Верно то, что и в жизни, и в постели он стирал границы того, что я считала непозволительным для себя, и это слегка пугало меня, но вместе с тем – и привлекало в нём.
Однако реальность настойчиво напоминала о себе – в ней эмоции приходилось прятать за формулировками, подписями и печатями. Дослушав доклад, я подала оперативный рапорт министру МВД и надеялась на скорый ответ. Ответ должен был быть положительным – а на это должна была повлиять Ледышка.
Дверь моего кабинета была приоткрыта. Я оставила её такой намеренно – мне доставляло удовольствие слушать довольное бормотание Рыжика, доносившееся из приёмной. Он распаковывал коробки с компьютером, осторожно вытаскивал детали, что–то комментировал себе под нос, иногда тихо смеялся, словно ребёнок, получивший давно желанную игрушку. Я слышала, как он нажимает клавиши и кликает мышкой, и ловила себя на том, что улыбаюсь, не поднимая головы от документов.
Эта идиллия длилась недолго. Через пару часов в коридоре раздались тяжёлые, уверенные шаги супруга, которые я узнала бы из тысячи других. Они приближались к моей двери, глухо отдаваясь в стенах, и вдруг резко остановились.
– Не понял! Ты что тут делаешь? – как гром среди бела дня раздался голос полковника в сторону Рыжика.
– Работаю секретарём, – растерянно ответил парень тоном потише, чем в беседах с другими людьми. В его голосе не было ни дерзости, ни привычной нахальной интонации, с которой он позволял себе общаться со мной. После того как муж выпихнул Рыжика взашей на сторожевой пост, он звучал перед ним как мальчишка, кем, собственно, и являлся.
– Ты в какой части служил, что тебя честь отдавать и отвечать как положено старшему по званию не научили?! – рявкнул супруг.
Послышался резкий скрежет стула о пол, и я поняла, что Рыжик поднялся, дабы исполнить приказ.
– Тружусь личным ассистентом начальницы центра, товарищ полковник! – отчеканил он.
– Вольно! – бросил муж с ледяным презрением. – Молокосос нахальный.
В следующую секунду дверь моего кабинета распахнулась, и полковник ворвался внутрь вихрем.
«А я ведь только что размышляла о том, что за любую радость всегда приходится платить», – мелькнуло у меня в голове. Я медленно выдохнула и приготовилась к неприятной беседе.
– Ты что творишь?! – навалился он ладонями на стол, склонившись ко мне так, что я почувствовала запах его одеколона. – Почему охранник сидит в приёмной?!
– Ты сам сказал, что сторож днём не требуется, – спокойно ответила я, не поднимаясь с кресла.
– А я давал распоряжение тащить его в здание центра и делать своим секретарём?! – повысил голос супруг, впиваясь в меня взглядом.
– Мне нужен личный ассистент. Я не справляюсь одна с таким объёмом работы.
– Я уже говорил, что помощники – это лишняя трата государственных денег! – стукнул он ладонью по столу. – Ладно ещё девчонка–МВДшница была… но этот уволень! Лоботряс с наглой рожей! Мышц – гора, а ума – полный ноль!
– Парень не глупый. Он умеет работать с компьютером и обращаться с оружием, – возразила я. – И хорошо подготовлен в рукопашном бою.
– Зачем нам в приёмной боец, дура ты безмозговая?! – взорвался супруг, испытывая обострение ревности и задетого самолюбия, ибо иначе редко обзывал меня.
Я ощутила, как мои щёки загорелись и покраснели. Не потому, что его слова меня ранили – к этому я давно привыкла. Мне стало стыдно. Неловко за то, что Рыжик слышал, как легко полковник позволял себе ругать и унижать меня, не считаясь ни с моими чувствами, ни с тем, что его крики слышали и другие сотрудники учреждения. Неудивительно, что после такого и юный любовник стал бы считать себя вправе кричать на меня и опускать по половому признаку.
– Ночью у нас есть сторож, а днём – только камеры и домофон. Ты забыл, как местная шантрапа пыталась пробраться на территорию центра? Да, это было ночью, но никто не может гарантировать, что какой–нибудь бандит не решит обчистить здание утром или днём. Мы находимся за городской чертой, и случиться может всё, что угодно. Мне лично страшно после того случая, – мой голос театрально задрожал.
Муж раздражённо фыркнул.
– Допустим. Допустим, я поверю в твою паранойю. Но у тебя самой компьютер стоит на столе! Так на какой чёрт тебе подкованный в технике секретарь?!
– Я не люблю современные новшества, – холодно ответила я. – И не обязана их любить. Они меня раздражают! Я женщина – и не понимаю все эти кпопки и значочки на экране! Мне нужен человек, который будет выполнять эту работу за меня.
– Что ты мне голову морочишь?! – плюхнулся он на стул напротив. – Компьютер не может раздражать, если научиться им правильно пользоваться!
– И когда, полковник? – спросила я ровно. – Когда мне этим заниматься? Между заказами, проектами и встречами? Я не могу разорваться на части. У меня нет времени изучать технику!
Он сорвал фуражку и швырнул её на стол, вытирая лоб платком.
– Откуда у сопляка компьютер? С бюджета списала?
– Да. Как на рабочий инструмент.
– Отдай ему свой, раз ты не пользуешься современными удобствами! А этот верни в магазин, пока не поздно. Бюджет не резиновый!
– Не буду я этого делать! Когда у меня выдаётся свободное время, я учусь работать с разными программами, – не хотела я расставаться с компьютером, на котором работала с матриалами по аджилити.
– Ты уже сама себе противоречишь! – вскочил муж на ноги. – Значит, выплатишь мне по частям за эту дорогую забаву для секретаря! – выкрикнул он. – И да… Я сегодня проверил твой счёт. Что это за парк развлечений ты посещала вчера? Поясни, будь добра.
– А зачем ты полез в мои финансы без моего разрешения? – спросила я возмущённо, хотя прекрасно знала, что супруг часто так делал.
– Потому что я проверяю, чем ты занимаешься по выходным во время моего отсутствия! Ради твоего же блага! Чтобы в очередное дерьмо не вляпалась поуши!
Эта фраза лишь подтвердила мои догадки: подозрения после истории с Бизнесменом всё ещё жили в его голове, и он проверял – не вела ли я нелегальную деятельность в кинологическом центре, с которой имела бы левый доход.
– Мне повторить вопрос? – нетерпеливо пристукнул каблуком ботинка муж.
– Мне хотелось отвлечься, – ответила я.
– Ты что, ребёнок, на аттракционах кататься?! – вновь поднял он голос. – Тебе больше не на что деньги тратить?!
– Это моя зарплата. И половину общих счетов оплачиваю я, а остальные деньги вольна тратить на то, на что хочу.
– У нас семейный бюджет! Его берегут, а не транжирят по детским развлекаловкам! Совсем уже стыд и разум потеряла! Великовозрастная бестолочь! Капитан МВД называется! На карусельках ездит по выходным!
Мне стало больно от его укора. Я была офицером, взрослой женщиной, начальницей учреждения, но… я ведь оставалась человеком, не имевшим детства, и, может, глупо, но мне нравилось навёрствывать то, что у меня отняли родители. Я медленно подняла взгляд на мужа.
– Я – тоже живое существо, полковник. Я не робот. Мне хочется немного радости, тепла и доброты, – сказала я тихо. – Не только же тебе весело проводить время со шлюхами. Я тоже хочу веселья. Но такого, каким его вижу сама.
Он подскочил ко мне и, рванув за плечи, поднял с кресла.
– Если этот секретарь – твой любовник…
– Я прекрасно помню соглашение, которое подписала, – перебила я его, с трудом сдерживая дрожь, – За измену и выход из брака меня ждёт наказание. Так какой же любовник? – блефовала я в каждом слове.
Он отпустил меня из хватки и, чуть поуспокоился, уверенный, что я боюсь нарушить липовую договорённость.
– Сегодня я задержусь до поздна. Буду готовить документы для годового отчёта. А ты решай, будешь ли выплачивать мне за компьютер секретаря или отдашь ему свой. Это принципиальная позиция – в отличие от тебя, я привык разумно тратить деньги, как свои, так и министерские. Раз поступила неосмысленно – исправляй ситуацию.
– Не трать энергию на поучения, – ответила я, садясь обратно в кресло. – Ты не имеешь права брать с меня личные накопления в счёт законно потраченного на рабочий инструмент бюджета.
– Я твой муж – руль управления тобой, и имею право держать тебя в узде, – сжал он кулак перед моим носом. – Как в быту и в постели, так и на службе в моём учреждении. А ты обязана – исполнять мои приказы. В следующий раз подумаешь дважды, прежде чем баловать юного качка, которого взяла в секретари, потому что потекла, как сучка. Ни дневные бандиты, ни технические навыки рыжего сосунка тут роли не играют. Я не дурак! Но запомни: если этот кобель пристроится к тебе – выпотрошу обоих, и не только материально.
Он вылетел из кабинета так же стремительно, как и ворвался, а я не на шутку занервничала, ведь муж никогда не бросал слов на ветер. Да, с соглашением он блефовал, но с угрозами – вряд ли. Всё, как обычно, лейтенант – моя радость сменилась горечью.
После того как муж покинул мой кабинет, я всё ещё сидела в кресле, не в силах пошевелиться, опустошённая и словно раздавленная словами, которыми он прошёлся по мне. Я понимала, что у него произошла очередная смена настроения, но что именно её спровоцировало, оставалось неясным. О том, что Рыжик стал моим секретарём и получил новый компьютер, супруг узнал лишь поднявшись в приёмную, а шёл он с другим намерением – поговорить о трате на парк развлечений. Обычно подобные разговоры мы вели дома, наедине, да и мои расходы, пусть даже избыточные, вряд ли могли довести его до такого бешенства, чтобы он перешёл на прямые оскорбления. Здесь явно было что–то ещё, но я не понимала что именно, и это незнание тревожило сильнее всего.
– Можно? – осторожно выглянул Рыжик из–за двери.
Я просто кивнула, стыдливо отводя глаза от юного любовника, который наверняка услышал наш с мужем спор, в котором я была унижена и обозвана.
Рыжик подошёл поближе и, не говоря лишних слов, накрыл ладонью мою руку, сжатую в кулак, в котором я пыталась удержать остатки самообладания.
– Ты как? – его голос звучал непривычно заботливо и даже взволнованно, без обычной дерзости и иронии.
Я натянуто улыбнулась, отчаянно пытаясь найти слова, которые смогли бы хоть немного разрядить эту тяжёлую атмосферу, но не нашла ни одного.
– Знаешь, это твой муж – дурак безмозговый, – тихо сказал он и нежно провёл пальцами по моим волосам. – Он что, следит за тобой? За личными деньгами, передвижениями, вещами, расходами из госбюджета?
Тяжело выдохнув, я выпустила вместе с воздухом и стыд за свою подотчётную позицию в семье – ту часть жизни, о которой рыжий любовник не должен был знать. Для него я хотела оставаться начальницей, самостоятельной и независимой женщиной, которая сама принимает решения касательно денег и собственной судьбы. Это была иллюзия, но иллюзия спасительная, та, в которой мне было хорошо. Но даже её мой муж отнял у меня.
– Он контролирует ровно настолько, насколько считает нормой в нашей семье. А ещё он куратор центра, – сухо ответила я и тут же, словно защищаясь, перешла в наступление. – А это что, допрос?
– Нет, – сразу ответил Рыжик. – Просто я не думал, что у тебя на личном всё настолько плохо. Он же настоящий деспот!
Юноша замолчал, а через пару секунд задал вопрос:
– Но… если полковник видел твои траты в парке развлечений, то он не мог не заметить и… аренду жилья. Так, на какие деньги ты мне квартиру сняла?
– На какие было нужно, на такие и сняла, – резко ответила я, ощущая, как злость на всю эту ситуацию поднимается волной и подступает к горлу.
– Ты что, левак какой–то имеешь? – догадливо спросил парнишка.
Этот вопрос мгновенно меня напряг, ведь в сторону аджилити и всего, что с этим было связано, Рыжик не должен был приближаться даже мысленно.
– Милый, – спокойно и уверенно сказала я, стараясь увести разговор в безопасное русло, – любая женщина в моём положении знает разные хитрости, как отложить немного средств вне поля зрения супруга. Это не левая прибыль, а мои сбережения с честно заработанных денег.
– Ладно… – протянул он и неожиданно переключился. – Слушай, а что у тебя за машина?
Перегнувшись через меня, он начал рассматривать этикетку с системными данными на корпусе моего компьютера.
– Так это же прошлогодняя модель, – заключил юный знаток. – Не такая уж и старая. Я сам перепрошью систему и обновлю компоненты – будет как новенький. А тот, что ты мне взяла – сдай обратно, чтобы твой ворон перестал клевать тебя в затылок.
От такого самопожертвенного предложения, которого я никак не ожидала от Рыжика, я даже приоткрыла рот, не сразу найдя, что ответить.
– Ты готов отказаться от новой техники, чтобы супруг перестал требовать с меня ежемесячных выплат за новый компьютер?
– Я же тебя люблю, – смутившись собственного признания, бросил он и тут же направился к двери, не взглянув на меня на прощанье.
Я осталась сидеть, приятно удивлённая и по–настоящему счастливая от этих слов. «Я тебя люблю» – они эхом отдавались в сердце, и оно отзывалось взаимностью. Что касается компьютера, я пока ещё не приняла окончательного решения. Мне нужен был мой – для организации аджилити, а секретарю необходим был собственный, потому что я действительно не успевала обучаться программам и идти в ногу с новыми способами коммуникации и работы. Эту функцию я всецело переложила на Рыжика, осознавая, что без него мне уже и не справиться со всеми новшествами.
Часы близились к обеду, и я словно вынырнула из собственных мыслей. Я ведь уже подала оперативный рапорт министру, а пока я ждала ответа, было необходимо связаться с бывшей сокамерницей и обсудить кое–какие моменты.
– Дежурная часть, – сухо ответил сержант на мой звонок в колонию.
– Мне нужен телефонный разговор со Старшей. За мой счёт, – сказала я твёрдо, тоном, не предполагавшим возражений, и назвала своё имя.
В трубке повисла короткая пауза.
– После полудня, в 12:45, устроит?
– Более чем. Номер у вас определился, на него и буду ждать звонка.
– Принято.
Я положила трубку и, глядя в окно, позволила себе несколько секунд тишины. Нужно было заранее выстроить разговор. Беседа должна была выглядеть буднично, так, чтобы ничто не выдало наш план.
Ровно в назначенное время телефон зазвонил, и я сразу ответила.
– Приветствую, Искра. С чем звонишь? – голос Старшей звучал деловито, собранно, без лишних эмоций.
– Мне нужен кусочек из твоего рассказа, – ответила я как можно завуалированнее, выпрашивая образец ткани. – Мягкий. Небольшой.
– Приходи – расскажу, – без задержки отреагировала она, поняв, на что я намекала. – А бандерольку с мелочью ты передашь?
– Постараюсь, – спокойно ответила я, надеясь, что передача «мелочи» – жучка – будет одобрена министром. – Кстати, кто из конвоя сейчас при колонии? Давненько с ними не пересекались.
Вопрос был рискованный, я это понимала, но без него картина оставалась неполной, а мне нужно было знать, через кого передать прослушку Старшей.
– Да почти все на месте, – после короткой паузы сказала она. – Кроме пары неважных.
Однако реальность настойчиво напоминала о себе – в ней эмоции приходилось прятать за формулировками, подписями и печатями. Дослушав доклад, я подала оперативный рапорт министру МВД и надеялась на скорый ответ. Ответ должен был быть положительным – а на это должна была повлиять Ледышка.
Дверь моего кабинета была приоткрыта. Я оставила её такой намеренно – мне доставляло удовольствие слушать довольное бормотание Рыжика, доносившееся из приёмной. Он распаковывал коробки с компьютером, осторожно вытаскивал детали, что–то комментировал себе под нос, иногда тихо смеялся, словно ребёнок, получивший давно желанную игрушку. Я слышала, как он нажимает клавиши и кликает мышкой, и ловила себя на том, что улыбаюсь, не поднимая головы от документов.
Эта идиллия длилась недолго. Через пару часов в коридоре раздались тяжёлые, уверенные шаги супруга, которые я узнала бы из тысячи других. Они приближались к моей двери, глухо отдаваясь в стенах, и вдруг резко остановились.
– Не понял! Ты что тут делаешь? – как гром среди бела дня раздался голос полковника в сторону Рыжика.
– Работаю секретарём, – растерянно ответил парень тоном потише, чем в беседах с другими людьми. В его голосе не было ни дерзости, ни привычной нахальной интонации, с которой он позволял себе общаться со мной. После того как муж выпихнул Рыжика взашей на сторожевой пост, он звучал перед ним как мальчишка, кем, собственно, и являлся.
– Ты в какой части служил, что тебя честь отдавать и отвечать как положено старшему по званию не научили?! – рявкнул супруг.
Послышался резкий скрежет стула о пол, и я поняла, что Рыжик поднялся, дабы исполнить приказ.
– Тружусь личным ассистентом начальницы центра, товарищ полковник! – отчеканил он.
– Вольно! – бросил муж с ледяным презрением. – Молокосос нахальный.
В следующую секунду дверь моего кабинета распахнулась, и полковник ворвался внутрь вихрем.
«А я ведь только что размышляла о том, что за любую радость всегда приходится платить», – мелькнуло у меня в голове. Я медленно выдохнула и приготовилась к неприятной беседе.
– Ты что творишь?! – навалился он ладонями на стол, склонившись ко мне так, что я почувствовала запах его одеколона. – Почему охранник сидит в приёмной?!
– Ты сам сказал, что сторож днём не требуется, – спокойно ответила я, не поднимаясь с кресла.
– А я давал распоряжение тащить его в здание центра и делать своим секретарём?! – повысил голос супруг, впиваясь в меня взглядом.
– Мне нужен личный ассистент. Я не справляюсь одна с таким объёмом работы.
– Я уже говорил, что помощники – это лишняя трата государственных денег! – стукнул он ладонью по столу. – Ладно ещё девчонка–МВДшница была… но этот уволень! Лоботряс с наглой рожей! Мышц – гора, а ума – полный ноль!
– Парень не глупый. Он умеет работать с компьютером и обращаться с оружием, – возразила я. – И хорошо подготовлен в рукопашном бою.
– Зачем нам в приёмной боец, дура ты безмозговая?! – взорвался супруг, испытывая обострение ревности и задетого самолюбия, ибо иначе редко обзывал меня.
Я ощутила, как мои щёки загорелись и покраснели. Не потому, что его слова меня ранили – к этому я давно привыкла. Мне стало стыдно. Неловко за то, что Рыжик слышал, как легко полковник позволял себе ругать и унижать меня, не считаясь ни с моими чувствами, ни с тем, что его крики слышали и другие сотрудники учреждения. Неудивительно, что после такого и юный любовник стал бы считать себя вправе кричать на меня и опускать по половому признаку.
– Ночью у нас есть сторож, а днём – только камеры и домофон. Ты забыл, как местная шантрапа пыталась пробраться на территорию центра? Да, это было ночью, но никто не может гарантировать, что какой–нибудь бандит не решит обчистить здание утром или днём. Мы находимся за городской чертой, и случиться может всё, что угодно. Мне лично страшно после того случая, – мой голос театрально задрожал.
Муж раздражённо фыркнул.
– Допустим. Допустим, я поверю в твою паранойю. Но у тебя самой компьютер стоит на столе! Так на какой чёрт тебе подкованный в технике секретарь?!
– Я не люблю современные новшества, – холодно ответила я. – И не обязана их любить. Они меня раздражают! Я женщина – и не понимаю все эти кпопки и значочки на экране! Мне нужен человек, который будет выполнять эту работу за меня.
– Что ты мне голову морочишь?! – плюхнулся он на стул напротив. – Компьютер не может раздражать, если научиться им правильно пользоваться!
– И когда, полковник? – спросила я ровно. – Когда мне этим заниматься? Между заказами, проектами и встречами? Я не могу разорваться на части. У меня нет времени изучать технику!
Он сорвал фуражку и швырнул её на стол, вытирая лоб платком.
– Откуда у сопляка компьютер? С бюджета списала?
– Да. Как на рабочий инструмент.
– Отдай ему свой, раз ты не пользуешься современными удобствами! А этот верни в магазин, пока не поздно. Бюджет не резиновый!
– Не буду я этого делать! Когда у меня выдаётся свободное время, я учусь работать с разными программами, – не хотела я расставаться с компьютером, на котором работала с матриалами по аджилити.
– Ты уже сама себе противоречишь! – вскочил муж на ноги. – Значит, выплатишь мне по частям за эту дорогую забаву для секретаря! – выкрикнул он. – И да… Я сегодня проверил твой счёт. Что это за парк развлечений ты посещала вчера? Поясни, будь добра.
– А зачем ты полез в мои финансы без моего разрешения? – спросила я возмущённо, хотя прекрасно знала, что супруг часто так делал.
– Потому что я проверяю, чем ты занимаешься по выходным во время моего отсутствия! Ради твоего же блага! Чтобы в очередное дерьмо не вляпалась поуши!
Эта фраза лишь подтвердила мои догадки: подозрения после истории с Бизнесменом всё ещё жили в его голове, и он проверял – не вела ли я нелегальную деятельность в кинологическом центре, с которой имела бы левый доход.
– Мне повторить вопрос? – нетерпеливо пристукнул каблуком ботинка муж.
– Мне хотелось отвлечься, – ответила я.
– Ты что, ребёнок, на аттракционах кататься?! – вновь поднял он голос. – Тебе больше не на что деньги тратить?!
– Это моя зарплата. И половину общих счетов оплачиваю я, а остальные деньги вольна тратить на то, на что хочу.
– У нас семейный бюджет! Его берегут, а не транжирят по детским развлекаловкам! Совсем уже стыд и разум потеряла! Великовозрастная бестолочь! Капитан МВД называется! На карусельках ездит по выходным!
Мне стало больно от его укора. Я была офицером, взрослой женщиной, начальницей учреждения, но… я ведь оставалась человеком, не имевшим детства, и, может, глупо, но мне нравилось навёрствывать то, что у меня отняли родители. Я медленно подняла взгляд на мужа.
– Я – тоже живое существо, полковник. Я не робот. Мне хочется немного радости, тепла и доброты, – сказала я тихо. – Не только же тебе весело проводить время со шлюхами. Я тоже хочу веселья. Но такого, каким его вижу сама.
Он подскочил ко мне и, рванув за плечи, поднял с кресла.
– Если этот секретарь – твой любовник…
– Я прекрасно помню соглашение, которое подписала, – перебила я его, с трудом сдерживая дрожь, – За измену и выход из брака меня ждёт наказание. Так какой же любовник? – блефовала я в каждом слове.
Он отпустил меня из хватки и, чуть поуспокоился, уверенный, что я боюсь нарушить липовую договорённость.
– Сегодня я задержусь до поздна. Буду готовить документы для годового отчёта. А ты решай, будешь ли выплачивать мне за компьютер секретаря или отдашь ему свой. Это принципиальная позиция – в отличие от тебя, я привык разумно тратить деньги, как свои, так и министерские. Раз поступила неосмысленно – исправляй ситуацию.
– Не трать энергию на поучения, – ответила я, садясь обратно в кресло. – Ты не имеешь права брать с меня личные накопления в счёт законно потраченного на рабочий инструмент бюджета.
– Я твой муж – руль управления тобой, и имею право держать тебя в узде, – сжал он кулак перед моим носом. – Как в быту и в постели, так и на службе в моём учреждении. А ты обязана – исполнять мои приказы. В следующий раз подумаешь дважды, прежде чем баловать юного качка, которого взяла в секретари, потому что потекла, как сучка. Ни дневные бандиты, ни технические навыки рыжего сосунка тут роли не играют. Я не дурак! Но запомни: если этот кобель пристроится к тебе – выпотрошу обоих, и не только материально.
Он вылетел из кабинета так же стремительно, как и ворвался, а я не на шутку занервничала, ведь муж никогда не бросал слов на ветер. Да, с соглашением он блефовал, но с угрозами – вряд ли. Всё, как обычно, лейтенант – моя радость сменилась горечью.
Глава 46. День без передышки
После того как муж покинул мой кабинет, я всё ещё сидела в кресле, не в силах пошевелиться, опустошённая и словно раздавленная словами, которыми он прошёлся по мне. Я понимала, что у него произошла очередная смена настроения, но что именно её спровоцировало, оставалось неясным. О том, что Рыжик стал моим секретарём и получил новый компьютер, супруг узнал лишь поднявшись в приёмную, а шёл он с другим намерением – поговорить о трате на парк развлечений. Обычно подобные разговоры мы вели дома, наедине, да и мои расходы, пусть даже избыточные, вряд ли могли довести его до такого бешенства, чтобы он перешёл на прямые оскорбления. Здесь явно было что–то ещё, но я не понимала что именно, и это незнание тревожило сильнее всего.
– Можно? – осторожно выглянул Рыжик из–за двери.
Я просто кивнула, стыдливо отводя глаза от юного любовника, который наверняка услышал наш с мужем спор, в котором я была унижена и обозвана.
Рыжик подошёл поближе и, не говоря лишних слов, накрыл ладонью мою руку, сжатую в кулак, в котором я пыталась удержать остатки самообладания.
– Ты как? – его голос звучал непривычно заботливо и даже взволнованно, без обычной дерзости и иронии.
Я натянуто улыбнулась, отчаянно пытаясь найти слова, которые смогли бы хоть немного разрядить эту тяжёлую атмосферу, но не нашла ни одного.
– Знаешь, это твой муж – дурак безмозговый, – тихо сказал он и нежно провёл пальцами по моим волосам. – Он что, следит за тобой? За личными деньгами, передвижениями, вещами, расходами из госбюджета?
Тяжело выдохнув, я выпустила вместе с воздухом и стыд за свою подотчётную позицию в семье – ту часть жизни, о которой рыжий любовник не должен был знать. Для него я хотела оставаться начальницей, самостоятельной и независимой женщиной, которая сама принимает решения касательно денег и собственной судьбы. Это была иллюзия, но иллюзия спасительная, та, в которой мне было хорошо. Но даже её мой муж отнял у меня.
– Он контролирует ровно настолько, насколько считает нормой в нашей семье. А ещё он куратор центра, – сухо ответила я и тут же, словно защищаясь, перешла в наступление. – А это что, допрос?
– Нет, – сразу ответил Рыжик. – Просто я не думал, что у тебя на личном всё настолько плохо. Он же настоящий деспот!
Юноша замолчал, а через пару секунд задал вопрос:
– Но… если полковник видел твои траты в парке развлечений, то он не мог не заметить и… аренду жилья. Так, на какие деньги ты мне квартиру сняла?
– На какие было нужно, на такие и сняла, – резко ответила я, ощущая, как злость на всю эту ситуацию поднимается волной и подступает к горлу.
– Ты что, левак какой–то имеешь? – догадливо спросил парнишка.
Этот вопрос мгновенно меня напряг, ведь в сторону аджилити и всего, что с этим было связано, Рыжик не должен был приближаться даже мысленно.
– Милый, – спокойно и уверенно сказала я, стараясь увести разговор в безопасное русло, – любая женщина в моём положении знает разные хитрости, как отложить немного средств вне поля зрения супруга. Это не левая прибыль, а мои сбережения с честно заработанных денег.
– Ладно… – протянул он и неожиданно переключился. – Слушай, а что у тебя за машина?
Перегнувшись через меня, он начал рассматривать этикетку с системными данными на корпусе моего компьютера.
– Так это же прошлогодняя модель, – заключил юный знаток. – Не такая уж и старая. Я сам перепрошью систему и обновлю компоненты – будет как новенький. А тот, что ты мне взяла – сдай обратно, чтобы твой ворон перестал клевать тебя в затылок.
От такого самопожертвенного предложения, которого я никак не ожидала от Рыжика, я даже приоткрыла рот, не сразу найдя, что ответить.
– Ты готов отказаться от новой техники, чтобы супруг перестал требовать с меня ежемесячных выплат за новый компьютер?
– Я же тебя люблю, – смутившись собственного признания, бросил он и тут же направился к двери, не взглянув на меня на прощанье.
Я осталась сидеть, приятно удивлённая и по–настоящему счастливая от этих слов. «Я тебя люблю» – они эхом отдавались в сердце, и оно отзывалось взаимностью. Что касается компьютера, я пока ещё не приняла окончательного решения. Мне нужен был мой – для организации аджилити, а секретарю необходим был собственный, потому что я действительно не успевала обучаться программам и идти в ногу с новыми способами коммуникации и работы. Эту функцию я всецело переложила на Рыжика, осознавая, что без него мне уже и не справиться со всеми новшествами.
Часы близились к обеду, и я словно вынырнула из собственных мыслей. Я ведь уже подала оперативный рапорт министру, а пока я ждала ответа, было необходимо связаться с бывшей сокамерницей и обсудить кое–какие моменты.
– Дежурная часть, – сухо ответил сержант на мой звонок в колонию.
– Мне нужен телефонный разговор со Старшей. За мой счёт, – сказала я твёрдо, тоном, не предполагавшим возражений, и назвала своё имя.
В трубке повисла короткая пауза.
– После полудня, в 12:45, устроит?
– Более чем. Номер у вас определился, на него и буду ждать звонка.
– Принято.
Я положила трубку и, глядя в окно, позволила себе несколько секунд тишины. Нужно было заранее выстроить разговор. Беседа должна была выглядеть буднично, так, чтобы ничто не выдало наш план.
Ровно в назначенное время телефон зазвонил, и я сразу ответила.
– Приветствую, Искра. С чем звонишь? – голос Старшей звучал деловито, собранно, без лишних эмоций.
– Мне нужен кусочек из твоего рассказа, – ответила я как можно завуалированнее, выпрашивая образец ткани. – Мягкий. Небольшой.
– Приходи – расскажу, – без задержки отреагировала она, поняв, на что я намекала. – А бандерольку с мелочью ты передашь?
– Постараюсь, – спокойно ответила я, надеясь, что передача «мелочи» – жучка – будет одобрена министром. – Кстати, кто из конвоя сейчас при колонии? Давненько с ними не пересекались.
Вопрос был рискованный, я это понимала, но без него картина оставалась неполной, а мне нужно было знать, через кого передать прослушку Старшей.
– Да почти все на месте, – после короткой паузы сказала она. – Кроме пары неважных.
