься у него подчинении «и только высшим силам известно, что это богомерзкое порождение тьмы, сеющее смуту и порок в чистых сердцах дев, способно заставить ее сотворить!»,-мастерски передала интонации Астра.
- Вот как передам «порождению тьмы», что господин Салем о нем думает, так живо Салемова ресторация и закроется, -со вздохом сказала я, отставляя наполненную ароматным чаем чашку.
-Прошу прощения, что прерываю, и добрейшего утра столь прелестным созданиям, -прозвучал приятный мужской голос, и Астра обернулась на его источник, - но я хотел бы позавтракать. Я впервые в этом заведении, посоветуете что-нибудь?
-Да, конечно, -залившись румянцем, ответила Астра, направляясь к прилавку. -У нас лучшая выпечка в городе. Желаете сладкие булочки или что-то посытнее?
Мужчина что-то ей ответил, уже вполголоса, а я дальше не прислушивалась, погрузившись в мрачные размышления о том, что, во-первых, чертов некромант оказался прав, а во-вторых, у Виржини неплохо бы попросить еще прибавку за моральный ущерб -я прекрасно понимала, что он будет, но не таких же масштабов! От меня так скоро на улице шарахаться начнут, считая или одержимой, или гулящей, даже и не поймешь, что в данном случае хуже.
Выражение лица у меня при этих мыслях, подозреваю, было соответствующее, весьма далекое от желания завести новые знакомства. Тем больше было мое удивление, когда владелец приятного голоса подошел к моему столу и спросил:
-Вы позволите составить Вам компанию?
Я подняла голову и утонула в ярко-синих глазах незнакомца. Он смущенно и одновременно как-то задорно улыбнулся, мое сердце рухнуло куда-то вниз, а я обреченно подумала, что любовь с первого взгляда все-таки существует, и на этот раз я действительно по-крупному влипла.
Ник
- Управление тьмой -величайших дар из всех возможных, - сказал мастер Нигру.
- Пока что чаще тьма управляет мной, нежели я ею, -невесело усмехнулся Ник.
В помещении горело множество свечей, неприятных, алых, горящих кровавого цвета пламенем и отбрасывающих на всё зловещие багряные отблески, коптящих стены и потолок. В доме Нигру, стоящим на отшибе, за старым заброшенным храмом, Ник тогда был в первый и последний раз.
По достижении Ником четырнадцатилетнего возраста родители выделили ему ежемесячное денежное содержание и настоятельно рекомендовали переехать из поместья хотя бы в ближайший (а лучше, максимально дальний) город – подрастающий некромант причинял беспокойство как жителям замка Дейлинге, так и их соседям. Никаких по-настоящему жутких событий за все время обучения Ника ни разу не случалось, но это отчего-то пугало окружающих еще больше -они свято верили, что эти самые события все же происходили, просто Ник хорошо умел заметать следы («и прятать трупы», добавляли самые впечатлительные). Юный некромант пытался объяснить, что смерть хоть и составляет основу темного искусства, но для овладения знаниями убивать кого-либо вовсе необязательно, однако остался неуслышанным. Решающую роль сыграла и беременность леди Эмилии – рисковать жизнью нерожденного ребенка никто не хотел.
