А как он произносит это слово «милая»! Прокручивая раз за разом наш разговор, я поняла, что долго сопротивляться не смогу. Нет, это не значит, что я тут же его простила и забыла все обиды. Обида еще была, и чтобы быть прощенным, Дракону придется долго вымаливать его.
А рука Дракона уже по-хозяйски поднималась к груди. Я перехватила её и отвела:
- Общение с ребенком закончилось? Со мной общения я не обещала.
- Милая, ну не злись. Сейчас в постели ты такая домашняя. Давай, ты будешь обижаться на меня, когда я уеду? А пока мы вот так вместе, ты не будешь смотреть на меня сердито, – и порывисто обхватив меня двумя руками за плечи, приподнял с кровати, притянул к своей груди и поцеловал. Его губы просто впились в мои, не отпуская. Я попыталась вырваться, но куда мне – силушкой моего Дракона не обделили. Чем дольше длился поцелуй, тем сильнее мне хотелось, чтоб он не заканчивался, вот только обида сопротивлялась и заставляла вырываться. Дэннис усилил захват так, что мне уже было трудно дышать, пришлось подчиниться и перестать трепыхаться, как птичке в силках, после чего он ослабил объятие, даже одной рукой стал гладить мне спину. Сквозь тонкую ткань ночной рубашки эти прикосновения тут же заставили быстрее бежать мою кровь по венам, а низ живота потянуло, как от проснувшегося голода. От такой реакции мне стало стыдно, краска прилила к щекам, а руки сами потянулись, чтоб обнять, прикоснуться…
Но дракон сам прервал поцелуй, отстранил меня и пристально посмотрел:
- Милая, если ты не прогонишь меня, то наше прощание затянется надолго, а мы и так с тобой в постели.
Вот черт, как повернул! Он что, думает, что я его держу!
- Уходи. Прощай.
- Нет, милая. Только «до свидания». Не скучай, я вернусь через десять дней. Береги себя и нашего малыша. Кстати, это мальчик.
- Как ты это узнал? Что мальчик?
- Увидел, милая, сегодня, – нагнулся, поцеловал мне руку и одел на мой палец кольцо с большим голубым топазом. – Это тебе пока вместо родовых браслетов. Кольцо нашего клана.
Прошелся дорожкой поцелуев от пальцев до локтя, встал и вышел. Вот ведь «змей». Я посмотрела на кольцо – камень под цвет глаз моего Дракона.
После его ухода стало как-то пусто, лишь губы горели от поцелуев. Захотелось опять удариться в слезы, от того, что отталкивала дракона от себя. Обида и любовь раздирали меня пополам. Любовь? Да что скрывать. Страсть! Ведь еще минута и, действительно, он бы уже не ушел, а я бы не сопротивлялась. Он подавляет мою волю, рушит все мои стены одним прикосновением, одним поцелуем. И сейчас он оставил меня с чувством неудовлетворенной близости и непогашенного желания. И как сейчас унять этот голод в себе?
Лежала и приводила чувства в порядок. Невероятно, но я сейчас обижаюсь на то, что он оставил меня без секса! Вместо того, чтоб успокоится, соскочила с кровати и заходила кругами по спальне. В таком состоянии и застал меня учитель, который ждал на завтрак уже более получаса.
- Что с тобой, Милли? На тебе лица нет.
- Сейчас здесь был мой Дракон, – о нашей встрече во дворце я тиру Луксасу не говорила. – Он дипломат Владыки. Я встретилась с ним четыре дня назад, случайно. Разговор получился неприятным для нас. А сейчас он отбывает с инспекцией по следствию в другие страны материка и зашел попрощаться.
- Как я вижу по тебе – прощание было бурным, – смеясь, сказал учитель.
Я покраснела. И кивнула головой.
- Ну что ж, я рад за вас. По-другому и быть не должно.
- Он сказал, что раз мы пара и у нас ребенок, то по закону драконов я - его жена.
- Да. Есть такой закон. Даже обмен брачными браслетами в этом случае – просто формальность.
- Но я еще не простила его.
- Конечно. Надо наказать глупца, – смеялся учитель.
- И я все равно хочу учиться и закончить академию.
- Конечно, закончишь. И будешь прекрасным лекарем. Ты и сейчас знаешь очень много, иногда мне кажется, что даже больше, чем я. Ведь в своем мире ты уже почти окончила обучение.
- А если мой Дракон будет против?
- Не переживай, Милли, я думаю, ты его уговоришь. Чтоб загладить свою провинность, он согласится на многое.
- Небольшой шантаж?
- Ничего, раз он дипломат, найдет способ остаться в Тримане. А сейчас собирайся. Завтракаем, и нас ждет принцесса Женина, а потом в академию – поможешь в кабинете ректора, надо разложить там все, а то, как привезли, так и сложили кучей и книги, и рукописи. Да и все, что от прежнего ректора осталось надо просмотреть. Может что выбросить, а что - сдать в архив. День обещает быть насыщенным.
Когда я покидала покои, то скрыла свою ауру щитом, все же мне не нравилось привлекать к себе внимание, даже во дворце. Правда, когда иногда на завтрак или обед меня приглашал король Эдуардис, я приходила, не скрывая ауры дракона. Тир Луксас говорил, что моя аура словно яркая сверкающая корона над головой. Местные кавалеры даже пытались за мной ухаживать, но, я всех старалась спровадить, да и занята я была сверх меры с учителем.
Принцесса чувствовала себя превосходно, горела желанием поболтать со мной, но я пообещав прийти к ней после ужина, отправилась за учителем в академию.
Лето было в разгаре. Проходя по парку академии, тир Луксас предложил немного посидеть в тени аллеи на скамеечке.
- Как хорошо жить, – заявил учитель, помолчав. А потом добавил. – Миллея, я давно хотел с тобой поговорить. Ты теперь дракон, но во многом у тебя человеческая психология и меряешь ты все по людским меркам. Я не говорю, что эти мерки и понятия плохи, но тебе надо привыкать к другому образу жизни, а самое главное – драконы живут по пять тысяч лет. Это очень много. Вот ты хоть раз с тех пор, как узнала, что ты дракон, подумала об этом?
- Нет. Как-то даже не приходила в голову такая мысль.
- Ты сейчас обрела свою пару – единственного дракона, предназначенного тебе богами этого мира на всю твою долгую жизнь. Не погрязни в обидах на него. Не стоит обида долгой счастливой жизни. Драконья жизнь дает много преимуществ – с твоим умом и любознательностью, трудолюбием и жаждой к книгам у тебя открывается неограниченный простор для исследований и научной деятельности. Не бросай этого. Ты сможешь, у тебя на все хватит времени. Как мне бывает жаль, что я так мало успел, что моё время проходит, а некоторые мои планы не осуществлены, многие рукописи не обобщены в книги и учебные пособия. Поэтому, Милли, я прошу, чтобы ты продолжила моё дело. То, что ты была человеком, только поможет тебе в лекарском деле по лечению именно людей. Подумай над этим. И не волнуйся, умирать завтра я не собираюсь, еще поживу. Кстати, нам надо оформить в учебное пособие результаты лечения вирусной инфекции. Думаю, это будет работа для защиты степени магистра.
- Но у меня еще диплома нет, куда мне до защиты степени!
- Ничего, к концу учебы ты оформишь все изыскания, наши и те, что есть в книгах, в настоящую научную работу. Выпишем с Западного материка соответствующую литературу, постараемся адаптировать их лечебные травы. Драконы имеют в этом опыт, и тебе, как сородичу, они не откажут в помощи. Правда, академия у них не такая большая, как в Тримане. Там в основном обучают людей, так как в королевстве они основное население. Но я знаю, что некоторые драконы учатся и здесь, но скрытно. Ну что ж, пойдем, ученица, нас ждут великие дела.
Мы разбирали бумаги в кабинете больше недели. Кабинет был большим, на три окна по стене, с высоким потолком. Вдоль стен стояли книжные шкафы и стеллажи. По центру был большой письменный стол, заваленный кипой бумаг и книг. Перед столом стояла пара кресел с высокими спинками и мягкими подлокотниками, на креслах тоже были бумаги и папки. На подоконниках, загораживая свет окон тоже лежали папки и книги. Мы принялись за дело. Прежде чем раскладывать привезенные учителем книги, решили разобрать завалы бумаг. В основном это были какие-то пояснительные записки от студентов, попадались счета на книги и канцелярию, а также на поставку продуктов. Были тетради с записями по боевой магии, видимо, бывшего ректора. Все бумаги мы раскладывали в стопки по их принадлежности и важности, а для этого их приходилось читать. Вскоре эти стопки заняли достаточное место на столе, но шкафы и подоконники были очищены.
- Учитель, такое ощущение, что последние несколько месяцев никто не занимался ни бухгалтерией, ни административными делами. Давайте возьмем коробки и разложим стопки по роду деятельности, и пусть экономист и секретарь разбираются каждый со своим ворохом. Сейчас найдем пустые коробки, я схожу к охраннику вниз и спрошу где можно раздобыть их. И где ваш секретарь? Ведь у ректора должен быть помощник.
- С коробками ты придумала хорошо. Прежний ректор заболел еще в начале весны, стар стал очень, и не посещал рабочее место очень долго, а секретарь, видимо уволился. Нового ищут, во всяком случае, обещали прислать.
Я, оставив учителя разбирать пока бумаги по кучкам, спустилась к охраннику. Он посоветовал мне пройти к заведующему хозяйством. У него на складе должны быть коробки. Завхоза я нашла у него в кабинете при складе на первом этаже. Им оказался маленького роста лысенький дядечка лет так шестидесяти. Увидев меня, он покраснел, его лысый лоб покрылся испариной, а глазки забегали. Очень неприятный тип – подумалось мне. Выслушав мою просьбу, он провел меня в подвал, где тоже находился склад.
Мы вошли в большое помещение, разделенное стеллажами и колоннами на длинные коридоры, уходящие куда-то вдаль. Все освещали магические светильники. Чего только на этих стеллажах не было! Завхоз пропустил меня вперед и сказал, что в конце данного прохода у него есть несколько пустых коробок, которые он всегда хранит на всякий случай.
Я пошла. Уже в самом конце, не видя желаемого, я обернулась, чтоб спросить, куда идти дальше, но маленького лысого человека не было. Вместо него стоял за моей спиной маг Варнус Дорамис. Я отшатнулась от него, как от приведения. А он брызнул мне что-то в лицо. В глазах защипало, в ушах зазвенело, ноги стали подгибаться и чтоб не упасть, я постаралась схватиться за стеллаж, но не успела.
…а угодил в плен и вынужден видеть, как ликует победоносное зло.
Борис Акунин
Очнулась я опять прикованная к стене цепью с ошейником из мория на своей шее, сидя на полу в углу темной комнаты. Пришла в себя от холода каменных стен. Магических сил не было. Я попыталась вызвать трансформацию, но не получалось. Что же я упустила и не освоила этот навык? Отложила на потом и что получается? Ничего хорошего. Глаза еще слезились от той гадости, что плеснули мне в лицо. Сколько же прошло времени? И где я? В подвале академии или меня смогли увезти? Наверно вывезли, ведь в академии будут искать в первую очередь. Холодно, а я в летнем платье из легкого шелка.
Противоположных стен подвала не было видно, они утопали в темноте. Свет проникал только через узкую щель где-то высоко, видимо, это было вентиляционное отверстие, но свет от него рассеивался в метре от стены. Я попыталась встать, что мне с трудом удалось. Прошла вдоль стены насколько позволила цепь. Ничего. Ни скамейки, ни тюфяка. Только голый камень. Вдруг я услышала звон цепи из противоположного угла, но кто там – видно не было.
- Кто здесь? – спросила я и прислушалась. В ответ раздался лишь шепот, похожий на стон. Но моя цепь не позволяла пройти дальше вдоль стены. Может мне удастся подойти поближе по диагонали. Я оторвалась от стены и прошла несколько шагов в сторону, потом еще несколько шагов. В углу кто-то лежал.
- Кто вы? – вновь спросила я. В углу зашевелились. Не сразу, но кто-то выпрямился и, загремев цепями, сделал в мою сторону несколько шагов. Похоже мужчина. На шее ошейник, на руках и ногах оковы – весь в цепях. До меня дойти ему не хватило шага.
Я стояла и всматривалась в него – высокий, хоть и сгорблен сейчас, темные длинные волосы, прямой нос, волевые скулы, хоть и опавшие от недоедания, узкие губы и глаза, цвет которых был черен от темноты комнаты. Но в его чертах было что-то знакомое и родное, казалось, что я проводила рукой когда-то по этому высокому лбу и этим скулам. Поневоле у меня вырвался возглас:
- Папа!
Мужчина отшатнулся, потом подошел опять ближе, натягивая цепи, и посмотрел на меня. Узнавание появилось на его лице, и он прошептал:
- Милли, дочка! Как же так? – и протянул руку. Я протянула в ответ свои. Так мы и стояли, взявшись за руки, и смотрели друг на друга.
- Папа, как ты оказался здесь, у заговорщиков?
- Расскажи лучше о себе, о маме. Я так тосковал без вас.
И я рассказала. Повествование получилось не веселым – о смерти мамы, о моей смерти и жизни в новом мире, о Дэннисе и заговорщиках, о моем побеге и следствии и о том, как я вновь попала в плен. Единственно, о чем я умолчала – о ребенке. Не хотелось усугублять наше положение еще думами об опасности, грозившей младенцу. Отец и так был подавлен. О себе он тоже рассказал, но вкратце.
- Когда я попал на Землю, пропала моя магия, но было два амулета переноса. Я решил изучить ваш мир, но потом встретил твою маму и понял, что она моя пара. У нас родилась ты – светловолосая милая девчушка. Твоя мама знала кто я и откуда. Это она настояла вживить тебе амулет для защиты. Когда я погибал на пожаре, то мой амулет сработал, я очутился в своем мире и стал искать возможность вернуться, но так как временные потоки не постоянны, то попасть на Землю мне не удавалось. Я ведь очень люблю вас, чтоб быть вдали. Последний раз, когда я возвращался из очередной попытки найти Землю, меня закинуло на Западный материк. Я не сразу понял, где нахожусь, но почувствовал, что из меня выходит магия. Лететь я не мог, пришлось срочно искать корабль, чтоб переправиться на наш берег. Но капитан оказался бандитом, меня чем-то опоили, а очнулся я здесь, в подвале. Я несколько раз пытался бежать, но у них стоят ловушки.
- Тебе сказали, зачем держат здесь?
- Сказали. Приходил тип с противным визгливым голосом и заявил, что я необходим для испытания магического оружия против драконов, которое позволит сразу уничтожить нас не по одному, а всех, кто будут в небе. Но у них последнее время какие-то неприятности, потому что оружия пока нет. Раньше заходили почти каждый день, приносили еду, а сейчас приходят раза два в неделю. Вот тебя вчера привели и приковали. Правда, подойти не дали посмотреть, а из моего угла не видно. Если бы ты не подошла, я бы не увидел, кто там прикован.
- Что же нам делать, папа. Прошлый раз я частично трансформировалась и разорвала оковы, но трансформация была стихийной. От злости. А сейчас не получается. Я не умею.
- Мне трансформироваться мешают оковы из мория на руках и ногах, я даже не могу выпустить когти. Но я тебя научу. Слушай. Надо прислушаться к себе и суметь увидеть своего внутреннего дракона и просто давать ему команды. Это своего рода медитация. Когда ты научишься, то одной мысли хватит для оборота в дракона и обратно.
Отец отошел и вернулся с тюфяком.
- Садись. Закрой глаза. Настрой внутреннее зрение на свой источник. Он сейчас почти пуст, но дракон ведь никуда не делся. Присмотрись. Позови его. Прикажи, – мы так посидели некоторое время.
- Что ты увидела? Нашла в себе дракона?
- Да. Я его вижу, но он не откликается.
А рука Дракона уже по-хозяйски поднималась к груди. Я перехватила её и отвела:
- Общение с ребенком закончилось? Со мной общения я не обещала.
- Милая, ну не злись. Сейчас в постели ты такая домашняя. Давай, ты будешь обижаться на меня, когда я уеду? А пока мы вот так вместе, ты не будешь смотреть на меня сердито, – и порывисто обхватив меня двумя руками за плечи, приподнял с кровати, притянул к своей груди и поцеловал. Его губы просто впились в мои, не отпуская. Я попыталась вырваться, но куда мне – силушкой моего Дракона не обделили. Чем дольше длился поцелуй, тем сильнее мне хотелось, чтоб он не заканчивался, вот только обида сопротивлялась и заставляла вырываться. Дэннис усилил захват так, что мне уже было трудно дышать, пришлось подчиниться и перестать трепыхаться, как птичке в силках, после чего он ослабил объятие, даже одной рукой стал гладить мне спину. Сквозь тонкую ткань ночной рубашки эти прикосновения тут же заставили быстрее бежать мою кровь по венам, а низ живота потянуло, как от проснувшегося голода. От такой реакции мне стало стыдно, краска прилила к щекам, а руки сами потянулись, чтоб обнять, прикоснуться…
Но дракон сам прервал поцелуй, отстранил меня и пристально посмотрел:
- Милая, если ты не прогонишь меня, то наше прощание затянется надолго, а мы и так с тобой в постели.
Вот черт, как повернул! Он что, думает, что я его держу!
- Уходи. Прощай.
- Нет, милая. Только «до свидания». Не скучай, я вернусь через десять дней. Береги себя и нашего малыша. Кстати, это мальчик.
- Как ты это узнал? Что мальчик?
- Увидел, милая, сегодня, – нагнулся, поцеловал мне руку и одел на мой палец кольцо с большим голубым топазом. – Это тебе пока вместо родовых браслетов. Кольцо нашего клана.
Прошелся дорожкой поцелуев от пальцев до локтя, встал и вышел. Вот ведь «змей». Я посмотрела на кольцо – камень под цвет глаз моего Дракона.
После его ухода стало как-то пусто, лишь губы горели от поцелуев. Захотелось опять удариться в слезы, от того, что отталкивала дракона от себя. Обида и любовь раздирали меня пополам. Любовь? Да что скрывать. Страсть! Ведь еще минута и, действительно, он бы уже не ушел, а я бы не сопротивлялась. Он подавляет мою волю, рушит все мои стены одним прикосновением, одним поцелуем. И сейчас он оставил меня с чувством неудовлетворенной близости и непогашенного желания. И как сейчас унять этот голод в себе?
Лежала и приводила чувства в порядок. Невероятно, но я сейчас обижаюсь на то, что он оставил меня без секса! Вместо того, чтоб успокоится, соскочила с кровати и заходила кругами по спальне. В таком состоянии и застал меня учитель, который ждал на завтрак уже более получаса.
- Что с тобой, Милли? На тебе лица нет.
- Сейчас здесь был мой Дракон, – о нашей встрече во дворце я тиру Луксасу не говорила. – Он дипломат Владыки. Я встретилась с ним четыре дня назад, случайно. Разговор получился неприятным для нас. А сейчас он отбывает с инспекцией по следствию в другие страны материка и зашел попрощаться.
- Как я вижу по тебе – прощание было бурным, – смеясь, сказал учитель.
Я покраснела. И кивнула головой.
- Ну что ж, я рад за вас. По-другому и быть не должно.
- Он сказал, что раз мы пара и у нас ребенок, то по закону драконов я - его жена.
- Да. Есть такой закон. Даже обмен брачными браслетами в этом случае – просто формальность.
- Но я еще не простила его.
- Конечно. Надо наказать глупца, – смеялся учитель.
- И я все равно хочу учиться и закончить академию.
- Конечно, закончишь. И будешь прекрасным лекарем. Ты и сейчас знаешь очень много, иногда мне кажется, что даже больше, чем я. Ведь в своем мире ты уже почти окончила обучение.
- А если мой Дракон будет против?
- Не переживай, Милли, я думаю, ты его уговоришь. Чтоб загладить свою провинность, он согласится на многое.
- Небольшой шантаж?
- Ничего, раз он дипломат, найдет способ остаться в Тримане. А сейчас собирайся. Завтракаем, и нас ждет принцесса Женина, а потом в академию – поможешь в кабинете ректора, надо разложить там все, а то, как привезли, так и сложили кучей и книги, и рукописи. Да и все, что от прежнего ректора осталось надо просмотреть. Может что выбросить, а что - сдать в архив. День обещает быть насыщенным.
Когда я покидала покои, то скрыла свою ауру щитом, все же мне не нравилось привлекать к себе внимание, даже во дворце. Правда, когда иногда на завтрак или обед меня приглашал король Эдуардис, я приходила, не скрывая ауры дракона. Тир Луксас говорил, что моя аура словно яркая сверкающая корона над головой. Местные кавалеры даже пытались за мной ухаживать, но, я всех старалась спровадить, да и занята я была сверх меры с учителем.
Принцесса чувствовала себя превосходно, горела желанием поболтать со мной, но я пообещав прийти к ней после ужина, отправилась за учителем в академию.
Лето было в разгаре. Проходя по парку академии, тир Луксас предложил немного посидеть в тени аллеи на скамеечке.
- Как хорошо жить, – заявил учитель, помолчав. А потом добавил. – Миллея, я давно хотел с тобой поговорить. Ты теперь дракон, но во многом у тебя человеческая психология и меряешь ты все по людским меркам. Я не говорю, что эти мерки и понятия плохи, но тебе надо привыкать к другому образу жизни, а самое главное – драконы живут по пять тысяч лет. Это очень много. Вот ты хоть раз с тех пор, как узнала, что ты дракон, подумала об этом?
- Нет. Как-то даже не приходила в голову такая мысль.
- Ты сейчас обрела свою пару – единственного дракона, предназначенного тебе богами этого мира на всю твою долгую жизнь. Не погрязни в обидах на него. Не стоит обида долгой счастливой жизни. Драконья жизнь дает много преимуществ – с твоим умом и любознательностью, трудолюбием и жаждой к книгам у тебя открывается неограниченный простор для исследований и научной деятельности. Не бросай этого. Ты сможешь, у тебя на все хватит времени. Как мне бывает жаль, что я так мало успел, что моё время проходит, а некоторые мои планы не осуществлены, многие рукописи не обобщены в книги и учебные пособия. Поэтому, Милли, я прошу, чтобы ты продолжила моё дело. То, что ты была человеком, только поможет тебе в лекарском деле по лечению именно людей. Подумай над этим. И не волнуйся, умирать завтра я не собираюсь, еще поживу. Кстати, нам надо оформить в учебное пособие результаты лечения вирусной инфекции. Думаю, это будет работа для защиты степени магистра.
- Но у меня еще диплома нет, куда мне до защиты степени!
- Ничего, к концу учебы ты оформишь все изыскания, наши и те, что есть в книгах, в настоящую научную работу. Выпишем с Западного материка соответствующую литературу, постараемся адаптировать их лечебные травы. Драконы имеют в этом опыт, и тебе, как сородичу, они не откажут в помощи. Правда, академия у них не такая большая, как в Тримане. Там в основном обучают людей, так как в королевстве они основное население. Но я знаю, что некоторые драконы учатся и здесь, но скрытно. Ну что ж, пойдем, ученица, нас ждут великие дела.
Мы разбирали бумаги в кабинете больше недели. Кабинет был большим, на три окна по стене, с высоким потолком. Вдоль стен стояли книжные шкафы и стеллажи. По центру был большой письменный стол, заваленный кипой бумаг и книг. Перед столом стояла пара кресел с высокими спинками и мягкими подлокотниками, на креслах тоже были бумаги и папки. На подоконниках, загораживая свет окон тоже лежали папки и книги. Мы принялись за дело. Прежде чем раскладывать привезенные учителем книги, решили разобрать завалы бумаг. В основном это были какие-то пояснительные записки от студентов, попадались счета на книги и канцелярию, а также на поставку продуктов. Были тетради с записями по боевой магии, видимо, бывшего ректора. Все бумаги мы раскладывали в стопки по их принадлежности и важности, а для этого их приходилось читать. Вскоре эти стопки заняли достаточное место на столе, но шкафы и подоконники были очищены.
- Учитель, такое ощущение, что последние несколько месяцев никто не занимался ни бухгалтерией, ни административными делами. Давайте возьмем коробки и разложим стопки по роду деятельности, и пусть экономист и секретарь разбираются каждый со своим ворохом. Сейчас найдем пустые коробки, я схожу к охраннику вниз и спрошу где можно раздобыть их. И где ваш секретарь? Ведь у ректора должен быть помощник.
- С коробками ты придумала хорошо. Прежний ректор заболел еще в начале весны, стар стал очень, и не посещал рабочее место очень долго, а секретарь, видимо уволился. Нового ищут, во всяком случае, обещали прислать.
Я, оставив учителя разбирать пока бумаги по кучкам, спустилась к охраннику. Он посоветовал мне пройти к заведующему хозяйством. У него на складе должны быть коробки. Завхоза я нашла у него в кабинете при складе на первом этаже. Им оказался маленького роста лысенький дядечка лет так шестидесяти. Увидев меня, он покраснел, его лысый лоб покрылся испариной, а глазки забегали. Очень неприятный тип – подумалось мне. Выслушав мою просьбу, он провел меня в подвал, где тоже находился склад.
Мы вошли в большое помещение, разделенное стеллажами и колоннами на длинные коридоры, уходящие куда-то вдаль. Все освещали магические светильники. Чего только на этих стеллажах не было! Завхоз пропустил меня вперед и сказал, что в конце данного прохода у него есть несколько пустых коробок, которые он всегда хранит на всякий случай.
Я пошла. Уже в самом конце, не видя желаемого, я обернулась, чтоб спросить, куда идти дальше, но маленького лысого человека не было. Вместо него стоял за моей спиной маг Варнус Дорамис. Я отшатнулась от него, как от приведения. А он брызнул мне что-то в лицо. В глазах защипало, в ушах зазвенело, ноги стали подгибаться и чтоб не упасть, я постаралась схватиться за стеллаж, но не успела.
ГЛАВА 21
…а угодил в плен и вынужден видеть, как ликует победоносное зло.
Борис Акунин
Очнулась я опять прикованная к стене цепью с ошейником из мория на своей шее, сидя на полу в углу темной комнаты. Пришла в себя от холода каменных стен. Магических сил не было. Я попыталась вызвать трансформацию, но не получалось. Что же я упустила и не освоила этот навык? Отложила на потом и что получается? Ничего хорошего. Глаза еще слезились от той гадости, что плеснули мне в лицо. Сколько же прошло времени? И где я? В подвале академии или меня смогли увезти? Наверно вывезли, ведь в академии будут искать в первую очередь. Холодно, а я в летнем платье из легкого шелка.
Противоположных стен подвала не было видно, они утопали в темноте. Свет проникал только через узкую щель где-то высоко, видимо, это было вентиляционное отверстие, но свет от него рассеивался в метре от стены. Я попыталась встать, что мне с трудом удалось. Прошла вдоль стены насколько позволила цепь. Ничего. Ни скамейки, ни тюфяка. Только голый камень. Вдруг я услышала звон цепи из противоположного угла, но кто там – видно не было.
- Кто здесь? – спросила я и прислушалась. В ответ раздался лишь шепот, похожий на стон. Но моя цепь не позволяла пройти дальше вдоль стены. Может мне удастся подойти поближе по диагонали. Я оторвалась от стены и прошла несколько шагов в сторону, потом еще несколько шагов. В углу кто-то лежал.
- Кто вы? – вновь спросила я. В углу зашевелились. Не сразу, но кто-то выпрямился и, загремев цепями, сделал в мою сторону несколько шагов. Похоже мужчина. На шее ошейник, на руках и ногах оковы – весь в цепях. До меня дойти ему не хватило шага.
Я стояла и всматривалась в него – высокий, хоть и сгорблен сейчас, темные длинные волосы, прямой нос, волевые скулы, хоть и опавшие от недоедания, узкие губы и глаза, цвет которых был черен от темноты комнаты. Но в его чертах было что-то знакомое и родное, казалось, что я проводила рукой когда-то по этому высокому лбу и этим скулам. Поневоле у меня вырвался возглас:
- Папа!
Мужчина отшатнулся, потом подошел опять ближе, натягивая цепи, и посмотрел на меня. Узнавание появилось на его лице, и он прошептал:
- Милли, дочка! Как же так? – и протянул руку. Я протянула в ответ свои. Так мы и стояли, взявшись за руки, и смотрели друг на друга.
- Папа, как ты оказался здесь, у заговорщиков?
- Расскажи лучше о себе, о маме. Я так тосковал без вас.
И я рассказала. Повествование получилось не веселым – о смерти мамы, о моей смерти и жизни в новом мире, о Дэннисе и заговорщиках, о моем побеге и следствии и о том, как я вновь попала в плен. Единственно, о чем я умолчала – о ребенке. Не хотелось усугублять наше положение еще думами об опасности, грозившей младенцу. Отец и так был подавлен. О себе он тоже рассказал, но вкратце.
- Когда я попал на Землю, пропала моя магия, но было два амулета переноса. Я решил изучить ваш мир, но потом встретил твою маму и понял, что она моя пара. У нас родилась ты – светловолосая милая девчушка. Твоя мама знала кто я и откуда. Это она настояла вживить тебе амулет для защиты. Когда я погибал на пожаре, то мой амулет сработал, я очутился в своем мире и стал искать возможность вернуться, но так как временные потоки не постоянны, то попасть на Землю мне не удавалось. Я ведь очень люблю вас, чтоб быть вдали. Последний раз, когда я возвращался из очередной попытки найти Землю, меня закинуло на Западный материк. Я не сразу понял, где нахожусь, но почувствовал, что из меня выходит магия. Лететь я не мог, пришлось срочно искать корабль, чтоб переправиться на наш берег. Но капитан оказался бандитом, меня чем-то опоили, а очнулся я здесь, в подвале. Я несколько раз пытался бежать, но у них стоят ловушки.
- Тебе сказали, зачем держат здесь?
- Сказали. Приходил тип с противным визгливым голосом и заявил, что я необходим для испытания магического оружия против драконов, которое позволит сразу уничтожить нас не по одному, а всех, кто будут в небе. Но у них последнее время какие-то неприятности, потому что оружия пока нет. Раньше заходили почти каждый день, приносили еду, а сейчас приходят раза два в неделю. Вот тебя вчера привели и приковали. Правда, подойти не дали посмотреть, а из моего угла не видно. Если бы ты не подошла, я бы не увидел, кто там прикован.
- Что же нам делать, папа. Прошлый раз я частично трансформировалась и разорвала оковы, но трансформация была стихийной. От злости. А сейчас не получается. Я не умею.
- Мне трансформироваться мешают оковы из мория на руках и ногах, я даже не могу выпустить когти. Но я тебя научу. Слушай. Надо прислушаться к себе и суметь увидеть своего внутреннего дракона и просто давать ему команды. Это своего рода медитация. Когда ты научишься, то одной мысли хватит для оборота в дракона и обратно.
Отец отошел и вернулся с тюфяком.
- Садись. Закрой глаза. Настрой внутреннее зрение на свой источник. Он сейчас почти пуст, но дракон ведь никуда не делся. Присмотрись. Позови его. Прикажи, – мы так посидели некоторое время.
- Что ты увидела? Нашла в себе дракона?
- Да. Я его вижу, но он не откликается.
