«Послал Ио на мою голову!» — пробурчал Свен и потащил к лестнице. Она оказалась высокой, как у петровских домов, с каменными балясинами. А на площадке — вазон с припорошенными снегом цветами.
Лошадь нашу тут же увели, а нас встретил наряженный не по погоде мужчина. Зима на дворе, а на нем лосины. Симпатичные такие, оливковые. Только ноги у мужчины кривые. Шортиков он не носил, только тунику навыпуск. Она тоже поражала яркой расцветкой — малиновой. На груди нашит герб — перекрещенные меч и дубовая ветвь. Значит, слуга. Бедные, недолго, наверное, живут, часто болеют.
За дверьми с барельефами на непонятные темы оказался огромный холл. Даже не так — огро-о-омный холл. Двухсветный, с тяжелыми расписными сводами и обходными галереями, он производил ошеломляющее впечатление.
Видимо, я открыла рот от восхищения, раз Свен наградил меня щелчком по подбородку. Больно, между прочим.
Слуга что-то спросил мага, кивнул и попросил обождать.
Свен махнул на кресла вдоль стен, но я отказалась садиться: верховая езда отбила все, что можно.
Ждать пришлось недолго. Через пару минут за нами вернулся уже другой слуга, не в таком фривольном наряде, судя по жезлу в руках, дворецкий или мажордом и повел на второй этаж.
По дороге успела полюбоваться на ковры, шпалеры и портреты высоких особ. Все они казались на одно лицо, только цвет волос, глаз и длина бороды разнились. От портретов веяло Средневековьем — те же неестественно высокие лбы, та же привычка прятать тело за семью печатями. Нет, я не за нудизм на фото, но волосы или шею открыть-то можно! А тут на женщинах головные уборы похлеще моего чепца. Хорошо, сейчас такого не носят! Под «сейчас» я понимала современную Галанию.
В комнате уютно пылал камин. Возле него, в окружении пяти кошек, сидела женщина. На лицо ее падала тень, поэтому пришлось довольствоваться созерцанием расшитого золотом атласа и бархата.
Судя по перстням на пальцах, передо мной та самая ее светлость, герцогиня то есть.
— Мне сказали, вы нашли мастера. — Голос ее светлости звонко отозвался под потолком. Я даже вздрогнула. Правы ученые, высокий тембр неприятен для слуха. — Это хорошо. Надеюсь, он удивит меня.
— Он постарается, ваша светлость.
Свен подошел к креслу, опустился на одно колено и припал в поцелуе к холеной руке.
Герцогиня обернулась, пришла моя очередь поклониться и опустить глаза. Но до этого я успела мельком разглядеть лицо ее светлости — женщина средних лет, симпатичная брюнетка с крикливым макияжем. Лицо сердечком, но мужчинам наверняка нравится.
Интересно, до меня снизойдут, или мне весь вечер предстоит рассматривать пол? Не спорю, ковер занятный, шелковый, с цветочками, но я не ткачиха, мне плетения неинтересны.
— Иран — мой двоюродный племянник. Он совсем юн, но талантлив. Уверен, это тот, кто вам нужен, -заливался соловьем Свен.
Вот тебе и молчун! Врать маг умел, так заливал о моих талантах и счастливых заказчиках, что сама заслушалась и поверила.
Герцогиня подозвала меня и скептически осмотрела. Лежавшая у нее на коленях кошка приподняла голову и одарила презрительным взглядом. Холеная такая, пушистая, белоснежная.
— Он же совсем мальчик! — поджала губы ее светлость.
— Но очень смышленый и образованный, — тут же возразил Свен. — Я за него ручаюсь!
— Хорошо, попробуем. Если мне понравится, оплачу работу, нет, — герцогиня ткнула пальцем в мага, — оплатите ремонт.
Свен недобро покосился на меня и кивнул.
Я сглотнула, поняв, во что ввязалась. Ненавижу мага!
Свен согласился и в третий раз заверил: герцогиня останется довольна.
Ее светлость улыбнулась и протянула руку. После шипения мага (казалось, будто он даст мне подзатыльник) я подавила брезгливость и поцеловала воздух над ладонью. А что, слюнявить чужую кожу невежливо, по этикету не положено. На Земле, во всяком случае. Кажется, в Галании иначе, раз ее светлость удивленно округлила глаза.
Герцогиня передала мне кошку и встала. Хвостатое существо завертелось буравчиком, пришлось отпустить его, чтобы не оцарапало. Осторожно, разумеется, а то окажусь в пожизненном кабальном рабстве у Свена.
— Вам покажут детскую и устроят на ночь.
Мы с магом вторично склонились в поклоне, а герцогиня вышла из комнаты, обдав запахом роз. Видимо, других духов у них еще не изобрели. Хотя, может, ей действительно этот аромат нравится. По мне — так чересчур простой.
Едва стихли шаги, я набросилась на Свена:
— Вы куда меня втянули? Какая детская, какие заказчики?
— Да замолчи ты, кошка бешеная! — маг легко перехватил мои запястья и обезопасил себя. — Сама говорила, что художница. Рисунки я видел, справишься.
Сморщившись от боли, попросила отпустить. Свен и не подумал, сжал еще сильнее, заставив вскрикнуть.
-зато истерика прошла, — философски заметил он и ослабил хватку. — Смотри у меня, девица из неизвестного мира! Возиться с тобой никто не собирается, не докажешь, что не клуша...
— … вышвырните на улицу? — закончила я.
— Продам в бордель, — усмехнулся Свен и, заметив мой испуг, пояснил: — Шучу. Лучше расскажи герцогине о тех штучках, что носишь под одеждой. Они ведь на тебе?
Кивнула и вторично попросила отпустить руки. Отпустил. Растирая кожу, назвала его грубияном — только рассмеялся.
— Где ты росла? У вас все такие неженки? Как только в трактире работала!
Пожала плечами. Быть поломойкой везде одинаково. Одинаково неприятно.
— Те вещички сними, выстирай и предложи герцогине. Скажи, сама придумала. Только не забывай, что сейчас мужчина!
— Угу, и как их показывать прикажете?
— Изобразишь свою сестру и покажешь. Я устрою.
Перспектива ходить без белья не радовала, о чем тут же сообщила Свену. Тот удивленно глянул на меня и заметил: все ходят. Весомый аргумент! Тогда зачем им лифчики предлагать? Загадка.
Не выдержав, задала второй мучивший вопрос: зачем было переодеваться в мужчину? Ответ оказался прост — женщине положено рожать детей, вести домашнее хозяйство, прислуживать, но никак не заниматься квалифицированным трудом. Разумеется, Свен объяснил все иными словами, но суть осталась прежней.
Оказывается, о нас не забыли. Дверь распахнулась, и очередной слуга в лосинах проводил к объекту будущих работ — детской. Там не оказалось ничего, только стены и узенькое оконце. Мне предстояло облагородить помещение, нарисовав пару назидательных сценок, и заняться дизайном. Настоящая дипломная практика!
— Ну как, сможешь? — поинтересовался Свен.
Кивнула и задумалась: а что в Галании читают в назидание детям? Вдруг не поймут земные сюжеты? Ладно, выберу нейтральные, разбавлю зверушками и понадеюсь, что фреска — это не так сложно, как кажется на первый взгляд.
После нас ждал ужин. Подали его в столовую. Видимо, маг, даже цеховой, человек уважаемый, раз не со слугами есть посадили.
Ее светлость с родственниками восседала во главе стола. Детей не было. Ну да, взрослые отдельно, малышня отдельно. Кстати, сколько лет юным графам и графиням? Вдруг они взрослые, а я им мишек нарисую? Тихонько спросила об этом Свена, который спокойно, в отличие от меня, жевал курицу под каким-то соусом. Тот проглотил кусок и ответил: четыре, шесть, десять и двенадцать. Детская для малышей.
Поневоле с уважением взглянула на герцогиню. Четверо детей! Мать— героиня! Потом выяснилось, в Галании это не предел. Безопасного секса тут не существует, поэтому количество детей зависит от активности мужа. Выяснила я все это случайно и гораздо позже, а пока восхищалась ее светлостью и гадала, где же его светлость. Оказалось, живет в столице. Понятно, пока жена воспитывает детей, сам по бабам.
Ее светлость обратила внимание присутствующих на Свена, назвала его благодетелем и выразила желание лично отблагодарить за избавление от «ужасной мерзкой ведьмы». Оказывается, маг успел сдать голову убитой на хранение кому-то из местных и теперь купался в лучах славы. Наверное, поэтому с такой готовностью и переводил, хотя я и так бы связала слова «кадара», «столья», то есть «благодарность» и его имя.
Герцогиня пообещала Свену похлопотать за него в столице. Видимо, того ждала государственная награда. Сейчас же маг удостоился перстня с пальца ее светлости с дорогими зелеными гранатами. На мой взгляд, камни в такой массивной оправе действительно лучше смотрелись на мужской руке.
За ужином пришлось пить вино. Много пить, и, признаться, я слегка захмелела. Свену пришлось поддерживать меня, когда вслед за пляшущим пламенем свечи мы шли в выделенные комнаты.
Оказалось, поселили нас в одной. И, разумеется, кровать тоже была одна. Ну да, двое мужчин — нормально, это же Средневековье! Только я девушка и не очень верю в обет безбрачия спутника.
Свена же ничуть не волновала ночь в моем обществе. Он спокойно разделся до пояса и поплескался в тазу. Заметив, что я так и стою каменным изваянием у стеночки, поторопил: «Вода быстро стынет!»
Слегка ополоснула лицо и обернулась к кровати, прикидывая, где бы устроиться. Пожалуй, ближе к двери: от стен дует. Из коридора тоже тянет сквозняком, но в той части комнаты теплый бок печи.
— Ну, чего встала? — Свен уселся на кровать и стянул сапоги. — Стесняешься, что ли?
Мотнула головой и решительно направилась к кровати. Право слово, Ира, не маньяк же он! А если и полезет голым спать, то чего ты там не видела? Сама ж ты не разденешься, хотя бы по соображениям здоровья — простудиться в исподнем в таком помещении несложно.
Штаны маг не снял, покосился на меня и передумал. Залез под одеяло и буркнул, чтобы потушила свечу и не колобродила. Хозяин — барин. Задула пламя и, повозившись в темноте с собственной обувью, как была, юркнула в постель. Не удержавшись, зевнула, подумав, что день выдался нелегкий, и провалилась в сон.
Утро ворвалось в мою жизнь легкой головной болью и храпом Свена. Маг развалился на кровати и всласть посапывал. Продрав глаза, села, потянулась и взглянула на Свена — даже во сне тот хмурился. Вот ведь человек!
Уснуть снова все равно бы не получилось, поэтому встала, почесалась (стыдно, не спорю, но с гигиеной в Галании плохо) и поплелась за ширму, где располагались нехитрые удобства.
Я успела справить свои дела и поплескаться во вчерашней воде, а Свен все храпел. Вот они, маги! Да меня в трактире еще на рассвете бы подняли, а за окном уже… Кстати, сколько? Тихо прокралась к щели, которую по ошибке назвали окном, отдернула занавеску и подставила лицо солнцу. Как я по нему соскучилась!
Оказывается, внутренний двор замка поутру — преинтересное зрелище, с успехом заменяет телевизор. Во всяком случае, мне все было внове.
Ранние пташки— слуги порхали с ведрами, чистили ступени, носились туда— сюда. Выгуливали и чистили лошадей, разгружали подводы для кухни. Вот бы все это зарисовать, а еще лучше сфотографировать.
Покосилась на спящего мага и задумалась. С одной стороны, неплохо бы позавтракать и заняться детской, хотя бы эскиз дизайна нарисовать, с другой, мой галанийский не на том уровне, чтобы свободно общаться с местными. Нет, я уже многое понимаю, об остальном догадываюсь, но от учебника бы не отказалась. Решено, если Свен хочет заработать на мне кучу денег (иначе зачем бы он ввязался в эту авантюру), то пусть снабдит литературой. Переводчик — это хорошо, но без него лучше.
Решившись, оправила одежду, заново засунула в нужные места сползшие носки и открыла дверь. В случае чего притворюсь немой.
Коридоры казались бесконечными и напоминали лабиринт. К примеру, вон те доспехи с алым плюмажем я видела раза три, не меньше. В итоге с горем пополам добрела до лестницы и задумалась, где же кухня. По логике — внизу, в отдельном корпусе. Значит, мне вниз, а потом… Помнится, кухня и замок соединялись крытым переходом, только где его искать?
По дороге мне встретился слуга. Обрадовавшись, пристала к нему с вопросом, где кухня, благо это слово я знала. Бедняге пришлось объяснять жестами, потому что из всего потока слов понятным оказалось только «налево». Поблагодарив, поспешила прочь. Надеюсь, меня не объявят местным сумасшедшим?
Завтрак выдался изумительным и, главное, мне не пришлось его выпрашивать.
С удовольствием уплетала за обе щеки омлет с ветчиной и не заметила появления Свена. Заспанный и хмурый, он глянул так, будто я совершила преступление. Проигнорировав его взгляд, спокойно продолжила трапезу, вслушиваясь в болтовню прислуги. Кухня — место привычное и понятное, здесь легче всего обогатить свой словарный запас.
Маг плюхнулся рядом и сердито накричал на кухарку. За что — пес его знает, у Свена всегда повод найдется. К счастью, мне он ничего не сказал, позволил доесть. Не желая, чтобы Свен маячил за спиной, попросила его только проводить в детскую и принести мне бумагу и карандашей.
— Нет уж, я посмотрю.
Хорошо, лишь бы не мешал.
Через полчаса я устроилась на полу в позе лотоса с угольком в руке.
Первым делом, начертила план комнаты и измерила расстояния. Выбрала масштаб 1 к 100. Вроде бы, все уместилось.
Итак, детская. Перво-наперво выберем цветовую гамму. У нас девочки, так что остановимся на пастельных тонах. Традиционный розовый, фиолетовый, слоновая кость. Теперь мебель. Безусловно, кровать, даже две кроватки, потому что дети имеют право на собственное личное пространство. Над каждой — полог, будто облако. Да, именно облако! А еще на нем будут солнце и звезды. Также понадобятся комод, ящик для игрушек, столик и пара стульев. На полу — ковер. Пусть он напоминает луг. Точно, а занавески на окнах украсим — побегами лиан и цветами.
Теперь рисунки. Назидательные, значит… Изобразим— ка сказку о Золушке. Чем не идеальный сюжет для девочек? История о труде и доброте, за которую судьба вознаградила любовью.
Взяла второй толстый лист и, задумавшись, набросала эскизы росписей. Решила взять ключевые сцены известной сказки, потолок же просто украсить рисованными гирляндами лент по периметру. На большее я не способна, но роспись наверняка произведет фурор. Тут ведь даже не Ренессанс, нет еще Тьеполо и Рафаэля.
Теперь бы воплотить планов громадье! Ладно, глаза боятся, а руки делают.
Заляпанная краской, я парила под потолком с кистью в зубах. Рядом на стремянке стояли ведерки с краской. Пахли они непередаваемо, оттенок давали такой же, из цикла: «Сюрприз!», но русский человек не привык сдаваться.
Герцогине эскиз понравился, она даже разрешила заказать мебель по своему усмотрению и выдала солидную сумму на расходы. Тут же припахала Свена, чтобы не просто так капусту стриг, отправила торговаться со столярами и купцами. Тот поворчал, но согласился, правда, бросил одну на пару дней в герцогском замке. Меня это особо не волновало. Кормить кормили, красками снабдили, грунтом и прочими вещами тоже, проживу и без толмача.
Первой фреской на тему Золушки осталась несказанно горда. Такая душещипательная сценка! Злобная мачеха, надутые дочки и бедная сиротка при живом отце. Драит полы, стирает белье, носит тряпье, в то время, как ее домочадцы прозябают в праздности и обжираются деликатесами.
Второй сюжет превозносил душевные качества Золушки: она одаривала милостыней бедных и помогала другим людям. Тут на помощь пришло знакомое христианство с его заповедями.
Далее — прекрасный принц и бал. Он предпочел Золушку ее вредным сестрам. Оно и понятно — я постаралась сделать героиню красавицей.
Лошадь нашу тут же увели, а нас встретил наряженный не по погоде мужчина. Зима на дворе, а на нем лосины. Симпатичные такие, оливковые. Только ноги у мужчины кривые. Шортиков он не носил, только тунику навыпуск. Она тоже поражала яркой расцветкой — малиновой. На груди нашит герб — перекрещенные меч и дубовая ветвь. Значит, слуга. Бедные, недолго, наверное, живут, часто болеют.
За дверьми с барельефами на непонятные темы оказался огромный холл. Даже не так — огро-о-омный холл. Двухсветный, с тяжелыми расписными сводами и обходными галереями, он производил ошеломляющее впечатление.
Видимо, я открыла рот от восхищения, раз Свен наградил меня щелчком по подбородку. Больно, между прочим.
Слуга что-то спросил мага, кивнул и попросил обождать.
Свен махнул на кресла вдоль стен, но я отказалась садиться: верховая езда отбила все, что можно.
Ждать пришлось недолго. Через пару минут за нами вернулся уже другой слуга, не в таком фривольном наряде, судя по жезлу в руках, дворецкий или мажордом и повел на второй этаж.
По дороге успела полюбоваться на ковры, шпалеры и портреты высоких особ. Все они казались на одно лицо, только цвет волос, глаз и длина бороды разнились. От портретов веяло Средневековьем — те же неестественно высокие лбы, та же привычка прятать тело за семью печатями. Нет, я не за нудизм на фото, но волосы или шею открыть-то можно! А тут на женщинах головные уборы похлеще моего чепца. Хорошо, сейчас такого не носят! Под «сейчас» я понимала современную Галанию.
В комнате уютно пылал камин. Возле него, в окружении пяти кошек, сидела женщина. На лицо ее падала тень, поэтому пришлось довольствоваться созерцанием расшитого золотом атласа и бархата.
Судя по перстням на пальцах, передо мной та самая ее светлость, герцогиня то есть.
— Мне сказали, вы нашли мастера. — Голос ее светлости звонко отозвался под потолком. Я даже вздрогнула. Правы ученые, высокий тембр неприятен для слуха. — Это хорошо. Надеюсь, он удивит меня.
— Он постарается, ваша светлость.
Свен подошел к креслу, опустился на одно колено и припал в поцелуе к холеной руке.
Герцогиня обернулась, пришла моя очередь поклониться и опустить глаза. Но до этого я успела мельком разглядеть лицо ее светлости — женщина средних лет, симпатичная брюнетка с крикливым макияжем. Лицо сердечком, но мужчинам наверняка нравится.
Интересно, до меня снизойдут, или мне весь вечер предстоит рассматривать пол? Не спорю, ковер занятный, шелковый, с цветочками, но я не ткачиха, мне плетения неинтересны.
— Иран — мой двоюродный племянник. Он совсем юн, но талантлив. Уверен, это тот, кто вам нужен, -заливался соловьем Свен.
Вот тебе и молчун! Врать маг умел, так заливал о моих талантах и счастливых заказчиках, что сама заслушалась и поверила.
Герцогиня подозвала меня и скептически осмотрела. Лежавшая у нее на коленях кошка приподняла голову и одарила презрительным взглядом. Холеная такая, пушистая, белоснежная.
— Он же совсем мальчик! — поджала губы ее светлость.
— Но очень смышленый и образованный, — тут же возразил Свен. — Я за него ручаюсь!
— Хорошо, попробуем. Если мне понравится, оплачу работу, нет, — герцогиня ткнула пальцем в мага, — оплатите ремонт.
Свен недобро покосился на меня и кивнул.
Я сглотнула, поняв, во что ввязалась. Ненавижу мага!
Свен согласился и в третий раз заверил: герцогиня останется довольна.
Ее светлость улыбнулась и протянула руку. После шипения мага (казалось, будто он даст мне подзатыльник) я подавила брезгливость и поцеловала воздух над ладонью. А что, слюнявить чужую кожу невежливо, по этикету не положено. На Земле, во всяком случае. Кажется, в Галании иначе, раз ее светлость удивленно округлила глаза.
Герцогиня передала мне кошку и встала. Хвостатое существо завертелось буравчиком, пришлось отпустить его, чтобы не оцарапало. Осторожно, разумеется, а то окажусь в пожизненном кабальном рабстве у Свена.
— Вам покажут детскую и устроят на ночь.
Мы с магом вторично склонились в поклоне, а герцогиня вышла из комнаты, обдав запахом роз. Видимо, других духов у них еще не изобрели. Хотя, может, ей действительно этот аромат нравится. По мне — так чересчур простой.
Едва стихли шаги, я набросилась на Свена:
— Вы куда меня втянули? Какая детская, какие заказчики?
— Да замолчи ты, кошка бешеная! — маг легко перехватил мои запястья и обезопасил себя. — Сама говорила, что художница. Рисунки я видел, справишься.
Сморщившись от боли, попросила отпустить. Свен и не подумал, сжал еще сильнее, заставив вскрикнуть.
-зато истерика прошла, — философски заметил он и ослабил хватку. — Смотри у меня, девица из неизвестного мира! Возиться с тобой никто не собирается, не докажешь, что не клуша...
— … вышвырните на улицу? — закончила я.
— Продам в бордель, — усмехнулся Свен и, заметив мой испуг, пояснил: — Шучу. Лучше расскажи герцогине о тех штучках, что носишь под одеждой. Они ведь на тебе?
Кивнула и вторично попросила отпустить руки. Отпустил. Растирая кожу, назвала его грубияном — только рассмеялся.
— Где ты росла? У вас все такие неженки? Как только в трактире работала!
Пожала плечами. Быть поломойкой везде одинаково. Одинаково неприятно.
— Те вещички сними, выстирай и предложи герцогине. Скажи, сама придумала. Только не забывай, что сейчас мужчина!
— Угу, и как их показывать прикажете?
— Изобразишь свою сестру и покажешь. Я устрою.
Перспектива ходить без белья не радовала, о чем тут же сообщила Свену. Тот удивленно глянул на меня и заметил: все ходят. Весомый аргумент! Тогда зачем им лифчики предлагать? Загадка.
Не выдержав, задала второй мучивший вопрос: зачем было переодеваться в мужчину? Ответ оказался прост — женщине положено рожать детей, вести домашнее хозяйство, прислуживать, но никак не заниматься квалифицированным трудом. Разумеется, Свен объяснил все иными словами, но суть осталась прежней.
Оказывается, о нас не забыли. Дверь распахнулась, и очередной слуга в лосинах проводил к объекту будущих работ — детской. Там не оказалось ничего, только стены и узенькое оконце. Мне предстояло облагородить помещение, нарисовав пару назидательных сценок, и заняться дизайном. Настоящая дипломная практика!
— Ну как, сможешь? — поинтересовался Свен.
Кивнула и задумалась: а что в Галании читают в назидание детям? Вдруг не поймут земные сюжеты? Ладно, выберу нейтральные, разбавлю зверушками и понадеюсь, что фреска — это не так сложно, как кажется на первый взгляд.
После нас ждал ужин. Подали его в столовую. Видимо, маг, даже цеховой, человек уважаемый, раз не со слугами есть посадили.
Ее светлость с родственниками восседала во главе стола. Детей не было. Ну да, взрослые отдельно, малышня отдельно. Кстати, сколько лет юным графам и графиням? Вдруг они взрослые, а я им мишек нарисую? Тихонько спросила об этом Свена, который спокойно, в отличие от меня, жевал курицу под каким-то соусом. Тот проглотил кусок и ответил: четыре, шесть, десять и двенадцать. Детская для малышей.
Поневоле с уважением взглянула на герцогиню. Четверо детей! Мать— героиня! Потом выяснилось, в Галании это не предел. Безопасного секса тут не существует, поэтому количество детей зависит от активности мужа. Выяснила я все это случайно и гораздо позже, а пока восхищалась ее светлостью и гадала, где же его светлость. Оказалось, живет в столице. Понятно, пока жена воспитывает детей, сам по бабам.
Ее светлость обратила внимание присутствующих на Свена, назвала его благодетелем и выразила желание лично отблагодарить за избавление от «ужасной мерзкой ведьмы». Оказывается, маг успел сдать голову убитой на хранение кому-то из местных и теперь купался в лучах славы. Наверное, поэтому с такой готовностью и переводил, хотя я и так бы связала слова «кадара», «столья», то есть «благодарность» и его имя.
Герцогиня пообещала Свену похлопотать за него в столице. Видимо, того ждала государственная награда. Сейчас же маг удостоился перстня с пальца ее светлости с дорогими зелеными гранатами. На мой взгляд, камни в такой массивной оправе действительно лучше смотрелись на мужской руке.
За ужином пришлось пить вино. Много пить, и, признаться, я слегка захмелела. Свену пришлось поддерживать меня, когда вслед за пляшущим пламенем свечи мы шли в выделенные комнаты.
Оказалось, поселили нас в одной. И, разумеется, кровать тоже была одна. Ну да, двое мужчин — нормально, это же Средневековье! Только я девушка и не очень верю в обет безбрачия спутника.
Свена же ничуть не волновала ночь в моем обществе. Он спокойно разделся до пояса и поплескался в тазу. Заметив, что я так и стою каменным изваянием у стеночки, поторопил: «Вода быстро стынет!»
Слегка ополоснула лицо и обернулась к кровати, прикидывая, где бы устроиться. Пожалуй, ближе к двери: от стен дует. Из коридора тоже тянет сквозняком, но в той части комнаты теплый бок печи.
— Ну, чего встала? — Свен уселся на кровать и стянул сапоги. — Стесняешься, что ли?
Мотнула головой и решительно направилась к кровати. Право слово, Ира, не маньяк же он! А если и полезет голым спать, то чего ты там не видела? Сама ж ты не разденешься, хотя бы по соображениям здоровья — простудиться в исподнем в таком помещении несложно.
Штаны маг не снял, покосился на меня и передумал. Залез под одеяло и буркнул, чтобы потушила свечу и не колобродила. Хозяин — барин. Задула пламя и, повозившись в темноте с собственной обувью, как была, юркнула в постель. Не удержавшись, зевнула, подумав, что день выдался нелегкий, и провалилась в сон.
Утро ворвалось в мою жизнь легкой головной болью и храпом Свена. Маг развалился на кровати и всласть посапывал. Продрав глаза, села, потянулась и взглянула на Свена — даже во сне тот хмурился. Вот ведь человек!
Уснуть снова все равно бы не получилось, поэтому встала, почесалась (стыдно, не спорю, но с гигиеной в Галании плохо) и поплелась за ширму, где располагались нехитрые удобства.
Я успела справить свои дела и поплескаться во вчерашней воде, а Свен все храпел. Вот они, маги! Да меня в трактире еще на рассвете бы подняли, а за окном уже… Кстати, сколько? Тихо прокралась к щели, которую по ошибке назвали окном, отдернула занавеску и подставила лицо солнцу. Как я по нему соскучилась!
Оказывается, внутренний двор замка поутру — преинтересное зрелище, с успехом заменяет телевизор. Во всяком случае, мне все было внове.
Ранние пташки— слуги порхали с ведрами, чистили ступени, носились туда— сюда. Выгуливали и чистили лошадей, разгружали подводы для кухни. Вот бы все это зарисовать, а еще лучше сфотографировать.
Покосилась на спящего мага и задумалась. С одной стороны, неплохо бы позавтракать и заняться детской, хотя бы эскиз дизайна нарисовать, с другой, мой галанийский не на том уровне, чтобы свободно общаться с местными. Нет, я уже многое понимаю, об остальном догадываюсь, но от учебника бы не отказалась. Решено, если Свен хочет заработать на мне кучу денег (иначе зачем бы он ввязался в эту авантюру), то пусть снабдит литературой. Переводчик — это хорошо, но без него лучше.
Решившись, оправила одежду, заново засунула в нужные места сползшие носки и открыла дверь. В случае чего притворюсь немой.
Коридоры казались бесконечными и напоминали лабиринт. К примеру, вон те доспехи с алым плюмажем я видела раза три, не меньше. В итоге с горем пополам добрела до лестницы и задумалась, где же кухня. По логике — внизу, в отдельном корпусе. Значит, мне вниз, а потом… Помнится, кухня и замок соединялись крытым переходом, только где его искать?
По дороге мне встретился слуга. Обрадовавшись, пристала к нему с вопросом, где кухня, благо это слово я знала. Бедняге пришлось объяснять жестами, потому что из всего потока слов понятным оказалось только «налево». Поблагодарив, поспешила прочь. Надеюсь, меня не объявят местным сумасшедшим?
Завтрак выдался изумительным и, главное, мне не пришлось его выпрашивать.
С удовольствием уплетала за обе щеки омлет с ветчиной и не заметила появления Свена. Заспанный и хмурый, он глянул так, будто я совершила преступление. Проигнорировав его взгляд, спокойно продолжила трапезу, вслушиваясь в болтовню прислуги. Кухня — место привычное и понятное, здесь легче всего обогатить свой словарный запас.
Маг плюхнулся рядом и сердито накричал на кухарку. За что — пес его знает, у Свена всегда повод найдется. К счастью, мне он ничего не сказал, позволил доесть. Не желая, чтобы Свен маячил за спиной, попросила его только проводить в детскую и принести мне бумагу и карандашей.
— Нет уж, я посмотрю.
Хорошо, лишь бы не мешал.
Через полчаса я устроилась на полу в позе лотоса с угольком в руке.
Первым делом, начертила план комнаты и измерила расстояния. Выбрала масштаб 1 к 100. Вроде бы, все уместилось.
Итак, детская. Перво-наперво выберем цветовую гамму. У нас девочки, так что остановимся на пастельных тонах. Традиционный розовый, фиолетовый, слоновая кость. Теперь мебель. Безусловно, кровать, даже две кроватки, потому что дети имеют право на собственное личное пространство. Над каждой — полог, будто облако. Да, именно облако! А еще на нем будут солнце и звезды. Также понадобятся комод, ящик для игрушек, столик и пара стульев. На полу — ковер. Пусть он напоминает луг. Точно, а занавески на окнах украсим — побегами лиан и цветами.
Теперь рисунки. Назидательные, значит… Изобразим— ка сказку о Золушке. Чем не идеальный сюжет для девочек? История о труде и доброте, за которую судьба вознаградила любовью.
Взяла второй толстый лист и, задумавшись, набросала эскизы росписей. Решила взять ключевые сцены известной сказки, потолок же просто украсить рисованными гирляндами лент по периметру. На большее я не способна, но роспись наверняка произведет фурор. Тут ведь даже не Ренессанс, нет еще Тьеполо и Рафаэля.
Теперь бы воплотить планов громадье! Ладно, глаза боятся, а руки делают.
ГЛАВА 7. Успех и неприятности ходят рядом
Заляпанная краской, я парила под потолком с кистью в зубах. Рядом на стремянке стояли ведерки с краской. Пахли они непередаваемо, оттенок давали такой же, из цикла: «Сюрприз!», но русский человек не привык сдаваться.
Герцогине эскиз понравился, она даже разрешила заказать мебель по своему усмотрению и выдала солидную сумму на расходы. Тут же припахала Свена, чтобы не просто так капусту стриг, отправила торговаться со столярами и купцами. Тот поворчал, но согласился, правда, бросил одну на пару дней в герцогском замке. Меня это особо не волновало. Кормить кормили, красками снабдили, грунтом и прочими вещами тоже, проживу и без толмача.
Первой фреской на тему Золушки осталась несказанно горда. Такая душещипательная сценка! Злобная мачеха, надутые дочки и бедная сиротка при живом отце. Драит полы, стирает белье, носит тряпье, в то время, как ее домочадцы прозябают в праздности и обжираются деликатесами.
Второй сюжет превозносил душевные качества Золушки: она одаривала милостыней бедных и помогала другим людям. Тут на помощь пришло знакомое христианство с его заповедями.
Далее — прекрасный принц и бал. Он предпочел Золушку ее вредным сестрам. Оно и понятно — я постаралась сделать героиню красавицей.
