Итак, позади него оставалось заведение, куда он едва не попал, то ли по своей глупости, то ли из-за коварства людей. А что было бы, если, все-таки, он попал? Колькины представления заставили его быстро потрясти головой, сбрасывая гадкие и даже отвратительные видения. Сопровождающий долго и с явным недоумением смотрел на то, что выделывал младший командир, а когда тот громко закричал:
- Спасибо, Акилия, - недоуменный воин на всякий случай отодвинулся от Кольки на шаг в сторону.
Как не до конца назначенный кутарах, Колька рассчитывал встретить празднование вместе со своими воинами, но накануне утром курьер принес ему приказ находиться в окружении королевы и ее королевского двора. Пришлось ему тащиться через двойное охранение и скромно встать за расфуфыренными вельможами, правителями и разными крупными и мелкими феодалами. Только и счастья, что тебе позволено стоять и смотреть, как трескает разные деликатесы никак не участвовавшая в сражении знать. Вот только если за столом будут сидеть выдающиеся военноначальники типа Зарамы - это будет вполне справедливо.
Колька хорошо помнил, что в армии всегда называли задержку во времени ефрейторским зазором. Здесь тоже самое - стоять без дела пришлось больше часа. Наконец, в окружении разноцветных и самоуверенных придворных, появилась сама королева. Присутствующие склонились в подобострастном поклоне, а крайне редкие в толпе дамы изобразили что-то похожее на знаки умиления, сложив вместе руки и присев совсем как на физзарядке. Королева мило кивнула головой и даже помахала своей ручкой своим подданным.
Из утерянного дневника Николая С.
Вообще на монархов смотреть в упор не принято, но я видел королеву в первый раз, и мне было просто любопытно. Все вокруг говорили, что она красивейшая женщина. И вот, я вижу ее вживую. А наша королева, так очень даже ничего. Лебединая длинная шея, просто шикарная оттренированная походка и гибкие пропорциональные руки. К сожалению, проклятое средневековье мешает дать четкую оценку качества ее ног, но я и не собирался подглядывать за королевой во время ее переодевания или купания. Феодальная правительница дошла до своего места посередине стола, легко и как-то без напряжения развернулась. Ее уверенный и даже высокомерный взгляд небрежно скользнул по шеренгам подданных и неудачно столкнулся с моим, разглядывающим своего сюзерена, как лошадь на строевом смотре. Впрочем, я опять и с опозданием понял, что сделал совершенно не то, только тогда, когда среди придворных пронесся громкий шепот возмущения. Боюсь, что мне опять придется следовать в тюрьму. Надеюсь в столичную городскую, я там уже был.
Между тем, королева наклонилась к сопровождающему ее нокису, у нас это был бы министр двора, что-то спросила и, получив ответ, стала с интересом рассматривать меня.
В конце концов - королева тоже человек. Но послушайте девушка, я не бык на сельхозвыставке. Неприлично разглядывать мужчин, даже если они прибыли из другой страны и даже с другой планеты. Это кошка может смотреть на короля или как вариант на королеву. Нигде не сказано, что королева может рассматривать человека, находящегося на скромной должности кутараха. Да вдобавок, еще и никем не назначенного на заявленную должность. В период наших взаимных разглядываний самые важные сановники начали занимать предписанные им места, видимо согласно их ранга или каких-то пригласительных билетов. Точно не знаю, мне-то предстояло просто стоять и наслаждаться, пока сидящие за столом будут поглощать пищу на наших полуголодных глазах. Вот тут и произошло то, что говорит о нелогичности женских поступков.
Королева обратилась к нокису двора и указала мне место рядом с собою. Ну естественно, что не сама, а через посыльного. Традиция же требовала, чтобы это место занял полководец-победитель. Зарама, остановившись в своем продвижении вокруг стола, стоял теперь мрачнее тучи. Как королева не побоялась заполучить такого опытного и знаменитого человека себе во враги. А что делать мне? Ситуация накалилась до такой тишины, что она должна была в конце концов лопнуть и залить всех стоящих у стола соусом ненависти и враждебности. Всех спас постоянно крутящийся возле меня Рудомак. После того как он получил от меня по зубам, он почему-то стал считать себя моим верным другом. Мало того, этот Рудомак почему-то даже в бою оказывался рядом. То, что он сделал, могло бы опозорить нас обоих надолго, но в этих условиях это был поистине мудрый ход, который оценили впоследствии все присутствующие на пиру. Кстати, до сих пор не пойму, как этот вездесущий прохвост попал к шатру королевы при ранге обыкновенного рядового. В любом случае он громко крикнул:
- Ему нельзя за стол, он слишком сильно воняет.
Королева бросила гневный взгляд в его сторону, но все уже дружно смеялись, и ей ничего не оставалось, как предложить:
- Прошу вас, Зарама, по-видимому, с вами безопаснее.
Странно, что обычно достаточно ревнивый к почестям полководец в этом случае, как мне показалось, совсем не обиделся. Кто-то за моей спиной сказал, что Зарама просто стареет. А я думаю, что он мудро и однозначно понял обстановку. Но какова наша королева? Пытаться нас поссорить, но зачем? Мы оба решаем ее задачи. Неужели…
- Вы, кажется, пользуетесь успехом у моей сестры, - прозвучавший голос настолько прочно был запечатлен в моем мозгу, что я узнал бы его даже в штормовых порывах ветра. Правда, теперь он начинал разговор на вы.
Я даже не догадался подумать, почему второе лицо в дворцовой иерархии после королевы, первого нокиса во внимание не берем - он назначаемое лицо, не было видно за праздничным столом. Интересно, она сама отказалась или ей предложили, может, хотели сэкономить на деликатесах. Хотя если вы только посмотрите на ее худенькую фигурку и разъевшиеся морды, сидящие за столом, и вам сразу станет понятно, что, по крайней мере, сейчас, наша принцесса никого не сможет объесть. Надеюсь, что и в будущем тоже.
- Ваша сестра меня совершенно не интересует.
- Это почему?
И тут я решил отшутиться, причем, уже говоря свои слова, я отчетливо понимал, что выбрал крайне неудачный вариант шутки.
- Боюсь, что она совершенно не умеет целоваться.
- Ну, это уж слишком. Если я и простила этого наглеца один раз, то это не дает ему права…
На нас дружно зашикали. И только теперь я тихонько оглянулся. Дурак, ведь она пошла не за стол, а в нашу, обреченную стоять группу. А вдруг, ее, пусть даже и с закрытым вуалью лицом, кто-то опознает. Меня грубовато схватили за локоть. Я обернулся - мой подошедший командир тысячи грозил мне кулаком. За это время Аполинк куда-то исчезла.
Никогда я так не рвался со служебного мероприятия. У меня даже заболели ноги. Потом зубы. Еще один час - и меня бы вынесли с этого пира как мешок. Но, к счастью для меня и несчастью для придворных начался проливной ливень. Льющийся под большим углом водный поток начал заливать полуоткрытый шатер изнутри. Вода быстро разбавляла содержимое бокалов, тарелок, супниц и других сосудов. Над королевой развернули зонтик, и она быстрым шагом проследовала к подъехавшей карете. Лица поважнее также покинули сцену. Ну, а люди попроще пытались в остатках шикарных блюд найти что-то годное в пищу, хотя, пожалуй, под дождем только куски мяса получили приют в челюстях гостей, удостоенных чести присутствовать на пиру стоя.
Я шел весь мокрый, не обращая внимания, что вода втекала мне за шиворот и, найдя проходы в моей одежде, вытекала через все ее дыры как по системе водоснабжения. Или, если быть точнее, системе канализации. Ничего другого ты и не заслуживаешь. Командир королевской армии вел себя с принцессой как грубый и невоспитанный сантехник. Хотя и он тут не причем?
Попытка выяснить, где остановилась королевская семья, ничего мне не дала. А в казарме, так я называл место размещения моих людей, я не успел даже просохнуть, как меня вызвали к Зараме. Я внутренне сжался и, волнуясь, как вызванный к директору школы пятиклассник, проследовал в апартаменты полководца. Они, кстати, более походили на избу дровосека или рыболова. Зарама с довольным, почти счастливым видом, парил ноги в широком тазу. От удовольствия он кряхтел и периодически тянул руку к маленькому столику, на котором стоял глиняный сосуд с каким-то напитком. Он заметил меня и, не прекращая своих возлияний, коротко проинструктировал:
- Возьмешь полусотню из своих людей и завтра утром пойдешь эскортом до столицы. Все ясно, малыш?
В первый раз я обрадовался слову малыш. А вообще, сколько я уже пробыл в этом мире. Помните, Робинзон считал каждый день на острове. А у меня не только часы, но бывает и каждая минута занята. Некогда мне заниматься зарубками. И все равно, я думаю, что уже полгода, а может и больше пролетело. То есть я стал чуть-чуть старше, а вот умнее или нет - это вопрос. Судя по последним поступкам, почти капитана по званию к общению с девчонками допускать категорически нельзя. Но почему-то я очень сильно хочу, чтобы она на меня не обижалась. Или просто простила. А сможет она это сделать?
?
Эскорт
Рано утром Колька прибыл к нокису двора и тот нравоучительным тоном, достаточно занудливо, начал рассказывать обязанности подразделений внешнего прикрытия. Имелось в виду, что королевские особы всегда имеют личных телохранителей - хорошо подготовленных воинов экстра-класса. Чаще всего их называли гурнахами. При всем своем профессионализме их считали законченными эгоистами, в первую очередь, думавшими только о своей прибыли и, иногда, карьере. Некоторые из них переходили в воинские подразделения. Но, как правило, в действующей армии их не очень любили. Дополнительные подразделения, как и в случае назначения Кольки, играли роль дозоров, охранения и прикрытия. Проще говоря, они должны были первыми принять на себя удар и залить нападавших своею и их кровью, а если получится, желательно еще и утопить в ней же. Армейская шутка показывала реальное распределение возможных последствий нападения врага между подразделениями охраны. Во время нападения мужественные гурнахи должны были вывести лицо высокого статуса, обычно речь шла о королеве, в безопасную зону. Можете сами догадаться, какие отношения устанавливались между ними и простыми армейскими воинами.
Однако отношения - отношениями, но традиции требовали представиться старшему телохранителю - тухару. Это Колька и пытался проделать, подведя свою полусотню к указанному месту на краю города. Тухара он нашел разговаривающим с одним из своих подчиненных. Подъехав ближе, Колька спешился и достаточно вежливо поздоровался с присутствующими гурнахами. В ответ на полное молчание, Колька повторил приветствие. Поскольку его проигнорировали, он повернулся и, бросив на ходу:
- Моя полусотня в вашем распоряжении, если я понадоблюсь - место вы знаете, - двинулся к своим воинам.
Мгновенно его дорогу перекрыли два гурнаха с обнаженными мечами. Класс подготовки этих людей был широко известен. Кроме того, их численное преимущество давало полную гарантию превосходства и последующей победы. Не понятно, что могло бы произойти, но кризис был остановлен неприятным голосом первого нокиса:
- Ваш Зарама видимо сошел с ума, если выделяет в охрану первых лиц государства человека, который просто чудом избежал казни. Но ты всегда должен помнить: первая твоя ошибка и ты как птица полетишь на первый, попавшийся по дороге эшафот. И не думай, что твоя хлипкая полусотня сможет хоть в чем-то помочь тебе, кроме выноса твоего обезглавленного трупа в ближайшую канаву.
Если гурнахи и не смеялись, то только потому, что эти мрачные, привыкшие к убийствам люди, принимали такие заявления очень серьезно. Иногда, как очевидный приказ или указание к действию.
Важный и самоуверенный тухар бросил Кольке:
- Следуешь сзади за колонной. Больше от тебя ничего не требуется. Да, впрочем, я и не сомневаюсь, что этот армейский сброд в любой ситуации просто ни на что и не годится.
Колька замер на распутье: драка в такой ситуации ничего бы не дала, а в присутствии первого нокиса стала бы действительно равносильна вводу в эксплуатацию его личного эшафота. Вернее для него. Ответить словом, и спровоцировать стычку? Даже если люди из его полусотни успеют добежать - перевес в численности и, главное, в навыках, явно на стороне гурнахов. Ну и, наконец, величайшая глупость, когда военные подразделения одного государства начинают, как последние идиоты лупить друг друга.
Так и не решив все противоречия, раздосадованный Колька плюнул под ноги и двинулся к своим воинам. Даже его плевок едва не был воспринят как оскорбление отдельными сановниками, но, к счастью, невдалеке показалась сама королева. Она издалека увидела Кольку и подозвала его:
- Подойдите ко мне, кутарах.
Колька с самым важным и почти подобострастным, по крайней мере, который он смог изобразить, видом подошел к королеве и представился:
- Служу за кутараха.
- Ну, ну, не сомневаюсь, вы им скоро станете, - королева ободрительно взмахнула кончиками пальцев, - особенно, если будете следить за своим желудком.
Она сделала вид, что потеряла интерес к перспективному кутараху, а затем направилась к самой богатой карете. Колька облегченно вздохнул и быстрым шагом двинулся к стоянке. А почему она сказала о его желудке? Куда девался этот несчастный Рудомак?
Однако время издевательств в отношении его еще не закончилось. Едва он благополучно завернул за небольшое одноэтажное здание, как раздался еще один знакомый голос:
- Что вы опять ходите за мной? Честное слово, еще чуть-чуть и скоро я пожалею, что спасла вашу несчастную шею от топора палача.
- Напрасно, принцесса. Глупо швыряться жизнями людей, которые и так могут отдать их за вас, - не выдержал Колька.
- Не думаю, что ваша жизнь хоть что-то стоит. Сходите на рынок, приценитесь, может вам предложат за нее хоть немного мелочи. Если повезет, то сможете купить себе хоть маленький кусочек совести.
С этими словами советчица нырнула в подъехавшую карету, не оставив недавнему герою ни капельки времени на размышление - нужно было выводить полусотню в замыкание колонны.
Из утерянного дневника Николая С.
У меня состоялся крайне неприятный разговор с принцессой. Она буквально добила меня после издевательств гурнахов и первого нокиса. Ну, понятно, что меня не интересует их мнение и отношение. И даже упоминание королевой моего желудка - всего лишь заслуга этого прохвоста Рудомака. А вот тирада принцессы меня почему-то задела. Допустим, я все это заслужил, но заставлять есть комплексный обед, когда тебе нужен всего лишь компот - это слишком. А в целом, будь я поумнее, я мог бы заранее найти людей, бывших ранее в эскорте и получить необходимую информацию о вариантах и стиле поведения армейских представителей в период следования к столице. Но умная мысль пришла ко мне слишком поздно.
Начитавшись с детства книжек о рыцарских подвигах, мы всегда представляли средневековых феодалов благородными и мужественными людьми. Здесь я не видел похожих книг, а большинство лиц благородного происхождения, естественно, что в моих глазах, так по своим поступкам и поведению - настоящие прохвосты и подлецы. Тут даже никакой справки не нужно.
Я ехал рысью впереди полусотни позади колонны.
- Спасибо, Акилия, - недоуменный воин на всякий случай отодвинулся от Кольки на шаг в сторону.
Как не до конца назначенный кутарах, Колька рассчитывал встретить празднование вместе со своими воинами, но накануне утром курьер принес ему приказ находиться в окружении королевы и ее королевского двора. Пришлось ему тащиться через двойное охранение и скромно встать за расфуфыренными вельможами, правителями и разными крупными и мелкими феодалами. Только и счастья, что тебе позволено стоять и смотреть, как трескает разные деликатесы никак не участвовавшая в сражении знать. Вот только если за столом будут сидеть выдающиеся военноначальники типа Зарамы - это будет вполне справедливо.
Колька хорошо помнил, что в армии всегда называли задержку во времени ефрейторским зазором. Здесь тоже самое - стоять без дела пришлось больше часа. Наконец, в окружении разноцветных и самоуверенных придворных, появилась сама королева. Присутствующие склонились в подобострастном поклоне, а крайне редкие в толпе дамы изобразили что-то похожее на знаки умиления, сложив вместе руки и присев совсем как на физзарядке. Королева мило кивнула головой и даже помахала своей ручкой своим подданным.
Из утерянного дневника Николая С.
Вообще на монархов смотреть в упор не принято, но я видел королеву в первый раз, и мне было просто любопытно. Все вокруг говорили, что она красивейшая женщина. И вот, я вижу ее вживую. А наша королева, так очень даже ничего. Лебединая длинная шея, просто шикарная оттренированная походка и гибкие пропорциональные руки. К сожалению, проклятое средневековье мешает дать четкую оценку качества ее ног, но я и не собирался подглядывать за королевой во время ее переодевания или купания. Феодальная правительница дошла до своего места посередине стола, легко и как-то без напряжения развернулась. Ее уверенный и даже высокомерный взгляд небрежно скользнул по шеренгам подданных и неудачно столкнулся с моим, разглядывающим своего сюзерена, как лошадь на строевом смотре. Впрочем, я опять и с опозданием понял, что сделал совершенно не то, только тогда, когда среди придворных пронесся громкий шепот возмущения. Боюсь, что мне опять придется следовать в тюрьму. Надеюсь в столичную городскую, я там уже был.
Между тем, королева наклонилась к сопровождающему ее нокису, у нас это был бы министр двора, что-то спросила и, получив ответ, стала с интересом рассматривать меня.
В конце концов - королева тоже человек. Но послушайте девушка, я не бык на сельхозвыставке. Неприлично разглядывать мужчин, даже если они прибыли из другой страны и даже с другой планеты. Это кошка может смотреть на короля или как вариант на королеву. Нигде не сказано, что королева может рассматривать человека, находящегося на скромной должности кутараха. Да вдобавок, еще и никем не назначенного на заявленную должность. В период наших взаимных разглядываний самые важные сановники начали занимать предписанные им места, видимо согласно их ранга или каких-то пригласительных билетов. Точно не знаю, мне-то предстояло просто стоять и наслаждаться, пока сидящие за столом будут поглощать пищу на наших полуголодных глазах. Вот тут и произошло то, что говорит о нелогичности женских поступков.
Королева обратилась к нокису двора и указала мне место рядом с собою. Ну естественно, что не сама, а через посыльного. Традиция же требовала, чтобы это место занял полководец-победитель. Зарама, остановившись в своем продвижении вокруг стола, стоял теперь мрачнее тучи. Как королева не побоялась заполучить такого опытного и знаменитого человека себе во враги. А что делать мне? Ситуация накалилась до такой тишины, что она должна была в конце концов лопнуть и залить всех стоящих у стола соусом ненависти и враждебности. Всех спас постоянно крутящийся возле меня Рудомак. После того как он получил от меня по зубам, он почему-то стал считать себя моим верным другом. Мало того, этот Рудомак почему-то даже в бою оказывался рядом. То, что он сделал, могло бы опозорить нас обоих надолго, но в этих условиях это был поистине мудрый ход, который оценили впоследствии все присутствующие на пиру. Кстати, до сих пор не пойму, как этот вездесущий прохвост попал к шатру королевы при ранге обыкновенного рядового. В любом случае он громко крикнул:
- Ему нельзя за стол, он слишком сильно воняет.
Королева бросила гневный взгляд в его сторону, но все уже дружно смеялись, и ей ничего не оставалось, как предложить:
- Прошу вас, Зарама, по-видимому, с вами безопаснее.
Странно, что обычно достаточно ревнивый к почестям полководец в этом случае, как мне показалось, совсем не обиделся. Кто-то за моей спиной сказал, что Зарама просто стареет. А я думаю, что он мудро и однозначно понял обстановку. Но какова наша королева? Пытаться нас поссорить, но зачем? Мы оба решаем ее задачи. Неужели…
- Вы, кажется, пользуетесь успехом у моей сестры, - прозвучавший голос настолько прочно был запечатлен в моем мозгу, что я узнал бы его даже в штормовых порывах ветра. Правда, теперь он начинал разговор на вы.
Я даже не догадался подумать, почему второе лицо в дворцовой иерархии после королевы, первого нокиса во внимание не берем - он назначаемое лицо, не было видно за праздничным столом. Интересно, она сама отказалась или ей предложили, может, хотели сэкономить на деликатесах. Хотя если вы только посмотрите на ее худенькую фигурку и разъевшиеся морды, сидящие за столом, и вам сразу станет понятно, что, по крайней мере, сейчас, наша принцесса никого не сможет объесть. Надеюсь, что и в будущем тоже.
- Ваша сестра меня совершенно не интересует.
- Это почему?
И тут я решил отшутиться, причем, уже говоря свои слова, я отчетливо понимал, что выбрал крайне неудачный вариант шутки.
- Боюсь, что она совершенно не умеет целоваться.
- Ну, это уж слишком. Если я и простила этого наглеца один раз, то это не дает ему права…
На нас дружно зашикали. И только теперь я тихонько оглянулся. Дурак, ведь она пошла не за стол, а в нашу, обреченную стоять группу. А вдруг, ее, пусть даже и с закрытым вуалью лицом, кто-то опознает. Меня грубовато схватили за локоть. Я обернулся - мой подошедший командир тысячи грозил мне кулаком. За это время Аполинк куда-то исчезла.
Никогда я так не рвался со служебного мероприятия. У меня даже заболели ноги. Потом зубы. Еще один час - и меня бы вынесли с этого пира как мешок. Но, к счастью для меня и несчастью для придворных начался проливной ливень. Льющийся под большим углом водный поток начал заливать полуоткрытый шатер изнутри. Вода быстро разбавляла содержимое бокалов, тарелок, супниц и других сосудов. Над королевой развернули зонтик, и она быстрым шагом проследовала к подъехавшей карете. Лица поважнее также покинули сцену. Ну, а люди попроще пытались в остатках шикарных блюд найти что-то годное в пищу, хотя, пожалуй, под дождем только куски мяса получили приют в челюстях гостей, удостоенных чести присутствовать на пиру стоя.
Я шел весь мокрый, не обращая внимания, что вода втекала мне за шиворот и, найдя проходы в моей одежде, вытекала через все ее дыры как по системе водоснабжения. Или, если быть точнее, системе канализации. Ничего другого ты и не заслуживаешь. Командир королевской армии вел себя с принцессой как грубый и невоспитанный сантехник. Хотя и он тут не причем?
Попытка выяснить, где остановилась королевская семья, ничего мне не дала. А в казарме, так я называл место размещения моих людей, я не успел даже просохнуть, как меня вызвали к Зараме. Я внутренне сжался и, волнуясь, как вызванный к директору школы пятиклассник, проследовал в апартаменты полководца. Они, кстати, более походили на избу дровосека или рыболова. Зарама с довольным, почти счастливым видом, парил ноги в широком тазу. От удовольствия он кряхтел и периодически тянул руку к маленькому столику, на котором стоял глиняный сосуд с каким-то напитком. Он заметил меня и, не прекращая своих возлияний, коротко проинструктировал:
- Возьмешь полусотню из своих людей и завтра утром пойдешь эскортом до столицы. Все ясно, малыш?
В первый раз я обрадовался слову малыш. А вообще, сколько я уже пробыл в этом мире. Помните, Робинзон считал каждый день на острове. А у меня не только часы, но бывает и каждая минута занята. Некогда мне заниматься зарубками. И все равно, я думаю, что уже полгода, а может и больше пролетело. То есть я стал чуть-чуть старше, а вот умнее или нет - это вопрос. Судя по последним поступкам, почти капитана по званию к общению с девчонками допускать категорически нельзя. Но почему-то я очень сильно хочу, чтобы она на меня не обижалась. Или просто простила. А сможет она это сделать?
?
Глава 3. ЛИЦО КОРОЛЕВСКОЙ КРОВИ
Эскорт
Рано утром Колька прибыл к нокису двора и тот нравоучительным тоном, достаточно занудливо, начал рассказывать обязанности подразделений внешнего прикрытия. Имелось в виду, что королевские особы всегда имеют личных телохранителей - хорошо подготовленных воинов экстра-класса. Чаще всего их называли гурнахами. При всем своем профессионализме их считали законченными эгоистами, в первую очередь, думавшими только о своей прибыли и, иногда, карьере. Некоторые из них переходили в воинские подразделения. Но, как правило, в действующей армии их не очень любили. Дополнительные подразделения, как и в случае назначения Кольки, играли роль дозоров, охранения и прикрытия. Проще говоря, они должны были первыми принять на себя удар и залить нападавших своею и их кровью, а если получится, желательно еще и утопить в ней же. Армейская шутка показывала реальное распределение возможных последствий нападения врага между подразделениями охраны. Во время нападения мужественные гурнахи должны были вывести лицо высокого статуса, обычно речь шла о королеве, в безопасную зону. Можете сами догадаться, какие отношения устанавливались между ними и простыми армейскими воинами.
Однако отношения - отношениями, но традиции требовали представиться старшему телохранителю - тухару. Это Колька и пытался проделать, подведя свою полусотню к указанному месту на краю города. Тухара он нашел разговаривающим с одним из своих подчиненных. Подъехав ближе, Колька спешился и достаточно вежливо поздоровался с присутствующими гурнахами. В ответ на полное молчание, Колька повторил приветствие. Поскольку его проигнорировали, он повернулся и, бросив на ходу:
- Моя полусотня в вашем распоряжении, если я понадоблюсь - место вы знаете, - двинулся к своим воинам.
Мгновенно его дорогу перекрыли два гурнаха с обнаженными мечами. Класс подготовки этих людей был широко известен. Кроме того, их численное преимущество давало полную гарантию превосходства и последующей победы. Не понятно, что могло бы произойти, но кризис был остановлен неприятным голосом первого нокиса:
- Ваш Зарама видимо сошел с ума, если выделяет в охрану первых лиц государства человека, который просто чудом избежал казни. Но ты всегда должен помнить: первая твоя ошибка и ты как птица полетишь на первый, попавшийся по дороге эшафот. И не думай, что твоя хлипкая полусотня сможет хоть в чем-то помочь тебе, кроме выноса твоего обезглавленного трупа в ближайшую канаву.
Если гурнахи и не смеялись, то только потому, что эти мрачные, привыкшие к убийствам люди, принимали такие заявления очень серьезно. Иногда, как очевидный приказ или указание к действию.
Важный и самоуверенный тухар бросил Кольке:
- Следуешь сзади за колонной. Больше от тебя ничего не требуется. Да, впрочем, я и не сомневаюсь, что этот армейский сброд в любой ситуации просто ни на что и не годится.
Колька замер на распутье: драка в такой ситуации ничего бы не дала, а в присутствии первого нокиса стала бы действительно равносильна вводу в эксплуатацию его личного эшафота. Вернее для него. Ответить словом, и спровоцировать стычку? Даже если люди из его полусотни успеют добежать - перевес в численности и, главное, в навыках, явно на стороне гурнахов. Ну и, наконец, величайшая глупость, когда военные подразделения одного государства начинают, как последние идиоты лупить друг друга.
Так и не решив все противоречия, раздосадованный Колька плюнул под ноги и двинулся к своим воинам. Даже его плевок едва не был воспринят как оскорбление отдельными сановниками, но, к счастью, невдалеке показалась сама королева. Она издалека увидела Кольку и подозвала его:
- Подойдите ко мне, кутарах.
Колька с самым важным и почти подобострастным, по крайней мере, который он смог изобразить, видом подошел к королеве и представился:
- Служу за кутараха.
- Ну, ну, не сомневаюсь, вы им скоро станете, - королева ободрительно взмахнула кончиками пальцев, - особенно, если будете следить за своим желудком.
Она сделала вид, что потеряла интерес к перспективному кутараху, а затем направилась к самой богатой карете. Колька облегченно вздохнул и быстрым шагом двинулся к стоянке. А почему она сказала о его желудке? Куда девался этот несчастный Рудомак?
Однако время издевательств в отношении его еще не закончилось. Едва он благополучно завернул за небольшое одноэтажное здание, как раздался еще один знакомый голос:
- Что вы опять ходите за мной? Честное слово, еще чуть-чуть и скоро я пожалею, что спасла вашу несчастную шею от топора палача.
- Напрасно, принцесса. Глупо швыряться жизнями людей, которые и так могут отдать их за вас, - не выдержал Колька.
- Не думаю, что ваша жизнь хоть что-то стоит. Сходите на рынок, приценитесь, может вам предложат за нее хоть немного мелочи. Если повезет, то сможете купить себе хоть маленький кусочек совести.
С этими словами советчица нырнула в подъехавшую карету, не оставив недавнему герою ни капельки времени на размышление - нужно было выводить полусотню в замыкание колонны.
Из утерянного дневника Николая С.
У меня состоялся крайне неприятный разговор с принцессой. Она буквально добила меня после издевательств гурнахов и первого нокиса. Ну, понятно, что меня не интересует их мнение и отношение. И даже упоминание королевой моего желудка - всего лишь заслуга этого прохвоста Рудомака. А вот тирада принцессы меня почему-то задела. Допустим, я все это заслужил, но заставлять есть комплексный обед, когда тебе нужен всего лишь компот - это слишком. А в целом, будь я поумнее, я мог бы заранее найти людей, бывших ранее в эскорте и получить необходимую информацию о вариантах и стиле поведения армейских представителей в период следования к столице. Но умная мысль пришла ко мне слишком поздно.
Начитавшись с детства книжек о рыцарских подвигах, мы всегда представляли средневековых феодалов благородными и мужественными людьми. Здесь я не видел похожих книг, а большинство лиц благородного происхождения, естественно, что в моих глазах, так по своим поступкам и поведению - настоящие прохвосты и подлецы. Тут даже никакой справки не нужно.
Я ехал рысью впереди полусотни позади колонны.
