— Мой бывший сотрудник, и не просто сотрудник, а заместитель… — говоря эти слова, Ава встала со стула, и медленно пошла к креслу. — …Сбежал к моим главным конкурентам, прихватив с собой строго конфиденциальную информацию о компании. Выигрыш по искам, которые ты подал против него от моего имени, остался за мной. И, согласно решению суда, он не только выплатит денежную компенсацию мне и моей компании, но и сядет в тюрьму. На два года. Правда, случится это, судя по всему, уже после того, как его поймают после побега. И, может быть, прибавят к двум годам еще какой-нибудь срок. Потому что бегать от тюрьмы — это затея так себе… — Ава развела руками и остановилась. — …Не очень. Но меня интересует другое.
— Что? — подхватил Келс.
— Когда ты собирался сообщить мне, что дела по искам выиграны, и Аллес сбежал?
Виттер вздохнул.
— Я хотел сообщить тебе позже. После того, как его поймают.
Ава усмехнулась.
— Я спрашиваю потому, что у меня такое ощущение, что говорить о побеге ты не хотел. А если его не поймают?
— Хотел, но позже!.. Вот поэтому, Эв, я и говорю: тебе нужна охрана! Но его поймают!
Девушка покачала головой и приблизилась к черному креслу вплотную. Остановившись за ним вполоборота, она посмотрела на Келса, усмехнулась, развернулась в другую сторону, и начала медленно обходить его с другой стороны, ведя ладонью по вершине спинки.
— Нет. Я не стану нанимать охрану, Келс. Это смешно, глупо и…
— Как ты можешь так легкомысленно относиться к реальной угрозе, Ава Полгар? — спросил Уильям Блейк, с улыбкой смотря на девушку из кресла.
Оттолкнувшись ногой от пола, он повернулся, остановил кресло напротив Авы, и нахмурился. Ироничная улыбка сошла с его бледного лица, и Аве, в первые секунды при виде андроида застывшей в немом удивлении, стало ясно: она была фальшивкой. «Впрочем, — подумала девушка, чувствуя, как пульс занимается бешеной, мелкой дробью в крови, — как и все остальное». Ава заставила себя улыбнуться в ответ. Именно с этой улыбкой, наполненной насмешкой и ядом, она смотрела теперь на Блейка. А он смотрел на нее. Не отводя от лица девушки ярких, внимательных глаз.
Ни на секунду.
Вопрос, заданный Блейком на безупречном английском, прозвучал отчетливо и громко, и уже давно растворился в воздухе кабинета. Келс, услышав голос андроида, вздрогнул и поспешно оглянулся в сторону бара, на то самое черное кресло, которое, по мысли мисс Полгар, не давало ему покоя все это утро. Риз, наблюдая за Виттером, посмотрела в ту же сторону, что и он, но Ава…
Рассматривая вытянувшегося из кресла Уильяма Блейка, она смотрела на него таким взглядом, который сообщал всем присутствующим, что мисс Полгар ожидала чего-то именно такого. Чего-то совершенно подобного.
Может быть, именно поэтому Ава не вздрогнула, не удивилась (по крайней мере, по ее лицу этого сказать было нельзя) и не сдвинулась с места. Уильям, одетый в черный, классический костюм без галстука, и в черную рубашку, расстегнутую у горла, — девушка усмехнулась, заметив это, и вспомнила мучения Виттера с его собственным галстуком, — уже сделал шаг вперед и остановился слишком близко к ней, а она по-прежнему стояла все в той же позе: немного отклонившись назад и сложив руки на груди, Ава буравила андроида отнюдь не приветливым взглядом.
По мнению Виттера и Риз в Аве, при приближении Уильяма, ничего не изменилось. Но внимательный взгляд Блейка не упустил ничего. И только андроид видел, как мелко и коротко задрожали руки девушки, и как она, выдерживая его взгляд, который прошелся по всей ее фигуре, крепче сжала их на груди, командуя телу не выдавать ее.
Отойдя немного назад, Уильям тоже сложил руки на груди, и продолжал смотреть на Аву. Только на нее, не замечая, — и не желая, — никого и ничего вокруг. Она долго молчала. Только упрямо и плотно сжала губы в единую, чуть дрожащую в уголках, линию. И если бы не бледность, выступившая на ее лице, и не фосфорический блеск темных глаз, Келс мог бы сказать, как и прежде, что в ее внешнем виде ничего не поменялось.
— Уильям! — изумленно выдохнула Риз. — Вот не ожидала тебя здесь увидеть!
— А ты привыкай, Риз, — не глядя на подругу, и все еще не отводя взгляда от Уильяма, громко заявила Ава. — У мистера Блейка прямо страсть к подобным фокусам. Хотя они, признаться, становятся уже довольно банальными. А еще ему нравится встречаться с моими людьми у меня за спиной. Правда, Келс?
— Нет, Эв. Все не так, — запротестовал Виттер. — Уильям пришел, чтобы…
— Доброе утро, Риз. Рад вас видеть. Я здесь для того, чтобы обсудить некоторые свои вопросы с лучшим адвокатом, — продолжил андроид, разглядывая Аву.
— Ну а Келс у нас слишком ранимый и робкий, чтобы предупредить о том, что в кабинете, при личном разговоре, находится посторонний! — вспылила Ава.
— «Посторонний»? — насмешливо отозвался Келс, ничего не понимая. — Да это…
— Я уже сказал однажды мисс Полгар, что я не посторонний, — мягко, с иронией в осевшем голосе, прошептал Блейк, и продолжил смотреть на Аву.
— Кажется, было это в полицейском участке? — все больше волнуясь, громко уточнила она. — Жаль, что тебя тогда не засадили в тюрьму!
Уильям расхохотался. Блеск его голубых глаз стал еще ярче. Несмотря на тревожный и уставший вид андроида, при взгляде в его острое, худое лицо становилось ясно: подобные повороты событий он обожает. Стало ясно это и Аве. Настолько, что заглянув в его глаза, она смутилась, опустила руки вдоль тела и отошла от Блейка подальше. Эти меры предосторожности развеселили его еще больше.
— Знаешь, Блейк, что все это напоминает? — спросила Ава, отходя все дальше, и снимая со спинки стула свой рюкзак. — Твою встречу с Мором. Тогда у тебя с ним тоже был то ли какой-то договор, то ли какое-то дело.
— Ава, я могу объяснить, — настаивал Виттер.
— А не надо, Келс, — успокоила его Ава. — Я не хочу ничего слушать. Однажды я уже подумала, что ты обманул меня. И тогда я ошиблась, прибежала сюда с извинениями. Но теперь… — она всадила острый взгляд в лицо адвоката, — …кажется, ошибки нет?
— Эв, да послушай! Мы обсуждали свои дела! И это ради твоей безопасности! Я только сказал Уильяму про то, что Аллес сбежал! И я решил, что тебе нужна охрана, а Уильям… — Виттер бросил на андроида красноречивый взгляд, — …сказал, что будет сам тебя охранять! И я думаю, это даже лучше!
— У вас «свои дела»? Ты «решил», Блейк «сказал»… — медленно, за секунду до взрыва, прошептала Ава, глядя на Виттера. — А мистер Блейк больше ничего не сообщил? Не сказал, что физически он не в состоянии защитить меня, даже если бы я этого хотела? Потому что ему самому нужна помощь! Но идиотская гордость не велит ему признать это, и принять ее! Как же! Кто-то об этом узнает! Кто-то ему поможет!
— Ава, успокойся! — взволнованно начал Келс. — Это не заговор у тебя за спиной! Мы хотим помочь!
Девушка зло засмеялась.
— Вот и помоги, Келс. Блейку! А мне не надо. Надоело. Понимать, выслушивать, лечить раны, затаскивать на кровать, ждать, пока он придет в себя, переживать, реветь, как последняя дура… А потом услышать в ответ: «Это не твое дело, Ава Полгар». А потом увидеть его, здесь, такого блистательного и такого великолепного, в безупречном костюме, с улыбочкой на лице…
Ава задохнулась и замолчала.
— В конце концов, мои дела не занимают всю твою практику, Келс? И ты вообще можешь делать, что хочешь. Например, нарушать условия конфиденциальности в общении со мной, твоим клиентом. И когда-то другом. Забавно, — Ава улыбнулась и оглядела всех присутствующих, — выиграть иск о нарушении конфиденциальности, и узнать, что твой адвокат страдает тем же!
— Ава, прекрати! Этого не было! — попытался остановить ее Келс.
Но она его не слушала.
— У меня вопрос только к мистеру Блейку.
Ава повернулась к андроиду и со злостью посмотрела на него.
— Слушаю, Ава Полгар, — отозвался Уильям, разглядывая ее страстное и безумно красивое, горячее от румянца лицо.
— Какого черта ты здесь делаешь?
— Я уже сказал. Мне пришлось обратиться к Келсу Виттеру по личному делу. И, вместе с тем, он рассказал о побеге Аллеса. А я хочу защищать тебя сам, Ава Полгар. Без посторонней охраны.
— Как славно, учитывая, что перед законом… — прошептала Ава и остановилась.
Сил на то, чтобы окончить фразу у нее не осталось. Усталость и какое-то страшное, абсолютное бессилие, навалились на нее. Она закрыла глаза и схватилась за спинку стула, а Уильям быстро шагнул к ней, желая помочь.
— Ава Полгар, поговори со мной, — зашептал андроид. — Тебе плохо?
Девушка сглотнула, облизала пересохшие губы. Остановив на лице андроида блестящий от злости взгляд, она медленно прошептала:
— Это не твое дело, Уильям Блейк.
Ава давно мечтала произнести эту фразу в ответ. С того дня, как услышала эти слова от Уильяма. Того требовали ее обида и гордость. И вот, она сказала их. Выплеснула ему в лицо, как удар или, того хуже, плевок. Но это, к удивлению Авы, совсем не принесло ей ни радости, ни удовлетворения. «Только сделало пустоту больше…» — подумала она, разглядывая себя неясным от резкого головокружения, взглядом.
— Да ладно, Эв! Ну, что ты! Забрала себе самого лучшего парня, а теперь… — попробовала пошутить Риз.
— Он «лучший» только потому, что вы пока не очень близко знакомы со мной, — сказал Келс, наклонившись к девушке.
Фраза была произнесена довольно тихо, но услышали ее абсолютно все. Осознав это, адвокат смутился и неловко улыбнулся, и Риз улыбнулась тоже, чувствуя, как на коже выступает румянец.
Не обращая внимания на слова Келса и Риз, Уильям смотрел на Аву. Все так же внимательно и беспокойно, готовый в любой момент броситься ей на помощь.
— Рада, что вам весело, — не улыбаясь, с трудом произнесла Ава.
Встряхнув в руке рюкзак, она накинула одну его лямку на плечо, и пошла к двери. Огонь принял на себя Блейк. Обогнав девушку в два широких, огромных шага, он повернулся к ней, закрывая выход из кабинета.
— Не отпущу тебя никуда в таком состоянии. Согласись на мою охрану, Эви. Ты должна. Мне уже лучше. Я хочу и могу защитить тебя.
— Уйди… — прошептала Ава.
Она вытянула руку, чтобы отодвинуть его в сторону, но только слегка задела Уильяма по руке, и упала в обморок.
— Уильям?.. — Ава открыла глаза, но увидела над собой только белый потолок комнаты. — Где Уильям?..
— Ава, милая, привет! — Риз наклонилась к подруге и осторожно погладила ее по волосам. — Как ты? Как ты себя чувствуешь?
— Где Уильям? — с трудом повторила Ава.
По щекам ее, без всякого предупреждения, побежали горячие слезы.
— Его здесь нет. Он… вышел, — оглянувшись на дверь, с какой-то нерешительностью в голосе, ответила Риз. — Но ты не волнуйся, ты в больнице. Уильям скоро вернется. Тебя оставят здесь на пару дней. Врач говорит, что у тебя нервное истощение.
— Где Уильям? Его нет? Правильно… Пусть не приходит… Пусть не возвращается!... — зашептала Ава и заплакала.
В кабинете Келса была тишина. И был вечер все того же дня, когда все или почти все отлетело к черту. Ава неожиданно приехала в Пало-Альто, Блейк, которого он срочно вызвал из Назаре, оказался… как бы это помягче сказать?.. Не в форме, и первые несколько дней после приезда он просто физически не мог вести с Виттером обсуждение таких острых и насущных вопросов, как побег Аллеса, защита Авы и их новое, совместное предприятие, развернутое против сотрудников бывшего детского дома, в котором воспитывалась девушка. Но… надо все обдумать по порядку.
Отыскав в дальнем ящике письменного стола древнюю пачку сигарет, Виттер скосился на нее без особого энтузиазма. Он не курил очень давно, со времен веселой юности. Но сейчас курить хотелось адски. А терпения на выход из офиса и покупку новых сигарет не было. К тому же, нервы его теперь затянуты так крепко, что даже пяти небольших минут было жаль для такой мелочи.
Поэтому, покрутив в руках давнюю пачку сигарет, и рассмотрев ее с выражением кислого оптимизма, Келс, все-таки, вытянул одну сигарету и закурил. А потом скосился на Блейка, медленно натягивающего на себя рубашку после «медицинских» процедур, невольным участником которых, — и, судя по всему, надолго, — теперь стал он сам, Келс Виттер. Уильям все еще медленно и очень аккуратно надевал тонкую, светло-голубую рубашку поверх эластичного бинта, которым были закрыты раны на его спине и на груди, а Виттер, откинувшись в кресле за письменным столом и поперхнувшись сигаретой, уставился в потолок, мысленно восстанавливая хронологию недавних событий.
Все началось с того, что на долгие и занудные звонки Келса Блейк почему-то не отвечал. И Виттер, вполне ожидаемо, начал на него злиться. В воображении адвоката, едва успевавшего отбивать подачи, прилетающие от судебных дел, которые он вел в Пало-Альто от имени мисс Полгар, рисовалось разное: то лень манерного андроида, мешающая ему ответить на звонок, то простое, банальное безразличие. После третьего звонка, который остался, как и все прежние, без ответа, Келс, без преувеличений, озверел. Дикое напряжение последних недель наконец-то перелилось через край и дало о себе знать. Иначе вряд ли бы он стал жаждать крови андроида, — пусть она и была белой, а не красной, — так сильно. Ведь они все обсудили, и решили вести это дело вместе, выполняя, каждый, свои обязанности. Так?
— Тогда какого черта ты мне не отвечаешь?! — шипел Келс поздним вечером одного душного, особенно знойного дня после еще одного, пустого, звонка.
Именно после этой фразы, подстегнувшей его к тому, чтобы не оставлять попыток, и непременно свернуть как можно больше крови андроиду, он начал звонить Блейку не переставая. Да, почти непрерывно. Так, как, наверное, звонят, самые ушибленные на мозги, фанатки. И вот, это произошло! На каком-то промежутке этой длинной череды телефонного терроризма Уильям снял трубку! Келс тогда даже не поверил. Ни в это, ни себе, не своим ушам, услышавшим какой-то странно далекий, очень медленный и глухой голос робота. Но все эти соображения о том, как тогда звучал Блейк, пришли к Виттеру позже. А тогда, когда андроид, наконец-то, ответил, адвокату Авы Полгар хотелось только одного: разорвать своего «ценного» помощника на месте.
Чего он, к счастью для великолепного блондина, фотографиями которого были заклеены улицы, перекрестки и проспекты, сразу сделать, конечно, не мог. «Но в выражениях стесняться не буду», — так, про себя, решил Келс, и облил Блейка таким потоком ругательств, что почти весь его гнев, так долго копившийся внутри, вышел.
И Виттеру стало легко. И почти спокойно. Особенно после того, как Уильям, — из своего «прекрасного далеко», — прохрипел в трубку, что непременно приедет.
К немалому удивлению Келса, так оно и случилось: андроид прилетел в США первым же возможным рейсом из Португалии. А Виттер, увидев его в том ужасном физическом состоянии, в каком он тогда находился, с долей начавшегося не без оснований раскаяния подумал, что, даже если бы все рейсы до Пало-Альто отменили, этот одержимый переплыл бы Атлантический океан и дошел бы до его кабинета пешком. Чисто так, — на одних только нервах и хриплых, прерывающихся сорванным дыханием словах о том, что «это же… касается… Авы Полгар».
Блейк, конечно, ничего о себе не объяснял. Да этого и не было нужно.
— Что? — подхватил Келс.
— Когда ты собирался сообщить мне, что дела по искам выиграны, и Аллес сбежал?
Виттер вздохнул.
— Я хотел сообщить тебе позже. После того, как его поймают.
Ава усмехнулась.
— Я спрашиваю потому, что у меня такое ощущение, что говорить о побеге ты не хотел. А если его не поймают?
— Хотел, но позже!.. Вот поэтому, Эв, я и говорю: тебе нужна охрана! Но его поймают!
Девушка покачала головой и приблизилась к черному креслу вплотную. Остановившись за ним вполоборота, она посмотрела на Келса, усмехнулась, развернулась в другую сторону, и начала медленно обходить его с другой стороны, ведя ладонью по вершине спинки.
— Нет. Я не стану нанимать охрану, Келс. Это смешно, глупо и…
— Как ты можешь так легкомысленно относиться к реальной угрозе, Ава Полгар? — спросил Уильям Блейк, с улыбкой смотря на девушку из кресла.
Оттолкнувшись ногой от пола, он повернулся, остановил кресло напротив Авы, и нахмурился. Ироничная улыбка сошла с его бледного лица, и Аве, в первые секунды при виде андроида застывшей в немом удивлении, стало ясно: она была фальшивкой. «Впрочем, — подумала девушка, чувствуя, как пульс занимается бешеной, мелкой дробью в крови, — как и все остальное». Ава заставила себя улыбнуться в ответ. Именно с этой улыбкой, наполненной насмешкой и ядом, она смотрела теперь на Блейка. А он смотрел на нее. Не отводя от лица девушки ярких, внимательных глаз.
Ни на секунду.
Вопрос, заданный Блейком на безупречном английском, прозвучал отчетливо и громко, и уже давно растворился в воздухе кабинета. Келс, услышав голос андроида, вздрогнул и поспешно оглянулся в сторону бара, на то самое черное кресло, которое, по мысли мисс Полгар, не давало ему покоя все это утро. Риз, наблюдая за Виттером, посмотрела в ту же сторону, что и он, но Ава…
Рассматривая вытянувшегося из кресла Уильяма Блейка, она смотрела на него таким взглядом, который сообщал всем присутствующим, что мисс Полгар ожидала чего-то именно такого. Чего-то совершенно подобного.
Может быть, именно поэтому Ава не вздрогнула, не удивилась (по крайней мере, по ее лицу этого сказать было нельзя) и не сдвинулась с места. Уильям, одетый в черный, классический костюм без галстука, и в черную рубашку, расстегнутую у горла, — девушка усмехнулась, заметив это, и вспомнила мучения Виттера с его собственным галстуком, — уже сделал шаг вперед и остановился слишком близко к ней, а она по-прежнему стояла все в той же позе: немного отклонившись назад и сложив руки на груди, Ава буравила андроида отнюдь не приветливым взглядом.
По мнению Виттера и Риз в Аве, при приближении Уильяма, ничего не изменилось. Но внимательный взгляд Блейка не упустил ничего. И только андроид видел, как мелко и коротко задрожали руки девушки, и как она, выдерживая его взгляд, который прошелся по всей ее фигуре, крепче сжала их на груди, командуя телу не выдавать ее.
Отойдя немного назад, Уильям тоже сложил руки на груди, и продолжал смотреть на Аву. Только на нее, не замечая, — и не желая, — никого и ничего вокруг. Она долго молчала. Только упрямо и плотно сжала губы в единую, чуть дрожащую в уголках, линию. И если бы не бледность, выступившая на ее лице, и не фосфорический блеск темных глаз, Келс мог бы сказать, как и прежде, что в ее внешнем виде ничего не поменялось.
— Уильям! — изумленно выдохнула Риз. — Вот не ожидала тебя здесь увидеть!
— А ты привыкай, Риз, — не глядя на подругу, и все еще не отводя взгляда от Уильяма, громко заявила Ава. — У мистера Блейка прямо страсть к подобным фокусам. Хотя они, признаться, становятся уже довольно банальными. А еще ему нравится встречаться с моими людьми у меня за спиной. Правда, Келс?
— Нет, Эв. Все не так, — запротестовал Виттер. — Уильям пришел, чтобы…
— Доброе утро, Риз. Рад вас видеть. Я здесь для того, чтобы обсудить некоторые свои вопросы с лучшим адвокатом, — продолжил андроид, разглядывая Аву.
— Ну а Келс у нас слишком ранимый и робкий, чтобы предупредить о том, что в кабинете, при личном разговоре, находится посторонний! — вспылила Ава.
— «Посторонний»? — насмешливо отозвался Келс, ничего не понимая. — Да это…
— Я уже сказал однажды мисс Полгар, что я не посторонний, — мягко, с иронией в осевшем голосе, прошептал Блейк, и продолжил смотреть на Аву.
— Кажется, было это в полицейском участке? — все больше волнуясь, громко уточнила она. — Жаль, что тебя тогда не засадили в тюрьму!
Уильям расхохотался. Блеск его голубых глаз стал еще ярче. Несмотря на тревожный и уставший вид андроида, при взгляде в его острое, худое лицо становилось ясно: подобные повороты событий он обожает. Стало ясно это и Аве. Настолько, что заглянув в его глаза, она смутилась, опустила руки вдоль тела и отошла от Блейка подальше. Эти меры предосторожности развеселили его еще больше.
— Знаешь, Блейк, что все это напоминает? — спросила Ава, отходя все дальше, и снимая со спинки стула свой рюкзак. — Твою встречу с Мором. Тогда у тебя с ним тоже был то ли какой-то договор, то ли какое-то дело.
— Ава, я могу объяснить, — настаивал Виттер.
— А не надо, Келс, — успокоила его Ава. — Я не хочу ничего слушать. Однажды я уже подумала, что ты обманул меня. И тогда я ошиблась, прибежала сюда с извинениями. Но теперь… — она всадила острый взгляд в лицо адвоката, — …кажется, ошибки нет?
— Эв, да послушай! Мы обсуждали свои дела! И это ради твоей безопасности! Я только сказал Уильяму про то, что Аллес сбежал! И я решил, что тебе нужна охрана, а Уильям… — Виттер бросил на андроида красноречивый взгляд, — …сказал, что будет сам тебя охранять! И я думаю, это даже лучше!
— У вас «свои дела»? Ты «решил», Блейк «сказал»… — медленно, за секунду до взрыва, прошептала Ава, глядя на Виттера. — А мистер Блейк больше ничего не сообщил? Не сказал, что физически он не в состоянии защитить меня, даже если бы я этого хотела? Потому что ему самому нужна помощь! Но идиотская гордость не велит ему признать это, и принять ее! Как же! Кто-то об этом узнает! Кто-то ему поможет!
— Ава, успокойся! — взволнованно начал Келс. — Это не заговор у тебя за спиной! Мы хотим помочь!
Девушка зло засмеялась.
— Вот и помоги, Келс. Блейку! А мне не надо. Надоело. Понимать, выслушивать, лечить раны, затаскивать на кровать, ждать, пока он придет в себя, переживать, реветь, как последняя дура… А потом услышать в ответ: «Это не твое дело, Ава Полгар». А потом увидеть его, здесь, такого блистательного и такого великолепного, в безупречном костюме, с улыбочкой на лице…
Ава задохнулась и замолчала.
— В конце концов, мои дела не занимают всю твою практику, Келс? И ты вообще можешь делать, что хочешь. Например, нарушать условия конфиденциальности в общении со мной, твоим клиентом. И когда-то другом. Забавно, — Ава улыбнулась и оглядела всех присутствующих, — выиграть иск о нарушении конфиденциальности, и узнать, что твой адвокат страдает тем же!
— Ава, прекрати! Этого не было! — попытался остановить ее Келс.
Но она его не слушала.
— У меня вопрос только к мистеру Блейку.
Ава повернулась к андроиду и со злостью посмотрела на него.
— Слушаю, Ава Полгар, — отозвался Уильям, разглядывая ее страстное и безумно красивое, горячее от румянца лицо.
— Какого черта ты здесь делаешь?
— Я уже сказал. Мне пришлось обратиться к Келсу Виттеру по личному делу. И, вместе с тем, он рассказал о побеге Аллеса. А я хочу защищать тебя сам, Ава Полгар. Без посторонней охраны.
— Как славно, учитывая, что перед законом… — прошептала Ава и остановилась.
Сил на то, чтобы окончить фразу у нее не осталось. Усталость и какое-то страшное, абсолютное бессилие, навалились на нее. Она закрыла глаза и схватилась за спинку стула, а Уильям быстро шагнул к ней, желая помочь.
— Ава Полгар, поговори со мной, — зашептал андроид. — Тебе плохо?
Девушка сглотнула, облизала пересохшие губы. Остановив на лице андроида блестящий от злости взгляд, она медленно прошептала:
— Это не твое дело, Уильям Блейк.
Ава давно мечтала произнести эту фразу в ответ. С того дня, как услышала эти слова от Уильяма. Того требовали ее обида и гордость. И вот, она сказала их. Выплеснула ему в лицо, как удар или, того хуже, плевок. Но это, к удивлению Авы, совсем не принесло ей ни радости, ни удовлетворения. «Только сделало пустоту больше…» — подумала она, разглядывая себя неясным от резкого головокружения, взглядом.
— Да ладно, Эв! Ну, что ты! Забрала себе самого лучшего парня, а теперь… — попробовала пошутить Риз.
— Он «лучший» только потому, что вы пока не очень близко знакомы со мной, — сказал Келс, наклонившись к девушке.
Фраза была произнесена довольно тихо, но услышали ее абсолютно все. Осознав это, адвокат смутился и неловко улыбнулся, и Риз улыбнулась тоже, чувствуя, как на коже выступает румянец.
Не обращая внимания на слова Келса и Риз, Уильям смотрел на Аву. Все так же внимательно и беспокойно, готовый в любой момент броситься ей на помощь.
— Рада, что вам весело, — не улыбаясь, с трудом произнесла Ава.
Встряхнув в руке рюкзак, она накинула одну его лямку на плечо, и пошла к двери. Огонь принял на себя Блейк. Обогнав девушку в два широких, огромных шага, он повернулся к ней, закрывая выход из кабинета.
— Не отпущу тебя никуда в таком состоянии. Согласись на мою охрану, Эви. Ты должна. Мне уже лучше. Я хочу и могу защитить тебя.
— Уйди… — прошептала Ава.
Она вытянула руку, чтобы отодвинуть его в сторону, но только слегка задела Уильяма по руке, и упала в обморок.
***
— Уильям?.. — Ава открыла глаза, но увидела над собой только белый потолок комнаты. — Где Уильям?..
— Ава, милая, привет! — Риз наклонилась к подруге и осторожно погладила ее по волосам. — Как ты? Как ты себя чувствуешь?
— Где Уильям? — с трудом повторила Ава.
По щекам ее, без всякого предупреждения, побежали горячие слезы.
— Его здесь нет. Он… вышел, — оглянувшись на дверь, с какой-то нерешительностью в голосе, ответила Риз. — Но ты не волнуйся, ты в больнице. Уильям скоро вернется. Тебя оставят здесь на пару дней. Врач говорит, что у тебя нервное истощение.
— Где Уильям? Его нет? Правильно… Пусть не приходит… Пусть не возвращается!... — зашептала Ава и заплакала.
В кабинете Келса была тишина. И был вечер все того же дня, когда все или почти все отлетело к черту. Ава неожиданно приехала в Пало-Альто, Блейк, которого он срочно вызвал из Назаре, оказался… как бы это помягче сказать?.. Не в форме, и первые несколько дней после приезда он просто физически не мог вести с Виттером обсуждение таких острых и насущных вопросов, как побег Аллеса, защита Авы и их новое, совместное предприятие, развернутое против сотрудников бывшего детского дома, в котором воспитывалась девушка. Но… надо все обдумать по порядку.
Отыскав в дальнем ящике письменного стола древнюю пачку сигарет, Виттер скосился на нее без особого энтузиазма. Он не курил очень давно, со времен веселой юности. Но сейчас курить хотелось адски. А терпения на выход из офиса и покупку новых сигарет не было. К тому же, нервы его теперь затянуты так крепко, что даже пяти небольших минут было жаль для такой мелочи.
Поэтому, покрутив в руках давнюю пачку сигарет, и рассмотрев ее с выражением кислого оптимизма, Келс, все-таки, вытянул одну сигарету и закурил. А потом скосился на Блейка, медленно натягивающего на себя рубашку после «медицинских» процедур, невольным участником которых, — и, судя по всему, надолго, — теперь стал он сам, Келс Виттер. Уильям все еще медленно и очень аккуратно надевал тонкую, светло-голубую рубашку поверх эластичного бинта, которым были закрыты раны на его спине и на груди, а Виттер, откинувшись в кресле за письменным столом и поперхнувшись сигаретой, уставился в потолок, мысленно восстанавливая хронологию недавних событий.
Все началось с того, что на долгие и занудные звонки Келса Блейк почему-то не отвечал. И Виттер, вполне ожидаемо, начал на него злиться. В воображении адвоката, едва успевавшего отбивать подачи, прилетающие от судебных дел, которые он вел в Пало-Альто от имени мисс Полгар, рисовалось разное: то лень манерного андроида, мешающая ему ответить на звонок, то простое, банальное безразличие. После третьего звонка, который остался, как и все прежние, без ответа, Келс, без преувеличений, озверел. Дикое напряжение последних недель наконец-то перелилось через край и дало о себе знать. Иначе вряд ли бы он стал жаждать крови андроида, — пусть она и была белой, а не красной, — так сильно. Ведь они все обсудили, и решили вести это дело вместе, выполняя, каждый, свои обязанности. Так?
— Тогда какого черта ты мне не отвечаешь?! — шипел Келс поздним вечером одного душного, особенно знойного дня после еще одного, пустого, звонка.
Именно после этой фразы, подстегнувшей его к тому, чтобы не оставлять попыток, и непременно свернуть как можно больше крови андроиду, он начал звонить Блейку не переставая. Да, почти непрерывно. Так, как, наверное, звонят, самые ушибленные на мозги, фанатки. И вот, это произошло! На каком-то промежутке этой длинной череды телефонного терроризма Уильям снял трубку! Келс тогда даже не поверил. Ни в это, ни себе, не своим ушам, услышавшим какой-то странно далекий, очень медленный и глухой голос робота. Но все эти соображения о том, как тогда звучал Блейк, пришли к Виттеру позже. А тогда, когда андроид, наконец-то, ответил, адвокату Авы Полгар хотелось только одного: разорвать своего «ценного» помощника на месте.
Чего он, к счастью для великолепного блондина, фотографиями которого были заклеены улицы, перекрестки и проспекты, сразу сделать, конечно, не мог. «Но в выражениях стесняться не буду», — так, про себя, решил Келс, и облил Блейка таким потоком ругательств, что почти весь его гнев, так долго копившийся внутри, вышел.
И Виттеру стало легко. И почти спокойно. Особенно после того, как Уильям, — из своего «прекрасного далеко», — прохрипел в трубку, что непременно приедет.
К немалому удивлению Келса, так оно и случилось: андроид прилетел в США первым же возможным рейсом из Португалии. А Виттер, увидев его в том ужасном физическом состоянии, в каком он тогда находился, с долей начавшегося не без оснований раскаяния подумал, что, даже если бы все рейсы до Пало-Альто отменили, этот одержимый переплыл бы Атлантический океан и дошел бы до его кабинета пешком. Чисто так, — на одних только нервах и хриплых, прерывающихся сорванным дыханием словах о том, что «это же… касается… Авы Полгар».
Блейк, конечно, ничего о себе не объяснял. Да этого и не было нужно.
