Проснулись парни от одуряющее ароматных запахов, разносящихся не только над рекой но и проникших в каюту, не смотря на закрытую дверь .
– Проснулись, – заглянула в каюту Мишкина мама, Анастасия. – молодцы, теперь быстренько умываться…. Давайте, освобождайте помещение, мы со Светой стол накрывать будем.
Дурачась и пихаясь, парни выскочили на палубу, и чтоб не мешаться женщинам на корме, где располагались отопительно-варочная печь, а теперь еще и дымился мангал, установленный над водой в специально смонтированных под него гнездах, прихватив ведро метнулись на нос Ковчега. Впервые с момента начала всемирной катастрофы, парни позволили себе расслабится и устроили себе освежающую помывку холодной забортной водой, отчего над рекой разносились их крики а порой переходящие в рев разбуженного медведя, взбудоражившие всех пернатых в округе, поспешивших убраться подальше от эпицентра шума. Мокрые, с выбивающими чечетку зубами, парни потянулись было в каюту, но тут же получили отлуп и полотенца с сухой одеждой, и отправленных растираться и передеваться.
– О..оооо- заревел Валерка заходя после растираний в каюту, где весь стол был заставлен дымящимися и источающими божественные ароматы, вкусняшками, – что вы делаете, мы сейчас слюной захлебнемся.
– Ничего, мы сейчас ее разжижим, – произнес уже устроившийся за столом Леха, потрясая над ним бутылкой коньяка, – а потом задавим этот ваш влаговыделитель всей этой вкуснотой.
– Так, девочкам вино откройте, – распорядилась Анастасия.
Стол ломился от изобилия простых, но вкусных блюд, тут были и пироги с начинкой нескольких видов, рыба жареная, рыба малосольная, икра малосольная, утка тушеная с картошечкой, вместо хлеба девушки напекли лепешек, наподобие узбецких, и на десерт помимо конфет и печенья, были ватрушки с павидлом.
– О.. а вы где павидло взяли, – мысленно укоряя себя в такой непредусмотрительности, спросил Мишка, – у нас вроде не было.
– Это у вас не было, а у нас было,– ответила Светка, показав язык, а затем пояснив – мы просто несколько сухпайков армейских распотрошили.
– Так чо имейте в виду ребятки, – поддержала Свету Анастасия, – будете где-нибудь на шопинге, позаботьтесь о десертах.
Застолье неторопясь продолжалось, все в меру выпили, хорошо закусили, и под этот легкий алкогольный шумок, все начали вспоминать, как они проводили любимые в народе майские праздники, так из этих разговоров родился план еще одного мероприятия, идею которого подкинул Валерка.
– А мы всегда в это время за колбой в тайгу ходили, – начал свои воспоминания Валерка, – мамка с бабулей потом такие обалденные пирожки жарили, и закатывали в банки маринованную колбу еще на зиму.
– Точно, – перебил его воспоминания Мишка, – айда на тот берег, колбу собирать, все равно сегодня никуда не тронемся.
– А пошли, хоть прогуляемся, – согласилась с ним матушка.
– Еще можно лук-слезун поискать, мы с мамой возле Одинцовки его прям рвали. – поддержала идею Света.
– Я гладкоствол возьму, – вскинул как школьник,руку Валерка, – я первый сказал.
– Ладно, я с 74тым пойду, – согласился Мишка, – Мамуль, ты Кедр с собой возьми. И ты Света, хотя бы Макарова.
– Да куда я без него, – не стала отказываться Анастасия, и приобняв Свету сказала, – оружие теперь заменяет нам дамскую сумочку. Высадившись на берегу, где массивные стволы сосен, чередуясь с небольшими елочками, подходили поближе к речному берегу, собиратели весенних дикоросов, растянулись цепочкой в поисках желанных всходов. Мишка основательно привязав надувнушку к раскидистому кусту тальника, поспешил догнать отошедших женщин под прикрытием крутящего головой Валерку, вскидывающего оружие на каждый шорох.
Часовой поиск не дал желаемых результатов, нет лука-слезуна они набрали немало, а вот колбы было очень мало, за все время, набрали маленький пучок, зато клещей все без исключения поснимали с себя не мало.
– Все, хватит рисковать, – поставила итог Анастасия, – пойдемте кА обратно, не хватает нам клещевого энцефалита. Хотя знаете что, за все это время, не случилось никакой, абсолютно никакой вспышки ОРВИ, хотя люди подверженные этому заболеванию и просто с ослабленным иммунитетом, обычно занимают самый большой процент обращений в медучреждения. Такое складывается ощущение, что этот вирус поднимающий мертвецов, вытесняет из организма других конкурентов, и если бы не эта его способность, то он был бы идеальным лекарством.
– Ой.. что это, – вскрикнула Света, показывая палцем в сторону оставленной лодки, – там что то шевелится в траве.
– Так, за спину быстро, – шикнул Мишка, – мамуль, наблюдайте со Светой за тылами, чтоб сзади никто не подкрался.
Валерка быстро заменил дробовой патрон на картечь, и водя стволом по сторонам, приставным шагом двинулся вперед, Мишка прикрывая его шел следом. Приподнявшись на цыпочках и вытянув шею, Валерка присмотрелся к шевелению в высокой прошлогодней траве, и повернув к Мишке удивленное лицо, прошептал одними губами.
– Барсук…, бля буду барсук, че это он, ониж обычно щемятся от людей.
– Значит тоже дохлый – ответил ему Мишка в голос, – видать они тоже зомбируются.
Мертвый зверек среагировал на их перешептывания, переваливаясь с бока на бок направившись в их сторону, и вскоре раздвинув придавленную жухлую траву, во всей красе показался перед ними. Скорее всего он успел спрятаться в нору от нападавших на него зобанувшихся зверей, поскольку вся его морда была изорвана зубами и с левой стороны была полностью обожрана, выставляя напоказ кости черепа и челюсть с немаленькими зубами. По всей видимости там же он и обратился, где стенки норы спасли его бока от зубов противника, обратился и выползя, сам пошел искать жертву.
Валерка вскинув Тайгу, с десяти метров всадил заряд картечи в мертвое животное, но несмотря на дикие повреждения, барсук продолжал ковылять в их сторону подволакивая за собой почти оторванную лапу, и только второй выстрел из нарезного ствола, поставил точку в этом нападении.
– Миша сзади, – послышался вскрик матери и чихающие хлопки, глушенного ствола Кедра.
– Быстро в лодку, – отступив в сторону и вскидывая ствол, рявкнул Мишка, – Валерка, прикрывай.
– Сейчас, перезаряжаюсь, -ответил друг, загоняя в стволы патроны.
Как только матушка со Светой прошмыгнули мимо него, Мишка всадил короткую очередь в скакавшую странной иноходью, крупную собаку, при жизни бывшей немецкой овчаркой. Собака гнавшаяся за ними по набитой ими же в прошлогодней траве тропке, ткнулась мордой в землю, но потом опять начала подниматься, и тут же из травы вынырнула вначале еще одна собака, затем мелькнул хребет третьей, и все они молча, не отрывая своих бельмастых глаз от убегавшей добычи, рвались вперед.
Мишка не жалея патронов всаживал в них одну очередь за другой, но тут его нога запуталась в траве, и он с размаха приземлился на пятую точку, при этом продолжая стрелять в атаковавших их зомбозверей. Над головой громко грохнул выстрел ружья и у Мишки зазвенело в ушах, появилось ощущение что его огрели по голове мешком с отрубями.
– Вставай, вставай давай, – Валеркина рука, схватила его за воротник, и рывком вздернула на ноги, – валим братан, валим бегом.
Мишка всадил еще одну очередь в шевелящийся клубок тел, и развернувшись, бегом рванулся в покачивающуюся на воде лодку, которую на месте удерживала его мать, уцепившись рукой за куст тальника, он с разбега заскочил в воду вцепившись в борт руками, и следом также повис на лодке Валерка. Перевалившись через борт медленно отплывающей лодки, Мишка схватив повисший на ремне автомат, добил оставшиеся патроны в выскочивших на берег, следом за ними, пары мертвых собак, пока затвор не встал на задержку.
Мишка опустив автомат, и под причитания Светки, помог забраться в лодку Валерке после чего вставив весла в уключины, начал отгребать в сторону Ковчега, и от неожиданности пригнул голову, когда позади крякая пронеслась стая уток.
– А интересно, утки зомбируются или нет? – произнес он, провожая взглядом улетающих уток.
– Да не, пока мы их подобрали, они успели бы обратится, – ответил ему Валерка.
– Нет, я больше на берег ни ногой, – стягивая с Валерки мокрую куртку сказала Света, под согласное хмыкание Мишкиной матери.
Глава – 12. Оборотни.
В этот день они как и запланировали никуда не тронулись, и по прибытию на Ковчег, рассказал Лехе про их эпопею, для сугреву, допив начатый коньяк. Мишка завалился спать укутавшись в одеяло, а Валерке досталась его очередная вахта, и поднявшись на верхнюю палубу, они устроили обнимашки со Светкой, о чем то сюсюкая шепотком, тоненьким у девчонки и бубнящем у парня. Впрочем это не помешало уснуть их другу, привыкшему к постоянному фону за дверями тюремной камеры, и лишь краем сознания улавливающий нежность в общении друга с его любимой девушкой, отчего засыпая он улыбнулся и забылся крепким сном.
– Вставай…. Сынок вставай, ужин остынет,- разбудил его заботливый голос матушки, но он еще пару минут лежал с закрытыми глазами, боясь открыть и увидеть камерную шконку.
Выйдя из каюты и умывшись под рукомойником, который они примостили на стенке кабинки санузла, он вытерся поданным матерью полотенцем, и взглянув на медленно плывущие по небу облака, пропел.
– А облака, белоснежные лошадки, а облака….. – хихиканье послышавшееся из каюты, спустило его на эту грешную землю с лирических высот, и глубоко вздохнув он отправился ужинать.
Ночь плавно опустилась на реку, затихли птицы на берегу, изредка плескалась рыба за бортом, и ее явно стало очень много, что они с друганом заметили занимаясь рыбалкой, сказалось уменьшение популяции исконного врага рыбы – человека.
Это теперь сколько рыбы расплодиться-подумалось Мишке,- хорошо что она тоже не зомбируется, и в основном этому подвержены теплокровные хищники, и всеядные животные наподобие свиней, а травоядные коровы, козы, овцы, просто умирают, не пытаясь возродиться.
Под утро по реке пополз туман, и растолкав Леху, он передал ему вахту попросив разбудить когда будут сниматься с якоря. К обеду белоснежные облака превратились в небольшие тучки, переодически осыпая берег, реку и проплывающий Ковчег, мелкой и противной моросью, отчего Мишке подумалось, - а стоит ли в такую погоду выходить на берег в Калистратихе????
Но через пару часов дождик прекратился и они с Валеркой поднявшись по обрывистому берегу, окинули взглядами деревню. Людей они конечно не увидели, как впрочем и бродячих мертвяков, стояла абсолютная тишина, ни звука, ни дымка, даже вездесущие воробьи не показывались на глаза.
– Чет не пойму,- проговорил Валерка, - разглядывая деревню в оптику, - людей нет, мертвяков нет, хотя следов что они были хватает, и пожарище вон виднеется, и вон багажник машины из кювета виднеется. Че братан думаешь, мож они от дождя прячутся?
– Незнаю, пока не проверим не поймем, - ответил Мишка, - если нет мертвяков, то где люди-то? Знаешь что, давай кА спустим на берег Эндурик, я по быстрому прокачусь, посмотрю, зря что-ли мы его с собой тащим.
– Стремно как то, без прикрытия – засомневался Валерка.
– Ну вот ты меня и прикроешь, столько снайперок нахапал, - хохотнул Мишка, - тем более деревня просматривается хорошо.
– Ладно, давай, - согласился Валерка, - только ты за ту речушку не лезь, там кусты сильно обзор закрывают. Крутанись тут поближе и возвращайся, если есть кто, на звук вылезут.
Перевезя на берег мотоцикл и скользя по раскисшей глине, они вдвоем, извазюкавшись в грязи вытащили моцик из под обрыва, после чего Мишка отдышавшись, оседлал железного коня и прогрев двигатель поехал по мокрой грунтовке в сторону деревенской улицы. С непривычки мотоцикл заносило и стаскивало в колеи, но пока он доехал до начала улицы, склизкая дорога уже не вызывала таких опасений как в начале, и Миха лихо дрифтанув, рванул вдоль домов в сторону заросшего кустами оврага или русла небольшой речушки. Сбросив скорость парень стал внимательно разглядывать округу, тем более дорожное полотно позволяло, присыпанное золой и местами битой кирпичной крошкой, - ктож такой богатый, кирпич колотит для щебня, - мелькнуло у него в мыслях.
Распахнутые ворота, двери домов , отсутствие техники во дворах, намекало о том что люди спешно покидали дома подгоняемые опасностью. Но смущали выбитые местами стекла в окнах, раскиданные вещи во дворах, пепелище сгоревшего дома и как вишенка на торте, оказался съехавший в кювет Москвич.
Подъехав ближе, Мишка первым делом обратил внимание на то, что водитель съехал с дороги, не по причине его обращения, хотя крови на стеклах хватало, причем изнутри. Просто старенькая машина была посечена пулями, и строчка пулевых отметин от очереди, явно показывал что стреляли из автоматического оружия.
– Шуст, прием, Шуст, - негромко вызвал он Валерку в рацию.
– На связи, прием – звонко ответила ходиболтайка.
– Стою у автомашины в кювете, - убавив громкость рации проговорил Мишка, - старый Москвич, расстрелян из автомата, разлетевшаяся кровь на стеклах показывает что водитель был жив скорее всего, когда в него стреляли.
– Принято, вернешься ? - ответил Валерка.
– Нет, поеду дальше, до связи – и стронув мотоцакл, медленно покатился дальше.
Проехав чуть дальше Мишка увидел первые следы присутствия зомбаков, обглоданный и растащенный человеческий костяк, чуть вдали, ближе к виднеющемуся мостику, виднелись еще кости, только непонятно кому принадлежавшие при жизни. Медленно, оглядываясь во все стороны он подъехал поближе к мостку и с порывом ветра, в нос ударил густой запах разложения.
Остановив мотоцикл Мишка подошел к мосту, по обоим сторонам которого виднелись полосы и царапины от тракторного отвала, зажав нос он подошел к краю моста и заглянув за обочину, тут же отшатнулся. Весь склон до самого русла небольшой речушки, был завален человеческими трупами, разной степени целостности, но спускаться ближе он не стал из-за густого духа витавшего над этим импровизированным могильником. Да и как сейчас, в этой массе разлагающихся тел определить кто это…, или упокоенные зомби, или казненные люди, казненные будучи живыми… и решив не оставлять за спиной непонятки он переехав мост, повернул направо, где от берега должны расходиться веером улицы.
– Ты куда братуха? Договорились же за речку не суваться. Прием. – с негромко хрипнула рация.
– Я недалеко. Скоро вернусь. – ответил Мишка в рацию и засунув ее за пазуху, пряча от опять начинающегося дождя, предварительно убрав звук, покатился дальше по намеченному перед собой маршруту.
Доехав до перекрестка и повернув налево в сторону центра деревни, Мишка краем глаза заметил в проулке какое то шевеление.
– А вот и зомбаки первые, тихо прошептал он, наблюдая как две зомбособаки, таскали по земле, барахтающегося человеческого мертвяка, но обернувшись на звук двигателя, не стали нападать, а нырнули куда-то во двор, оставив шевелящегося тупыша.
– Опять странности, - подумал парень, - прячутся, скорее всего инстинкт самосохранения все-же у них остался, скорее всего их отстреливают с техники.
Проехав дальше по улице он обратил внимание на разграбленный магазин, стоявший с открытыми нараспашку дверями и раскиданному по площадке перед ним, разным мусором.
