- Они хотят чего-то – и делают это. А не оборачиваются на других, чтобы спросить: можно? Они…
Принцесса осеклась.
- Да что я время трачу! – выкрикнула она и ударила кулаком по спинке кровати. – Вы все равно меня не поймете! Вам никогда меня не понять!
Рэнди хотела заплакать. Но не смогла. Плакать принцессу отучили быстро, жестко и решительно. Она быстро поняла, что, какой бы истерический рев не удалось ей поднять, добиться с его помощью ей ничего не удастся. И поэтому она разучилась лить слезы в далеком детстве. Она не плакала даже когда умерла ее мать.
- Я не собираюсь вас понимать, Ваше Высочество, - негромко сказал мужчина в кресле. – У вас есть долг. Долг перед страной. Вы – единственная наследница. И вы же – единственная деталь в государственном механизме, которая сможет обеспечить этому механизму бесперебойную работу. А в определенное время – произвести на свет еще одну потенциальную деталь.
- Я не хочу быть деталью, - прошептала Рэнди.
Внезапно она вскочила с кровати, схватила стоявший на столе бокал и размахнулась.
- Я, – еще раз, но уже громче, сказала она. - Не хочу.
Рэнди со всего размаха запустила бокалом в стену, до последнего надеясь, что он разлетится мириадом легких, хрустких, тоненьких осколков. Но этого, конечно, не произошло. Дух-хранитель окутал использованный не по назначению предмет силовым полем и мягко отправил его обратно на стол.
- Когда рождается будущий император или императрица, их никто не спрашивает, чего они хотят. Так устроен мир. У каждого есть свое предназначение.
Гость принцессы наклонил голову и не смотрел на девушку. Со стороны могло показаться, что он общается сам с собой. Но Рэнди прекрасна знала эту его своеобразную манеру вести беседы.
- Ваше Высочество совершенно не думает о своей стране. А вот враги не дремлют. Служба безопасности раскрыла заговор маитянских сепаратистов. Между прочим, маитянский сепаратизм сегодня – главная угроза империи. Они планировали похитить Ваше Высочество и освободить лишь в обмен на выполнение их требований.
- Да чего уж такого они могли бы потребовать? – угрюмо буркнула принцесса.
- Чего? Выпустить из тюрьмы Гурру Лагапита, например. Я понимаю, что Ваше Высочество больше озабочено биографией ударника Хъяльти Арнарссона или клавишницы Аглариэль, дочери Ламедриона. Я тактично умолчу о некоем Вилли Тиггернале. Надеюсь, речь, пока что не идет о каких-нибудь романтических бреднях? Убежать с ним, выступать на сцене под псевдонимом?
- Нет, - мотнула головой принцесса. – Ваше Величество может быть спокойно.
- Хорошо, что вы не собираетесь последовать примеру госпожи Аглариэль. Полагаю, что о влюбленности речи тоже не идет, и господин Тиггернал не рассматривается в качестве возможного принца-консорта или соправителя. Но я говорил про маитян. Ваше Высочество не могло не слышать про Гурру Лагапита. Взрывы автомобилей, начиненных взрывчаткой, на оживленных улицах нескольких крупных городов. Захват заложников на лайнере «Гордость Далладара». Двадцать восемь погибших, между прочим. Убийство Тадора Лаквая, губернатора Юго-Западного Маити. Мне продолжать?
Рэнди мотнула головой. Мол – нет, не стоит.
- Может быть, Ваше Высочество не знает, что Вилли Тиггернал – наполовину маитянин? По матери. Да еще и якшается с эльфами и гномами.
- Нитта Драг – тоже маитянин. Стопроцентный. По матери и по отцу. И среди его подчиненных тоже есть гномы и эльфы.
- Нитта Драг доказал свою верность долгой безупречной службой. Ваше высочество, если вам так уж хочется, - голос мужчины в кресле неожиданно смягчился, - почему бы не пригласить их во дворец? Они бы сыграли для вас. Вряд ли Вилли Тиггернал стал бы отказываться. Им можно неплохо заплатить. Ну? Как вам такой вариант?
- Это не то, - просто ответила Рэнди.
Ну как объяснить, что концерт во дворцовых покоях для нее одной – это совсем не то же самое, что выступление в тесном, прокуренном клубе. Где энергия музыки усиливается многократно, проходя через души всех, кто собрался в этот вечер послушать любимую группу, выпить пивка или просто потусоваться.
- Ну, как хотите.
Гость пожал плечами и поднялся из кресла.
- В любом случае, охрана Вашего Высочества будет существенно усилена. Если вам нечего мне больше сказать, я, пожалуй, вас оставлю.
Он уже был у дверей, когда голос принцессы настиг его.
- Папа…
Мужчина остановился. Лицом к двери. Спиной к Рэнди.
- Что… дочка?
- Зачем все это? Почему я не могу называть тебя отцом – только «Ваше Величество»? Почему я для тебя не дочь, а «Ваше Высочество»? Почему у нас не может быть… Ну, как у людей?
- Ты забыла, что я говорил тебе? – спросил император. – Потому что мы не люди.
Он вышел из покоев принцессы.
Рэнди старалась заплакать.
Получалось плохо.
Прошло три дня.
Маитянские террористы устроили налет на главную столичную тюрьму, чтобы отбить Гурру Лагапита. Но у них ничего не вышло.
А Рэнди не могла пропустить последнего концерта «Настоящих громобоев». Оскорбленные случившейся в клубе «Рок’н’Тролл» историей музыканты заявили, что в ближайшие несколько лет – ни ногой на столичные сцены. Будь то окраинный заштатный клуб или престижнейший фестиваль «ЗаРок». Мол, для них собственная честь важнее, чем какие-то деньги. Менеджер группы, Тилла Реддер (и тоже, гром его раздери, маитянин) рвал бы на себе волосы, но он был лыс. Поэтому новость ему пришлось принять стоически. Все, на что он смог уговорить «громобоев» - это не отменять уже запланированного концерта в клубе «Черная пантера».
Именно туда и собиралась попасть Рэнди сегодня вечером.
Выйти из дворца оказалось сложно. Но, как известно, если хорошенько постараться, то нет ничего несбыточного. Главное – сбить с толку людей Нитты Драга, которые постоянно стараются держать девушку в поле зрения, если она покидает свои покои. Конечно, все дворцовые ворота тоже под присмотром. Вот только войти в императорский дворец и выйти из него можно не только через ворота. Как известно, чем сложнее система, тем проще вывести ее из строя. Чем крупнее объект, тем сложнее его охранять. И так далее.
В итоге Рэнди заставила соглядатаев понервничать и побегать за ней по коридорам, пару раз сделав вид, что покинула свою комнату, а затем вернулась, потому что забыла что-то очень-очень важное. Когда приставленный следить за ней эльф в очередной раз поспешил ловить принцессу у дверей ее покоев, девушка юркнула в незаметный узкий коридор. Такие коридоры использовались уборщиками, чтобы быстро появиться, сделать свою работу и также быстро исчезнуть, не столкнувшись ни с кем из вельмож. Убедившись, что сотрудник Нитты Драга потерял ее, принцесса накинула поверх платья форменный халат дворцовой уборщицы и побежала на кухню. После чего покинула дворец через те ворота, которые использовались для доставки еды.
Вечерний город встретил Рэнди пляской огней и шумом толпы. Жители столицы торопливо отламывали последние крошки от быстро исчезающего пирога выходного дня. И некоторые уже успели объесться отдыхом. Прямо на принцессу шла компания каких-то явно нетрезвых молодых людей.
- Ух, какая куколка! – воскликнул один из них. – Пойдем с нами?
Рэнди увернулась от руки, которой пьяноватый парень пытался поймать ее за плечо.
- Ну куколка же! – заканючил промахнувшийся. – Пойдем – не пожалеешь.
Кое-как отвязавшись от неожиданных поклонников, девушка кинула мимолетный взгляда на часы. Стало понятно, что игра в кошки-мышки с эльфом-соглядатаем и эти подвыпившие гуляки задержали ее настолько, что она опаздывает.
Когда она добралась, наконец, до «Черной пантеры», концерт уже был в разгаре. Народу в клуб набилось – тьма. Музыканты пообещали выложиться ради последнего концерта в столице на двести процентов и честно выполняли свое обещание. Макс вихрем метался по сцене, умудряясь при этом выдавать головокружительные соло. Смог с загадочной улыбкой колдовал над басом, и его пульсирующий ритм связывал воедино всех, кто собрался в этот вечер послушать «Громобоев». Хъяльти усердно помогал ему, выколачивая из своих барабанов все, на что они были способны. А когда эта грань достигалась, и барабаны готовы были лопнуть от усердия, Хъяльти выбивал из них еще более невероятную дробь. То, что вытворяла на клавишах Аглариэль, было вообще неописуемо: музыка эльфийских лесов встретилась со звуками человеческого мегаполиса, они закружили друг друга в безумном водовороте и слились в одно пронзительное чудо. В общем, они рубили со сцены настоящий рок, живой и искренний.
И Вилли… В этот вечер Рэнди отчетливо поняла, что влюблена в него. Впрочем, она была наследной принцессой. Ее с детства учили думать рационально. Поэтому девушка понимала: то же самое чувствует большинство представительниц прекрасного пола, собравшихся сегодня в «Черной пантере».
И все же… Вилли Тиггернал то подбегал к краю сцены, ставил ногу на монитор и наклонялся к публике. То уходил назад, скрываясь за спинами музыкантов. То стоял на месте. То присоединялся к Максу, и они вместе мчались от одного конца сцены к другому. Он все время был разным. Вилли с серьезным видом нес в микрофон какую-то залихватскую чушь, а еще через несколько минут песня менялась, и певец пел о чем-то серьезном, одновременно подмигивая всему залу: мол, все не так уж плохо, ребята! Прорвемся!
В какой-то миг Рэнди показалось, что Вилли увидел ее среди толпы фанатов «громобоев». Но Тиггернал был профессионалом, его голос не изменился ни чуточку. Он только приветственно кивнул. И то, принцесса не была уверена, считать ли небрежное движение его головы кивком, адресованным лично ей. Но раз уж она старательно создавала себе сказку, творила волшебный мир с населявшими его рок-героями, то почему бы не добавить в него еще одну, совершенно безобидную деталь?
Принцесса даже подумала, что завидует Аглариэли. Почему бы ей тоже не сбежать из дворца? Не присоединиться к какой-нибудь группе? Но ее удерживало две причины. Первая – то, что в глубине души она осознавала правоту отца: страной кто-то должен управлять. А вторая – она все равно не умеет играть ни на гитаре, ни на клавишах. Даже на ударных – не умеет.
А концерт, тем временем, закончился. «Громобои» ушли со сцены. Через несколько минут вернулись, под восторженный свист и рев толпы, чтобы исполнить на бис пару старых, проверенных временем хитов. Потом ушли уже насовсем. В зале зажегся свет. Администратор со сцены уговаривал слушателей разойтись, а те продолжали свистеть и кричать, требуя возвращения своих любимцев. Но даже неискушенная в посещении концертов принцесса понимала, что это действительно конец.
Но ей хотелось еще раз напоследок увидеть своих героев. Не на сцене. Посидеть и поболтать с ними. Выпить пива. Прижаться к уютному плечу Вилли…
Рэнди решительно тряхнула головой и отправилась за сцену.
Сначала проникнуть туда, где отдыхали после концерта «громобои», оказалось труднее, чем в «Рок’н’Тролле». Охранник уперся и ни в какую не хотел пропускать девушку к музыкантам. Тогда принцесса решила действовать напрямик.
Она прямо заявила:
- Передайте Вилли Тиггерналу, что его желает видеть наследная принцесса Лагранда.
И с удовольствием посмотрела на перекосившееся от непривычной умственной работы лицо охранника.
Главное, что он ее пропустил. Поверил ли он, что Рэнди – действительно наследная принцесса, или принял за сумасшедшую и предоставил «громобоям» самим разбираться с чокнутой девчонкой – это Рэнди уже не волновало. Главное – она вновь увидит их.
Принцесса негромко постучала в дверь, из-за которой доносились веселые возбужденные голоса.
- Открыто, - крикнул Вилли.
Рэнди вошла.
В комнате сразу же стало тихо. Все смотрели на принцессу, прервав разговор.
- Я… не вовремя? – глуповато спросиал Рэгди.
- Нет, что вы, Ваше Высочество, - Аглариэль, как и полагается невозмутимым эльфам, быстрее всех оценила обстановку. – Присаживайтесь.
- С каких пор мы перешли на «вы»? – поинтересовалась Рэнди, усаживаясь на любезно придвинутый Максом табурет.
- Ну, - развел руками Макс, - говорят, так принято.
- Что принято?! – закричала Рэнди, вскакивая с табурета. – Что?! Что принято-то?! Вы мне в прошлый раз объясняли, что творческие люди могут плевать на то, что принято у других. А теперь? Титула испугались? Звезды, гром вас раздери!
Вилли и Макс смущенно переглянулись.
- Мы, конечно, звезды, - начал Вилли.
- И выше нас практически никого нет, - продолжил Макс.
- Но вы, все-таки, повыше нас летаете, - закончила их мысль Аглариэль. – И, подозреваю, ребятам не понравилось, как их в прошлый раз лицом в ковер положили.
- Но…, - Рэнди на мгновение растерялась, но быстро взяла себя в руки благодаря урокам того, как должна вести себя принцесса. – Мне, наверное, стоит извиниться перед вами. Некрасиво вышло.
- Да ладно, - махнул рукой Макс. – Считай, забыто.
Вилли широко улыбнулся.
- А в этот раз такого не будет? – буркнул из угла гном. – Как посмотрю, принцесса, ты нынче тоже не с официальным визитом.
- Да я ненадолго. Зашла попрощаться. Вы ведь, получается, из-за меня больше в столице выступать не будете. Ну, из-за той истории в «Рок’н’тролле». Лицом на ковер, - Рэнди слабо шевельнула губами, намекнув на улыбку, - и все прочее.
- Да садись ты, садись, - Вилли показал девушке на табурет, на который она уже садилась, а затем вскочила. – Пятью минутами больше, пятью минутами меньше – ничего уже не решает. Дело-то не только в тебе. Нам вообще та забегаловка не понравилась.
- Точняк, - поддержал певца Макс. – Платят мало, работать много. Что в этом хорошего?
- Верно, - едко заметила Аглариэль. – По-твоему, платить должны много, а работать не нужно вовсе.
- А что? – не растерялся Макс. – Отличная идея. Подскажешь, где на такую работу устроиться?
Рэнди только открыла рот, чтобы сказать: ребята, как здорово; вот теперь я верю, что вы – те самые «громобои», с которыми мы замечательно потусовались несколько дней назад. Но вдруг с грохотом распахнулась дверь.
Помещение в миг наполнилось вооруженными людьми.
Кто-то больно схватил Рэнди за плечи и швырнул лицом к стене. Что-то твердое и холодное уперлось ей между лопаток.
- Стоять! – коротко гавкнул над ухом противный голос. – Не шевелиться. Одно движение – смерть.
Поначалу девушка даже не испугалась. Ей вдруг стало стыдно. Стыдно за то, что она, наследная принцесса империи Лагранд, по одному велению пальца которой вскоре будет твориться история, стоит прижатая к стене автоматным стволом и ничего – вот ничегошеньки – не может сделать. Но страх все-таки догнал стыд.
- Кто вы? - не поворачиваясь, жестко спросила принцесса. – И что вам нужно.
- Поддерживаю вопрос, - услышала Рэнди голос Макса.
И тотчас же вслед за вопросом – тупой удар и болезненный стон. Девушка сжалась, тоже ожидая удара. Но его не последовало. Наоборот, кто-то весьма аккуратно взял ее за руку и развернул обратно.
Перед ней стоял, ухмыляясь, Нитта Драг.
- Вы? – изумленно ахнула Рэнди. – Что все это значит?
- Это похищение, - ухмылка Драга стала еще шире. – По политическим мотивам. Маитянское подполье наносит решительный удар. Маитянский народ готов отстаивать свою независимость любыми доступными ему способами.
- А мой отец считал вас верным и неподкупным слугой, - горько сказала Рэнди.
Принцесса осеклась.
- Да что я время трачу! – выкрикнула она и ударила кулаком по спинке кровати. – Вы все равно меня не поймете! Вам никогда меня не понять!
Рэнди хотела заплакать. Но не смогла. Плакать принцессу отучили быстро, жестко и решительно. Она быстро поняла, что, какой бы истерический рев не удалось ей поднять, добиться с его помощью ей ничего не удастся. И поэтому она разучилась лить слезы в далеком детстве. Она не плакала даже когда умерла ее мать.
- Я не собираюсь вас понимать, Ваше Высочество, - негромко сказал мужчина в кресле. – У вас есть долг. Долг перед страной. Вы – единственная наследница. И вы же – единственная деталь в государственном механизме, которая сможет обеспечить этому механизму бесперебойную работу. А в определенное время – произвести на свет еще одну потенциальную деталь.
- Я не хочу быть деталью, - прошептала Рэнди.
Внезапно она вскочила с кровати, схватила стоявший на столе бокал и размахнулась.
- Я, – еще раз, но уже громче, сказала она. - Не хочу.
Рэнди со всего размаха запустила бокалом в стену, до последнего надеясь, что он разлетится мириадом легких, хрустких, тоненьких осколков. Но этого, конечно, не произошло. Дух-хранитель окутал использованный не по назначению предмет силовым полем и мягко отправил его обратно на стол.
- Когда рождается будущий император или императрица, их никто не спрашивает, чего они хотят. Так устроен мир. У каждого есть свое предназначение.
Гость принцессы наклонил голову и не смотрел на девушку. Со стороны могло показаться, что он общается сам с собой. Но Рэнди прекрасна знала эту его своеобразную манеру вести беседы.
- Ваше Высочество совершенно не думает о своей стране. А вот враги не дремлют. Служба безопасности раскрыла заговор маитянских сепаратистов. Между прочим, маитянский сепаратизм сегодня – главная угроза империи. Они планировали похитить Ваше Высочество и освободить лишь в обмен на выполнение их требований.
- Да чего уж такого они могли бы потребовать? – угрюмо буркнула принцесса.
- Чего? Выпустить из тюрьмы Гурру Лагапита, например. Я понимаю, что Ваше Высочество больше озабочено биографией ударника Хъяльти Арнарссона или клавишницы Аглариэль, дочери Ламедриона. Я тактично умолчу о некоем Вилли Тиггернале. Надеюсь, речь, пока что не идет о каких-нибудь романтических бреднях? Убежать с ним, выступать на сцене под псевдонимом?
- Нет, - мотнула головой принцесса. – Ваше Величество может быть спокойно.
- Хорошо, что вы не собираетесь последовать примеру госпожи Аглариэль. Полагаю, что о влюбленности речи тоже не идет, и господин Тиггернал не рассматривается в качестве возможного принца-консорта или соправителя. Но я говорил про маитян. Ваше Высочество не могло не слышать про Гурру Лагапита. Взрывы автомобилей, начиненных взрывчаткой, на оживленных улицах нескольких крупных городов. Захват заложников на лайнере «Гордость Далладара». Двадцать восемь погибших, между прочим. Убийство Тадора Лаквая, губернатора Юго-Западного Маити. Мне продолжать?
Рэнди мотнула головой. Мол – нет, не стоит.
- Может быть, Ваше Высочество не знает, что Вилли Тиггернал – наполовину маитянин? По матери. Да еще и якшается с эльфами и гномами.
- Нитта Драг – тоже маитянин. Стопроцентный. По матери и по отцу. И среди его подчиненных тоже есть гномы и эльфы.
- Нитта Драг доказал свою верность долгой безупречной службой. Ваше высочество, если вам так уж хочется, - голос мужчины в кресле неожиданно смягчился, - почему бы не пригласить их во дворец? Они бы сыграли для вас. Вряд ли Вилли Тиггернал стал бы отказываться. Им можно неплохо заплатить. Ну? Как вам такой вариант?
- Это не то, - просто ответила Рэнди.
Ну как объяснить, что концерт во дворцовых покоях для нее одной – это совсем не то же самое, что выступление в тесном, прокуренном клубе. Где энергия музыки усиливается многократно, проходя через души всех, кто собрался в этот вечер послушать любимую группу, выпить пивка или просто потусоваться.
- Ну, как хотите.
Гость пожал плечами и поднялся из кресла.
- В любом случае, охрана Вашего Высочества будет существенно усилена. Если вам нечего мне больше сказать, я, пожалуй, вас оставлю.
Он уже был у дверей, когда голос принцессы настиг его.
- Папа…
Мужчина остановился. Лицом к двери. Спиной к Рэнди.
- Что… дочка?
- Зачем все это? Почему я не могу называть тебя отцом – только «Ваше Величество»? Почему я для тебя не дочь, а «Ваше Высочество»? Почему у нас не может быть… Ну, как у людей?
- Ты забыла, что я говорил тебе? – спросил император. – Потому что мы не люди.
Он вышел из покоев принцессы.
Рэнди старалась заплакать.
Получалось плохо.
Прошло три дня.
Маитянские террористы устроили налет на главную столичную тюрьму, чтобы отбить Гурру Лагапита. Но у них ничего не вышло.
А Рэнди не могла пропустить последнего концерта «Настоящих громобоев». Оскорбленные случившейся в клубе «Рок’н’Тролл» историей музыканты заявили, что в ближайшие несколько лет – ни ногой на столичные сцены. Будь то окраинный заштатный клуб или престижнейший фестиваль «ЗаРок». Мол, для них собственная честь важнее, чем какие-то деньги. Менеджер группы, Тилла Реддер (и тоже, гром его раздери, маитянин) рвал бы на себе волосы, но он был лыс. Поэтому новость ему пришлось принять стоически. Все, на что он смог уговорить «громобоев» - это не отменять уже запланированного концерта в клубе «Черная пантера».
Именно туда и собиралась попасть Рэнди сегодня вечером.
Выйти из дворца оказалось сложно. Но, как известно, если хорошенько постараться, то нет ничего несбыточного. Главное – сбить с толку людей Нитты Драга, которые постоянно стараются держать девушку в поле зрения, если она покидает свои покои. Конечно, все дворцовые ворота тоже под присмотром. Вот только войти в императорский дворец и выйти из него можно не только через ворота. Как известно, чем сложнее система, тем проще вывести ее из строя. Чем крупнее объект, тем сложнее его охранять. И так далее.
В итоге Рэнди заставила соглядатаев понервничать и побегать за ней по коридорам, пару раз сделав вид, что покинула свою комнату, а затем вернулась, потому что забыла что-то очень-очень важное. Когда приставленный следить за ней эльф в очередной раз поспешил ловить принцессу у дверей ее покоев, девушка юркнула в незаметный узкий коридор. Такие коридоры использовались уборщиками, чтобы быстро появиться, сделать свою работу и также быстро исчезнуть, не столкнувшись ни с кем из вельмож. Убедившись, что сотрудник Нитты Драга потерял ее, принцесса накинула поверх платья форменный халат дворцовой уборщицы и побежала на кухню. После чего покинула дворец через те ворота, которые использовались для доставки еды.
Вечерний город встретил Рэнди пляской огней и шумом толпы. Жители столицы торопливо отламывали последние крошки от быстро исчезающего пирога выходного дня. И некоторые уже успели объесться отдыхом. Прямо на принцессу шла компания каких-то явно нетрезвых молодых людей.
- Ух, какая куколка! – воскликнул один из них. – Пойдем с нами?
Рэнди увернулась от руки, которой пьяноватый парень пытался поймать ее за плечо.
- Ну куколка же! – заканючил промахнувшийся. – Пойдем – не пожалеешь.
Кое-как отвязавшись от неожиданных поклонников, девушка кинула мимолетный взгляда на часы. Стало понятно, что игра в кошки-мышки с эльфом-соглядатаем и эти подвыпившие гуляки задержали ее настолько, что она опаздывает.
Когда она добралась, наконец, до «Черной пантеры», концерт уже был в разгаре. Народу в клуб набилось – тьма. Музыканты пообещали выложиться ради последнего концерта в столице на двести процентов и честно выполняли свое обещание. Макс вихрем метался по сцене, умудряясь при этом выдавать головокружительные соло. Смог с загадочной улыбкой колдовал над басом, и его пульсирующий ритм связывал воедино всех, кто собрался в этот вечер послушать «Громобоев». Хъяльти усердно помогал ему, выколачивая из своих барабанов все, на что они были способны. А когда эта грань достигалась, и барабаны готовы были лопнуть от усердия, Хъяльти выбивал из них еще более невероятную дробь. То, что вытворяла на клавишах Аглариэль, было вообще неописуемо: музыка эльфийских лесов встретилась со звуками человеческого мегаполиса, они закружили друг друга в безумном водовороте и слились в одно пронзительное чудо. В общем, они рубили со сцены настоящий рок, живой и искренний.
И Вилли… В этот вечер Рэнди отчетливо поняла, что влюблена в него. Впрочем, она была наследной принцессой. Ее с детства учили думать рационально. Поэтому девушка понимала: то же самое чувствует большинство представительниц прекрасного пола, собравшихся сегодня в «Черной пантере».
И все же… Вилли Тиггернал то подбегал к краю сцены, ставил ногу на монитор и наклонялся к публике. То уходил назад, скрываясь за спинами музыкантов. То стоял на месте. То присоединялся к Максу, и они вместе мчались от одного конца сцены к другому. Он все время был разным. Вилли с серьезным видом нес в микрофон какую-то залихватскую чушь, а еще через несколько минут песня менялась, и певец пел о чем-то серьезном, одновременно подмигивая всему залу: мол, все не так уж плохо, ребята! Прорвемся!
В какой-то миг Рэнди показалось, что Вилли увидел ее среди толпы фанатов «громобоев». Но Тиггернал был профессионалом, его голос не изменился ни чуточку. Он только приветственно кивнул. И то, принцесса не была уверена, считать ли небрежное движение его головы кивком, адресованным лично ей. Но раз уж она старательно создавала себе сказку, творила волшебный мир с населявшими его рок-героями, то почему бы не добавить в него еще одну, совершенно безобидную деталь?
Принцесса даже подумала, что завидует Аглариэли. Почему бы ей тоже не сбежать из дворца? Не присоединиться к какой-нибудь группе? Но ее удерживало две причины. Первая – то, что в глубине души она осознавала правоту отца: страной кто-то должен управлять. А вторая – она все равно не умеет играть ни на гитаре, ни на клавишах. Даже на ударных – не умеет.
А концерт, тем временем, закончился. «Громобои» ушли со сцены. Через несколько минут вернулись, под восторженный свист и рев толпы, чтобы исполнить на бис пару старых, проверенных временем хитов. Потом ушли уже насовсем. В зале зажегся свет. Администратор со сцены уговаривал слушателей разойтись, а те продолжали свистеть и кричать, требуя возвращения своих любимцев. Но даже неискушенная в посещении концертов принцесса понимала, что это действительно конец.
Но ей хотелось еще раз напоследок увидеть своих героев. Не на сцене. Посидеть и поболтать с ними. Выпить пива. Прижаться к уютному плечу Вилли…
Рэнди решительно тряхнула головой и отправилась за сцену.
Сначала проникнуть туда, где отдыхали после концерта «громобои», оказалось труднее, чем в «Рок’н’Тролле». Охранник уперся и ни в какую не хотел пропускать девушку к музыкантам. Тогда принцесса решила действовать напрямик.
Она прямо заявила:
- Передайте Вилли Тиггерналу, что его желает видеть наследная принцесса Лагранда.
И с удовольствием посмотрела на перекосившееся от непривычной умственной работы лицо охранника.
Главное, что он ее пропустил. Поверил ли он, что Рэнди – действительно наследная принцесса, или принял за сумасшедшую и предоставил «громобоям» самим разбираться с чокнутой девчонкой – это Рэнди уже не волновало. Главное – она вновь увидит их.
Принцесса негромко постучала в дверь, из-за которой доносились веселые возбужденные голоса.
- Открыто, - крикнул Вилли.
Рэнди вошла.
В комнате сразу же стало тихо. Все смотрели на принцессу, прервав разговор.
- Я… не вовремя? – глуповато спросиал Рэгди.
- Нет, что вы, Ваше Высочество, - Аглариэль, как и полагается невозмутимым эльфам, быстрее всех оценила обстановку. – Присаживайтесь.
- С каких пор мы перешли на «вы»? – поинтересовалась Рэнди, усаживаясь на любезно придвинутый Максом табурет.
- Ну, - развел руками Макс, - говорят, так принято.
- Что принято?! – закричала Рэнди, вскакивая с табурета. – Что?! Что принято-то?! Вы мне в прошлый раз объясняли, что творческие люди могут плевать на то, что принято у других. А теперь? Титула испугались? Звезды, гром вас раздери!
Вилли и Макс смущенно переглянулись.
- Мы, конечно, звезды, - начал Вилли.
- И выше нас практически никого нет, - продолжил Макс.
- Но вы, все-таки, повыше нас летаете, - закончила их мысль Аглариэль. – И, подозреваю, ребятам не понравилось, как их в прошлый раз лицом в ковер положили.
- Но…, - Рэнди на мгновение растерялась, но быстро взяла себя в руки благодаря урокам того, как должна вести себя принцесса. – Мне, наверное, стоит извиниться перед вами. Некрасиво вышло.
- Да ладно, - махнул рукой Макс. – Считай, забыто.
Вилли широко улыбнулся.
- А в этот раз такого не будет? – буркнул из угла гном. – Как посмотрю, принцесса, ты нынче тоже не с официальным визитом.
- Да я ненадолго. Зашла попрощаться. Вы ведь, получается, из-за меня больше в столице выступать не будете. Ну, из-за той истории в «Рок’н’тролле». Лицом на ковер, - Рэнди слабо шевельнула губами, намекнув на улыбку, - и все прочее.
- Да садись ты, садись, - Вилли показал девушке на табурет, на который она уже садилась, а затем вскочила. – Пятью минутами больше, пятью минутами меньше – ничего уже не решает. Дело-то не только в тебе. Нам вообще та забегаловка не понравилась.
- Точняк, - поддержал певца Макс. – Платят мало, работать много. Что в этом хорошего?
- Верно, - едко заметила Аглариэль. – По-твоему, платить должны много, а работать не нужно вовсе.
- А что? – не растерялся Макс. – Отличная идея. Подскажешь, где на такую работу устроиться?
Рэнди только открыла рот, чтобы сказать: ребята, как здорово; вот теперь я верю, что вы – те самые «громобои», с которыми мы замечательно потусовались несколько дней назад. Но вдруг с грохотом распахнулась дверь.
Помещение в миг наполнилось вооруженными людьми.
Кто-то больно схватил Рэнди за плечи и швырнул лицом к стене. Что-то твердое и холодное уперлось ей между лопаток.
- Стоять! – коротко гавкнул над ухом противный голос. – Не шевелиться. Одно движение – смерть.
Поначалу девушка даже не испугалась. Ей вдруг стало стыдно. Стыдно за то, что она, наследная принцесса империи Лагранд, по одному велению пальца которой вскоре будет твориться история, стоит прижатая к стене автоматным стволом и ничего – вот ничегошеньки – не может сделать. Но страх все-таки догнал стыд.
- Кто вы? - не поворачиваясь, жестко спросила принцесса. – И что вам нужно.
- Поддерживаю вопрос, - услышала Рэнди голос Макса.
И тотчас же вслед за вопросом – тупой удар и болезненный стон. Девушка сжалась, тоже ожидая удара. Но его не последовало. Наоборот, кто-то весьма аккуратно взял ее за руку и развернул обратно.
Перед ней стоял, ухмыляясь, Нитта Драг.
- Вы? – изумленно ахнула Рэнди. – Что все это значит?
- Это похищение, - ухмылка Драга стала еще шире. – По политическим мотивам. Маитянское подполье наносит решительный удар. Маитянский народ готов отстаивать свою независимость любыми доступными ему способами.
- А мой отец считал вас верным и неподкупным слугой, - горько сказала Рэнди.
