Все это время я не забывал о родителях. Я просто не знал, как окончательно разорвать с ними связь. Оставалось надеяться, что моя непредсказуемость защитит их от василиска.
После того как я поел, усталость и желание поспать навалились на меня, словно я всю ночь работал. Мы сидели на кухне у Сиплого и пили чай.
— Слушай, спасибо, что пустил к себе. Ты ведь даже меня не знаешь, — сказал я, осознавая, что даже не знаю настоящего имени Сиплого.
— Да ладно, не парься. Мы же с тобой бухали, — ответил он, хрипло засмеявшись. — Чё, братан, покемарить охота? — Сиплый заметил, что я выгляжу неважно.
— Да, что-то после еды разморило, — протянул я, зевнув и потянувшись.
— Ну, падай у меня на диване, а потом что-нибудь придумаем, — предложил он.
Я устроился на его диване в зале. Квартира была небольшой: кухня с кирпичной печкой, которой давно не пользовались, и зал, отделённый от другой комнаты большим шкафом. Всё в квартире казалось старым, но было ухоженным. Сиплый ушёл в спальню, а я сразу провалился в глубокий сон.
Этот сон снился мне не раз, но почему-то я о нём забыл. Или это было продолжение другого сна? Я иду по разбитой дороге, а справа от меня лесополоса. Дорога ведёт вглубь деревни из моего детства, где меня ждут бабушка и дедушка с горячими пирожками. Над головой собираются чёрные тучи и усиливается ветер — похоже, надвигается гроза. Вокруг заросли кустов и высокая трава.
Я не могу понять, куда делась строка? Это из тех времён, где я никогда не жил вместе с ней; тогда её вообще не существовало. Это времена, которые ушли навсегда в забвение. Внутри себя я понимаю, что всё это было, но моя память говорит, что я не поехал к родным в деревню из-за болезни и визитов к врачам. Ощущение, что за мной кто-то наблюдает, не покидает меня. Тревога нарастает, хотя видимой опасности нет. Я ускоряюсь и бегу по дороге; дома, которые начинают появляться, выглядят ухоженными, но я знаю, что они пусты. Ощущение преследования усиливается. Как бы я ни старался бежать быстрее, кажется, что только замедляюсь.
Наконец картина изменилась. Я стою перед старым домом моих бабушки и дедушки. В окне вижу работающий телевизор. Зайдя внутрь, я не нахожу их там. Вместо этого вижу множество людей, которых когда-то знал, но забыл навсегда. Они ждут меня здесь и всегда будут ждать. В центре толпы женщина в возрасте — но это не моя бабушка. Молодой парень похож на моего отца. И девочка лет четырнадцати. Все они начинают говорить разом: "Почему ты забыл про нас? Ты больше не хочешь нас помнить?" Это место моих забытых воспоминаний. То, что было и что было стёрто командной строкой.
Я проснулся в ознобе и холодном поту, потеряв чувство времени. Казалось, что уже утро, но часы показывали всего 18:36. Я сел и начал размышлять о странном сне. Что он мог значить? Кто были все эти люди?
— О, ты проснулся? — раздался голос Сиплого. Он сидел у печки и курил, направляя дым прямо в неё. — Чай будешь? — спросил он, ставя чайник и доставая продукты из холодильника.
Я уселся за стол и начал перекусывать. Сиплый сел напротив и ждал объяснений.
— Ну, чё давай, выкладывай, чё у тя стряслось, — сказал он.
Я решил солгать, понимая, что правду никто не поверит. Рассказал, что меня выгнали из университета и общежития, а вещи и деньги украли.
— Ну ёлки-палки! — выдал он, когда я закончил. — И чё дальше собираешься решать?
Если честно, у меня не было ни малейшего понятия о том, что делать дальше.
— Не знаю, братан. Мне некуда идти. Может, знаешь, у кого можно пожить или комнату снять?
— Да придумаем чё-нить, не кипишуй! — ответил Сиплый, закинув ногу на стул и крутя чётки в руке.
Я не ожидал увидеть в Сиплом такую сторону. Он всегда казался мне отрицательным персонажем, но стоило его узнать получше, как стало ясно, что он в действительности неплохой человек.
Я быстро влился в его компанию. Бывшая стеснительность и отторжение от противозаконной деятельности исчезли после того, что я устроил в университете. Я нашёл временное прибежище в комнате у знакомого Сиплого. Хотя там кроме кровати и небольшой тумбочки ничего не было, зато было тепло и можно было поспать.
С новыми друзьями я быстро погрузился в мир, полный незаконных делишек. Группа, в которую я влился, представляла собой разнородное сообщество уличной молодежи и даже школьников. Наши "занятия" варьировались от сбора денег с тех, кого "крышевали" наши ребята на рынке, до обмана доверчивых людей на кредиты, которые мы и не собирались возвращать. Мы также промышляли отъёмом денег, телефонов и других ценностей у случайных прохожих.
Постепенно деньги на жизнь я стал получать из общака, так как у меня не было другого выбора, кроме как участвовать в этих делах. На самом деле, это оказалось не так уж и сложно — не нужно было никого избивать или угрожать. Главное — быть настойчивым и уметь ловить людей на словах. Если кто-то бросал грубое слово, он должен был за него ответить: либо кулаками, либо деньгами.
Никто из нас даже не задумывался о нормальной работе. Да и зачем? Работа считалась, неподобающим для "ровных пацанов" то есть "западлом". Каждый вечер мы проводили время в подъездах, гаражах или у кого-нибудь дома, устраивая пьянки на деньги, добытые нечестным путем.
Командная строка оказалась полезной даже в неожиданных ситуациях. Используя интродкцию, я мог переиграть различные обстоятельства, даже те, которые казались непроходимыми. Например, я умудрялся уговаривать полицию, когда нас ловили на краже, или незаметно пробирался в нужное место с ценным "хабаром", потому что знал, что и где будет происходить. Меня сначала прозвали Ловкачом, затем Хитрецом, а потом ко мне прилипло прозвище Задор. Не имею понятия, почему.
Меня, конечно, грызло чувство вины за всё это. Но происходящее идеально вписывалось в мою новую концепцию непредсказуемого поведения. Каждый новый день не был похож на предыдущий. Мне приходилось делать то, что в обычной жизни я бы никогда не стал делать.
Каждый звонок Нины был словно удар ножом по сердцу, и каждый раз я вынужденно доводил её до слёз. В конце концов, я перестал отвечать на её звонки вовсе. Но однажды она каким-то образом нашла меня. Она стояла посреди дороги и молча смотрела на меня.
— Это чё за чикса, братан? — ехидно спросил Сиплый, смеясь.
— Да так, никто. Бывшая моя девушка, — ответил я, но на самом деле был счастлив просто её увидеть. Как же я скучал по ней.
Подойдя к ней, я старался не выдавать своих чувств. Она стояла передо мной и едва сдерживала слёзы.
— И зачем ты приперлась? — резко спросил я.
— Я знаю тебя! Ты бы никогда не опустился до такой жизни. Верни мне того Артура, которого я знаю и люблю! — Нина тоже старалась не расплакаться, но держалась.
— Ты меня не знаешь! Забудь про меня, слышишь? — продолжал я давить на неё.
— Нет! Вернись, Артур! — она начала бить меня, а я отталкивал её. Вдруг случайно она упала.
— Нина! — откуда-то сзади появился Миша, он подбежал к Нине и помог встать. Нина плакала ему в грудь.
— Опана! Чё, решил занять моё место? — спросил я у Миши. — Чё, даже не брезгуешь за кем-то доесть?
— Ты просто сволочь! Правильно я говорил Нине не искать тебя! Ты ублюдок.
— Да? А пояснить сможешь за "ублюдка"? — слово за слово, и вдруг Миша полез драться на меня. Я не успел ничего понять, как он набросился. На его удары я не отвечал, просто старался уклоняться, но некоторые всё же попали по мне.
— Опа! Опа! — Сиплый и его пацаны подбежали к нам.
— Пацаны, тут петушня разбушевалась! — они всей толпой накинулись на Мишу. Я не мог ничего сделать. То есть мог бы помочь Мише, но просто стоял и смотрел, держась за голову. Нина бессильно пыталась закрыть Мишу от ударов, но её отталкивали, и избиение продолжалось.
— Все парни, хватит! — закричал я, осознав, что ситуация вышла из-под контроля. Я бросился разнимать дерущихся. — Я сам разберусь, не кипишуйте! — добавил я, стараясь успокоить всех. Постепенно драка утихла, и ребята начали расходиться.
Нина стояла рядом с Мишей, помогая ему подняться. Он получил прилично, но оставался в сознании. Я хотел подойти к нему, но Нина остановила меня:
— Не подходи к нему! — её голос был полон ненависти. — Уходи, Артур!
Миша медленно поднимался на ноги.
— Я думал, смогу тебе помочь, но, видимо, моя помощь не нужна, — сказал он, выплёвывая кровь.
Нина и Миша ушли, оставив меня с пустотой в сердце. Почему они просто не оставили меня в покое? Может, мне следовало яснее дать понять, что им нельзя быть рядом со мной? От отчаяния я пустился в алкогольный запой. Мне больше ничего не было нужно от жизни. Какая командная строка? Да и пусть она будет проклята. Следующий месяц я провёл в пьяном угаре с моими новыми "друзьями". Приближался Новый год, и депрессия накатывала всё сильнее. Новый год без близких, друзей, родных, в полном одиночестве? Эта компания едва ли могла считаться друзьями. Скорее это были люди, ищущие выгоду. Это была не та дружба, ради которой человек готов на всё. Разве что кроме Сиплого; у него, конечно, были свои планы на меня, но хотя бы с ним я мог поговорить.
— Братан, ты чего такой кислый? Из-за своей бабы? Да забей ты на неё, — говорил Сиплый. Мы сидели в каком-то грязном баре с запахом кислых носков и тухлых дрожжей.
— Да не могу просто забыть её, братан. Я же её обидел жёстко, понимаешь? — мир вокруг меня плыл, а в глазах двоилось.
— Да вокруг баб море, братан! Выбирай не хочу!
— Я знаю, братан, только я её люблю, понимаешь?
— Ну ты и олух, хехехе, — засмеялся Сиплый в своей манере. Мы вышли на улицу покурить, а я отошёл за бар отлить.
— Джинсы порезаны, лето, три полоски на кедах! Под тёплым дождём! — напевал я себе под нос. Вдруг на душе стало совсем плохо. Захотелось чего-то сказочного и приятного. Решено: надо сходить посмотреть на новогоднюю ёлку.
Рассказывать Сиплому о своём желании было бы крайне неразумно. В его кругу такие вещи считались не по-пацански, и он бы просто высмеял меня. Поэтому я соврал, что срочно нужно домой, и направился к ближайшей ёлке. Чувство внутренней пустоты становилось всё сильнее, и желание увидеть что-то прекрасное буквально разрывало меня изнутри.
Когда я подошёл к площади, где дети катались на горках с родителями, люди веселились и катались на коньках, а ёлка сияла всеми цветами радуги, мне стало немного легче. Держа в одной руке пиво и покачиваясь от опьянения, я бродил среди этого веселья, явно не вписываясь в общую атмосферу. Вдруг я заметил знакомые силуэты. Это были Нина и Миша. Они держались за руки и выглядели счастливыми, наслаждаясь временем вместе. Катались на коньках, пили чай, а в конце поцеловались. От увиденного у меня потемнело в глазах. Мне захотелось сбежать оттуда. Внутри меня была не просто пустота, а настоящая чёрная дыра.
Нет. Я не хочу быть здесь. Всё это неправильно. Это не моя жизнь. Всё должно было быть иначе. Я хочу убраться отсюда подальше, думал я про себя снова и снова.
dislocatio_введите значение
Да, пожалуй, куда-нибудь подальше. Где ничего этого не будет. Где я смогу уйти от всего этого.
dislocatio_96
Я совсем забыл про этот код. Куда он ведёт? Неважно, лишь бы подальше от всего этого.
dislocatio_96_success
Я очнулся в обширном пространстве, наполненном множеством эскалаторов и разнообразными бутиками. Казалось, это был торговый центр. Вокруг кипела жизнь: играла музыка, слышались разговоры и шаги, но рядом никого не было.
Бутики предлагали широкий ассортимент товаров — от обуви до парфюмерии. Были зоны развлечений с мини-аттракционами, игровые автоматы, огромные магазины с различной продукцией и техникой. На первый взгляд, всё казалось обычным, если не учитывать тот факт, что некоторые товары никогда не встречались в реальной жизни.
Например, в магазине "Техномагнал" я увидел не только привычные кнопочные телефоны, но и какие-то плоские устройства, называемые смартфонами. Их экран полностью покрывал переднюю панель без единой кнопки, кроме кнопки включения. И это было только начало. Сотни моделей различных устройств для игр и развлечений. В отделе компьютерных комплектующих были как знакомые мне устройства, так и те, которые казались слишком современными для моего времени, и даже такие, что совсем не вписывались в моё представление о компьютерах.
Продвигаясь дальше по торговому центру, я не мог избавиться от странного чувства неопределённости и одиночества. Центр казался бесконечным, а эскалаторы вели на новые и новые этажи с разнообразными развлечениями и бутиками. Дизайн каждого этажа был уникальным: где-то стандартная плитка отражала свет, а где-то всё было освещено неоновыми огнями. Ничто не повторялось.
Устав от бесконечного блуждания, я присел в кафе. В воздухе витал аппетитный аромат, но я не мог понять, чем именно пахло. Чувство голода усиливалось, но вокруг никого не было, чтобы сделать заказ. Вдруг за спиной раздался голос.
— Что желаете заказать? — От неожиданности я вздрогнул.
— Слава богу, что здесь кто-то есть! Я уже начал думать, что совсем один! — сказал я с облегчением. — Где мы находимся?
— Добро пожаловать в "Paradoxica Mall"! А это кафе "Ethereal Bistro". — Я заметил, что с официанткой что-то было не так. Её глаза смотрели пусто, а улыбка казалась натянутой. Движения её были неестественными.
— Это место необычное, верно? Снаружи ничего нет? — предположил я.
— Вы правы. Вот наше меню на сегодня. Для вас в нашем ТЦ и заведении всё бесплатно! — Её лицо менялось молниеносно, как у робота или куклы.
— Спасибо! — сказал я, принимая меню и пытаясь сосредоточиться на его содержимом. Однако буквы словно плавали перед глазами, не позволяя мне разобрать текст. На одной странице мелькали стандартные супы, гарниры и основные блюда, на другой — изысканные ресторанные яства. Не в силах определиться с выбором, я попросил официантку удивить меня.
— Хорошо! Постараемся вас не разочаровать. Сегодня у нас "Парадоксальный шведский стол", — ответила она с натянутой улыбкой.
Хотя официантка вызывала у меня странное чувство тревоги, голод взял верх. Я остался ждать заказ, оглядываясь вокруг. Внутри "Ethereal Bistro" царила привычная атмосфера кафе, но ни посетителей, ни других работников не было видно, хотя в воздухе витал шум, будто кто-то находился рядом. Официантка исчезла за дверью кухни, словно растворившись в воздухе.
На удивление, заказ был готов очень быстро. Всего через несколько минут блюда начали появляться на столе одно за другим. Официанты сменяли друг друга, но все они выглядели одинаково: идеальные, но неестественные.
Мой стол был велик для одного человека, но его быстро заполнили разнообразными яствами. Передо мной развернулся настоящий пир вкусов: сочные стейки и бифштексы с идеальной прожаркой и хрустящей корочкой, аппетитные куриные крылышки терияки и сосиски, скворчащие на гриле и источающие соблазнительный аромат.
Не менее привлекательными были гарниры: золотистый картофель фри, свежие овощные салаты с легкими заправками и хлебцы с семенами. На десерт — нежные чизкейки с ягодами и воздушные меренги, тающие на языке.
Все это великолепие дополнялось широким выбором напитков: охлажденные лимонады, свежевыжатые соки и бодрящий кофе, который завершал эту гастрономическую симфонию.
После того как я поел, усталость и желание поспать навалились на меня, словно я всю ночь работал. Мы сидели на кухне у Сиплого и пили чай.
— Слушай, спасибо, что пустил к себе. Ты ведь даже меня не знаешь, — сказал я, осознавая, что даже не знаю настоящего имени Сиплого.
— Да ладно, не парься. Мы же с тобой бухали, — ответил он, хрипло засмеявшись. — Чё, братан, покемарить охота? — Сиплый заметил, что я выгляжу неважно.
— Да, что-то после еды разморило, — протянул я, зевнув и потянувшись.
— Ну, падай у меня на диване, а потом что-нибудь придумаем, — предложил он.
Я устроился на его диване в зале. Квартира была небольшой: кухня с кирпичной печкой, которой давно не пользовались, и зал, отделённый от другой комнаты большим шкафом. Всё в квартире казалось старым, но было ухоженным. Сиплый ушёл в спальню, а я сразу провалился в глубокий сон.
Этот сон снился мне не раз, но почему-то я о нём забыл. Или это было продолжение другого сна? Я иду по разбитой дороге, а справа от меня лесополоса. Дорога ведёт вглубь деревни из моего детства, где меня ждут бабушка и дедушка с горячими пирожками. Над головой собираются чёрные тучи и усиливается ветер — похоже, надвигается гроза. Вокруг заросли кустов и высокая трава.
Я не могу понять, куда делась строка? Это из тех времён, где я никогда не жил вместе с ней; тогда её вообще не существовало. Это времена, которые ушли навсегда в забвение. Внутри себя я понимаю, что всё это было, но моя память говорит, что я не поехал к родным в деревню из-за болезни и визитов к врачам. Ощущение, что за мной кто-то наблюдает, не покидает меня. Тревога нарастает, хотя видимой опасности нет. Я ускоряюсь и бегу по дороге; дома, которые начинают появляться, выглядят ухоженными, но я знаю, что они пусты. Ощущение преследования усиливается. Как бы я ни старался бежать быстрее, кажется, что только замедляюсь.
Наконец картина изменилась. Я стою перед старым домом моих бабушки и дедушки. В окне вижу работающий телевизор. Зайдя внутрь, я не нахожу их там. Вместо этого вижу множество людей, которых когда-то знал, но забыл навсегда. Они ждут меня здесь и всегда будут ждать. В центре толпы женщина в возрасте — но это не моя бабушка. Молодой парень похож на моего отца. И девочка лет четырнадцати. Все они начинают говорить разом: "Почему ты забыл про нас? Ты больше не хочешь нас помнить?" Это место моих забытых воспоминаний. То, что было и что было стёрто командной строкой.
Я проснулся в ознобе и холодном поту, потеряв чувство времени. Казалось, что уже утро, но часы показывали всего 18:36. Я сел и начал размышлять о странном сне. Что он мог значить? Кто были все эти люди?
— О, ты проснулся? — раздался голос Сиплого. Он сидел у печки и курил, направляя дым прямо в неё. — Чай будешь? — спросил он, ставя чайник и доставая продукты из холодильника.
Я уселся за стол и начал перекусывать. Сиплый сел напротив и ждал объяснений.
— Ну, чё давай, выкладывай, чё у тя стряслось, — сказал он.
Я решил солгать, понимая, что правду никто не поверит. Рассказал, что меня выгнали из университета и общежития, а вещи и деньги украли.
— Ну ёлки-палки! — выдал он, когда я закончил. — И чё дальше собираешься решать?
Если честно, у меня не было ни малейшего понятия о том, что делать дальше.
— Не знаю, братан. Мне некуда идти. Может, знаешь, у кого можно пожить или комнату снять?
— Да придумаем чё-нить, не кипишуй! — ответил Сиплый, закинув ногу на стул и крутя чётки в руке.
Я не ожидал увидеть в Сиплом такую сторону. Он всегда казался мне отрицательным персонажем, но стоило его узнать получше, как стало ясно, что он в действительности неплохой человек.
Я быстро влился в его компанию. Бывшая стеснительность и отторжение от противозаконной деятельности исчезли после того, что я устроил в университете. Я нашёл временное прибежище в комнате у знакомого Сиплого. Хотя там кроме кровати и небольшой тумбочки ничего не было, зато было тепло и можно было поспать.
С новыми друзьями я быстро погрузился в мир, полный незаконных делишек. Группа, в которую я влился, представляла собой разнородное сообщество уличной молодежи и даже школьников. Наши "занятия" варьировались от сбора денег с тех, кого "крышевали" наши ребята на рынке, до обмана доверчивых людей на кредиты, которые мы и не собирались возвращать. Мы также промышляли отъёмом денег, телефонов и других ценностей у случайных прохожих.
Постепенно деньги на жизнь я стал получать из общака, так как у меня не было другого выбора, кроме как участвовать в этих делах. На самом деле, это оказалось не так уж и сложно — не нужно было никого избивать или угрожать. Главное — быть настойчивым и уметь ловить людей на словах. Если кто-то бросал грубое слово, он должен был за него ответить: либо кулаками, либо деньгами.
Никто из нас даже не задумывался о нормальной работе. Да и зачем? Работа считалась, неподобающим для "ровных пацанов" то есть "западлом". Каждый вечер мы проводили время в подъездах, гаражах или у кого-нибудь дома, устраивая пьянки на деньги, добытые нечестным путем.
Командная строка оказалась полезной даже в неожиданных ситуациях. Используя интродкцию, я мог переиграть различные обстоятельства, даже те, которые казались непроходимыми. Например, я умудрялся уговаривать полицию, когда нас ловили на краже, или незаметно пробирался в нужное место с ценным "хабаром", потому что знал, что и где будет происходить. Меня сначала прозвали Ловкачом, затем Хитрецом, а потом ко мне прилипло прозвище Задор. Не имею понятия, почему.
Меня, конечно, грызло чувство вины за всё это. Но происходящее идеально вписывалось в мою новую концепцию непредсказуемого поведения. Каждый новый день не был похож на предыдущий. Мне приходилось делать то, что в обычной жизни я бы никогда не стал делать.
Каждый звонок Нины был словно удар ножом по сердцу, и каждый раз я вынужденно доводил её до слёз. В конце концов, я перестал отвечать на её звонки вовсе. Но однажды она каким-то образом нашла меня. Она стояла посреди дороги и молча смотрела на меня.
— Это чё за чикса, братан? — ехидно спросил Сиплый, смеясь.
— Да так, никто. Бывшая моя девушка, — ответил я, но на самом деле был счастлив просто её увидеть. Как же я скучал по ней.
Подойдя к ней, я старался не выдавать своих чувств. Она стояла передо мной и едва сдерживала слёзы.
— И зачем ты приперлась? — резко спросил я.
— Я знаю тебя! Ты бы никогда не опустился до такой жизни. Верни мне того Артура, которого я знаю и люблю! — Нина тоже старалась не расплакаться, но держалась.
— Ты меня не знаешь! Забудь про меня, слышишь? — продолжал я давить на неё.
— Нет! Вернись, Артур! — она начала бить меня, а я отталкивал её. Вдруг случайно она упала.
— Нина! — откуда-то сзади появился Миша, он подбежал к Нине и помог встать. Нина плакала ему в грудь.
— Опана! Чё, решил занять моё место? — спросил я у Миши. — Чё, даже не брезгуешь за кем-то доесть?
— Ты просто сволочь! Правильно я говорил Нине не искать тебя! Ты ублюдок.
— Да? А пояснить сможешь за "ублюдка"? — слово за слово, и вдруг Миша полез драться на меня. Я не успел ничего понять, как он набросился. На его удары я не отвечал, просто старался уклоняться, но некоторые всё же попали по мне.
— Опа! Опа! — Сиплый и его пацаны подбежали к нам.
— Пацаны, тут петушня разбушевалась! — они всей толпой накинулись на Мишу. Я не мог ничего сделать. То есть мог бы помочь Мише, но просто стоял и смотрел, держась за голову. Нина бессильно пыталась закрыть Мишу от ударов, но её отталкивали, и избиение продолжалось.
— Все парни, хватит! — закричал я, осознав, что ситуация вышла из-под контроля. Я бросился разнимать дерущихся. — Я сам разберусь, не кипишуйте! — добавил я, стараясь успокоить всех. Постепенно драка утихла, и ребята начали расходиться.
Нина стояла рядом с Мишей, помогая ему подняться. Он получил прилично, но оставался в сознании. Я хотел подойти к нему, но Нина остановила меня:
— Не подходи к нему! — её голос был полон ненависти. — Уходи, Артур!
Миша медленно поднимался на ноги.
— Я думал, смогу тебе помочь, но, видимо, моя помощь не нужна, — сказал он, выплёвывая кровь.
Нина и Миша ушли, оставив меня с пустотой в сердце. Почему они просто не оставили меня в покое? Может, мне следовало яснее дать понять, что им нельзя быть рядом со мной? От отчаяния я пустился в алкогольный запой. Мне больше ничего не было нужно от жизни. Какая командная строка? Да и пусть она будет проклята. Следующий месяц я провёл в пьяном угаре с моими новыми "друзьями". Приближался Новый год, и депрессия накатывала всё сильнее. Новый год без близких, друзей, родных, в полном одиночестве? Эта компания едва ли могла считаться друзьями. Скорее это были люди, ищущие выгоду. Это была не та дружба, ради которой человек готов на всё. Разве что кроме Сиплого; у него, конечно, были свои планы на меня, но хотя бы с ним я мог поговорить.
— Братан, ты чего такой кислый? Из-за своей бабы? Да забей ты на неё, — говорил Сиплый. Мы сидели в каком-то грязном баре с запахом кислых носков и тухлых дрожжей.
— Да не могу просто забыть её, братан. Я же её обидел жёстко, понимаешь? — мир вокруг меня плыл, а в глазах двоилось.
— Да вокруг баб море, братан! Выбирай не хочу!
— Я знаю, братан, только я её люблю, понимаешь?
— Ну ты и олух, хехехе, — засмеялся Сиплый в своей манере. Мы вышли на улицу покурить, а я отошёл за бар отлить.
— Джинсы порезаны, лето, три полоски на кедах! Под тёплым дождём! — напевал я себе под нос. Вдруг на душе стало совсем плохо. Захотелось чего-то сказочного и приятного. Решено: надо сходить посмотреть на новогоднюю ёлку.
Рассказывать Сиплому о своём желании было бы крайне неразумно. В его кругу такие вещи считались не по-пацански, и он бы просто высмеял меня. Поэтому я соврал, что срочно нужно домой, и направился к ближайшей ёлке. Чувство внутренней пустоты становилось всё сильнее, и желание увидеть что-то прекрасное буквально разрывало меня изнутри.
Когда я подошёл к площади, где дети катались на горках с родителями, люди веселились и катались на коньках, а ёлка сияла всеми цветами радуги, мне стало немного легче. Держа в одной руке пиво и покачиваясь от опьянения, я бродил среди этого веселья, явно не вписываясь в общую атмосферу. Вдруг я заметил знакомые силуэты. Это были Нина и Миша. Они держались за руки и выглядели счастливыми, наслаждаясь временем вместе. Катались на коньках, пили чай, а в конце поцеловались. От увиденного у меня потемнело в глазах. Мне захотелось сбежать оттуда. Внутри меня была не просто пустота, а настоящая чёрная дыра.
Нет. Я не хочу быть здесь. Всё это неправильно. Это не моя жизнь. Всё должно было быть иначе. Я хочу убраться отсюда подальше, думал я про себя снова и снова.
dislocatio_введите значение
Да, пожалуй, куда-нибудь подальше. Где ничего этого не будет. Где я смогу уйти от всего этого.
dislocatio_96
Я совсем забыл про этот код. Куда он ведёт? Неважно, лишь бы подальше от всего этого.
dislocatio_96_success
Я очнулся в обширном пространстве, наполненном множеством эскалаторов и разнообразными бутиками. Казалось, это был торговый центр. Вокруг кипела жизнь: играла музыка, слышались разговоры и шаги, но рядом никого не было.
Бутики предлагали широкий ассортимент товаров — от обуви до парфюмерии. Были зоны развлечений с мини-аттракционами, игровые автоматы, огромные магазины с различной продукцией и техникой. На первый взгляд, всё казалось обычным, если не учитывать тот факт, что некоторые товары никогда не встречались в реальной жизни.
Например, в магазине "Техномагнал" я увидел не только привычные кнопочные телефоны, но и какие-то плоские устройства, называемые смартфонами. Их экран полностью покрывал переднюю панель без единой кнопки, кроме кнопки включения. И это было только начало. Сотни моделей различных устройств для игр и развлечений. В отделе компьютерных комплектующих были как знакомые мне устройства, так и те, которые казались слишком современными для моего времени, и даже такие, что совсем не вписывались в моё представление о компьютерах.
Продвигаясь дальше по торговому центру, я не мог избавиться от странного чувства неопределённости и одиночества. Центр казался бесконечным, а эскалаторы вели на новые и новые этажи с разнообразными развлечениями и бутиками. Дизайн каждого этажа был уникальным: где-то стандартная плитка отражала свет, а где-то всё было освещено неоновыми огнями. Ничто не повторялось.
Устав от бесконечного блуждания, я присел в кафе. В воздухе витал аппетитный аромат, но я не мог понять, чем именно пахло. Чувство голода усиливалось, но вокруг никого не было, чтобы сделать заказ. Вдруг за спиной раздался голос.
— Что желаете заказать? — От неожиданности я вздрогнул.
— Слава богу, что здесь кто-то есть! Я уже начал думать, что совсем один! — сказал я с облегчением. — Где мы находимся?
— Добро пожаловать в "Paradoxica Mall"! А это кафе "Ethereal Bistro". — Я заметил, что с официанткой что-то было не так. Её глаза смотрели пусто, а улыбка казалась натянутой. Движения её были неестественными.
— Это место необычное, верно? Снаружи ничего нет? — предположил я.
— Вы правы. Вот наше меню на сегодня. Для вас в нашем ТЦ и заведении всё бесплатно! — Её лицо менялось молниеносно, как у робота или куклы.
— Спасибо! — сказал я, принимая меню и пытаясь сосредоточиться на его содержимом. Однако буквы словно плавали перед глазами, не позволяя мне разобрать текст. На одной странице мелькали стандартные супы, гарниры и основные блюда, на другой — изысканные ресторанные яства. Не в силах определиться с выбором, я попросил официантку удивить меня.
— Хорошо! Постараемся вас не разочаровать. Сегодня у нас "Парадоксальный шведский стол", — ответила она с натянутой улыбкой.
Хотя официантка вызывала у меня странное чувство тревоги, голод взял верх. Я остался ждать заказ, оглядываясь вокруг. Внутри "Ethereal Bistro" царила привычная атмосфера кафе, но ни посетителей, ни других работников не было видно, хотя в воздухе витал шум, будто кто-то находился рядом. Официантка исчезла за дверью кухни, словно растворившись в воздухе.
На удивление, заказ был готов очень быстро. Всего через несколько минут блюда начали появляться на столе одно за другим. Официанты сменяли друг друга, но все они выглядели одинаково: идеальные, но неестественные.
Мой стол был велик для одного человека, но его быстро заполнили разнообразными яствами. Передо мной развернулся настоящий пир вкусов: сочные стейки и бифштексы с идеальной прожаркой и хрустящей корочкой, аппетитные куриные крылышки терияки и сосиски, скворчащие на гриле и источающие соблазнительный аромат.
Не менее привлекательными были гарниры: золотистый картофель фри, свежие овощные салаты с легкими заправками и хлебцы с семенами. На десерт — нежные чизкейки с ягодами и воздушные меренги, тающие на языке.
Все это великолепие дополнялось широким выбором напитков: охлажденные лимонады, свежевыжатые соки и бодрящий кофе, который завершал эту гастрономическую симфонию.
