Никакие мои ухищрения не действовали на «интимную часть тела» полуэльфа, равно как и уговоры, и попытки вручную ее оторвать. От моего флегматичного предложения «отрубить этот хвост к хриссу» Гил в панике отказался. Саэл, наоборот, был горячо «за». Перетягивание хвоста превращалось в кулачный бой, но тут мне пришлось их утихомирить. Я услышал странный шум, словно кто-то продирался сквозь кустарник в нашем направлении.
Слух меня не подвел, на поляну из леса вывалилось олицетворение аркхарского флага: уже знакомая нам стражница Киа верхом на своем упрямце-единороге.
— Ну наконец-то я вас нашла! — выдохнула она, спрыгивая на землю. Единорог тут же этим воспользовался и удрал на другой конец поляны, чтобы там встряхнуться и с гордым и независимым (нет у меня никаких хозяев, я тут случайно мимо проходил) видом начать щипать травку, кося на нас ярко-синим глазом.
— Чем обязаны? — осторожно поинтересовался я, невзначай сжимая покрепче klier.
Вампирка посмотрела на меня, собираясь уже что-то сказать, потом перевела взгляд на сладкую сросшуюся парочку и неожиданно широко ухмыльнулась.
— Так это вы устроили весь переполох в городе? Ну вы даете! За такой короткий срок наделать столько шума!
— Это единственное, что тебя удивляет? — возмущенно проворчал Гил. — Да что тут вообще происходит?!
— Вам сначала помочь, а потом рассказать или сначала рассказать, а потом помочь? — клыкасто усмехнулась стражница.
— Помочь! — в один голос заявили Гил с Саэлом.
— Рассказать, — свредничал я.
Но мой одинокий голос проигнорировали. Киа приблизилась к Гилу, начертила перед ним в воздухе несколько знаков. Нахмурилась.
— Только не говорите мне, что на этого недооборотня не действует магия.
— Э… — озадачился Гил. — Нам тогда промолчать?
— О хрисс! — стражница скрестила руки на груди. — Поздравляю. Я тебе ничем не помогу. Через какое-то время оно само выветрится.
Гил обратил на меня победный взгляд.
— А ты говорил — не как похмелье! Ну хвост-то хотя бы можешь отцепить?
— Я похожа на специалиста по хвостам? — фыркнула Киа. — Бить не пробовал? Обычно со всеми работает.
И, не дожидаясь ответа, она легонько щелкнула ногтями по самому кончику. Хвост вздрогнул, отцепился от Саэла и отпрянул в противоположную от вампирки сторону, словно спрятавшись. Саэл поспешно отскочил от полуэльфа на добрых две сажени. Киа победно усмехнулась и посмотрела на меня.
— Ночью запрещено выходить из дома потому, что именно по ночам сильнейшие маги Аркхарии проводят свои наиболее масштабные испытания. На все дома наложены защитные чары, страже розданы амулеты. Потому что за всеми не проследишь. Они отлавливают тех, кому неймется. И если вампир или кто бы то ни было попал под действие чар, то… он становится лабораторной крысой. Маг, проверяющий отловленных, вероятно, разглядел в полуэльфе создание с иммунитетом, и ему стало интересно, как его организм отреагировал на чары, если те его задели. Если честно, я даже не знаю, какое именно заклинание могло дать такой эффект. А остальным очень повезло не попасть под раздачу.
Я на мгновение задумался. В словах вампирки мне показалось что-то не то. Она не обманывала, нет, но…
— Почему ты нас искала? А найдя — выдала секретные сведения четверым проходимцам?
— Ты не любишь ходить вокруг да около… dan’elle Риктимиан, верно?
Allanei. Приехали.
— Мне кажется, ты меня с кем-то путаешь, — не то чтобы я верил в чудеса, но откреститься все-таки надо было попробовать.
— А мне кажется, что ты меня обманываешь. Я, может, и стражница, но королевских персон близлежащих государств знаю в лицо. Служба обязывает.
— Но почему тогда…
— Сразу тебя не сдала? А зачем мне это было нужно? — она вскинула брови. — Путешествует эльфийский принц инкогнито, какое мне до этого дело? Я только донесла об этом своему начальству. Но за эту пару дней в Аркхарии кое-что произошло. И замешана в этом Вилея. Я не знаю, какой хрисс укусил в задницу твоего брата, но моему руководству очень хотелось бы, чтобы кто-то вставил ему на место мозги, и ты, знаешь ли, наилучшая кандидатура. А еще мы перехватили это, — она протянула мне листок бумаги. — Это письмо было магически доставлено в гостиницу. И теперь у меня есть одно условие. Или ты обещаешь, что прекратишь маяться дурью и отправишься выполнять свой королевский долг. Или я вызываю свой отряд, и мы проводим тебя до Вилеи под твои белы рученьки.
Суровая дама. Саэл опасливо на меня покосился. Гилу было наплевать. Гил боролся с хвостом. Лично я вообще перестал понимать, что происходит в Вилее. И что она могла сделать Аркхарии, если их интересы вообще практически никаким образом не пересекаются. Но нравилась мне эта ситуация все меньше…
— Я могу для начала прочитать письмо?
— Конечно, — невозмутимо отозвалась Киа и даже показательно отошла в сторону.
На конверте причудливой эльфийской вязью было выведено: Dan’elle Riktimiann Dorian Alven-Vil’lare, eirinnae*. Почерк брата. Но чересчур официозно, все записки он писал мне обычно на человеческом, объясняя это тем, что от эльфийских каракулей у него глаза болят. А содержание письма в переводе на греморский было следующим:
«Дорогой Рик,
надеюсь, ты жив и здоров, впрочем, зная твой характер и воспитание, в этом можно быть уверенным. Я буду краток и скажу только, что признаю свою неправоту. Ты мне нужен. Возвращайся скорее, и мы решим все наши проблемы. Обещаю, что впредь действительно буду считаться с твоим мнением.
Твой брат, dan’elleno Велимир».
*Его высочеству Риктимиану Дориану Алвен-Виллар, лично в руки (эльф.).
Я скомкал лист в руке.
— Я еду в Вилею. Клянусь.
— Мудрое решение, — кивнула вампирка. — Видимо, слово «принц» означает не только вздорный характер.
— А ты могла бы не язвить хотя бы четверть вески?
— Не могла бы, — усмехнулась она, хватая за поводья замечтавшегося, на свою беду, единорога. — Не задерживайтесь в Аркхарии. Очень скоро на ваш след выйдут, и тогда полуоборотню несдобровать. Созданий с иммунитетом к магии слишком мало, чтобы вампиры с такой легкостью выпустили его из когтей. А я, так и быть, не стану упоминать в докладе, что один из них мне повстречался.
Она исчезла, а Саэл посмотрел на меня серьезно и слегка испуганно.
Междустрочие. Раздраженное
Некромантка раздражала.
Мефисто Фель нервно, что, как правило, было ему несвойственно, прошелся из одного угла кабинета в другой. С ее появлением в Академии все пошло наперекосяк. А главное — ее поступки шли настолько наперекор логике и, что странно, провидению, что их практически невозможно было угадать. И, похоже, это оказалось заразно, потому что благополучно перекинулось и на декана Алмора. Хотя, может, это передается только при безответной мальчишеской влюбленности?
Так или иначе, это никоим образом не мешало его делам. Но раздражало. А для такой тонкой науки, как провидение, душевное равновесие — один из важнейших факторов, если не ключевой.
А еще она притягивала неприятности. Толпами. И будет притягивать. Жаль только, что он слишком сосредоточен сейчас на ином деле и не может отвлекаться, выясняя, в какую очередную беду вляпается и вляпает окружающих госпожа Дарк. Интуиция подсказывала, что на этот раз она может быть весьма масштабной. А интуиция мага-предсказателя — это гораздо вернее, чем пророчества цирковой гадалки.
Фель едва заметно улыбнулся, чувствуя некоторое моральное удовлетворение с капелькой превосходства.
Но сейчас лучше сосредоточиться на другом. Мефисто были жизненно необходимы выкладки лернского звездочета, но кто-то умудрился свистнуть их прямо из-под его носа. Коты, которых он отправил этим заняться, ничего не обнаружили. А без этих карт он не мог с большой точностью предвидеть то, что должно произойти при королевском дворе. Оставалось надеяться, что похитили их все-таки не для тайной коллекции и записи скоро всплывут. Надо только подождать…
А ждать он умел.
Ирэль, 30-е число
День перемирия леших с водяными
— Я вас позвал не просто так… — проговорил Арестир, чем никого не удивил.
Трудно было представить, что бедолаги-близнецы Тарис и Тирис бегали из кабинета в кабинет по всем этажам, чтобы пригласить нас по приказу ректора, а когда мы явились, сир радостно сообщил бы «а я позвал вас просто так, ля-ля-ля». И язык бы еще показал.
Де Асти облокотился на стол, уткнув подбородок в сцепленные замком руки, и взглянул на нас так, словно мы что-то натворили. А после случая во дворце Василиана, клянусь хвостом Ли, я больше никуда не ввязывалась. С тех пор прошло уже три недели, объяснительные мы написали, Ли на ноги поставили, Полли успокоили и даже не разбили ни единой вазы! Чем обязаны этому приглашению и испытующему взгляду колких глаз?
Я незаметно наступила Лессу на ногу под столом. Тот вздрогнул и сделал мне страшные глаза с немым вопросом «за что?».
— Почему ректор всегда в перчатках? — прошептала я.
— Да ну не всегда… вроде, — стушевался верлен, но все-таки на руки сиру де Асти покосился. — Может, у него там одни кости после какого-нибудь колдовства. Или саламандру пылающую голыми руками ловил. Хотя вроде не дурак.
— Господин Алмор, госпожа Дарк! — повысил голос Арес, и мы отшатнулись в разные стороны, словно застуканные за списыванием первокурсники. — О чем таком важном вы беседуете, что это не может подождать до конца совещания?
На самом деле сложно было назвать происходящее полноценным совещанием. В кабинете присутствовали лишь деканы и четверо преподавателей. Либо Тарис с Тирисом остальных не нашли, либо — за ними близнецов и не отправляли, либо их по пути слопал случайно залетевший в Академию дракон.
— Говорят, морковку в Академию перестанут поставлять, — ответила я первое, что пришло на ум. Неизвестно, почему на ум мне пришла именно морковка. — Переживаю вот.
Верлен прикрыл улыбку ладонью, Мефисто закатил глаза.
— Почему вас так волнует именно?..
— Она просто очень мне нужна для одного сложного ритуала, который я обещала показать ученикам, — перебила ректора я. — А если ее действительно будет нехватка, то не стану же я кощунственно переводить редкий продукт…
— Подобные решения проходят всегда только через меня, так что не переживайте.
Нет, серьезно? Сир де Асти не уловил, что я несу откровенную чушь?
— Можете спокойно проводить.
— Да уж, пожалуй, теперь не буду, — зачем-то пробормотала я.
Ректор посмотрел на меня сочувствующим взглядом, как смотрят вельможи на сирых и убогих, что бросаются под колеса карет, прося милостыню. Верлен незаметно покрутил пальцем у виска.
— Ко мне обратились с личной просьбой, господа, и выполнение этой просьбы требует безотлагательного вмешательства. С вашей стороны.
Сир де Асти придвинул к нам свиток с кривыми строчками. Лесс задумчиво хмыкнул, я уткнулась носом ему в плечо, чтобы тоже разглядеть. Уважаемый… Спасите-помогите… Лошадь съели, напарника закололи… Ну, ясно-понятно. Господин Фирийский попал в большую зад… передрягу, нужно отправить пару-тройку магов посильнее, самим забрать заготовки защитных амулетов для Академии.
Свиток отправился по рукам, Мефисто же, несколько скривившись, вежливым жестом отказался от изучения. Либо давно всё предвидел, либо пришел раньше и успел ознакомиться.
— Поскольку сам лично я это сделать не могу, я прошу отправиться декана Феля, он неплохо знаком с господином Фирийским. А наш поставщик — человек слегка… недоверчивый.
Декан Фель закатил глаза, словно желая сказать «это и дураку понятно». Но заставлять Мефисто помогать — все равно что принуждать литианцев собственноручно сносить памятники своей богини или голодающего — выбрасывать случайно перепавшую хорошую еду.
Везение меня в последнее время изрядно подводило, и я даже почти не сомневалась, что с Мефисто пошлют некромантку.
— Куда идти-то? — поинтересовался декан Росский.
— По Новьскому тракту, в сторону Нижней Нови.
Предчувствие, что отправят меня, усиливалось. Новьский тракт странники старались всячески обходить, даже если это был единственный короткий путь, а время поджимало. Бороться с нежитью в тех краях тоже особо никто не желал: лишние траты ингредиентов, сил и магов. Пару раз к королю обращались с просьбами озаботиться расчисткой дороги, но Василиан рассудил: это опасно? Да, опасно. Если очистка пройдет успешно — результат закрепится надолго? Нет, ненадолго. Места такие, чисти их — не чисти, нежить все равно до скончания веков будет сползаться в эти края. А посему никаких действий и не последовало. Надеюсь, что лишь пока.
— Декан Росский, — сир де Асти взглянул на Родерика. — Я бы хотел, чтобы отправились вы.
— Мне, конечно, льстит ваше доверие, сир, — виновато проговорил декан, — но работа над защитными схемами для дворца после одного знаменательного, — Родерик многозначительно взглянул на нас с Лессом, мы сделали вид, что булыжник улетел в чужой огород, — события не оставляет мне ни четверти вески свободной. Через два дня все должно быть готово, вы ведь понимаете, что просьба короля Василиана не терпит отлагательств.
Сир де Асти скривился. Было лестно, конечно, что его деканы сотрудничают с самим правителем Гремора, но возмутительно, что в ущерб интересам Академии. А закралось подозрение, что на всякий случай декан держал эту заготовку давно. Как я уже поняла, Родерик старался не выделяться, и у него это получалось. Спокойный, ответственный и порой излишне молчаливый на фоне вездесущей, озабоченной целительством госпожи Тиэльской, мрачно-загадочного господина Феля и безупречно-ехидного декана Алмора Росский просто терялся.
— Я бы посоветовал взять Ли Д’арка вместо декана Росского, — проговорил Мефисто.
— Возражаю, — вскочила я. — Он только недавно оправился от ранения! — Недавно. Две с лишним недели назад. — Мне кажется, не стоит им снова рисковать.
— Госпожа Дарк права. Она и составит вам компанию. С нежитью у нее наверняка особо трепетные отношения, — ухмыльнулся Арестир, а я мысленно себя обругала. Заступилась на свою голову. Так бы, может, предчувствие и не сбылось.
— Тогда и я пойду, — внезапно подал голос Лесс. — Я же…
— Хорошо, — спокойно кивнул ректор, а верлен так и замер с открытым ртом, не успев озвучить аргументы, которые наверняка очень старательно готовил. Хотя не знаю, что там могло быть кроме «Мефисто и Хельга? Это лучший вариант, если вы хотите, чтобы амулеты до Академии не добрались». Равно как и преподаватели, добавила бы я. — Возражения есть? — спросил Арестир, окинув взглядом остальных присутствующих.
«Есть», — подумала я.
— Нет, — радостно отозвались они.
Блуждающие огоньки изо всех сил старались увести нас с тропы в глубь болотных топей. Они ныряли под ноги, мельтешили перед носом, а будь у них материальная оболочка — наверняка начали бы толкаться, мол, ну ты чего, ну пошли вон туда, налево, там лучше.
Мы шагали, стараясь не обращать на них внимания и прощупывая почву под ногами, чтобы действительно никуда не провалиться. Я вообще не любила болота.
Мефисто был показательно равнодушен, хотя, готова поспорить, мысленно он уже трижды уронил нас в самую трясину и не успел спасти.
Пару-тройку верст назад из буйно-изумрудных кустарников на нас вылетела шайка мильканов. Мерзкие коротышки, самые высокие из которых еле доходили мне до колена, по одному никогда не передвигались.
Слух меня не подвел, на поляну из леса вывалилось олицетворение аркхарского флага: уже знакомая нам стражница Киа верхом на своем упрямце-единороге.
— Ну наконец-то я вас нашла! — выдохнула она, спрыгивая на землю. Единорог тут же этим воспользовался и удрал на другой конец поляны, чтобы там встряхнуться и с гордым и независимым (нет у меня никаких хозяев, я тут случайно мимо проходил) видом начать щипать травку, кося на нас ярко-синим глазом.
— Чем обязаны? — осторожно поинтересовался я, невзначай сжимая покрепче klier.
Вампирка посмотрела на меня, собираясь уже что-то сказать, потом перевела взгляд на сладкую сросшуюся парочку и неожиданно широко ухмыльнулась.
— Так это вы устроили весь переполох в городе? Ну вы даете! За такой короткий срок наделать столько шума!
— Это единственное, что тебя удивляет? — возмущенно проворчал Гил. — Да что тут вообще происходит?!
— Вам сначала помочь, а потом рассказать или сначала рассказать, а потом помочь? — клыкасто усмехнулась стражница.
— Помочь! — в один голос заявили Гил с Саэлом.
— Рассказать, — свредничал я.
Но мой одинокий голос проигнорировали. Киа приблизилась к Гилу, начертила перед ним в воздухе несколько знаков. Нахмурилась.
— Только не говорите мне, что на этого недооборотня не действует магия.
— Э… — озадачился Гил. — Нам тогда промолчать?
— О хрисс! — стражница скрестила руки на груди. — Поздравляю. Я тебе ничем не помогу. Через какое-то время оно само выветрится.
Гил обратил на меня победный взгляд.
— А ты говорил — не как похмелье! Ну хвост-то хотя бы можешь отцепить?
— Я похожа на специалиста по хвостам? — фыркнула Киа. — Бить не пробовал? Обычно со всеми работает.
И, не дожидаясь ответа, она легонько щелкнула ногтями по самому кончику. Хвост вздрогнул, отцепился от Саэла и отпрянул в противоположную от вампирки сторону, словно спрятавшись. Саэл поспешно отскочил от полуэльфа на добрых две сажени. Киа победно усмехнулась и посмотрела на меня.
— Ночью запрещено выходить из дома потому, что именно по ночам сильнейшие маги Аркхарии проводят свои наиболее масштабные испытания. На все дома наложены защитные чары, страже розданы амулеты. Потому что за всеми не проследишь. Они отлавливают тех, кому неймется. И если вампир или кто бы то ни было попал под действие чар, то… он становится лабораторной крысой. Маг, проверяющий отловленных, вероятно, разглядел в полуэльфе создание с иммунитетом, и ему стало интересно, как его организм отреагировал на чары, если те его задели. Если честно, я даже не знаю, какое именно заклинание могло дать такой эффект. А остальным очень повезло не попасть под раздачу.
Я на мгновение задумался. В словах вампирки мне показалось что-то не то. Она не обманывала, нет, но…
— Почему ты нас искала? А найдя — выдала секретные сведения четверым проходимцам?
— Ты не любишь ходить вокруг да около… dan’elle Риктимиан, верно?
Allanei. Приехали.
— Мне кажется, ты меня с кем-то путаешь, — не то чтобы я верил в чудеса, но откреститься все-таки надо было попробовать.
— А мне кажется, что ты меня обманываешь. Я, может, и стражница, но королевских персон близлежащих государств знаю в лицо. Служба обязывает.
— Но почему тогда…
— Сразу тебя не сдала? А зачем мне это было нужно? — она вскинула брови. — Путешествует эльфийский принц инкогнито, какое мне до этого дело? Я только донесла об этом своему начальству. Но за эту пару дней в Аркхарии кое-что произошло. И замешана в этом Вилея. Я не знаю, какой хрисс укусил в задницу твоего брата, но моему руководству очень хотелось бы, чтобы кто-то вставил ему на место мозги, и ты, знаешь ли, наилучшая кандидатура. А еще мы перехватили это, — она протянула мне листок бумаги. — Это письмо было магически доставлено в гостиницу. И теперь у меня есть одно условие. Или ты обещаешь, что прекратишь маяться дурью и отправишься выполнять свой королевский долг. Или я вызываю свой отряд, и мы проводим тебя до Вилеи под твои белы рученьки.
Суровая дама. Саэл опасливо на меня покосился. Гилу было наплевать. Гил боролся с хвостом. Лично я вообще перестал понимать, что происходит в Вилее. И что она могла сделать Аркхарии, если их интересы вообще практически никаким образом не пересекаются. Но нравилась мне эта ситуация все меньше…
— Я могу для начала прочитать письмо?
— Конечно, — невозмутимо отозвалась Киа и даже показательно отошла в сторону.
На конверте причудливой эльфийской вязью было выведено: Dan’elle Riktimiann Dorian Alven-Vil’lare, eirinnae*. Почерк брата. Но чересчур официозно, все записки он писал мне обычно на человеческом, объясняя это тем, что от эльфийских каракулей у него глаза болят. А содержание письма в переводе на греморский было следующим:
«Дорогой Рик,
надеюсь, ты жив и здоров, впрочем, зная твой характер и воспитание, в этом можно быть уверенным. Я буду краток и скажу только, что признаю свою неправоту. Ты мне нужен. Возвращайся скорее, и мы решим все наши проблемы. Обещаю, что впредь действительно буду считаться с твоим мнением.
Твой брат, dan’elleno Велимир».
*Его высочеству Риктимиану Дориану Алвен-Виллар, лично в руки (эльф.).
Я скомкал лист в руке.
— Я еду в Вилею. Клянусь.
— Мудрое решение, — кивнула вампирка. — Видимо, слово «принц» означает не только вздорный характер.
— А ты могла бы не язвить хотя бы четверть вески?
— Не могла бы, — усмехнулась она, хватая за поводья замечтавшегося, на свою беду, единорога. — Не задерживайтесь в Аркхарии. Очень скоро на ваш след выйдут, и тогда полуоборотню несдобровать. Созданий с иммунитетом к магии слишком мало, чтобы вампиры с такой легкостью выпустили его из когтей. А я, так и быть, не стану упоминать в докладе, что один из них мне повстречался.
Она исчезла, а Саэл посмотрел на меня серьезно и слегка испуганно.
Междустрочие. Раздраженное
Некромантка раздражала.
Мефисто Фель нервно, что, как правило, было ему несвойственно, прошелся из одного угла кабинета в другой. С ее появлением в Академии все пошло наперекосяк. А главное — ее поступки шли настолько наперекор логике и, что странно, провидению, что их практически невозможно было угадать. И, похоже, это оказалось заразно, потому что благополучно перекинулось и на декана Алмора. Хотя, может, это передается только при безответной мальчишеской влюбленности?
Так или иначе, это никоим образом не мешало его делам. Но раздражало. А для такой тонкой науки, как провидение, душевное равновесие — один из важнейших факторов, если не ключевой.
А еще она притягивала неприятности. Толпами. И будет притягивать. Жаль только, что он слишком сосредоточен сейчас на ином деле и не может отвлекаться, выясняя, в какую очередную беду вляпается и вляпает окружающих госпожа Дарк. Интуиция подсказывала, что на этот раз она может быть весьма масштабной. А интуиция мага-предсказателя — это гораздо вернее, чем пророчества цирковой гадалки.
Фель едва заметно улыбнулся, чувствуя некоторое моральное удовлетворение с капелькой превосходства.
Но сейчас лучше сосредоточиться на другом. Мефисто были жизненно необходимы выкладки лернского звездочета, но кто-то умудрился свистнуть их прямо из-под его носа. Коты, которых он отправил этим заняться, ничего не обнаружили. А без этих карт он не мог с большой точностью предвидеть то, что должно произойти при королевском дворе. Оставалось надеяться, что похитили их все-таки не для тайной коллекции и записи скоро всплывут. Надо только подождать…
А ждать он умел.
Глава 11. Хелл и легион
Ирэль, 30-е число
День перемирия леших с водяными
— Я вас позвал не просто так… — проговорил Арестир, чем никого не удивил.
Трудно было представить, что бедолаги-близнецы Тарис и Тирис бегали из кабинета в кабинет по всем этажам, чтобы пригласить нас по приказу ректора, а когда мы явились, сир радостно сообщил бы «а я позвал вас просто так, ля-ля-ля». И язык бы еще показал.
Де Асти облокотился на стол, уткнув подбородок в сцепленные замком руки, и взглянул на нас так, словно мы что-то натворили. А после случая во дворце Василиана, клянусь хвостом Ли, я больше никуда не ввязывалась. С тех пор прошло уже три недели, объяснительные мы написали, Ли на ноги поставили, Полли успокоили и даже не разбили ни единой вазы! Чем обязаны этому приглашению и испытующему взгляду колких глаз?
Я незаметно наступила Лессу на ногу под столом. Тот вздрогнул и сделал мне страшные глаза с немым вопросом «за что?».
— Почему ректор всегда в перчатках? — прошептала я.
— Да ну не всегда… вроде, — стушевался верлен, но все-таки на руки сиру де Асти покосился. — Может, у него там одни кости после какого-нибудь колдовства. Или саламандру пылающую голыми руками ловил. Хотя вроде не дурак.
— Господин Алмор, госпожа Дарк! — повысил голос Арес, и мы отшатнулись в разные стороны, словно застуканные за списыванием первокурсники. — О чем таком важном вы беседуете, что это не может подождать до конца совещания?
На самом деле сложно было назвать происходящее полноценным совещанием. В кабинете присутствовали лишь деканы и четверо преподавателей. Либо Тарис с Тирисом остальных не нашли, либо — за ними близнецов и не отправляли, либо их по пути слопал случайно залетевший в Академию дракон.
— Говорят, морковку в Академию перестанут поставлять, — ответила я первое, что пришло на ум. Неизвестно, почему на ум мне пришла именно морковка. — Переживаю вот.
Верлен прикрыл улыбку ладонью, Мефисто закатил глаза.
— Почему вас так волнует именно?..
— Она просто очень мне нужна для одного сложного ритуала, который я обещала показать ученикам, — перебила ректора я. — А если ее действительно будет нехватка, то не стану же я кощунственно переводить редкий продукт…
— Подобные решения проходят всегда только через меня, так что не переживайте.
Нет, серьезно? Сир де Асти не уловил, что я несу откровенную чушь?
— Можете спокойно проводить.
— Да уж, пожалуй, теперь не буду, — зачем-то пробормотала я.
Ректор посмотрел на меня сочувствующим взглядом, как смотрят вельможи на сирых и убогих, что бросаются под колеса карет, прося милостыню. Верлен незаметно покрутил пальцем у виска.
— Ко мне обратились с личной просьбой, господа, и выполнение этой просьбы требует безотлагательного вмешательства. С вашей стороны.
Сир де Асти придвинул к нам свиток с кривыми строчками. Лесс задумчиво хмыкнул, я уткнулась носом ему в плечо, чтобы тоже разглядеть. Уважаемый… Спасите-помогите… Лошадь съели, напарника закололи… Ну, ясно-понятно. Господин Фирийский попал в большую зад… передрягу, нужно отправить пару-тройку магов посильнее, самим забрать заготовки защитных амулетов для Академии.
Свиток отправился по рукам, Мефисто же, несколько скривившись, вежливым жестом отказался от изучения. Либо давно всё предвидел, либо пришел раньше и успел ознакомиться.
— Поскольку сам лично я это сделать не могу, я прошу отправиться декана Феля, он неплохо знаком с господином Фирийским. А наш поставщик — человек слегка… недоверчивый.
Декан Фель закатил глаза, словно желая сказать «это и дураку понятно». Но заставлять Мефисто помогать — все равно что принуждать литианцев собственноручно сносить памятники своей богини или голодающего — выбрасывать случайно перепавшую хорошую еду.
Везение меня в последнее время изрядно подводило, и я даже почти не сомневалась, что с Мефисто пошлют некромантку.
— Куда идти-то? — поинтересовался декан Росский.
— По Новьскому тракту, в сторону Нижней Нови.
Предчувствие, что отправят меня, усиливалось. Новьский тракт странники старались всячески обходить, даже если это был единственный короткий путь, а время поджимало. Бороться с нежитью в тех краях тоже особо никто не желал: лишние траты ингредиентов, сил и магов. Пару раз к королю обращались с просьбами озаботиться расчисткой дороги, но Василиан рассудил: это опасно? Да, опасно. Если очистка пройдет успешно — результат закрепится надолго? Нет, ненадолго. Места такие, чисти их — не чисти, нежить все равно до скончания веков будет сползаться в эти края. А посему никаких действий и не последовало. Надеюсь, что лишь пока.
— Декан Росский, — сир де Асти взглянул на Родерика. — Я бы хотел, чтобы отправились вы.
— Мне, конечно, льстит ваше доверие, сир, — виновато проговорил декан, — но работа над защитными схемами для дворца после одного знаменательного, — Родерик многозначительно взглянул на нас с Лессом, мы сделали вид, что булыжник улетел в чужой огород, — события не оставляет мне ни четверти вески свободной. Через два дня все должно быть готово, вы ведь понимаете, что просьба короля Василиана не терпит отлагательств.
Сир де Асти скривился. Было лестно, конечно, что его деканы сотрудничают с самим правителем Гремора, но возмутительно, что в ущерб интересам Академии. А закралось подозрение, что на всякий случай декан держал эту заготовку давно. Как я уже поняла, Родерик старался не выделяться, и у него это получалось. Спокойный, ответственный и порой излишне молчаливый на фоне вездесущей, озабоченной целительством госпожи Тиэльской, мрачно-загадочного господина Феля и безупречно-ехидного декана Алмора Росский просто терялся.
— Я бы посоветовал взять Ли Д’арка вместо декана Росского, — проговорил Мефисто.
— Возражаю, — вскочила я. — Он только недавно оправился от ранения! — Недавно. Две с лишним недели назад. — Мне кажется, не стоит им снова рисковать.
— Госпожа Дарк права. Она и составит вам компанию. С нежитью у нее наверняка особо трепетные отношения, — ухмыльнулся Арестир, а я мысленно себя обругала. Заступилась на свою голову. Так бы, может, предчувствие и не сбылось.
— Тогда и я пойду, — внезапно подал голос Лесс. — Я же…
— Хорошо, — спокойно кивнул ректор, а верлен так и замер с открытым ртом, не успев озвучить аргументы, которые наверняка очень старательно готовил. Хотя не знаю, что там могло быть кроме «Мефисто и Хельга? Это лучший вариант, если вы хотите, чтобы амулеты до Академии не добрались». Равно как и преподаватели, добавила бы я. — Возражения есть? — спросил Арестир, окинув взглядом остальных присутствующих.
«Есть», — подумала я.
— Нет, — радостно отозвались они.
Блуждающие огоньки изо всех сил старались увести нас с тропы в глубь болотных топей. Они ныряли под ноги, мельтешили перед носом, а будь у них материальная оболочка — наверняка начали бы толкаться, мол, ну ты чего, ну пошли вон туда, налево, там лучше.
Мы шагали, стараясь не обращать на них внимания и прощупывая почву под ногами, чтобы действительно никуда не провалиться. Я вообще не любила болота.
Мефисто был показательно равнодушен, хотя, готова поспорить, мысленно он уже трижды уронил нас в самую трясину и не успел спасти.
Пару-тройку верст назад из буйно-изумрудных кустарников на нас вылетела шайка мильканов. Мерзкие коротышки, самые высокие из которых еле доходили мне до колена, по одному никогда не передвигались.
