Холодные капли дождя барабанили по скамейке и стекали за шиворот. Дима лежал на боку на сырой земле, прижав к животу озябшие ноги, и дрожал. Он прятался. Мир вокруг пугал своей предсказуемостью и простотой. Словно ребенок, его сверстник, вырезал этих человечков, зачастую неаккуратно, и теперь играет ими во взрослую жизнь. И его, Димку, он, очевидно, вырезал тоже, вот только каким-то неполноценным; и эта непохожесть не позволяла ему влиться в паутину движений и примкнуть к другим. И вдруг Димка понял, что начинает согреваться. Дождь кончился. Он выбрался из-под лавки и удивленно распахнул огромные серые глаза — на том месте, где он только что прятался, по контуру тела проросла трава. И она была ярко-зеленой!
А следом тучи над головой рассеялись, и показалось солнце. Плоские люди разом остановились, посмотрели в небо и… загорелись!
Димка проснулся, его крепко обнимала Катя.
— Пойдем, покажу, что делать дальше, — В.Д встал и начал пробираться к выходу, лавируя между кроватями.
Девушка выпрямилась, прижимая к себе мальчика, и чуть не свалилась назад — колени подогнулись от внезапной слабости. И вокруг словно стало заметно холоднее.
— П-п-подожди… — она устремилась следом, с трудом перебирая непослушными ногами. Хорошо хоть Димка почти ничего не весил.
Спутник в дверях оглянулся и нахмурился:
— Уже выдохлась? Просил же беречь силы, ведь самое сложное еще впереди.
Соседняя комната оказалась просторнее и светлее. Посередине располагалось нечто, похожее на светящийся желтоватый столб. Он бил из пола и исчезал в потолке, напоминая гигантскую потолочную лампу армстронг, поставленную на бок. Как ни странно, этот свет не слепил глаза, был мягким и словно обволакивал, нежно касаясь кожи.
Пока Катя приближалась, В.Д подошел и всем телом прижался к поверхности колонны. Постоял немного и резко отстранился:
— Это душа, во всяком случае, отсюда она видится как столб света. В норме только нынешний носитель может попасть внутрь. Прошлым носителям и «левым» призракам проход закрыт наглухо, поэтому мы не можем самовольно вселиться в тело, даже если в данный момент оно никем не занято, — он печально вздохнул. — Но у отдельных людей этот защитный механизм ослаблен, и такие становятся отличными спиритами; у некоторых животных также есть вариант захвата тела. Сейчас твоя задача — погрузить ребенка в этот светящийся поток, вот только… — он постучал по колонне, — она уже успела покрыться плотной оболочкой. Растопи ее внутренним теплом и забрось Димку туда, тогда душа вновь свяжется с телом, и он очнется.
— Мы спим? — чуть слышно прошептал мальчик. Он испуганно моргал и озирался по сторонам.
— Да, — шепнула девушка. — Не бойся, все будет хорошо.
В.Д отошел на несколько шагов назад, пропуская к источнику. Она приложила одну ладонь к колонне:
— Какая же она все-таки холодная…
— Холодная? — с горечью переспросил спутник. — А мне она кажется теплой.
Катя сразу приступила к делу. Минут десять она старалась изо всех сил, но все, чего удалось добиться — немного размягчить поверхность колонны. Потыкала в это место пальцем — слой поддался, и получилась вмятина, но дальше было нечто плотное, словно толстая резина, и это мешало сделать отверстие. А ведь мало добиться дырки, она еще должна оказаться достаточной, чтобы протиснуть туда Димку. Последний вел себя спокойно: пригрелся на груди, как котенок, даже глаза прикрыл. Катя отдышалась немного и, тяжело вздохнув, вновь протянула руку.
— Стой! — вдруг скомандовал В.Д. — Замри! К нам кто-то приближается.
Дернулась и встала как вкопанная с занесенной ладонью. Чего это он испугался? Прислушалась к себе, потом перенесла внимание на пространство вокруг и ощутила… острый, ледяной взгляд твари из бездны. С той стороны на них смотрело чудовище, лишенное эмоций и движимое лишь одной целью — навредить, уничтожить, сожрать. Тогда, в лабиринте, это оно обитало в провале. В комнате резко сделалось холоднее. Вместе с выдохом изо рта вырывался пар, руки мгновенно окоченели. Потемнело, и она сразу поняла причину — поверхность колонны на глазах покрывалась льдом, а он рассеивал и искажал свет.
— Нужно проснуться, тогда мальчик опять окажется в кровати, — пискнул В.Д, но как-то неуверенно, — а мы обязательно вернемся сюда, но только чуть позже…
Димка всхлипнул в руках и прижался сильнее.
— Не бойся, — ободряюще шепнула, а у самой поджилки затряслись от страха, — сейчас пойдем в соседнюю комнату, и я уложу тебя спать, — она сделала шаг к выходу.
В.Д вдруг метнулся в сторону и растворился в воздухе. А за тем местом, где он исчез, сквозь стену просачивалась тьма, проступая на ней безобразными черными кляксами.
Нужно было бежать к двери, но Катя застыла и просто смотрела, не в силах пошевелиться.
Тьма ручейками сбегала вниз и превращалась в лужицы; растекаясь, те сливались между собой, жадно поглощая просветы пола. Тварь из бездны быстро собирала себя у стены и ползла вперед шевелящейся темной массой.
Даже не страх, животный ужас парализовал девушку. Она продолжала завороженно смотреть, как неотвратимо приближается черная жижа, тошнотворно колышется, когда позади напирают вновь прибывающие фрагменты. И вдруг замирает, но лишь для того, чтобы через мгновение прорваться вперед и захватить новый участок пола.
Несколько мучительно долгих ударов сердца — и разум озарила вспышка знакомой Ярости. В голове с грохотом перещелкнуло, и Катя резко взяла себя в руки. Сразу вспомнились слова Влада о механизме, который заставляет тело проснуться при критической потере энергии. А значит, — лично ей ничего не грозит. Но вот Димка! Что будет, если это случится? Мальчик, словно почувствовав ее мысли, забился, запаниковал, попытался вырваться.
— Не бойся, просто закрой глаза и не открывай, — прошептала и сильнее прижала к себе, — я тебя тут не оставлю.
Он поверил: успокоился и затих. В ее руках ребенок, и она должна спасти его! Ведь у мальчика больше никого нет. Страх отключился, и внутри осталась только решимость. Катя развернулась и побежала назад, к выходу, и уже посередине поняла, что опоздала: из щели под дверью выползала тьма. И резко вспомнила вновь… как раньше тренировалась с Владом в четвертом измерении, перебегая из одного сна в другой. А, значит, внутри она знает, как это делается. И девушка не снизила скорости, а, когда ее ноги уже были готовы соприкоснуться с жижей, просто резко поменяла сон.
Тяжело дыша, она упала на горячий песок. Люди вокруг нежились под лучами летнего солнца, лежали на полотенцах, а в десяти шагах плескалось ласковое море. Прозрачная голубая гладь раскинулась до самого горизонта, испещренная лишь матрасами, надувными кругами и точками голов отдыхающих. Легкий ветерок принес запах водорослей, йодированной соли и пробежался по коже множеством нежных касаний. Чуть поодаль кружились и галдели чайки, занимаясь любимым делом — рыбной ловлей.
Никто не обратил внимание ни на нее, ни на мальчика в руках. Вокруг резвились дети, и мир дышал теплом и покоем…
Димка открыл глаза и сейчас сидел рядом, удивленно хлопая ресницами:
— Сестричка… мы что, в раю? — наконец произнес он. И восхищенно уставился на море.
— Нет, это просто сон, — Катя вытянула вперед ноги в кроссовках и оперлась сзади на руки. Нужно отдохнуть, хотя бы пару минут, и обдумать план дальнейших действий. Не будет же тварь из бездны ждать их там вечно? Наверняка уползет в свою дыру, и можно будет вернуться в комнату…
Мальчик легко вскочил на ноги и с несвойственной ему раньше детской беззаботностью подбежал к кромке моря. Девочка лет пяти, в большой белой панамке играла с мокрым песком у воды. Она расковыряла ямку и радовалась, когда редкие волны наполняли ее до краев, чтобы потом, откатившись назад, оставить в дань белую пену и несколько морских блох. Последние не терялись, и мгновенно зарывались в мокрый песок. Рядом лежали три большие ракушки и разноцветные, отшлифованные волнами камешки из стекла.
Димка потрогал ногой воду — теплая, и радостно улыбнулся:
— Это была моя мечта — побывать на море! Ты как волшебница из сказок. Когда проснусь, постараюсь не забыть о сегодняшнем чуде.
Он подвернул края пижамных штанов и резво пошлепал по воде. За буйком промчался катер с тросом, тянувшим человека на парашюте. Волны побежали в стороны; они постепенно затухали, но все же докатились до берега. Димка теперь стоял по колено в море и весело подпрыгивал на их гребнях.
— Рыбки, тут маленькие рыбки! И медуза! Вон, вон медуза! — счастливо вскрикнул, указывая на воду в нескольких шагах впереди себя.
— Только глубже не заходи! — Катя улыбнулась, легла головой на песок и прикрыла глаза. Нужно подумать… что-то проступало в сознании, давно позабытая информация об уровнях управления снами. На первом — ты просто осознаешь, что спишь, на втором — учишься перемещаться из текущего сна в другой сон, а на третьем… что там было на третьем? Сколько ни старалась, никак не удавалось вспомнить. И вдруг неприятное ощущение заставило ее напрячься. Резко распахнула глаза и села. Что-то было не так. Звуки! Почему ничего не слышно?! Вскочила и заозиралась по сторонам. Взгляд непроизвольно зацепился за девочку у воды. Она больше не играла, а раскачивалась вперед-назад. Вперед-назад, вперед-назад…
— Дима!!! — истошно взвизгнула, прорезав тишину. Бросилась к мальчику и, схватив на руки, отпрыгнула в сторону. Закрыла ему глаза ладонью. Девочка медленно плавилась, превращаясь в черную жижу, а белая панамка, проеденная дырами, плавно съезжала на бок. Оббежала ее по воде и на безопасном расстоянии выскочила на берег. В кроссовках чавкала вода, джинсы намокли и сковывали движения. Крутанулась полукругом, пытаясь оценить окружающую обстановку. Большинство отдыхающих, словно играя в «морская фигура замри», застыли в разных позах, при этом их пластилиновые лица постепенно сползали вниз, а некоторые уже начинали ритмично раскачиваться и оплавляться…
Потемнело, и Катя рефлекторно подняла вверх глаза. Все чайки теперь были в небе. Кружась там по широкой спирали, они достигали центра, где, как в воронку, втягивались в гигантскую тучу. Та мерзко всхлюпывала, съедая очередную жертву, и стремительно набухала тьмой.
Зацепила краем внимания море: отдыхающие, которые раньше плавали, там сзади, тоже… вместе с матрасами и надувными кругами медленно растворялись и нефтяными пятнами плыли к ней по воде…
«Сон, сон, это просто сон!» — забормотала сама себе, пытаясь побороть вновь вспыхнувший страх. Причем это ее сон! А значит, она может делать в нем, что угодно. Сосредоточилась, пытаясь вернуть картинки людей на место. Силуэты задрожали, пошли рябью… но остались прежними. Тварь из бездны вторгалась в ее сновидение и неотвратимо, шаг за шагом, отвоевывала сюжет. Противник был гораздо, в разы сильнее, и его не победить. Подобные детские приемы со сменой сна здесь явно не сработают. У Кати возникло дикое ощущение, что они с Димкой сейчас вовсе не здесь, а словно по-прежнему находятся комнате, из которой переместились, и меркнущее солнце над головой — это просто проекция столба света по ее центру. Она отчетливо осознала — нужно срочно прыгать назад, это сейчас единственное, что может спасти ребенка. Вот только, куда именно прыгать? Вызвала картинку интенции — странно, но та оставалась яркой и цельной, как будто то, что она сделает или не сделает, не имело сейчас ровно никакого значения. Но почему?! Однако, времени на раздумья не было. Спонтанно решила вернуться в место, где только-только столкнулась с В.Д, приняв его за Пашу. И сразу побежать к Димке, схватить его и погрузить в источник. Но… получится ли? Ведь раньше эта способность проявлялась лишь в момент смерти и лишь для спасения собственной жизни, когда был большой выброс энергии. А сейчас речь шла о мальчике, ведь ей самой, по идее, ничего не грозит. Катя собрала всю Волю и сконцентрировалась на нужном моменте. Она должна это сделать. Должна! От нее, только от нее, зависит жизнь Димки! И поняла, что сможет… точно, она сможет! Нужна всего одна минута, в крайнем случае — две. Но тварь уже сжимала кольцо, Катя видела, как все больше людей, словно повинуясь какой-то заразной болезни, раскачиваются, капают на песок, склеиваются и ползут к ней. И со всей обреченностью поняла — не успеет. Туча над головой заворчала, вздрогнула и затряслась как желе, разродившись дождем из живых черных капель. Они, извиваясь, полетели вниз, и девушка рефлекторно сжалась, пытаясь прикрыть Димку, но… они с шипением скатились по дуге, упали по окружности и испарились. Однако черная жижа уже скользила к ней по песку, протянув из ближайших луж свои безобразные щупальца. Катя внутренне напряглась, готовясь отпрыгнуть в сторону, однако в паре метрах они с размаху налетели на нечто невидимое. «П-ш-ш-ш-ш…» — и, словно обжегшись, отпрянули назад. Краем внимания зацепила чуть заметное фиолетовое свечение по окружности, внутри горели непонятные символы. Смутно вспомнила, узнала — это защита Влада, он поставил ее… во время спора, когда приобнял и сказал простоять три минуты, наверно, из-за рассказа о Вонючке. Значит, все же волновался за нее, пытался уберечь! Это была защита от демонического влияния, и сейчас она позволяла выиграть время.
Вернула сосредоточенность, воссоздав момент встречи с В.Д, потянулась к этому образу, проникая глубже. Тварь уже подобралась вплотную, надавила на защиту, наваливаясь всей своей удушливой тяжестью. Так она быстро ее уничтожит! Но девушка все больше отстранялась от этой реальности, фиксируя происходящее лишь частью сознания. Она пребывала в двух местах одновременно, отчаянно цепляясь за картинку с В.Д. Его лицо делалось все больше трехмерным: под глазами назревали отеки, прорезались морщинки на лбу, становились заметней расширенные поры и неровности кожи, красные сосуды на склере и пятнышки на темной радужке. Топорщились коричневатые щетинки на щеках и подбородке. Потрепанная одежда, стертая обувь с налипшей грязью… замусоленная шляпа в руке. Все четче и четче проступали детали. Его губы растягивались в слова, демонстрируя желтоватые зубы и с белым налетом язык.
— Какой я тебе Паша? — знакомо обижался В.Д.
Кажется, где-то далеко она почувствовала, как тварь метнулась вперед и прорвала границу круга. Но это уже не имело значения.
— Верно! — радостно вскрикнула, порывисто обняв, и сразу схватила под локоть. — Быстрее! Перемести меня комнату, туда, где Димка.
В.Д вновь открыл было рот, но Катя перебила его:
— Вопросы потом, а сейчас нет времени!
Он не стал спорить и забросил их в знакомое полутемное помещение. Девушка сразу рванула вбок, по памяти нашла нужную кровать, быстро разбудила Димку и метнулась в соседнюю комнату к источнику. Удивленный В.Д пыхтел где-то позади, пытаясь догнать. Прикоснулась к колонне, но… на этот раз она вообще не размягчалась! Сил больше не было, последние она потратила на прыжок и пробуждение ребенка. Странно еще, как на ногах держалась. Только сейчас заметила, что ее, как в лихорадке, трясет от адреналина и внутренней Ярости.
В.Д уже стоял рядом, пытаясь отдышаться:
— Уф… Ф-у-х… Я собирался тебе долго мозги вправлять, а ты, оказывается, уже все знаешь…
— Откуда взять силы, если они кончились? — задала риторический вопрос. — Совсем-совсем кончились… — добавила упавшим голосом.
А следом тучи над головой рассеялись, и показалось солнце. Плоские люди разом остановились, посмотрели в небо и… загорелись!
Димка проснулся, его крепко обнимала Катя.
— Пойдем, покажу, что делать дальше, — В.Д встал и начал пробираться к выходу, лавируя между кроватями.
Девушка выпрямилась, прижимая к себе мальчика, и чуть не свалилась назад — колени подогнулись от внезапной слабости. И вокруг словно стало заметно холоднее.
— П-п-подожди… — она устремилась следом, с трудом перебирая непослушными ногами. Хорошо хоть Димка почти ничего не весил.
Спутник в дверях оглянулся и нахмурился:
— Уже выдохлась? Просил же беречь силы, ведь самое сложное еще впереди.
Соседняя комната оказалась просторнее и светлее. Посередине располагалось нечто, похожее на светящийся желтоватый столб. Он бил из пола и исчезал в потолке, напоминая гигантскую потолочную лампу армстронг, поставленную на бок. Как ни странно, этот свет не слепил глаза, был мягким и словно обволакивал, нежно касаясь кожи.
Пока Катя приближалась, В.Д подошел и всем телом прижался к поверхности колонны. Постоял немного и резко отстранился:
— Это душа, во всяком случае, отсюда она видится как столб света. В норме только нынешний носитель может попасть внутрь. Прошлым носителям и «левым» призракам проход закрыт наглухо, поэтому мы не можем самовольно вселиться в тело, даже если в данный момент оно никем не занято, — он печально вздохнул. — Но у отдельных людей этот защитный механизм ослаблен, и такие становятся отличными спиритами; у некоторых животных также есть вариант захвата тела. Сейчас твоя задача — погрузить ребенка в этот светящийся поток, вот только… — он постучал по колонне, — она уже успела покрыться плотной оболочкой. Растопи ее внутренним теплом и забрось Димку туда, тогда душа вновь свяжется с телом, и он очнется.
— Мы спим? — чуть слышно прошептал мальчик. Он испуганно моргал и озирался по сторонам.
— Да, — шепнула девушка. — Не бойся, все будет хорошо.
В.Д отошел на несколько шагов назад, пропуская к источнику. Она приложила одну ладонь к колонне:
— Какая же она все-таки холодная…
— Холодная? — с горечью переспросил спутник. — А мне она кажется теплой.
Катя сразу приступила к делу. Минут десять она старалась изо всех сил, но все, чего удалось добиться — немного размягчить поверхность колонны. Потыкала в это место пальцем — слой поддался, и получилась вмятина, но дальше было нечто плотное, словно толстая резина, и это мешало сделать отверстие. А ведь мало добиться дырки, она еще должна оказаться достаточной, чтобы протиснуть туда Димку. Последний вел себя спокойно: пригрелся на груди, как котенок, даже глаза прикрыл. Катя отдышалась немного и, тяжело вздохнув, вновь протянула руку.
— Стой! — вдруг скомандовал В.Д. — Замри! К нам кто-то приближается.
Дернулась и встала как вкопанная с занесенной ладонью. Чего это он испугался? Прислушалась к себе, потом перенесла внимание на пространство вокруг и ощутила… острый, ледяной взгляд твари из бездны. С той стороны на них смотрело чудовище, лишенное эмоций и движимое лишь одной целью — навредить, уничтожить, сожрать. Тогда, в лабиринте, это оно обитало в провале. В комнате резко сделалось холоднее. Вместе с выдохом изо рта вырывался пар, руки мгновенно окоченели. Потемнело, и она сразу поняла причину — поверхность колонны на глазах покрывалась льдом, а он рассеивал и искажал свет.
— Нужно проснуться, тогда мальчик опять окажется в кровати, — пискнул В.Д, но как-то неуверенно, — а мы обязательно вернемся сюда, но только чуть позже…
Димка всхлипнул в руках и прижался сильнее.
— Не бойся, — ободряюще шепнула, а у самой поджилки затряслись от страха, — сейчас пойдем в соседнюю комнату, и я уложу тебя спать, — она сделала шаг к выходу.
В.Д вдруг метнулся в сторону и растворился в воздухе. А за тем местом, где он исчез, сквозь стену просачивалась тьма, проступая на ней безобразными черными кляксами.
Нужно было бежать к двери, но Катя застыла и просто смотрела, не в силах пошевелиться.
Глава 23. Тварь из бездны
Тьма ручейками сбегала вниз и превращалась в лужицы; растекаясь, те сливались между собой, жадно поглощая просветы пола. Тварь из бездны быстро собирала себя у стены и ползла вперед шевелящейся темной массой.
Даже не страх, животный ужас парализовал девушку. Она продолжала завороженно смотреть, как неотвратимо приближается черная жижа, тошнотворно колышется, когда позади напирают вновь прибывающие фрагменты. И вдруг замирает, но лишь для того, чтобы через мгновение прорваться вперед и захватить новый участок пола.
Несколько мучительно долгих ударов сердца — и разум озарила вспышка знакомой Ярости. В голове с грохотом перещелкнуло, и Катя резко взяла себя в руки. Сразу вспомнились слова Влада о механизме, который заставляет тело проснуться при критической потере энергии. А значит, — лично ей ничего не грозит. Но вот Димка! Что будет, если это случится? Мальчик, словно почувствовав ее мысли, забился, запаниковал, попытался вырваться.
— Не бойся, просто закрой глаза и не открывай, — прошептала и сильнее прижала к себе, — я тебя тут не оставлю.
Он поверил: успокоился и затих. В ее руках ребенок, и она должна спасти его! Ведь у мальчика больше никого нет. Страх отключился, и внутри осталась только решимость. Катя развернулась и побежала назад, к выходу, и уже посередине поняла, что опоздала: из щели под дверью выползала тьма. И резко вспомнила вновь… как раньше тренировалась с Владом в четвертом измерении, перебегая из одного сна в другой. А, значит, внутри она знает, как это делается. И девушка не снизила скорости, а, когда ее ноги уже были готовы соприкоснуться с жижей, просто резко поменяла сон.
Тяжело дыша, она упала на горячий песок. Люди вокруг нежились под лучами летнего солнца, лежали на полотенцах, а в десяти шагах плескалось ласковое море. Прозрачная голубая гладь раскинулась до самого горизонта, испещренная лишь матрасами, надувными кругами и точками голов отдыхающих. Легкий ветерок принес запах водорослей, йодированной соли и пробежался по коже множеством нежных касаний. Чуть поодаль кружились и галдели чайки, занимаясь любимым делом — рыбной ловлей.
Никто не обратил внимание ни на нее, ни на мальчика в руках. Вокруг резвились дети, и мир дышал теплом и покоем…
Димка открыл глаза и сейчас сидел рядом, удивленно хлопая ресницами:
— Сестричка… мы что, в раю? — наконец произнес он. И восхищенно уставился на море.
— Нет, это просто сон, — Катя вытянула вперед ноги в кроссовках и оперлась сзади на руки. Нужно отдохнуть, хотя бы пару минут, и обдумать план дальнейших действий. Не будет же тварь из бездны ждать их там вечно? Наверняка уползет в свою дыру, и можно будет вернуться в комнату…
Мальчик легко вскочил на ноги и с несвойственной ему раньше детской беззаботностью подбежал к кромке моря. Девочка лет пяти, в большой белой панамке играла с мокрым песком у воды. Она расковыряла ямку и радовалась, когда редкие волны наполняли ее до краев, чтобы потом, откатившись назад, оставить в дань белую пену и несколько морских блох. Последние не терялись, и мгновенно зарывались в мокрый песок. Рядом лежали три большие ракушки и разноцветные, отшлифованные волнами камешки из стекла.
Димка потрогал ногой воду — теплая, и радостно улыбнулся:
— Это была моя мечта — побывать на море! Ты как волшебница из сказок. Когда проснусь, постараюсь не забыть о сегодняшнем чуде.
Он подвернул края пижамных штанов и резво пошлепал по воде. За буйком промчался катер с тросом, тянувшим человека на парашюте. Волны побежали в стороны; они постепенно затухали, но все же докатились до берега. Димка теперь стоял по колено в море и весело подпрыгивал на их гребнях.
— Рыбки, тут маленькие рыбки! И медуза! Вон, вон медуза! — счастливо вскрикнул, указывая на воду в нескольких шагах впереди себя.
— Только глубже не заходи! — Катя улыбнулась, легла головой на песок и прикрыла глаза. Нужно подумать… что-то проступало в сознании, давно позабытая информация об уровнях управления снами. На первом — ты просто осознаешь, что спишь, на втором — учишься перемещаться из текущего сна в другой сон, а на третьем… что там было на третьем? Сколько ни старалась, никак не удавалось вспомнить. И вдруг неприятное ощущение заставило ее напрячься. Резко распахнула глаза и села. Что-то было не так. Звуки! Почему ничего не слышно?! Вскочила и заозиралась по сторонам. Взгляд непроизвольно зацепился за девочку у воды. Она больше не играла, а раскачивалась вперед-назад. Вперед-назад, вперед-назад…
— Дима!!! — истошно взвизгнула, прорезав тишину. Бросилась к мальчику и, схватив на руки, отпрыгнула в сторону. Закрыла ему глаза ладонью. Девочка медленно плавилась, превращаясь в черную жижу, а белая панамка, проеденная дырами, плавно съезжала на бок. Оббежала ее по воде и на безопасном расстоянии выскочила на берег. В кроссовках чавкала вода, джинсы намокли и сковывали движения. Крутанулась полукругом, пытаясь оценить окружающую обстановку. Большинство отдыхающих, словно играя в «морская фигура замри», застыли в разных позах, при этом их пластилиновые лица постепенно сползали вниз, а некоторые уже начинали ритмично раскачиваться и оплавляться…
Потемнело, и Катя рефлекторно подняла вверх глаза. Все чайки теперь были в небе. Кружась там по широкой спирали, они достигали центра, где, как в воронку, втягивались в гигантскую тучу. Та мерзко всхлюпывала, съедая очередную жертву, и стремительно набухала тьмой.
Зацепила краем внимания море: отдыхающие, которые раньше плавали, там сзади, тоже… вместе с матрасами и надувными кругами медленно растворялись и нефтяными пятнами плыли к ней по воде…
«Сон, сон, это просто сон!» — забормотала сама себе, пытаясь побороть вновь вспыхнувший страх. Причем это ее сон! А значит, она может делать в нем, что угодно. Сосредоточилась, пытаясь вернуть картинки людей на место. Силуэты задрожали, пошли рябью… но остались прежними. Тварь из бездны вторгалась в ее сновидение и неотвратимо, шаг за шагом, отвоевывала сюжет. Противник был гораздо, в разы сильнее, и его не победить. Подобные детские приемы со сменой сна здесь явно не сработают. У Кати возникло дикое ощущение, что они с Димкой сейчас вовсе не здесь, а словно по-прежнему находятся комнате, из которой переместились, и меркнущее солнце над головой — это просто проекция столба света по ее центру. Она отчетливо осознала — нужно срочно прыгать назад, это сейчас единственное, что может спасти ребенка. Вот только, куда именно прыгать? Вызвала картинку интенции — странно, но та оставалась яркой и цельной, как будто то, что она сделает или не сделает, не имело сейчас ровно никакого значения. Но почему?! Однако, времени на раздумья не было. Спонтанно решила вернуться в место, где только-только столкнулась с В.Д, приняв его за Пашу. И сразу побежать к Димке, схватить его и погрузить в источник. Но… получится ли? Ведь раньше эта способность проявлялась лишь в момент смерти и лишь для спасения собственной жизни, когда был большой выброс энергии. А сейчас речь шла о мальчике, ведь ей самой, по идее, ничего не грозит. Катя собрала всю Волю и сконцентрировалась на нужном моменте. Она должна это сделать. Должна! От нее, только от нее, зависит жизнь Димки! И поняла, что сможет… точно, она сможет! Нужна всего одна минута, в крайнем случае — две. Но тварь уже сжимала кольцо, Катя видела, как все больше людей, словно повинуясь какой-то заразной болезни, раскачиваются, капают на песок, склеиваются и ползут к ней. И со всей обреченностью поняла — не успеет. Туча над головой заворчала, вздрогнула и затряслась как желе, разродившись дождем из живых черных капель. Они, извиваясь, полетели вниз, и девушка рефлекторно сжалась, пытаясь прикрыть Димку, но… они с шипением скатились по дуге, упали по окружности и испарились. Однако черная жижа уже скользила к ней по песку, протянув из ближайших луж свои безобразные щупальца. Катя внутренне напряглась, готовясь отпрыгнуть в сторону, однако в паре метрах они с размаху налетели на нечто невидимое. «П-ш-ш-ш-ш…» — и, словно обжегшись, отпрянули назад. Краем внимания зацепила чуть заметное фиолетовое свечение по окружности, внутри горели непонятные символы. Смутно вспомнила, узнала — это защита Влада, он поставил ее… во время спора, когда приобнял и сказал простоять три минуты, наверно, из-за рассказа о Вонючке. Значит, все же волновался за нее, пытался уберечь! Это была защита от демонического влияния, и сейчас она позволяла выиграть время.
Вернула сосредоточенность, воссоздав момент встречи с В.Д, потянулась к этому образу, проникая глубже. Тварь уже подобралась вплотную, надавила на защиту, наваливаясь всей своей удушливой тяжестью. Так она быстро ее уничтожит! Но девушка все больше отстранялась от этой реальности, фиксируя происходящее лишь частью сознания. Она пребывала в двух местах одновременно, отчаянно цепляясь за картинку с В.Д. Его лицо делалось все больше трехмерным: под глазами назревали отеки, прорезались морщинки на лбу, становились заметней расширенные поры и неровности кожи, красные сосуды на склере и пятнышки на темной радужке. Топорщились коричневатые щетинки на щеках и подбородке. Потрепанная одежда, стертая обувь с налипшей грязью… замусоленная шляпа в руке. Все четче и четче проступали детали. Его губы растягивались в слова, демонстрируя желтоватые зубы и с белым налетом язык.
— Какой я тебе Паша? — знакомо обижался В.Д.
Кажется, где-то далеко она почувствовала, как тварь метнулась вперед и прорвала границу круга. Но это уже не имело значения.
— Верно! — радостно вскрикнула, порывисто обняв, и сразу схватила под локоть. — Быстрее! Перемести меня комнату, туда, где Димка.
В.Д вновь открыл было рот, но Катя перебила его:
— Вопросы потом, а сейчас нет времени!
Он не стал спорить и забросил их в знакомое полутемное помещение. Девушка сразу рванула вбок, по памяти нашла нужную кровать, быстро разбудила Димку и метнулась в соседнюю комнату к источнику. Удивленный В.Д пыхтел где-то позади, пытаясь догнать. Прикоснулась к колонне, но… на этот раз она вообще не размягчалась! Сил больше не было, последние она потратила на прыжок и пробуждение ребенка. Странно еще, как на ногах держалась. Только сейчас заметила, что ее, как в лихорадке, трясет от адреналина и внутренней Ярости.
В.Д уже стоял рядом, пытаясь отдышаться:
— Уф… Ф-у-х… Я собирался тебе долго мозги вправлять, а ты, оказывается, уже все знаешь…
— Откуда взять силы, если они кончились? — задала риторический вопрос. — Совсем-совсем кончились… — добавила упавшим голосом.
