Солдаты испуганно попятились, не решаясь вступать в открытую конфронтацию с магом.
— Он не всесилен, — проскрипел чей-то голос в паре шагов от меня. — Чего испугались, трусы?
За спиной Андреаса, чуть выше по улице, замерло еще двое всадников. Один из них, с массивной цепью на груди, и рваной седоватой бородкой, насупившись, вскинул руку с какой-то деревяшкой. Издали она походила на короткую палку, но я догадывалась, это посох. Ни у Свена, ни у Андреаса такого не было, из чего напрашивался логичный вывод — передо мной очень сильный маг.
— Сзади! — я отчаянно замахала руками, привлекая внимание Андреаса.
Догадываюсь, чем все это для меня обернется, но нельзя оставить в беде спасителя.
Андреас успел среагировать и уклониться от голубой молнии, вылетевшей из палки— посоха. Маг умело рухнул на грязный снег, перекатился, не размыкая рук, и из положения полулежа выпустил свое заклинание.
— Девка ему помогает!
Даже не знаю, смеяться или плакать. Не успела решить одну проблему — навалилась вторая, я снова влипла. Не любит Ио попаданок, как пить дать, не любит!
Спрятаться решительно негде, только в трактир юркнуть. Что, собственно, я и сделала, едва не рухнув с порога: пол оказался ниже на добрую ладонь.
Куда дальше? Правильно, на кухню. Туда я и устремилась, надеясь, что там, как и в моей таверне, есть черный ход. Солдаты — существа прямолинейные, трактир не обложат, девку, то есть меня, всем отрядом ловить не станут.
Оглянулась затравленным зверем и метнулась в приоткрытую дверь, едва не сбив с ног подавальщицу. Та одарила меня ругательством, которое в приличном месте не повторишь.
Так, без маскарада не обойдешься. Здравствуй, мальчик, прощай, девочка! Прихватила полотенце и морковку, чтобы, отдышавшись, в безопасном месте сменить пол. Оставалось лицо и волосы. На макияж времени нет, поэтому первое оставила без изменений, а вторые на бегу скрыла под чьей-то косынкой. Получился юный пират. Ох, только бы помогло!
Не надеясь на удачу, выскочила во двор и взобралась на поленницу. Но капризная дама повернулась-таки лицом, и я благополучно приземлилась на задворках чьего-то огорода. И, о счастье, на веревках там сушилось белье.
План действий мгновенно поменялся, морковка стала не нужна.
Схватив юбку и чепец, юркнула за сарай, где спешно, наплевав на холод, переоделась. Старые вещи засунула под юбку: она оказалась широка в талии. Теперь оставалось притвориться крестьянкой и выбраться из деревни. Да, и самое главное, не столкнуться с хозяйкой вещей.
Заслышав шум, скрылась в сарае, изобразив бурную деятельность по сбору лучины. Как раз вовремя — солдаты оказались настойчивыми, заглянули и увидели мой зад. Без куртки — ее я благоразумно временно скинула, в юбке, рубашке и чепце я не походила на беглянку, поэтому никто меня не схватил. Солдаты только окликнули, спросили, не видела ли мерзавку в штанах. Притворившись немой, замычала, капая слюной — охота разговаривать тут же пропала, и солдаты ушли. Уфф, пронесло!
Подождав немного, выскользнула из убежища и едва не попала под горячую руку хозяйки. Пропажу вещей она пока не заметила, а вот незваной гостье на подворье не обрадовалась.
Оказавшись по ту сторону калитки, задумалась, куда податься. Так и так выходило, что путь один — в трактир. Кто ж его знает, как далеко до другой деревни, можно день идти, а то и два. Да и в Нурбок своим ходом не попаду.
Кружным путем направилась к отправной точке вынужденного бегства, надеясь, что маг с посохом уже уехал.
Внезапно чья-то рука зажала рот, а вторая обхватила вокруг талии.
«Тсс!» — шепнул Андреас, склонившись к самому уху, и куда-то потащил. Я не сопротивлялась: плохого маг не сделает. Кажется, его ранили: на одежде темнело пятно.
Андреас перешел на бег и практически волочил меня по снегу. Оказалось, к лошади. Откуда он ее взял, спрашивать не стала, куда собирается везти, тоже, потому что в ушах уже стояли крики: «Вот он!»
— Прости, не хотел тебя впутывать, — Андреас, скривившись, вскочил в седло, подтянул меня и пустил лошадь галопом.
Мы все дальше и дальше удалялись от Нурбока, но думала я совсем о другом: первоочередной задачей было остаться в живых.
— Я влил в лошадь силу — не догонят, -заверил Андреас. — Если настигнут, достойно защищаться уже не смогу.
— Так вы свою отдали? — догадалась я.
Маг не ответил. Он шумно дышал, временами бросая тревожные взгляды через плечо. Не на меня — проверял, гоняться ли за нами.
Преследователи постепенно отставали, а потом и вовсе скрылись из глаз.
Когда Андреас резко натянул поводья, я не сразу поняла, что пришло время слезать.
— Развилка, — коротко сообщил маг. — Не та, но тоже хорошая. Ты прости, надо было поступить так, как собирался, а я тебя до деревни проводил... Ничего, лица они не запомнили, обойдется.
— Там, — Андреас указал направление, — крупное сельцо. К обеду дойдешь. Еще раз прощай. Пойду следы заметать.
— Артефакт прятать? — не удержавшись, спросила я.
— Вот об этом забудь! — неожиданно резко ответил Андреас, ссадил меня в сугроб и ускакал.
А я… А что я? Побрела себе к деревне, надеясь, что маг не приврал насчет плохой зрительной памяти солдат. Теперь встреча с ним не казалась таким уж подарком судьбы.
Я тряслась на телеге и гадала, доеду ли до Нурбока. Повсюду мерещились солдаты и крики: «Держи девку!» Я даже спала плохо, то и дело просыпалась, испуганно прижимая к груди кошелек.
Вопреки опасениям, на чердаке, где трактирщик сдавал комнатушку для постояльцев, меня не потревожил никто, кроме клопов и пауков. И то хорошо, потому что переживаний за последние дни мне хватило с лихвой.
Деньги, несомненно, великая вещь. Ну, кто бы согласился подвести девицу за красивые глаза, да еще кормить и поить ее?
Я благоразумно не показывала кошелек, расплатилась мелочью: пусть думают, будто у меня одни ассы. В трактирах тоже дукатами не щеголяла, извлекала монетки из платка, сохранившемся со времен моего карнавала в замке ее светлости. Словом, старательно изображала бедную мещаночку. На вопросы, зачем мне в Нурбок, хлопала ресницами и отвечала: к мужу, от матери возвращаюсь. После этого мужчины теряли интерес. Видимо, замужние дамы менее притягательны, или просто супруга боятся: я ведь сказала, что он маг. Как раз для предотвращения непристойных предложений.
Видимо, Андреас не обманул, и стражи закона не запомнили меня в лицо. Во всяком случае, встречавшиеся по дороге солдаты проезжали мимо.
Градус настроения медленно, но верно повышался. Оставалось только благополучно миновать ворота Нурбока и юркнуть в дом Свена. Там и только там я ощущала себя в полной безопасности.
К городу подъехали во второй половине дня, но еще до заката.
Возница сгрузил меня перед воротами. Дальше предстояло топать ножками. На ломаном галанийском сердечно поблагодарив крестьянина за заботу, затерялась в толпе таких же страждущих попасть в Нурбок.
Боялась ли я? А то! Воображение десятки раз опустило на голову решетку, пронзило стрелами и кинуло в тюрьму. Но у страха глаза велики, а стражники ленивы. Они всего-то потребовали заплатить входную пошлину, а услышав о Свене, и вовсе потеряли интерес. Теперь понятно, почему в Галании процветает преступность.
В город я попала через незнакомые ворота, поэтому долго плутала, пока оказалась на нужной улочке. Плутала не так, как в первый день в Нурбоке, а старалась сориентироваться по известным координатам. Перво-наперво дошла до собора, затем до «Дикого кабана», а там уж доковыляла по лабиринту улиц до городских стен.
Свена дома не оказалось. Меня встретила встревоженная Агна. Служанка, кажется, искренне волновалась, потому что расцеловала в обе щеки и потащила на кухню кормить обедом. И не просто обедом, а разными вкусностями. Я прониклась, расплакалась и поблагодарила за заботу.
— Я уж думала, убили тебя, деточка! — Агна колдовала над тестом для пирога с мочеными яблоками. — А этот изверг даже искать не стал. Мол, что на роду написано…
Ясно, напрасно надеялась на Свена. Получил деньги и все, свободна!
Внутри невольно закипала злость, хотелось высказать магу наболевшее, не стесняясь в выражениях.
Быстро дожевав остатки каши с сухофруктами, спросила, где искать мерзавца. Агна понятия не имела, но стража наверняка в курсе.
Позабыв о том, что еще пару часов назад дрожала от одного взгляда солдат, преисполнившись праведного гнева, отправилась к воротам.
После короткого эмоционального общения выяснила, что Свен у сержанта, чинит какие-то амулеты, и направилась в указанном направлении. Вслед полетели смешки: «Ох, горячая девка!» и двусмысленные шуточки. Кажется, солдаты решили, будто я любовница Свена. Ладно, разубеждать не стану, иначе не поймут, почему вдруг живу в доме мага. Тут ведь вариантов немного: жена, любовница, близкая родственница. Второй вызывает меньше всего вопросов, которые, ой, как мне не нужны.
Сержант жил неподалеку, в угловом доме, приютившемся рядом с кабачком. На первом этаже — скобяная лавка, на втором — комнатушка офицера. Сразу видно, сколько получает обычный труженик меча, и сколько — маг.
Вход оказался с проулка, пришлось протискиваться между бочками и грудами мусора. Тут и крысы водились, но я уже не обращала на них внимания. Грызуны — неотъемлемая часть средневековых городов, они даже в наших, современных, водятся. Трави не трави, а пара блестящих любопытных темных глаз нет— нет и выглянет из помойки.
Толкнув дверь, поднялась по скрипучей, дышавшей на ладан лестнице.
Сверху доносились голоса. Что-то не похоже, чтобы Свен работал.
Маг сидел за столом перед единственным узким оконцем и, отхлебывая из кружки бурый напиток неизвестного происхождения, ковырялся в груде подвесок. Временами Свен чертыхался и будто что-то стряхивал с пальцев.
Сержант устроился на узкой койке, тоже с кружкой, и травил байки.
— Значит, сдохла — и хорошо? — вместо приветствия выпалила я, но подойти к магу побоялась: подвески на столе подозрительно светились.
Свен поднял голову и обернулся. Кажется, меньше всего на свете он ожидал увидеть меня, во всяком случае, выражение недовольства на лице сменилось крайним удивлением. Свен даже не отчитал за то, что помешала работе — и это с его-то сварливым характером!
— Ладно, Хант, дома доделаю, завтра занесу, — маг сгреб амулеты-подвески со стола в карман.
Сержант понимающе кивнул и пожелал удачи в бою.
— Ничего, я на минутку. Просто хотела сказать, какая вы свинья. Собственно, все, работайте дальше.
Запал прошел, кричать на людях не хотелось. Мы с Денисом никогда при свидетелях не ссорились, выясняли отношения исключительно между собой. А тут даже не парень, а просто знакомый. Стоит ли из-за него прослыть истеричкой? Хотя, что греха таить, относиться к Свену, как прежде, после слов Агны я не могла и впервые задумалась: не перебраться ли в другое место? Выполнить заказ ее светлости и без мага сумею, язык уже сносно знаю, деньги заработаю…
Развернулась и, окрыленная собственной самостоятельностью в чужом мире, зашагала прочь. Я успела спуститься ровно на две ступеньки, когда на плечи легли руки Свена, и нога беспомощно повисла в воздухе.
— Ты ничего не перепутала, Иранэ? — вкрадчиво поинтересовался маг.
Гадая, о чем конкретно речь, помотала головой, и пересказала слова Агны.
— Думаете, мне приятно услышать такое?
— Вернулась же, — философски ответил Свен, отпустил и подтолкнул вниз. — Иди уже!
— Никаких денег вам больше не будет, — мстительно пообещала я. — Раз не нужна…
— Я с ней вожусь, а она капризничает! Могу ведь на улицу выгнать, ничего не держит, но терплю же. И я не говорил, будто бы твоя смерть — это хорошо. Просто, по мнению Агны, я должен был бросить работу и искать тебя под каждым кустом. А у нас тут твари всякие объявились…
Не удержавшись, обернулась и заявила, что ожидала хоть чуточку сочувствия и внимания. В ответ Свен усмехнулся и поволок в ближайший кабачок. Я попыталась воспротивиться, но маг затолкал-таки в темный душный зал. Он был полон солдатами, ремесленниками и личностями сомнительного вида. Сама бы ни за что в такое заведение не сунулась, но у Свена, видимо, иные пристрастия. Надеюсь, никто не попытается меня убить или ограбить — маг ведь не заступится.
Сжимая мою ладонь, Свен направился к столику с двумя выпивохами и без слов вытолкал их с насиженного места. Те попытались было возмутиться, но маг пригрозил: «Прокляну». Пьяницы с тоской ретировались на улицу.
— Так, пить умеешь?
Кивнула и поплатилась за самомнение. Местный самогон и крепкие настойки не шли ни в какое сравнение с водкой и перцовкой. От них прошибало слезу, а горло горело огнем. Свен же легко опрокидывал кружку за кружку, закусывая свиной рулькой с капустой.
— Оголодал как собака с этой работой! — пожаловался он и покосился на меня, воевавшую с первой кружкой. — Зажмурься и залпом выпей. Тебе полезно. Переволновалась, поди? Что, к разбойникам в лапы попала?
Кивнула и, последовав совету, зажмурилась и осушила кружку. Ох, будто чистый спирт! Чувствую себя огнедышащим драконом.
Естественно, тут же захмелела и начала честить Свена. Тот пару минут слушал, потом велел заткнуться и заявил, что не радовался моей смерти.
— Или, я, по- твоему, должен был все здесь бросить? Пускай людей твари жрут, главное их высочество Иранэ? Ты мне невеста, жена? Доделал бы все, нашел.
— Угу, мертвой.
— Живой. Проверил же. Если б опасность угрожала, то, так и быть, вытащил бы. Агна же и не то расскажет! Забыла, как тебя шлюхой звала?
Было дело. Когда я впервые появилась в доме Свена, служанка меня не жаловала, презрительно кривилась и не желала кормить.
— Нет, вы, правда, проверили? — я попыталась заглянуть в глаза Свену.
— Правда, — буркнул он и впился зубами в рульку. Уже с набитым ртом маг добавил: — Из головы выкини, со многими женщинами случается. Главное, жива. Завтра швею поищем.
Вот так легко и просто мужчины относятся к изнасилованиям. Мне повезло, ничего не случилось, а если бы да? Ни слов утешения, ни праведного гнева, ни осуждения мерзавцев. Просто выпей и забудь.
-то есть для вас это нормально? — подперев голову рукой, с осуждением глянула на мага. В глазах слегка двоилось, а звуки в ушах плыли. — Взял, когда хочешь, а ты потом забудь? Мол, потребности мужского организма.
— У, как развезло с одной кружки! — Свен насильно затолкал мне в рот закуску и заставил прожевать. — И я тебя не насиловал, какой с меня спрос?
— Просто несправедливо, — я стукнула кружкой по столу и невольно привлекла внимание окружающих. — Несправедливо, — повторила я, повысив голос, — когда женщину считают заведомо согласной. А потом мужики друг друга покрывают. Подумаешь, не убили ведь!
Свен нахмурился и влепил мне пощечину. От нее я немного протрезвела и сообразила, что не время и не место устраивать лекции о равноправии полов.
— Выдам замуж! — пригрозил маг. — Мигом поумнеешь.
Да, знал, чем испугать. Нет, не то, чтобы я замуж не хотела, просто не в этом мире и не против воли.
Воцарилась тишина. Хмурый Свен дожевывал рульку, я тоже ковырялась в тарелке, не зная, куда деться от любопытных взглядов. Пусть часть реплики прозвучала на русском, но галанийские фразы поняли все.
— Он не всесилен, — проскрипел чей-то голос в паре шагов от меня. — Чего испугались, трусы?
За спиной Андреаса, чуть выше по улице, замерло еще двое всадников. Один из них, с массивной цепью на груди, и рваной седоватой бородкой, насупившись, вскинул руку с какой-то деревяшкой. Издали она походила на короткую палку, но я догадывалась, это посох. Ни у Свена, ни у Андреаса такого не было, из чего напрашивался логичный вывод — передо мной очень сильный маг.
— Сзади! — я отчаянно замахала руками, привлекая внимание Андреаса.
Догадываюсь, чем все это для меня обернется, но нельзя оставить в беде спасителя.
Андреас успел среагировать и уклониться от голубой молнии, вылетевшей из палки— посоха. Маг умело рухнул на грязный снег, перекатился, не размыкая рук, и из положения полулежа выпустил свое заклинание.
— Девка ему помогает!
Даже не знаю, смеяться или плакать. Не успела решить одну проблему — навалилась вторая, я снова влипла. Не любит Ио попаданок, как пить дать, не любит!
Спрятаться решительно негде, только в трактир юркнуть. Что, собственно, я и сделала, едва не рухнув с порога: пол оказался ниже на добрую ладонь.
Куда дальше? Правильно, на кухню. Туда я и устремилась, надеясь, что там, как и в моей таверне, есть черный ход. Солдаты — существа прямолинейные, трактир не обложат, девку, то есть меня, всем отрядом ловить не станут.
Оглянулась затравленным зверем и метнулась в приоткрытую дверь, едва не сбив с ног подавальщицу. Та одарила меня ругательством, которое в приличном месте не повторишь.
Так, без маскарада не обойдешься. Здравствуй, мальчик, прощай, девочка! Прихватила полотенце и морковку, чтобы, отдышавшись, в безопасном месте сменить пол. Оставалось лицо и волосы. На макияж времени нет, поэтому первое оставила без изменений, а вторые на бегу скрыла под чьей-то косынкой. Получился юный пират. Ох, только бы помогло!
Не надеясь на удачу, выскочила во двор и взобралась на поленницу. Но капризная дама повернулась-таки лицом, и я благополучно приземлилась на задворках чьего-то огорода. И, о счастье, на веревках там сушилось белье.
План действий мгновенно поменялся, морковка стала не нужна.
Схватив юбку и чепец, юркнула за сарай, где спешно, наплевав на холод, переоделась. Старые вещи засунула под юбку: она оказалась широка в талии. Теперь оставалось притвориться крестьянкой и выбраться из деревни. Да, и самое главное, не столкнуться с хозяйкой вещей.
Заслышав шум, скрылась в сарае, изобразив бурную деятельность по сбору лучины. Как раз вовремя — солдаты оказались настойчивыми, заглянули и увидели мой зад. Без куртки — ее я благоразумно временно скинула, в юбке, рубашке и чепце я не походила на беглянку, поэтому никто меня не схватил. Солдаты только окликнули, спросили, не видела ли мерзавку в штанах. Притворившись немой, замычала, капая слюной — охота разговаривать тут же пропала, и солдаты ушли. Уфф, пронесло!
Подождав немного, выскользнула из убежища и едва не попала под горячую руку хозяйки. Пропажу вещей она пока не заметила, а вот незваной гостье на подворье не обрадовалась.
Оказавшись по ту сторону калитки, задумалась, куда податься. Так и так выходило, что путь один — в трактир. Кто ж его знает, как далеко до другой деревни, можно день идти, а то и два. Да и в Нурбок своим ходом не попаду.
Кружным путем направилась к отправной точке вынужденного бегства, надеясь, что маг с посохом уже уехал.
Внезапно чья-то рука зажала рот, а вторая обхватила вокруг талии.
«Тсс!» — шепнул Андреас, склонившись к самому уху, и куда-то потащил. Я не сопротивлялась: плохого маг не сделает. Кажется, его ранили: на одежде темнело пятно.
Андреас перешел на бег и практически волочил меня по снегу. Оказалось, к лошади. Откуда он ее взял, спрашивать не стала, куда собирается везти, тоже, потому что в ушах уже стояли крики: «Вот он!»
— Прости, не хотел тебя впутывать, — Андреас, скривившись, вскочил в седло, подтянул меня и пустил лошадь галопом.
Мы все дальше и дальше удалялись от Нурбока, но думала я совсем о другом: первоочередной задачей было остаться в живых.
— Я влил в лошадь силу — не догонят, -заверил Андреас. — Если настигнут, достойно защищаться уже не смогу.
— Так вы свою отдали? — догадалась я.
Маг не ответил. Он шумно дышал, временами бросая тревожные взгляды через плечо. Не на меня — проверял, гоняться ли за нами.
Преследователи постепенно отставали, а потом и вовсе скрылись из глаз.
Когда Андреас резко натянул поводья, я не сразу поняла, что пришло время слезать.
— Развилка, — коротко сообщил маг. — Не та, но тоже хорошая. Ты прости, надо было поступить так, как собирался, а я тебя до деревни проводил... Ничего, лица они не запомнили, обойдется.
— Там, — Андреас указал направление, — крупное сельцо. К обеду дойдешь. Еще раз прощай. Пойду следы заметать.
— Артефакт прятать? — не удержавшись, спросила я.
— Вот об этом забудь! — неожиданно резко ответил Андреас, ссадил меня в сугроб и ускакал.
А я… А что я? Побрела себе к деревне, надеясь, что маг не приврал насчет плохой зрительной памяти солдат. Теперь встреча с ним не казалась таким уж подарком судьбы.
ГЛАВА 10. Выпивка
Я тряслась на телеге и гадала, доеду ли до Нурбока. Повсюду мерещились солдаты и крики: «Держи девку!» Я даже спала плохо, то и дело просыпалась, испуганно прижимая к груди кошелек.
Вопреки опасениям, на чердаке, где трактирщик сдавал комнатушку для постояльцев, меня не потревожил никто, кроме клопов и пауков. И то хорошо, потому что переживаний за последние дни мне хватило с лихвой.
Деньги, несомненно, великая вещь. Ну, кто бы согласился подвести девицу за красивые глаза, да еще кормить и поить ее?
Я благоразумно не показывала кошелек, расплатилась мелочью: пусть думают, будто у меня одни ассы. В трактирах тоже дукатами не щеголяла, извлекала монетки из платка, сохранившемся со времен моего карнавала в замке ее светлости. Словом, старательно изображала бедную мещаночку. На вопросы, зачем мне в Нурбок, хлопала ресницами и отвечала: к мужу, от матери возвращаюсь. После этого мужчины теряли интерес. Видимо, замужние дамы менее притягательны, или просто супруга боятся: я ведь сказала, что он маг. Как раз для предотвращения непристойных предложений.
Видимо, Андреас не обманул, и стражи закона не запомнили меня в лицо. Во всяком случае, встречавшиеся по дороге солдаты проезжали мимо.
Градус настроения медленно, но верно повышался. Оставалось только благополучно миновать ворота Нурбока и юркнуть в дом Свена. Там и только там я ощущала себя в полной безопасности.
К городу подъехали во второй половине дня, но еще до заката.
Возница сгрузил меня перед воротами. Дальше предстояло топать ножками. На ломаном галанийском сердечно поблагодарив крестьянина за заботу, затерялась в толпе таких же страждущих попасть в Нурбок.
Боялась ли я? А то! Воображение десятки раз опустило на голову решетку, пронзило стрелами и кинуло в тюрьму. Но у страха глаза велики, а стражники ленивы. Они всего-то потребовали заплатить входную пошлину, а услышав о Свене, и вовсе потеряли интерес. Теперь понятно, почему в Галании процветает преступность.
В город я попала через незнакомые ворота, поэтому долго плутала, пока оказалась на нужной улочке. Плутала не так, как в первый день в Нурбоке, а старалась сориентироваться по известным координатам. Перво-наперво дошла до собора, затем до «Дикого кабана», а там уж доковыляла по лабиринту улиц до городских стен.
Свена дома не оказалось. Меня встретила встревоженная Агна. Служанка, кажется, искренне волновалась, потому что расцеловала в обе щеки и потащила на кухню кормить обедом. И не просто обедом, а разными вкусностями. Я прониклась, расплакалась и поблагодарила за заботу.
— Я уж думала, убили тебя, деточка! — Агна колдовала над тестом для пирога с мочеными яблоками. — А этот изверг даже искать не стал. Мол, что на роду написано…
Ясно, напрасно надеялась на Свена. Получил деньги и все, свободна!
Внутри невольно закипала злость, хотелось высказать магу наболевшее, не стесняясь в выражениях.
Быстро дожевав остатки каши с сухофруктами, спросила, где искать мерзавца. Агна понятия не имела, но стража наверняка в курсе.
Позабыв о том, что еще пару часов назад дрожала от одного взгляда солдат, преисполнившись праведного гнева, отправилась к воротам.
После короткого эмоционального общения выяснила, что Свен у сержанта, чинит какие-то амулеты, и направилась в указанном направлении. Вслед полетели смешки: «Ох, горячая девка!» и двусмысленные шуточки. Кажется, солдаты решили, будто я любовница Свена. Ладно, разубеждать не стану, иначе не поймут, почему вдруг живу в доме мага. Тут ведь вариантов немного: жена, любовница, близкая родственница. Второй вызывает меньше всего вопросов, которые, ой, как мне не нужны.
Сержант жил неподалеку, в угловом доме, приютившемся рядом с кабачком. На первом этаже — скобяная лавка, на втором — комнатушка офицера. Сразу видно, сколько получает обычный труженик меча, и сколько — маг.
Вход оказался с проулка, пришлось протискиваться между бочками и грудами мусора. Тут и крысы водились, но я уже не обращала на них внимания. Грызуны — неотъемлемая часть средневековых городов, они даже в наших, современных, водятся. Трави не трави, а пара блестящих любопытных темных глаз нет— нет и выглянет из помойки.
Толкнув дверь, поднялась по скрипучей, дышавшей на ладан лестнице.
Сверху доносились голоса. Что-то не похоже, чтобы Свен работал.
Маг сидел за столом перед единственным узким оконцем и, отхлебывая из кружки бурый напиток неизвестного происхождения, ковырялся в груде подвесок. Временами Свен чертыхался и будто что-то стряхивал с пальцев.
Сержант устроился на узкой койке, тоже с кружкой, и травил байки.
— Значит, сдохла — и хорошо? — вместо приветствия выпалила я, но подойти к магу побоялась: подвески на столе подозрительно светились.
Свен поднял голову и обернулся. Кажется, меньше всего на свете он ожидал увидеть меня, во всяком случае, выражение недовольства на лице сменилось крайним удивлением. Свен даже не отчитал за то, что помешала работе — и это с его-то сварливым характером!
— Ладно, Хант, дома доделаю, завтра занесу, — маг сгреб амулеты-подвески со стола в карман.
Сержант понимающе кивнул и пожелал удачи в бою.
— Ничего, я на минутку. Просто хотела сказать, какая вы свинья. Собственно, все, работайте дальше.
Запал прошел, кричать на людях не хотелось. Мы с Денисом никогда при свидетелях не ссорились, выясняли отношения исключительно между собой. А тут даже не парень, а просто знакомый. Стоит ли из-за него прослыть истеричкой? Хотя, что греха таить, относиться к Свену, как прежде, после слов Агны я не могла и впервые задумалась: не перебраться ли в другое место? Выполнить заказ ее светлости и без мага сумею, язык уже сносно знаю, деньги заработаю…
Развернулась и, окрыленная собственной самостоятельностью в чужом мире, зашагала прочь. Я успела спуститься ровно на две ступеньки, когда на плечи легли руки Свена, и нога беспомощно повисла в воздухе.
— Ты ничего не перепутала, Иранэ? — вкрадчиво поинтересовался маг.
Гадая, о чем конкретно речь, помотала головой, и пересказала слова Агны.
— Думаете, мне приятно услышать такое?
— Вернулась же, — философски ответил Свен, отпустил и подтолкнул вниз. — Иди уже!
— Никаких денег вам больше не будет, — мстительно пообещала я. — Раз не нужна…
— Я с ней вожусь, а она капризничает! Могу ведь на улицу выгнать, ничего не держит, но терплю же. И я не говорил, будто бы твоя смерть — это хорошо. Просто, по мнению Агны, я должен был бросить работу и искать тебя под каждым кустом. А у нас тут твари всякие объявились…
Не удержавшись, обернулась и заявила, что ожидала хоть чуточку сочувствия и внимания. В ответ Свен усмехнулся и поволок в ближайший кабачок. Я попыталась воспротивиться, но маг затолкал-таки в темный душный зал. Он был полон солдатами, ремесленниками и личностями сомнительного вида. Сама бы ни за что в такое заведение не сунулась, но у Свена, видимо, иные пристрастия. Надеюсь, никто не попытается меня убить или ограбить — маг ведь не заступится.
Сжимая мою ладонь, Свен направился к столику с двумя выпивохами и без слов вытолкал их с насиженного места. Те попытались было возмутиться, но маг пригрозил: «Прокляну». Пьяницы с тоской ретировались на улицу.
— Так, пить умеешь?
Кивнула и поплатилась за самомнение. Местный самогон и крепкие настойки не шли ни в какое сравнение с водкой и перцовкой. От них прошибало слезу, а горло горело огнем. Свен же легко опрокидывал кружку за кружку, закусывая свиной рулькой с капустой.
— Оголодал как собака с этой работой! — пожаловался он и покосился на меня, воевавшую с первой кружкой. — Зажмурься и залпом выпей. Тебе полезно. Переволновалась, поди? Что, к разбойникам в лапы попала?
Кивнула и, последовав совету, зажмурилась и осушила кружку. Ох, будто чистый спирт! Чувствую себя огнедышащим драконом.
Естественно, тут же захмелела и начала честить Свена. Тот пару минут слушал, потом велел заткнуться и заявил, что не радовался моей смерти.
— Или, я, по- твоему, должен был все здесь бросить? Пускай людей твари жрут, главное их высочество Иранэ? Ты мне невеста, жена? Доделал бы все, нашел.
— Угу, мертвой.
— Живой. Проверил же. Если б опасность угрожала, то, так и быть, вытащил бы. Агна же и не то расскажет! Забыла, как тебя шлюхой звала?
Было дело. Когда я впервые появилась в доме Свена, служанка меня не жаловала, презрительно кривилась и не желала кормить.
— Нет, вы, правда, проверили? — я попыталась заглянуть в глаза Свену.
— Правда, — буркнул он и впился зубами в рульку. Уже с набитым ртом маг добавил: — Из головы выкини, со многими женщинами случается. Главное, жива. Завтра швею поищем.
Вот так легко и просто мужчины относятся к изнасилованиям. Мне повезло, ничего не случилось, а если бы да? Ни слов утешения, ни праведного гнева, ни осуждения мерзавцев. Просто выпей и забудь.
-то есть для вас это нормально? — подперев голову рукой, с осуждением глянула на мага. В глазах слегка двоилось, а звуки в ушах плыли. — Взял, когда хочешь, а ты потом забудь? Мол, потребности мужского организма.
— У, как развезло с одной кружки! — Свен насильно затолкал мне в рот закуску и заставил прожевать. — И я тебя не насиловал, какой с меня спрос?
— Просто несправедливо, — я стукнула кружкой по столу и невольно привлекла внимание окружающих. — Несправедливо, — повторила я, повысив голос, — когда женщину считают заведомо согласной. А потом мужики друг друга покрывают. Подумаешь, не убили ведь!
Свен нахмурился и влепил мне пощечину. От нее я немного протрезвела и сообразила, что не время и не место устраивать лекции о равноправии полов.
— Выдам замуж! — пригрозил маг. — Мигом поумнеешь.
Да, знал, чем испугать. Нет, не то, чтобы я замуж не хотела, просто не в этом мире и не против воли.
Воцарилась тишина. Хмурый Свен дожевывал рульку, я тоже ковырялась в тарелке, не зная, куда деться от любопытных взглядов. Пусть часть реплики прозвучала на русском, но галанийские фразы поняли все.
