– Не стану. – Клард невольно покосился на мёртвую стражу. Какой уж тут побег. Эти двое бегают быстрее любых лошадей.
Летары послали его вперёд, а сами ехали позади. По дороге Клард рассматривал тела убитых. Две тысячи человек умерли по его вине. Ни за что. Из-за его тщеславия и недоверия к собственным солдатам, желания вновь ощутить, каково это – вести за собой людей. Когда он успел стать таким? Неужели два поражения так сильно изменили его?
Поначалу попадались только мертвецы, убитые камнями. Одному напрочь снесло верхнюю часть головы, и камень занял её место. Клард давно привык к подобным зрелищам. Порой увидишь и не такое.
Постепенно стали встречаться убитые дубиной и раненные. Этим повезло меньше всех. Фигуры в чёрных одеждах, устроившие бойню, ходили по полю и добивали раненых, таких насчитывались единицы. Никаких пленных. Странно это. Зачем такая жестокость?
Клард оглянулся на своих сопровождающих. Летар без маски тоже смотрел по сторонам. Улыбка не исчезла, но к ней примешалось… сожаление? Уж не по окончившейся ли битве?
Клард бросил мимолётный взгляд на второго летара, так и не снявшего маску, и собрался отвернуться, но посмотрел ещё раз, внимательнее. Глаза больше не казались чёрными. Они тоже были зелёными, только темнее, чем у другого летара. А это интересно. Вил зрения, пробыл долго в этом теле или ему попросту показалось в первый раз?
Клард вернулся к осмотру поле боя. Нет, поражение – не его вина. Его сюда отправили силт ло. Они не могли не знать об амулетах, а ему не сказали. Отправили на бойню. Внутри вновь всколыхнулась злость. Нет, не сейчас. Что толку злиться, лучше придумать, как выжить.
Они подъехали к воротам. Интересно, за ним наблюдают из Террады? Почти наверняка. Наблюдают и спорят, какая его ждёт смерть. Треклятые пауки. И даже если случится чудо, и его не убьют, путь обратно заказан. Три поражения равносильно смерти.
Возле ворот поджидали четверо, тоже в чёрных одеяниях.
– Вон там сидят четверо, – летар в маске махнул в сторону леса на севере. – Ещё двое укрылось в лагере. Если уйдут не страшно, но нежелательно. Генерал, среди выживших есть силт ло?
Клард на миг задумался, стоит ли вообще отвечать, но быстро взвесил все за и против. Если ему хочется жить, лучше отвечать на все вопросы. Возможно, удастся выиграть время или стать полезным, смотря чего от него хотят.
– Нет. У нас их вообще не было.
– Слезайте.
Клард повиновался. Его конвоиры тоже слезли с лошадей. Трое фигур в чёрном, после нерешительных переглядываний, забрались в седло. Двое двинулись в лес, одна в сторону лагеря. Похоже, его разведчики не уйдут. Впрочем, не важно, в Терраде всё и так знают.
– Продолжайте говорить правду, генерал, – раздался голос из–под маски. – Она поможет вам прожить дольше и избежать боли.
Его повели по мостовой. Клард, по привычке, сам того не замечая, шёл гордо расправив плечи и чеканя шаг, словно это он вёл летар, а не наоборот. Особенно это бросалось в глаза со стороны. Если бы он оглянулся, то увидел, как то один, то другой, спотыкались и едва не падали, но продолжали идти следом.
Но Клард не оборачивался, глазея по сторонам. Конечно, никаких осадным машин здесь не оказалось. Два амулета на силу усиливали друг друга и помогали вытворять и не такие фокусы. Он вновь задавил нарастающий гнев. А всё силт ло. Неужели его отправили на убой? Решили избавиться от бесполезного генерала? Почему просто не выслать подальше от столицы под предлогом отставки?
Впереди показался дом. Проведя двадцать лет в Терраде, Клард и забыл, какими красивыми бывают дома. Аккуратный дворик, фонтан, белые мраморные стены, широкие окна, сверкающая крыша. Ни о какой роскоши в Терраде не могло быть и речи. За прошедшие годы город отстроили, вернув ему жилой вид, но каменные постройки только недавно начали сменять деревянные.
Они пересекли ухоженный дворик и вошли внутрь. Клард на миг опешил, увидев внутреннее убранство. Если половина доходов отправляется в Терраду, сколько оседает в карманах знати, не добираясь до казны?
– Что тебе сказали, отправляя сюда?
Клард покосился на летара в маске. Голос больше не казался безжизненным, в нём слышалась… усталость? Да, похоже на то. Настала пора расплачиваться за использование вил. Но даже сейчас мысль о побеге не стоила внимания. И не только потому, что в городе он бывал всего несколько раз и даже примерно не знал, где тут и что. Его могли проверять. А ещё, как это не глупо звучит, он пообещал, что не будет пытаться сбежать.
– Мне сообщили, что город захвачен и нашего наместника убили. – Клард подчинился короткому движению руки и направился к левому коридору. – И его будет оборонять кучка бандитов и, возможно, двое летар.
– Ты поверил в наш вчерашний отъезд?
Клард ничего не ответил. Да и нечего тут говорить. Отдай он один амулет разведчикам, и всё могло быть по-другому.
«Нет, не могло», – усмехнулся он своим мыслям, – «и ты это знаешь».
– Видимо, это означает да. Хорошо. Ты человек не молодой, наверняка опытный. Если бы знал, что мы внутри, провернуть всё оказалось бы не так просто. А про амулеты знал?
– Нет.
– Вот как? – В равнодушном голосе мелькнула нотка удивления. – Так тебя отправили на убой.
Клард вздрогнул. Да, он тоже пришёл к таким выводам. Но не слишком ли дорогой ценой от него избавились? Да и не избавились пока, добавил внутренний голос. Он жив, и может ещё пережить тех, кто отдал этот приказ.
– Или, – продолжал летар в маске, размышляя вслух, – они надеялись на наш уход. И мы действительно почти ушли. Тебе просто немного не повезло.
Летар остановился и толкнул дверь. За ней скрывалось пустое помещение без окон. Из мебели имелась только кровать, застеленная коричневым шерстяным одеялом.
– Посиди здесь пока, – сказал конвоир. – Бежать не советую. Я услышу любое твоё движение с другого конца здания. Ты ведь уже понял, кто мы?
Клард кивнул и вошёл внутрь. Дверь за ним закрылась, оставив в темноте.
«Проклятые силт ло», – вновь и вновь повторялась одна и та же мысль в голове. – «У него изначально не было ни единого шанса. Даже не будь на стороне защитников летар, ему бы вряд ли удалось победить. Да, возможно, знай он всё заранее, шансы были бы. А так он проиграл в третий и последний раз».
Давно забытое чувство на этот раз пробилось на поверхность сознания, и теперь Клард не стал так решительно отбрасывать его. Жажда мести. Нет, это не лучшая цель. Он не станет жить ради мести. Он выживет ради себя. Ради того, чтобы дотянуть до обещанного дня.
Едва Сова и Гепард вошли в свою комнату, они рухнули на кровать. Никто даже не попытался снять окровавленную одежду.
После долгого забега на холм силы едва не покинули их. Если бы не лошади, обратно пришлось бы добираться ползком. Весь путь пришлось проделать позади пленника, чтобы тот не заметил, в каком они состоянии. Хорошо хоть успели отдохнуть по дороге до города.
– Ты чего удумал там, на холме? – спросил Сова. Даже на разговоры сил не оставалось, язык заплетался, но летар продолжал упорно цепляться за ускользающее сознание. – Мы же договорились – предводителя взять живым и допросить. А если бы я не успел вовремя?
– Радуйся, что я и тебя не прирезал. – Гепард находился не в лучшем состоянии. – Я же предупреждал тебя. И не раз.
– Завтра поговорим.
Едва закончив фразу, Сова провалился во тьму. Гепард и её не услышал, опередив близнеца.
Последствия
Когда Гепард открыл глаза, солнце давно скрылось за горой, и комната была погружена во мрак. Сон, если потерю сознания можно так назвать, не принёс отдыха. Организм едва справился с нагрузкой, и теперь выражал своё недовольство тупой болью во всём теле. Гепард представил предстоящую неделю и из груди вырвался тихий стон.
Простое и привычное движение, сесть на кровати, казалось, отняло все силы. Руки и ноги ощущались кусками дерева, лишённые чувствительности. Засохшая кровь сыпалась с одежды, окрашивая одеяло в бурый цвет. Гепард попытался стащить некогда чёрные одеяния, но руки отказывались повиноваться. Их едва удавалось сгибать, а пальцы и вовсе не шевелились.
Летар принялся разминать непослушные конечности, пытаясь припомнить утреннюю битву. Отдельные эпизоды начали выстраиваться друг за другом в цельную картину. Кажется, всё прошло не так плохо, как он опасался. Во всяком случае, никто из своих не погиб от его руки, а что едва не убил генерала – это так, мелочи.
Наконец пальцам вернулась подвижность, и с третьего раза удалось стащить одежду. Тяжёлый металлический запах крови действовал на нервы, и уснувший после утренней резни зверь внутри заворочался, но неспешно, лениво. Он был доволен охотой.
Зашвырнув подальше тряпьё, Гепард огляделся в поисках старой одежды. Она висела на одном из стульев, оставленных Пеларнисом и Сентилем. Гепард передвинулся на кровати и потянулся к рубашке, но, увидев свою руку, остановился. Он оглядел себя. Некогда серый нагрудник намертво присох к коже, тоже ставшей бурой. Надо бы привести себя в порядок.
Он поднялся и заковылял к двери, опираясь о стену. Две колоды, ощущавшиеся на месте ног, неплохо справлялись со своей задачей. Правда, не упал летар только потому, что они не сгибались.
Ручка на двери стала вторым препятствием, но быстро сдалась. Гепард выглянул в коридор.
Мужчина средних лет, стоящий у двери, отшатнулся с ужасом на лице при виде покрытого запёкшейся кровью человека в одном нагруднике и исподнем.
– Ванну и еды, – с трудом ворочая языком, выдавил Гепард. – Много еды.
Не дожидаясь ответа, он закрыл дверь.
Голова начала гудеть, прогулка в десяток шагов оказалась слишком тяжёлым испытанием для истощённого организма. Оценив расстояние до ближайшего стула, Гепард прислонился к стене и сполз на пол.
– Не спишь? – хрипло поинтересовался он у близнеца.
– Поспишь тут с тобой, – раздалось в ответ ворчание. Голос Совы звучал немногим лучше. – Шумишь, как стая ворон.
Гепард тупо смотрел перед собой, вспоминая последние мелкие детали утренних событий, вроде разговоров с пленником на пути обратно.
– Ты сказал утром… – Гепард откашлялся, прочищая горло. – Сказал, что генерала отправили на убой. Почему ты так решил?
– Нашёл время для разговоров. Тебе заняться больше нечем? Сиди, отдыхай.
– С ним отправили две тысячи человек, – продолжал Гепард. Разговор помогал отвлечься от начавших покалывать пальцев, что означало возвращение чувствительности. – Не слишком ли высокую цену заплатили за такое избавление?
– Чем масштабнее план, тем выше ставки. Знаешь, сейчас и в самом деле не лучшее время для объяснений.
– Лучше просто не бывает. Или ты чем-то занят?
Гепард сжал кулаки. Огонь потёк по венам от ладоней до плеч. Он глубоко вздохнул, сдерживая крик. Жаль, что последствия вил не передаются по их связям и Сова ничего не ощутил. А может оно и к лучшему – он и так едва не терял сознание от боли.
– Занят, – огрызнулся Сова. – Отдача от твоего вил меня когда-нибудь доконает.
Он повернулся на живот и наградил Гепарда злым взглядом.
– Меня раздражает мысль, что сейчас я похож на птенца, выпавшего из гнезда. Какой толк от такого вил, если врагу достаточно подождать, пока ты выдохнешься, а потом забрать беспомощное тело, не способное толком шевелиться?
– К тому моменту, как ты выдохнешься, все враги в округе должны быть уже мертвы, иначе ты зря старался. Так что насчёт генерала?
– Да ничего. Нас втянули в свои игры, и мне кажется они куда масштабнее, чем мы можем представить. В них нет места проигрышу. Если бы мы ушли, и генерал отбил город – неведомые кукловоды одержали бы победу. Думаю, в таком случае его бы всё равно убили, а потом всё свалили на местных, ведь это город бандитов. А если он проиграет – умрёт, некого будет обвинить, кроме его самого.
– Но он проиграл и не умер.
– Да уж не благодаря тебе. Ты хоть помнишь, что творил? Как чуть не убил его? И меня?
– Помню.
– И наш уговор, что предводителя надо захватить живым, тоже помнишь?
– Я всё помню. Сейчас. Но мы оба знали, что во время битвы всё изменится. Так что нечего меня упрекать.
В дверь коротко постучали, и в комнату вошёл Меркар. И замер на пороге, заметив в полумраке сидевшего у стены Гепарда.
– Эммм. – Все мысли разом вылетели из головы правителя Визистока. Он перевёл взгляд на едва различимого Сову. – Надеюсь, не помешал? Мне сказали, вы уже проснулись.
– Проснулись, как видишь, – отозвался Гепард. – С чем пожаловал?
– Вы принесли нам победу. Я пришёл поблагодарить вас. – Меркар натянуто улыбнулся, понимая, как глупо это прозвучало. – Вы не ранены? Вид у вас не очень.
Он покосился на Гепарда. Тот поднял руку и провёл ладонью по лицу. Высохшая кровь шелухой посыпалась на пол.
– Живы и ладно, – сказал летар. – Но ты лучше поторопи поваров.
– Конечно, конечно, всё уже варится и жарится, не беспокойтесь.
– Какие у нас потери? – спросил Сова.
– Отделались малой кровью, – ухмыльнулся Меркар. – Да и как иначе, когда сражалось всего-то пять с половиной десятков. Семерых убили, дюжину ранили. Амулеты вернули обратно. Не все, правда, четырёх не хватает, ну да ладно. Пусть оставят себе, мне не жалко. Пленник в комнате – их генерал?
– Да.
Меркар помялся у двери, видя, что ему здесь не больно-то рады.
– Ладно, я пойду тогда.
Гепард неопределённо махнул рукой и поморщился от очередной порции огня. А всё-таки жаль, что близнец этого не ощущает. Пока.
Повернув ручку, и ещё раз окинув взглядом наёмников, Меркар всё же решился.
– Я действительно рад, что вы вернулись и помогли защитить город. Принц Сентиль рассказал мне, почему вы передумали. Я не много знаю о монете, но всё же понимаю, что причина в ней, а не в вашем желании помочь мне. Но я благодарен вам. Отныне я ваш должник.
Меркар скрылся за дверью.
– Какой ещё должник, – пробормотал Гепард. – Не ради тебя вернулись.
– Но ведь он прав, – подал голос Сова. – Если бы не монета, мы бы уехали и уже пересекли границу с Вердилом.
– Я хотел остаться с самого начала, и ты об этом знаешь. А вот тебя это решение не слишком обрадовало.
– И я бы снова ушёл, верни всё обратно. Это не наша битва. Да, мы освободили город, но что с ним будет дальше не наша забота. Если бы мы всё время пытались исправить последствия своих поступков, то только этим и занимались бы. Ты хотел отомстить и подарить людям свободу, а я тебя предупреждал – не надо вмешиваться. И вот к чему привели твои действия. А если ты узнаешь, что сюда направляется ещё одна армия? Останешься здесь? Ты же сам презираешь их, трусливых людишек, не способных отстоять собственную свободу с оружием в руках. Да что там отстоять, даже попытаться.
Гепард молчал. Сова был прав. Как и всегда. И это раздражало. Но смотреть на рабов, влачивших своё жалкое существование, он не мог. Слишком мало прошло времени с того момента, как он сам освободился из такого рабства. А оставить их на убой и вовсе выше его сил. Но если сюда действительно отправят ещё одну армию? Не сидеть же здесь вечно.
– Ладно,– вздохнул Гепард. – Ладно, ты прав. Я это сказал. Доволен?
– Не особо. Мы оба знаем, что грош цена твоим словам. Если снова случится нечто подобное, ты вновь бросишься спасать очередных несчастных.
– А ты вновь будешь ворчать и поучать меня. Мы те, кто мы есть.
Летары послали его вперёд, а сами ехали позади. По дороге Клард рассматривал тела убитых. Две тысячи человек умерли по его вине. Ни за что. Из-за его тщеславия и недоверия к собственным солдатам, желания вновь ощутить, каково это – вести за собой людей. Когда он успел стать таким? Неужели два поражения так сильно изменили его?
Поначалу попадались только мертвецы, убитые камнями. Одному напрочь снесло верхнюю часть головы, и камень занял её место. Клард давно привык к подобным зрелищам. Порой увидишь и не такое.
Постепенно стали встречаться убитые дубиной и раненные. Этим повезло меньше всех. Фигуры в чёрных одеждах, устроившие бойню, ходили по полю и добивали раненых, таких насчитывались единицы. Никаких пленных. Странно это. Зачем такая жестокость?
Клард оглянулся на своих сопровождающих. Летар без маски тоже смотрел по сторонам. Улыбка не исчезла, но к ней примешалось… сожаление? Уж не по окончившейся ли битве?
Клард бросил мимолётный взгляд на второго летара, так и не снявшего маску, и собрался отвернуться, но посмотрел ещё раз, внимательнее. Глаза больше не казались чёрными. Они тоже были зелёными, только темнее, чем у другого летара. А это интересно. Вил зрения, пробыл долго в этом теле или ему попросту показалось в первый раз?
Клард вернулся к осмотру поле боя. Нет, поражение – не его вина. Его сюда отправили силт ло. Они не могли не знать об амулетах, а ему не сказали. Отправили на бойню. Внутри вновь всколыхнулась злость. Нет, не сейчас. Что толку злиться, лучше придумать, как выжить.
Они подъехали к воротам. Интересно, за ним наблюдают из Террады? Почти наверняка. Наблюдают и спорят, какая его ждёт смерть. Треклятые пауки. И даже если случится чудо, и его не убьют, путь обратно заказан. Три поражения равносильно смерти.
Возле ворот поджидали четверо, тоже в чёрных одеяниях.
– Вон там сидят четверо, – летар в маске махнул в сторону леса на севере. – Ещё двое укрылось в лагере. Если уйдут не страшно, но нежелательно. Генерал, среди выживших есть силт ло?
Клард на миг задумался, стоит ли вообще отвечать, но быстро взвесил все за и против. Если ему хочется жить, лучше отвечать на все вопросы. Возможно, удастся выиграть время или стать полезным, смотря чего от него хотят.
– Нет. У нас их вообще не было.
– Слезайте.
Клард повиновался. Его конвоиры тоже слезли с лошадей. Трое фигур в чёрном, после нерешительных переглядываний, забрались в седло. Двое двинулись в лес, одна в сторону лагеря. Похоже, его разведчики не уйдут. Впрочем, не важно, в Терраде всё и так знают.
– Продолжайте говорить правду, генерал, – раздался голос из–под маски. – Она поможет вам прожить дольше и избежать боли.
Его повели по мостовой. Клард, по привычке, сам того не замечая, шёл гордо расправив плечи и чеканя шаг, словно это он вёл летар, а не наоборот. Особенно это бросалось в глаза со стороны. Если бы он оглянулся, то увидел, как то один, то другой, спотыкались и едва не падали, но продолжали идти следом.
Но Клард не оборачивался, глазея по сторонам. Конечно, никаких осадным машин здесь не оказалось. Два амулета на силу усиливали друг друга и помогали вытворять и не такие фокусы. Он вновь задавил нарастающий гнев. А всё силт ло. Неужели его отправили на убой? Решили избавиться от бесполезного генерала? Почему просто не выслать подальше от столицы под предлогом отставки?
Впереди показался дом. Проведя двадцать лет в Терраде, Клард и забыл, какими красивыми бывают дома. Аккуратный дворик, фонтан, белые мраморные стены, широкие окна, сверкающая крыша. Ни о какой роскоши в Терраде не могло быть и речи. За прошедшие годы город отстроили, вернув ему жилой вид, но каменные постройки только недавно начали сменять деревянные.
Они пересекли ухоженный дворик и вошли внутрь. Клард на миг опешил, увидев внутреннее убранство. Если половина доходов отправляется в Терраду, сколько оседает в карманах знати, не добираясь до казны?
– Что тебе сказали, отправляя сюда?
Клард покосился на летара в маске. Голос больше не казался безжизненным, в нём слышалась… усталость? Да, похоже на то. Настала пора расплачиваться за использование вил. Но даже сейчас мысль о побеге не стоила внимания. И не только потому, что в городе он бывал всего несколько раз и даже примерно не знал, где тут и что. Его могли проверять. А ещё, как это не глупо звучит, он пообещал, что не будет пытаться сбежать.
– Мне сообщили, что город захвачен и нашего наместника убили. – Клард подчинился короткому движению руки и направился к левому коридору. – И его будет оборонять кучка бандитов и, возможно, двое летар.
– Ты поверил в наш вчерашний отъезд?
Клард ничего не ответил. Да и нечего тут говорить. Отдай он один амулет разведчикам, и всё могло быть по-другому.
«Нет, не могло», – усмехнулся он своим мыслям, – «и ты это знаешь».
– Видимо, это означает да. Хорошо. Ты человек не молодой, наверняка опытный. Если бы знал, что мы внутри, провернуть всё оказалось бы не так просто. А про амулеты знал?
– Нет.
– Вот как? – В равнодушном голосе мелькнула нотка удивления. – Так тебя отправили на убой.
Клард вздрогнул. Да, он тоже пришёл к таким выводам. Но не слишком ли дорогой ценой от него избавились? Да и не избавились пока, добавил внутренний голос. Он жив, и может ещё пережить тех, кто отдал этот приказ.
– Или, – продолжал летар в маске, размышляя вслух, – они надеялись на наш уход. И мы действительно почти ушли. Тебе просто немного не повезло.
Летар остановился и толкнул дверь. За ней скрывалось пустое помещение без окон. Из мебели имелась только кровать, застеленная коричневым шерстяным одеялом.
– Посиди здесь пока, – сказал конвоир. – Бежать не советую. Я услышу любое твоё движение с другого конца здания. Ты ведь уже понял, кто мы?
Клард кивнул и вошёл внутрь. Дверь за ним закрылась, оставив в темноте.
«Проклятые силт ло», – вновь и вновь повторялась одна и та же мысль в голове. – «У него изначально не было ни единого шанса. Даже не будь на стороне защитников летар, ему бы вряд ли удалось победить. Да, возможно, знай он всё заранее, шансы были бы. А так он проиграл в третий и последний раз».
Давно забытое чувство на этот раз пробилось на поверхность сознания, и теперь Клард не стал так решительно отбрасывать его. Жажда мести. Нет, это не лучшая цель. Он не станет жить ради мести. Он выживет ради себя. Ради того, чтобы дотянуть до обещанного дня.
Едва Сова и Гепард вошли в свою комнату, они рухнули на кровать. Никто даже не попытался снять окровавленную одежду.
После долгого забега на холм силы едва не покинули их. Если бы не лошади, обратно пришлось бы добираться ползком. Весь путь пришлось проделать позади пленника, чтобы тот не заметил, в каком они состоянии. Хорошо хоть успели отдохнуть по дороге до города.
– Ты чего удумал там, на холме? – спросил Сова. Даже на разговоры сил не оставалось, язык заплетался, но летар продолжал упорно цепляться за ускользающее сознание. – Мы же договорились – предводителя взять живым и допросить. А если бы я не успел вовремя?
– Радуйся, что я и тебя не прирезал. – Гепард находился не в лучшем состоянии. – Я же предупреждал тебя. И не раз.
– Завтра поговорим.
Едва закончив фразу, Сова провалился во тьму. Гепард и её не услышал, опередив близнеца.
Глава 52
Последствия
Когда Гепард открыл глаза, солнце давно скрылось за горой, и комната была погружена во мрак. Сон, если потерю сознания можно так назвать, не принёс отдыха. Организм едва справился с нагрузкой, и теперь выражал своё недовольство тупой болью во всём теле. Гепард представил предстоящую неделю и из груди вырвался тихий стон.
Простое и привычное движение, сесть на кровати, казалось, отняло все силы. Руки и ноги ощущались кусками дерева, лишённые чувствительности. Засохшая кровь сыпалась с одежды, окрашивая одеяло в бурый цвет. Гепард попытался стащить некогда чёрные одеяния, но руки отказывались повиноваться. Их едва удавалось сгибать, а пальцы и вовсе не шевелились.
Летар принялся разминать непослушные конечности, пытаясь припомнить утреннюю битву. Отдельные эпизоды начали выстраиваться друг за другом в цельную картину. Кажется, всё прошло не так плохо, как он опасался. Во всяком случае, никто из своих не погиб от его руки, а что едва не убил генерала – это так, мелочи.
Наконец пальцам вернулась подвижность, и с третьего раза удалось стащить одежду. Тяжёлый металлический запах крови действовал на нервы, и уснувший после утренней резни зверь внутри заворочался, но неспешно, лениво. Он был доволен охотой.
Зашвырнув подальше тряпьё, Гепард огляделся в поисках старой одежды. Она висела на одном из стульев, оставленных Пеларнисом и Сентилем. Гепард передвинулся на кровати и потянулся к рубашке, но, увидев свою руку, остановился. Он оглядел себя. Некогда серый нагрудник намертво присох к коже, тоже ставшей бурой. Надо бы привести себя в порядок.
Он поднялся и заковылял к двери, опираясь о стену. Две колоды, ощущавшиеся на месте ног, неплохо справлялись со своей задачей. Правда, не упал летар только потому, что они не сгибались.
Ручка на двери стала вторым препятствием, но быстро сдалась. Гепард выглянул в коридор.
Мужчина средних лет, стоящий у двери, отшатнулся с ужасом на лице при виде покрытого запёкшейся кровью человека в одном нагруднике и исподнем.
– Ванну и еды, – с трудом ворочая языком, выдавил Гепард. – Много еды.
Не дожидаясь ответа, он закрыл дверь.
Голова начала гудеть, прогулка в десяток шагов оказалась слишком тяжёлым испытанием для истощённого организма. Оценив расстояние до ближайшего стула, Гепард прислонился к стене и сполз на пол.
– Не спишь? – хрипло поинтересовался он у близнеца.
– Поспишь тут с тобой, – раздалось в ответ ворчание. Голос Совы звучал немногим лучше. – Шумишь, как стая ворон.
Гепард тупо смотрел перед собой, вспоминая последние мелкие детали утренних событий, вроде разговоров с пленником на пути обратно.
– Ты сказал утром… – Гепард откашлялся, прочищая горло. – Сказал, что генерала отправили на убой. Почему ты так решил?
– Нашёл время для разговоров. Тебе заняться больше нечем? Сиди, отдыхай.
– С ним отправили две тысячи человек, – продолжал Гепард. Разговор помогал отвлечься от начавших покалывать пальцев, что означало возвращение чувствительности. – Не слишком ли высокую цену заплатили за такое избавление?
– Чем масштабнее план, тем выше ставки. Знаешь, сейчас и в самом деле не лучшее время для объяснений.
– Лучше просто не бывает. Или ты чем-то занят?
Гепард сжал кулаки. Огонь потёк по венам от ладоней до плеч. Он глубоко вздохнул, сдерживая крик. Жаль, что последствия вил не передаются по их связям и Сова ничего не ощутил. А может оно и к лучшему – он и так едва не терял сознание от боли.
– Занят, – огрызнулся Сова. – Отдача от твоего вил меня когда-нибудь доконает.
Он повернулся на живот и наградил Гепарда злым взглядом.
– Меня раздражает мысль, что сейчас я похож на птенца, выпавшего из гнезда. Какой толк от такого вил, если врагу достаточно подождать, пока ты выдохнешься, а потом забрать беспомощное тело, не способное толком шевелиться?
– К тому моменту, как ты выдохнешься, все враги в округе должны быть уже мертвы, иначе ты зря старался. Так что насчёт генерала?
– Да ничего. Нас втянули в свои игры, и мне кажется они куда масштабнее, чем мы можем представить. В них нет места проигрышу. Если бы мы ушли, и генерал отбил город – неведомые кукловоды одержали бы победу. Думаю, в таком случае его бы всё равно убили, а потом всё свалили на местных, ведь это город бандитов. А если он проиграет – умрёт, некого будет обвинить, кроме его самого.
– Но он проиграл и не умер.
– Да уж не благодаря тебе. Ты хоть помнишь, что творил? Как чуть не убил его? И меня?
– Помню.
– И наш уговор, что предводителя надо захватить живым, тоже помнишь?
– Я всё помню. Сейчас. Но мы оба знали, что во время битвы всё изменится. Так что нечего меня упрекать.
В дверь коротко постучали, и в комнату вошёл Меркар. И замер на пороге, заметив в полумраке сидевшего у стены Гепарда.
– Эммм. – Все мысли разом вылетели из головы правителя Визистока. Он перевёл взгляд на едва различимого Сову. – Надеюсь, не помешал? Мне сказали, вы уже проснулись.
– Проснулись, как видишь, – отозвался Гепард. – С чем пожаловал?
– Вы принесли нам победу. Я пришёл поблагодарить вас. – Меркар натянуто улыбнулся, понимая, как глупо это прозвучало. – Вы не ранены? Вид у вас не очень.
Он покосился на Гепарда. Тот поднял руку и провёл ладонью по лицу. Высохшая кровь шелухой посыпалась на пол.
– Живы и ладно, – сказал летар. – Но ты лучше поторопи поваров.
– Конечно, конечно, всё уже варится и жарится, не беспокойтесь.
– Какие у нас потери? – спросил Сова.
– Отделались малой кровью, – ухмыльнулся Меркар. – Да и как иначе, когда сражалось всего-то пять с половиной десятков. Семерых убили, дюжину ранили. Амулеты вернули обратно. Не все, правда, четырёх не хватает, ну да ладно. Пусть оставят себе, мне не жалко. Пленник в комнате – их генерал?
– Да.
Меркар помялся у двери, видя, что ему здесь не больно-то рады.
– Ладно, я пойду тогда.
Гепард неопределённо махнул рукой и поморщился от очередной порции огня. А всё-таки жаль, что близнец этого не ощущает. Пока.
Повернув ручку, и ещё раз окинув взглядом наёмников, Меркар всё же решился.
– Я действительно рад, что вы вернулись и помогли защитить город. Принц Сентиль рассказал мне, почему вы передумали. Я не много знаю о монете, но всё же понимаю, что причина в ней, а не в вашем желании помочь мне. Но я благодарен вам. Отныне я ваш должник.
Меркар скрылся за дверью.
– Какой ещё должник, – пробормотал Гепард. – Не ради тебя вернулись.
– Но ведь он прав, – подал голос Сова. – Если бы не монета, мы бы уехали и уже пересекли границу с Вердилом.
– Я хотел остаться с самого начала, и ты об этом знаешь. А вот тебя это решение не слишком обрадовало.
– И я бы снова ушёл, верни всё обратно. Это не наша битва. Да, мы освободили город, но что с ним будет дальше не наша забота. Если бы мы всё время пытались исправить последствия своих поступков, то только этим и занимались бы. Ты хотел отомстить и подарить людям свободу, а я тебя предупреждал – не надо вмешиваться. И вот к чему привели твои действия. А если ты узнаешь, что сюда направляется ещё одна армия? Останешься здесь? Ты же сам презираешь их, трусливых людишек, не способных отстоять собственную свободу с оружием в руках. Да что там отстоять, даже попытаться.
Гепард молчал. Сова был прав. Как и всегда. И это раздражало. Но смотреть на рабов, влачивших своё жалкое существование, он не мог. Слишком мало прошло времени с того момента, как он сам освободился из такого рабства. А оставить их на убой и вовсе выше его сил. Но если сюда действительно отправят ещё одну армию? Не сидеть же здесь вечно.
– Ладно,– вздохнул Гепард. – Ладно, ты прав. Я это сказал. Доволен?
– Не особо. Мы оба знаем, что грош цена твоим словам. Если снова случится нечто подобное, ты вновь бросишься спасать очередных несчастных.
– А ты вновь будешь ворчать и поучать меня. Мы те, кто мы есть.
