Наверное, голос её дрогнул, потому что в следующий миг напряжённые лица обеих смягчились, расплылись в улыбках, и женщины деловито направились к запертым воротам крепости, переговариваясь уже на ходу.
- Иди сюда, дочка, - позвала Велену старшая. – Я ключ у Ульрики выпросила! Внутри жить не годится, нигде здесь столько угля да деревьев не найдёшь, чтобы эту громадину протопить, так что сторожка – твой единственный выход. Но! – женщина вскинула сухой палец, улыбаясь неожиданно белозубой улыбкой. – Там есть одеяла, остатки мебели – что не сгодится для применения, пойдёт для печи. Экая ты маленькая, - с сожалением отметила она, оглядывая Велену сверху, - отец Кристофер сказал, как бы, мол, здоровье не подвело. А я наш женский род получше него знаю: мы – твари крепкие. Где мужик расклеится, там баба горы свернёт. И хрупкость твоя обманчива, - женщина подмигнула серым глазом, улыбнулась широко, вставляя толстый ключ в проржавевшую скважину. – Зовут меня Октавия. Свояченица начальника твоего, доблестного иммуна Сибранда. Отпуск у меня, покуда зима не кончилась. А потом – обратно в Ло-Хельм, с детишками Белому Орлу помогать. Столько в Мире работы, дочка! Было бы лишь желание – помогать людям, покуда жив…
Со сдавленным стоном поддались тяжёлые крепостные ворота, обдавая трёх женщин затхлостью долгих лет ожидания. Пахнуло изнутри годами ледяного одиночества и темноты; заскрипела решётка, недовольно поддаваясь напору ещё исправного рычага.
- У меня тут дед когда-то служил, - доверительно сообщила Велене Нила, глядя в спину решительно шагнувшей вперёд Октавии. – Сколько бабушка говорила – не полюби легионера! – всё мимо ушей. Теперь вот каждую ночь думаю, как он там…
- Муж? – угадала Велена. – Тоже в северной крепости?
Нила кивнула.
- Трое детей, - шёпотом просветила она, вглядываясь в темноту бывших казарм. – Старших-то уже и грамоте можно было бы учить, да вот некому. Не так много учёных людей в Кристаре, а учителя из них ещё хуже… Великий Дух, как здесь темно!
Велена тихо усмехнулась, щёлкнула пальцами, посылая колдовского светлячка вперёд. Нила вздрогнула, осеняя себя священным знаменем, а Октавия лишь покосилась, но высказалась предметно:
- Э, да тут есть, чем поживиться! Ну-ка, посвети сюда, дочка! – и указала на кучу поломанной мебели в углу. Велена послушно направила туда светлячка, в то время как Нила с любопытством оглядывала затянутые паутиной боковые проходы. Оттуда тянуло лёгким сквозняком, но звуков не доносилось никаких. – Давай-ка ты быстренько поможешь здесь, покажешь, где у тебя в доме чего лежит, да и за службу примешься – Мартин сказал, ты сегодня на посту. Покуда Деда разбудишь, полдня пройдёт! Отец Кристофер с ним только и ладил, но летать никто не рисковал. А как справишься, так и поможешь нам с уборкой. Тут дел на всю жизнь хватит, только держись! Сторожку в порядок привести, да в крепости прибраться, кто знает, когда пригодится, а то и двор расчистить…
Велена не протестовала, полностью доверившись хватке незнакомок, и работа закипела споро. Обе женщины оказались хозяйственными, крепкими – от шума выносимой мебели, грохота и голосов проснулся даже Дед. Расправил кожистые крылья, крикнул вопросительно и хрипло.
- Ступай, ступай, - запыхавшись, махнула колдунье Октавия. – Проверь окрестности, пока светло. Нам ещё здесь надолго работы хватит…
Уже отпирая загон, Велена запоздало вспомнила, что так и не поблагодарила неожиданных помощниц. Когда и кому она в последний раз говорила эти вроде бы простые слова? Так и не припомнить…
Дед подпустил к себе без возражений, даже позволил ей накинуть седло и закрепить ремни как следует. Наморднику с цепями не обрадовался, но, поворчав, разрешил новой хозяйке и это непотребство. Прав был Дагборн, когда говорил, что ящер стар и ленив; даже на малейшее сопротивление сил не осталось. Оно и к лучшему – главное, чтобы летать ещё мог.
Велена потянула ящера за собой, выводя из загона. Дед довольно тряхнул жуткой мордой с пупырчатыми наростами, сипло крикнул, расправляя на удивление мощные крылья. Даже коснулся ими земли, как бы приглашая наездницу в седло.
- Ты гляди, гляди, - донеслось до неё. – Прямо на спину ему забралась! Ох, тревожно…
- Язык придержи да поленницей займись, - оборвала Нилу суровая Октавия. – Каждый да делает своё дело!
Велена натянула поводья, вспоминая всё, чему учил её иммун Сибранд и его помощник Дагборн. Мельком пожалела, что крепкого, надёжного легионера нет рядом… и хлестнула цепью по чешуйчатой шее.
Дрогнула земля, едва не выбив её из седла. Обдало взметнувшимся в воздух снегом оставшихся внизу. Тяжело и размеренно, никуда не торопясь, Дед поднялся в низкое северное небо.
Ящер оказался смекалистым и по-своему мудрым: на неуверенные движения неопытной всадницы не отзывался, реагируя лишь на явные команды, в небо бездумно не рвался и, видимо, всю дорогу только и мечтал о скором возвращении в уютный загон. Будь крылатый зверь помоложе, может, и удалось бы ему внушить, что зима – не время спячки, но Дед свои права помнил твёрдо.
Облетев край восточной горной гряды, Велена свернула к морю, особенно приглядываясь к границе с альдами; пронеслась над застывшими льдинами, снижаясь к серо-белой воде, обогнула кристарский порт и стрелой умчалась к западным окраинам, где, как она видела на карте в доме старосты, располагались одна за другой небогатые фермы, снабжавшие город провизией и нехитрыми товарами. Первый самостоятельный полёт оказался на удивление лёгок: Дед не Снежок, в бездумную даль не рвался, терпеливо снося и нетвёрдую девичью руку, и почти неощутимую массу наездницы. Да и на магию разума реагировал куда шустрее, чем молодые ящеры.
За всё время на примыкавших к Кристару дорогах Велена не разглядела ни единой повозки, ни одного всадника – лишь на южном пути, связывавшем город с округом Ло-Хельма, ей померещилась фигура одинокого странника, удалявшегося прочь от побережья.
Зато на западном направлении у одной из ферм оказалось целое скопление народу, и среди нескольких мужских фигур с высоты выделялся рослый, широкий и отчётливо узнаваемый силуэт мастера Мартина в серо-голубой мантии гильдии. Обрадовавшись возможности передохнуть и прервать полёт, Велена направила ящера вниз. Дед почти по-человечески вздохнул, но приказу подчинился, так что на указанный колдуньей холм приземлился грузно, погружаясь в глубокий снег по самое брюхо и обдавая колкой крошкой собравшихся внизу.
Всеобщую тишину и неприятное внимание прорезал гулкий и приветливый голос мастера Мартина:
- Велена! Вот уж не ожидал! Что, патрулируешь?
- Закончила, - откликнулась колдунья, радуясь, что толстый маг с ней вообще заговорил: иначе, под молчаливым огнём тяжёлых взглядов, скрасить неловкость было бы нечем. – Помощь нужна?
- Какая тут помощь, - махнул рукой харчевник. – Сейчас пособлю Освальду, да в обратный путь. Подбрасывать меня не нужно: боюсь, Дед с таким наездником в воздух не поднимется.
Раздавшиеся вокруг смешки позволили Велене выдохнуть и бросить украдкой взгляд по сторонам. Так и есть, семеро мужчин в меховых рабочих куртках, с грубыми обветренными лицами. За их спинами – фермерская хижина, постройки, огород, обнесённый частоколом, с длинными парниками и разбросанным по всему хозяйству строительным инструментом. Оглядевшись, колдунья заметила расчищенный под новый дом котлован, выбитый на склоне холма прямо в каменистой почве. Место выбрано хорошее: на каменной площадке, не в промёрзлой земле. Вот только что за дело мастеру Мартину до фермерских нужд?
- Кто не знает, это Велена, моя напарница, маг третьего круга и ещё одна защитница города, - почти ласково представил маг-харчевник вспыхнувшую от всеобщего внимания колдунью. – Случись что со мной, смело обращайтесь к ней. Верно говорю?
Велена кивнула, через силу растянула губы в натяжной улыбке. Кто-то из фермеров усмехнулся в ответ, даже слегка склонился в неловком поклоне.
- Я посмотрю? – спросила она, кивая в неопределённом направлении. – Только… вылезать из седла не буду.
Снова раздались смешки, на этот раз громче: всеобщее напряжение потихоньку спадало.
- Куда тебе, госпожа маг! На самое снежное место приземлилась! Деду по брюхо – тебе по макушку! – хохотнул молодой фермер в меховой шапке.
- Эх, Мартин, кабы не твоя… весомость… не пришлось бы девке по небесам летать! – поддакнул крепкий старик, не иначе, сам Освальд-фермер. – Сядешь в седло – как есть хребет ящеру сломаешь! Вот и приходится за тебя отдуваться…
- Я не возражаю, - быстро вставила Велена, - мне нравится.
Недоверчивое хмыканье снова разрядил толстый маг, махнув рукой мужчинам:
- За дело-то браться будем, нет? Напарница моя девушка видная, но работу за нас никто не сделает. А у меня харчевня без присмотра стынет… куда вечером придёте? – хитро подмигнул маг-харчевник, чем снова вызвал волну кривых усмешек.
Дальше всё пошло и в самом деле быстро: сверившись с чертежами в руках Освальда, Мартин что-то негромко уточнил, кивнул и отошёл к заготовленному котловану. На миг замер, затем протянул чуть согнутые в локтях руки ладонями вверх. Как будто благословения у Великого Духа просил.
А в следующий миг твердь дрогнула, подчиняясь приказу мага, и с глухим раскатистым стоном потянулась вверх, вслед за властным движением мощных рук. Велена неосознанно сжала цепи-поводья, сжимаясь в седле: из каменной площадки, заготовленной под новую постройку, мысленным приказом мастера Мартина вырвались зеркально ровные скалистые стены, соединились, словно липкое тесто, образовали острые стыки по углам. Вымахали в полный стонгардский рост – с запасом…
- Проём для окна неровный, - пропыхтел Освальд, оглядывая скалистый дом. Покрыть деревянными брусьями для тепла, застелить крышей – и готово нехитрое жилище. – Ну да подравняем…
- Уж потрудитесь, - усмехнулся Мартин, опуская руки. Твердь дрогнула вторично и застыла. – Я, увы, не строитель. Всего лишь боевой маг.
- С меня – товар, - довольно прокряхтел Освальд, пробуя стены на прочность. – Как договаривались! К вечеру же пригоню сыновей с мешками! Вот спасибо, Мартин, выручил, как есть выручил! Старый-то амбар совсем нехорош, того и гляди рассыплется, куда мне припасы девать? Промёрзнет всё…
Маг-харчевник только кивнул, пряча огромные ладони в необъятных рукавах. Оглянулся на поражённую Велену и улыбнулся, приглашающе кивнув головой. Колдунья стряхнула странное оцепенение, натянула цепи-поводья, разворачивая Деда в сторону Кристара. Подчиняясь приказу, ящер нехотя спланировал с холма на широкую дорогу.
- До вечера! Бывай, Мартин! – вразнобой попрощались с магом фермеры, уже почти не глядя ни на харчевника, ни на его напарницу: на незавершённой стройке закипела работа.
Велена поспешно перебросила поводья через шею Деда, спрыгнула на крыло, торопливо соскользнув вниз, на скрипящий снег.
- Какой у тебя круг? – не сдержавшись, выпалила она.
В ответ толстый маг порылся в необъятной мантии, протягивая на ладони раскрытый мешочек, шумно втянул носом разлившийся в морозном воздухе пряный аромат.
- Угощайся, - придержав степенный, но размашистый шаг, предложил он.
Первым порывом колдуньи оказалось острое желание ударить по крепкой кисти – какие, к Тёмному, угощения! – но в последний миг привычная сдержанность возобладала. Велена запустила пальцы внутрь, не глядя; вытащила на свет липкие засахаренные орешки.
- Попробуй, - слегка удивился маг-харчевник, видя, что спутница лишь бездумно сжала их в руке. – Сам, между прочим, собирал. В округ Ло-Хельма летом ездил – у нас-то лесов нет, сплошь скалы и море. Свой колорит, конечно же, но орешков, ягод да кореньев не найдёшь, одна только рыба и домашнее мясо. Никакой радости чреву – иногда ведь и дичи хочется. Вкусно?
Лакомство таяло во рту, обдавая запахом древесины и ароматного сиропа: пожалуй, ничего подобного ей раньше пробовать не приходилось. Все чувства тотчас пробудились, стряхнули налёт оцепенения от мёртвых северных пейзажей, живот требовательно заурчал, напоминая о зверском голоде: толком не ела с утра, да и вчера кусок в горло не лез. Вслух колдунья сказала совсем другое:
- Так какой у тебя круг?
- Пожалуйста, - великодушно махнул рукой Мартин, пряча понимающую усмешку в светлой бороде. – Пятый.
- Пятый… - эхом повторила Велена, вовсю разглядывая огромную фигуру спутника. За плечом вздохнул Дед, уставший плестись за людьми пешком.
- Не такой высокий, как ты ожидала? – беззлобно поинтересовался маг-харчевник. – Увы, шестой взять не успел: пока готовился к испытаниям, отозвали в Кристар.
- Ты… готовился… к шестому?
Сикирийка не верила своим ушам. Высший круг магии – седьмой – казался ей недостижимым, близким к легендарному. Сколько их осталось, магов седьмого круга? Во всей Объединённой Империи – едва ли с десяток. По рассказам мастера Грега – в Бруттской Империи немногим больше. Среди альдов – неизвестно, но тоже не сотни. И вот… её напарник, маг из далёкой стонгардской провинции… почти достиг шестого. В то время как она…
- Что толку? – так же спокойно спросил мастер Мартин. – Практической пользы не больше, чем на пятом, а мощь проходящих потоков несоизмеримо тяжелее: сдерживать такую силу, думается мне, дело непростое. Есть время подумать…
- Что тут думать?! – впервые не сдержалась Велена. – Что может быть важнее этого?!
Мартин явно удивился, даже ответил раскрасневшейся колдунье не сразу. Сикирийка же разглядывала его с неверием и клокотавшей внутри яростью. Тёмный, да ведь он по-прежнему жалкий провинциал! Мелкий человечек с неограниченной силой! Как глупо, несправедливо, неправильно! Ей бы такую мощь – уж она бы придумала, куда её применить!..
- Да что угодно важнее, - негромко, но с нажимом проговорил толстый маг, - чем магические искусства и ворованная сила Тёмного. И нет никого более жалкого, чем тот, кто ставит их целью своей короткой и бессмысленной жизни.
И снова этот бесконечно понимающий взгляд зелёных, как весенняя листва, глаз. До чего же разным был этот кристарский маг! Свойский, простоватый с фермерами, приветливый и терпеливый с посетителями убогой таверны, и серьёзный, неулыбчивый, жёсткий с ней.
- Кто бы говорил о жалости, - едва не сплюнула Велена. Удержалась: во рту по-прежнему ощущался привкус сладких орешков. – По-твоему, важнее помогать этим селянам амбары возводить? Укрывать снегом промёрзшие поля, пока холода не ударили? Топить лёд в порту? Как ты смеешь… называться магом, мастер Мартин? Зачем надеваешь мантию гильдии? Куда ты растрачиваешь свою силу?!..
- А зачем она нужна, если не для помощи людям?
Велена поперхнулась воздухом, не сразу нашлась, что ответить. Похоже, толстокожий кристарский маг даже не обиделся: выражение лица не изменилось, губы не дрогнули, взгляд не ушёл в сторону. Случись на его месте тупой деревенщина, работяга из порта, городской провинциал или обыкновенный пузатый харчевник, колдунья бы лишь досадливо отмахнулась. Но мастер Мартин был не только провинциалом и харчевником. Если статус мага пятого круга, защитника Кристара, одного из лучших алхимиков Империи и талантливого изобретателя колдовских артефактов хоть что-то значил, к его словам следовало прислушаться.
- Иди сюда, дочка, - позвала Велену старшая. – Я ключ у Ульрики выпросила! Внутри жить не годится, нигде здесь столько угля да деревьев не найдёшь, чтобы эту громадину протопить, так что сторожка – твой единственный выход. Но! – женщина вскинула сухой палец, улыбаясь неожиданно белозубой улыбкой. – Там есть одеяла, остатки мебели – что не сгодится для применения, пойдёт для печи. Экая ты маленькая, - с сожалением отметила она, оглядывая Велену сверху, - отец Кристофер сказал, как бы, мол, здоровье не подвело. А я наш женский род получше него знаю: мы – твари крепкие. Где мужик расклеится, там баба горы свернёт. И хрупкость твоя обманчива, - женщина подмигнула серым глазом, улыбнулась широко, вставляя толстый ключ в проржавевшую скважину. – Зовут меня Октавия. Свояченица начальника твоего, доблестного иммуна Сибранда. Отпуск у меня, покуда зима не кончилась. А потом – обратно в Ло-Хельм, с детишками Белому Орлу помогать. Столько в Мире работы, дочка! Было бы лишь желание – помогать людям, покуда жив…
Со сдавленным стоном поддались тяжёлые крепостные ворота, обдавая трёх женщин затхлостью долгих лет ожидания. Пахнуло изнутри годами ледяного одиночества и темноты; заскрипела решётка, недовольно поддаваясь напору ещё исправного рычага.
- У меня тут дед когда-то служил, - доверительно сообщила Велене Нила, глядя в спину решительно шагнувшей вперёд Октавии. – Сколько бабушка говорила – не полюби легионера! – всё мимо ушей. Теперь вот каждую ночь думаю, как он там…
- Муж? – угадала Велена. – Тоже в северной крепости?
Нила кивнула.
- Трое детей, - шёпотом просветила она, вглядываясь в темноту бывших казарм. – Старших-то уже и грамоте можно было бы учить, да вот некому. Не так много учёных людей в Кристаре, а учителя из них ещё хуже… Великий Дух, как здесь темно!
Велена тихо усмехнулась, щёлкнула пальцами, посылая колдовского светлячка вперёд. Нила вздрогнула, осеняя себя священным знаменем, а Октавия лишь покосилась, но высказалась предметно:
- Э, да тут есть, чем поживиться! Ну-ка, посвети сюда, дочка! – и указала на кучу поломанной мебели в углу. Велена послушно направила туда светлячка, в то время как Нила с любопытством оглядывала затянутые паутиной боковые проходы. Оттуда тянуло лёгким сквозняком, но звуков не доносилось никаких. – Давай-ка ты быстренько поможешь здесь, покажешь, где у тебя в доме чего лежит, да и за службу примешься – Мартин сказал, ты сегодня на посту. Покуда Деда разбудишь, полдня пройдёт! Отец Кристофер с ним только и ладил, но летать никто не рисковал. А как справишься, так и поможешь нам с уборкой. Тут дел на всю жизнь хватит, только держись! Сторожку в порядок привести, да в крепости прибраться, кто знает, когда пригодится, а то и двор расчистить…
Велена не протестовала, полностью доверившись хватке незнакомок, и работа закипела споро. Обе женщины оказались хозяйственными, крепкими – от шума выносимой мебели, грохота и голосов проснулся даже Дед. Расправил кожистые крылья, крикнул вопросительно и хрипло.
- Ступай, ступай, - запыхавшись, махнула колдунье Октавия. – Проверь окрестности, пока светло. Нам ещё здесь надолго работы хватит…
Уже отпирая загон, Велена запоздало вспомнила, что так и не поблагодарила неожиданных помощниц. Когда и кому она в последний раз говорила эти вроде бы простые слова? Так и не припомнить…
Дед подпустил к себе без возражений, даже позволил ей накинуть седло и закрепить ремни как следует. Наморднику с цепями не обрадовался, но, поворчав, разрешил новой хозяйке и это непотребство. Прав был Дагборн, когда говорил, что ящер стар и ленив; даже на малейшее сопротивление сил не осталось. Оно и к лучшему – главное, чтобы летать ещё мог.
Велена потянула ящера за собой, выводя из загона. Дед довольно тряхнул жуткой мордой с пупырчатыми наростами, сипло крикнул, расправляя на удивление мощные крылья. Даже коснулся ими земли, как бы приглашая наездницу в седло.
- Ты гляди, гляди, - донеслось до неё. – Прямо на спину ему забралась! Ох, тревожно…
- Язык придержи да поленницей займись, - оборвала Нилу суровая Октавия. – Каждый да делает своё дело!
Велена натянула поводья, вспоминая всё, чему учил её иммун Сибранд и его помощник Дагборн. Мельком пожалела, что крепкого, надёжного легионера нет рядом… и хлестнула цепью по чешуйчатой шее.
Дрогнула земля, едва не выбив её из седла. Обдало взметнувшимся в воздух снегом оставшихся внизу. Тяжело и размеренно, никуда не торопясь, Дед поднялся в низкое северное небо.
Ящер оказался смекалистым и по-своему мудрым: на неуверенные движения неопытной всадницы не отзывался, реагируя лишь на явные команды, в небо бездумно не рвался и, видимо, всю дорогу только и мечтал о скором возвращении в уютный загон. Будь крылатый зверь помоложе, может, и удалось бы ему внушить, что зима – не время спячки, но Дед свои права помнил твёрдо.
Облетев край восточной горной гряды, Велена свернула к морю, особенно приглядываясь к границе с альдами; пронеслась над застывшими льдинами, снижаясь к серо-белой воде, обогнула кристарский порт и стрелой умчалась к западным окраинам, где, как она видела на карте в доме старосты, располагались одна за другой небогатые фермы, снабжавшие город провизией и нехитрыми товарами. Первый самостоятельный полёт оказался на удивление лёгок: Дед не Снежок, в бездумную даль не рвался, терпеливо снося и нетвёрдую девичью руку, и почти неощутимую массу наездницы. Да и на магию разума реагировал куда шустрее, чем молодые ящеры.
За всё время на примыкавших к Кристару дорогах Велена не разглядела ни единой повозки, ни одного всадника – лишь на южном пути, связывавшем город с округом Ло-Хельма, ей померещилась фигура одинокого странника, удалявшегося прочь от побережья.
Зато на западном направлении у одной из ферм оказалось целое скопление народу, и среди нескольких мужских фигур с высоты выделялся рослый, широкий и отчётливо узнаваемый силуэт мастера Мартина в серо-голубой мантии гильдии. Обрадовавшись возможности передохнуть и прервать полёт, Велена направила ящера вниз. Дед почти по-человечески вздохнул, но приказу подчинился, так что на указанный колдуньей холм приземлился грузно, погружаясь в глубокий снег по самое брюхо и обдавая колкой крошкой собравшихся внизу.
Всеобщую тишину и неприятное внимание прорезал гулкий и приветливый голос мастера Мартина:
- Велена! Вот уж не ожидал! Что, патрулируешь?
- Закончила, - откликнулась колдунья, радуясь, что толстый маг с ней вообще заговорил: иначе, под молчаливым огнём тяжёлых взглядов, скрасить неловкость было бы нечем. – Помощь нужна?
- Какая тут помощь, - махнул рукой харчевник. – Сейчас пособлю Освальду, да в обратный путь. Подбрасывать меня не нужно: боюсь, Дед с таким наездником в воздух не поднимется.
Раздавшиеся вокруг смешки позволили Велене выдохнуть и бросить украдкой взгляд по сторонам. Так и есть, семеро мужчин в меховых рабочих куртках, с грубыми обветренными лицами. За их спинами – фермерская хижина, постройки, огород, обнесённый частоколом, с длинными парниками и разбросанным по всему хозяйству строительным инструментом. Оглядевшись, колдунья заметила расчищенный под новый дом котлован, выбитый на склоне холма прямо в каменистой почве. Место выбрано хорошее: на каменной площадке, не в промёрзлой земле. Вот только что за дело мастеру Мартину до фермерских нужд?
- Кто не знает, это Велена, моя напарница, маг третьего круга и ещё одна защитница города, - почти ласково представил маг-харчевник вспыхнувшую от всеобщего внимания колдунью. – Случись что со мной, смело обращайтесь к ней. Верно говорю?
Велена кивнула, через силу растянула губы в натяжной улыбке. Кто-то из фермеров усмехнулся в ответ, даже слегка склонился в неловком поклоне.
- Я посмотрю? – спросила она, кивая в неопределённом направлении. – Только… вылезать из седла не буду.
Снова раздались смешки, на этот раз громче: всеобщее напряжение потихоньку спадало.
- Куда тебе, госпожа маг! На самое снежное место приземлилась! Деду по брюхо – тебе по макушку! – хохотнул молодой фермер в меховой шапке.
- Эх, Мартин, кабы не твоя… весомость… не пришлось бы девке по небесам летать! – поддакнул крепкий старик, не иначе, сам Освальд-фермер. – Сядешь в седло – как есть хребет ящеру сломаешь! Вот и приходится за тебя отдуваться…
- Я не возражаю, - быстро вставила Велена, - мне нравится.
Недоверчивое хмыканье снова разрядил толстый маг, махнув рукой мужчинам:
- За дело-то браться будем, нет? Напарница моя девушка видная, но работу за нас никто не сделает. А у меня харчевня без присмотра стынет… куда вечером придёте? – хитро подмигнул маг-харчевник, чем снова вызвал волну кривых усмешек.
Дальше всё пошло и в самом деле быстро: сверившись с чертежами в руках Освальда, Мартин что-то негромко уточнил, кивнул и отошёл к заготовленному котловану. На миг замер, затем протянул чуть согнутые в локтях руки ладонями вверх. Как будто благословения у Великого Духа просил.
А в следующий миг твердь дрогнула, подчиняясь приказу мага, и с глухим раскатистым стоном потянулась вверх, вслед за властным движением мощных рук. Велена неосознанно сжала цепи-поводья, сжимаясь в седле: из каменной площадки, заготовленной под новую постройку, мысленным приказом мастера Мартина вырвались зеркально ровные скалистые стены, соединились, словно липкое тесто, образовали острые стыки по углам. Вымахали в полный стонгардский рост – с запасом…
- Проём для окна неровный, - пропыхтел Освальд, оглядывая скалистый дом. Покрыть деревянными брусьями для тепла, застелить крышей – и готово нехитрое жилище. – Ну да подравняем…
- Уж потрудитесь, - усмехнулся Мартин, опуская руки. Твердь дрогнула вторично и застыла. – Я, увы, не строитель. Всего лишь боевой маг.
- С меня – товар, - довольно прокряхтел Освальд, пробуя стены на прочность. – Как договаривались! К вечеру же пригоню сыновей с мешками! Вот спасибо, Мартин, выручил, как есть выручил! Старый-то амбар совсем нехорош, того и гляди рассыплется, куда мне припасы девать? Промёрзнет всё…
Маг-харчевник только кивнул, пряча огромные ладони в необъятных рукавах. Оглянулся на поражённую Велену и улыбнулся, приглашающе кивнув головой. Колдунья стряхнула странное оцепенение, натянула цепи-поводья, разворачивая Деда в сторону Кристара. Подчиняясь приказу, ящер нехотя спланировал с холма на широкую дорогу.
- До вечера! Бывай, Мартин! – вразнобой попрощались с магом фермеры, уже почти не глядя ни на харчевника, ни на его напарницу: на незавершённой стройке закипела работа.
Велена поспешно перебросила поводья через шею Деда, спрыгнула на крыло, торопливо соскользнув вниз, на скрипящий снег.
- Какой у тебя круг? – не сдержавшись, выпалила она.
В ответ толстый маг порылся в необъятной мантии, протягивая на ладони раскрытый мешочек, шумно втянул носом разлившийся в морозном воздухе пряный аромат.
- Угощайся, - придержав степенный, но размашистый шаг, предложил он.
Первым порывом колдуньи оказалось острое желание ударить по крепкой кисти – какие, к Тёмному, угощения! – но в последний миг привычная сдержанность возобладала. Велена запустила пальцы внутрь, не глядя; вытащила на свет липкие засахаренные орешки.
- Попробуй, - слегка удивился маг-харчевник, видя, что спутница лишь бездумно сжала их в руке. – Сам, между прочим, собирал. В округ Ло-Хельма летом ездил – у нас-то лесов нет, сплошь скалы и море. Свой колорит, конечно же, но орешков, ягод да кореньев не найдёшь, одна только рыба и домашнее мясо. Никакой радости чреву – иногда ведь и дичи хочется. Вкусно?
Лакомство таяло во рту, обдавая запахом древесины и ароматного сиропа: пожалуй, ничего подобного ей раньше пробовать не приходилось. Все чувства тотчас пробудились, стряхнули налёт оцепенения от мёртвых северных пейзажей, живот требовательно заурчал, напоминая о зверском голоде: толком не ела с утра, да и вчера кусок в горло не лез. Вслух колдунья сказала совсем другое:
- Так какой у тебя круг?
- Пожалуйста, - великодушно махнул рукой Мартин, пряча понимающую усмешку в светлой бороде. – Пятый.
- Пятый… - эхом повторила Велена, вовсю разглядывая огромную фигуру спутника. За плечом вздохнул Дед, уставший плестись за людьми пешком.
- Не такой высокий, как ты ожидала? – беззлобно поинтересовался маг-харчевник. – Увы, шестой взять не успел: пока готовился к испытаниям, отозвали в Кристар.
- Ты… готовился… к шестому?
Сикирийка не верила своим ушам. Высший круг магии – седьмой – казался ей недостижимым, близким к легендарному. Сколько их осталось, магов седьмого круга? Во всей Объединённой Империи – едва ли с десяток. По рассказам мастера Грега – в Бруттской Империи немногим больше. Среди альдов – неизвестно, но тоже не сотни. И вот… её напарник, маг из далёкой стонгардской провинции… почти достиг шестого. В то время как она…
- Что толку? – так же спокойно спросил мастер Мартин. – Практической пользы не больше, чем на пятом, а мощь проходящих потоков несоизмеримо тяжелее: сдерживать такую силу, думается мне, дело непростое. Есть время подумать…
- Что тут думать?! – впервые не сдержалась Велена. – Что может быть важнее этого?!
Мартин явно удивился, даже ответил раскрасневшейся колдунье не сразу. Сикирийка же разглядывала его с неверием и клокотавшей внутри яростью. Тёмный, да ведь он по-прежнему жалкий провинциал! Мелкий человечек с неограниченной силой! Как глупо, несправедливо, неправильно! Ей бы такую мощь – уж она бы придумала, куда её применить!..
- Да что угодно важнее, - негромко, но с нажимом проговорил толстый маг, - чем магические искусства и ворованная сила Тёмного. И нет никого более жалкого, чем тот, кто ставит их целью своей короткой и бессмысленной жизни.
И снова этот бесконечно понимающий взгляд зелёных, как весенняя листва, глаз. До чего же разным был этот кристарский маг! Свойский, простоватый с фермерами, приветливый и терпеливый с посетителями убогой таверны, и серьёзный, неулыбчивый, жёсткий с ней.
- Кто бы говорил о жалости, - едва не сплюнула Велена. Удержалась: во рту по-прежнему ощущался привкус сладких орешков. – По-твоему, важнее помогать этим селянам амбары возводить? Укрывать снегом промёрзшие поля, пока холода не ударили? Топить лёд в порту? Как ты смеешь… называться магом, мастер Мартин? Зачем надеваешь мантию гильдии? Куда ты растрачиваешь свою силу?!..
- А зачем она нужна, если не для помощи людям?
Велена поперхнулась воздухом, не сразу нашлась, что ответить. Похоже, толстокожий кристарский маг даже не обиделся: выражение лица не изменилось, губы не дрогнули, взгляд не ушёл в сторону. Случись на его месте тупой деревенщина, работяга из порта, городской провинциал или обыкновенный пузатый харчевник, колдунья бы лишь досадливо отмахнулась. Но мастер Мартин был не только провинциалом и харчевником. Если статус мага пятого круга, защитника Кристара, одного из лучших алхимиков Империи и талантливого изобретателя колдовских артефактов хоть что-то значил, к его словам следовало прислушаться.
