Ну да, мы же сделали целых два шага в моём доме на островах и тут пролетели полметра, так устали, так устали, что без ванны нам никак. Миранда просветила меня накануне в ещё один местный обычай, который никак не мог уложиться у меня в голове. Зачем мыться по пять-шесть раз в день? Да ещё и с шампунями, маслами и прочими удлиняющими время процедурами. Нахрена тратить столько времени на мойку? Где они успевают так испачкаться? Проснулся – помойся, ладно, тут соглашусь, но зачем мыться после завтрака, если с момента последней мойки прошёл от силы час? Аристократки за этот завтрак бои в грязи устраивают? Лично коров доят и куриц ловят? Помылся – переоденься, ведь целый же час носила одно платье, они кушать аккуратно не умеют? Что за нездоровая тяга постоянно прихорашиваться? Комплексы, больше заняться нечем? Как земные женщины умудряются не зарасти плесенью, принимая душ раз в день и нося одну одежду с утра до вечера?
Короче, бесили меня местные порядки изрядно. Я могу ещё понять дракониц, им действительно делать нечего, жизнь длинная, развлечения однотипные. Но человеческие то девушки? Потратить всю жизнь, бултыхаясь в мыльной воде? В общем, я этим установленным правилам следовать не собиралась, Миранда тоже не была замечена в излишней чистоплотности, зачастую радуя взгляд одним и тем же сарафаном и утром, и вечером.
- Что у нас по обязательному плану? – проигнорировав опечаленный взгляд Эндрю, спросила у жрицы.
- Променад, - усмехнулась она в ответ. Фу, слово-то какое претенциозное, аж скулы свело. – Заодно и столицу посмотришь. Какой бы Сэлим говнюк ни был, но столица хороша.
У бедного Эндрю глаз дёрнулся от замечания жрицы, а мне стало немного жаль мужика, ох, наслушается ещё на полноценный нервный тик.
- Ты ещё скажи, что он сам лично, своими лицемерными ручками город строил, - поддакнула я, вызывая очередной шок и трепет у дворецкого.
- Ой, Эндрю, ты, кажется, забыл, чьи мы подданные? - сочувственно поинтересовалась у мужчины Миранда, - привыкай, в нашем кругу правящий долбоящер не в почёте.
Эндрю бледнел, дёргал кадыком, но молча склонял голову. Выучка, конечно, отличная. Надо будет ему хоть премию потом пробить и молоко за вредность. За вредность отдельно взятых младших жриц. Миранда же веселилась на полную катушку и продолжала обескураживать и без того шокированного дворецкого.
С трудом, но мне удалось вывести девушку на улицу, на которой я сама застыла с отвисшей челюстью. Только и могла, что крутить головой во все стороны, как сова, спасибо, что от шока угукать не начала. Красиво.
Не врала Милита, когда описывала сказочную атмосферу Сантирии – главного города Драконьего края. Особняк располагался на возвышении, и от главных ворот открывался шикарный вид на весь город. Чего тут только не было: и мосты, и белоснежные мостовые, и парки, без трущоб тоже не обошлось, конечно, но даже они выглядели уютно и опрятно. Но, вишенкой на торте был замок, или скорее, дворец. Огромный, сверкающий в лучах тёплого солнца. Настоящий дворец из заставки мультиков Диснея.
Вот, значит, где обитает чешуйчатая морда. Ну, ничего, гад хладнокровный, отольются тебе Оливкины слёзки.
Так и манило меня погрозить кулаком в сторону дворца, но я сдержалась, пошиплю про себя и будет, а то наше появление и так привлекает излишнее внимание. Свою же ненависть я буду пестовать, холить и лелеять исключительно мысленно.
За срок, что я провела на островах, эмоции поутихли, в частности, я начала забывать, что из себя представляет Правитель Драконьего края. Да и нетрудно было это сделать, когда тебя окружают позитивные люди, забот полон рот, и времени предаваться лишним размышлениям попросту нет.
Да, все несчастья в жизни Оливки были только по его вине, но я-то его в глаза не видела. Трудно постоянно помнить о том, кого лицезрела только в чужом воспоминании. А сплетни и новости, стали восприниматься как обычная светская хроника: где-то там, кто-то там. Не виновник бед Оливки и моего сюда попадания, а просто властный и недалёкий кобелина. Не пухлая шлюха, убившая Оливку, а просто амбициозная постельная грелка Правителя.
Я вросла в новое тело, полностью смирилась с новой жизнью, и она мне, чёрт возьми, нравилась! Мне нравились острова, мне нравилась магия, да даже мир нравился. Я практически перестала вспоминать старую жизнь, мужа, аварию. Я будто перевернула страницу книги, оставив Ольгу в предыдущей главе. Но если я отпущу обиду, злость и ненависть, то могу запороть выполнение клятвы и возможно, стану реально живым трупом, вот оно мне надо? И этого мне могут и не простить, какими бы милыми ни казались богини, я не сомневаюсь, что их радушие испарится в тот же момент, когда я их разочарую. Так что, берём себя в руки и в деталях восстанавливаем события начиная с моего появления в теле Оливки, и мысленно крутим эти мерзкие картинки постоянно.
Но это всё лирика, а вот действительность сейчас активно шушукалась на лужайке соседнего особняка, косясь в нашу сторону. На личиках этого цветника так и читалось осуждение пополам с брезгливостью: дескать, приехали тут, деревенщины, головами крутят.
Местный дендрарием состоял из десятка девушек, разодетых в пух и прах. Шёлка, кружева, камни, веера, шляпки. На фоне барышень мы с Мирандой выглядели скромно, но в отличие от них же, мы не изнывали от жары, не ломали спины под весом вычурных платьев. Зато стала очевидна причина такой любви к банным процедурам: в такую-то жару, да в таких количествах слоёв ткани, странно, что они не мокрые насквозь ещё или не в обмороке от перегрева.
Миранда демонстративно поправила тонкую лямку сарафана и с гордо поднятым носом продефилировала мимо разряженной клумбы, а я скромно пристроилась к ней в хвост. С такой статью жрица точно может выступать, живым тараном, грех не воспользоваться. Да и на руку это нам, что всё внимание завистниц и сплетниц сосредоточено на ней.
Променад предполагал неспешную прогулку по широкому тротуару, опоясывающему фешенебельный район. Самое идиотское заключалась в его закольцованности, то есть на полном серьёзе предполагалось, что местные кумушки будут, как кони на арене цирка, каждый день вышагивать по одному и тому же маршруту. Весело, да?
Нет, безусловно, в первый раз прогулка была увлекательной. Мы вовсю крутили головами, останавливались у красивых домов или клумб, изрядно напрягая своей непосредственностью других фланирующих граждан. Но, положа руку на сердце, плевать нам было. Нравится быть хомяком в клетке, бегая по кругу – вперёд, это их выбор. А нам было интересно, мне по понятной причине, а Миранда тут не была больше двадцати лет и с удовольствием подмечала каждые детали изменившейся архитекторы, ну и заодно просвещала меня в грязные тайны владельцев.
Так и гуляли, игнорируя и стражу неотрывно, за нами следующую, и репейник, что тоже выплыл за нами с соседней грядки. Конечно, они следовали своим маршрутом, ни разу не следя за нами, глядя на ровный круг дороги, даже мысли другой возникнуть, конечно же, не может.
Пройдя две трети круга, мы вышли к парку. Яркому, с призывными тенями под раскидистыми кустами зелени, как вот не зайти? Девушки, задрав носы и деланно косясь в любые стороны, кроме нашей, тоже проследовали наслаждаться прохладой в тени. Затормозив у лотка мороженщика, нам предстала чудеснейшая картина. Девушкам предстоял нелёгкий выбор: проследовать вглубь парка и потерять нас из вида, присоединиться к нашему выбору вкусняшки или устроить шоу под названием «ах, какой красивый куст, и как я его раньше не замечала?».
Так как есть на улице, да ещё и на ходу – дикий моветон, а терять нас из вида эти особы тоже не хотели, то мы с еле сдерживаемым хохотом наблюдали, как девушки наперебой нахваливали злосчастное растение и зло стреляли в нас глазами.
Спустя минут десять набор возможных эпитетов и их сочетаний в отношении бедного куста был выбран полностью, а мы уже откровенно ухохатывались, стараясь, правда, соблюдать приличия и не афишируя, кто вызвал этот припадок.
А взяв по ведру мороженого у весело улыбающегося продавца, ставшего невольным свидетелем идиотского театрального представления, мы направились вглубь парка, который манил не только тенью, но и мелодичным журчанием. Фонтан, пруд?
Оказался фонтан, центральной фигурой которого был дракон, выпускающий водную струю вверх и опадающую на чаши в руках представителей других рас. Неоднозначное впечатление от композиции, однако. Вроде и символично, но как-то слишком физиологично получилось у скульптора, ещё и искренний восторг на лицах статуй, получающих сии дары. Фу, короче.
Налюбовавшись фонтаном, я повернулась было в сторону скамеечек, как услышала с другой стороны водной завесы жеманный противный голосок.
И вот тут-то меня накрыло осознание. Сэлим то, может, и не помнит, как я выгляжу, а отличается ли такой же выборочной памятью его любовница?
Отступать было поздно, красиво и непринуждённо это не сделаешь, а спешное бегство, под прицелом заинтересованных глаз у преследующего нас репейника, может вызвать ненужные вопросы. Оставалось только состроить наиболее наивное выражение лица и встречать убийцу с учтивой улыбкой.
- Она должна нервничать, а не ты, - тихо подбодрила меня на ухо Миранда.
Конечно, я знала эту прописную истину. И конечно, я понимала, что я тут хозяйка положения. Но подсознательно опасалась этой встречи: физически я Милиту не боялась, убить меня она не сможет, вообще никого вреда причинить не сможет, но вот рассказать Сэлиму вполне способна. Вдруг её желание от меня избавиться перешло на стадию мании, и она рискнёт оказаться на плахе, ради заточения меня в горной тюрьме? Я там надолго не останусь, но и начинать открытое противостояние то ли рано, то ли вообще нет необходимости.
- Фу, кто пустил служанок в наш парк? – манерно скривившись, воскликнула Милита, выйдя из-за фонтана и вперясь в нас взглядом.
Миранда удостоилась заинтересованного рассматривания, а вот стоило девушке переключиться на меня, как она мгновенно спала с лица. Узнала, значит, змеюка.
Милита старалась натянуть обратно на лицо брезгливое выражение, но то, что получалось, вызывало скорее жалость, чем смятение и желание падать ниц. Я же, в свою очередь, окинула её долгим, изучающим взглядом, пройдясь от напудренной макушки до расшитых камнями носочков туфель. На заднем фоне кто-то нервно ойкнул, и сразу же следом послышался шепоток, увещевающий нарушителя тишины, быть скромнее.
- Ничего не меняется в этом крае, - хмыкнула жрица, уперев руки в крутые бока. - Как пренебрегали драконы воспитанием дам, так никто этот пробел и не восполнил.
Этот момент мы как-то не обсуждали, вообще умудрились забыть, что где-то здесь может ошиваться Милита, но Миранда явно нарывалась на скандал, а уловить смысла затеянной свары я не могла.
- Как ты смеешь? – на рефлексах взвизгнула Милита, чем только ещё больше раззадорила Миранду.
- А разве прилично обсуждать людей, делая вид, что их здесь нет? Разве прилично упрекать подданных другого государства в следовании традициям своей страны? – покачала головой жрица.
На секунду в глазах Милиты сквозанула досада, но она упрямо поджала губы и ещё более мерзким голосом, вызвавшим тихие смешки позади, решила парировать Миранде:
- В Сантирии я решаю, что прилично, а что нет.
Вот тут я уже не сдержалась и в открытую усмехнулась, невольно переключая внимание гадюки на себя. Она даже до звания дракона в моём представлении недотягивала, змея и змея, посмотрев на неё в естественной среде и вживую, былые опасения совсем отступили. Недалёкая, несдержанная, абсолютно не умеющая контролировать эмоции и порывы, ей будто пятнадцать, а не девяносто. Откуда у бабушки такой инфантилизм?
- Милита Олти, я полагаю? – чуть склоня голову, но не делая настоящий поклон, спросила у девушки.
- Всё верно, - вздёрнула подбородок, обретя вновь уверенность Милита.
- Слухи о ваших, эмм… решениях ходят от самых высоких и уединённых скал и до Голубых островов, - с улыбкой произнесла я.
Милита вновь растеряла с трудом обретённую решимость, уловив мой намёк. Да я особо и не скрывалась, зачем? Окружающие, внимающие каждому звуку, не поймут настоящего подтекста, решив, что я о её нравственности, а Милите полезно понервничать.
Вступать в перебранку Милита не стала, то ли не совладав до конца с эмоциями, что я у неё вызывала, то ли боясь потерять инициативу и опозориться перед своей свитой. Она вскинула голову настолько резко, что стало страшно, как бы шея ни переломилась, и наградив нас презрительным взглядом, уже собиралась открыть рот, чтобы поставить точку, как Миранда, вдруг выступила вперёд, загораживая меня:
- Знаешь, дорогая, мне кажется, нам стоит найти менее душное место для продолжения прогулки, - подхватив меня под локоток, деланно расстроенно заметила жрица, - запахи эти, ужас.
Достав из кармашка платочек и картинно помахав им перед лицом, Миранда со скорбной миной, уверено потянула меня к выходу из парка, а я послушно потопала за ней. На выход, так на выход. Запахи тут воистину не очень: сбивающая с ног смесь парфюма и пота, одно, что «дамы».
Вслед нам раздавались шепотки и натуральное шипение Милиты. Она человеческий язык от шока забыла? Неплохо бы, но, боюсь, своего позора она нам не забудет и при первой же возможности попробует взять реванш. Не особо и страшно, особенно сейчас, когда я посмотрела на девушку вживую, но мараться об неё не хотелось. Не хотелось опускать до уровня грязных сплетен, мелких пакостей и прочих женских хитростей.
Что странно, но кроме шипящей местной королевишны, остальные дамы провожали нас более спокойно, и бросали в нас скорее заинтересованные взгляды, чем враждебные или презрительные. Не всем по душе самопровозглашённая власть Милиты, ох, не всем, и судя по усилившемуся шипению, она тоже обратила внимание на этот факт.
Мороженое приятно холодило руки, но становилось очевидным, что до дома мы его не донесём и если хотим насладиться его вкусом, то стоит всё-таки найти место, где можно расположиться, и желательно в тени.
Кукуя в крепости, я предполагала, что Драконий край – суровое место, даже после подсмотренного рассказа Милиты и вырезок из газет, и то считала, что эти самые курорты скорее исключение из правил, и насколько же моё мнение оказалось ошибочным. Климат просто шикарный, что в свете моего нового тела, которому жара никак не мешала существовать, только радовало. Долгое тёплое лето, мягкая, короткая зима. Красота же?
- О, смотри, отличная скамейка, - выдернула меня из размышлений Миранда и ещё настойчивее потянула за собой.
К чему такая спешка, я поняла, только когда мы приблизились к заветной цели, с другой стороны к лавочке тоже подбиралась группа девушек. Мы ожидаемо оказались на скамеечке первыми, но скромно расположились с краю, оставляя место для манёвра опоздавшим. Пусть к нам никто и не присоединился, но совесть была чиста.
Мороженое откровенно разочаровало, водянистое, с мёрзлыми кристалликами воды, гадость, короче. Для виду, поковыряв немного в ведре, прилагаемой к посудине, ложкой, с облегчением отставила фактически нетронутое лакомство в сторону и переключилась целиком на Миранду.
Короче, бесили меня местные порядки изрядно. Я могу ещё понять дракониц, им действительно делать нечего, жизнь длинная, развлечения однотипные. Но человеческие то девушки? Потратить всю жизнь, бултыхаясь в мыльной воде? В общем, я этим установленным правилам следовать не собиралась, Миранда тоже не была замечена в излишней чистоплотности, зачастую радуя взгляд одним и тем же сарафаном и утром, и вечером.
- Что у нас по обязательному плану? – проигнорировав опечаленный взгляд Эндрю, спросила у жрицы.
- Променад, - усмехнулась она в ответ. Фу, слово-то какое претенциозное, аж скулы свело. – Заодно и столицу посмотришь. Какой бы Сэлим говнюк ни был, но столица хороша.
У бедного Эндрю глаз дёрнулся от замечания жрицы, а мне стало немного жаль мужика, ох, наслушается ещё на полноценный нервный тик.
- Ты ещё скажи, что он сам лично, своими лицемерными ручками город строил, - поддакнула я, вызывая очередной шок и трепет у дворецкого.
- Ой, Эндрю, ты, кажется, забыл, чьи мы подданные? - сочувственно поинтересовалась у мужчины Миранда, - привыкай, в нашем кругу правящий долбоящер не в почёте.
Эндрю бледнел, дёргал кадыком, но молча склонял голову. Выучка, конечно, отличная. Надо будет ему хоть премию потом пробить и молоко за вредность. За вредность отдельно взятых младших жриц. Миранда же веселилась на полную катушку и продолжала обескураживать и без того шокированного дворецкого.
С трудом, но мне удалось вывести девушку на улицу, на которой я сама застыла с отвисшей челюстью. Только и могла, что крутить головой во все стороны, как сова, спасибо, что от шока угукать не начала. Красиво.
Не врала Милита, когда описывала сказочную атмосферу Сантирии – главного города Драконьего края. Особняк располагался на возвышении, и от главных ворот открывался шикарный вид на весь город. Чего тут только не было: и мосты, и белоснежные мостовые, и парки, без трущоб тоже не обошлось, конечно, но даже они выглядели уютно и опрятно. Но, вишенкой на торте был замок, или скорее, дворец. Огромный, сверкающий в лучах тёплого солнца. Настоящий дворец из заставки мультиков Диснея.
Вот, значит, где обитает чешуйчатая морда. Ну, ничего, гад хладнокровный, отольются тебе Оливкины слёзки.
Так и манило меня погрозить кулаком в сторону дворца, но я сдержалась, пошиплю про себя и будет, а то наше появление и так привлекает излишнее внимание. Свою же ненависть я буду пестовать, холить и лелеять исключительно мысленно.
За срок, что я провела на островах, эмоции поутихли, в частности, я начала забывать, что из себя представляет Правитель Драконьего края. Да и нетрудно было это сделать, когда тебя окружают позитивные люди, забот полон рот, и времени предаваться лишним размышлениям попросту нет.
Да, все несчастья в жизни Оливки были только по его вине, но я-то его в глаза не видела. Трудно постоянно помнить о том, кого лицезрела только в чужом воспоминании. А сплетни и новости, стали восприниматься как обычная светская хроника: где-то там, кто-то там. Не виновник бед Оливки и моего сюда попадания, а просто властный и недалёкий кобелина. Не пухлая шлюха, убившая Оливку, а просто амбициозная постельная грелка Правителя.
Я вросла в новое тело, полностью смирилась с новой жизнью, и она мне, чёрт возьми, нравилась! Мне нравились острова, мне нравилась магия, да даже мир нравился. Я практически перестала вспоминать старую жизнь, мужа, аварию. Я будто перевернула страницу книги, оставив Ольгу в предыдущей главе. Но если я отпущу обиду, злость и ненависть, то могу запороть выполнение клятвы и возможно, стану реально живым трупом, вот оно мне надо? И этого мне могут и не простить, какими бы милыми ни казались богини, я не сомневаюсь, что их радушие испарится в тот же момент, когда я их разочарую. Так что, берём себя в руки и в деталях восстанавливаем события начиная с моего появления в теле Оливки, и мысленно крутим эти мерзкие картинки постоянно.
Но это всё лирика, а вот действительность сейчас активно шушукалась на лужайке соседнего особняка, косясь в нашу сторону. На личиках этого цветника так и читалось осуждение пополам с брезгливостью: дескать, приехали тут, деревенщины, головами крутят.
Местный дендрарием состоял из десятка девушек, разодетых в пух и прах. Шёлка, кружева, камни, веера, шляпки. На фоне барышень мы с Мирандой выглядели скромно, но в отличие от них же, мы не изнывали от жары, не ломали спины под весом вычурных платьев. Зато стала очевидна причина такой любви к банным процедурам: в такую-то жару, да в таких количествах слоёв ткани, странно, что они не мокрые насквозь ещё или не в обмороке от перегрева.
Миранда демонстративно поправила тонкую лямку сарафана и с гордо поднятым носом продефилировала мимо разряженной клумбы, а я скромно пристроилась к ней в хвост. С такой статью жрица точно может выступать, живым тараном, грех не воспользоваться. Да и на руку это нам, что всё внимание завистниц и сплетниц сосредоточено на ней.
Променад предполагал неспешную прогулку по широкому тротуару, опоясывающему фешенебельный район. Самое идиотское заключалась в его закольцованности, то есть на полном серьёзе предполагалось, что местные кумушки будут, как кони на арене цирка, каждый день вышагивать по одному и тому же маршруту. Весело, да?
Нет, безусловно, в первый раз прогулка была увлекательной. Мы вовсю крутили головами, останавливались у красивых домов или клумб, изрядно напрягая своей непосредственностью других фланирующих граждан. Но, положа руку на сердце, плевать нам было. Нравится быть хомяком в клетке, бегая по кругу – вперёд, это их выбор. А нам было интересно, мне по понятной причине, а Миранда тут не была больше двадцати лет и с удовольствием подмечала каждые детали изменившейся архитекторы, ну и заодно просвещала меня в грязные тайны владельцев.
Так и гуляли, игнорируя и стражу неотрывно, за нами следующую, и репейник, что тоже выплыл за нами с соседней грядки. Конечно, они следовали своим маршрутом, ни разу не следя за нами, глядя на ровный круг дороги, даже мысли другой возникнуть, конечно же, не может.
Пройдя две трети круга, мы вышли к парку. Яркому, с призывными тенями под раскидистыми кустами зелени, как вот не зайти? Девушки, задрав носы и деланно косясь в любые стороны, кроме нашей, тоже проследовали наслаждаться прохладой в тени. Затормозив у лотка мороженщика, нам предстала чудеснейшая картина. Девушкам предстоял нелёгкий выбор: проследовать вглубь парка и потерять нас из вида, присоединиться к нашему выбору вкусняшки или устроить шоу под названием «ах, какой красивый куст, и как я его раньше не замечала?».
Так как есть на улице, да ещё и на ходу – дикий моветон, а терять нас из вида эти особы тоже не хотели, то мы с еле сдерживаемым хохотом наблюдали, как девушки наперебой нахваливали злосчастное растение и зло стреляли в нас глазами.
Спустя минут десять набор возможных эпитетов и их сочетаний в отношении бедного куста был выбран полностью, а мы уже откровенно ухохатывались, стараясь, правда, соблюдать приличия и не афишируя, кто вызвал этот припадок.
А взяв по ведру мороженого у весело улыбающегося продавца, ставшего невольным свидетелем идиотского театрального представления, мы направились вглубь парка, который манил не только тенью, но и мелодичным журчанием. Фонтан, пруд?
Оказался фонтан, центральной фигурой которого был дракон, выпускающий водную струю вверх и опадающую на чаши в руках представителей других рас. Неоднозначное впечатление от композиции, однако. Вроде и символично, но как-то слишком физиологично получилось у скульптора, ещё и искренний восторг на лицах статуй, получающих сии дары. Фу, короче.
Налюбовавшись фонтаном, я повернулась было в сторону скамеечек, как услышала с другой стороны водной завесы жеманный противный голосок.
И вот тут-то меня накрыло осознание. Сэлим то, может, и не помнит, как я выгляжу, а отличается ли такой же выборочной памятью его любовница?
Глава 9.
Отступать было поздно, красиво и непринуждённо это не сделаешь, а спешное бегство, под прицелом заинтересованных глаз у преследующего нас репейника, может вызвать ненужные вопросы. Оставалось только состроить наиболее наивное выражение лица и встречать убийцу с учтивой улыбкой.
- Она должна нервничать, а не ты, - тихо подбодрила меня на ухо Миранда.
Конечно, я знала эту прописную истину. И конечно, я понимала, что я тут хозяйка положения. Но подсознательно опасалась этой встречи: физически я Милиту не боялась, убить меня она не сможет, вообще никого вреда причинить не сможет, но вот рассказать Сэлиму вполне способна. Вдруг её желание от меня избавиться перешло на стадию мании, и она рискнёт оказаться на плахе, ради заточения меня в горной тюрьме? Я там надолго не останусь, но и начинать открытое противостояние то ли рано, то ли вообще нет необходимости.
- Фу, кто пустил служанок в наш парк? – манерно скривившись, воскликнула Милита, выйдя из-за фонтана и вперясь в нас взглядом.
Миранда удостоилась заинтересованного рассматривания, а вот стоило девушке переключиться на меня, как она мгновенно спала с лица. Узнала, значит, змеюка.
Милита старалась натянуть обратно на лицо брезгливое выражение, но то, что получалось, вызывало скорее жалость, чем смятение и желание падать ниц. Я же, в свою очередь, окинула её долгим, изучающим взглядом, пройдясь от напудренной макушки до расшитых камнями носочков туфель. На заднем фоне кто-то нервно ойкнул, и сразу же следом послышался шепоток, увещевающий нарушителя тишины, быть скромнее.
- Ничего не меняется в этом крае, - хмыкнула жрица, уперев руки в крутые бока. - Как пренебрегали драконы воспитанием дам, так никто этот пробел и не восполнил.
Этот момент мы как-то не обсуждали, вообще умудрились забыть, что где-то здесь может ошиваться Милита, но Миранда явно нарывалась на скандал, а уловить смысла затеянной свары я не могла.
- Как ты смеешь? – на рефлексах взвизгнула Милита, чем только ещё больше раззадорила Миранду.
- А разве прилично обсуждать людей, делая вид, что их здесь нет? Разве прилично упрекать подданных другого государства в следовании традициям своей страны? – покачала головой жрица.
На секунду в глазах Милиты сквозанула досада, но она упрямо поджала губы и ещё более мерзким голосом, вызвавшим тихие смешки позади, решила парировать Миранде:
- В Сантирии я решаю, что прилично, а что нет.
Вот тут я уже не сдержалась и в открытую усмехнулась, невольно переключая внимание гадюки на себя. Она даже до звания дракона в моём представлении недотягивала, змея и змея, посмотрев на неё в естественной среде и вживую, былые опасения совсем отступили. Недалёкая, несдержанная, абсолютно не умеющая контролировать эмоции и порывы, ей будто пятнадцать, а не девяносто. Откуда у бабушки такой инфантилизм?
- Милита Олти, я полагаю? – чуть склоня голову, но не делая настоящий поклон, спросила у девушки.
- Всё верно, - вздёрнула подбородок, обретя вновь уверенность Милита.
- Слухи о ваших, эмм… решениях ходят от самых высоких и уединённых скал и до Голубых островов, - с улыбкой произнесла я.
Милита вновь растеряла с трудом обретённую решимость, уловив мой намёк. Да я особо и не скрывалась, зачем? Окружающие, внимающие каждому звуку, не поймут настоящего подтекста, решив, что я о её нравственности, а Милите полезно понервничать.
Вступать в перебранку Милита не стала, то ли не совладав до конца с эмоциями, что я у неё вызывала, то ли боясь потерять инициативу и опозориться перед своей свитой. Она вскинула голову настолько резко, что стало страшно, как бы шея ни переломилась, и наградив нас презрительным взглядом, уже собиралась открыть рот, чтобы поставить точку, как Миранда, вдруг выступила вперёд, загораживая меня:
- Знаешь, дорогая, мне кажется, нам стоит найти менее душное место для продолжения прогулки, - подхватив меня под локоток, деланно расстроенно заметила жрица, - запахи эти, ужас.
Достав из кармашка платочек и картинно помахав им перед лицом, Миранда со скорбной миной, уверено потянула меня к выходу из парка, а я послушно потопала за ней. На выход, так на выход. Запахи тут воистину не очень: сбивающая с ног смесь парфюма и пота, одно, что «дамы».
Вслед нам раздавались шепотки и натуральное шипение Милиты. Она человеческий язык от шока забыла? Неплохо бы, но, боюсь, своего позора она нам не забудет и при первой же возможности попробует взять реванш. Не особо и страшно, особенно сейчас, когда я посмотрела на девушку вживую, но мараться об неё не хотелось. Не хотелось опускать до уровня грязных сплетен, мелких пакостей и прочих женских хитростей.
Что странно, но кроме шипящей местной королевишны, остальные дамы провожали нас более спокойно, и бросали в нас скорее заинтересованные взгляды, чем враждебные или презрительные. Не всем по душе самопровозглашённая власть Милиты, ох, не всем, и судя по усилившемуся шипению, она тоже обратила внимание на этот факт.
Мороженое приятно холодило руки, но становилось очевидным, что до дома мы его не донесём и если хотим насладиться его вкусом, то стоит всё-таки найти место, где можно расположиться, и желательно в тени.
Кукуя в крепости, я предполагала, что Драконий край – суровое место, даже после подсмотренного рассказа Милиты и вырезок из газет, и то считала, что эти самые курорты скорее исключение из правил, и насколько же моё мнение оказалось ошибочным. Климат просто шикарный, что в свете моего нового тела, которому жара никак не мешала существовать, только радовало. Долгое тёплое лето, мягкая, короткая зима. Красота же?
- О, смотри, отличная скамейка, - выдернула меня из размышлений Миранда и ещё настойчивее потянула за собой.
К чему такая спешка, я поняла, только когда мы приблизились к заветной цели, с другой стороны к лавочке тоже подбиралась группа девушек. Мы ожидаемо оказались на скамеечке первыми, но скромно расположились с краю, оставляя место для манёвра опоздавшим. Пусть к нам никто и не присоединился, но совесть была чиста.
Мороженое откровенно разочаровало, водянистое, с мёрзлыми кристалликами воды, гадость, короче. Для виду, поковыряв немного в ведре, прилагаемой к посудине, ложкой, с облегчением отставила фактически нетронутое лакомство в сторону и переключилась целиком на Миранду.
