Он узнал ее сразу, хотя она была в темных очках. Изящная стройная фигурка в развевающемся черном плаще. В ее гардеробе всегда были черные плащи, которые очень шли к ее внешности.
Сердце гулко забилось, губы растянулись в улыбке. Но Женя тут же опомнился, вспомнив, зачем он здесь. Стёр улыбку с лица, притормозил, распахнул дверь машины. Марина забралась внутрь, устало обронив:
– Ну, привет.
– Привет, – сказал Женя. – Пристегнись, пожалуйста, сразу, а то мало ли что.
Марина рассеянно кивнула. Застегнула ремень безопасности, потом сняла очки, положив их в сумку.
– Надо заскочить к тебе домой, – сказал Женя, когда она поехали. – Забрать нужные вещи и загранпаспорт.
– Но… – она посмотрела на него с испугом. – Мне нельзя домой! Там наверняка ждет засада!
– Тихо, – он старался говорить как можно уверенней. – Не впадай в панику. Никто тебя там не ждет. Давай я один заскочу. Только объясни мне, что брать.
Марина шумно вздохнула, снова посмотрела на Женьку.
– На меня хотят повесить убийство. Они все рассчитали. Ты даже не представляешь, как тонко! И я не уверена, что в этом не замешан Валерий Иванович. Тот мужчина, что подарил мне квартиру.
Женя покачал головой.
– Вот даже как, да? А ты звонила ему?
– Его нет в России. Он в командировке. Где-то за границей.
– И ты подозреваешь, что это может быть он?
Марина жалобно всхлипнула.
– Я не знаю. Я вообще не знаю, что думать! Но ведь ясно, что, если на кого-то повесят это убийство, то лишь на меня.
– Не факт, – возразил Женя. – Может, выяснится, что тот человек умер естественной смертью.
– Охранник уверял, что у него было здоровое сердце.
– Ну и что? – Женя пожал плечами. – Умирают не только от этого. Но, конечно, если это убийство, то дело скверное…
– Спасибо, ты меня успокоил!
– …А поэтому тебя нужно увезти. В другую страну. Сделать так, чтобы никакая тюрьма тебе не грозила.
Марина не ответила. Сидела минут десять в задумчивости. Женя тоже молчал. Шел второй час ночи, но движение в центральной части города было оживленным.
– В другую страну, – промолвила, наконец, Марина. – Да, это резонно. Но куда и как? Самолетом опасно…
– Самолетом и правда не стоит. Быстро улететь не получится. Зато до эстонской границы два часа езды. Твой район как раз по пути, – бывший муж старался подбодрить ее взглядом. – Совсем небольшой крюк нужно сделать. Полчаса займет. Так что все складывается удачно.
Марина рассмеялась, выражая этим саркастическим смехом свое отношение к эпитету «удачно».
– Я думаю, что в квартиру нужно идти вместе, – заметила она рассудительно. – Ты там ничего не найдешь. Да еще соседка заметит. Она страдает бессонницей. Примет тебя за грабителя и вызовет полицию.
– Да уж, – хмыкнул Женя. – Да ты не волнуйся, мы ничем не рискуем. Не будет там засады. Как этого покойного звали?
– Олег Петрович.
– Он большая шишка?
– Нет, средняя. Не тот уровень, что у Валерий Иваныча.
Женя сделал пренебрежительный жест.
– Так тем более никто не станет спешить. Да и как тебя могут вычислить? Ты с ним появлялась на публике?
– Нет. Второй раз увиделись. Но этот охранник…
– Он тебя подвозил?
– Слава Богу, нет! Я приехала на такси… на эту злополучную яхту. Но он видел меня! Может описать.
– Пусть описывает. Это долгий процесс. Главное, чтоб не знал фамилии с адресом.
– А мобильник Олега Петровича? Там же есть мой номер!
Женя усмехнулся.
– Да… Только твоего имени там наверняка нет. Вместо него значится какой-нибудь сантехник Василий или зубной врач Петерсон. И звонки он мог потереть в целях конспирации.
Марина покачала головой. Доводы бывшего мужа звучали убедительно, но успокоить ее, увы, не могли. Однако делать нечего! Без загранпаспорта и шенгена никуда не сбежишь. Поэтому рискнуть и зайти в свою квартиру придется.
Засады в подъезде не оказалось. Но Марина все равно жутко нервничала, не могла сообразить, какие вещи следует кидать в чемодан. И едва не забыла ноутбук и зарядники, хорошо, что Женька о них вспомнил.
Наконец они сели в машину. Марина опасливо поглядывала в окно – вдруг будет погоня? Но, кажется, нет ее…
– Мы почти за городом, – Женя посмотрел на нее с бодрой улыбкой. – Через пару часов будем в безопасности.
Марина с сомнением покачала головой.
– Мы не сможем попасть в Эстонию. Нас задержат – прямо на таможне!
– Ты переоцениваешь расторопность нашего правосудия, – спокойно возразил Женя. – И как будто у полиции нет дел поважнее. Зачем тебя ловить, объясни?
– Чтобы посадить.
Женя усмехнулся.
– Это не самое главное в таких делах. Да, они могут повесить всё на тебя. Но это не значит, что тебя станут усиленно ловить. Мне кажется, тут даже выгодней дать тебе сбежать.
– А еще лучше – прикончить? Чтобы все концы в воду, да?!
– Ну… – Женя на секунду замялся, опасаясь напугать ее больше. – Вот поэтому мы и едем сейчас. В сторону границы. А дальше будет видно. На-ка вот, – он извлек из кармана куртки корвалол и пачку таблеток пустырника. – Серёга молодец, догадался всучить мне. Возьми водичку внизу, прими и того, и другого. А потом расскажешь подробно, что случилось.
Марина приняла успокоительные и попутно напилась воды. Какое-то время молчала, поглядывая то в окно, то на Женьку. Потом встрепенулась и издала нервный смешок.
– Это невероятно, – промолвила она изумленно. – Я куда-то еду с тобой…
Женя не отозвался, с бесстрастным лицом глядя на дорогу. Марина заметила, что они летят с офигенной скоростью. Хорошо хоть машин было мало. Середина ночи. Романтичной белой, черт ее побери! Зато видимость неплохая. Хоть какой-то плюс.
– Дело было так, – начала она не спеша. – Четыре дня назад мне позвонил один старый знакомый. Попросил составить компанию…
Она закончила свой рассказ, когда Женя заехал на заправку. Пока он заправлялся, Марина сходила в туалет, надев для маскировки очки, хотя никакой опасности тут подстерегать не могло. Интересно, что думает о ней Женька? Небось, не ожидал, что она такая трусиха. Да еще и способна влипнуть в опасную, скверную историю, погнавшись на легкими деньгами. Наверное, радуется теперь, что она не дала ему шанса объясниться и чего-нибудь ей наобещать.
Женя сел в машину, начал выезжать из заправки.
– Держись как-нибудь, осталось совсем недолго, – он оптимистично посмотрел на Марину. – Переедем границу, тогда пойдет веселей.
– А куда мы поедем там? – спросила она сонным голосом.
– В Таллин, к моему хорошему знакомому.
– Что? – Марина на секунду опешила. – То есть… ты поедешь со мной? А когда ты планируешь возвращаться назад, в Петербург?
Он глянул на нее с удивлением, потом как-то странно рассмеялся.
– Марин, давай спи. Таможня уже близко, но все-таки стоит подремать. Время быстрей пролетит.
Она тяжко вздохнула и закрыла глаза.
«Это нереально, – подумала она, засыпая. – Ведь не могут на самом деле происходить такие безумные вещи»…
– Маринка, проснись, – Женя тормошил ее за плечо. – Не хочется тебя будить, но приходится. Если не напьюсь кофе, то, ей-богу, засну за рулем.
Марина открыла глаза, сделав над собой некоторое усилие. Потерла руками лицо и слегка помотала головой, прогоняя сон. Попыталась выпрямиться, но этому что-то мешало. Ремень безопасности, в машине… Тут она окончательно проснулась и всё вспомнила.
– Да, конечно, пойдем, – пробормотала она. – Где мы? Возле кафе?
– Да, – Женя отстегнул ее ремень. – Ну, пошли, давай.
Выйдя из машины, Марина поежилась от холода, плотней запахнула плащ. Заметила, что трава возле дороги влажная, в капельках росы.
– Сколько времени, Жень?
– Почти семь утра.
– Где мы? Далеко еще ехать до Таллина?
Он хотел ответить, но вдруг озорно рассмеялся.
– Извини. Просто анекдот вспомнил.
– Я тоже знаю его, – Марина улыбнулась в ответ. – Про то, как до Таллина сперва было недалеко, а потом стало далеко.
– Нам уже недалеко, – Женя посмотрел на нее с оптимизмом. – Всего час-полтора. Надеюсь уложиться за час, если дождь не польет.
Они прошли в небольшое кафе с высокими окнами. Марина села за столик возле окна, с видом на оживленную трассу, до которой было отсюда метров пятьдесят. Женя подошел к стойке и вскоре вернулся с подносом, на котором стояли две тарелки с блинами, облитыми клубничным соусом со свежими ягодками, и три чашки кофе.
– Извини, что не спросил у тебя…
– Все нормально, Жень, – Марина махнула рукой. – Я бы и сама выбрала эти ароматные блинчики. А больше не нужно ничего, мы ж не будем здесь долго сидеть.
– Да, – кивнул он. – Хочется поскорее доехать.
Минут через десять его телефон зазвонил. Женя посмотрел на экран и с просиявшим лицом вскочил на ноги.
– Я сейчас, – бросил он и зачем-то выбежал на улицу.
Впрочем, было ясно, зачем. Наверное, ему звонит человек, к которому они едут. Не беседовать же при посторонних. Людей в кафе мало, но все-таки ни к чему, чтобы кто-то слышал такие разговоры.
– Ну, все в порядке, – объявил Женя, вернувшись. – Нас ждут и с радостью примут. Я, грешным делом, боялся: вдруг Андрей в отъезде? Не хотелось звонить ему ночью и будить. Отправил недавно сообщение, и вот он проснулся и перезвонил.
– Он, наверное, с семьей живет? – опасливо спросила Марина.
– С дочкой и ее гувернанткой, – пояснил Женя. – И еще прислуга есть в доме. А жена… жена сейчас проживает в Хорватии. Так что не волнуйся, никого мы напрягать не будем.
– Женя! А он знает…
– Да, – Женька посмотрел ей в глаза. – Я все рассказал. Его таким не смутишь. Поэтому мы и едем к нему. Поговорить, посоветоваться. В общем, за поддержкой. Не только моральной.
Марина кивнула, хотя ничего не поняла. То есть что за поддержку может оказать им некий Андрей из Таллина. Впрочем, думать об этом не было никаких сил. Она чувствовала себя безумно уставшей. Измотанной и морально, и физически. Ей удавалось урывками поспать, но это был так себе сон. И этот ужасный час на таможне, когда она изо всех сил старалась не нервничать. Женя сказал, что все прошло быстро, потому что ранним утром совсем мало машин. Но для нее все тянулось мучительно и долго. И сейчас хотелось лишь одного – оказаться в постели и уснуть.
А Женька? Он-то как?
Марина посмотрела на него украдкой. И только сейчас заметила, каким уставшим он выглядит. Поняла, чего ему стоила эта безумная, нескончаемо-долгая ночь. Когда надо было и машину вести, и держаться максимально спокойно. Говорить, что все пройдет хорошо. Не показывать своего волнения. Ведь, если бы их задержали… то задержали бы и его вместе с ней! Пришили бы соучастие.
– Женька! – Марина виновато вздохнула. – Прости, что я позвонила тебе вчера ночью. Втянула в эту историю. Ведь тебя… могут обвинить…
– Да плевать мне, – на его губах появилась странная улыбка. – Поверь, что я меньше всего этого боюсь. Мы, кажется, все доели? Пойдем.
– Ты сильно измотан, да? – спросила Марина, когда они вышли на улицу. – Наверное, едва на ногах держишься? А я даже не могу тебя подменить, потому что не умею водить.
– Ты… можешь развлекать меня разговором, – он слегка иронично усмехнулся. – Понимаю, что у тебя не то настроение…
– Я не буду спать, – сказала Марина. – Будем говорить о чем-нибудь интересном. Чтобы ты не заснул, и дорога пролетела быстрей.
Они двинулись в путь. По сторонам замелькали покрытые свежей зеленью равнины и перелески. Небо было пасмурным, но дождь, к счастью, не шел, видимость была превосходной.
Марина покосилась на Женьку. И вдруг поняла, что не знает, о чем с ним говорить. Не рассказывать же ему про себя! А вести светские беседы, как с совсем чужим человеком, тоже кажется глупым.
– Расскажи про свои путешествия, – пришел ей на помощь Женька. – Их же было много? Какое самое лучшее? Наверное, по Франции?
– Да нет, – возразила Марина. – Все были по-своему хороши. И, пожалуй, самым крутым было путешествие на Байкал. Я летала туда с подружками, – она на секунду замялась, – после первого курса института.
Женька тихо присвистнул.
– Ничего себе – моталась в такую даль. Как это тебя угораздило?
– Девчонки подбили, – рассмеялась Марина. – Одна из моих однокурсниц из Казани. И она пригласила нас к себе погостить. Меня и еще двух девчонок. А потом уже дальше понеслось… Тут еще повезло, что у моих предков появились деньги, – прибавила она после паузы. – Ты, может быть, помнишь, что у них вечно были с этим проблемы…
– Угу, – кивнул Женя. – Ну, прекрасно, что все так совпало. Значит, вы сначала поехали в Казань? – его брови вопросительно изогнулись.
Марина стала рассказывать, постепенно все больше оживляясь. И описывала картины, которые Женя очень хорошо представлял. Ведь все эти фотки он давно скопировал из ее ВК. Сто раз пересматривал. Особенно в конце того лета. Всматривался в ее лицо, пытаясь понять, отошла ли она хоть немного от психотравмы, полученной из-за него, начала ли радоваться жизни за время путешествия, полного необычных впечатлений.
Дом Андрея оказался внушительным трехэтажным коттеджем в стиле Северного модерна начала двадцатого века. Стены песочного цвета, окна и углы облицованы коричневым камнем, наверху – башенки со светло-серыми крышами. В гостиной, отделанной в кремовых и золотисто-зеленых тонах, имелось широкое прямоугольное окно, в раму которого была вделана вторая, изогнутая, с узорами из цветного стекла вверху в виде лилий и вьющихся стеблей с листочками.
Настолько искусная имитация, что можно было принять за старинный особняк. Но стены были потоньше. И некоторые детали указывали на то, что дом все-таки современный.
Марина не замедлила сообщить свои наблюдения Андрею во время их беседы за чаем. Он был так восхищен, что даже зааплодировал.
– Первое попадание в яблочко за все время! Обычно гости вообще не видят здесь никакого стиля. Рассматривают окна и башенки, восхищаются фантазией дизайнера – мол, это ж надо, такое наворотить. А другие верят, что особняк старинный, и начинают интересоваться, сколько я вложил в реставрацию. Ты же с первого взгляда определила все точно, – он слегка прищурился. – Ты искусствовед?
– Близко к тому, – скромно улыбнулась Марина.
Андрей выразительно посмотрел на Женю.
– И вот на эту, юную утонченную леди, хотят повесить убийство? Фееричный бред! Какой у нее может быть мотив? Его нет! Мотив здесь возможен один – денежки. Вознаграждение за определенные действия. Но это исключено.
Марина тихо вздохнула и смущенно покосилась на Женьку.
– Меня как раз могут обвинить в корыстолюбии. Я встречалась с богатым мужчиной…
– …Который дарил тебе дорогие подарки, – подхватил Андрей. – Прекрасно! Значит, причин убивать за деньги у тебя быть не может. Тебе на что-то нужны деньги срочно? Нет. Любишь ли ты дорогие украшения и вещи? Нет. Судя по твоему виду, ты к ним равнодушна. Но, конечно, при желании мотив можно высосать из пальца. И даже обойтись без него.
Он помолчал, допивая чай.
– Ничего, ребята. Мы их обломаем. Ты, Жень, правильно сделал, что сразу же поехал ко мне. Решим мы этот вопрос! Вечером детально обсудим. А сейчас мне придется уехать. Вернусь где-то к шести. Так что отсыпайтесь пока. И, ради бога, чувствуйте себя здесь как дома! Жень, ну ты же не впервой у меня?
Женя молча кивнул, почему-то не выразив благодарности за предоставленное убежище. Но здесь вообще все казалось странным. И, прежде всего, сам Андрей – полноватый брюнет лет сорока с небольшой бородкой, чем-то походивший на дореволюционного купца. Марина не представляла, что у них может быть общего с Женькой.
Сердце гулко забилось, губы растянулись в улыбке. Но Женя тут же опомнился, вспомнив, зачем он здесь. Стёр улыбку с лица, притормозил, распахнул дверь машины. Марина забралась внутрь, устало обронив:
– Ну, привет.
– Привет, – сказал Женя. – Пристегнись, пожалуйста, сразу, а то мало ли что.
Марина рассеянно кивнула. Застегнула ремень безопасности, потом сняла очки, положив их в сумку.
– Надо заскочить к тебе домой, – сказал Женя, когда она поехали. – Забрать нужные вещи и загранпаспорт.
– Но… – она посмотрела на него с испугом. – Мне нельзя домой! Там наверняка ждет засада!
– Тихо, – он старался говорить как можно уверенней. – Не впадай в панику. Никто тебя там не ждет. Давай я один заскочу. Только объясни мне, что брать.
Марина шумно вздохнула, снова посмотрела на Женьку.
– На меня хотят повесить убийство. Они все рассчитали. Ты даже не представляешь, как тонко! И я не уверена, что в этом не замешан Валерий Иванович. Тот мужчина, что подарил мне квартиру.
Женя покачал головой.
– Вот даже как, да? А ты звонила ему?
– Его нет в России. Он в командировке. Где-то за границей.
– И ты подозреваешь, что это может быть он?
Марина жалобно всхлипнула.
– Я не знаю. Я вообще не знаю, что думать! Но ведь ясно, что, если на кого-то повесят это убийство, то лишь на меня.
– Не факт, – возразил Женя. – Может, выяснится, что тот человек умер естественной смертью.
– Охранник уверял, что у него было здоровое сердце.
– Ну и что? – Женя пожал плечами. – Умирают не только от этого. Но, конечно, если это убийство, то дело скверное…
– Спасибо, ты меня успокоил!
– …А поэтому тебя нужно увезти. В другую страну. Сделать так, чтобы никакая тюрьма тебе не грозила.
Марина не ответила. Сидела минут десять в задумчивости. Женя тоже молчал. Шел второй час ночи, но движение в центральной части города было оживленным.
– В другую страну, – промолвила, наконец, Марина. – Да, это резонно. Но куда и как? Самолетом опасно…
– Самолетом и правда не стоит. Быстро улететь не получится. Зато до эстонской границы два часа езды. Твой район как раз по пути, – бывший муж старался подбодрить ее взглядом. – Совсем небольшой крюк нужно сделать. Полчаса займет. Так что все складывается удачно.
Марина рассмеялась, выражая этим саркастическим смехом свое отношение к эпитету «удачно».
– Я думаю, что в квартиру нужно идти вместе, – заметила она рассудительно. – Ты там ничего не найдешь. Да еще соседка заметит. Она страдает бессонницей. Примет тебя за грабителя и вызовет полицию.
– Да уж, – хмыкнул Женя. – Да ты не волнуйся, мы ничем не рискуем. Не будет там засады. Как этого покойного звали?
– Олег Петрович.
– Он большая шишка?
– Нет, средняя. Не тот уровень, что у Валерий Иваныча.
Женя сделал пренебрежительный жест.
– Так тем более никто не станет спешить. Да и как тебя могут вычислить? Ты с ним появлялась на публике?
– Нет. Второй раз увиделись. Но этот охранник…
– Он тебя подвозил?
– Слава Богу, нет! Я приехала на такси… на эту злополучную яхту. Но он видел меня! Может описать.
– Пусть описывает. Это долгий процесс. Главное, чтоб не знал фамилии с адресом.
– А мобильник Олега Петровича? Там же есть мой номер!
Женя усмехнулся.
– Да… Только твоего имени там наверняка нет. Вместо него значится какой-нибудь сантехник Василий или зубной врач Петерсон. И звонки он мог потереть в целях конспирации.
Марина покачала головой. Доводы бывшего мужа звучали убедительно, но успокоить ее, увы, не могли. Однако делать нечего! Без загранпаспорта и шенгена никуда не сбежишь. Поэтому рискнуть и зайти в свою квартиру придется.
Засады в подъезде не оказалось. Но Марина все равно жутко нервничала, не могла сообразить, какие вещи следует кидать в чемодан. И едва не забыла ноутбук и зарядники, хорошо, что Женька о них вспомнил.
Наконец они сели в машину. Марина опасливо поглядывала в окно – вдруг будет погоня? Но, кажется, нет ее…
– Мы почти за городом, – Женя посмотрел на нее с бодрой улыбкой. – Через пару часов будем в безопасности.
Марина с сомнением покачала головой.
– Мы не сможем попасть в Эстонию. Нас задержат – прямо на таможне!
– Ты переоцениваешь расторопность нашего правосудия, – спокойно возразил Женя. – И как будто у полиции нет дел поважнее. Зачем тебя ловить, объясни?
– Чтобы посадить.
Женя усмехнулся.
– Это не самое главное в таких делах. Да, они могут повесить всё на тебя. Но это не значит, что тебя станут усиленно ловить. Мне кажется, тут даже выгодней дать тебе сбежать.
– А еще лучше – прикончить? Чтобы все концы в воду, да?!
– Ну… – Женя на секунду замялся, опасаясь напугать ее больше. – Вот поэтому мы и едем сейчас. В сторону границы. А дальше будет видно. На-ка вот, – он извлек из кармана куртки корвалол и пачку таблеток пустырника. – Серёга молодец, догадался всучить мне. Возьми водичку внизу, прими и того, и другого. А потом расскажешь подробно, что случилось.
Марина приняла успокоительные и попутно напилась воды. Какое-то время молчала, поглядывая то в окно, то на Женьку. Потом встрепенулась и издала нервный смешок.
– Это невероятно, – промолвила она изумленно. – Я куда-то еду с тобой…
Женя не отозвался, с бесстрастным лицом глядя на дорогу. Марина заметила, что они летят с офигенной скоростью. Хорошо хоть машин было мало. Середина ночи. Романтичной белой, черт ее побери! Зато видимость неплохая. Хоть какой-то плюс.
– Дело было так, – начала она не спеша. – Четыре дня назад мне позвонил один старый знакомый. Попросил составить компанию…
Она закончила свой рассказ, когда Женя заехал на заправку. Пока он заправлялся, Марина сходила в туалет, надев для маскировки очки, хотя никакой опасности тут подстерегать не могло. Интересно, что думает о ней Женька? Небось, не ожидал, что она такая трусиха. Да еще и способна влипнуть в опасную, скверную историю, погнавшись на легкими деньгами. Наверное, радуется теперь, что она не дала ему шанса объясниться и чего-нибудь ей наобещать.
Женя сел в машину, начал выезжать из заправки.
– Держись как-нибудь, осталось совсем недолго, – он оптимистично посмотрел на Марину. – Переедем границу, тогда пойдет веселей.
– А куда мы поедем там? – спросила она сонным голосом.
– В Таллин, к моему хорошему знакомому.
– Что? – Марина на секунду опешила. – То есть… ты поедешь со мной? А когда ты планируешь возвращаться назад, в Петербург?
Он глянул на нее с удивлением, потом как-то странно рассмеялся.
– Марин, давай спи. Таможня уже близко, но все-таки стоит подремать. Время быстрей пролетит.
Она тяжко вздохнула и закрыла глаза.
«Это нереально, – подумала она, засыпая. – Ведь не могут на самом деле происходить такие безумные вещи»…
ГЛАВА 13
– Маринка, проснись, – Женя тормошил ее за плечо. – Не хочется тебя будить, но приходится. Если не напьюсь кофе, то, ей-богу, засну за рулем.
Марина открыла глаза, сделав над собой некоторое усилие. Потерла руками лицо и слегка помотала головой, прогоняя сон. Попыталась выпрямиться, но этому что-то мешало. Ремень безопасности, в машине… Тут она окончательно проснулась и всё вспомнила.
– Да, конечно, пойдем, – пробормотала она. – Где мы? Возле кафе?
– Да, – Женя отстегнул ее ремень. – Ну, пошли, давай.
Выйдя из машины, Марина поежилась от холода, плотней запахнула плащ. Заметила, что трава возле дороги влажная, в капельках росы.
– Сколько времени, Жень?
– Почти семь утра.
– Где мы? Далеко еще ехать до Таллина?
Он хотел ответить, но вдруг озорно рассмеялся.
– Извини. Просто анекдот вспомнил.
– Я тоже знаю его, – Марина улыбнулась в ответ. – Про то, как до Таллина сперва было недалеко, а потом стало далеко.
– Нам уже недалеко, – Женя посмотрел на нее с оптимизмом. – Всего час-полтора. Надеюсь уложиться за час, если дождь не польет.
Они прошли в небольшое кафе с высокими окнами. Марина села за столик возле окна, с видом на оживленную трассу, до которой было отсюда метров пятьдесят. Женя подошел к стойке и вскоре вернулся с подносом, на котором стояли две тарелки с блинами, облитыми клубничным соусом со свежими ягодками, и три чашки кофе.
– Извини, что не спросил у тебя…
– Все нормально, Жень, – Марина махнула рукой. – Я бы и сама выбрала эти ароматные блинчики. А больше не нужно ничего, мы ж не будем здесь долго сидеть.
– Да, – кивнул он. – Хочется поскорее доехать.
Минут через десять его телефон зазвонил. Женя посмотрел на экран и с просиявшим лицом вскочил на ноги.
– Я сейчас, – бросил он и зачем-то выбежал на улицу.
Впрочем, было ясно, зачем. Наверное, ему звонит человек, к которому они едут. Не беседовать же при посторонних. Людей в кафе мало, но все-таки ни к чему, чтобы кто-то слышал такие разговоры.
– Ну, все в порядке, – объявил Женя, вернувшись. – Нас ждут и с радостью примут. Я, грешным делом, боялся: вдруг Андрей в отъезде? Не хотелось звонить ему ночью и будить. Отправил недавно сообщение, и вот он проснулся и перезвонил.
– Он, наверное, с семьей живет? – опасливо спросила Марина.
– С дочкой и ее гувернанткой, – пояснил Женя. – И еще прислуга есть в доме. А жена… жена сейчас проживает в Хорватии. Так что не волнуйся, никого мы напрягать не будем.
– Женя! А он знает…
– Да, – Женька посмотрел ей в глаза. – Я все рассказал. Его таким не смутишь. Поэтому мы и едем к нему. Поговорить, посоветоваться. В общем, за поддержкой. Не только моральной.
Марина кивнула, хотя ничего не поняла. То есть что за поддержку может оказать им некий Андрей из Таллина. Впрочем, думать об этом не было никаких сил. Она чувствовала себя безумно уставшей. Измотанной и морально, и физически. Ей удавалось урывками поспать, но это был так себе сон. И этот ужасный час на таможне, когда она изо всех сил старалась не нервничать. Женя сказал, что все прошло быстро, потому что ранним утром совсем мало машин. Но для нее все тянулось мучительно и долго. И сейчас хотелось лишь одного – оказаться в постели и уснуть.
А Женька? Он-то как?
Марина посмотрела на него украдкой. И только сейчас заметила, каким уставшим он выглядит. Поняла, чего ему стоила эта безумная, нескончаемо-долгая ночь. Когда надо было и машину вести, и держаться максимально спокойно. Говорить, что все пройдет хорошо. Не показывать своего волнения. Ведь, если бы их задержали… то задержали бы и его вместе с ней! Пришили бы соучастие.
– Женька! – Марина виновато вздохнула. – Прости, что я позвонила тебе вчера ночью. Втянула в эту историю. Ведь тебя… могут обвинить…
– Да плевать мне, – на его губах появилась странная улыбка. – Поверь, что я меньше всего этого боюсь. Мы, кажется, все доели? Пойдем.
– Ты сильно измотан, да? – спросила Марина, когда они вышли на улицу. – Наверное, едва на ногах держишься? А я даже не могу тебя подменить, потому что не умею водить.
– Ты… можешь развлекать меня разговором, – он слегка иронично усмехнулся. – Понимаю, что у тебя не то настроение…
– Я не буду спать, – сказала Марина. – Будем говорить о чем-нибудь интересном. Чтобы ты не заснул, и дорога пролетела быстрей.
Они двинулись в путь. По сторонам замелькали покрытые свежей зеленью равнины и перелески. Небо было пасмурным, но дождь, к счастью, не шел, видимость была превосходной.
Марина покосилась на Женьку. И вдруг поняла, что не знает, о чем с ним говорить. Не рассказывать же ему про себя! А вести светские беседы, как с совсем чужим человеком, тоже кажется глупым.
– Расскажи про свои путешествия, – пришел ей на помощь Женька. – Их же было много? Какое самое лучшее? Наверное, по Франции?
– Да нет, – возразила Марина. – Все были по-своему хороши. И, пожалуй, самым крутым было путешествие на Байкал. Я летала туда с подружками, – она на секунду замялась, – после первого курса института.
Женька тихо присвистнул.
– Ничего себе – моталась в такую даль. Как это тебя угораздило?
– Девчонки подбили, – рассмеялась Марина. – Одна из моих однокурсниц из Казани. И она пригласила нас к себе погостить. Меня и еще двух девчонок. А потом уже дальше понеслось… Тут еще повезло, что у моих предков появились деньги, – прибавила она после паузы. – Ты, может быть, помнишь, что у них вечно были с этим проблемы…
– Угу, – кивнул Женя. – Ну, прекрасно, что все так совпало. Значит, вы сначала поехали в Казань? – его брови вопросительно изогнулись.
Марина стала рассказывать, постепенно все больше оживляясь. И описывала картины, которые Женя очень хорошо представлял. Ведь все эти фотки он давно скопировал из ее ВК. Сто раз пересматривал. Особенно в конце того лета. Всматривался в ее лицо, пытаясь понять, отошла ли она хоть немного от психотравмы, полученной из-за него, начала ли радоваться жизни за время путешествия, полного необычных впечатлений.
Дом Андрея оказался внушительным трехэтажным коттеджем в стиле Северного модерна начала двадцатого века. Стены песочного цвета, окна и углы облицованы коричневым камнем, наверху – башенки со светло-серыми крышами. В гостиной, отделанной в кремовых и золотисто-зеленых тонах, имелось широкое прямоугольное окно, в раму которого была вделана вторая, изогнутая, с узорами из цветного стекла вверху в виде лилий и вьющихся стеблей с листочками.
Настолько искусная имитация, что можно было принять за старинный особняк. Но стены были потоньше. И некоторые детали указывали на то, что дом все-таки современный.
Марина не замедлила сообщить свои наблюдения Андрею во время их беседы за чаем. Он был так восхищен, что даже зааплодировал.
– Первое попадание в яблочко за все время! Обычно гости вообще не видят здесь никакого стиля. Рассматривают окна и башенки, восхищаются фантазией дизайнера – мол, это ж надо, такое наворотить. А другие верят, что особняк старинный, и начинают интересоваться, сколько я вложил в реставрацию. Ты же с первого взгляда определила все точно, – он слегка прищурился. – Ты искусствовед?
– Близко к тому, – скромно улыбнулась Марина.
Андрей выразительно посмотрел на Женю.
– И вот на эту, юную утонченную леди, хотят повесить убийство? Фееричный бред! Какой у нее может быть мотив? Его нет! Мотив здесь возможен один – денежки. Вознаграждение за определенные действия. Но это исключено.
Марина тихо вздохнула и смущенно покосилась на Женьку.
– Меня как раз могут обвинить в корыстолюбии. Я встречалась с богатым мужчиной…
– …Который дарил тебе дорогие подарки, – подхватил Андрей. – Прекрасно! Значит, причин убивать за деньги у тебя быть не может. Тебе на что-то нужны деньги срочно? Нет. Любишь ли ты дорогие украшения и вещи? Нет. Судя по твоему виду, ты к ним равнодушна. Но, конечно, при желании мотив можно высосать из пальца. И даже обойтись без него.
Он помолчал, допивая чай.
– Ничего, ребята. Мы их обломаем. Ты, Жень, правильно сделал, что сразу же поехал ко мне. Решим мы этот вопрос! Вечером детально обсудим. А сейчас мне придется уехать. Вернусь где-то к шести. Так что отсыпайтесь пока. И, ради бога, чувствуйте себя здесь как дома! Жень, ну ты же не впервой у меня?
Женя молча кивнул, почему-то не выразив благодарности за предоставленное убежище. Но здесь вообще все казалось странным. И, прежде всего, сам Андрей – полноватый брюнет лет сорока с небольшой бородкой, чем-то походивший на дореволюционного купца. Марина не представляла, что у них может быть общего с Женькой.
