Молли навсегда
Агнешка Норд
Пролог
Очередь продвигалась медленно. И откуда столько народу набежало? Тем более сегодня, накануне первого сентября, когда все, по идее, готовятся к школе, а Саня, наконец, получила отпуск. Вот счастье-то привалило!
Так что сегодня Александра Осинкина очень спешила, решив поехать к бабуле в деревню. Решила спонтанно, и неважно, что та отвечала по телефону не слишком довольным голосом, — так, словно не рада единственной внучке. Ворчливо велела купить хлеба и приезжать не позже восьми вечера — потом она ляжет спать.
В супермаркет заехала только хлеба купить. Но не пойдёшь же без тележки? Ну а как же, и салфетки нужны, и шампунь скоро закончится, канцелярский клей тоже пригодится, и ручки цветные давно не покупала. Корм для бабушкиного кота тоже не помешает. А самой бабуле обязательно нужно взять эклеров в шоколаде и пачку хорошего чая. Вроде по мелочи — а набралось полтелеги. Мысленно прикинув набегавшую сумму и сравнив с остатками от зарплаты и отпускных — новенький компьютер сильно выбивался из бюджета, — Саша с грустью отложила коробку конфет обратно на полку. Взяла хлеб — он, как известно, всему голова. И баба Вера просила.
Когда же эта очередь кончится?
— Не спите, девушка!
Саша вздрогнула от толчка сзади, обернулась, пряча в себе возмущение — больно ведь бортом тележки в поясницу. За ней стоял здоровый мужик в кожаной жилетке поверх клетчатой рубахи. Лысый череп и окладистая борода наводили на мысль о грубых и крутых байкерах. Трудовая мозоль заметно выдавалась вперёд, а выражение лица было крайне нелюбезным, точнее сказать — надменным и презрительным.
— Спать ночью нужно, — буркнул он и опять легонько двинул тележку вперёд.
Саня проглотила обиду — очередь действительно продвинулась вперёд. Никогда она не умела достойно ответить таким грубиянам и сейчас тоже не стала пытаться. Молча подкатила тележку вперёд, стараясь никого не задеть.
Замерла, а глаза опять закрываются, веки тяжёлые. Впереди несколько гружёных доверху телег. Как бы тут не застрять надолго.
Саша не спала полночи. Читала на любимом сайте очередной фанфик по «Гарри Поттеру», очень уж интересный попался. И чувства есть, и стиль славный, и сюжет лихо закручен. Герои живые, узнаваемые и интересные. Александра буквально глотала главы, не в силах оторваться. А когда дочитала до последней главы, то разочарованно поняла, что закончился этот опус ничем. Точнее — не дописан; последнее обновление было больше года назад, и ожидать от автора продолжения было бы наивно. И так стало обидно, что она быстро отыскала ещё один рассказ с похожим сюжетом, убедилась, что он завершён, и снова погрузилась в мир магии и интриг. А тут ещё и пейринг оказался любимый — Гарри с Гермионой. Или уже не очень любимый? Его ещё «Памкин-Пай» почему-то называют. Погуглить бы, что это значит.
Предпочтения у Саши менялись в зависимости от прочитанного. Бывало, что и слэш вдруг увлекал. Но этот второй фанфик начал бесить задолго до концовки. Героиня тупила, Гарри Поттер тупил ещё сильнее; надежда, что они хоть что-то родят, стремительно таяла. В пятом часу утра Александра дочитала до слова «конец». Это на самом деле оказался конец. Гарри Поттер просто умер, так и не осчастливив героиню. В будущем Саня клятвенно пообещала себе смотреть «предупреждения» в шапке работ. Вот же, черным по белому написано, — «смерть основного персонажа». Выключив компьютер, нырнула в кровать — на работу надо было к десяти, а ещё пробки.
— Девушка, двигайтесь! — опять раздалось позади, вырывая её из полудрёмы. — Вы что, спать сюда пришли?
Вздохнула, выпрямляясь, сделала ещё пару шагов вперёд. На байкера не обернулась, но спина напряглась — видимо, сверлит взглядом. Александра поёжилась и опять прикрыла глаза. Да не спит она вовсе, просто очередь пережидает.
А ведь ещё надо заскочить домой, собрать рюкзачок с самым необходимым и сразу мчаться на вокзал. Ехать на электричке часа четыре, оттуда на автобусе ещё полтора часа пилить до деревни по разбитой просёлочной дороге. Не ближний свет, но к восьми вроде бы успевает.
Бабка у Саши — дама строгая, даром что из родни одна-единственная. Родителей Александра не помнила, отец-то ещё до рождения дочки семью оставил, а мама быстро угасла от неизвестной болезни, когда Сашенька начала ходить в садик. Тогда бабуля не отдала её в детский дом и воспитала сама.
Жили в деревне. Это позже, уже когда поступала в институт, перебралась в город, в однокомнатную квартиру, оставшуюся от мамы. И то счастье — своё жильё. К бабуле ездила теперь нечасто, по большим праздникам, да летом. Потом, как пошла работать — стипендии ни на что не хватало — видеться с бабулей стали ещё реже. Но на недельку смогла вырваться прошлым летом, как раз перед выпускным курсом. Своей семьи пока не завела, да и рановато кажется, так что бабуля — всё, что у неё было.
Вроде и умница Александра, и руки из правильного места растут, только совершенно не красавица — так, бледная моль. Таких, как правило, не замечают нигде. Во всяком случае, Александре на ухажёров категорически не везло. Были попытки завести отношения с милым толстячком Борей из компьютерного отдела, да окончились ничем. С ним оказалось жутко скучно, и те несколько встреч, что у них случились, вспоминались с чувством тоски и неловкости. Даже до постели не дошло. Шутка ли — двадцатидвухлетняя девственница?! Кому скажи!
Ощущение, что тележка катится вперёд сама, резко вырвало её из дрёмы в очередной раз. Сердце от резкого перехода забилось в груди выброшенной из аквариума рыбкой, а тело отозвалось нарастающим гулом в ушах и топотом батальона мурашек. Чувствуя, как мир начал накреняться и темнеть, несмотря на яркие потолочные лампы, Александра покрепче ухватилась за единственную свою опору, пытаясь не упасть. И чуть не вскрикнула, увидев перед собой стену.
Точнее, не совсем стену, а широкий столб посреди станции на вокзале, разделяющий смежные платформы. Только отвернуть уже невозможно — ноги сами несут её за тяжёлой тележкой. А почему она такая тяжёлая, задуматься не успела, только зажмурилась, тихонько пискнув и приготовившись к удару.
Но удара всё не было, словно преграда исчезла, да и тележка уже сама тормозила, так что Саня открыла глаза, оглядывая заполненную народом платформу, и даже обернулась назад, чтобы убедиться, что стена ей только привиделась. Нет, не привиделась, вот она, позади. И, боже мой, из неё как раз вышли два высоких парня, совершенно одинаковых с виду. Стройные рыжие синеглазые симпатяги, только одеты немного старомодно. И главное — оба улыбаются Александре, как родной.
— Ну ты даёшь, сестрёнка! — воскликнул один, перехватывая у неё тележку. — Мне показалось или ты боялась врезаться в барьер?
— Наверное, хотела проверить, произойдёт ли расщепление, как при аппарации, — весело подмигнул ей второй рыжик. — Прости, Молли, что придал тебе ускорение. Но мне так не захотелось лишаться единственной сестрёнки!
— Думай, что болтаешь, Гидеон.
— А сам-то! Поворачивай, Фабиан, поезд вообще-то там. Малыш, ты сильно испугалась?
Названный Гидеоном обнял девушку за плечи, разворачивая на сто восемьдесят градусов вслед за близнецом, и Саша уставилась на красный поезд, испускающий клубы белого дыма. Именно под таким ракурсом его всегда показывали в кино!
— Хогвартс-экспресс! — ошарашенно пробормотала она, не веря своим глазам.
Глава 1
— Молли, ты словно привидение увидела, — взглянул на неё Фабиан, катя рядом тележку. — Что с тобой, девочка?
Саша через силу улыбнулась ему и покачала головой. Она была не уверена, что сможет что-то внятно объяснить. О том, что она круто попала в Поттериану, можно будет подумать позже. Главное — сбылась мечта идиотки, начитавшейся фанфиков про Гарри Поттера.
Девушка шла между близнецами, постепенно приходя в себя.
В ту же сторону двигались дети разных возрастов, кто в мантиях, кто в простой, но нелепой одежде. Некоторых сопровождали взрослые. Гомон весёлых школьников, шумное пыхтение паровоза, клёкот, мяуканье и шипение всевозможной живности в клетках — всё это создавало немного суматошное праздничное настроение. Кто-то нёс чемоданы в руках, кто-то катил такие же тележки, как у Саши. Все улыбались, здоровались, смеялись. На душе у девушки потеплело. Жива — и хорошо, а то ей то ли сердечный приступ привиделся, то ли ещё что-то похуже.
— Молли, там не твоя подруга? — спросил Гидеон, крепче сжимая её плечи своей рукой. Какие хорошие у неё братья!
Стоп! Фабиан, Гидеон, Молли! Она что — Молли Уизли?!
Застонать вслух не получилось потому, что к громкому проявлению своих чувств Александра с детства была не приучена. Гидеон ласково потрепал её по плечу:
— Это же соседка наша, нет?
Узнать девушку с густыми каштановыми кудрями, что махала ей рукой и весело улыбалась, Саша, конечно, не могла, но помахала в ответ. На всякий случай.
— Ага, — кивнула брату.
Но как же всё-таки обидно! Почему из всех героев Поттерианы она попала в дуру-квочку с выводком невоспитанных эгоистичных уизлят, которых с некоторых пор она стойко не переносила?!
Правда, братья ей понравились. Очень симпатичные, живые и к ней так добры. Сашке всегда было жаль, что в каноне оба погибли. Вот, кто бы мог повлиять на непутёвых племянников. А то этот Артур Уизли — тряпка, Молли — истеричка и деревенская баба, а ведь вроде была из аристократов…
— Молли, привет! — окликнула её девушка с каштановыми кудрями, к которой как раз подошли.
— Привет, — ответно улыбнулась Александра. Имени не знает, ну и ладно, дело наживное.
— Привет, Чарити, — подтвердил эту мысль Фабиан.
Та зарделась от смущения, но бойко спросила:
— Мальчики, поможете с чемоданом? А то папа смог меня проводить только до вокзала.
— Конечно, поможем, — кивнул Гидеон, отпуская Александру. — Не вопрос! Молли, тебе в какой вагон?
Девушка замялась — вот чего она точно не знает.
Выручила Чарити:
— Мне — сюда, а гриффиндорцы дальше. Через вагон. Молли, ты заходи к нам, хорошо?
Гидеон чмокнул Александру в лоб и остался помогать Чарити, а Фабиан покатил тележку сестры дальше. Проехав мимо следующего вагона, он притормозил у очередного тамбура.
— Молли, ты чего такая тихая сегодня? — с сочувствием спросил он Александру, поднимая с телеги сразу два чемодана. — Клетку сама возьмёшь?
— Всё нормально, правда! Сову я возьму, — Саня подняла клетку с небольшой серой совой и направилась в вагон вслед за братом. Они прошли до середины, когда девушка заметила пустое купе. — Давай сюда!
Остаться бы тут одной до конца пути. Не то чтобы Александра не любила компанию, но не мешало бы осмыслить происшедшую с ней катастрофу в тишине и одиночестве. Как-то морально собраться, подготовиться к новой жизни. Другим попаданцам на подготовку выделяется по нескольку месяцев, а у Саши всё не как у людей. Из огня да в полымя — как любит говорить баба Вера.
От шока девушка немножко отошла, с мыслью, что теперь она Молли Уизли, почти смирилась. Про то, что случилось в том мире с её телом, старалась не задумываться. Бабулю жалко, остальные переживут.
А может, это всё-таки сон? Александра ущипнула себя за руку выше запястья, пока Фабиан закидывал её чемоданы на верхнюю полку. Щипок вышел чувствительный, убеждая, что это реальность.
Братец поцеловал её в щёку, внимательно заглянув в глаза:
— Уверена, что всё в порядке? Молли, если кто-нибудь будет обижать, ты, пожалуйста, не молчи! Сразу присылай сову. Договорились?
— Фабиан, ты чего? Я же не маленькая уже!
— Знаю, что можешь за себя постоять, — усмехнулся он и ласково провёл своей широкой ладонью по её волосам. — И всё равно — ты слабая девчонка, а мы мужики! И всё-всё-всё можем понять.
— Прям-таки всё? — усомнилась девушка лукаво. Рассказать бы ему, что она не его сестра. И посмотреть, во что превратится всепонимающий братец.
— Абсолютно! — серьёзно произнёс Фабиан. — Всё исправимо, кроме смерти.
Саня мысленно с ним согласилась, а вслух ответила:
— Мне повезло с такими братьями! Вы сами-то берегите себя, ладно?
— Да что нам будет-то? — развеселился «брат». — Ну, давай, стрекоза! До встречи!
Пояснив, что у них с Гидеоном ещё дела в Лондоне, Фабиан пожелал счастливого учебного года и сбежал.
Оставшись в одиночестве, Саша хотела закрыться изнутри, но никакой задвижки на двери не предусматривалось. Посетовав, что не знает подходящего заклинания, девушка устроилась у окна на мягком сиденье. Она совершенно не представляла, чем заняться и как начинать свою попаданскую жизнь.
Глаза слипались, возможно, это реакция на стресс. По-хорошему, достать бы чемоданы и для начала исследовать их содержимое. Вещи многое могли сказать как о хозяйке, так и об окружающем мире. Но только сил на этот подвиг ощущалось крайне мало. Да и школьники то и дело заглядывали в купе, бесцеремонно открывая дверь. Хорошо, что никто пока не пожелал присоединиться.
Притвориться спящей? Ага, как Люпин в «Узнике Азкабана». Нет уж, надо подождать кого-нибудь. Должны же у Молли быть друзья? Или нет? Сердце неприятно кольнуло. Ничего, если нет — она их себе заведёт. У неё всегда это неплохо получалось. А тот мир… этот? — люди-то везде одинаковы.
Саша сунула руки в карманы и нащупала кошелёк, крошечную книгу и палочку. Кошелёк оказался набит золотыми и серебряными монетами. Пересчитывать пока не стала. Успеется. Книжечка была явно под чарами уменьшения. Тоже не горит. А вот волшебная палочка требовала немедленного внимания.
Настало время убедиться, маг она или мимо проходила.
Барьер на платформу девять и три четверти её пропустил, но это разве доказывает, что она теперь волшебница? Она совершенно не помнила, проходили ли в каноне родители Гермионы через колонну. Или оставались на магловской стороне?
Палочка удобно легла в руку. По телу прокатилась тёплая волна. Неужели признала новую хозяйку?
— Люмос, — произнесла Саня. И широко улыбнулась, залюбовавшись ярким огоньком на конце палочки. — Нокс! Темпус!
В воздухе перед ней зависла голограмма часов и дата. Как хорошо, что многие заклинания ей знакомы из фанфиков и канона!
До отправления поезда, если она не путает, оставалось пять минут. А вот год на дворе — тысяча девятьсот шестьдесят седьмой.
И очень жаль, что она не помнит год рождения Молли Уизли. Точнее, Молли Прюэтт. Эта внезапная мысль сильно обрадовала девушку. Точно! Она ведь ещё не замужем! И Артур Уизли ей пока что никто, и звать его никак. То есть, это Саня ещё поглядит, выходить ли за него замуж или послать лесом. В Нору, ага!
Не успела подумать про суженого, как дверь распахнулась в очередной раз, и Саня увидела очень рыжего парня, похожего больше на киношных близнецов, Фреда и Джорджа, чем на Рона Уизли. Но плечи такие же широкие, как у лучшего друга золотого мальчика. Сердце Сани осталось совершенно спокойным. Каким бы ни был симпатичным этот рыжик, а до братьев-Прюэттов ему далеко. Да и не во внешности дело.
— Молли, привет, а я тебя везде ищу, — радостно сообщил этот верзила, плюхаясь рядом с Саней на сиденье. Девушка невольно отодвинулась к окну, а руку, которую парень закинул по-свойски ей на плечо, демонстративно сняла. Рано она его с близнецами Уизли сравнила. Вылитый Рон!
